Жанр: Триллер
Царь кровь
...точное слово - хороша.
Необычайно хороша. Из всех женщин, включая Кэролайн, только ее, казалось, не
коснулись все эти безумия и разрушения. Было такое чувство, что она здесь просто
туристка. Что в любой момент она может сказать: "Мне здесь надоело, я ухожу" и
исчезнуть так же быстро, как появилась - тогда на пылающем кладбище.
- Вот что, - сказал Стивен, понизив голос. - Ты посматривай, и если увидишь
кого-нибудь из этих серых, скажи мне. Что нам нужно - это явное доказательство.
- Голова на блюде?
Он улыбнулся, но глаза его были серьезны:
- Если хочешь.
Я вздохнул.
- Не знаю, иногда я думаю, что мне все это приснилось. И я рассказал ему про
все, что со мной было, о пропавших часах, начиная с того времени, когда еще даже
беженцы не наводнили Ферберн. И рассказал о рисунках на стене и скульптуре серого
на ферме, где сделали из той женщины шашлык.
- Да, тебе сильно досталось. Малыш К, - сказал Стивен. - Понадобится время,
чтобы ты отошел.
- Ты справляешься, и я справлюсь.
- Я-то справляюсь.
- Тебе двадцать пять лет. Ты был видеожокеем в Сиэтле. Не хочу никого обидеть,
старший мой брат, но вряд ли ты гибрид Индианы Джонса и Супермена.
- Средний возраст американских солдат во Вьетнаме был девятнадцать лет.
- И что ты хочешь этим сказать? - мрачно усмехнулся я.
- Если обстановка потребует от нас стать суперменами, мы ими станем.
- Где ты взял такое мудрое изречение?
Он не ответил, но его глаза метнулись к Виктории, которая шла рядом с Дином.
- Да, она философ, - добродушно заметил я, и Стивен улыбнулся уже более
непринужденно. Потом сказал так, чтобы Рут не слышала:
- Она отлично умеет разбивать идеи. Показывает мне вещи так, как они есть.
Разговор пошел дальше. Впервые за много дней мы по-настоящему говорили.
Стивен был на подъеме. И меня снова поразила мысль, что он отвечает не только за
свое будущее, но и за будущее нас всех. Может, я говорю как младший брат, но я
чувствовал себя в его руках надежно.
Карта сказала нам, что мы пришли в долину, замеченную Говардом с воздуха. А
нюх сказал кое-что еще.
- Чуете запах? - спросил я, спускаясь по тропе в долину.
- Если я не ошибаюсь, - сказал Дин, стягивая с плеча винтовку, - это чудный,
прелестный запах дерьма. Куч дерьма, тонн дерьма.
- И это неопровержимое свидетельство, что здесь стояли лагерем беженцы, -
заметил я.
- Или сейчас стоят. - Дин передернул затвор. Мы прошли вдоль изгороди поля к
группе домов с черепичными крышами на дне долины. Запах экскрементов заполнял
воздух. Если не выкапывать ямы и не засыпать испражнения, то он всегда выдает
большие скопления людей.
- Все тихо, - шепнула Виктория. - И дыма от костров нет.
Мы дошли до узкой дороги, единственной, которая вела в деревню, и пошли с
внешней стороны изгороди, чтобы не идти по самой дороге, где нас могли увидеть с
какого-нибудь блокпоста или с наблюдательного пункта на крыше сарая.
Запах дерьма крепчал.
Сквозь кусты изгороди я видел брошенный людьми мусор. Вот коляска без колес.
Вот пара раздавленных очков на асфальте. Кукла в розовом бальном платье. А вот чтото
похожее на куклу в детской одежде на травянистой обочине.
Всматриваться я не стал.
Я видел, как Рут крепко зажмурилась и отвернулась. И только Виктория глядела с
любопытством, будто заметила редкий придорожный цветок. (Как ты думаешь, что это
за цветок, Рик Кеннеди? Не иначе как попадающийся все чаще ребенкус подохлус. Да,
ты стал юмористом, Рик, ты видел такие ужасы, как сидящий в машине скелет или
висящую на заборе сада отрезанную руку, на которой все еще тикали часы, и ты
отпускал шуточки по этому поводу - надо, иначе не выживешь. Иначе сойдешь с ума.
И потому мы в своих выходах на разведку играли в футбол человеческим черепом или
тыкали палкой труп, чтобы он пернул. И самый фокус был - успеть поджечь этот пук
и посмотреть, как высоко взметнется пламя. Дин однажды себе даже бровь подпалил.)
Рут заглянула через ворота в сад.
- Дома, кажется, тщательно обобраны.
Сад был усыпан простынями, полотенцами, книгами, семейными фотографиями,
видеокассетами, музыкальными дисками.
- Ничего съедобного наверняка нет, - согласился Дин. - Зато тут, кажется,
тихо.
- Что будем делать?
Стивен оглядел ряд выпотрошенных домов.
- Нет смысла здесь торчать?
- А может, можно здесь прибрать? - предложила Виктория. - И все-таки сюда
переселиться?
- Можно, - согласился Стивен. - Но если беженцы нашли эту деревню, они
могут найти ее второй раз. А защитить такое место от решительной атаки нам не под
силу.
- Похоже, придется зимовать под брезентом, - сказал Дин.
- Ну уж нет, - ощетинился Стивен. - Найдем нормальное каменное жилье или
сами построим.
- Эй! - В голосе Рут явно звучала тревога. Она кивнула на что-то, лежавшее на
дороге. - Мертвые птицы. А мертвых крыс в саду видите?
- Выброс газа. - Дин втянул ноздрями теплый летний воздух. - Я так и думал,
что пахнет не только дерьмом.
- Тем больше смысла убраться отсюда. - Стивен кивнул в сторону купы
деревьев. - Срежем дорогу вон по тому полю.
По мере приближения к деревьям запах гниющего мяса усиливался. То, что я
принял за густую тень, было тучами мух, энергично гудевших между стволами. Из
всех тварей господних только мухи не будут в этом году голодать.
- Ух ты... - Стивен зажал платком рот и нос. - Здесь точно был выброс газа...
посмотрите на этих бедняг.
Лесную подстилку покрыл ковер гниющего мяса, кожи и крови тысячи примерно
человек - мужчин, женщин и детей. Валялись распухшие тела с нелепо торчащими
руками и ногами, надутые выделяющимся под кожей газом.
- Их застало во сне, - сказал Стивен, оглядывая склоны долины. - Угарный газ
тяжелее воздуха. Он сюда хлынул, как вода. Рут побелела. Она шевельнула губами:
- Они спали. Они так и не узнали, что с ними случилось. - Она приложила руку
ко лбу. - Видите того мальчика? Он с плюшевым мишкой спал в обнимку... Он...
Она отвернулась.
Виктория смотрела исполненным любопытства взглядом, но явно не тронутая
зрелищем. Я отвернулся от этого кошмара. Глаза жгло, желудок сводило судорогой.
Дин скрипнул зубами.
- Знаете, если как следует поискать, здесь могут найтись консервы.
- Давай, Дин! - Я почувствовал, как у меня подступает рвота к горлу. - Не
стесняйся.
Я тяжело сглотнул слюну и пошел туда, откуда мы пришли. Как сквозь воду я
слышал, как Стивен объясняет Дину, чтобы и не думал копаться среди мертвецов. Их
только тронь, и наверняка подхватишь что-нибудь вроде холеры.
Отойдя не более ста шагов, я услышал, как что-то шевельнулось в траве слева.
Инстинкт сработал немедленно: я стянул с плеча винтовку, передернул затвор и
вскинул приклад к плечу за долю секунды.
Бешеная собака? Нам они уже попадались. Человек, обезумевший от голода и
страха? Такой может кинуться с ножом.
Или дезертир из армии? Тогда я у него уже на прицеле. И надо сначала стрелять, а
потом спрашивать. Из травы стала подниматься голова. Мой палец напрягся на спуске.
47
- Где моя мама?
Я заморгал. В траве стояла на коленях девочка лет пяти. Волосы ее превратились в
сплошной колтун с соломой, лицо было бурым от грязи, может быть, от испражнений
тоже. Но очки в белой оправе были тщательно протерты, и когда она наклонила
голову, на них блеснуло полуденное солнце. С мощным вздохом облегчения я снял
палец со спуска и опустил дуло к земле.
- Где моя мама?
Я стоял, разинув рот.
- Где моя мама? - Она смотрела на меня в упор, и карие глаза казались
огромными за этими тщательно протертыми стеклами. - Она там с другими?
Девочка показала коричневым пальцем в сторону деревьев.
- Ты одна?
Она покачала головой:
- Я со всеми. - Она снова показала туда, где тысяча человек валялись мертвыми
под дубовой листвой. - Вы видели мою маму?
Я покачал головой.
- Знаете, - сказала она, и глаза ее глядели из-за очков с неестественной
мудростью, - знаете, я думаю, моя мама лежит там под деревьями.
- Это там вы были?
- Да. Мама ведь умерла?
Я только мог кивнуть.
- Это хорошо.
Наверное, удивление на моем лице было явным, потому что она объяснила:
- Ей теперь лучше, когда она умерла. Мужчины все время тыкали в нее пенисами.
Ее это очень огорчало.
Девочка говорила будничным тоном, и я почувствовал, что она приняла новый
порядок вещей. Мир остался без мамы, без семьи, и она решила, что жизнь все равно
должна продолжаться.
Подошли остальные. Рут присела, ласково улыбаясь.
- Привет, меня зовут Рут. А тебя как?
- Мужчины говорили, что меня зовут Блядское Отродье. Мне это имя не
нравится, а вам?
- И мне нет.
Стивен отвернулся, я заметил у него на глазах слезы.
Я спросил как мог непринужденнее:
- А до того... как пришлось уйти из дому, как тебя звали?
- Ли Годвин. Мне пять лет.
- Ну, тогда мы снова будем называть тебя Ли. Красивое имя.
- У меня нет еды, - быстро сказала она. - Я просто не ем.
- Это все равно, милая, - сказал ей Стивен. - Ты пойдешь с нами?
- А вы не будете тыкать в меня пенисами?
- Нет! - ответил шокированный Стивен. - Мы живем в хорошем месте, где
чистые палатки и много еды.
Стивен протянул девочке руку, и она посмотрела на эту руку, обдумывая.
- Ты хочешь взять с собой этого ребенка? - с удивлением спросила Виктория.
Мы все уставились на ее спокойное лицо, не веря своим ушам.
Рут настолько ошалела, что даже не сразу нашла слова.
- Ты серьезно думаешь оставить ее здесь?
- Она может быть заразной. - Голос у Виктории был такой, будто она
высказывает предположение, что у пакета молока может быть чуть превышен срок
годности. И она оглядела нас по очереди, будто странными были мы, а не она. - Она
может заразить весь лагерь.
- У нее вполне здоровый вид, - холодно произнесла Рут.
- Пойдем, лапонька. - Стивен наклонился и вытянул руку чуть дальше. -
Пойдем домой и дадим тебе красивую чистую одежду.
- У меня нет еды. - Ли говорила так, будто опасалась ловушки. - Я ничего не
ела.
- Это не важно, милая, - улыбнулась Рут. - Еды у нас полно.
Хотелось бы, подумал я с неожиданной злостью. Нам надо найти нетронутый
супермаркет или склад, набитый до потолка консервами, а иначе очень скоро начнем
голодать.
- Рут, а я могу взять своего ребеночка?
- Конечно, милая.
Ли побежала в гущу бурьяна, который ей был выше головы. Там она длинными
садовыми граблями вытащила куклу, потом желтый детский рюкзак с надписью на
клапане в стиле граффити. В рюкзаке что-то дребезжало.
- У меня нет еды, - настойчиво повторила она.
Я предложил понести рюкзак.
- Нет, - ответила она твердо, надевая лямки на плечи и беря куклу на руки. -
Там куклина одежда.
- О'кей, - улыбнулся я. - Только скажи мне, если станет тяжело нести.
Она поправила лямки, и снова задребезжали банки в рюкзаке. Потом она сдула с
очков попавшую ресницу и, удовлетворенная их безупречной чистотой, снова надела,
убрала волосы с дужек и решительно пошла по дороге с деловым видом, в чем-то
более взрослым и мудрым, чем у нас.
Мы направились обратно в Фаунтен-Мур, и Виктория пошла рядом со мной.
- Лишний рот. - Она кивнула на девочку.
Я тоже кивнул. Не было у меня настроения объяснять, почему мы не бросили
ребенка.
- Вряд ли она сможет приносить какую-то пользу.
- Я с ней поделюсь своим пайком.
- Это глупо. Тебе нужен полный рацион.
- Таковы уж мы, люди. Глупые мы. Мы влюбляемся. Иногда поднимаем упавших
из канавы. Там, откуда ты родом, про доброго самаритянина не слыхали?
Она глянула на меня странным взглядом своих серых глаз. Черт... Вдруг возникло
у меня странное чувство, что Стенно прав. Может, если схватить за это красивое лицо,
взяться пальцами за кожу на шее и дернуть, оно слетит, как маска. И под ним окажется
серая пупырчатая кожа, красные глаза. Я потряс головой.
Она глядела на меня, будто лазерами. Я отодвинулся. Странная она, видит Бог. И
холодная. Будто у нее лед вместо крови.
Вдруг меня поразила одна мысль.
- Виктория, ты знаешь, какой у нас теперь год? Она уставилась на меня.
- Что смотришь? Вопрос простой. Какой сейчас год?
- Tсc! - Дин замахал нам руками, чтобы пригнулись. Вид у него был суровый. -
К стене! Укройтесь где-нибудь.
- Что случилось? - шепнул Стивен, когда мы побежали.
- Впереди. Группа людей... человек двенадцать или пятнадцать.
- С оружием?
- Определенно.
Мы добежали до каменного забора, разделявшего поля, и припали к его подножию,
надеясь скрыться в высокой траве. Ли ничего не сказала, но я слышал, как звякнули ее
драгоценные банки, когда она упала на четвереньки, заткнув куклу по-папуасски в
карман передника.
- Если они нас увидят, плохо дело, - шепнул я. - У них превосходство в
вооружении.
- Может, пронесет. Кажется, они нас не видели.
Не успел он сказать "не видели", как в стену шлепнулась первая пуля.
Второй выстрел отдался эхом в холмах. Пуля ударилась в стену в десяти шагах,
отколов кусок песчаника.
- В ворота... Туда, налево! - крикнул Стивен. - Пригнитесь пониже!
Он схватил Ли в охапку и рванулся к проему в стене.
Через десять секунд мы, тяжело дыша, пригнулись по ту сторону стены. Она была
примерно по грудь - совсем не той высоты, что мне хотелось бы, зато каменная.
Стрельба прекратилась. Внезапная тишина казалась наполненной опасностью.
Представлялось, что в любой момент вооруженная банда с воплями и стрельбой
перевалит стену, чтобы расстрелять нас в упор.
Ли плотно прижалась к стене, обнимая свой рюкзак с едой и куклу. Она аккуратно
сняла с носа очки, тщательно сложила дужки и так же тщательно сунула их в футляр, а
футляр вложила в боковой карман рюкзака. И застыла в ожидании.
В ожидании чего? Чтобы ее разрубили на куски ради полудюжины банки рыбных
консервов, колбасного фарша, консервированных мандаринов или чего там у нее в
рюкзачке?
- Они нас тут прижали. - Рут сняла с плеча винтовку. - Они нас сверху увидят.
- Бога ради, - сказал Стивен, - держитесь к стене ближе. Так им в нас не
попасть.
- К тебе тоже относится, Виктория.
Она бросила на меня сердитый взгляд и сделала шаг к стене. В эту игру ей играть
не хотелось. Избалованная девчонка, больше ничего.
Дин дал ей свою винтовку:
- На, возьми.
- Стивен, - спросил я, - и что теперь? Бежать или будем здесь отстреливаться?
Дин высунулся из-за стены.
- Выбор простой... между огнем и сковородкой. А, блин! У них штурмовые
винтовки.
- Дезертиры?
- Может быть.
Виктория скучающе вздохнула:
- А это хорошо или плохо?
Я ответил:
- Может быть, хорошо. Профессиональные солдаты, хоть и лучше вооруженные,
зря рисковать не будут. Они оценивают противника, как тот вооружен, насколько
решительно, настроен. И потом принимают решение, связываться или нет.
- Они точно осторожнее штатского с ружьем. - Дин снова пригнулся. -
Штатские слишком много смотрели фильмов про войну. Они не понимают, что
патроны очень быстро кончаются или что очень трудно попасть в противника, если ты
движешься или твоя цель движется.
- Или если она отстреливается.
- Вот именно.
- Нам надо что-то делать. - Рут отвела предохранитель винтовки. - И быстро.
- Рут права. Они могут обойти нас с фланга.
Стивен потер подбородок.
- Ладно, дайте мне минуту подумать.
- Я думаю, у тебя есть тридцать секунд. Там уже двое перескочили стену с той
стороны поля. Нас возьмут в клещи.
- Можем просто уйти, - предложила Виктория.
- А как? - огрызнулся я. - У тебя ковер-самолет? Или вызовешь свой звездолет
и возьмешь нас на борт? И снова ее глаза вспыхнули как лазеры.
- У меня нет еды, - жалобно прозвучал голос Ли. - Скажите им, что у меня нет
еды, и они уйдут.
Стивен погладил ее по щеке.
- Хотел бы, чтобы ты была права, деточка.
И когда он смотрел на нее, выражение его лица изменилось. Будто вид маленькой
девочки нажал у него в голове кнопку с надписью "ЗАЩИТА И ВЫЖИВАНИЕ".
Когда он заговорил, голос его звучал властно и по-деловому.
- Ладно, устроим им фейерверк. - Он вздернул ружье вверх. - Когда я скажу,
стреляйте. Держите головы вниз. Неважно, попадете или нет. Главное - дать им знать,
что мы вооружены.
- И опасны, - мрачно усмехнулась Рут.
- Всем приготовиться!
Стивен тяжело дышал, готовясь к тому, что сейчас будет. У Рут и у меня были
охотничьи карабины, у Дина - пара автоматических пистолетов "беретта", у Стивена
- помповое ружье, а Виктория стояла в нескольких шагах от стены и будто состояла
из одних пальцев, пытаясь оттянуть затвор винтовки, которую дал ей Дин.
- Все готовы? - спросил Стивен.
- Как эта штука работает? - спросила Виктория с надутым видом.
- Дин, ты покажи ей... Виктория, черт тебя побери, нагни голову! И ближе к
стене. Тебе сейчас голову оторвет к чертям! Я стоял к ней ближе всех и показал, как
оттянуть затвор.
- Вот так. Это не автомат, так что после каждого выстрела передергивай затвор.
Она вместо того чтобы смотреть, как это делается, уставилась на меня все тем же
пристальным взглядом, оправляя волосы.
- Ну, ребята! - нетерпеливо позвал Стивен. - Они не будут ждать весь день.
- О'кей, готовы.
- Считаю от трех до одного. Потом стреляйте, кто как может.
Виктория снова отодвинулась от стены, представляя собой отличную мишень.
- Все равно не получается. Кто-нибудь...
- Брось! - отрезал Стивен. - Только голову пригни. Ты слишком отошла от
стены.
- Они пошли вперед, - предупредила Рут.
- О'кей. Пригнись пониже... Три - два - один - огонь!
Рут, Стивен, Дин и я прислонились к стене, устроив стволы между камнями. И
устроили зрелище - стреляли со всей возможной быстротой. Я глянул вниз - Ли
дрожала, сбившись в комок.
Шум был невероятный. Нас окутало серым дымом, от кордита першило в горле.
Мы стреляли изо всех сил. Фигуры в камуфляже, осторожно продвигавшиеся
вперед, бросились обратно поддеревья. Показались дымки - они отстреливались.
Пули провизжали над головой.
Через три секунды у нас не осталось патронов. Я нырнул вниз, и тут через две
секунды огонь внезапно стих.
Стивен рискнул выглянуть.
- Слава Богу, до них дошло. Они не хотят рисковать.
- Ага, - добавил Дин. - Сделали ноги в другую сторону.
- Мы в кого-нибудь попали?
- Не похоже.
- И хорошо. Нет смысла превращать это в вендетту.
- Стивен? - Ли хлопала его по колену, чтобы привлечь внимание. - Стивен!
- Успокойся, деточка, - сказал он. - Все кончилось. Стрелять больше не будут.
Но перепуганная Ли продолжала хлопать его по колену:
- Стивен!
Я поглядел на Викторию, стоявшую в десяти шагах от стены. Только чудом можно
было объяснить, что ей в этой перестрелке не всадили пулю между глаз. Она
беспомощно вертела затвор и спрашивала, капризно оттопырив губу:
- Мне кто-нибудь покажет, как это делается?
- Уже не надо, - холодно ответил я. - Они ушли. Можешь отдать мне винтовку.
У нее было мрачное лицо, но тут она вдруг улыбнулась и передала мне винтовку. Я
отдал ее Дину, который закинул ремень себе за плечо.
Я обернулся на Стивена, стоящего около Рут - они оба глядели через стену вслед
убегающим. А Ли все еще хлопала по нему ладошкой, призывая обратить внимание.
- Стивен! Стивен!
- Сейчас, детка.
- Ты уверен, что они уходят? - спросил я.
- Похоже на то. Эти двое, которые обходили стену, побежали обратно к
остальным. Они не хотят рисковать.
- Стивен! - настаивала Ли.
- Что такое, деточка?
- Рут убили.
- Да нет, она... - Голос его пресекся, когда он обернулся крут.
Обернулся и я. В груди сжался холодный ком. Со спины казалось, будто она стоит
и выглядывает из-за стены. Но глаза у нее расширились и челюсть отвалилась, будто
она застыла в середине зевка. По коже у меня пробежал мороз, холодный ком в груди
стал разбухать. Рут прислонилась зубами к каменной стене, будто вгрызалась. Так оно
и было в момент агонии, и в камне оставались желтые борозды.
У Рут задрожали ноги, будто пытаясь удержать чудовищную тяжесть.
Я посмотрел на ее спину. Между лопатками, чуть в стороне от блестящей косы я
наконец увидел расходящийся красный круг, пропитывающий белую рубашку.
- Она жива, - сказал я. - Она еще дышит.
Рут медленно повернула голову, встретилась взглядом со Стивеном. В глазах были
такая боль и страх, что у меня сжались кулаки.
Она стала падать набок, и Стивен подхватил ее, осторожно положил спиной на
траву. И тут я увидел рану над левой грудью. В рубашке была здоровенная рваная
дыра, оттуда хлестала кровь, окрашивая руки Стивена. Даже виднелись осколки кости
и обрывки кожи, торчащие из раны.
Не помню, сколько ушло времени. Мы стояли вокруг, чувствуя себя... чувствуя
себя такими дураками, такими невеждами, пока Стивен пытался остановить кровь.
Прошло десять минут, а может, и пятнадцать, и Рут Спаркмен умерла.
Я знал ее с тех пор, как ей было десять. Она была из тех девчонок, что играют в
мальчишеские игры получше мальчишек. Она лазила на такие деревья, на которые мы
не решались залезть. В шестнадцать лет у нее было стройное спортивное тело, она
была сообразительна и честолюбива.
Сейчас ей девятнадцать. И она мертва. Губы посинели, потускнели глаза, будто
высохли, и в груди кровавая дыра.
Мы стояли, опять-таки не знаю сколько, а Стивен держал на руках мертвую
подругу, и у него на щеке засыхала ее кровь.
Ли оставила на траве рюкзак и куклу, обняла его за шею и стала укачивать, как
ребенка.
- Ты не плачь, деточка, - шептала она ему. - Ты не плачь. Она пошла к Иисусу
вместе с моей мамой. Им там лучше. Ты не плачь.
Пока мы стояли, снова пошел снег. Черный снег, с этими черными зловещими
снежинками. Они будто говорили, что все мы идем по одной дороге, и дорога эта ведет
туда, где написано:
СМЕРТЬ
Опять Фаунтен-Мур. Все еще журчит по долине ручей. Люди все так же варят
пищу на очагах, все так же слушают радио. Но станций все меньше и меньше.
Осталось только три станции, говорящие по-английски. Лагерь имел тот же вид, и так
же выстроились в две шеренги палатки.
Только ощущение совсем другое.
Рут Спаркмен пришлось умереть первой из нас. До того мы возвращались в свою
лощину, как приходят домой после тяжелого трудового дня, когда закрываешь дверь
во внешний мир и сидишь в уютном и надежном доме. Гибель Рут напомнила нам, что
нас тут человек шестьдесят, всем, кроме одного, еще нет и тридцати, и мы живем на
грани истощения запасов провизии и спим в ненадежных палатках, а вокруг планета
горит под ногами.
Это было на следующий день после смерти Рут. Мы сидели и разговаривали с Кейт
Робинсон, занятые чисткой винтовок. Это был разговор, который я хотел час назад
провести со Стивеном. Он сказал, что сейчас занят, вырабатывает дерзкие планы:
время начать возить провизию на самолете, пусть хоть из Лондона. Но я знал, что дело
в другом: он не хочет слышать того, что я должен сказать. Что-то было нечисто с
гибелью Рут. Что-то не складывалось.
И вот я сидел и проговаривал свои сомнения Кейт Робинсон. Внизу у ручья старый
Фуллвуд сидел рядом с Ли и помогал ей плести венок из ромашек.
- Я не видел, чтобы Рут хоть раз повернулась спиной к стене, когда началась
стрельба.
- Спиной? А зачем ей было бы поворачиваться?
Я пожал плечами:
- Может быть, достать патроны из подсумка?
- Ты говорил, что все запасные патроны были у Дина в патронташе.
- Ага, и этот патронташ был у него через плечо.
- Так что же?
- Значит, если бы ей нужны были патроны, она бы повернулась к Дину, а он был
справа.
- Тогда у нее не было нужды поворачиваться спиной к стене, - вздохнула Кейт.
- Рик, я знаю, что это трагедия, но если пережевывать то, что случилось. Рут это не
вернет.
- Знаю, но ведь мы должны знать правду?
- А какая разница?
- По-моему, разница есть.
Кейт покачала головой:
- Рик, ее застрелили дезертиры. Даже если ты их найдешь что ты будешь, делать?
Не забывай, полиции теперь нет.
Я стиснул нижнюю губу пальцами, тяжело задумавшись.
- Это несправедливо.
Кейт улыбнулась и сказала тихим голосом:
- А то, что вся планета горит, это справедливо? Что земля кипит под ногами? Нет,
это точно несправедливо.
- С этим мы ничего сделать не можем. Это не в нашей власти.
- И судьба бедной Рут - тоже.
Я покачал головой.
Кейт положила винтовку на колени и терпеливо сказала:
- Ладно, Рик. Скажи мне прямо... прямо скажи, что тебе не дает покоя?
- Вот смотри. - Я провел пальцем линию на дерне. - Вот стояли мы. Я, Дин,
Стивен и Рут лицом к стене, и мы стреляли через стену, в банду на холме.
- Ты говорил, что стена была примерно до груди?
- Да.
- А они стреляли в вас?
- Стреляли.
- Тогда как ранили Рут?
- Понимаешь, я не очень-то разбираюсь в баллистике и огнестрельных ранах...
- Но?
- Но. - Я сделал глубокий вдох. - Рут была убита выстрелом в спину.
- Откуда ты знаешь? Дин говорил, что пуля прошла навылет.
- Прошла.
- Откуда ты тогда знаешь, что она попала в спину?
- Попадая в тело, пуля летит острым концом вперед. А когда она зацепит кость,
начинает кувыркаться.
- И что?
- И поэтому почти наверняка выходит из тела боком. Кейт, у Рут на спине была
маленькая дырочка, а на груди - огромная рваная рана.
- И ты думаешь, что пуля вошла в спину, повернулась и вышла из тела боком,
образовав на груди большую рану?
- Да. Помнишь Джона Кеннеди? У него было маленькое входное отверстие от
пули вот здесь. - Я показал на свое лицо. - А на выходе она полностью оторвала ему
затылок.
- О'кей, ее застрелили сзади. Так кто же стрелял? - Она глядела прямо на меня,
уже зная имя, которое я назову. - Виктория?
Я кивнул.
Кейт озадаченно затрясла головой:
- Вчера ты говорил, что она даже не знает, как держать винтовку?
- Так я думал. Тогда казалось, что она не стреляла никогда в жизни.
- А откуда ты знаешь, что она стреляла?
- Я вчера попросил Дина осмотреть винтовку. В обойме не было одного патрона.
Кейт поскребла подбородок:
- И никто не видел, как это случилось?
- Нет. Выстрелов было столько, что никто не услышал.
- А где стояла Виктория?
- Поодаль от стены. Вот что казалось непонятным. Я сначала думал, будто она не
понимает, что находится на линии огня той банды.
- А на самом деле она подобралась к Рут сзади, чтобы убить ее в спину?
- Но зачем?
- Зачем? - отозвалась Кейт эхом, потом посмотрела туда, где в
...Закладка в соц.сетях
