Жанр: Триллер
Вампир Билл 2. Живые мертвецы далласа
...ованная машина. Когда она
прибыла в гараж, я не знала. Я даже не знала, кто распорядился ее заказать. Билл сел за
руль. Я не смотрела из окна: от Далласа меня уже тошнило.
Дом на Грин-Вэлли-Роуд выглядел таким же тихим, как и две ночи назад. Но войдя
внутрь, мы обнаружили, что там полным-полно вампиров. Мы прибыли прямо посреди
вечеринки в честь возвращения Фаррела, который стоял посреди гостиной под ручку с
красивым молодым человеком лет восемнадцати с виду. В другой руке у него была
бутылка "Настоящей Крови Ноль-первой отрицательной группы", а у его спутника -
бутылка колы. Вампир выглядел почти таким же жизнерадостным, как и парень.
Фаррел никогда раньше не видел меня, а потому был рад познакомиться. Он был
одет, как ковбой из вестернов, и когда он поприветствовал меня, я услышала, как у него
звякнули шпоры.
- Вы так очаровательны, - сказал он, помахав бутылкой синтетической крови. -
Если бы меня интересовали женщины, я бы неделю только о вас и думал. Я знаю, что вы
стесняетесь своих синяков, но они только подчеркивают вашу красоту!
Я не сдержала смех. Мало того, что я ковыляла, как старушка, так вся левая
половина моего лица была иссиня-черной и оплывшей.
- А ты чертовски везучий вампир, что отхватил себе такую подругу, Билл Комптон!
- сказал ему Фаррел.
- Я прекрасно это знаю, - ответил Билл, чуть улыбнувшись, но слова его звучали
прохладно.
- Она не только отважна, но и красива!
- Спасибо, Фаррел. Где Стэн? - решила я наконец прервать этот поток лести.
Мало того, что он раздражал Билла, так ведь еще и молодой спутник Фаррела начал
глядеть на меня с любопытством. Я не намеревалась видеть и слышать такое снова.
- Он в обеденном зале, - ответил подошедший молодой вампир, тот, что в
прошлый раз доставил в обеденный зал беднягу Бетани. Вроде бы его звали Джозеф
Веласкес. Ростом он был примерно пять футов восемь дюймов, темная кожа и глаза
давали знать о его испанском происхождении, а немигающий взгляд - о вампирской
сущности. - Он хочет видеть вас обоих!
Я оглядела всех вампиров и немногочисленных людей в больших комнатах дома.
Эрика здесь не было. Наверное, он уехал в Шривпорт.
- А где Изабель? - спросил Билл, стараясь попасть в тон разговора.
- Изабель наказана, - ответил Джозеф так тихо, что его почти не было слышно. Он
явно не хотел разговаривать об этом даже вполголоса, и раз уж Билл счел это разумным, я
решила, что мне лучше вовсе помолчать. - Она привела в "гнездо" предателя, и теперь
ей придется расплачиваться за это.
- Но...
- Т-с-с-с.
Обеденный зал оказался столь же полон народу, как и гостиная. Стэн сидел на том
же самом месте и одет был точно так же, как и в прошлый раз. Он привстал, когда мы
вошли, и я поняла, что он дает всем понять важность нашего визита.
- Мисс Стакхаус, - церемонно произнес он, осторожно взяв мою руку. - Билл. -
Стэн осмотрел меня, его взгляд из-за заклеенных скотчем очков, казалось, ни единой
детали не пропустил, так пристально он рассматривал мои синяки.
- Расскажи мне все, что произошло вчера, не умолчав ни о чем, - сказал он.
Это очень сильно напомнило мне, как Арчи Гудвин отчитывался перед Ниро
Вульфом.
- Биллу, наверное, не захочется слушать это второй раз. - Я надеялась избежать
подробностей.
- Ничего, Билл потерпит.
Мне ничего не оставалось, кроме как рассказать все, начиная с момента, когда
Хьюго подобрал меня у отеля "Тихая Гавань". Я постаралась нигде не упомянуть имя
Барри, потому что не знала, хочется ли ему оказаться в поле зрения далласских вампиров.
Я назвала его просто "служащим в отеле". Естественно, если бы они захотели установить
его личность, им бы это удалось.
Когда я дошла до того, как Гэйб отправил Хьюго в камеру Фаррела и попытался
изнасиловать меня, мои губы вытянулись в напряженной усмешке. Я так напряглась,
пытаясь ее сдержать, что казалось, будто кожа на лице вот-вот лопнет.
- Чего это она? - спросил Стэн у Билла, как будто меня и не было рядом.
- Она всегда так делает, когда нервничает - ответил Билл.
- Ага. - Стэн еще более внимательно посмотрел на меня. Я помолчала и начала
собирать волосы в конский хвост. Билл протянул мне резинку, которую достал из
кармана, и, преодолевая боль, я стянула волосы в тугой хвост, вокруг которого трижды
обернула резинку.
Когда я рассказала Стэну о той помощи, что оказали мне оборотни, он наклонился
ко мне. Он хотел знать больше, чем я сказала, но я не стала называть имен. Он казался
необычно задумчивым, когда я рассказала ему о том, как высадилась у отеля. Я не знала,
упоминать Эрика или нет, и решила умолчать о нем. Он все-таки был из Калифорнии.
Вместо этого я сказала, что пошла в комнату ждать Билла.
А потом я сказала про Годфри.
К моему удивлению, Стэн не воспринял смерть Годфри спокойно. Он попросил меня
повторить рассказ и повернулся в кресле в другую сторону, пока я рассказывала заново.
Пока он не глядел, Билл ободряюще меня поласкал. Когда Стэн повернулся ко мне, в его
руке был носовой платок с алыми пятнами. Так, оказывается, вампиры все-таки способны
плакать. И, оказывается, правда, что слезы у них кровавые.
Всхлипнула и я. За столетия детоубийств Годфри заслужил смерть. Интересно,
многих ли людей осудили за то, что совершил он? Но Годфри все же помог мне и унес с
собой самую ужасную ношу вины и горя, что я когда-либо видела.
- Какая решительность и смелость... - восхищенно проговорил Стэн. Похоже, его
слезы были вызваны не горем, а восхищением. - Это даже меня заставило всплакнуть! -
сказал он, как если бы это было большой честью. - После того, как Билл той ночью узнал
Годфри, я навел справки и выяснил, что он из "гнезда" в Сан-Франциско. Его собратья,
должно быть, огорчатся, узнав об этом... и о том, что он предал Фаррела. Но и о его
решительности и верности своему слову!
От слез синяки на моем лице нестерпимо заболели, я вытянула из сумочки
бутылочку с "Тайленолом" и вытрясла в ладонь две таблетки. Стэн подал знак, и молодой
вампир протянул мне стакан воды. К его удивлению, я проговорила: "Спасибо!".
- Это тебе спасибо за все, что ты сделала, - резко ответил Стэн, как будто
неожиданно вспомнил о манерах. - Вы выполнили ту работу, ради которой вас наняли, и
даже больше. Спасибо за то, что вовремя нашли и освободили Фаррела, и мне жаль, что
вы пострадали, выполняя эту задачу.
Это звучало как разрешение уйти.
- Простите - проговорила я, качнув стул. Билл у меня за спиной сделал резкое
движение, но я не обратила на это внимание.
Стэн поднял брови.
- Что такое? Чек с вознаграждением будет отправлен в ваше представительство в
Шривпорте, как мы и договорились. Но я бы попросил вас остаться здесь на этот вечер,
мы ведь отмечаем возвращение Фаррела.
- Но мы договорились, что если виновен будет человек, то его сдадут властям, а не
станут наказывать по вампирским законам. Где же Хьюго?
Стэн осуждающе посмотрел на Билла. В его глазах читался вопрос: "Что ж ты так
распустил свою смертную подружку?"
- Хьюго сейчас вместе с Изабель - уклончиво ответил он.
Мне не хотелось знать, что это значит, но для меня было делом чести разобраться во
всем.
- Получается, наша договоренность для вас ничего не значит? - сказала я, зная,
что это действительно заденет Стэна.
Все вампиры ужасно горды, и Стэн не был исключением: я даже в краску его
вогнала своими словами. Ничто не могло его так разозлить, как обвинение в нечестности.
Я отпрянула, до того ужасно исказилось его лицо. Спустя несколько секунд в нем уже не
было почти ничего человеческого: губы втянулись, обнажив челюсти, клыки, напротив,
вытянулись, а тело сгорбилось и будто удлинилось.
Где-то мгновение он стоял так, после чего, чуть успокоившись, сделал жест рукой:
идем. Билл последовал за мной, и мы двинулись по следам Стэна вглубь коридора. По
бокам его располагалось шесть спален; все были заперты, и из-за одной доносились звуки
секса, которые трудно с чем-то спутать. Слава богу, нам было не сюда.
Мы поднялись по лестнице, что для меня было несколько болезненно. Стэн ни разу
не оглянулся и не замедлил шаг. По лестнице он шагал так же широко, как и прежде по
коридорам, и в конце концов остановился у двери, ничем не отличавшейся от других. Он
отпер дверь и жестом пригласил меня войти.
Вот этого мне ужасно не хотелось. Но пришлось - и я вошла, оглядевшись.
Комната была почти пуста. К одной стене была прикована Изабель, конечно же,
серебряной цепью; к противоположной - Хьюго. И тот, и другая были в полном сознании
и уставились на меня.
Изабель кивнула мне, как будто просто встретила меня на улице, хотя была
совершенно обнаженной - кроме запястий и лодыжек, обмотанных тряпками, чтобы
серебро цепей не обжигало ее, а только отнимало силы.
На Хьюго тоже ничего не было. Он не сводил с Изабель глаз. Бросил на меня взгляд,
просто чтобы узнать, кто пришел, и снова уставился на нее. Я постаралась не показать
своего смущения, ведь вроде бы ничего особенного не увидела; но все-таки это были
первые, кроме Билла, обнаженные взрослые, увиденные мною в жизни.
- Она не может высосать его, хоть и голодна, - произнес Стэн. - А он не может
взять ее, хоть и ужасно хочет. Им так сидеть несколько месяцев. А что сделал бы с Хьюго
человеческий суд?
Я задумалась. А что, в самом деле, такого противозаконного сделал Хьюго? Он
обманул вампиров, попав в далласское "гнездо" нечестным путем. Он любил Изабель, но
предал ее собратьев. Хм... Так нет же в уголовном кодексе такой статьи!
- Ну, за то, что он сделал в обеденном зале.... - начала было я. Вроде бы это
противозаконно. Вроде бы.
- И много ли ему за это дадут? - спросил Стэн.
Хороший вопрос. Немного, наверное. Возможно, человеческий суд вообще не
осудил бы подобное преступление против вампиров. Я вздохнула, и Стэн счел это
достаточным ответом.
- И что еще сделал Хьюго?
- Он привел меня в Братство не совсем честно... Ну, не то чтобы незаконно. Ну, как
бы сказать?
- Поточнее.
Хьюго все так же продолжал пялиться на Изабель.
Да, наверное. Он причинил зло, хоть и не творил его сам, в отличие от того же
Годфри.
- И долго вы его тут будете держать? - спросила я.
- Три-четыре месяца - пожал плечами Стэн. - Не сомневайтесь, мы его кормим.
А вот Изабель не кормим.
- А потом что?
- Ну, хотя бы освободим его от кандалов.
Билл взял меня за руку и сжал. Видимо, он не хотел, чтобы я любопытствовала
дальше.
Изабель поглядела на меня и снова кивнула. Видимо, она не возражала против
приговора Стэна.
- Все в порядке, - тихо сказала я ей. - Все в порядке. - С этими словами я
повернулась и медленно пошла к лестнице.
Казалось, я потеряла часть себя, но не могла понять, что должна была сделать подругому.
Чем больше я об этом думала, тем более запутавшейся себя ощущала. Ну не
привыкла я решать вопросы морали. Есть плохие вещи, а есть не очень плохие...
Ну, было и что-то среднее. Не хорошее и вроде бы не слишком плохое. Например,
спать с Биллом, который мне не муж - хотя он и не мог стать моим мужем согласно
законам, - или говорить Арлене, что платье ей идет, хотя оно ужасно.
Мысли все бегали вокруг того, что я увидела в комнате вверх по лестнице. К
собственному удивлению, Изабель мне было жаль гораздо больше, чем Хьюго. Он, в
конце концов, осознанно поступил плохо, а вина Изабель была лишь в халатности.
Времени на подобные бесплодные рассуждения у меня было предостаточно, благо
Билл куда-то ушел - видимо, проводить время на вечеринке. Я всего раз или два в жизни,
кроме этого, видела смешанное общество людей и вампиров, и давалось это смешение попрежнему
нелегко обеим сторонам, даром что вампиризм был официально разрешен уже
два года. Нет, открытое "питье" (то есть сосание крови) из людей было по-прежнему
абсолютно запрещено, и я могу засвидетельствовать, что здесь, в далласском "гнезде",
этот закон соблюдался. Время от времени я, конечно, видела, как люди уходили наверх с
вампирами, но возвращались вполне живыми и ничуть не ослабевшими. Уж на это я
обратила особое внимание.
Билл так долго не был в компании себе подобных, что пообщаться с ними для него
оказалось явным удовольствием. Он не переставая разговаривал то с одним, то с другим
вампиром, то вспоминал Чикаго двадцатых годов, то обсуждал развитие вампирских
"гнезд" в разных уголках мира. А я так плохо себя чувствовала, что вполне
довольствовалась сидением на диване, прихлебывая время от времени "отвертку". Вроде
бы я должна была радоваться перерыву в работе, радоваться, что не обслуживаю столики
у Мерлотта, но все же мне хотелось вернуться. Я не привыкла к отклонениям от рутины.
Рядом со мной на диван плюхнулась какая-то женщина, видимо, чуть-чуть
помладше меня. Потом я узнала, что ее сюда пригласил Джозеф Веласкес, тот самый
вампир, который был здесь кем-то вроде охранника. Ее звали Труди Пфайфер. Прическа
ее напоминала темно-красный торчащий хохол, нос и язык были проколоты, а макияж
мрачно-брутальный, с черной помадой. Она сообщила, что этот цвет называется
"Могильная гниль". Джинсы у нее были настолько тесными, что казалось удивительным,
как она в них еще может садиться и вставать. Вязаный топик был очень коротким,
демонстрирующим пупок - тоже проколотый. То, что я надела в ночь встречи с менадой,
по сравнению со всем этим выглядело ужасно скромно. Одним словом, было на что
посмотреть.
Побеседовав с ней, я убедилась, что все же она была не такой уж и странной, как
можно подумать по ее внешности. Труди была студенткой колледжа, и выслушав ее, я
поняла, что, встречаясь с Джозефом, она злила своих родителей, как быка красной
тряпкой.
- Даже если бы я познакомилась с ним вслепую, они все равно бы возражали... -
сказала она.
- Они терпеть не могут всю эту мертвечину, так? - Я попыталась показаться
впечатленной.
- Да, они по жизни такие! - Она несколько раз кивнула и махнула своими
длинными черным ногтями. - Мама постоянно твердит: "Неужели ты не можешь с
нормальным живым человеком встречаться?". - При этих ее словах мы обе засмеялись.
- А что там у тебя с Биллом? - Она приподняла и опустила брови, дабы показать,
чем в действительности интересуется.
- Ты насчет...
- Да-да, как он в койке? Джозеф просто невероятно крут!
Не то чтобы я была удивлена... скорее разочарована. Я подумала где-то минутку и
ответила:
- Рада за тебя...
Если бы это была моя подруга Арлена, я бы подмигнула ей и улыбнулась, но с едва
знакомыми я не собиралась обсуждать свою половую жизнь, а ее отношения с Джозефом
меня абсолютно не интересовали.
Труди перешла к стойке за новой банкой пива и начала что-то обсуждать с
барменом. Я прикрыла глаза и расслабилась, отдыхая, однако почувствовала, как рядом со
мной кто-то садится. Я приоткрыла глаза, чтобы посмотреть, кто это. Эрик.
Замечательно...
- Ну, как ты? - спросил он.
- Вообще-то получше, чем кажусь с виду, - соврала я.
- Ты видела Хьюго и Изабель?
- Да. - Я опустила взгляд на свои руки, сложенные на коленях.
- И как ты считаешь? Справедливо?
Да что это он, провоцирует меня, что ли?
- В чем-то да... - ответила я. - Если, конечно, Стэн не обманет.
- Надеюсь, ты не сказала этого ему?
- Да нет. Я не такая болтушка. А вы все уж очень гордые!
- Да, это так... - удивленно ответил он.
- Ты приехал только для того, чтобы проверить меня?
- В Даллас?
Я кивнула.
- Да. - Он пожал плечами. - Мы в первый раз оказываем тебе кредит доверия. Я
хотел без официального визита убедиться, что все прошло гладко.
- Стэн знает, кто ты?
Эрик посмотрел на меня заинтересованно.
- Я не слишком это скрывал, - сказал он наконец. - Стэн на моем месте сделал
бы то же самое.
- Может, хоть теперь ты позволишь мне вернуться и оставишь нас с Биллом в
покое?
- Нет, ты показала себя слишком полезной, - сказал он. - И я надеюсь, что чем
чаще мы будем видеться, тем больше я буду тебе нравиться.
- Как наркотик?
Он засмеялся, но его взгляд был совершенно серьезен. О черт.
- А ты особенно соблазнительна в этом платье, под которым ничего нет! - сказал
он. - Бросила бы ты Билла и пошла ко мне по своей воле, он бы слова не сказал против.
- Я не намерена делать такие вещи, - твердо сказала я... И вдруг нечто
промелькнуло на краю моего сознания.
Эрик хотел что-то сказать, но я прикрыла ему рот рукой. И покачала головой из
стороны в сторону, пытаясь лучше почувствовать то, что меня обеспокоило.
- Помоги мне, - сказала я.
Не сказав ни слова, Эрик помог мне подняться. Я наконец почувствовала опасность,
и мои брови сдвинулись.
Они были вокруг нас. Они окружили весь дом.
Их мысли были напряжены почти лихорадочно, и я бы услышала это, если бы не
трепотня Труди, намного раньше.
- Эрик! - сказала я, пытаясь уловить столько мыслей, сколько смогла... Я
услышала обратный отсчет и команду... О Господи!
- На пол!! ! - крикнула я во весь голос.
Каждый вампир подчинился. И когда Братство открыло огонь, первыми погибли
люди.
Глава 8
Совсем рядом, на расстоянии всего ярда, упала на пол Труди, пораженная выстрелом
из дробовика.
Из темно-рыжих ее волосы стали красными от крови, а взгляд навсегда застыл на
мне. Бармен, которого звали Чак, был только ранен, потому что успел укрыться за стойкой
бара.
А Эрик лежал на мне. Учитывая мое состояние, это было ужасно больно, и я
попыталась столкнуть его. Но тут поняла, что если бы по нам выстрелили, то Эрику было
бы все нипочем, а меня бы убило. А потому мне пришлось терпеть все эти страшные
минуты, пока вокруг загородного особняка снова и снова раздавался грохот пистолетов,
ружей и винтовок.
Я инстинктивно зажмурила глаза, пока шла стрельба. Звенело разлетающееся стекло,
рычали вампиры, кричали люди. Шум оглушал меня, а напряженные мысли окружающих
налетали как приливные волны. Когда все начало стихать, я взглянула в глаза Эрика. Надо
же - он был восхищен и улыбался!
- Я знал, что рано или поздно окажусь на тебе, - сказал он.
- Ты что, хочешь разозлить меня настолько, что я и страх позабуду?
- Да нет, просто пользуюсь моментом.
Я поморщилась, пытаясь выбраться из-под него.
- О, давай еще разок. Это было великолепно! - издевательски сказал он.
- Эрик, помнишь девушку, с которой я только что разговаривала? Она валяется в
трех футах от нас, и у нее не хватает половины черепа.
- Послушай, Сьюки! - сказал он, внезапно посерьезнев. - Я, например, уже
несколько веков как мертв, так что я привык. Однако она не совсем еще ушла. Есть какойто
проблеск. Хочешь, попробую вытащить ее?
Я замолчала, пораженная. Разве у меня было право принимать такие решения?
- А вот теперь - все... - сказал он, пока я думала.
Пока я глядела на него, в доме воцарилась полная тишина, нарушаемая только
отдаленным хныканьем раненого партнера Фаррела, который обеими руками держался за
свою окровавленную ногу. С улицы раздались звуки трогающихся с места машин.
Нападение закончилось. А мне уже даже дышать было тяжело, не говоря о том, чтобы
что-то делать. Но ведь что-то надо было сделать?
Это было похоже на войну больше, чем все, что я когда-либо видела.
До меня донеслись стоны раненых и рык разъяренных вампиров. Клочья ваты из
дивана и стульев висели в воздухе, как снег. Везде валялись осколки стекла, и теплый
ночной ветер залетал в окно. Кое-кто из вампиров уже выскочил наружу, пытаясь догнать
нападавших. Среди них и Веласкес.
- Вечно мои рубашки пачкаются, когда ты рядом... - с притворным вздохом
произнес Эрик, наконец поднявшись.
- О черт, Эрик! - Я неуклюже, торопливо поднялась на колени. - Да ты в крови.
Ты ранен. Билл! Билл, где ты? - мои волосы совсем растрепались, пока я мотала головой
в поисках Билла. Последний раз я видела его треплющимся о чем-то с черноволосой
вампиршей. А теперь, на корточках осматривая комнату, я увидела ее распростертой
около окна. Из ее груди что-то торчало. Оконное стекло было выбито из ружья, и, повидимому,
острым осколком ее и убило. А Билла не было видно ни среди живых - если о
вампире можно так сказать, - ни среди убитых.
Эрик стянул свою безнадежно испорченную рубашку и посмотрел за плечо.
- Пуля застряла внутри, Сьюки... - проговорил он сквозь зубы. - Высоси ее.
- Что? - уставилась на него я.
- Высоси ее, говорю, а то она так и заживет внутри меня. Если ты такая брезгливая,
возьми нож да выковыряй.
- Так я же не могу! - В моей небольшой сумочке был перочинный нож, но я не
могла вспомнить, где она.
- Я поймал эту пулю вместо тебя! - оскалился он. - А ты можешь вытащить ее.
Давай, ты же не трусиха какая-то!
Я заставила себя собраться. Использовав его отброшенную рубашку как жгут, я чуть
приостановила кровь, и, поглядев внутрь раны, заметила пулю. Если бы у меня были
длинные ногти, как у Труди, я бы зацепила и вытащила эту штуку, но пальцы у меня
короткие, а ногти сострижены. Я вздохнула. Что ж, придется...
Эрик застонал, когда я присосалась, и я почувствовала, как пуля выскакивает мне в
рот.
Эрик был прав. Испортить ковер сильнее было уже невозможно, поэтому я
выплюнула и пулю, и всю кровь, что набралась мне в рот. Часть крови все-таки пришлось
проглотить. Пакость. А его плечо уже начало затягиваться.
- Эта комната пропахла кровью... - прошептал он.
- Тьфу - сказала я. - Это была самая поганая вече...
- У тебя все губы в крови! - С этими словами он обхватил мое лицо обеими
руками и поцеловал меня.
Если тебя целует мастер своего дела, сложно не ответить. И мне бы это даже
доставило удовольствие, если бы не беспокойство о Билле. Нельзя не признать, что
подобные стычки со смертью имеют одно свойство: хочется убедиться, что ты еще жив.
Хоть к вампирам последнее и не относится, им это тоже знакомо: именно обилие крови в
комнате и вызвала неожиданную любвеобильность Эрика.
Но беспокойство за Билла никуда не делось, и происшедшее шокировало меня,
поэтому через несколько долгих мгновений я отодвинулась. Теперь уже у Эрика были все
губы в крови.
- Пойди поищи Билла, - сказал он, медленно облизав губы.
Я снова глянула на его плечо: оно уже затягивалось. Я подобрала скользкую,
окровавленную пулю с ковра и завернула в клочок рубашки Эрика. Это показалось мне
неплохим сувениром; не знаю, чем я тогда думала... На полу все еще лежали раненые и
убитые, но за большинством выживших уже ухаживали уцелевшие люди и двое вампиров,
не ушедших в погоню.
А где-то вдалеке выли сирены.
Когда-то красиво отделанная входная дверь была снесена с петель и разбита. Я
осторожно подошла к ней, как будто опасаясь, что кто-то из Братства засел во дворе, но
ничего не произошло. Я выглянула из дверного проема.
- Билл! - позвала я. - Ты цел?
И тут я сразу увидела его, определенно разгоряченного.
- Билл... - вздохнула я. То ли тупой страх, то ли глубокое разочарование
шевельнулось у меня под ложечкой.
Он остановился и обернулся.
- Они стреляли в нас и многих убили! - крикнул он. Его клыки были выпущены,
он так и кипел.
- Ты только что сам кого-то убил.
- Чтобы защитить нас!
- А может быть, чтобы отомстить?
Совершенно разные вещи, по крайней мере, на мой взгляд... Но он даже внимания не
обратил.
- Ты даже не стал искать меня, - сказала я. Что делать... Вампир - он всегда
останется вампиром. Старого пса новым штукам не выучишь, а черного кобеля не
отмоешь добела. В моей памяти ожило все, о чем меня предупреждали близкие...
Я развернулась и снова вошла в дом, тупо бредя среди крови, грязи и хаоса, как
будто каждый день все это видела. Кое-что из того, что меня тогда окружало, даже не
отразилось в моем разуме, и только неделю спустя перед глазами снова встали
жутковатые картинки - кишки, рассеченные артерии. А сейчас меня заботило только
одно: куда подевалась моя сумка. Со второй попытки сумка нашлась. Билл занялся
ранеными и не разговаривал со мной. Я вышла из дома, села в тот самый арендованный
автомобиль, завела мотор и поехала. Лучше уж большой город, чем этот замок ужасов... И
сразу же после того, как моя машина отошла от дома, прибыла полиция.
Проехав пару кварталов, я припарковалась перед библиотекой и вытащила из
бардачка карту. От пережитого шока голова почти не работала, и мне пришлось долго
пялиться на нее, чтобы понять, как попасть в аэропорт.
Туда-то я и направилась. Оставив машину на стоянке для арендованных
автомобилей, я взяла билет до Шривпорта. Самолет отправлялся уже через час. Слава
богу, что у меня была с собой кредитка.
Только спустя несколько минут я разобралась с таксофоном; такими аппаратами я
раньше не пользовалась. Мне повезло, и трубку взял Джейсон, пообещавший встретить
меня в аэропорту.
Рано утром я уже была дома.
И только на следующий день начала плакать...
А ведь когда-то мы с Биллом ссорились... Я была уже сыта по горло, устала от всех
этих вампирских штучек, с которыми пришлось познакомиться близко, и слишком
напугана перспективой втянуться в это глубже. Мне временами хотелось просто быть с
людьми.
А потому более трех недель я занималась именно этим. Я не звонила Биллу, он не
звонил мне. Я знала, что он уже вернулся из Далласа, потому что обнаружила на пороге
свой чемодан, который мог захватить только он. Открыв чемодан, я обнаружила в
боковом кармане коробочку, обшитую черным бархатом. Силы воли, чтобы не открывать
ее, у меня не хватило. Внутри оказалась пара сережек с топазами и записка: "К твоему
коричневому платью". Имелось в виду платье, в котором я посещала дом вампиров. Я
закрыла коробочку и в тот же полдень отвезла ее, чтобы оставить в его почтовом ящике.
Поздновато он сподобился купить мне подарок, и я не могла его принять.
Я даже не пыталась обдумывать происшедшее заново. Я решила, что следует
проветрить голову, чтобы понять, что делать.
А потом я стала читать газеты. Далласские вампиры и их сподвижники среди людей
были выставлены несправедливо обиженными, что, должно быть, более чем устраивало
Стэна. "Далласская Полночная Бойня" была представлена во всех газетах как идеальный
пример преступления из ксенофобии и расовой нетерпимости, и от властей стали
требовать законов, которые прежде никогда бы не были приняты. Сами требо
...Поділитися у соцмережах
