Жанр: Триллер
Вампир Билл 2. Живые мертвецы далласа
...было надето побольше. Но Майк-то и вовсе был в чем
мать родила.
Может, это и не очень хорошо, но к некоторым зрелищам привыкнуть просто
невозможно. Огромная, коричневая, как молочный шоколад, задница Клео блестела от
какого-то масла, да и у Майк интимные места блестели точно так же. Мне даже не
хотелось интересоваться, чем это они натерлись.
Майк попытался завладеть моей рукой - видимо, для того, чтобы и на мне
опробовать эту штуку, но я выскользнула и перебежала к Яйцу и Таре.
- Я и не надеялась, что ты придешь! - сказала Тара. Она тоже улыбалась, но вид у
нее был не очень-то счастливый. Строго говоря, она выглядела жалко. Наверное, к этому
имел какое-то отношение Том Хардэвей, что сидел на корточках перед ней и упорно
заглядывал между ее ногами. А может быть, и очевидный интерес, проявленный Яйцом к
Эрику. Я попыталась снова взглянуть Таре в глаза, но меня уже тошнило от этого.
Я провела в лесном домике только пять минут, но это были самые долгие пять минут
в моей жизни.
- И часто ты этим развлекаешься? - спросила я, чтобы хоть что-то сказать. А
Яйцо, все еще глядя на зад Эрика, беседовавшего с Джен у холодильника, потянулся к
пуговице на моих шортах. Тут-то я почуяла, что Яйцо опять нажрался. Его глаза блестели,
а челюсть чуть отвисла.
- А твой друг - он реально большой! - промямлил он, будто с набитым ртом.
- Да уж побольше, чем Лафайет, - шепнула я ему, и он резко поднял голову,
уставившись теперь на меня. - Я думаю, что ему тут будут рады.
- Ага... - еле выговорил Яйцо, решив со мной не спорить. - Н-ну да... Эрик
большой, чертовски большой. Разнообразие - эт' хорошо! ...
Я еще терпела непрекращающуюся борьбу Яйца с моей пуговицей. А зря.
Единственное, о чем он думал - это задница Эрика. И не только задница.
Легок на помине, Эрик немедленно подскочил ко мне сзади и обхватил руками,
оттащив в сторону от неуклюжих пальцев Яйца. Я оперлась на Эрика, приходя в себя и
радуясь, что он здесь. Я поняла, что боялась, как бы и он не начал вести себя непотребно.
Все же мало что может оказаться настолько противным, как зрелище давно знакомых
людей, ведущих себя по-свински. Я не была уверена, что это не написано у меня на лице;
очевидно, поэтому я повернулась к Эрику, и, когда он усмехнулся, я развернулась в его
руках всем телом, чтобы быть к нему лицом. Я обхватила его шею и подняла голову. Он с
радостью согласился с безмолвным предложением, и, пока моего лица никто не видел,
ничто не мешало моему разуму делать свое дело. Когда наши губы вновь соприкоснулись,
мой мозг раскрылся, и я почувствовала себя совсем незащищенной от посторонних
сознаний. Это-то мне и надо было.
В комнате было несколько довольно сильных "передатчиков" мыслей, и я уже
чувствовала себя не столько собой, сколько приемником чужих вожделений.
Сначала мне открылись мысли Яйца. Он вспоминал Лафайета, его тонкое смуглое
тело, ловкие пальцы и подведенные глазки. А потом эти приятные для него воспоминания
заслонились менее приятными - Лафайет запротестовал возмущенно, истошно...
- Сьюки, - шепнул мне на ухо Эрик, настолько тихо, что никто бы не услышал. -
Сьюки, успокойся. Ты со мной.
Я коснулась его шеи, почувствовав, что за его спиной кто-то стоит.
Это была Джен. Ее рука прикоснулась сначала к Эрику, а потом и ко мне. И когда
она до меня дотронулась, я смогла прочесть ее мысли особенно отчетливо. Я пролистала
ее разум, как книгу, но книга оказалась совершенно скучной. Единственным, что
обнаружилось в ее мыслях, была анатомия Эрика и несколько недоуменный интерес к
сиськам Клео. Ничего из того, что я искала.
Я мысленно обратилась в другую сторону, пробравшись в мозг Майкла Спенсера, и
обнаружила то, что надеялась и одновременно опасалась увидеть с самого начала. Теребя
груди Клео, он думал совсем о другой шоколадной плоти, холодной и безжизненной, и его
собственная плоть воспряла при этих воспоминаниях. В его памяти я увидела, как Джен
спит на диване, а Лафайет кричит, что если они не прекратят причинять ему боль, он
расскажет всем, что и с кем делал... и опускающиеся кулаки Майкла, и Тома Хардэвея,
нагнувшегося над хрупкой коричневой грудью...
Все, хватит! Мне пора было отсюда выметаться. Даже не узнав сейчас того, что
хотела, я бы этого больше не вынесла. Не уверена, что у Порции хватило бы духа это
вынести, ведь ей, лишенной моего "дара", пришлось бы долго ошиваться здесь.
Тут я почувствовала, что рука Джен начала массировать мою ягодицу. Самый
жалкий повод для секса из когда-либо мною виденных - секса не только без любви, но и
вообще отделенного от разума и духа, от любых чувств, даже простой симпатии.
Если верить моей подруге Арлене, разведенной четырежды, у мужчин это вроде как
норма. Видимо, и у некоторых женщин тоже.
- Мне пора! - выдохнула я еле слышно в ухо Эрику.
- Пойдем, - ответил он.
Он поднял меня и перекинул через плечо. Мои волосы свисали где-то до его
щиколоток.
- Мы выйдем на минутку, - сказал он Джен, и я услышала громкое "чмок". Он и
ее поцеловал.
- Можно и мне с вами? - чуть слышно сказала она, почти не дыша, как Марлен
Дитрих. Хорошо, что она не видела моего лица.
- Дай нам минутку. Сьюки еще немножко стесняется, - ответил Эрик
многообещающим и холодным, как полное ведерко мороженого, голосом.
- Разогрей ее! - послышался приглушенный голос Майкла Спенсера. - Пусть
вернется повеселее!
- Она будет горячей, как никогда, - пообещал Эрик.
- Да уж постарайся, - вставил Том Хардэвей.
Благодаря Эрику через минуту я уже лежала на капоте его "Корвета". Он лежал на
мне, хоть большую часть его веса приняли на себя его руки. Он смотрел на меня сверху
вниз, нагнувшись, как корабельная мачта в шторм. Его клыки были выпущены, глаза -
широко раскрыты. Белки его глаз почти светились, настолько ясно я их видела, а синий
цвет радужки казался черным - слишком было темно.
Я не хотела этого.
- Это было... - начала я и осеклась. Глубоко вздохнув, я продолжила: - Можешь
назвать меня скучной пай-девочкой, и я не обижусь, потому что согласна с тобой. Но
знаешь, что я подумала? Я подумала, что это ужасно. Мужчины и вправду такое любят?
Да и женщины, если уж на то пошло? Неужели это приятно - трахаться с кем-то едва
знакомым?
- Но я-то тебе не едва знакомый, - возразил Эрик. Он чуть сильнее навалился на
меня и чуть пошевелился.
- Ой. Эрик, ты забыл, зачем мы тут?
- Так они же смотрят!
- Неважно. Не забыл?
- Нет, я помню.
- Так пойдем отсюда!
- Ты нашла что-то, что хотела?
- Не нужно мне искать чего-то еще, да и в суде не примут такую улику, - я
заставила себя обхватить руками его бедра. - Но я нашла. Это Майк и Том, и еще,
возможно, Клео.
- А это интересно, - совершенно неискренне сказал Эрик. Его язык коснулся
моего уха. Мне это всегда нравилось, и я задышала чаще. Видимо, не так уж я и чужда
сексу без любви, как думала. Хотя Эрик мне нравился... когда я его не боялась.
- Ничуть! - выговорила я, достигнув некого внутреннего согласия. - Совершенно
это мне не нравится. - Я оттолкнула Эрика довольно сильно, но он не шелохнулся. -
Эрик, послушай! Я сделала все, что могла, ради Лафайета и Энди Бельфлера, хотя это и
немного. Он воспользуется теми зацепками, что я дам ему, и продолжит сам. Он же
полицейский, на его стороне закон, а я не настолько самоотверженна, чтобы продолжать
это.
- Сьюки, - сказал Эрик, не слышавший ни слова. - Отдайся мне.
Это было довольно нагло.
- Нет, - ответила я самым решительным голосом, на который только была
способна. - Нет.
- Не волнуйся, Билл тебя не тронет. Я защищу тебя.
- Это тебя надо будет защищать! - совершенно без гордости выдавила я.
- Ты считаешь, Билл сильнее?
- Не мое это дело. Эрик, я ценю твою помощь и желание сопроводить меня в это
ужасное место...
- Поверь мне, Сьюки, эта маленькая помойка - ничто рядом с некоторыми
местами, где я бывал.
Я почему-то не усомнилась в его словах.
- Но для меня это ужасное место. Я понимаю, что обманываю твои ожидания, но я
не собираюсь этой ночью отдаваться кому бы то ни было. Билл - мой парень, и точка! -
хоть слова "Билл" и "парень" слабо вязались, именно эту нишу занимал в моей жизни
Билл.
- Рад слышать это! - раздался из-за спины знакомый прохладный голос. -
Хорошо, что я это услышал, а то бы обязательно засомневался...
Ну слава богу! ...
Эрик вскочил, я сползла с капота машины и побрела по направлению, откуда
слышался голос Билла.
- Сьюки, - сказал он, когда я приблизилась. - Похоже, тебя нельзя никуда
отпускать!
Насколько я могла понять в темноте, он не слишком-то был рад меня видеть. Но я не
винила его в этом.
- Я совершила большую ошибку... - сказала я и обняла его.
- Да ты пропахла Эриком! - сказал он, уткнувшись носом мне в волосы. Ну да,
ему вечно казалось, что я пахну другими мужчинами. Меня захлестнули стыд и смущение,
и я поняла, что он чуть не опоздал.
Но то, что произошло мгновения спустя, было совершенно неожиданным.
Из кустов вылез Энди Бельфлер с пистолетом в руке. Его одежда была рваной и
грязной, а пистолет казался огромным.
- Сьюки, отойди от вампира! - выговорил он.
- Нет, - я крепко обхватила Билла. Я не знала точно, кто кого загораживал, я его
или он меня. Но Энди хотел, чтобы мы разошлись, и потому я не хотела этого.
С крыльца послышались голоса. Кто-то определенно смотрел в окно - интересно,
заметил ли это Эрик? - потому что никто из нас не кричал, но внимание похабников
внутри дома что-то привлекло. Пока Эрик со мной был во дворе, оргия продолжалась
вовсю. Том Хардэвей был обнажен, как и Джен. Яйцо выглядел еще более пьяным.
- Ты вся пропахла Эриком! - повторил Билл свистящим шепотом.
Я отпрянула от него, забыв про Энди и его пистолет. И мое терпение лопнуло.
Это бывало нечасто, но все же в последнее время чаще, чем прежде.
- Послушай, ты! Я-то, черт возьми, не знаю, кем пахнет от тебя самого! Все, что я
знаю, так это то, что у тебя было шесть женщин! Честно, да?
Билл ошарашенно открыл рот. Позади меня раздался смешок Эрика. Компания,
выбежавшая на крыльцо, тихо обалдевала. А Энди явно не нравилось, что человека с
пистолетом все игнорируют.
- Всем собраться в группу! - крикнул он пьяным голосом.
- Ты когда-нибудь имел дело с вампирами, Бельфлер? - лениво спросил Эрик.
- Нет! Но просто поверь, что я могу тебя пристрелить. У меня серебряные пули!
- Так это ж... - хотела было я сказать, но Билл прикрыл мне рот. Серебряные пули
убивали наповал только оборотней, но и вампиры обладали непереносимостью к серебру,
и попадание такой пули в жизненно важное место могло быть опасно.
Эрик поднял бровь и поплелся к участникам оргии на крыльцо. Билл потянул меня
за руку, подошли туда и мы. Впервые мне захотелось узнать, что же думает Билл.
- Который из вас это сделал, или все сразу? - прокричал Энди.
Мы молчали. Рядом стояла Тара, дрожавшая в своем красном белье. Неудивительно,
что она была напугана. Я попыталась прочитать мысли Энди и начала фокусироваться на
нем. Нет, черт... алкоголь сильно мешает чтению мыслей, ведь пьяный думает только о
всякой ерунде, да и память у него нетвердая. В голове Энди почти не было мыслей. Он
был зол на всех собравшихся, включая и себя, и твердо намерен доискаться правды.
- Сьюки, поди сюда! - снова крикнул он.
- Нет, - твердо сказал Билл.
- Если через тридцать секунд она не будет тут, я убью ее! - Энди наставил на
меня пистолет.
- Эти тридцать секунд будут последними в твоей жизни, - ответил Билл.
Я восприняла его слова всерьез. Энди, видимо, тоже.
- Насрать! - ответил он. - Небольшая потеря.
А вот это меня окончательно взбесило. Я вырвалась из рук Билла и направилась к
Энди. Я была не настолько ослеплена гневом, чтобы игнорировать его оружие, хотя мне
ужасно хотелось оторвать ему яйца. Я понимала, что он меня в этом случае пристрелит,
но и ему придется несладко.
- Ну, Сьюки! Читай мысли этих людей и скажи мне, кто из них гребаный убийца!
- приказал Энди. Он схватил меня за шиворот рукой, как щенка, и повернул лицом к
дому.
- А как ты считаешь, что я тут все это время делала, баран ты слабоумный? Что, потвоему,
мне нравится проводить время с этими засранцами?
Энди тряхнул меня за шиворот. Я и сама не обижена силой, и вполне могла
вырваться и отобрать пистолет, но не была настолько уверена в успехе, чтобы попытаться.
Я решила подождать минутку. Билл что-то мне пытался передать выражением лица, но я
не понимала, что именно. А Эрик не смотрел на нас, все его внимание было
сосредоточено на Таре. Или Яйце, черт его знает.
У кромки леса завыла собака. Я скосила глаза в ту сторону, не поворачивая головы.
Совсем весело.
- Это же мой колли, - сказала я Энди. - Дин, помнишь? - помощь в
человеческом обличье мне бы не помешала, но раз Сэм пришел сюда в своем собачьем
облике, мне пришлось говорить о нем как о собаке, чтобы не раскрыть.
- Угу. Какого черта тут делает твой пес?
- А я знаю? Не стреляй в него, хорошо?
- Я по собакам не стреляю, - ответил он, искренне возмущенный.
- Ага, а по мне можно... - язвительно сказала я.
Колли подбежал ко мне. Интересно, много ли человеческого остается в мышлении
Сэма, когда он оборачивается собакой? Я покосилась на пистолет, и Сэм-Дин тоже
посмотрел на Энди, но много ли это заключало в себе понимания, я знать не могла.
Колли начал рычать. Его зубы были оскалены, и он глядел на пистолет.
- Кыш отсюда, псина! - раздраженно произнес Энди.
Если бы мне удалось отвлечь Энди хотя бы на минуту, вампиры бы разоружили его.
Я попыталась вспомнить нужные движения. Схватить его правую руку обеими руками,
поднять ее вверх... Но если Энди будет продолжать меня вот так держать, это будет
нелегко.
- Нет, черт... - услышала я голос Билла, и, повернувшись к нему, увидела, как он
смотрит не на меня, а на кого-то за спиной Энди.
- О, кого это здесь держат, как щеночка? - раздался из-за его спины голос.
Только этого еще не хватало.
- Да это же мой посланец! - та самая менада, обойдя Энди по широкому кругу,
приблизилась к нему на несколько футов. Она не стояла между Энди и собравшимися у
домика. На этот раз она была чистой и полностью обнаженной. Понятно, чем они тут
занимались с Сэмом в лесу, пока не услышали шум. Ее черные волосы падали спутанной
массой до бедер, и она совершенно не казалась замерзшей, хотя все остальные (кроме
вампиров) определенно начинали зябнуть. Они все же одевались для оргии, а не для
турпохода.
- Здравствуй еще раз! - поприветствовала меня менада. - Я тогда забыла
представиться, спасибо, что мне напомнил мой друг-пес. Я Каллисто.
- Здравствуйте, мисс Каллисто, - протянула я, плохо представляя, как к ней
обращаться. Я хотела поклониться, но Энди все еще держал меня за шиворот. Шея уже
начинала болеть.
- А что это за отчаянный смельчак, который тебя держит? - Каллисто
придвинулась чуть ближе.
Я не видела выражения лица Энди, но собравшиеся около домика, кроме Эрика и
Билла, были в шоке. А вампиры смотрели в сторону от дверей дома. Ничего хорошего это
не предвещало.
- Это Энди Бельфлер, - прохрипела я. - У него проблемы.
У меня по спине поползли мурашки. Я поняла, что менада приблизилась.
- Ты ведь прежде не видел никого такого, как я? - спросила она у Энди.
- Нет, - пораженно, как можно было понять по голосу, согласился тот.
- Я прекрасна?
- Ага! - не сомневаясь, кивнул Энди.
- Заслуживаю ли я приношений?
- Ага, - снова ответил он.
- Я люблю пьянство, а ты ужасно пьян, - ласково сказала Каллисто. - Я люблю
плотские удовольствия, а эти люди полны похоти. Мне нравится это место.
- Ну да, конечно, - неуверенно выговорил Энди. - Но один из них убийца, и я
хочу знать, кто.
- Не один, - промычала я. Вспомнив, что все еще держит меня, Энди снова
тряхнул меня как следует. Это меня окончательно взбесило.
Менада уже подошла достаточно близко, чтобы дотронуться до меня. Она слегка
шлепнула меня по щеке, и я почувствовала, что от ее пальцев пахнет вином и влажной
землей.
- А ты не пьяная, - заметила она.
- Нет, мэм.
- И ты еще не испробовала плотских удовольствий.
- Это пока... - промямлила я.
Она засмеялась. Смех был высоким и резким, он продолжался и продолжался.
Хватка Энди ослабла, близость менады причиняла ему все больший дискомфорт. Я
не знала, за что ее приняли люди у крыльца, но Энди уже понял, что перед ним существо
ночи. Он резко отпустил меня.
- Подходи сюда! - позвал Майк Спенсер. - Дай-ка мы на тебя поглядим.
Тут меня сбил Дин (Сэм?), который с энтузиазмом начал лизать мне лицо. Но он не
помешал мне увидеть, как менада обвила рукой туловище Энди. Он перехватил пистолет в
левую руку, чтобы ответить тем же.
- Ну, что ты хочешь узнать? - спросила она Энди. Ее голос был спокойным и
вполне адекватным. Она помахала своим длинным жезлом. Жезл назывался "тирсис": я
специально посмотрела в словаре на слово "менада". С умным видом и помирать не так
страшно.
- Один из них убил человека по имени Лафайет, и я хочу знать, кто это сделал, - с
пьяной воинственностью в голосе произнес Энди.
- Конечно, хочешь, дорогой! - пропела менада. - Тебе найти?
- Пожалуйста! - попросил он.
- Хорошо... - Она оглядела собравшихся и указала пальцем на Яйцо. Тара
схватила его за руку, пытаясь удержать, но он с идиотской пьяной ухмылкой сбежал вниз
с крыльца, по направлению к менаде.
- Ты кто? Девушка? - спросил он.
- Нет, даже с большой натяжкой я не девушка!.. - ответила Каллисто. - А ты
выпил много вина, - она дотронулась до него тирсисом.
- Угу, ну типа да, - согласился он, уже больше не улыбаясь. Он посмотрел в глаза
Каллисто, дернулся и задрожал. Ее глаза светились в темноте. Я взглянула на Билла и
увидела, что он уткнулся взглядом в землю, а Эрик - в капот своей машины. Никто на
меня не смотрел, и я поползла к Биллу.
Ну и компания, боже мой.
Пес подбежал ко мне, нетерпеливо тычась в меня носом. Я поняла, что он подгоняет.
Я подползла все-таки к ногам Билла и обхватила их, почувствовав, как он положил руку
мне на волосы. Я была слишком испугана, чтобы пытаться подняться на ноги.
Каллисто обняла Яйцо своими тонкими руками и что-то прошептала ему. Он кивнул
и что-то ответил. Она поцеловала его, и он застыл без движения. Менада зашагала к
домику, а он все так и стоял не шевелясь...
Она остановилась рядом с Эриком, который стоял ближе к крыльцу, чем мы. Она
оглядела его с ног до головы и снова улыбнулась этой ужасной улыбкой. Эрик смотрел ей
на грудь, стараясь не встретить взгляда.
- Мило, - сказала она, - очень мило. Но не для меня, ты, смазливый кусок
пропастины.
С этими словами она подошла к крыльцу и глубоко вздохнула, вдыхая запахи
перегара и разврата. Она чуть посопела, как будто собака, выслеживающая по нюху, и
повернулась к Майку Спенсеру. Он весь съежился на холодном воздухе, но Каллисто это
не смутило.
- О! - сказала она весело, как будто только что получила подарок. - Ты такой
гордый! Ты кто? Король? Или великий воин?
- Нет, я владелец похоронной конторы. А вы кто, леди? - спросил он неуверенно.
- Ты никогда не видел прежде никого такого, как я?
- Нет.... - снова сказал он, и все прочие тоже покачали головами.
- Ты не помнишь моего первого визита?
- Нет, мэм.
- Но ты же сделал мне приношение!
- Кто? Я? Приношение?
- О да, когда убил маленького чернокожего человека. Того, красивенького. Он был
одним из моих низших детей, и вполне достойным приношением мне. Спасибо, что
оставил его у питейного заведения, я обожаю бары. Но неужели так трудно было найти
меня в лесу?
- Леди, мы не делали никакого приношения, - выговорил Том Хардэвей, его
темная кожа вся покрылась пупырышками, а член бессильно болтался.
- Но я видела тебя, - ответила она.
Все затихло, резко и неожиданно. Даже лес, вечно полный тихих шумов и
незаметных движений, вдруг замолчал. Я очень осторожно поднялась на ноги.
- Я обожаю насилие секса, я люблю запах пьянства... - мечтательно произнесла
она. - Я за мили могу учуять их и прийти...
Страх, изливавшийся из несчастных гостей, начал переполнять меня. Я закрыла лицо
руками и отгородилась самыми сильными мысленными преградами, которые только
смогла себе представить, но их страх не уходил. Я съежилась и прикусила язык, чтобы не
издать ни звука. Билл повернулся ко мне, а с другой стороны подошел Эрик, и оба
вампира буквально стиснули меня своими телами. Ничего эротического, особенно в таких
обстоятельствах! Их собственный страх того, что я закричу, только подхлестывал мой,
ведь мало что может напугать вампира... Да и пес тоже прижался к нашим ногам, словно
пытаясь защитить.
- Ты ударил его во время секса! - сказала менада Тому. - Ударил его, потому что
ты горд, и его подобострастие возмутило и одновременно восхитило тебя. - Она
протянула тонкую руку, поласкав лицо Тома. - А ты, - с этими словами она
дотронулась до Майкла второй рукой - ты тоже его бил, охваченный безумием. А потом
он грозился рассказать... - Она оставила Тома и погладила его жену, Клео. На Клео был
только джемпер, да и то не застегнутый.
Незамеченной осталась одна Тара, которая начала пятиться. Только ее не
парализовал страх, и я почувствовала в ее душе искорку надежды, желание выжить. Тара
спряталась под кованый железный стол под навесом, сжалась в комочек и зажмурилась. В
мой мозг прорвались ее мысли: она молилась и чего только не обещала Богу в своей
будущей жизни, лишь бы он помог ей выбраться. А запах страха от других достиг апогея,
и я почувствовала, как меня забила крупной дрожью, а все возведенные мысленные
барьеры рассыпаются. От меня не осталось ничего, кроме страха. Эрик и Билл взяли руки
в замок, дабы удержать меня на ногах и неподвижной.
Джен, совершенно нагая, тоже осталась без внимания менады. Видимо, ничто в ней
не привлекало существо ночи: Джен была скромной, сейчас даже жалкой, и еще ничего не
пила. Да и групповым сексом она занималась не для того, чтобы забыться в сладостном
безумии, а для того, чтобы хоть как-то показать себя значимой. Она улыбнулась и
попыталась взять менаду за руку. Но вдруг закричала странным и страшным криком и
забилась в конвульсиях. Из ее рта пошла пена, глаза закатились, и она упала. Я услышала,
как пятки ударились о деревянный пол.
И вновь наступила тишина. Но что-то закипало всего в нескольких ярдах от
маленькой группы под навесом: что-то ужасное и прекрасное, что-то чистое и пугающее.
Их страх улегся, и дрожь оставила мое тело, а сводящее с ума давление в моей голове
пропало. Но после того, как исчез страх, взвилась новая сила. Неописуемая красота и
абсолютное зло.
Это было чистое безумие, разрушающее личность. Из менады лилась ярость
берсерка, жажда разрушения. Я была поражена этим оружием, как и гости у домика, я
дергалась и билась, а безумие скатывалось с Каллисто и вливалось в них, и только рука
Эрика, зажимающая мой рот, мешала мне закричать. Я кусала его до крови и слышала, как
он тихо стонал от боли.
Это продолжалось снова и снова - вопли и ужасные влажные звуки. Пес сжался в
комок и тихо завыл.
И внезапно все прекратилось.
Я почувствовала себя как марионетка, которой обрубили нити, и упала навзничь.
Билл положил меня на капот машины Эрика, и я открыла глаза. Менада смотрела на меня
сверху. Она снова улыбалась и была вся в крови. Казалось, кто-то вылил на нее ведро
красной краски: в крови были и волосы, и все тело.
- Ты была с нами, - сказала она мне голосом по-прежнему ласковым и высоким,
как флейта. Она шагнула ко мне несколько неуклюже, как будто только что объелась. -
Ты была совсем рядом. Я никогда раньше не видала, чтобы человека сводило с ума
безумие других. Забавно.
- Не для меня... - прохрипела я. Пес укусил меня за ногу, чтобы вернуть к
реальности. Она взглянула и на него.
- Сэм, дорогой! - промурлыкала она. - Прости, мне пора.
Пес поглядел на нее умными глазами.
- Мы провели много прекрасных ночей в этих лесах, - продолжила она, погладив
его по голове. - Прекрасно поохотились... и другим кое-чем прекрасно позанимались. Но
мне надо идти, дорогой. В мире полно лесов и полно людей, которым следует преподать
урок. Они не имеют права забывать меня и оставлять без подношений. Люди должны мне,
- сказала она каким-то сытым голосом. - Должны безумие и смерть.
Она зашагала к краю леса.
- В конце концов, - услышала я ее удаляющийся голос - сезон охоты не бывает
бесконечным...
Глава 11
Даже если бы мне хотелось увидеть, что произошло под навесом у дверей домика, я
не смогла бы заставить себя подойти туда. Билл и Эрик выглядели ошарашенными, а
когда видишь двух ошарашенных вампиров, не особо-то хочется любопытствовать.
- Дом надо сжечь, - сказал Эрик, отойдя на несколько ярдов. - Каллисто не
позаботилась о том, чтобы прибрать за собой.
- Она никогда не заботится об этом, - ответил Билл, - во всяком случае, так я
слышал. Чего еще ожидать от безумного существа?
- Ну, я не знаю, - ответил Эрик. Его голос звучал, как будто он поднимает что-то
тяжелое, а затем раздался глухой удар. - Видал я вполне чистоплотных сумасшедших.
- Пожалуй, ты прав, - сказал Билл. - Мы вот, например, не оставим эту кучу на
крыльце.
- Ты уверен, что можешь судить адекватно?
- Ты и здесь прав. Не часто я с тобой соглашаюсь.
- Она сама позвала меня и попросила о помощи.
- Хорошо. Но ты помнишь, о чем мы договорились?
- Да как же я забуду?
- Сьюки нас слышит, не забудь и это.
- Да со мной все в порядке! - Эрик засмеялся. А я взглянула вверх и подумала, о
чем же это они спорят? Я им что, Россия, что ли, чтобы доставаться самому сильному
диктатору? Позади меня сидел Сэм, снова превратившись в человека. Одежды на нем не
было, естественно, но вряд ли меня такие вещи волновали меньше, чем тогда. Холод не
особенно мешал Сэму, как и всякому другому оборотню.
- Ой, да тут одна живая! - воскликнул Эрик.
- Тара! - позвал Сэм.
Тара выползла из-под стола и по ступенькам побрела к нам. Она обхватила меня
руками и заплакала. Превозмогая усталость, я придержала ее, не давая упасть. Я попрежнему
была в своем дейзи-дюковском костюме, а она - в своем белье цвета
...Поділитися у соцмережах
