Жанр: Триллер
Орел улетел (Лайам Девлин 4)
... окликнул капрала Бенсон.
Он добежал по проходу до распростертого на полу тела и остановился, в
изумлении уставившись на него. Потом, вдруг осознав, что все это неспроста,
потянулся к кобуре, но было поздно.
Из-за двери вышел Девлин. В одной руке он держал "вальтер" с глушителем, в
другой - дубинку.
- На вашем месте я не стал бы этого делать. Эта штука стреляет не громче, чем
мы с вами кашляем. А теперь повернитесь кругом.
Бенсон повиновался, и Девлин поступил с ним так же, как и со Смитом. Лейтенант
охнул, повалился на колени и упал на капрала. Девлин моментально обыскал их, но
наручники нашел только у Смита.
- Вы здесь, подполковник? - позвал он Штайнера.
Из кабинки исповедальни вышел Штайнер, за ним показался отец Мартин. На лице
старого священника отразилось непонимание. Он был потрясен.
- Майор Конлон? Что здесь происходит?
- Я искренне сожалею, святой отец. - Девлин повернул его спиной к себе, отвел
его руки назад и надел наручники.
Усадив старика на скамью, он вытащил самодельный кляп.
- Так, значит, вы не священник, - сказал Мартин.
- Нет, но мой дядя был священником, святой отец.
- Я прощаю тебя, сын мой, - произнес отец Мартин и позволил Девлину
вставить ему кляп.
В этот момент открылась входная дверь, и в часовню вошел Дагал Манроу. Он не
успел и слова сказать; Штайнер крепко схватил его сзади, сдавив горло рукой, словно
железными тисками.
- А это кто? - спросил Девлин.
- Бригадный генерал Дагал Манроу, - объяснил Штайнер. - Из Отдела
операций особого назначения.
- Неужели? - Держа "вальтер" в правой руке, Девлин обратился к Манроу: -
Вы наверняка знаете, бригадный генерал, что эта штука стреляет бесшумно. Так что
будьте благоразумны.
Штайнер выпустил его, и Манроу с горечью произнес:
- О Боже. Это же Девлин, Лайам Девлин.
- Он самый, бригадный генерал.
- Что теперь? - спросил Штайнер.
Девлин был возбужден и отвечал с наигранной уверенностью:
- Немного проплывем по реке, потом прокатимся на машине - и прощай Англия,
а эти ребята пусть себе бегают кругами и ищут нас здесь.
- Значит, вы намерены улететь на самолете, - заметил Манроу. - Это
интересно.
- Какой же я болван. Вечно болтаю, чего не следует, - застонал Девлин. Он
приставил дуло пистолета к подбородку Манроу. - Если я оставлю вас здесь, вы
поднимите на ноги всю вашу авиацию, прежде чем мы успеем сообразить, где
находимся. Я мог бы убить вас, но сейчас я благодушно настроен.
- Какой же выход?
- Придется взять вас особой. - Он кивнул Штайнеру. - Смотри за ним. - И
приоткрыл дверь в вестибюль.
В это самое время из своей каморки появился привратник и, насвистывая, понес
куда-то наверх поднос, на котором стояли чашки, чайник и молочник.
- Замечательно, - сказал Девлин. - Вам не придется мочить ноги. Мы выйдем
через парадный вход и спокойно перейдем через дорогу. Туман густой, никто и не
заметит. - Он распахнул дверь и, приставив пистолет к спине Манроу, повел его к
выходу. - Не забывайте, бригадный генерал: одно неверное слово - и ваш хребет
разлетится вдребезги.
Штайнер открыл входную дверь и первым стал спускаться по ступенькам на
тротуар. Густой коричневый туман, какой бывает только в Лондоне, застревал в горле,
оставляя кисловатый привкус. Подталкивая впереди себя Манроу, Девлин перешел
через дорогу; Штайнер теперь замыкал шествие. Они не встретили ни единой души и,
окутанные туманом, словно отрезанные от всего мира, спустились к Темзе.
Почувствовав под ногами гальку, Девлин остановился и передал оружие Штайнеру.
- Нас здесь ждут мои друзья, и я не хочу, чтобы этот тип видел их, а то он повесит
их в Уондзорте как предателей родины.
- Если они того заслуживают, - сказал Манроу.
- Ну, это как посмотреть.
Девлин быстро связал ему руки веревкой, которую прихватил с собой. Шею
Манроу прикрывал шарф. Ирландец снял его и завязал Манроу глаза.
- Теперь нормально. Пошли.
Держа Манроу за локоть, Девлин зашагал по гальке к моторной лодке, которую
почти не было видно в темноте.
- Это ты, Лайам? - тихо окликнул его Райан.
- Собственной персоной, - ответил Девлин. - Уходим, и как можно скорее.
Поднявшись к себе в комнату, Девлин быстро переоделся в костюм священника и
свитер с высоким воротом. Собрав необходимые вещи, он положил их в сумку, затем
сунул туда же "люгер" и "вальтер". Убедившись, что "смит-и-вессон" находится в
ножной кобуре, он подхватил сумку и спустился в кухню. Штайнер пил чай, сидя за
столом вместе с Райаном. Мэри с благоговейным страхом смотрела на немца.
- Как чувствуешь себя, подполковник? - спросил Девлин.
- Лучше не бывает, господин Девлин.
Девлин кинул ему полевую шинель, которую раздобыл в офицерском клубе, когда
встречался там с Шоу.
- Это чтобы прикрыть твою форму. А Мэри даст тебе какой-нибудь шарф.
- Конечно. - Девушка выбежала из кухни и тут же возвратилась, неся в руках
белый шелковый шарф. Она протянула его Штайнеру.
- Вы очень добры, - поблагодарил он.
- Ладно, нам пора. - Девлин открыл стенной шкаф под лестницей, где со
связанными руками и с шарфом на глазах сидел Манроу.
- Давайте-ка я помогу вам, бригадный генерал.
Он помог Манроу подняться и выйти из шкафа. Вдвоем они направились к выходу.
Райан уже сходил в гараж: на обочине дороги стоял фургон. Они посадили Манроу в
заднее отделение машины, и Девлин посмотрел на часы.
- Всего лишь девять. Длинным оказался у нас с тобой час, Майкл. Ладно, старина,
нам пора.
Они пожали друг другу руки. Повернувшись к Мэри, он увидел в ее глазах слезы.
Девлин поставил свою сумку в фургон и подошел к девушке. Она бросилась к нему, и
он обнял ее.
- Ты замечательная, Мэри, и впереди у тебя замечательная жизнь.
- Я никогда не забуду вас. - Теперь она плакала по-настоящему. - Я каждую
ночь буду молиться за вас.
Девлин не мог ничего сказать в ответ: к горлу подступил комок. Он сел в фургон
рядом со Штайнером, и машина тронулась.
- Хорошая девушка, - произнес немец.
- Да, - ответил Девлин. - Я не должен был втягивать их в эту историю, да и
старого священника тоже, но у меня не было иного выхода.
- Таковы уж правила игры, которую мы ведем, господин Девлин, - отозвался из
глубины фургона Манроу. - Если вам не трудно, удовлетворите мое праздное
любопытство по поводу Варгаса.
- О, я с самого начала почуял, что тут не все чисто, - ответил Девлин. - Очень
похоже было на то, что вы буквально зазываете нас, так сказать. Я знал, что
единственный способ обхитрить вас - это одурачить Варгаса. Поэтому он до сих пор
получает сообщения из Берлина.
- Что же касается ваших связей в Лондоне, вы ведь не стали обращаться за
помощью к активным членам ИРА, верно?
- Правильно догадались.
- Что ж, ума вам не занимать, это уж точно.
Однако не забывайте старую пословицу: "Не говори "гоп", пока не перепрыгнешь".
- Это вы о чем?
- Это я о тумане, господин Девлин. Туман-то густой, - объяснил Манроу.
Глава 13
Игра, проходившая в одной из дальних комнат танцевального зала "Астория",
складывалась для Джека Карвера не совсем удачно. А когда деньги уплывали из рук, у
него сразу портилось настроение.
В половине девятого он со злостью прекратил игру, закурил сигару и спустился в
зал. Облокотившись на перила балкона, он стал наблюдать за толпой танцующих. Эрик
танцевал с какой-то девушкой, но сразу увидел брата и сказал:
- Прости, моя лапочка, дотанцуем в другой раз. - Он поднялся к Джеку. - Ты
что-то рано освободился, Джек.
- Да, надоело.
Сразу определив, что Джек в дурном настроении, Эрик сменил тему разговора.
- Я вот о чем подумал, Джек. Может, нам все-таки взять кого-нибудь из парней,
когда поедем в гости?
Карвер пришел в ярость.
- Что ты хочешь этим сказать? Что я сам не справлюсь с этим выскочкой? Что
мне для этого нужен целый взвод?
- Я ничего такого не имел в виду, Джек. Я просто думал...
- Ты слишком много думаешь, дружок, - оборвал его Джек. - Пошли, я покажу
тебе, на что я способен. Мы сейчас же поедем к этой ирландской скотине.
Эрик сел за руль лимузина, и вскоре они были на Кейбл-Уорф. Девлин, Штайнер и
Манроу уехали оттуда всего десять минут назад.
- Вон тот, самый последний дом, - указал Эрик.
- Хорошо. Оставим машину здесь, а сами пройдемся пешком. А то заподозрят
еще что-нибудь неладное. - Карвер вытащил из кармана браунинг и оттянул затвор.
- Ты взял с собой оружие?
- Конечно, Джек. - Эрик показал ему револьвер "Уэбли".
- Молодчина. Ну, пойдем, вправим ему мозги.
Мэри сидела за столом и читала. Райан мешал кочергой угли в печке. Входная
дверь неожиданно распахнулась, и в кухню вошли братья Карверы. Мэри вскрикнула,
и Райан с кочергой наготове повернулся к вошедшим.
- Брось. - Карвер вытянул вперед руку с браунингом. - Только попробуй
пошевелиться, и я снесу тебе голову. Попридержи-ка эту птичку, Эрик.
- С удовольствием, Джек. - Эрик сунул револьвер в карман, подошел к Мэри и
встал у нее за спиной, положив руки ей на плечи. - Будь умницей.
Он поцеловал ее в шею, и она с отвращением отпрянула от него.
- Пусти!
Райан сделал шаг вперед.
- Отпусти ее.
Карвер ткнул его дулом браунинга.
- Здесь приказываю я, а ты заткнись. Где он?
- Кто? - спросил Райан.
- Та, вторая ирландская сволочь. Тот, что был в "Астории" с этой вот козочкой.
Тот умник, что срезал выстрелом пол-уха моему брату.
Мэри вызывающе ответила:
- Вы опоздали, они уже уехали.
- Вот как? - Карвер обратился к Эрику. - Оставь ее. Посмотри наверху, только
пистолет держи в руке.
Эрик вышел. Карвер жестом показал Райану на стул.
- Садись, - приказал он. Ирландец повиновался. Карвер закурил сигарету. -
Она сказала: "Они уже уехали". "Они", а не "он".
- Ну и что? - спросил Райан.
- Я хочу знать, кто твой дружок и с кем он завязан. И ты мне все расскажешь.
- Не говори им ничего, дядя Майкл, - закричала Мэри.
- И не собираюсь, девочка.
Карвер ударил Райана браунингом по лицу, и тот завалился назад вместе со
стулом. Мэри вскрикнула.
- Сидел бы у себя в болоте вместе со своим дружком, - сказал Карвер.
В этот момент вернулся Эрик.
- Что тут у вас происходит?
- Да так, учу его хорошему поведению. Ну как, нашел что-нибудь?
- Ничего. В одной из спален валяется майорская форма.
- Интересно. - Карвер повернулся к Райану, вытиравшему с лица кровь. -
Ладно, я не собираюсь торчать тут всю ночь.
- Так проваливай к чертовой матери.
- Значит, не скажешь? Эрик, держи девчонку.
Эрик подошел к Мэри сзади и, обхватив руками за талию, поднял ее со стула.
- Разве тебе не нравится? Все девчонки это любят.
Она застонала, пытаясь высвободиться из его объятий. Карвер подобрал кочергу и
воткнул ее в горящие угли.
- Ладно, если ты у нас такой храбрый, посмотрим, как тебе понравится вот это.
Или говори все, что мне нужно, или я отпечатаю эту симпатичную горячую штуку на
лице твоей племянницы. Она, конечно, и без того не красавица, но после этой штуки ей
вообще не на что будет рассчитывать.
Мэри попыталась высвободиться, но Эрик, похохатывая, крепко держал ее.
- Урод, недоносок, - произнес Райан.
- Я уже слышал это, - ответил Карвер, - но это не совсем так. Не надо обижать
мою матушку.
Он вытащил из печи раскаленную добела кочергу и дотронулся ею до стола. Сухое
дерево моментально задымилось. Он шагнул к Мэри, и девушка в ужасе закричала.
Услышав ее пронзительный крик, Райан сдался.
- Ладно, я расскажу, - крикнул он.
- Вот и хорошо, - сказал Карвер. - Так как его зовут?
- Девлин, Лайам Девлин.
- Он из ИРА, верно?
- В общем, да.
- Кто был с ним? - Райан не отвечал, и Карвер, повернувшись к Мэри,
дотронулся раскаленной кочергой до джемпера, который был на ней. В воздухе
запахло тлеющей шерстью. - Я ведь не шучу, приятель.
- Он приехал сюда по заданию немцев, чтобы выкрасть здесь, в Лондоне, одного
военнопленного.
- И где он сейчас?
- Уехал в одно местечко неподалеку от Ромнийской низины. Туда должен
прилететь самолет и забрать их.
- В такой туман? Ну дай-то Бог. Так что это за место, куда они уехали?
Райан снова замолчал, и Карвер дотронулся кочергой до волос девушки. Запах
паленого был удушающе отвратительным, и Мэри вновь закричала.
Райан был окончательно сломлен. Он был хорошим человеком, но разве можно
вынести то, что происходило у него на глазах.
- Я же сказал, это возле Ромнийской низины.
- Не говори, дядя Майкл! - закричала Мэри.
- Деревня Чарбери. Там есть особняк Шоу-Плэйс.
- Отлично. - Карвер положил кочергу в печь. - Вот видишь, ничего страшного.
- Он повернулся к Эрику. - Не желаешь прокатиться в деревню?
- Не возражаю, Джек. - Эрик снова поцеловал Мэри в шею. - Поедем минут
через десять. Хочу пообщаться наверху с этой дамочкой.
От ужаса и отвращения Мэри закричала, внезапно повернулась и впилась ногтями
Эрику в лицо. Он взвыл от боли и разжал руки, потом снова повернулся и с силой
ударил ее по щеке. Увидев, что он надвигается на нее, Мэри попятилась к выходу и,
убрав одну руку за спину, нащупала дверь и распахнула ее. Эрик попытался схватить
девушку; она пнула его ногой, но сама не устояла и, пошатнувшись, отлетела к
противоположной стенке террасы. Послышался треск ломающейся перегородки, и
Мэри исчезла в темноте.
Райан издал отчаянный вопль и кинулся вперед, но Карвер схватил его за воротник
и приставил к уху браунинг.
- Посмотри, что с ней, - приказал он Эрику.
Райан перестал вырываться и молча ждал. Через несколько минут Эрик вернулся.
Он был бледен.
- Она мертва, Джек. Там внизу пирс. Она свалилась прямо на него. Наверное,
сломала шею.
Обезумев от отчаяния, Райан пнул Карвера в голень и отшвырнул его в сторону.
Выхватив из печи кочергу, он занес ее над головой; раздался выстрел - пуля попала
ирландцу прямо в сердце.
На кухне воцарилось молчание. Эрик вытер с лица кровь.
- Что будем делать, Джек?
- Сваливаем отсюда, что же еще.
Он первым вышел на террасу. Эрик последовал за ним, прикрыв за собой дверь.
Они спустились на набережную и сели в лимузин. Карвер закурил сигарету.
- Где у нас атлас автомобильных дорог?
Эрик порылся в бардачке и вытащил атлас. Карвер начал листать его.
- Ага, вот Ромнийская низина, а вот и Чарбери. Помнишь, перед войной я часто
возил вас с мамой в Рай, на берег моря?
Эрик кивнул.
- Да, маме нравилось там.
- Ладно, поехали.
- В Чарбери? - спросил Эрик.
- Почему бы и нет? Время у нас есть. Кроме того, во всем этом деле
просматривается одна интересная перспектива, которой ты почему-то не замечаешь.
Мы поймаем Девлина и того немца, сдадим их куда положено и будем ходить в героях.
- Он выбросил в окно сигарету и закурил сигару. - Так что, трогай, Эрик, трогай, -
добавил он и откинулся на спинку сиденья.
В Шерне видимость была не более ста ярдов. Шелленберг и Аза стояли в комнате
радиосвязи и ждали, пока Лебер снова запрашивал погоду. Американец был в кожаном
шлеме, летной куртке на меху и ботинках. Он нервно курил сигарету.
- Ну что? - спросил он.
Они слушали сводку о погоде в Южной Англии, которую передавала
метеорологическая служба ВВС Великобритании.
- Положение не очень благоприятное, капитан. Густой туман, но время от
времени ветер немного разгоняет его в отдельных местах.
- Ну ладно, - сказал Аза. - Больше тянуть нельзя.
Он вышел на летное поле и направился к самолету. Шелленберг догнал его.
- Не знаю, что и сказать вам, Аза.
Американец рассмеялся, натягивая перчатки.
- Генерал, с тех пор как я совершил жесткую посадку во время снежной бури в
Финляндии, я как бы живу взаймы. Счастливо оставаться!
Он забрался в кабину и задвинул фонарь. Шелленберг отошел в сторону. Самолет
тронулся с места. Доехав до конца поля, он развернулся навстречу ветру. Аза увеличил
обороты двигателя, затем, разогнав самолет, ринулся в стену тумана, в темноту и
дождь. Он потянул на себя штурвал, самолет стал набирать высоту и полетел в сторону
моря.
Шелленберг проводил его восхищенным взглядом.
- Боже мой, - пробормотал он. - Откуда берутся такие герои?
Повернувшись, он направился в комнату радиосвязи.
Приняв сообщение в рабочем кабинете Шоу-Плэйс, Лавиния сняла наушники и
побежала искать брата. Он жарил на кухне яичницу с ветчиной.
- Я проголодался, старушка. - Под рукой у него, как обычно, стоял бокал с
виски, и впервые это зрелище вызвало в ней раздражение.
- О Боже, Макс. Скоро прилетит самолет, а ты заботишься только о своем
желудке. Я иду на луг.
Она надела охотничью куртку, твидовую шляпу своего брата, отыскала сумку с
велосипедными фонарями и вышла из дома. Нелл выбежала за ней. В сарае было
проведено электричество, и, войдя туда, Лавиния зажгла свет. В такую погоду
соблюдение правил светомаскировки не имело значения. Кроме того, на две мили
вокруг других домов не было. Она поставила сумку с фонарями у двери, а сама вышла
на улицу, чтобы определить направление ветра. Низину по-прежнему окутывал густой
туман, и никаких проблесков даже не намечалось. Потом вдруг в сплошной пелене
тумана образовался просвет, словно раздвинулся занавес, и она увидела узкий лучик
огонька, который струился из особняка, стоявшего в трехстах ярдах от сарая.
- Как чудесно, Нелл. - Она наклонилась к собаке и ласково потрепала ее за уши.
Но вот ветер стих, и снова опустился густой туман.
Труднее всего было выбраться из Лондона. Девлин понял это, когда машина
поползла по запруженным транспортом улицам со скоростью не более 15 - 20 миль в
час.
- Ну и влипли, - сказал он Штайнеру.
- Я так понимаю, мы можем опоздать на встречу.
- Вылет назначен на двенадцать часов ночи. Еще не все потеряно.
- Похоже, вам вставляют палки в колеса, господин Девлин, - прокомментировал
Манроу из глубины фургона.
Девлин не удостоил его ответом и продолжал вести машину. Они миновали
Гринвич, и ехать стало легче. Машин стало меньше, и Девлин поехал быстрее. Он
прикурил сигарету одной рукой и произнес:
- Ну вот, теперь можно сказать, что мы едем.
- Цыплят по осени считают, - отозвался Манроу.
- Много вы знаете пословиц, бригадный генерал, - сказал Девлин. - А помните
ли, что написано в Библии? Смех глупых - то же, что треск тернового хвороста под
котлом. - Он прибавил скорость.
Братья Карверы тоже с трудом выбрались из Лондона. Кроме того, в центре
Гринвича Эрик умудрился повернуть не туда, куда нужно, и они проехали три мили не
в ту сторону. Джек заметил его ошибку, когда решил сверить маршрут по карте.
- Слушай, это же чертовски просто. Из Гринвича доезжаешь до Мейдстона, от
Мейдстона до Эшфорда, оттуда едем по дороге на Рай и на полпути сворачиваем к
Чарбери.
- Ты же знаешь, Джек, сейчас на дорогах почти нет указателей, - стал
защищаться Эрик.
- Ну конечно, война виновата. Ладно, двигай дальше.
Джек Карвер откинулся на сиденье, закрыл глаза и задремал.
В ВВС Германии и Великобритании была разработана целая теория о том, как
подлетать к побережью противника при выполнении особо важных заданий, чтобы
радары не засекли самолет. Аза вспомнил, как однажды во время русско-финской
войны эскадрилья, в которой он служил, попыталась захватить русских врасплох. Они
шли близко к земле - действовали так, как их учили на занятиях. Но инструкторы
почему-то забыли о военно-морском флоте русских, и в результате эскадрилья
потеряла пять самолетов.
Подумав об этом, он взял курс на Дандженес и повел самолет по прямой вдоль
пролива. Сильный боковой ветер замедлял продвижение, но в целом полет проходил
спокойно, без происшествий; лишь время от времени Аза проверял, не отнесло ли его в
сторону от выбранного курса. Большую часть времени он летел над туманом на высоте
восемь тысяч футов, оставив включенным опознавательный огонек, чтобы не
столкнуться с другим самолетом.
Неожиданно из тумана появился английский истребитель "Спитфайр", сделал
разворот и завис справа от "Лисандера". Аза, бывалый летчик, почувствовал себя
застигнутым врасплох. Светила луна, и видимость была хорошая. Аза ясно различил в
кабине истребителя голову пилота в шлеме и защитных очках. Американец поднял
руку и помахал ею в знак приветствия.
В бортовой радиостанции сквозь треск раздался веселый голос:
- Привет, "Лисандер", что ты тут делаешь?
- Извини, - ответил Аза. - Я из эскадрильи специального назначения,
дислоцированной в Темпсфорде.
- Ты что, американец?
- Американец в английских ВВС, - ответил Аза.
- Смотрел я это кино, дружище. Ничего хорошего. Ладно, пока. - Истребитель
развернулся на восток и моментально исчез в ночи.
- Вот что получается, когда стараешься летать, как учили, старина, - тихо
произнес Аза.
Он стал снижаться, входя в туман, спустился до высоты в тысячу футов, затем взял
курс на Дандженес и Ромнийскую низину.
Шоу съел яичницу, потом выпил несколько бокалов виски. Когда вернулась
Лавиния, он сидел развалившись в своем кресле возле камина; рядом на полу лежало
ружье.
- О, Макс! - воскликнула она. - Ну что мне с тобой делать?
Она положила руку ему на плечо. Шоу пошевелился и взглянул на нее.
- Привет, старушка. Как дела?
Лавиния подошла к окну и раздвинула шторы. Туман не рассеивался. Она закрыла
шторы и вернулась к брату.
- Я пойду в сарай. Макс. Самолет, должно быть, уже близко.
- Хорошо, старушка.
Он скрестил руки на груди, отвернулся и закрыл глаза. Лавиния поняла, что не
сможет заставить его подняться, и прошла в кабинет. Торопливо свернув антенный
провод, она убрала передатчик в ящик и направилась к выходу. Нелл выскочила
следом за ней, и вдвоем они пошли на луг.
Возле сарая Лавиния остановилась и прислушалась. Полная тишина. Казалось,
туман поглощал все звуки. Она вошла в сарай и включила свет. У двери стоял верстак.
Лавиния поставила на него ящик с передатчиком и стала разматывать вдоль стен
антенный провод, подвешивая его на старые проржавевшие гвозди. Затем надела
наушники, переключила передатчик на звуковую частоту, как показал ей Девлин, и
сразу же услышала голос Азы Вона.
- Сокол, вы слышите меня? Повторяю, вы слышите меня?
Было без пятнадцати двенадцать, и "Лисандер" находился в пяти милях от ШоуПлэйс.
Лавиния встала у раскрытых ворот сарая и стала всматриваться в ночное небо,
приложив к уху наушник. Она попыталась различить звук мотора, но было тихо.
- Слышу вас, "Лисандер". Прием.
- Как погода в вашем гнездышке? - затрещал в наушниках голос Азы.
- Густой туман. Видимость - не более пятидесяти ярдов. Иногда дует
порывистый ветер с силой в четыре-пять баллов. При ветре туман рассеивается, но
ненадолго.
- Вы уже обозначили место посадки? - спросил Аза.
Об этом она совсем забыла.
- О Боже, подождите несколько минут.
Лавиния положила наушники, схватила сумку с фонарями и выбежала на луг.
Расставив три фонаря в форме перевернутой буквы "L", так что ее перекладина
находилась с подветренной стороны, Лавиния затем включила их, и лучи пронзили
ночное небо. Отбежав на двести ярдов, Лавиния расставила еще три фонаря. Нелл не
отставала от нее ни на шаг.
Задыхаясь от быстрого бега, она вернулась в сарай и снова схватила наушники и
микрофон.
- Говорит Сокол. Место посадки обозначено.
Лавиния стояла у ворот сарая, вглядываясь в небо. Звук мотора самолета теперь
был слышен отчетливо. Ей показалось, что "Лисандер" пронесся всего в нескольких
сотнях футов у нее над головой и полетел дальше.
- Говорит Сокол, - закричала она. - Я слышала вас. - Вы пролетели прямо у
меня над головой.
- Ничего не вижу, - ответил Аза. - Сесть невозможно.
В это время из темноты появился сэр Максвелл Шоу без плаща и шляпы. Он был
пьян.
- А, вот ты где, старушка. Все нормально? - спросил он заплетающимся языком.
- Ничего не нормально, - ответила Лавиния.
- Я буду кружить здесь, - снова зазвучал голос Азы. - Может быть, погода
изменится.
- Хорошо. Я все время на связи.
Выехав из Эшфорда, Девлин и его спутники угодили в затор: большой грузовик
столкнулся с легковым автомобилем, и вся дорога была усыпана картофелем.
Нетерпеливо сжимая руль, Девлин прождал минут десять, затем выехал из вереницы
машин и развернул фургон.
- Уже полночь, - сказал он Штайнеру. - У нас нет времени торчать здесь.
Поедем другой дорогой.
- Вот-те на, - подал голос Манроу. - Что, господин Девлин, опять
неприятности?
- Идиот, это у тебя будут неприятности, если не заткнешься, - ответил Девлин и
на следующем перекрестке повернул влево.
Примерно в это же самое время Аза Вон предпринял четвертую попытку посадить
самолет. Шасси у "Лисандера" не убиралось, посадочные фары были включены, но,
кроме тумана, Аза все равно ничего не видел.
- Сокол, это невозможно. По-прежнему ничего не видно.
Как ни странно, выход из создавшегося положения придумал Максвелл Шоу.
- Нужно больше света, - сказал он. - Гораздо больше. Если, допустим, поджечь
этот чертов дом, он же его увидит, верно?
- Молодец! - воскликнула Лавиния и схватила микрофон. - Говорит Сокол.
Слушайте меня внимательно. Я сама летчица, я знаю, что говорю.
- Слушаю вас, - ответил Аза.
- Мой дом находится в трехстах ярдах от луга по направлению ветра. Сейчас я
иду туда и включу свет во всех комнатах.
- Это ведь может привлечь внимание, - заметил Аза.
- При таком тумане нет. К тому же здесь на две мили вокруг нет других домов. Я
пошла. Желаю удачи! - Она положила наушники и микрофон. - Оставайся здесь,
Макс, я быстро.
- Хорошо, старушка.
Всю дорогу до дома Лавиния пробежала без передышки, открыла входную дверь и
тут же принялась за дело. Сначала она взбежала на второй этаж, включила свет во всех
комнатах, даже в ванной, и отдернула светомаскировочные шторы. Затем спустилась
вниз, сделала там то же самое и сразу же побежала обратно к сараю. Пробежав
пятьдесят ярдов, она остановилась и оглянулась: дом пылал, как в огне.
Вернувшись, она увидела, что Максвелл пьет виски из фляги.
- Этот чертов дом сияет, как рождественская елка, - сказал он.
Не обращая внимания на брата, Лавиния взяла микрофон.
- Я включила огни. Вы что-нибудь видите?
- Сейчас посмотрим, - от
...Закладка в соц.сетях
