Жанр: Триллер
Пригвожденное сердце
...с заглянул под фургон, где валялся старый ковер и полдюжины
деревянных ящиков. Они тоже были насквозь пропитаны бензином.
Сердце заколотилось, в горле пересохло. Крис оглядел двор. Он казался пустынным. Либо
попытка не удалась, либо они все еще готовились поджечь морской форт. Крис подумал о
комнате на первом этаже, где хранилось полдюжины газовых баллонов.
- Мам, в чем дело? - В голосе Дэвида слышалась тревога.
- Дэвид, держи маму за руку. И не подходи к бензину.
Крис забежал за фургон, чтобы взять старое топорище, которое он поставил за дверью.
- Рут, я пойду проверю морской форт.
- Крис...
- Там может кто-нибудь прятаться... - Он понизил голос до шепота. - Газовые
баллоны. Если загорится, они взорвутся, как бомба.
- Ради Бога, будь осторожен.
- Не волнуйся. Скорее всего они смылись, когда увидели, что мы возвращаемся. Я все
проверю внутри, а потом мы помоем из шланга машину и фургон... Присмотри за ним, пока я
не вернусь, сынок. - Он отдал пластмассовый меч Дэвиду.
Крис обошел весь двор. За штабелями досок и кучами камня никто не прятался. Он
быстро перебежал через мощеный двор к главной двери, ведущей в здание морского форта.
Дверь была закрыта; а теперь стояла распахнутой.
На каменной ступеньке виднелось пятнышко бензина размером с монету. Взвесив в руке
топорище, Крис шагнул внутрь.
В вестибюле с трехгаллонной канистрой бензина в руках стоял человек, которого Крис
меньше всего ожидал увидеть.
В белой рубашке, костюмных брюках, начищенных ботинках и шелковом галстуке... Тони
Гейтман.
От неожиданности Крис на секунду оторопел, выпучив глаза, и кровь застучала у него в
ушах. Тони тоже уставился на него, сжав тонкими пальцами ручку канистры.
- Ах ты несчастный подонок, - тихо прошипел Крис.
- Я знаю... Я знаю, что вы подумали, Крис. Все на самом деле совсем не так. Поверьте
мне. Все не так. Я его остановил... Я проходил мимо... там, по дюнам, и увидел...
Крис поднял топорище. Оно было достаточно тяжелым, чтобы проломить череп, словно
яичную скорлупу.
- Нам в глаза - мне, моему сыну, жене - вы говорите одно, мистер Симпатичный
Парень, а за спиной выкидываете вон какие подлые фортели!
- Крис... Это не я! Смотрите...
- Нет, это вы смотрите. Вы вломились сюда; вы вторглись на частную территорию с
целью совершить поджог. Боже правый, вам ли не знать, сколько труда, времени и денег мы во
все это вложили? За два последних года я угрохал девяносто девять процентов своей жизни:
планировал, переживал, просиживал в банковских кабинетах, беседовал с архитекторами и
безмозглыми чиновниками. А теперь вы хотите все это спалить. Господи... Почему, Гейтман?
Что мы вам такого сделали?
- Крис, послушайте. Я шел по дюнам и увидел Фокса. Помните Фокса? Он все поливал
бензином. Я сумел отговорить его от этого... он...
- Где он сейчас?
- Я-я... Я не знаю.
- Поставьте канистру и выходите во двор... Стойте там.
Гейтман кивнул так энергично, что у него сползли очки. Поправив их, Тони поспешил к
выходу.
Крис вошел в первую комнату и тут услышал тонкий резкий крик. Он обернулся и увидел
Фокса, который с выпученными, как у обезумевшего павиана, глазами бежал по коридору во
двор.
Крис бросился следом.
Фокс выскочил в ворота раньше, чем Крис добежал до двери. Рут стояла посередине
двора, положив руку Дэвиду на плечи.
Крис не стал преследовать сумасшедшего. Он знал, где его найти, если тот понадобится.
- Крис, - начал Тони, - нам надо поговорить. Я должен рассказать вам, что здесь
происходит.
Крис опустил топорище; оно так громко ударилось о булыжники, что Тони подпрыгнул.
- Я и так знаю, что здесь происходит, - проговорил Крис.
- Да?
- Конечно, и чертовски хорошо. Вы и этот чокнутый Фокс пытаетесь нас отсюда выжить.
Не верю ни одной секунды, будто вы просто случайно... просто случайно слонялись по этому
проклятому берегу... и совершенно случайно заметили, как он поливает все бензином.
- Крис, вы не понимаете... Здесь погиб его брат. Ему хочется отомстить. Это место...
- Думаю, вы лжете. Вы ему помогали. - Крис никогда раньше не испытывал ничего
подобного: ледяное спокойствие, но под ним он ощущал закипающую чудовищную силу,
вот-вот готовую взорваться. Если не сумеет сдержаться... Он крепко сжал топорище.
Тони быстро говорил, однако Крис его не слушал.
- Крис, вы не знаете, что происходит тут, в Мэнсхеде. Это очень опасное место. Мы не
можем уйти, пока не наступит отлив. Вы должны уехать отсюда как можно быстрее. Уезжайте
и побудьте несколько недель с семьей. Вы...
- Убирайтесь.
Тони поглядел в ворота.
- Я не могу. Не сейчас. Слишком поздно. Прилив заливает насыпь.
- Ножки боитесь замочить?
Запах испаряющегося бензина сделался сильнее.
- Это моя собственность, и я хочу, чтобы вы ушли.
- Послушайте... Я не могу. Ради Бога, черт, там, в море, что-то есть. Мы должны
запереть ворота до отлива, а потом уезжать отсюда. Мы должны вообще уехать с побережья.
- Что-то в море? И что же такое там, в море, мистер Гейтман?
- Посмотрите сами. Они в воде.
Крис даже не повернул головы в направлении ворот.
- Я ничего не вижу, мистер Гейтман. Так вот, даю вам десять секунд, чтобы покинуть
мою территорию.
- Крис, пожалуйста, не выгоняйте меня сейчас, я...
- Раз.
- Черт, да вы посмотрите сами! Скажите ему, Рут. Заставьте его посмотреть...
- Два.
Тони как будто о чем-то вспомнил.
- Рут... Вы видите Фокса? Вы видели, он добрался до берега?
- Три. Четыре.
- Рут, ответьте мне. Вы его видите?
- Пять.
Рут слегка покачала головой.
- О Господи, пожалуйста. Умоляю вас, не выгоняйте меня туда.
- Шесть... Семь.
- Давайте присядем. - По лицу Гейтмана струился пот. - Поговорим. Я вам все
расскажу.
- Восемь.
- Крис! Ваша жена, ваш мальчик. Они в опасности.
- Девять. - Крис сжал топорище так сильно, что его кулак побелел.
- Ох, Боже милостивый... Ухожу, ухожу... А вы просто следите за мной. - Тони побежал
- медленной трусцой нетренированного человека. В воротах он на мгновение замешкался и
оглянулся. И побежал со всех ног.
Он бежал мелкими шажками. Море накрыло насыпь ему по щиколотку; иногда волна
доставала до колен.
Крис с несвойственным ему спокойствием наблюдал, как маленький лондонец бежит по
прибою, волоча ноги по воде и размахивая руками, словно неумелый канатоходец, чтобы не
потерять равновесия на дорожке.
Наконец Тони Гейтман повалился на берег напротив форта.
Крис подошел к створчатым воротам и глядел, как Тони встал и побрел вверх по берегу.
При этом он отчаянно указывал рукой на линию прибоя.
Крис медленно затворил массивные деревянные створки, задвинул стальные засовы.
Отстранение ощущая чуждое спокойствие, он пересек двор и взял Дэвида за руку.
- Крис... - промолвила Рут тихим голосом. - Тот человек, Фокс... Я ничего не видела,
но... Его не было на берегу.
Он безучастно посмотрел на жену.
- Крис, я не уверена, что бедняга добрался до той стороны.
- Пошли, Рут. Пора обедать.
Держа Дэвида за руку, он вошел в фургон.
23
Сперва Бринли Фокс решил, что отключился.
Этот человек, размахивающий топорищем в морском форте, привел его в ужас. Бринли
хотел спрятаться в одной из комнат - все те комнаты были битком набиты тенями! - но
потом подумал о бензине, который расплескал! расплескал! расплескал! повсюду, и испугался
еще сильнее.
И те комнаты, где полным-полно теней, - нехорошо, Бринли, нехорошо...
И вот он выскочил из морского форта (похоже, самое лучшее, Бринли), промахал полпути
по насыпи, шлепая большими ботинками по воде, а теперь - ах, глупенький Бринли! - упал.
Он весь вымок и замерз.
И вспомнил.
Все это время память сохранялась. Как напуганный щенок, ждущий, когда его впустят с
холода в дом.
Бринли Фокс вспомнил, как смотрел на брата - Джима, да, Джима, - бегущего по
насыпи босиком, и вода была такой же глубины, как сейчас, и так же накатывал прибой.
Он вспомнил.
Руку, темную и необычную с виду, высунувшуюся из волн, схватившую Джима, а потом
утащившую его в воду.
"Я теперь помню все", - подумал он, выздоровев от испытанного потрясения; десять лет
он блуждал в душевном тумане, наполненном сновидениями и бессвязными голосами, которые
считал призраками. Сейчас он наконец понял, что это был его собственный голос.
Бринли Фоксу захотелось крикнуть, чтобы Тони Гейтман, оставшийся в морском форте,
помог ему, но волна, испещренная крохотными зелеными кусочками водорослей, ударила в
лицо, залив рот.
Он попытался встать на ноги.
Ступня была крепко зажата.
Попала в трещину или запуталась в водорослях.
Привстав на одно колено, Бринли поглядел на ногу.
Нет. Ее там держала рука.
Кисть, запястье... дальше рука исчезала в воде.
Тут волна скрыла ее.
"Мне надо выбраться... надо выбраться, - подумал он, снова поворачиваясь лицом к
берегу. - Если опушу голову, то смогу ползти на локтях и коленях, по нескольку дюймов за
раз, и доберусь до суши. А там через пять минут уже буду дома, в безопасности". После десяти
лет безумия ему хотелось насладиться ощущением здоровья. Он не хотел кончить жизнь здесь,
в студеном Северном море, как его брат.
Сжав зубы и до боли напрягая мускулы, он подался вперед.
Снова попробовал крикнуть. И снова, прежде чем успел издать хотя бы хрип,
почувствовал дикий рывок, заставивший окунуть лицо под воду. Нет...
Чудовищная сила потянула его назад, к краю насыпи. В ногах огнем вспыхнула боль.
Он попробовал схватиться за булыжники. Но уцепиться было не за что. Попытался
впиться ногтями в щели между камнями, но ногти оторвались от пальцев.
Бринли тащило дальше, через край. Теперь уже большая часть головы находилась под
водой. Дышать стало почти невозможно; крик, поднявшийся из горла, завершился бульканьем.
Рука схватила пояс его брюк. Еще один рывок, и он очутился на самом краю насыпи. Ноги
отчаянно молотили воду, как если бы человек тренировался плавать вольным стилем, держась
за край бассейна.
В панике крутясь из стороны в сторону, Бринли почувствовал, что его разум снова
соскальзывает в тот дремотный мир, где он обитал последние десять лет. Нет. Ему хотелось
удержаться; ему хотелось снова жить по-человечески, вменяемым, умным, чистым, с
собственным разумом.
Нет,
он становится
неуправляемым
снова... снова...
ускользает...
...Хочется домой. Хочется сидеть... есть шоколад, пить сидр, курить сигареты... смотреть
телевизор...
Только не это... Только не под воду, куда волокут склизские, как сырая колбаса, руки.
Только не это... Больно... Страшно.
Другая пятерня впилась ему в лицо. Большой и указательный пальцы нащупали глаз и
мгновенно проникли в глазницу.
Мука... Словно ледяное зубило вбили в темя. Тошнота, дурнота... Брюки Фокса
наполнились калом.
И пальцы вырвали его глаз.
На миг он вынырнул на поверхность. Уцелевший глаз был крепко зажмурен, и Бринли в
последний раз увидел обезумевший мир вырванным глазом. Тот бешено раскачивался, будто
маятник, и расплывчатые образы пробегали по вывороченной сетчатке: рябь на море, брызги от
окровавленных рук, странная красная пятерня, женщина с мальчиком в морском форте, чайка,
мчащаяся по небу...
Еще одна рука вынырнула позади него и вцепилась в косматые волосы Бринли.
Безжалостно дернула.
Фокс сумел встать. Упершись ногами в подводный валун, он уцепился за скалу перед
собой. Две пары мокрых красных рук пытались утянуть его в море, однако Фокс не поддавался.
Он был силен. Пожалуй, сильнее, чем любой вменяемый.
Рука, державшая его за волосы, сжалась сильнее и резко дернула вниз. Она тянула, пока с
треском не лопнул скальп. Кожа на черепе разорвалась вдоль лба по линии волос и сошла
целиком, как парик; волосы вместе с кожей отрывались мучительно медленно.
Рука отпустила скальп, и тот повис на спине на узком куске кожи. Обнажившийся череп
блестел на солнце, как гладкое розовое яйцо.
Рука поднялась и поймала болтающийся глаз. С треском вырвала его из глазницы.
Одеревенев от шока, Бринли раскрыл оставшийся глаз. Вокруг лица бурлила вода. И
теперь Фокс не сопротивлялся, когда одна из красных рук потащила его за ворот рубахи в море.
Над собой он увидел водоворот, похожий на лужицу жидкого света. Потом вода стала
бледно-зеленой. Его единственный глаз видел крохотные серебряные пузырьки,
поднимающиеся к поверхности.
Он уже ничего не чувствовал и не слышал, а только видел, как море над ним
превращается из бледно-зеленого в зеленое, в темно-зеленое.
В черное.
На тесной кухне фургона Крис выбросил в мусорное ведерко две полные тарелки котлет с
салатом. На третьей, маленькой, тарелке не осталось ничего, кроме подтеков кетчупа.
После происшествия с Фоксом и Гейтманом нынешним утром они почти не
разговаривали. Несмотря на запирательство Гейтмана, Крис считал, что он замешан в каком-то
заговоре, направленном на то, чтобы выжить их из морского форта. Почему? Зависть? Может,
Гейтман облюбовал это место для себя? Или жители деревни не хотят, чтобы отпускники
нарушали их уединение?
- Пап, почему ты так рассердился на Тони Гейтмана? - Дэвид за столом раскрашивал
картинку толстым карандашом.
- Мистер Гейтман поступил нехорошо. Он пытался не позволить нам тут жить.
- Почему?
- Не знаю. Пусть теперь разбирается полиция.
Дэвид с интересом поднял голову.
- Полиция? Тони посадят в тюрьму?
- Видно будет. Я собираюсь сегодня же съездить в полицейский участок в Манби.
- А где мама?
- Моет из шланга двор и машину.
- Мы могли взорваться от этого бензина?
- Нет, конечно, нет. А теперь раскрась несколько картинок для меня, а я пока пойду
гляну, как там мама.
Крис вышел во двор - все еще мокрый после душа, который устроила Рут. Массивные
ворота морского форта были закрыты и заперты.
Он огляделся. Никакого реального ущерба нет, однако чувствовал себя Крис паршиво.
Усталым и как будто испачкавшимся. Это здание с высокими каменными стенами, ставшее
частью его самого, было осквернено.
- Крис.
Сверху донесся ровный и бесстрастный голос Рут. Она стояла на галерее, которая шла по
верху стены. По тому, как неотрывно жена смотрела вдаль, было ясно, что она увидела нечто
любопытное.
У Криса напряглись мышцы живота, и он быстро взбежал по ступеням.
- Что такое?
Рут кивнула в сторону моря.
- Кто там?
Прилив, достигший высшей точки, нагонял волны, которые разбивались об основание
морского форта. Сначала Крис не мог разглядеть, что увидела Рут. Он всматривался в подошвы
волн. В пене прибоя были видны только темные скалы.
Однако там не должно быть никаких скал.
Подавшись вперед, вцепившись в парапетные камни стены обеими руками, он
вглядывался в темные очертания, высовывавшиеся из воды.
- Люди... Там, в воде, люди.
Поежившись, Крис посмотрел на жену.
- Я наблюдаю за ними минут десять. Они не двигаются. Просто стоят, и все. - Она
пожала плечами. - Ждут.
Двадцатью футами ниже, по плечи в колышущемся океане, время от времени
накрывавшем их с головой, стояли шесть темных силуэтов.
Они казались одинаковыми: безволосые, с истощенными лицами.
Все шестеро стояли лицом к морю, их подбородки были чуть приподняты, глаза спокойно
прикрыты, словно они спали.
Или умерли, подумал Крис, чувствуя, как волна холода пробежала по всему телу. Ему
припомнились статуи острова Пасхи; у них были такие же угловатые головы и непроницаемые
выражения лиц, повернутых в одном направлении.
Мало-помалу фигуры начали двигаться.
Медленно и плавно. Очень, очень медленно их головы приподнялись, а лица повернулись
к Крису и Рут, стоящим на зубчатой стене.
Не в силах что-либо предпринять, Крис неотрывно глядел на эти поднятые лица. Их глаза
были по-прежнему спокойно прикрыты, как у спящих, зато рты немного приоткрылись,
образовав черные щели, куда иногда попадали белые комья пены. Отвести от них взгляд было
так же трудно, как стряхнуть с себя наваждение.
Крис заставил себя повернуться к Рут и осторожно отвел ее от края стены.
- Не смотри на них, любовь моя. Пойдем вниз.
На середине каменной лестницы, которая вела во двор, она резко остановилась.
- Крис, кто они?
- Не знаю, любимая. И, пожалуй, не хочу знать.
Она посмотрела Крису в лицо; в ее темных глазах застыл испуг.
- Жаль, что нет телефона. Я хочу, чтобы сюда кто-нибудь приехал.
- Не беспокойся. Если к вечеру они не исчезнут, мы обратимся в полицию.
- Нет, Крис. Нам надо уехать отсюда как можно скорее.
Мысль о том, чтобы покинуть морской форт, была для него невыносима. Будь что будет,
но он хотел остаться. Он живет здесь. Здесь его дом и его жизнь - слившиеся в единое целое.
- Мы не можем просто взять и уехать. А как же морской форт?
Глаза жены расширились.
- К черту морской форт! Послушай... мне кажется, Тони что-то знал. И пытался сказать
нам, когда ты выгонял его. Крис... - Она крепко вцепилась ему в запястье. - Давай просто
уедем. Возможно, всего на несколько дней, но я хочу убраться отсюда... Скажи мне, что мы
уезжаем, Крис, пожалуйста!
- Дэвид! - В голосе мамы звучало нетерпение. - Быстро залезай в машину. Подними
окно. Двери заперты?
- Да.
Он с несчастным видом сидел на заднем сиденье машины. Мама стояла, быстро барабаня
пальцами по верху дверцы. Двигатель работал.
Дэвид посмотрел в заднее стекло. Папа был у зубцов на верху стены - перебегал от
одного к другому, останавливался и, перегнувшись через стену, смотрел на берег внизу.
Может, искал Тони Гейтмана? Или того мужчину с громким голосом и длинными
волосами?
Сегодня поведение родителей озадачивало Дэвида. С утра папа казался очень спокойным
после того, как упал с дюны предыдущей ночью. Потом случилось недоразумение с Тони
Гейтманом, тем странным человеком и разлитым повсюду бензином. Дэвида напугали крики и
то, что папа был таким злым. Оказывается, понял мальчик, он не всегда такой спокойный,
добрый и приятный.
После завтрака родители упаковали одежду в чемоданы и погрузили их в машину, а ему
велели не выходить из фургона, поэтому он не знал, о чем они все время переговаривались. Но
вид у них был встревоженный.
- Мам?
- Минутку, Дэвид. Мы ждем папу.
- Мам, куда мы едем?
- А-а... Просто едем к бабушке и дедушке на несколько дней. - Она заставила себя
улыбнуться. - Здорово, правда?
Он проглотил комок в горле. Ему все это совсем не нравилось.
Папа вроде бы наконец закончил осмотр окрестностей и теперь сбегал по каменной
лестнице во двор, перепрыгивая сразу через несколько ступенек.
- Порядок! Все чисто.
Мама быстро юркнула на водительское место и так газанула, что у Дэвида заложило уши.
Папа распахнул деревянные двустворчатые ворота морского форта, опасливо высунулся
наружу и посмотрел по сторонам. Дэвид поступил бы точно так же, если бы на берегу бегали
голодные тигры.
Папа помахал:
- Поехали!
Машина рванула с места и выскочила из морского форта, с отчаянным визгом
пробуксовывая передними колесами. Потом она резко остановилась, и в грудь Дэвида врезался
ремень безопасности.
Папа подбежал к водительской дверце.
- Я запру ворота.
- Крис...
- Нет, я не могу все бросить. Это пройдет - через несколько дней. Все снова будет
хорошо.
- Хорошо... Ради Христа, побыстрее.
Отец закрыл ворота, повозился с замочной скважиной и висячим замком, а потом мигом
забрался на переднее пассажирское сиденье.
Передние шины взвизгнули, и машина прыгнула вперед.
- Помедленнее, Рут. Все в порядке, они здесь не появятся.
- Ты что, специалист?
- Нет. Однако они не выходили из воды: пришли с приливом, ушли с отливом... Ладно,
любовь моя, закончим на берегу.
Рев мотора стал тише; Рут притормозила, съезжая с насыпи на металлический мостик,
соединявший ее с прибрежной дорогой, и шины зашуршали по кучкам песка.
На прибрежной дороге, которая бежала в Аут-Баттервик между дюнами и болотами, Рут
добавила скорости.
А потом, внезапно, с силой надавила на тормоз. Машина заскользила и замерла.
- Черт... - Рут пнула ладонью руль. - Черт, черт, черт.
- Господи Иисусе.
- Что такое, мама? Почему мы здесь остановились?
- Тс-с, Дэвид. Погоди минутку.
Его отец смотрел маме прямо в глаза.
- Мы в западне.
- Оставим машину, Крис. Мы можем идти пешком.
- Вообще-то могли бы. Но... не думаю, что стоит рисковать. Не сейчас. - Папа глубоко
вздохнул. - Рут, боюсь, у нас нет выхода. Если мы вернемся в морской форт и запрем ворота,
то будем в безопасности. В конце концов, эта чертова крепость построена для того, чтобы
сдерживать армию.
Дэвид перегнулся через ремень безопасности, чтобы выглянуть наружу. Через ветровое
стекло он увидел, что прибрежная дорога тут внезапно заканчивалась. Слева от дюн через
дорогу прямо к болотному пруду тянулась насыпь из береговой гальки. Дэвид сообразил, что
куча гальки высотой была ему по голову. Он мог бы легко на нее взобраться. А вот машина не
могла. Она бы застряла. Объехать насыпь тоже нельзя ни с какой стороны из-за высоких дюн и
многих миль жидкой грязи и воды.
- Берег. Мы можем проехать вдоль берега.
- Надо будет переправляться через ручей, он довольно глубокий. Если машина
застрянет... то придется дальше идти пешком... А скоро начнется прилив. Кто-то приложил
массу усилий, чтобы возвести эту преграду.
- Те люди в воде?
- Наши догадки совпадают.
- Но кто они такие? Мы не знаем, насколько они опасны. Они могут быть... Могут быть
просто... - Рут закрыла лицо руками. - Ты прав... На них достаточно только взглянуть... сразу
ясно, что опасны...
- Что случилось, пап? Почему мы пытаемся убежать?
- Мы не пытаемся, малыш. Просто мы хотели навестить бабушку и дедушку... -
Молчание. - Похоже, совет графства снова перекопал дорогу. Придется немного подождать.
Мама дала задний ход до места пошире и развернула машину.
Дэвид поджал ноги к груди и обнял коленки.
Это было нехорошо. Все это было совсем нехорошо.
В тот вечер они снова вернулись вместе с приливом. Семь изваяний острова Пасхи стояли
на линии прибоя по плечи в воде, повернув головы в сторону моря, - закрытые глаза,
приоткрытые рты.
- Крис, что нам делать?
Крис и Рут смотрели с галереи вниз на темные силуэты голов в море. Крис обнял жену за
плечи. Он понятия не имел, что они могут сделать.
- Будем сидеть и ждать. Ворота заперты, через них ничто не в состоянии проникнуть.
Кто бы они ни были, в конце концов они уйдут.
- А как же все эти люди в Аут-Баттервике? Я за них беспокоюсь.
- Они в состоянии сами о себе позаботиться. Важно то, что касается нас, Стейнфортов.
Мы не покинем морской форт, пока все это не кончится.
Они стояли обнявшись, словно напуганные дети, и смотрели, как прилив и то, что он с
собой нес, катится вперед и затопляет берег.
- А что дальше?
Дэвид помолчал, задержав шоколадку в сантиметре от губ.
- Супермен бросает айсберг в ядерный реактор.
- И пламя гаснет?
- Гаснет - пш-ш-ш-ш... - Дэвид запихнул шоколад в рот и снова уставился в
телевизор.
Крис сидел, крепко обняв сына. Он делал так, чтобы мальчик чувствовал себя в
безопасности после того, как они обнаружили завал на дороге. Однако в действительности это
скорее нужно было самому Крису: ощущать поддержку, обнимая другое человеческое
существо, пусть даже шестилетнее, в красной пижаме с нарисованным спереди реактивным
истребителем. Рут суетилась в дальнем конце фургона, заваривая кофе и нарезая ломтики кекса.
- Не желаете ли выпить? - спросил Крис Дэвида.
- Молока, пожалуйста. И немного кекса.
- Ты же лопнешь, если еще что-нибудь съешь.
Крис подошел к столику, где Рут кромсала кусок мадеры .
- Кофе.
Когда жена придвинула чашку через столешницу, он взял ее за руку.
- Ты можешь предложить что-нибудь другое?
Она пожала плечами.
Крис мягко сказал:
- Ради Дэвида. Я понимаю, это притворство, но мы обязаны вести себя так, как будто все
в порядке. Мы просто должны пробыть в форте несколько дней. У нас есть видеофильмы, еда,
питье - нужно только обеспечить для Дэвида улыбающиеся лица и играть с ним, словно
ничего... не происходит.
- А что происходит, Крис?
- Бог его знает... Известно одно: за пределами морского форта может быть небезопасно.
Поскольку в море эти штуки.
- Но их интересует морской форт, Крис? Или их интересует что-то внутри морского
форта? Мы.
- Это нам неизвестно.
- Тем не менее догадаться нетрудно. Как нетрудно догадаться, почему они перегородили
камнями прибрежную дорогу. Они не хотят, чтобы мы уехали. Почему?
- Единственное, что я могу сказать, - не волнуйся. Послушай, нас окружают
толстенные стены из сплошного камня. Единственный способ попасть внутрь - через ворота; а
они из вот таких толстых брусьев. - Крис раздвинул ладони дюймов на десять. - За ними я
сложил кирпичи. Эти штуки не сдвинуть и танком. Поверь мне, дорогая, то, что снаружи, так
снаружи и останется: ничто не в силах сюда проникнуть.
- Значит, мы остаемся здесь; и все в нашем саду чудесно.
- Ради Дэвида - да. Уехать мы определенно никуда не можем. Если отправимся
пешком, нельзя гарантировать, что не нарвемся прямехонько на один из завалов.
Рут энергично тряхнула головой.
- Я все думаю о людях в деревне. Вспоминаю, как хорошо они к нам отнеслись, когда
мы приехали. Особенно Марк Фауст и Тони Гейтман. Устроили нам новоселье...
- Новоселье, - прошипел Крис. - Они пытались сжечь ко всем чертям наш дом.
- Это не более чем домыслы, Крис. Мы знаем лишь, что Фокс был тут. И знаем, что у
него не все в порядке с головой. - Она постучала пальцем по виску. - Ты не веришь Тони?
Он говорит, что пытался остановить Фокса и отнял у него канистру с бензином.
- Черта с два! Я уверен, что они с Фоксом заодно. А с ними, вероятно, еще и Фауст.
- А также весь Аут-Баттервик. Крис, у тебя паранойя.
Он взял чашку обеими руками - как будто сжал чье-то горло.
- Слушай, - сказала Рут. - Я ценю то, что ты для нас делаешь. Но я беспокоюсь за
жителей деревни. Хорошо, если с ними ничего не случится. Но если все-таки... Крис, это
беззащитные люди, которые живут в маленьких деревянных домиках; у них нет крепости, где
можно запереться.
- И что же ты предлагаешь?
- Пойти пешком - если это достаточно безопасно - в деревню. Предупредить местных.
Кстати,
...Закладка в соц.сетях
