Жанр: Триллер
Исповедальня (час охотника (Лайам Девлин 2)
... Есть ведь и железная дорога. Может, тут у нас шанс.
Ладно, поехали, а там посмотрим.
- Вот так свинство, - резюмировал Фергюсон. - Хуже и быть не может. Что с
Фоксом?
- Врачи говорят, что есть надежда. Он в Дамфризе, в городской больнице.
- Я позабочусь, чтобы его как можно скорее перевезли в Лондон. Самый лучший
уход мы обеспечим. Откуда вы звоните?
- Из полицейского управления в Дамфризе. Трент стоит рядом. Он мобилизует
все силы, чтобы перекрыть дороги, ну и так далее. Погода, к сожалению, хуже некуда.
Все время льет дождь.
- Как вы оцениваете ситуацию, Лайам?
- По моему мнению, он опять ушел.
- Значит, вы не думаете, что он попадется где-нибудь на кордонах?
- Я это совершенно исключаю.
Фергюсон вздохнул.
- Ладно. На всякий случай побудьте еще немного с Гарри, а потом возвращайтесь
в Лондон.
- Когда? Сегодня вечером?
- Садитесь на ночной поезд. Папа прибывает завтра утром в аэропорт Гатвик. И
вы нужны мне здесь.
Кассен и Моронк оставили джип в небольшой расщелине в лесу неподалеку от
Данхилла и стали спускаться вниз к железной дороге. На окраине городка улицы из-за
дождя были совершенно безлюдны. Они прошли мимо полуразрушенного склада и
через дыру в заборе выбрались на рельсы. На одном из путей стоял товарняк. Кассен
заметил, как машинист прошел по рельсам и залез в кабину.
- Но мы же не знаем, куда он поедет, - сказала Моронк. Кассен улыбнулся.
- Так он же стоит в направлении на юг, а? Погнали! Пересекая пути, они
подбежали к поезду, когда тот уже трогался. Кассен раскрыл дверь одного из вагонов,
бросил внутрь сумку, впрыгнул сам, обернулся и схватил за руку девушку. Еще через
мгновение она стояла рядом с ним. Вагон был наполнен ящиками,
предназначавшимися, судя по шаблонной надписи на них, для фабрики в Пенрите.
- Где это? - спросила Моронк.
- К югу от Калайла. Оттуда мы сможем двигаться дальше, даже если это конечная
станция.
Будучи в общем в неплохом настроении, он сел и закурил. Правда, левой руки он
не чувствовал и пользоваться ею было практически невозможно. Но морфий успокоил
ее. Моронк прижалась к нему, и он положил ей на плечо здоровую руку. Много лет он
не слышал зова того инстинкта, который требует от человека защищать кого-то. И он
признался себе, что давно уже так ни о ком не заботился.
Моронк закрыла глаза и, кажется, заснула. Благодаря морфию боли не
возвращались. А на случай, если они снова подступят, в аптечке было еще несколько
ампул. Пуля в плече без врачебного вмешательства означала практически неизбежное
загноение. Но еще тридцать шесть часов он мог продержаться.
Завтра утром Иоанн Павел II прибывает в Гатвик, а на следующий день - в
Кентербери.
Поезд пошел быстрее. Кассен откинулся назад, здоровой рукой крепче прижимая к
себе девушку, и заснул.
Глава 14
Моронк пробудилась от толчка - поезд начал резко тормозить. Они прошли через
стрелку и ехали по какому-то дополнительному пути. Время от времени сквозь доски
мелькал свет фонарей и освещал Кассена. Но он спал крепко, и лицо его не меняло
выражения.
Девушка легонько коснулась его лба - он был мокрым от пота. Кассен застонал и
повернулся на бок, а Моронк увидела, что он та и не выпустил пистолета из рук.
Она поежилась и подняла воротник куртки, сунула в карман руки и стала смотреть
на него. Моронк была простой, неизбалованной девушкой, обладавшей, однако,
трезвым и гибким умом. Она еще никогда не встречала такого человека, как Кассен. И
дело тут было не только в оружии в его руках, в том холодном насилии, которое,
казалось он олицетворял. Страха перед ним девушка не чувствовала. Он мог быть в ее
глазах кем угодно, но только не жестоким человеком.
Самым главным она считала то, что он помог ей, а к такому она не привыкла.
Даже дедушке лишь с трудом удавалось защитить ее от Мюррея. Кассен же спас ее, и
Моронк была достаточно взрослой, чтобы понимать, от чего именно. То, что она тоже
помогла Кассену, не приходило ей в голову. Просто благодаря ему она впервые в
жизни чувствовала себя по-настоящему свободной.
Вагон снова дернуло. Кассен открыл глаза, быстро повернулся, поднялся на одно
колено и посмотрел на часы.
- Полвторого. Долго же я спал.
- Да, порядочно.
Он посмотрел в щель между досками.
- Мы наверняка въезжаем на грузовой вокзал Пенрита. Где моя сумка?
Взяв поданную девушкой сумку, Кассен достал оттуда аптечку и сделал себе укол
морфия.
- Как ты себя чувствуешь? - спросила она.
- Лучше не бывает. Никаких жалоб. А укол я сделал на всякий случай.
Он солгал, потому что при пробуждении боль оказалась довольно сильной. Он
отодвинул дверь, выглянул наружу и заметил вынырнувшую из темноты надпись
"Пенрит".
- Что и требовалось доказать, - произнес он.
- Так мы выходим?
- Бог знает, пойдет ли поезд дальше, а до автомагистрали отсюда совсем
недалеко.
- И что там?
- Там есть мотель, ресторан самообслуживания, разные машины, грузовики. -
Боль утихла, и он смог наконец улыбнуться. - Бесконечное число возможностей. Так,
а теперь дай мне руку. Когда поезд окончательно затормозит, прыгай.
Так как идти пришлось дольше, чем предполагал Кассен, то до мотеля с
рестораном, расположенным на магистрали А6, они добрались только к трем часам.
На стоянку один за другим подъехали два грузовика, причем один из них с такой
огромной фарой, что подкативший вслед за ним полицейский автомобиль Кассен
заметил в самый последний момент. Он затащил Моронк за грузовик. Полицейская
машина с включенной мигалкой остановилась неподалеку.
- Что будем делать? - прошептала девушка.
- Ждать.
Шофер остался сидеть за рулем, а второй полицейский вышел из машины и
направился в ресторан. Они хорошо видели ею сквозь большие окна в зале. За столами
сидело человек тридцать. Полицейский внимательно осмотрел всех, вышел, сел в
машину и связался с кем-то по рации.
- Нас ищут, - сказала Моронк.
- Понятное дело. - Кассен снял с ее головы вязаный берет и сунул в мусорный
ящик поблизости. - Вот так лучше. А то прямо как на рекламном щите. - Он
порылся в сумке и достал оттуда пятифунтовую бумажку, которую подал девушке. -
В ресторане можно взять еду с собой. Купи чаю и сандвичей. Я буду ждать здесь. Так
безопаснее.
Она поднялась наверх и вошла в ресторан. Кассен видел, как она помедлила у
стойки, потом взяла поднос. Неподалеку он заметил скамейку, полускрытую стоящим
рядом грузовиком. Он сел, закурил и стал ждать, думая о Моронк Финлей.
Странно, но ему было приятно думать о ней. Но затем его охватили привычные
для священника сомнения в правильности своих действий. В конце концов, она почти
еще ребенок. Двадцать лет он совершенно спокойно обходился без женщин.
Насколько абсурдным было бы теперь, перед самым концом, влюбиться в
шестнадцатилетнюю цыганку!
Она вернулась с пластмассовым подносом и поставила его на лавочку.
- Чай, бутерброды с ветчиной и - смотри-ка - о нас пишут в газетах. Я купила
одну.
Он медленно налил горячего чаю в пластмассовый стаканчик, разложил газету на
коленях и начал читать в слабом свете, падавшем из окон ресторана на стоянку. Это
была местная вечерняя газета, выходящая в Калайле. Фотография Кассена красовалась
на первой странице, рядом - снимок Моронк.
- А здесь ты выглядишь еще моложе, - заметил он.
- Фотокарточку сделала моя мать в прошлом году. Она висела у дедушки в
фургоне. Полиция наверняка отняла ее. Добровольно бы он никогда не отдал.
- Если вчера вечером сообщение о нас появилось в местных газетах, то сегодня
утром наши физиономии поместят и все центральные, - произнес он.
Ответом было удрученное молчание. Он достал еще одну сигарету и молча
закурил.
- Ты же не бросишь меня одну? - с тревогой спросила Моронк.
Он мягко улыбнулся.
- Для своего возраста ты поразительно догадлива. Да, я считаю, нам следует
расстаться. Другого выхода просто не вижу.
- Дальше можно не объяснять.
Но он продолжил:
- Фотография в газете обычно ничего не говорит людям. В глаза бросается только
что-то действительно необычное, например, мы вдвоем. В одиночку же у тебя есть все
шансы добраться до намеченной цели. Деньги, которые я дал, с тобой?
- Да.
- Хорошо. Тогда иди в ресторан, посиди в тепле, согрейся. Здесь останавливаются
рейсовые автобусы. Это я знаю точно, потому что совсем недавно на таком же
автобусе ехал в противоположном направлении. Так ты без особых хлопот доберешься
до Бирмингема, а оттуда - до Лондона.
- А ты?
- Обо мне не беспокойся. Если попадешься, скажи, что я заставил тебя помогать
мне. Большинство наверняка поверит, а то, во что верит большинство, - почти
правда. - Он поднял сумку и погладил девушку по щеке. - Ты необыкновенный
человек. Не давай больше унижать себя. Обещаешь?
- Да. - Она сглотнула слезы, подняла голову, поцеловала его в щеку,
повернулась и бросилась прочь.
Жестокая школа жизни научила ее скрывать чувства, но глаза Моронк были полны
слез, когда она входила в ресторан. Она стала протискиваться между столов в зале, и
какой-то блондин схватил ее за рукав. Девушка остановилась и увидела еще двух
нахальных бритоголовых парней в кожаных куртках. У блондина, остановившего ее,
на груди болтался немецкий железный крест.
- Что такая невеселая, малышка? Поехали со мной, я быстро приведу тебя в
чувство.
Она вырвала руку, не ощутив даже гнева, заказала чашку чая, поставила ее перед
собой на стол и сжала в ладонях. Кассен вошел в ее жизнь и исчез, но теперь все
пойдет совсем иначе. Впервые за многие годы она горько заплакала.
Собственно, у Кассена было две возможности - либо пойти дальше пешком, либо
украсть машину. Вторая возможность давала большую свободу действий и экономию
времени, но могла сработать, если автомобиля хватятся лишь через некоторое время.
На другой стороне магистрали был мотель, а на стоянке перед ним машины тех, кто
остался здесь на ночь. Исчезновение автомобиля обнаружится лишь часа через три или
четыре, а тогда он будет уже далеко.
Он стал подниматься по лестнице пешеходного моста, думая о Моронк Финлей и
спрашивая себя, что же в конце концов ее ждет. Но это была уже не его проблема.
Главное, что он поступил правильно. Вместе они действительно бросались в глаза.
Кассен остановился на мосту и закурил. Внизу по магистрали проносились огромные
автофургоны. Так что все разумно и логично. Но откуда же тогда такое мерзкое
чувство?
- Боже мой, Гарри, - произнес он тихо, - честность, невинность и уважение к
людям разлагают тебя. Эта девушка действительно чиста. К ней никогда не прилипнет
грязь жизни.
И тем не менее.
Кто-то подошел к ней и тихо сказал:
- Что-нибудь не в порядке, малышка? Могу я что-нибудь для тебя сделать?
Это был индус лет сорока пяти с черными вьющимися волосами, начинавшими
седеть на висках, в промасленной шоферской куртке с меховым воротником. В руках у
него были термос и пакет с бутербродами. По его улыбке Моронк поняла сразу, что
перед ней - простои и открытый человек. Он сел рядом.
- Ну, и в чем твоя проблема?
- В жизни.
- Глубокомысленное замечание для столь юной дамы. - Он сочувственно
улыбнулся. - Чем же тебе помочь?
- Я жду автобус.
- Куда?
- В Лондон.
Он покачал головой.
- Все вы бежите отсюда, и все - в Лондон.
- У меня бабушка в Лондоне, - произнесла она обиженно. - В Вепинге.
Он кивнул и сморщил лоб, размышляя о чем-то, потом встал.
- О'кей, тогда я тот, кто тебе нужен.
- То есть?
- Я - шофер автопоезда, живу в Лондоне. Правда, придется сделать крюк и
неподалеку от Манчестера свернуть на Лидс, чтобы разгрузиться, но к утру мы доедем
до Лондона.
- Я не знаю... - она колебалась.
- Автобус будет только через пять часов, так что терять тебе нечего. А чтобы ты
не очень нервничала, могу сказать, что зовут меня Эрл Джексон и что у меня три
дочери, все - старше тебя.
- Ну хорошо, - наконец решилась Моронк. Они вместе вышли из ресторана и
направились к огромному автофургону.
- Вот, пожалуйста, не хуже, чем дома - полный комфорт, - сказал Джексон.
Они услышали шаги и, когда обернулись, увидели выходящего из-за грузовика
блондина, который задирался в ресторане.
- Глупая девчонка, - ухмыльнулся он, уперев руки в бока. - Разве я тебе не
говорил, что моя тачка лучше? И что я вижу? Ты отваливаешь с каким-то негритосом.
Ну ты даешь!
- Ах ты, Боже мой, - проговорил Джексон. - Это что еще за чучело? Бубнит
чего-то себе под нос, а чего - не пойму. А ведь чуть цыкнешь на него - штаны
намочит.
Он нагнулся, чтобы поставить термос и пакет на землю, однако в этот момент изпод
другого грузовика вынырнул один из бритоголовых и ударил Джексона в зад. Он
потерял равновесие и полетел вперед. Блондин тут же подставил под лицо падающего
колено. Второй сзади схватил Джексона за воротник и поставил на ноги. Поиграв
пальцами, блондин стал разглаживать перчатку на правой руке.
- Держи крепче, Сэмми. Сейчас я буду его вырубать.
Но Сэмми дико вскрикнул, почувствовав страшный удар по почкам, и отпустил
Джексона. После второго удара Кассена он рухнул на колени. Пройдя мимо Джексона,
Кассен приблизился к блондину.
- Лучше бы ты не вылезал из своего дерьма, жук навозный.
Рука парня нырнула в карман, и прежде чем Моронк успела вскрикнуть от страха,
в ладони блондина блеснуло лезвие ножа. Кассен бросил сумку, поднырнул под удар,
двумя руками схватил нападавшего за запястье, вывернул его руку за спину и толкнул
так, что тот головой с грохотом врезался в кузов машины. С окровавленным лицом
блондин опустился на землю. Кассен поднял сначала одного, потом другого, притянул
их к себе и сказал:
- Я мог бы отправить вас на год-другой хлебать тюремную баланду, но, так уж и
быть, смывайтесь.
Они повернулись и, спотыкаясь, побежали прочь. Тут боль так скрутила Кассена,
что ему стало совсем плохо. Он медленно начал оседать на землю, цепляясь ногтями
за обшивку грузовика. Моронк подхватила его:
- Что с тобой, Гарри?
- Ничего, уже лучше.
- Плохо бы мне без вас пришлось, - заметил Эрл Джексон. - С меня
причитается. - Однако я что-то не пойму, что, собственно, произошло?
- Мы были вместе, а потом расстались. - Девушка бросила взгляд на Кассена. -
А теперь снова вместе.
- Ему тоже нужно в Лондон? - спросил Джексон. Она кивнула.
- Вы не отказываетесь от своего предложения?
Шофер улыбнулся:
- С чего это вдруг? Полезайте в кабину. Позади сиденья есть дверца. Там койка,
одеяла, ну и прочее. Я ночую прямо на стоянках и экономлю деньги на отелях.
Моронк стала забираться в машину. Когда Кассен собирался последовать за ней,
Джексон потянул его за рукав:
- Послушайте, я не знаю, что там у вас, но она - явно приличная девушка.
- Не беспокойтесь, - ответил Кассен. - Я того же мнения. - И полез в кабину.
Ранним солнечным утром самолет авиакомпании "Алиталия" с папой Иоанном
Павлом II на борту приземлился в аэропорту Гатвик. Папа вышел на трап, помахал
восторженной толпе рукой и первое, что сделал, спустившись на английскую землю,
это поцеловал ее.
Девлин и Фергюсон стояли в холле аэропорта.
- В такие моменты, как этот, никак не хочется думать, что меня могут отправить
на пенсию, - заметил бригадный генерал.
- Нельзя же закрывать глаза на факты, - ответил Девлин.
- Если это действительно готовый на все человек, которого мало волнует
собственная участь, то, избрав целью покушение на папу или английскую королеву,
он, в общем, вполне может добиться успеха.
Внизу папу приветствовали кардинал Басил Хьюм и от имени королевы - герцог
Норфолкский.
Кардинал произнес приветственную речь, потом с ответной речью выступил
Иоанн Павел II, после чего гости и встречавшие расселись по стоявшим рядом
лимузинам.
- Что теперь по программе? - осведомился Девлин.
- Служба в Вестминстерском соборе. После обеда прием у Ее Величества в
Букингемском дворце. И под конец помазание в соборе Святого Георга. Программа
довольно напряженная, я сам только сейчас обратил на это внимание. - По
Фергюсону можно было без труда заметить, что он не в своей тарелке. - Черт возьми,
Лайам, где же он? Где этот проклятый Кассен?
- Вполне возможно, даже ближе, чем мы предполагаем. Определенно можно
сказать, что он объявится в течение ближайших двадцати четырех часов.
- И тогда мы его накроем, - рявкнул Фергюсон, и они пошли прочь.
Двор склада, расположенного рядом с автомагистралью в Ханслете, под Лидсом,
был до отказа забит грузовиками. Кассен открыл дверь кабинки, в которой они сидели
с Моронк.
- Спрячьтесь, - сказал Джексон. - Нам строго запрещено брать попутчиков.
Нарушение может стоить мне водительских прав.
Он вышел, чтобы посмотреть, как будут отцеплять фуру, а потом отправился в
экспедицию, чтобы подписать путевой лист.
Увидев его, служащий поднялся из-за письменного стола.
- Привет, Эрл. Как доехал?
- Нормально.
- Я слышал, что на дороге что-то произошло. Один из ребят застрял у Манчестера
и звонил нам. Сплошные полицейские кордоны.
- Я ничего не заметил, - сказал Джексон. - А что случилось?
- Они ищут какого-то боевика ИРА, который везет девушку.
Не показывая виду, Джексон протянул служащему путевой лист.
- Что-нибудь еще?
- Нет, Джексон, все в порядке. До следующего рейса!
Джексон вышел из конторы. Приблизившись к машине, он помедлил, но потом
последовал своему первоначальному намерению, вышел со двора склада, пересек
улицу и направился к мотелю для водителей дальних рейсов. Молодую женщину за
стойкой он попросил наполнить термос чаем, заказал бутерброды с жареной ветчиной
и купил газету, которую стал внимательно просматривать на обратном пути.
Поднявшись в кабину, Джексон протянул пассажирам термос и бутерброды.
- Вот тут пожевать кое-что и газета к завтраку.
Фотографии на полосе были те же, что и в Калайле, как, впрочем, и текст. Правда,
некоторые детали относительно девушки были опущены, но извещалось, что девушку,
сопровождающую террориста, зовут Моронк Финлей.
Когда они выруливали на магистраль, Кассен спросил:
- Ну и?..
Не отрывая глаз от дороги, Джексон ответил:
- Вас ищут, парень. Конечно, я в долгу, но не до такой степени. Если вас
обнаружат...
- То и вам придется худо.
- А я себе этого позволить не могу. И так уже сидел два раза. Я воровал машины,
потом завязал. Так что неприятностями сыт по горло, и уж тем более нет никакого
желания опять очутиться в тюрьме Пентонвиль.
- Ну так езжайте дальше и ни о чем не беспокойтесь, - твердо сказал Кассен. -
В Лондоне мы выйдем, а вы отправитесь своей дорогой. Ни один человек не узнает,
кого вы везли.
Собственно, это было единственно правильное решение, и Джексон прекрасно это
понимал.
- Ну что ж, - произнес он со вздохом, - так и сделаем.
- Мне жаль, Джексон, - сказала Моронк.
Он посмотрел в зеркало заднего вида и улыбнулся.
- Да ничего, малышка. Мне с самого начала не надо было ввязываться. Так что
сидите в кабине и не высовывайтесь.
Машина мчалась по магистрали.
Девлин справлялся по телефону о здоровье Гарри Фокса, все еще находившегося в
больнице Дамфриза, когда из кабинета вышел Фергюсон.
Ирландец повесил трубку, и бригадный генерал сообщил, сияя:
- У меня хорошие новости. Только что я получил известие, что на Фолклендах
Вторая воздушно-десантная бригада под командованием полковника Джонса нанесла
удар по аргентинским частям, силы которых оказались втрое больше предполагаемого.
- И чем все закончилось?
- О, наши славные парашютисты победили, но Джонс, к сожалению, пал в бою.
- Зато о Гарри Фоксе я могу сказать обратное, - отреагировал Девлин на
сообщение Фергюсона. - Сегодня вечером его перевезут из Глазго в Лондон.
Состояние удовлетворительное.
- Слава Богу, - искренне обрадовался Фергюсон.
- Да, еще я разговаривал с Трентом. Из этих бродяг они, естественно, не выжали
ни слова, во всяком случае, ничего полезного. Дед утверждает, что не имеет
представления, куда могла убежать внучка. Мать этой Моронк Финлей сейчас в
Австралии.
- Бродяги еще хуже цыган, - сказал Фергюсон. - Лучше вас знаю. Не забудьте,
я ведь родом из Энгеса. Странный они народ. Могут ненавидеть друг друга хуже чумы,
зато полицию на дух не переносят. Полицейскому не скажут даже, как пройти в
туалет.
- Ну и что теперь предпримем?
- Поедем в собор Святого Георга и посмотрим, что поделывает Его
Святейшество. Потом отправляйтесь прямо в Кентербери. Я дам вам полицейскую
машину и шофера. Кажется, лучше будет представить дело так, будто вы у нас на
службе.
Моронк сидела на кровати в углу кабинки.
- Почему ты вернулся тогда, в Пенрите? Ты ведь ничего не объяснил. А мне
интересно.
Кассен пожал плечами.
- Я сказал себе, что ты, наверное, не доросла еще до того, чтобы остаться с
жизнью наедине.
Она покачала головой.
- Ну а почему же ты так боялся сказать, что беспокоишься за меня?
- Разве? - Он закурил и стал смотреть, как Моронк достает из кармана старую
колоду карт Таро и мешает ее. - Ты что-нибудь в этом смыслишь?
- Несколько лет назад, когда я была еще маленькой, бабушка учила меня
раскладывать карты. Есть ли у меня способности, я не знаю. Об этом трудно судить.
Она еще раз смешала карты.
- Может, полиция уже сидит у твоей бабушки?
- С чего это вдруг? Да они и не знают, что она вообще существует.
- Однако в лагере полиция наверняка всех допросила, и уж кто-нибудь чтонибудь
да сказал. Если не твой дедушка, так Мюррей.
- Да никогда в жизни, - сказала она. - Даже Мюррей до такого бы не
додумался. Ты - другое дело, ты ведь не наш, но меня никто выдавать не станет.
Моронк подняла первую карту. Она изображала башню, точно здание, в которое
ударила молния и с которого падали два человека.
- Некто страдает от сил судьбы, действующих в мире, - прокомментировала
девушка.
- Это про меня. Совершенно однозначно, - выжал из себя улыбку Гарри
Кассен...
Сьюзен Колдер была милой девушкой двадцати трех лет, выглядевшей
необыкновенно привлекательно в своей синей полицейской форме и фуражке с
околышем в черно-белую клетку. Сначала она собиралась стать учительницей, но
после трех семестров, проведенных в колледже, не выдержала и завербовалась в
лондонскую полицию, где служила уже почти год.
Она стояла на Кавендиш-сквер рядом с полицейской машиной и являла собой
радующую глаз картину. Настроение Девлина мгновенно улучшилось. Она как раз
протирала переднее стекло машины, когда он спускался по ступеням.
- Мое почтение! Как приятно иметь столь очаровательную леди в качестве
сопровождающего.
Она посмотрела на темное пальто подошедшего, его ухарски заломленную набок
фетровую шляпу и хотела было колко отпарировать, но сдержалась.
- Это вы профессор Девлин?
- Совершенно верно. А вас как зовут?
- Полицейская служащая Сьюзен Колдер, сэр.
- Вам известно, что до утра вы в моем распоряжении?
- Так точно, сэр. Номер в одном из отелей в Кентербери уже заказан.
- Да, то-то уж почешут охранники языки. Ну что ж, поехали.
Он открыл заднюю дверцу и уселся в машину. Сьюзен устроилась за рулем, и они
тронулись. Девлин откинулся на сиденье и стал украдкой наблюдать за девушкой,
потом спросил:
- Вас информировали, в чем, собственно, дело?
- Мне известно лишь, что вы - из "Группы четыре", сэр.
- И что это такое?
- Борьба с терроризмом, служба разведки, занимающаяся тем же, что и
подразделения Скотланд-Ярда по борьбе с терроризмом.
- Совершенно верно. "Группа четыре" действительно может позволить себе
пользоваться услугами таких людей, как я. В течение ближайших шестнадцати часов в
нашем деле так или иначе наступит развязка, и вы должны не отставать от меня ни на
шаг.
- Как вам будет угодно, сэр.
- Поэтому мне кажется, что вы заслуживаете быть посвященной во все детали
операции.
- А вам можно рассказать мне об этом? - с сомнением в голосе бросила она.
- Нет, но я тем не менее это сделаю, - ответил Девлин и поведал девушке все с
самого начала до конца, особое внимание уделив Гарри Кассену.
- Поразительная история, - взволнованно произнесла Сьюзен.
- Это еще мягко сказано.
- Однако мне кое-что хотелось бы уточнить, сэр.
- Что же именно?
- Три года назад в Белфасте убили моего старшего брата, который служил тогда в
морской пехоте. Его подстрелил какой-то снайпер с крыши дома.
- И это должно означать, что вы что-то имеете против меня?
- Вовсе нет, сэр. Просто я хотела поставить вас в известность, - коротко
пояснила она, свернула на главную магистраль, и они поехали по направлению к
Темзе.
Кассен и Моронк стояли на тихой улочке на окраине Вепинга и смотрели вслед
уезжавшему грузовику.
- Бедный Эрл Джексон, - сказал Кассен. - Спорим, что он постарается
смотаться отсюда как можно быстрее? Ну, и где живет твоя бабушка?
- На набережной под названием Кори-стрит. Я тут не была уже пять или шесть
лет и точно не помню, где это.
- Да уж найдем как-нибудь.
Они направились к реке. У Кассена снова заболела рука, а вместе с ней и голова,
но он старался не подавать виду. Наконец на углу они заметили какой-то
продовольственный магазин, и Моронк зашла туда, чтобы спросить насчет адреса.
Почти сразу же вышла и сказала:
- Это рядом, еще два квартала.
Они дошли до следующего угла, увидели реку, а в сотне метрах впереди -
надпись на стене дома: "Пристань Кори-стрит".
- Вот и прекрасно, иди, - сказал Кассен. - Я пока останусь внизу, на тот
случай, если у твоей бабушки гости.
- Я тут же вернусь.
Она быстрым шагом пошла по улице, а Кассен через пролом в двери влез в
заваленный хламом подъезд и стал ждать. От реки шел запах воды. Кораблей здесь
уже давно не было. Некогда одна из крупнейших гаваней мира превратилась в
кладбище портовых кранов, вздымавшихся к небу, словно допотопные чудовища.
Кассен чувствовал себя отвратительно. Когда он прикуривал сигарету, руки его
дрожали. Вскоре он услышал быстрые шаги, и тут же появилась Моронк.
- Ее нет дома. Но я поговорила с соседкой.
- Где она?
- Ездит с каким-то фокусником и на этой неделе должна быть на майдстоунской
ярмарке.
Майдстоун расположен всего в шестнадцати или семнадцати милях от
Кентербери. Ход событий сам подсказывает развязку, под
...Закладка в соц.сетях
