Жанр: Триллер
Иона
...ой колючий подбородок и тяжело вздохнул: -
Чем больше я об этом думаю, тем больше убеждаюсь, что мы лаем не на то дерево.
Шкипер этой лодки, Эдкок, настоящий морской волк и не тот тип, чтобы заниматься
контрабандой наркотиков. Спиртное, порой случайный иммигрант, но ничего другого
- такого серьезного, как наркотики. Не складывается.
- Возможно, у него тяжелые времена.
- Довольно забавно, что именно так он сегодня и сказал. И все же не
укладывается. И к тому же он... - Келсо поискал подходящее слово. - Черт, слишком
традиционен!
- Времена меняются, Джим, или ты не заметил? Сегодня никто не кажется тем,
кто он есть на деле.
Келсо резко обернулся к ней, но лунный свет не позволял рассмотреть выражение
его лица.
- Давай вернемся, - сказал он и пошел от пристани.
Бросив последний взгляд на воду в бухте, Элли повернулась и пошла за ним.
Теперь для Келсо дело приняло еще более неприятный оборот: он чувствовал, что
что-то пришло в движение, но не видел, что можно предпринять. Приходилось ждать
действий от них - кто бы они ни были, - чтобы сделать ответный ход. Вопрос, кто
они? Его трейлер обыскали, на Элли напали. Оставить это так? Он ссутулился, его
настроение снова упало.
- Эй, подожди меня! - Девушка догнала его и взяла под руку. - Считается, что
мы любовники, помнишь?
- Здесь никого нет, - отрезал Келсо, и она отшатнулась.
А пошел ты к черту, подумала она, отстав на два фута. Они проходили
автостоянку, и Келсо почему-то оглянулся на нее, вытянув шею, словно думал, что там
кто-то прячется. Элли решила не спрашивать, в чем дело, устав от резких перемен в
его настроении.
Они продолжали идти, держась середины переулка, поскольку на узком тротуаре
не хватало места для двоих; никто не пытался заговорить. Было темно, и единственный
звук производили их шаги. Вдруг насторожившись, Келсо остановился.
Элли уставилась на него, тоже встревоженная каким-то напряжением, разлитым в
воздухе. Она огляделась с чувством, что за ними следят, но в окружавшей их тьме
никого не было видно.
Вдруг наверху вспыхнул яркий свет, и девушка вскрикнула.
Келсо рукой обнял Элли за плечи, оберегая, и быстро увлек от нависающих
телефонных проводов. Вниз посыпались искры, но они гасли, не достигнув земли.
Воздух наполнился запахом озона. Поврежденная коммутаторная коробка наверху
телефонного столба последний раз вспыхнула и безжизненно погасла.
Элли дрожала, уткнувшись лицом в грудь Келсо, и осторожно взглянула вверх,
только когда треск и шипение закончились.
- Боже, что это было? - сказала она, все еще прижимаясь к Келсо.
Ответа не последовало. Келсо провел ее мимо столба, держась подальше от него.
Оба с опаской смотрели на коммутаторные коробки над собой и вздохнули с
облегчением, когда удалились от них.
- Ты еще чувствуешь? - спросила Элли. - Воздух - он словно заряжен... ну, я
не знаю - электричеством!
- Статическое электричество разряжается в атмосфере, вот и все. - Его тон был
совершенно бесстрастным.
- Не уверена, что такое возможно, но если ты говоришь...
- Возможно. Пошли домой.
На этот раз Келсо держался рядом с ней, и его шаги ускорились, так что девушка
трусцой едва поспевала за ним. Его шаги замедлились только у самой стоянки
трейлеров; к тому времени оба запыхались. Келсо убрал руку с ее локтя, Элли увидела,
что он осматривается по сторонам - нет ли кого-нибудь рядом, - и словно испытал
облегчение, когда убедился, что дверь заперта. Он повернул ключ и потянулся к
выключателю. Элли зажмурилась от внезапного света, а потом увидела у порога
сложенный белый лист бумаги.
Не заметив его, Келсо шагнул внутрь и позвал ее, только убедившись, что там
никого нет. Элли протянула ему листок. Он развернул его и, нахмурив брови,
прочитал.
- Что это? - спросила она в нетерпении.
С полуулыбкой на губах, но без тени улыбки в глазах, он ответил:
- Приглашение.
8
Эшли-холл представлял собой хмурое здание из серого камня, внушительное
издали, но при ближайшем рассмотрении вызывающее разочарование. Изящество
протянувшихся в два ряда по фасаду высоких окон портил верхний этаж, казавшийся
каким-то урезанным, непропорциональным в сравнении с остальными благородными
очертаниями дома. Эффект от двух статуй у края крыши портили трубы, которые
торчали грубо и прозаично, без какого-либо намека на гармонию. Дорога подходила к
самому дому, и к главному входу вела сохранившая признаки прежней роскоши
широкая лестница. Келсо прямо-таки чувствовал, что его старый разбитый "ФордЭскорт",
позаимствованный в Суффолкском полицейском управлении, нужно
поставить где-нибудь подальше от дома, но подогнал его прямо к лестнице.
Он с облегчением вылез из машины, поскольку салон до такой степени заполнили
пары бензина, что Келсо опасался внутри курить. Он поднялся по ступеням и уже
потянулся к большому медному колокольчику у тяжелой дубовой двухстворчатой
двери, когда она вдруг отворилась. За ней стоял худолицый человек примерно одних
лет с Келсо, в сером пиджаке и темно-синем галстуке.
- Моя фамилия Келли... - начал Келсо.
- Да, мы ждали вас. Я личный секретарь сэра Энтони, Джулиан Хенсон. Будьте
любезны следовать за мной. - Это была не просьба, а приказ.
К удивлению Келсо, человек в сером пиджаке вышел и закрыл за собой дверь. Он
быстро и внимательно осмотрел гостя и прошел мимо него к лестнице.
- Сэр Энтони в саду, - пояснил он через плечо. Ну и чудесно, очень мне нужна
ваша домашняя грязь, пробормотал про себя Келсо, заметив на Хенсоне заляпанные
кроссовки и выцветшие полотняные штаны.
Вдоль дома шла широкая терраса, и вниз, в сад вели две лестницы. Келсо
ненадолго задержался у одной и оглядел зеленую лужайку внизу. Голубым серебром
блестела река, на фоне отражающей солнце поверхности резко выделялся темный лес.
Дальше виднелись слегка холмистые, но не поднимающиеся сколь-нибудь высоко
поля. Вся площадь сада с двух сторон окаймлялась квадратными живыми изгородями
не менее семи футов в высоту, сама лужайка протянулась до берега реки. Широкая
тропа вдоль одного края вела к зданию у кромки воды, которое с такого расстояния
казалось построенным в том же стиле, что и сам Эшли-холл. Келсо догадался, что это
искусная декорация, скрывающая, несомненно, эллинг для лодок. Его взгляд
привлекла фигура в синем. На пятачке между домом и рекой сидел человек, перед ним
стояли два белых столика, один под зонтиком.
- Мистер Келли?
Хенсон стоял у подножия лестницы, нетерпеливо глядя наверх.
- Извините.
Келсо спустился на лужайку и неторопливо последовал за человеком в сером,
который уже далеко ушел вперед, направляясь к сидящей фигуре. Келсо видел, как
двое быстро посовещались, потом повернули головы к нему. Сидящий, на котором, как
Келсо понял, был спортивный костюм с более светлыми голубыми полосками по
бокам, снова вернулся к изучению бумаг перед собой. Хенсон не спускал глаз с Келсо
с мрачным выражением, словно ничего не одобрял в плетущейся к ним запыленной
личности, а особенно время, которое она тратит на пересечение лужайки.
- Это мистер Келли, сэр Энтони, - проскрипел он, когда Келсо наконец
приблизился.
Сэр Энтони, не отрываясь от документов, указал на стул за соседним столиком.
Келсо сел и с любопытством посмотрел на хозяина. Это был маленький человечек, его
внешность казалась аккуратной даже в спортивном костюме; вокруг шеи было
повязано белое полотенце, концы заткнуты за вырез спереди.
- Свежего апельсинового соку мистеру Келли, Джулиан. Похоже, ему это не
повредит. - Глаза по-прежнему не отрывались от бумаг.
- Спасибо, Джулиан, - сказал Келсо, когда личный секретарь налил из кувшина
апельсинового сока. По стеклу звякнула льдинка. Келсо взглянул на то, что, повидимому,
являлось остатком от завтрака сэра Энтони Слодена: апельсиновая кожура,
две ощипанные виноградные кисти и два нетронутых инжира. Отхлебнув сока, он
снова перевел взгляд на человека за столиком и увидел перед собой два глазабуравчика.
Черты Слодена были так же компактны, как и его фигура, пропорции нарушал
только изогнувшийся, как мост, нос. Вдоль верхней губы бежали редкие черные усики,
а зачесанные на макушку волосы только начинала трогать седина с висков.
- Рад, что вы приняли мое приглашение, мистер Келли.
А я рад, что побрился, подумал Келсо, испытывая неудобство под этим строгим
осмотром.
- А я удивлен, что вы знаете обо мне.
- Эдлтон - очень тесная община; присутствие чужого человека всегда вызывает
некоторый интерес - то есть не в сезон. Один из членов городского совета рассказал
мне о вашем особенном интересе к этому району.
- Судя по вашему приглашению, вы могли бы оказать мне помощь.
- Да, возможно. - Слоден переключил внимание на своего секретаря: - Эти,
кажется, в порядке, - сказал он, указывая на кипу документов перед собой.
- Вы изучили все, сэр Энтони? - с удивлением спросил Хенсон.
Слоден кивнул:
- Все до единого. Положи в свою папку, и мы их обсудим по пути. - Он взглянул
на часы. - Мы уедем в пол-одиннадцатого.
И почему-то Келсо понял, что они уедут точно в пол-одиннадцатого. Маленький
человечек излучал властность, эффективность и точность. Даже Хенсон рядом с ним
выглядел увальнем.
Собрав бумаги, секретарь удалился. Он зашагал по лужайке, словно маршировал
на параде.
- Так вот, мистер Келли, насколько я понимаю, вы изучаете птиц в этом районе.
Келсо кивнул:
- Совершенно верно.
Он полез за сигаретами и начал вытаскивать одну из пачки.
- Я бы предпочел, чтобы вы воздержались. - Это был приказ, а не рекомендация.
- Я провожу очень много времени в Сити - в моем офисе - и предпочел бы вдыхать
яд только когда это неизбежно.
Келсо отложил сигарету.
- Спасибо. Ваши исследования ведутся по поручению или вы ведете их по
собственной инициативе?
- О да, мне поручили их провести.
- Могу я спросить, кто?
- Это одна группа защитников окружающей среды; я не думаю, что они бы
хотели, чтобы я точно сказал, какая. Скорее они ждут, когда этот труд будет
опубликован.
- Понятно. Эта секретность имеет какую-то определенную причину?
- О, никакой секретности. Просто лидеры и организации имеют привычку
темнить, когда думают, что за ними некоторым образом наблюдают.
- Но вы не работаете на какую-нибудь левую группу, нет?
Келсо рассмеялся, но начинал чувствовать себя неуютно. Беседа быстро
превращалась в допрос.
- Нет, ничего подобного. Просто люди совести, вот и все. Защитники
окружающей среды, не более того.
- В таком случае, каковы их взгляды?
- Их взгляды?
- Да. Почему они заинтересовались этим районом? Что их обеспокоило?
- О, не то чтобы обеспокоило. Просто они пытаются выяснить, о чем следует
беспокоиться. Их тревожит загрязнение рек и заповедников, заставляющее птиц
перелетать в другие места.
- Определенно вы говорите о Норфолкских стоках, и тут я могу понять ваше
беспокойство. Летом тамошние долины всегда кишат людьми, и все выделения
выносит в море. Да, это огромная проблема. Но здесь Суффолк, мистер Келли, здесь
совсем другая среда.
Келсо быстро соображал, желая поубедительнее представить свою легенду.
- Ну, это не совсем так; здесь сочетаются различные факторы. В этом районе
базируются военно-воздушные силы, летают самолеты. Как на птиц влияет шум?
Кроме того имеет место постепенная, но постоянная эрозия береговых почв, земля
смывается и выносится наводнениями.
- А, да. Однако я думаю, здесь нет причины беспокоиться вашей группе. Шум
аэропланов или реактивных самолетов вроде бы ни на йоту не беспокоит птичьи
колонии. Что касается наводнений, которые, признаю, в прошлом бывали жестокими в
этих краях, вы убедитесь, что большая часть дикой природы довольно хорошо
приспособилась к данным обстоятельствам.
Слоден встал и оказался еще ниже, чем Келсо представлялось раньше.
- Пойдемте, мистер Келли, и позвольте показать вам кое-что.
Детектив последовал за ним к воде, делая большие шаги, чтобы не отстать.
Казалось, в Эшли-холле все ходят с двойной скоростью.
- Прекрасное время года, не правда ли? - сказал маленький человечек. - Всюду
новая жизнь, новое оживление. Ощущаешь, как все соки приходят в движение,
начинают подниматься. Сама земля оживает и протягивает к небу ростки, жаждущие
солнечного света. У животных новая тяга. Даже птицы теряют свою робость.
Посмотрите на эту пару, мистер Келли, как они выставляют себя всему миру! -
Слоден указал на двух пташек, гонявшихся за стрекозами над камышами у берега. -
Трясогузки, не так ли?
- Желтые трясогузки, - подтвердил Келсо. - И они не будут так счастливы,
если увидят болотного луня на том берегу.
Домашняя подготовка не пропала зря, и ему даже самому понравилось, как он
говорит о пернатых.
Трясогузки над самой водой понеслись через реку и скрылись, пронзительно
щебеча предупреждение другим.
- Видите, мистер Келли, - снова указал Слоден, - там, в камышах гнездится
лысуха. Теперь она спряталась, увидев луня.
- Я вижу.
- Вы еще много увидите.
- Я уже увидел. Я уже три недели хожу по здешним болотам.
- Значит, вы уже видели травника, кольцевую ржанку, сорочая, чернозобика... и
много других видов. И ручаюсь, даже бородатую синицу.
- И даже шилоклювку.
- Да, в самом деле редкий вид. Вы найдете их много - и много других - в моем
собственном птичьем заповеднике, мистер Келли.
- В вашем собственном заповеднике?
- Да, а что? Затем я вас и пригласил. Если вы пройдете этой тропинкой вдоль
реки, то выйдете в мои владения, где все заросло лесом, и там вы найдете все виды
дикой фауны, не говоря уж о множестве наших пернатых друзей. Исследуйте, мистер
Келли, и потом сообщите мне, если по-прежнему будете обеспокоены загрязнением и
шумом в этих местах. Сообщите ваше мнение о моих медовых канюках и темных
крачках. Постарайтесь найти малую качурку, которая каждый год возвращается сюда
для выведения потомства. И тогда, я думаю, вы поймете всю беспочвенность своих
страхов.
- Очень любезно с вашей стороны.
- Не стоит благодарности. Но, пожалуйста, будьте осторожны, приближаясь к
зарослям: в камышах у меня гнездится особый гость. Он хорошо спрятался, но
позавчера я заметил, как он копался там. Большой крохаль, мистер Келли. Очень
редкая птица для этих мест, не правда ли?
- Да, да, очень необычно. - Келсо вдруг стало очень неудобно под взглядом
Слодена, и он повернулся к тропинке, которую тот указал. - Вы сказали, туда?
- Прямо вперед. Я должен ехать в Лондон. Шныряйте здесь сколько угодно,
мистер Келли; я уверен, вы найдете массу интересного. - И с этими словами Слоден
повернулся и затрусил к дому.
Келсо чувствовал разочарование, он ожидал от этой встречи более плодотворного
исхода. Из-за предыдущего инцидента засунутая под дверь трейлера записка вчера
вечером казалась приглашением в паучью сеть, но теперь, в холодном свете дня и
таком естественном окружении он понял, что его воображение разогналось само по
себе. Может быть, Элли, которая сейчас роется в прошлом Слодена, выкопает чтонибудь
интересное. А пока он воспользуется предложением маленького человечка:
пошныряет вокруг. Келсо повернулся и пошел по тропинке от лодочного эллинга к
зарослям.
Элли шла по пустому причалу, глядя на яхты и моторные баркасы, привязанные к
буям на спокойной поверхности воды. Она уже позвонила в штаб-квартиру
таможенной и налоговой службы в Лондоне и запросила сведения о сэре Энтони
Слодене. Через час она снова позвонила и была обескуражена: сэр Энтони оказался
уважаемой фигурой в Сити, председателем большой инвестиционной корпорации и
директором пяти других компаний, занимающихся разнообразной деятельностью - от
издательской до фармацевтики. Во вторую мировую войну он был полковником,
дважды был награжден. После войны полезная, но не блестящая служба в Фориноффисе
в конце концов привела его в одну трастовую компанию, и, в конечном итоге,
к председательству. Единственное пятно на его имени, если это можно назвать пятном
- может быть, "странность" - более точное слово - заключалось в том, что титул
рыцаря был получен по представлению бывшего премьер-министра, и публика
восприняла это с подозрением из-за различных почестей, воздаваемых бизнесменам
довольно сомнительной репутации. Однако в этом вряд ли можно было упрекнуть сэра
Энтони.
В Великобритании у него было три поместья: одно в Шотландии - ни более ни
менее как маленький замок, - Эшли-холл в Суффолке и домик с террасой в
Вестминстере. Выходные сэр Энтони часто проводил на собственной вилле на
Альгарве. В его жизни не было скандалов, разве что по поводу жены, ныне умершей, с
которой он развелся семнадцать лет назад, и отца, застрелившегося из-за карточного
долга, когда Энтони было всего семь лет. Теперь, в свои шестьдесят один, Слоден
играл в теннис, сквош и гольф, редко употреблял крепкие напитки, не курил и
регулярно устраивал различные пожертвования. Сэр Энтони Слоден занимал десять
строчек в "Кто есть кто".
Так что, похоже, его приглашение было совершенно искренним.
Последовательность событий заставила Элли и Келсо поверить, что оно имело особое,
зловещее значение. Элли отвернулась от бухты и пошла в город. Но какой-то импульс
дернул ее изменить направление и срезать угол через пустырь, чтобы еще раз
взглянуть на дом Присов. Это семейство являлось ключом ко всему, в нем была
изначальная причина расследования. Как эти люди стали жертвой галлюциногенного
наркотика?
То, что Элли увидела, подойдя к огородам за домами, заставило ее остановиться,
выпучив глаза. С приливом возбуждения она поняла, что может - только может -
угадать ответ.
- Никто не догадался проверить их пищу. Элли смотрела на Келсо, ожидая его
реакции.
Он покачал головой, словно опровергая ее версию, но это не охладило ее
энтузиазма.
- Неужели не видишь: если бы кто-то из Присов умер и сделали вскрытие, я
уверена, следы лизергиновой кислоты нашли бы в пищеварительном тракте.
- Но заражен был бы весь район, поскольку...
- Не обязательно. Слушай. Когда я сегодня шла через пустырь, старик - тот
самый, мимо которого мы вчера прошли, - на своем огороде опускал лейку в канаву
- или ручей, назови как хочешь. Я поговорила с ним, и он сказал, что огородники
обычно используют эту воду для поливки.
- Но она течет с болот и должна быть соленая.
- Нет, не совсем так. Болота не все засоленные. Вот почему там такое сочетание
живности, характерной для соленых и пресных болот. Морская вода проникает только
в нижнюю часть. Да, там есть колонка, которой пользуются огородники, но она ближе
к домам. Если огородники не хотят поливать грядки из шланга, удобнее брать воду из
канавы.
- Но это не объясняет, почему больше никто не пострадал.
- Присам не повезло. Наверное, в воде, которую он зачерпнул, содержалась малая
доза кислоты - может быть, еще не растворившийся кристалл. Признаю, вероятность
- один шанс на миллион, но случались и более невероятные вещи.
- Ты считаешь, он полил кислотой свои овощи? - Судя по голосу, Келсо не
верилось.
- Такова моя догадка. И это не так уж нелогично, правда? Если подумать.
Он уже подумал.
- Ты хочешь сказать...
Она улыбнулась, и это была та же жесткая, без теплоты улыбка:
- Да. Я предполагаю, что где-то тут фабрика по производству наркотиков.
- Но они не такие дураки, чтобы сбрасывать отходы в воду, тем более готовую
кислоту.
- Конечно. Это была просто случайность, небрежность, за которую расплатились
Прис, его жена и сын. Держу пари, мы узнаем, что в тот вечер они ели овощи со своего
огорода.
- Это мы оставим выяснять местной полиции. - Келсо перешел из кухонной
секции в жилую за своей сумкой. Порывшись в ней, он вернулся и развернул на столе
подробную карту окрестностей: - Посмотрим, откуда течет этот ручей.
Элли придвинула табурет, и они вместе склонились над картой. Келсо пальцем
проследил течение ручья, начиная от берега моря. Остановившись, он глубоко
вздохнул:
- Там ничего нет.
- Минутку. Вот здесь впадает другой ручеек. - Она в нетерпении указала на
приток, и Келсо быстро проследил его течение.
- Нет, не верится. - Он взглянул на Элли, и его глаза расширились.
- Что? - нетерпеливо спросила она.
- Видишь участок, где он протекает через лесистую местность? Эта часть -
владения Слодена. Ручей течет мимо Эшли-холла.
Они молча уставились Друг на друга. Потом Элли засмеялась, а Келсо зажмурил
глаза и в конце концов тоже рассмеялся.
- Думаешь, это возможно, Джим? - Элли вдруг прекратила смеяться, у нее
возникли новые подозрения. - Я хочу сказать, сэр Энтони Слоден, герой войны,
покровитель искусств, председатель... О, Боже! Сегодня я узнала еще кое-что: в его
бизнес входит и фармацевтическая компания.
- Так что можно без особых проблем получить большое количество лактата
кальция и других ингредиентов.
- О Боже, не могу поверить. Все слишком хорошо сходится.
- Нет, не совсем. Это все домыслы. Сам характер этого человека противоречит
нашим подозрениям. Сэр Энтони - видная фигура в истеблишменте. У него свой
птичий заповедник. Да он просто помешан на здоровье!
Их приподнятое настроение быстро пошло на убыль.
- Домыслы или нет, Джим, но они кое на кого указывают. - В тоне Элли
слышалось упрямство. - Ведь так?
- Да, их стоит проверить. Пока не будем докладывать - не люблю выглядеть
дураком, - но, думаю, нужно повнимательнее приглядеться к сэру Энтони. Давай
завтра пройдемся вдоль ручья, посмотрим, где он протекает через его владения. Может
быть, на что-нибудь и наткнемся.
- А сегодня ты не заметил ничего подозрительного?
- Ничего. Конечно, меня не приглашали пошнырять вокруг дома. И у меня
сложилось впечатление, что я вроде как прошел допрос. Впрочем, может быть, я
показался ему не тем типом, которому следует шнырять в его владениях - похоже, он
счел меня радикалом.
- Ну, на копа ты не похож, это точно.
- Да уж.
- Ручаюсь, им это понравилось.
Келсо что-то пробурчал, и Элли не разобрала слов. Он начал рыться в карманах,
ища сигареты.
- Ты слишком много куришь, - сказала она.
- Да, мамочка.
Он протянул пачку ей, но Элли покачала головой.
- Хочешь есть? - спросил Келсо.
Она кивнула:
- И пить. Мне сегодня не удалось толком пообедать. Надеюсь, тебе больше
повезло.
- Гм, нет.
- Тогда дай мне привести себя в порядок, и я что-нибудь приготовлю.
- Зачем беспокоиться? Давай поедим в городе.
- Идет. И я плачу. У меня сегодня что-то вроде праздника, и вряд ли следует
праздновать на средства полиции.
- Не будем отвлекаться, Элли. - Келсо принял серьезный тон. - Может быть,
мы просто выдаем желаемое за действительное. У нас нет реальных улик.
- Знаю, знаю. Но согласись: с тех пор, как я здесь появилась, дела пошли живее,
а?
Келсо рассмеялся:
- Да, должен признать. - Он помолчал, потом сказал: - По пути из Эшли-холла
я звонил в штаб-квартиру.
- Да? - встрепенулась она.
- Элли, я снова пытался отключить тебя от расследования.
- О, господи, почему? - рассерженно спросила она. - Я некомпетентна, да? Я
тебе мешаю? Какого черта, что ты им сказал?
- Неважно. Все равно они отказали. Повторили то же, что и раньше: ты хороший
оперативный работник, и наши департаменты должны сотрудничать. И сказали, что
мне пора повзрослеть.
- Повзрослеть?
- Я сказал, что неудобно делить фургончик с женщиной.
Она закатила глаза:
- И они сказали, что тебе пора повзрослеть?
- И извлечь из этого максимум.
Элли на мгновение вспыхнула.
- Ты доложил о нападении на меня?
- Нет.
- Но... - начала она.
Положив локти на стол, он подался вперед, тыча в нее сигаретой, словно этим мог
снять все возражения:
- Если бы я сообщил об этом, они бы прислали сюда целую команду. И
потихоньку все бы испортили. Ты знаешь, как они действуют, когда дело касается
женщин - наших или ваших. Они выходят из себя, даже когда нападают на мужчин. Я
не мог дать им шанса сорвать эту операцию. Понимаешь?
- Да, конечно. И я согласна. Так вот почему ты придумал эту глупость, что
неудобно делить фургончик с женщиной?
- Я чувствовал себя идиотом.
- И не только чувствовал. Ну ладно, забудем об этом, хорошо? Я уже говорила,
что ты от меня не отвяжешься, так что смирись с этим фактом. А теперь дай мне
собраться, и я устрою тебе пир. Кстати, ты выглядишь не лучшим образом.
- Ты не сердишься?
Элли стояла, собираясь выйти из-за стола, и сверху посмотрела на него:
- Сержусь, но это неважно. - Она положила руки на стол. - Ты еще что-то
задумал, Джим? Тебя еще что-то тревожит?
"Давай выкладывай", - подумала Элли. Ты не приносишь несчастья, это все
людские выдумки.
Келсо вытащил сигарету, избегая смотреть девушке в глаза:
- Нет, ничего. Что еще?
- Хорошо.
Она отвернулась и задвинула дверь между кухонной и спальной секциями. Келсо
пригладил свои густые черные волосы и прислушался к ее движениям. Лицо его было
мрачно.
Ресторан, на самом деле бывший частью гостиницы, располагался у тихой дороги,
выходящей к шоссе на Лондон. Посетителей было мало, и атмосфера располагала к
отдыху, была непринужденной - неяркое освещение, ненавязчивое обслуживание.
Элли посмотрела через стол на Келсо и улыбнулась его поглощенности огромным
ромштексом на тарелке. Он сосредоточенно ел, хотя поедание мяса вряд ли требовало
такого внимания и целеустремленности. Лампа на столе под красным абажуром
излучала теплый свет, придавая лицу округлость и мягкость, обычно незаметные. С
приглаженными волосами и единственным галстуком - Келсо признался, что когда он
его покупал, узкие были в моде; потом, с появлением более широких, галстук устарел,
а теперь снова вошел в моду, - он выглядел совсем не тем небритым взъерошенным
типом, которого она встретила сначала. У него был нос с горбинкой, в меру твердый
подбородок, почти прямые губы, но внимание Элли привлекли глаза. Они отличались
глубочайшей синевой, почти черные в неярком освещении ресторана, и были
одновременно мягкими и настороженными, когда прямо смотрели на нее. Темным
ресницам позавидовала бы любая девушка, и только брови, острым углом изгибаясь
над переносицей и опускаясь к скулам, придавали чертам жесткость, что было
привлекательно
...Закладка в соц.сетях
