Жанр: Триллер
Исповедальня (час охотника (Лайам Девлин 2)
....
Круа представлял собой маленький аэродром с контрольной вышкой, двумя
ангарами и тремя бараками из гофрированного железа. Он был штаб-квартирой
аэроклуба и фирмы аэротакси Пьера Лебеля. Сам Лебель был смуглым молчаливым
мужчиной, никогда не задававшим лишних вопросов, если его удовлетворяла цена. Он
уже несколько раз летал для Белова и знал Туркина и Шепилова в лицо, не подозревая,
правда, что они - русские. Честно говоря, от них всегда веяло какой-то
таинственностью, но поскольку наркотиков не возили и платили хорошо, то он не
очень забивал себе голову подозрениями на их счет. Когда они приехали, Лебель уже
открыл дверь ангара, чтобы вывести машину.
- На чем полетим? - спросил Туркин.
- На "шифте", потому что он быстрее, чем "сессна". На всем пути до Сан-Мало
встречный ветер.
- Когда отправимся?
- Когда хотите.
- Кажется, аэропорт на Джерси открывается только в семь?
- У вас неверная информация. Для воздушных такси официально он открывается
в половине восьмого. А бумажные самолетики они принимают с половины шестого
утра.
- Бумажные самолетики?
- Ну, самолеты, которые доставляют газеты и почту из Англии. Так что
авиадиспетчеры обычно идут навстречу тем, кто рано утром просит посадки, особенно
если они тебя знают. Если не ошибаюсь, вы торопитесь?
- Вы угадали, - ответил Туркин.
- Хорошо, тогда пойдемте оформим сделку.
Контора, куда они поднялись по шаткой лестнице, была снизу доверху набита
всякой всячиной, на письменном столе в беспорядке валялись бумаги, а комната
освещалась лампочкой без абажура. Туркин протянул Лебелю конверт:
- Пересчитайте.
- А как же, - сказал француз.
В этот момент задребезжал телефон. Лебель снял трубку и тут же подал ее Турки
ну:
- Это вас.
- Из Рена она звонила Девлину, - сообщил Белов. - В Джерси ее должен
встречать некий Александр Мартин.
- Профессионал? - спросил Туркин.
- О нем у нас нет никакой информации. Нам и в голову не пришло, что на
Джерси у них есть человек.
- Это не проблема, - заявил Туркин. - Разберемся.
- Желаю удачи.
Туркин обернулся к Лебелю.
- Мы готовы.
В шесть они приземлились на Джерси. Было ясное, ветреное утро. Оранжевый свет
на востоке предвещал близкий восход солнца.
Служащий на таможенно-паспортном контроле был предупредителен и вежлив. А
почему, собственно, и нет, если документы в порядке, а на Джерси постоянно
прибывают тысячи французских бизнесменов?
- Вы останетесь здесь? - спросил таможенник Лебеля.
- Нет, лечу обратно в Париж, - ответил француз.
- А вы, джентльмены?
- А мы здесь поработаем и отдохнем дня три-четыре, - пояснил Туркин.
- Будете что-нибудь декларировать согласно правилам?
- Нет, ничего. - Туркин протянул ему свою сумку.
Тот покачал в ответ головой.
- Все в порядке, джентльмены. Желаю приятного пребывания на нашем острове.
На прощанье они пожали Лебелю руку и вошли в совершенно пустой зал прилета.
У здания аэропорта стояла пара автомобилей, но такси не было. Туркин
направился было к телефону-автомату, но Шепилов тронул его за плечо.
Ко входу подкатило такси, из которого вышли две стюардессы и направились к
терминалу, а машина подъехала к ним.
- Однако что-то вы рановато, джентльмены, - заметил водитель.
- На частном самолете, только что из Парижа, - ответил Туркин.
- Ясно. И куда же вас отвезти?
Туркин, в полете внимательно изучивший принесенный Ириной путеводитель по
Джерси, уделил особое внимание Сан-Элие и потому без запинки сказал:
- К разводному мосту в гавани, пожалуйста.
- Так вам не в отель?
- Чуть позже мы встретимся с друзьями, которые позаботятся об этом. А пока мы
хотели бы позавтракать.
- Есть там то, что вам нужно. Рядом с разводным мостом довольно рано
открывается кафе. Я покажу.
Улицы были еще пустынны, и поездка в Бел-Ройял по четырехполосной Викториаавеню
заняла не более десяти минут. Солнце уже взошло и осветило великолепие
бухты Сан-Обе. Был прилив, и замок Елизаветы на скалах казался окруженным морем.
Перед ними лежал город с волнорезами в гавани, а в стороне возвышались портовые
краны.
Шофер свернул на стоянку.
- Ну вот и приехали. Там, впереди, туристическое бюро, оно откроется попозже.
Это на случай, если вам потребуются какие-либо справки. Кафе на другой стороне
улицы за углом. С вас три фунта.
Туркин, получивший от Ирины несколько сот фунтов стерлингов, вынул из
бумажника пятерку.
- Сдачу оставьте себе. Большое спасибо за информацию. И скажите, пожалуйста,
как отсюда добраться до причала с яхтами?
- Это на другом конце порта. Можно дойти и пешком.
Туркин кивнул в сторону волнореза на входе в бухту.
- Паромы причаливают там?
- Да, у набережной Альберта. Отсюда вы видите причал автопарома. А корабли
на подводных крыльях пристают дальше.
- Понятно, - ответил Туркин, - спасибо.
На причале они обнаружили несколько сот малых судов: яхты, тяжелые моторные
лодки, скоростные катера. Прокат тоже нашли без труда, но контора оказалась
закрытой.
- Слишком рано, - решил Туркин. - Давай спустимся вниз, посмотрим, что
там.
Они пошли по качавшимся на волнах понтонам, с обеих сторон которых были
причалены катера, остановились, потом двинулись дальше.
В конце понтона они увидели ослепительно белую моторную яхту с синей
полосой по ватерлинии и названием на корме - "Элюэтт". На причал перешагнула
парочка, разговаривавшая по-французски. Мужчина - крупный бородач в очках и
матросской куртке. Женщина - в джинсах, голубом жакете и платке.
Когда мужчина помогал своей спутнице перебраться через релинг, Туркин
услышал:
- Пойдем на автобусную остановку и поймаем там такси до аэропорта. Рейс на
Генци в восемь.
- А обратные билеты ты уже забронировал? - поинтересовалась женщина.
- На четыре. Еще успеем позавтракать в аэропорту.
И они удалились.
- Что это за Генци? - спросил Шепилов.
- Тоже остров, тут, неподалеку, - пояснил Туркин. - Это я вычитал в
путеводителе. Регулярные авиарейсы. Полет длится пятнадцать минут. Однодневная
экскурсия для туристов.
- Ты думаешь о том же, что и я? - спросил Шепилов.
- Да. Красивый кораблик, - подтвердил Туркин. - Когда они после обеда
вернутся, мы будем уже на пути из Сан-Мало в Париж.
Он вытащил из кармана пачку французских сигарет и предложил напарнику.
- Давай подождем, пока они уедут.
Прогулявшись минут десять по понтонам, они ступили на борт "Элюэтт".
Вход вниз оказался запертым. Шепилов вынул из кармана складной нож и со
знанием дела взломал замок. Под палубой они обнаружили две прекрасно
обставленные каюты, салон и камбуз. Туркин и Шепилов вновь поднялись на палубу и
направились к рулевой рубке, дверь которой не была закрыта.
- Ключа зажигания нет, - констатировал Шепилов.
- Ерунда. Дай нож.
Туркин вскрыл панель и вытащил оттуда множество разноцветных проводов.
Буквально через минуту он нашел нужный контакт, нажал на кнопку запуска
двигателя, и тот сразу заработал. Он бросил взгляд на указатель топлива.
- Бак наполнен на три четверти. А нам везет сегодня, Иван, - бодро сказал он
Шепилову.
Они проследовали на другой конец порта, свернули на набережную Альберта и
стали наблюдать оттуда за причалом для кораблей на подводных крыльях.
- Прекрасно, - произнес Туркин, посмотрев на часы. - Сейчас нам остается
только ждать. Есть время позавтракать. Давай найдем это кафе.
В это время из порта Сан-Мало выходил корабль на подводных крыльях, почти до
отказа заполненный французами, собиравшимися денек-другой отдохнуть на Джерси,
как это поняла Татьяна из разговора между своими соседями. В открытом море
корабль ускорил ход и приподнялся над волнами. Настроение у Татьяны улучшилось,
и она с удовольствием смотрела на утреннее море. Отлично все получилось, думала
она. Ведь Джерси - это почти что Лондон. С этими мыслями она откинулась на
спинку кресла и закрыла глаза.
На своем большом "пежо-комби" Алекс Мартин свернул на набережную Альберта
и стал подыскивать место для парковки. Это было совсем непросто, так как только что
пришел автопаром из Веймета. Всю ночь он не спал и только теперь начал ощущать
последствия этого, несмотря на холодный душ и плотный завтрак.
Конечно же, ему очень хотелось произвести впечатление на Татьяну Воронину. И
он принарядился. Надел брюки цвета морской волны, такой же свитер и голубой
спортивный блейзер из твида от Сен Лорана. Шанс познакомиться со знаменитой
пианисткой значил для Мартина гораздо больше, чем могли представить себе
Фергюсон или Фокс.
В каком-то нервном возбуждении он провел ладонью по еще влажным волосам.
Взял свой пистолет "смит-и-вессон" 38-го калибра, широко распространенный в ЦРУ.
Шесть лет назад Алекс вынул его из руки террориста в Белфасте. Тот пытался убить
Мартина, но Алекс застрелил его мгновением раньше. Странно, но этот эпизод
никогда не мучил его - Мартин не ощущал укоров совести и ему не снились
кошмары.
- Только не надо торопиться, Алекс, - приказал он самому себе. - Мы же на
Джерси.
Однако чувство того, что находится он не на Джерси, а в Белфасте, никак не
покидало его. Вспомнив о тех временах, Мартин засунул пистолет за пояс сзади:
оружие, спрятанное таким образом, часто не обнаруживали даже при довольно
тщательных обысках.
Коротая время, он курил и слушал радио Джерси. Когда корабль пришвартовался,
Мартин не сразу вышел из машины, а стал ждать, пока пассажиры пройдут обычные
формальности. Он встал и быстрым шагом направился навстречу, когда первые из них
показались на выходе из терминала.
Татьяну Воронину он узнал очень быстро.
- Мисс Воронина? - Она с недоверием посмотрела на него. - Ах, да, мне
следовало бы сказать - мисс Фрэнк?
- Кто вы?
- Александр Мартин. Я здесь для того, чтобы проводить вас до самолета. Ваш
лондонский рейс в десять десять. Так что времени у нас предостаточно.
Таня взяла Мартина под руку, совершенно успокоилась и, конечно, не заметила
стоявших у противоположной стены Туркина и Шепилова.
- Вы даже не представляете себе, насколько приятно встретить друга.
- Сюда, пожалуйста. - Мартин подвел ее к своему "пежо". - В прошлом году я
слушал вас в "Ройял Альберт Холле". Это было бесподобно.
Он открыл перед ней переднюю дверцу, потом обошел вокруг автомобиля и сел за
руль.
- Вы тоже играете на рояле? - спросила она, повинуясь интуитивной подсказке.
- Да, но весьма посредственно, - ответил Алекс и повернул ключ зажигания.
Вдруг сзади открылись обе дверцы, и в машину сели двое.
- Тихо, - произнес за спиной Тани Туркин, - иначе вы рискуете остаться в
машине с раздробленным позвоночником, ведь в кресле нет стального листа.
Глушители на наших пистолетах позволяют бесшумно прихлопнуть вас обоих, а
потом так же тихо исчезнуть.
Таня словно окаменела. Изо рта ее вырвался только сдавленный крик.
Алекс Мартин спокойно спросил:
- Кто эти люди?
- Они из советской военной разведки ГРУ.
- Ах, вот оно что! И что дальше? - спросил Мартин Туркина.
- Если мы сможем взять ее с собой, то увезем, если нет - она умрет. Важно
лишь, чтобы она не говорила с кем не следует. Одно лишнее движение, и вы будете
первым.
- Не сомневаюсь.
- Вот именно, красавчик. Сила на нашей стороне, а вы - слабаки, - отрубил
Туркин. - Поэтому мы победим и еще помаршируем по площади перед
Букингемским дворцом.
- Сейчас для этого неподходящее время года, уважаемый, - ответил Алекс. -
Королева в своей летней резиденции в Сендрингеме.
Туркин мрачно ухмыльнулся.
- Очень остроумно. Мы это учтем. А теперь давай, поехали к яхтам.
По понтонам они прошли к "Элюэтт". Мартин поддерживал Таню под локоть,
русские парни шли сзади. Алекс чувствовал, как дрожит Таня, когда помогал ей
перебираться через релинг.
Туркин открыл дверь, ведущую вниз.
- Оба туда!
С пистолетом в руке он последовал за ними.
- Стоять! - скомандовал он Мартину в салоне. - Руки на стол, ноги на ширину
плеч! А вы сядьте, - приказал он Тане.
Сбоку стоял Шепилов с пистолетом в руке. Таня готова была разрыдаться.
- Улыбнитесь, - мягко произнес Алекс. - Так будет лучше.
- Эх вы, англичане, - хмыкнул Туркин, со знанием дела обыскивая Мартина. -
Олухи вы, полные олухи. Вот подождите, аргентинцы еще отправят вас всех на дно
Атлантического океана рыб кормить. - Он приподнял блейзер Мартина и обнаружил
"смит-и-вессон". - Нет, ты только посмотри, - сказал он, обращаясь к Шепилову. -
Типичный агент-любитель. В камбузе я видел какие-то веревки. Притащи.
Через минуту Шепилов возвратился.
- А после выхода из порта мне будет устроено морское погребение? - спросил
Мартин.
- Что-то в этом роде. - Туркин повернулся к Шепилову. - Свяжи его. Надо
уходить. Пойду заведу мотор.
Он направился к трапу. Татьяна больше не дрожала, зато от злости и отчаяния
стала бледной как мел. Мартин почти незаметно тряхнул головой и тут же получил от
Шепилова коленом под зад.
- Стоять смирно, руки назад!
И Мартин почувствовал, как в спину ему уткнулся глушитель пистолета, владелец
которого обратился к Тане:
- Свяжите ему руки.
- Странно, неужели вас этому не учили? - спросил Мартин. - Так близко к
жертве подходить нельзя.
С этими словами он резко развернулся влево, в сторону от ствола пистолета,
который рявкнул и тут же продырявил переборку. Правой рукой Мартин схватил
Шепилова за запястье, вывернул его и рванул так, что тот скорчился от боли и
выронил оружие.
Кулак Мартина, словно молот, опустился на левое предплечье лейтенанта и
раздробил его. Шепилов вскрикнул и рухнул на колени. Мартин нагнулся, чтобы
подобрать пистолет, но в этот момент русский взметнул правую руку, в которой
блеснуло лезвие раскладного ножа. Мартин почувствовал острую боль: лезвие впилось
в руку. Костяшками кисти он ударил Шепилова в челюсть, а нож отбросил под лавку.
Таня вскочила, но на палубе загремели шаги.
- Иван! - крикнул Туркин.
Мартин приложил палец к губам и протиснулся мимо Татьяны в камбуз. Оттуда к
переднему люку вела узенькая лестница, по которой он выбрался на палубу.
Начало моросить, с моря поднимался легкий туман. Он на цыпочках пробежал по
трапу, по которому только что сошел Туркин, оглядывавшийся в поисках противника с
пистолетом в руке. Мартин замер. Не желая давать шансов сопернику, он нажал на
спусковой крючок и аккуратно прострелил ему руку. Туркин вскрикнул, выпустил
оружие и скрючился на полу салона.
Алекс поднял пистолет Туркина и сунул в карман. Поддерживая простреленную
руку и буравя Мартина полными ненависти глазами, Туркин оперся на стол, Шепилов
с шумом поднялся и снова опустился на лавку. Мартин обыскал Туркина и отнял свое
оружие.
- Я специально стрелял в руку для того, чтобы сохранить вам жизнь. По крайней
мере - сейчас. Не знаю, чья это моторка, но вы, кажется, хотели смотаться отсюда.
На вашем месте я бы так и поступил. Если вас здесь поймают, то вы поставите свое
начальство в неловкое положение, а кроме того, вас наверняка с нетерпением
ожидают в Москве. Вдвоем вы туда как-нибудь доберетесь.
- Ах ты, говно! - с отчаянием в голосе прошипел Туркин.
- О, такие выражения в обществе дамы, - с укором произнес Алекс, подвел
Таню к трапу и повернулся. - Вы оба в Белфасте не продержались бы и дня, -
презрительно бросил он и последовал за Таней на палубу.
У "пежо" он осторожно снял блейзер. Увидев кровь на рукаве рубашки, достал
носовой платок.
- Не могли бы вы перевязать?
Таня затянула платок на ране.
- Что вы все-таки за человек?
- Вообще-то я больше люблю Моцарта, - ответил Мартин, надевая блейзер. -
Смотрите, смотрите!
Из гавани выходила "Элюэтт".
- Бедняги, - сказал Мартин. - Отсюда им прямая дорога в лагерь.
Он отворил перед Татьяной дверцу машины и, садясь за руль, улыбнулся.
- Ну, теперь можно в аэропорт.
Гарри Фокс пил чай и курил с сержантом в отделе безопасности первого
терминала лондонского аэропорта Хитроу. Зазвонил телефон, сержант передал трубку
Фоксу.
- Гарри? - раздался голос Фергюсона.
- Слушаю, сэр.
- Все отлично, она на борту самолета, вылетающего с Джерси.
- Сложности были, сэр?
- Никаких, если не считать парней из ГРУ, которые перехватили ее и Мартина на
набережной Альберта.
- И что было дальше? - спросил Фокс.
- Он разобрался с ними как следует, вот и все. Этого человека мы должны взять к
себе. Скажите, он ведь служил в гвардии?
- Да, сэр, в Уэльской гвардии.
- Я так и думал. Сразу видно, - с удовольствием отметил Фергюсон. - До
встречи, Гарри.
Глава 9
Фергюсон с серьезным лицом держал телефонную трубку в руке, когда в кабинет
на Кавендиш-сквер вошел Гарри Фокс с бланком телекса. Фергюсон, остановив его
быстрым жестом, сказал:
- Большое спасибо, господин министр, - и положил трубку.
- Неприятности, сэр?
- Судя по всему, да. Из министерства иностранных дел только что сообщили, что
визит папы определенно состоится. В течение ближайших часов Ватикан должен
сделать официальное заявление. А что у вас?
- Телекс, сэр. Информация о продвижении наших сил на Фолклендах. Сначала
плохая новость: после вчерашней бомбардировки "Скайхоуками" все-таки затонула
"Антилопа". Теперь новость хорошая: сбито семь аргентинских штурмовиков.
- Я бы предпочел увидеть их обломки собственными глазами. В
действительности их было, наверное, наполовину меньше. Очередная постановка
спектакля "Воздушная война над Англией".
- Может быть, сэр. В горячке боя каждый уверен в том, что врага сбил именно он.
С подсчетом всегда возникают сложности.
Фергюсон встал и прикурил сигару.
- Не знаю, но у меня сейчас такое чувство, что мне скоро на голову упадет
крыша. Теперь вот визит папы, без которого я прекрасно мог бы обойтись. Качулейн
все еще не пойман. Наконец, эта история с аргентинцами, которые хотят купить
ракеты "Экзосет" на черном рынке в Париже. Приказ на отзыв Тони Виллерса из тыла
противника на Фолклендах уже отдан?
- Да, сэр. Подводной лодкой его перебросят в Уругвай, а из Монтевидео он
вылетит в Париж прямым рейсом "Эр Франс". Завтра будет там.
- Хорошо. Отправляйтесь туда же и проинформируйте его. Потом без
промедления обратно.
- Этого будет достаточно, сэр?
- Думаю, да. Вы же знаете Виллерса. Для Тони нет преград, если он берется за
дело по-настоящему. Так что не беспокойтесь, он им еще покажет. А вы, Гарри,
нужны мне здесь. Что делает малышка Воронина?
- Как я уже говорил, по дороге из Хитроу мы остановились у магазина "Харрод",
чтобы она купила кое-что. Приехала-то она только с тем, что было на ней.
- Ну, тогда у нее не осталось ни пенни, - проворчал Фергюсон. - Придется
обратиться в резервный фонд.
- Нет нужды, сэр. У нее здесь, кажется, приличные счета в банках от продажи
грампластинок и так далее. А на жизнь она сама заработает без труда. Импресарио
будут рвать ее на части, как только станет известно, что Татьяна Воронина в Англии.
- Ну, до этого еще когда дело дойдет. Пока ее присутствие у нас должно
сохраняться в строжайшей тайне. А как она вообще?
- Очень мила. Я устроил ее в нашем отеле, и она пошла принимать ванну.
- Не следует давать ей особенно расслабляться, Гарри. Девлин сообщил, что один
из боевиков Макгинесса, человек, следивший за Черни, был выловлен мертвым из
Лифи. Наш друг времени зря не теряет.
- Я понимаю, сэр, - сказал Фокс. - Что вы предлагаете?
- Сегодня после обеда мы переправим ее в Дублин. Вы, Гарри, будете ее
сопровождать. В аэропорту передадите Девлину и сразу назад. Завтра утром первым
же рейсом - в Париж.
В этот момент в сопровождении Кима в кабинет вошла Татьяна Воронина.
Несмотря на темные круги под глазами, выглядела она на удивление хорошо. И это, не
в последнюю очередь, благодаря свитеру из кашемира и элегантной твидовой юбке от
"Харрода". Фокс представил ее.
- Очень рад, мисс Воронина, - сказал Фергюсон. - Сожалею, что вам пришлось
так много пережить за последние часы. Пожалуйста, садитесь.
Она присела на кушетку у камина.
- Вам известно уже, что происходит в Париже? - спросила Таня.
- Еще нет, - ответил Фокс. - Мы пытаемся выяснить, но, насколько мне
известно, КГБ даже при благоприятных условиях не жалует слабаков, а если учесть
еще и личную заинтересованность вашего приемного отца... - Он поежился. - Не
хотел бы я оказаться на месте Туркина и Шепилова.
- Даже Белову, прошедшему огонь, воду и медные трубы, нелегко будет остаться
на своем месте после такого провала, - вставил Фергюсон.
- Ну, а что теперь? - спросила она. - Я увижу снова профессора Девлина?
- Совершенно верно, но для этого надо сначала перебраться в Дублин. И хотя вы
только что с самолета, однако время имеет сейчас решающее значение. Если вы не
слишком устали, то я просил бы вылететь во второй половине дня. С вами будет
капитан Фокс, и мы позаботимся о том, чтобы Девлин встретил вас в Дублине.
Татьяна все еще пребывала в состоянии возбуждения, и поэтому предложение
Фергюсона показалось ей еще одним звеном в цепи приключений.
- Прекрасно. Когда в путь?
- Значит, рано вечером, - сказал Девлин. - Конечно, я встречу ее. Никаких
проблем.
- Вы сами договоритесь о встрече с Макгинессом, чтобы она могла посмотреть
фотографии и другие материалы ИРА?
- Естественно.
- И пожалуйста, побыстрее, - добавил Фергюсон.
- Слушаюсь и повинуюсь, о великий дух лампы, - ответил Девлин. - Но для
начала я хотел бы сам поговорить с Ворониной.
Фергюсон протянул ей трубку.
- Профессор Девлин? Это вы? - вымолвила Таня.
- Мне как раз только что сообщили из Парижа, что у Моны Лизы улыбка до
ушей. Пока!
Шеф внешней разведки СССР Гранов сидел в своем кабинете на площади
Дзержинского, куда по его приказу после обеда прибыл Масловский. С тяжелым
чувством переступил он порог, потому что Гранов был, наверное, единственным
человеком, которого боялся генерал. Гранов сидел за столом и что-то писал,
поскрипывая ручкой. Некоторое время он игнорировал Масловского, потом заговорил,
не отрывая глаз от документа.
- Речь идет о мелочи, а именно о безобразной некомпетентности вашего отдела в
деле Качулейна.
- Товарищ генерал... - пробормотал Масловский, пытаясь защищаться.
- Вы дали приказ ликвидировать его вместе с Черни?
- Так точно, товарищ генерал.
- Чем раньше, тем лучше. - Гранов сделал паузу, снял очки и провел ладонью по
лбу. - И потом, эта история с вашей приемной Дочерью. Из-за нерасторопности
ваших людей она уже наверняка в Лондоне.
- Так точно, товарищ генерал.
- Оттуда бригадный генерал Фергюсон отправит ее в Дублин, чтобы она с
помощью ИРА опознала Качулейна.
- Похоже, что так, - слабым голосом подтвердил Масловский.
- В моих глазах Временная ИРА является фашистской организацией, а связь с
католической церковью окончательно разоблачает ее. Татьяна Воронина предала свою
страну, свою партию и свой народ.
Вы немедленно дадите в Дублин Лубову приказ ликвидировать ее вместе с Черни
и Качулейном.
Он снова надел очки, взял ручку и принялся писать.
- Но, товарищ генерал, может быть... - попытался возразить охрипший
Масловский.
Гранов удивленно посмотрел на него.
- У вас возникают какие-либо сложности в связи с моим указанием?
Масловский, кажется, даже несколько съежившийся под холодным взглядом шефа,
отрицательно потряс головой:
- Нет, конечно нет, товарищ генерал.
Он повернулся и вышел из кабинета. Колени его заметно дрожали.
В советском посольстве в Дублине Лубов только что получил сообщение из
Парижа, что Татьяне Ворониной удалось уйти. Он стоял в шифровальном зале и
переваривал эту новость, когда из Москвы поступил приказ Масловского. Когда он
прочитал текст, ему стало нехорошо. Лубов прошел в свой кабинет, заперся там,
достал из шкафа бутылку виски и налил стакан. Выпил. Потом еще налил и выпил
снова. Наконец подошел к телефону и позвонил Черни.
- Говорит Костелло (это была кличка, используемая только в особых случаях).
Вы заняты?
- Не особенно, - ответил Черни.
- Нам необходимо встретиться.
- В обычном месте?
- Да, я должен поговорить с вами. Это очень важно. Кроме того, сегодня вечером
мы оба должны встретиться с нашим общим другом. Лучше всего на Дан-стрит. Вы
можете это организовать?
- Что-то раньше такого не бывало.
- Исключительно важно. Я же сказал. Перезвоните мне и подтвердите
договоренность.
Черни был определенно озабочен. "Дан-стрит" на их языке означала заброшенный
склад на набережной Сити, который он несколько лет назад арендовал от имени одной
фирмы. Но дело было даже не в этом. Гораздо более смущало его то, что он, Кассен и
Лубов до сих пор вместе никогда не встречались. Он долго и безуспешно пытался
дозвониться Кассену на квартиру, потом набрал номер католического секретариата в
Дублине. Тот тут же ответил.
- Ну, наконец-то, - сказал Черни.
- Собственно, я только что пришел, - ответил Кассен. - Есть проблемы?
- Я бы так не сказал. Скорее озабоченность. Я могу говорить прямо?
- Обычно вы так и делаете, когда пользуетесь этим телефоном.
- Позвонил наш друг Костелло. Он хочет повидаться со мной.
- В обычном месте?
- Да, но кроме того он попросил еще организовать нашу встречу втроем сегодня
на Дан-стрит.
- Вот это уж действительно странно.
- Да. Мне тоже не нравится.
- Может быть, у него приказ отозвать нас? - предположил Кассен. - Он
говорил что-нибудь о девушке?
- Нет. А что он должен был сказать?
- Я лишь спросил, чтобы выяснить ситуацию. Скажите ему, что на Дан-стрит
встречаемся в полвосьмого. Я все организую. Черни тут же перезвонил Лубову.
- Вам в полчетвертого подойдет?
- Конечно, - ответил Лубов.
- Он спрашивал, известно ли что-нибудь о девушке из Парижа.
- Ничего, - солгал Лубов. - До встречи в полчетвертого.
Он налил еще виски, открыл верхний ящик письменного стола, вынул оттуда
футляр. Внутри находился полуавтоматический пистолет системы "стечкин" и
глушитель к нему. Дрожащими руками он начал навинчивать глушитель на ствол.
Гарри Кассен стоял у окна своего бюро в секретариате и смотрел на улицу. Перед
тем как уйти из дома, он прослушал запись разговоров Девлина с Фергюсоном и знал,
что этим вечером Татьяна прибывает в Дублин. Не может быть, чтобы Лубов не
получил соответствующего сообщен
...Закладка в соц.сетях
