Жанр: Триллер
джек ричер 2. Точный расчет
...ами, выходящими откуда-то из-под ушей животных.
- Я не могу оставлять их на ночь на улице, - пояснил мужчина. - Такую вещь
обязательно украдут.
Нигли и Ричер очутились в тесном коридоре, по обе стороны которого на полках
аккуратно разложены детские игрушки. Впереди, на кухне, виднелся холодильник, на
котором под декоративными магнитами пестрели разноцветные рисунки учеников
начальной школы. Оттуда доносился запах готовящейся еды. За коридором начиналась
гостиная, где сидели две молчаливые и перепуганные женщины. Они были одеты
празднично, как и полагается по воскресеньям, и эти наряды сильно отличались от их
рабочих комбинезонов.
- Назовите ваши имена, - начала Нигли.
Ее голос звучал средне между теплым доброжелательным и холодным
неумолимым, как сама судьба. Ричер едва сдержал улыбку. Да, это был один из
приемов Нигли. Он хорошо помнил его. Никто никогда не осмеливался спорить с ней,
а такой тон, безусловно, считался одним из ее преимуществ.
- Хулио, - представился мужчина.
- Анита, - произнесла первая женщина, которая, как понял Джек по тому, как
она взглянула на Хулио, являлась его женой.
- Мария, - добавила вторая женщина. - Я сестра Аниты.
В гостиной стоял небольшой диван и два кресла. Мария и Анита подвинулись,
чтобы Хулио присел вместе с ними на диван. Ричер посчитал это за приглашение и
устроился в одном из кресел. Нигли заняла второе. Кресла стояли под одинаковыми
углами, так что получалось, будто диван был телевизором, а Джек и Нигли
приготовились смотреть его.
- Мы считаем, что это именно вы, ребята, подсунули письмо в офис, - сразу же
заявила Нигли.
Ответа не последовало. Троица никак не отреагировала на это обвинение.
Выражения их лиц не изменились. Просто молчаливые герои, а не люди.
- Это так? - спросила Нигли.
Молчание.
- Дети уже спят? - поинтересовался Ричер.
- Их здесь нет, - ответила Анита.
- Это ваши дети или Марии?
- Мои.
- Мальчики или девочки?
- Две девочки.
- Где же они?
Анита чуть помедлила и ответила:
- Со своими двоюродными братьями и сестрами.
- Почему?
- Потому что мы работаем по ночам.
- Больше вы пока что не работаете, - напомнила Нигли. - И, возможно, не
будете работать вообще, если ничего не расскажете.
Молчание.
- И вас лишат медицинского страхования и прочих привилегий.
Молчание.
- Возможно, вас даже посадят в тюрьму.
И снова никакого ответа.
- То, что должно было с нами случиться, все равно когда-нибудь случится, -
заметил Хулио.
- Может быть, вас кто-то попросил положить письмо туда? Тот, кого вы хорошо
знаете и кто работает в этой же системе?
Молчание.
- Или кто-то из тех, кто там не работает?
- Мы ничего не делали ни с какими письмами.
- А что же вы делали? - снова вступил в разговор Ричер.
- Мы убирали помещение. Мы для того там и работаем.
- Но вы находились в кабинете очень долгое.
Хулио посмотрел на жену, словно был чем-то удивлен.
- Мы просмотрели видеозаписи, - пояснил Ричер.
- Мы знаем, что за нами следят камеры, - тут же отозвался Хулио.
- И вы делаете одно и то же каждую ночь?
- Приходится.
- И так долго задерживаетесь в этом кабинете каждый раз?
Хулио непонимающе пожал плечами:
- Наверное.
- Вы там отдыхаете?
- Нет, убираем.
- И так каждую ночь?
- Ну да, каждую ночь повторяется одно и то же. Если, конечно кто-нибудь не
прольет кофе на ковер или не оставит после себя много мусора по всей комнате. Тогда
мы работаем дольше.
- В ту ночь в кабинете Стивесанта было что-либо подобное?
- Нет, - покачал головой Хулио. - Стивесант - очень аккуратный господин.
- Но вы пробыли у него в кабинете очень долго.
- Не больше обычного.
- У вас всегда одна и та же работа?
- Ну, конечно. Мы работаем с пылесосом, протираем всю мебель от пыли,
убираем мусор, чистим все то, что успело запачкаться, а потом переходим в
следующую комнату.
В доме наступила тишина. Только где-то вдалеке, пробиваясь сквозь стены и окна
особнячка, все еще доносилась музыка из стереомагнитофона.
- Ну, хорошо. - Голос Нигли прозвучал очень серьезно. - Теперь послушайте
меня. На пленке видно, как вы заходите в кабинет. После этого на столе появилось
письмо. Мы считаем, что вы положили его туда только потому, что вас об этом кто-то
попросил. Может быть, вам при этом сказали, что это своего рода шутка или
розыгрыш. Или вас убедили в том, что это необходимо сделать, пообещав при этом,
что все будет в полном порядке. И это действительно пока что так. Никто никакого
вреда никому не причинил. Но нам важно знать, кто попросил вас сделать это. Потому
что это тоже является частью общей игры, и мы попытаемся обнаружить этого
человека. Вот почему вы обязаны сказать нам, кто это. Иначе игра закончится, и мы
решим, что вы сделали это сами. А вот это уже совсем не хорошо. Даже, я бы сказала,
очень плохо. Дело в том, что получается, будто вы угрожаете вице-президенту
Соединенных Штатов. И вот за это вас могут отправить в тюрьму.
И снова никакой реакции. И дружное молчание.
- Нас теперь уволят? - наконец подала голос Мария.
- Вы что же, не слушали меня? - удивилась Нигли. - Вас посадят в тюрьму,
если вы нам не расскажет обо всем, что произошло.
Лицо Марии застыло, так же, как у Аниты и Хулио. Каменные лица, пустые глаза,
мужественные люди, унаследовавшие эту терпеливость за тысячу лет крестьянского
существования: рано или поздно неурожайный год все равно настанет.
- Пошли отсюда, - предложил Ричер.
Они поднялись с кресел и направились в коридор, перешагнули через качели и
вышли в ночь. Когда они подходили к машине, то успели заметить, как Фролих
закрывает крышку своего мобильного телефона. В глазах ее читалась самая настоящая
паника.
- Что случилось? - поинтересовался Ричер.
- Мы получили еще одно письмо, - негромко произнесла Фролих. - Десять
минут назад. Ситуация осложняется.
Глава 6
Письмо уже ждало их посреди длинного стола конференц-зала. Вокруг собралось
несколько человек. Лампы дневного света прекрасно освещали его. На столе лежал
коричневый конверт размером девять на двенадцать дюймов с металлической
застежкой и надорванным клапаном. И рядом с ним одинокий стандартный лист
бумаги, на котором напечатано: "День, когда умрет Армстронг, быстро приближается".
Послание было разбито на две строчки, расположено строго по центру листа и чуть
выше его середины. Больше на нем ничего видно не было. Люди смотрели на него и
молчали. Мужчина в строгом костюме, дежуривший в приемной, протиснулся мимо
них к Фролих.
- Это я передал письмо, - сказал он. - К самому листу я не притрагивался, а
просто вытряхнул его из конверта.
- Каким образом оно поступило к вам?
- Охранник из гаража отошел в туалет, а когда вернулся, оно уже лежало у него в
будке на полке. Он сразу же принес его ко мне, поэтому на конверте обязательно
окажутся и его отпечатки.
- Когда это произошло?
- Полчаса назад.
- Что делает охранник гаража, когда ему приходится отлучаться? - задал свой
вопрос Ричер.
В комнате стало тихо. Все повернулись, услышав незнакомый голос. Дежуривший
в приемной уставился на Джека таким взглядом, словно хотел сказать: "Да ты кто
такой, чтоб тебя!.." Но тут он встретился глазами с Фролих, пожал плечами и
послушно ответил:
- Он запирает шлагбаум, вот и все. Бежит в туалет, потом бегом же возвращается
на место. Это происходит два, от силы три раза за смену. Но ведь ему нужно дежурить
целых восемь часов, и при этом торчать в будке, не меняя позы.
Фролих кивнула.
- Никто не обвиняет его в том, что он отлучился. Кто-нибудь уже успел вызвать
специалистов из ФБР?
- Мы ждали вас.
- Хорошо. Оставьте письмо на столе, как есть, не трогайте его и опечатайте
комнату, как положено.
- В гараже есть камеры слежения? - поинтересовался Ричер.
- Да, конечно.
- Тогда велите Нендику немедленно принести нам записи, сделанные этим
вечером.
Нигли наклонилась над столом:
- А как красиво составлена фраза! Этот тип просто бьет на эффект, - заметила
она. - Вам не кажется? Ну а то, что он добавил слово "скоро" означает, что этот тип
отверг версию своего оправдания и не будет ссылаться на то, что просто констатировал
факт естественной кончины вице-президента, как и любого другого живущего в
настоящее время человека. Таким образом, послание превратилось в открытую угрозу.
Фролих кивнула.
- Ты все правильно поняла, - медленно произнесла она. - И если кто-то хотел
пошутить или разыграть нас, то очень неожиданно дело приняло серьезный оборот.
Она проговорила все это так громко и отчетливо, что Ричер моментально понял ее
и успел осмотреть лица присутствующих. Однако никакой неадекватной реакции ее
слова среди них не вызвали. Фролих посмотрела на часы.
- Армстронг находится в воздухе, - продолжала она. - Летит домой, в
Джорджтаун.
И она замолчала.
- Вызовите дополнительную команду охранников, - приказала она уже через
несколько секунд. - Половина их отправляется на авиабазу Эндрюс, другая половина
- к дому Армстронга. Добавьте в кортеж еще один автомобиль. Измените маршрут.
Какую-то долю секунды собравшиеся оставались на своих местах, после чего
начали расходиться, как и положено элитной команде, готовящейся к ответственной
операции. Ричер внимательно наблюдал за ними, и их решительность и слаженность
действий ему понравилась. Затем Джек и Нигли последовали за Фролих в ее кабинет.
Оттуда она позвонила в ФБР, попросила срочно прислать бригаду криминалистов,
дождалась ответа и повесила трубку.
- В общем, мне уже ясно, что они могут найти на этом листке, - сказала Фролих,
ни к кому конкретно не обращаясь. В этот момент в дверь постучался Нендик. Он
принес две видеокассеты.
- Две камеры, - пояснил молодой человек. - Одна расположена высоко, внутри
будки охранника, они снимает все внизу и по сторонам и должна фиксировать
водителей, когда те заезжают в гараж. Другая камера висит снаружи гаража и следит за
улицей и подъезжающими автомобилями.
Он положил обе кассеты на стол и вышел из кабинета. Фролих взяла первую и
подкатила свой стул поближе к телевизору. Затем вставила кассету в видеомагнитофон
и нажала кнопку. На экране появился гараж, вид из будки охранника. Камера, по всей
очевидности, производила съемку с высокого угла, однако в ее поле зрения попадали и
водители в окошках автомобилей. Фролих отмотала пленку на тридцать пять минут
назад и снова включила воспроизведение. Охранник сидел на своем табурете, камера
показывала часть его левого плеча. Ничего не происходило. Фролих промотала пленку
вперед на большой скорости до того момента, когда охранник поднялся со своего
места. Он нажал на пару кнопок у себя в будке и исчез. В течение тридцати секунд
ничего не происходило. Затем в крайнем правом углу экрана появилась чья-то рука, позмеиному
подползающая к окошку будки. Просто рука в рукаве теплого пальто и
кожаной перчатке. В ее пальцах конверт. Рука впихнула его в полуприкрытое окошко
будки, и оно попало прямо на полочку к охраннику. Затем рука исчезла.
- Он знал о существовании камеры, - уверенно заявила Фролих.
- Это очевидно, - согласилась Нигли. - Он находился в ярде от будки, и ему
пришлось тянуться к окошку.
- Но знал ли он о том, что у вас есть еще одна камера? - задал вопрос Ричер.
Фролих заставила магнитофон выбросить первую кассету, и на ее место поставила
вторую. Так же промотала ее на тридцать пять минут и нажала на кнопку
воспроизведения. На экране возникла улица перед въездом в гараж. Качество записи
оставляло желать лучшего. Яркие пятна от уличных фонарей контрастировали с
темными участками на экране, теми, куда не проникал свет ламп. В тени подробности
обстановки были почти неразличимы. Съемка также велась с высокого угла. В верхней
части экрана даже не было видно конца улицы, а нижняя часть показывала
пространство только за шесть футов от будки. Правда, ширина диапазона приличная,
даже очень. Обе стороны улицы прекрасно просматриваются, и нельзя было
приблизиться к гаражу так, чтобы камера тебя не зафиксировала.
Пленка постепенно перематывалась, но на экране ничего интересного не
происходило. Все внимательно следили за временем. Наконец наступил момент, когда
на экране до появления руки оставалось двадцать секунд. И вот в верхней части экрана
возникла смутная человеческая фигура, принадлежавшая, по всей вероятности,
мужчине. Тут не оставалось сомнений: об этом говорила и ширина плеч, и сама
походка. Мужчина был одет в твидовое пальто, серое или темно-коричневое. Темные
брюки, тяжелые грубые ботинки, шея укутана шарфом, на голове шляпа.
Широкополая, темная, чуть сдвинута на лоб. Он шел, уткнув подбородок в грудь. На
пленке хорошо видна тулья шляпы, хозяин которой медленно приближался к гаражу.
- И о второй камере он тоже знал, - подытожил Ричер.
Мужчина на экране продолжал быстро передвигаться вперед. Он шел
целеустремленно, не бежал, не спешил, не терял над собой контроля. В руке он держал
конверт, прижимая его к пальто. Вскоре он исчез в нижней части экрана, но через три
секунды появился снова, уже без конверта. Мужчина шел все так же быстро, но теперь
двинулся в обратный путь и очень скоро пропал с экрана, но уже в верхней его части.
Фролих остановила пленку:
- Мы можем дать его описание?
- Это невозможно, - покачала головой Нигли. - Мужчина, невысокий. Можно
даже сказать, приземистый. Наверное, не левша. Очевидной хромоты нет. Но больше
мы ничего и не видели. Вообще ничего.
- Да и насчет фигуры у меня возникли сомнения, - добавил Ричер. - Не
забывайте ракурс, в котором снимает камера. Она немного искажает образы, чуть
укорачивает их, вот он и показался нам приземистым.
- Безусловно, он знал о том, что происходит внутри системы охраны, - заметила
Фролих. - Ему было известно и о существовании камер, и о том, что дежурный
иногда отлучается с поста. Значит, он один из нас.
- Совсем не обязательно, - возразил Ричер. - Это может быть и очень умный
посторонний человек. Внешнюю камеру всегда можно заметить, особенно когда ее
специально ищешь. А о месторасположении внутренней камеры нетрудно догадаться.
К тому же, они имеются, наверное, во всех приличных гаражах. Если пару дней
понаблюдать за охранником, то можно составить себе схему его отлучек с поста. Но
знаете, что интересно? Будь он человеком из вашей системы или совершенно
посторонней личностью, мы совсем недавно проезжали мимо него. Ну, когда
отправлялись к нашим уборщикам. Потому что, даже если он и работает внутри вашей
системы, ему все равно надо было находиться возле гаража, чтобы выбрать то самое
время, когда охраннику приспичит уйти с поста. Значит, он наблюдал за ним, стоя
неподалеку. Скорее всего, ошивался на другой стороне улицы пару часов, вглядываясь
в сторону гаража. А может быть, он даже имел при себе бинокль.
В кабинете стало тихо.
- Я никого подозрительного не заметила, - призналась Фролих.
- Я тоже, - подхватила Нигли.
- А я вообще ехал с закрытыми глазами, - закончил Ричер.
- Мы бы все равно его не увидели, - заметила Фролих. - Я уверена, что, как
только он слышал, что из гаража выезжает по пандусу машина, он тут же скрывался в
переулке.
- Наверное, - согласился Ричер. - И все же мы были рядом с ним, пусть даже и
временно.
- Вот дерьмо! - расстроилась Фролих.
- Да уж, действительно дерьмо! - поддержала ее Нигли.
- Что же нам теперь делать? - спросила Фролих.
- Ничего, - просто ответил Джек. - Да мы и не можем ничего сделать. Все это
произошло уже более сорока минут назад. Если он работает у вас, то сейчас, скорее
всего, уже сидит у себя дома. Не исключено, что лег в кровать. А если это совершенно
посторонний человек, то он уже вовсю рулит по шоссе I-95 или где-то в другом месте,
удаляясь на север или юг, и отмахал уже миль тридцать, не меньше. Мы не можем
сейчас поставить на уши всех полицейских в четырех штатах и велеть им искать
праворукого мужчину, который не хромает в автомобиле поскольку лучшего описания
мы предоставить им не сумеем.
- У него на заднем сиденье или в багажнике могут находиться теплое пальто и
шляпа.
- Сейчас ноябрь, Фролих. И каждый мужчина имеет при себе пальто и шляпу.
- Что же нам теперь делать? - беспомощно повторила она.
- Надеяться на лучшее, готовиться к худшему. Сосредоточься на Армстронге,
представив себе, что угроза реальна. Не спускай с него глаз. Как верно подметил
Стивесант, угрожать и выполнить свою угрозу - вещи разные.
- Каково у него расписание на ближайшее время? - поинтересовалась Нигли.
- Сейчас он летит домой, завтра работает в Капитолии.
- Значит, и у тебя все будет в порядке. Что касается Капитолия и его
окрестностей, тут у тебя все вышло на "отлично". Уж если мы с Ричером не смогли
достать его, то это будет не под силу никаким приземистым мужчинам в пальто.
Представь себе, что этот незнакомец в шляпе, напротив, хочет, чтобы это ты тряслась
от страха и нервничала.
- Ты так считаешь?
- Ну, как говорил Стивесант, дыши глубже и не падай духом. Крепись, одним
словом.
- Мне почему-то не по себе. Я должна узнать, кто он такой - этот тип.
- Рано или поздно мы обязательно это выясним. А пока что, если не можешь
нападать сама, лучше обеспечь оборону.
- Нигли права, - согласился Ричер. - Сосредоточься на Армстронге. Мало ли
что?
Фролих неуверенно кивнула, вынула кассету из аппарата и снова вставила в него
первую. Она смотрела запись до тех пор, пока охранник не вернулся из туалета и,
заметив письмо, схватил его и бросился бежать.
- Мне почему-то не по себе, - уныло повторила она.
Бригада криминалистов из ФБР прибыла через час. Они сфотографировали лист
бумаги на столе в конференц-зале, поместив рядом с ним для масштаба офисную
линейку. Затем, используя стерильный пластмассовый пинцет, переложили конверт и
сам лист в отдельные пакеты для вещественных доказательств. Фролих заполнила
какой-то бланк и расписалась на нем, и только после этого они забрали оба предмета
для исследования в лабораторных условиях. Затем Фролих повисла на телефоне, и в
течение двадцати минут убеждалась в том, что Армстронг в целости и сохранности
добрался от вертолета морской пехоты до своего дома.
- Ну хорошо, - наконец, выдохнула она, разъединяя связь. - Пока что у нас все
в порядке.
Нигли зевнула и потянулась:
- Передохни немного. Готовься к трудной неделе.
- Я чувствую себя дурочкой, - призналась Фролих. - До сих пор никак не
пойму, что это: розыгрыш или реальная угроза?
- Ты очень чувствительная, - заметила Нигли.
Фролих подняла глаза к потолку:
- А что бы сейчас на моем месте стал делать Джо?
Ричер улыбнулся и немного помолчал, прежде чем ответить ей:
- Пошел бы в магазин и приобрел себе еще один костюм.
- Нет, я серьезно спрашиваю.
- Он бы закрыл глаза и начал рассуждать так, как если бы перед ним стояла
шахматная задача. Кстати, он читал Карла Маркса, ты знала об этом? Он рассказывал,
что Маркс умел объяснять все с помощью одного-единственного вопроса: кто
выигрывает в данной ситуации?
- И что же?
- Давай представим для начала, что все это делает человек, работающий у вас.
Карл Маркс сказал бы так: "Хорошо, этот работник решил получить выгоду". Тогда
Джо спросил бы: "Каким образом?".
- Ну, он сделает все так, чтобы я упала в глазах Стивесанта.
- Правильно, а потом тот тебя понизит в должности или вообще уволит. Цель
нашего неизвестного достигнута. Но это будет та единственная цель, которую он
преследовал все это время. В подобной ситуации серьезной опасности для Армстронга
нет. И это очень важный момент. Тогда Джо спросил бы: "Ладно, а теперь
предположим, что это делает совершенно посторонний человек. Как он собирается
выгадать?".
- Убив Армстронга.
- Правильно, но цель у него совершенно другая. Поэтому Джо пришел бы к
выводу, что действовать нужно так, как если бы неизвестный был человеком со
стороны, но при этом сохранять полное спокойствие и не паниковать ни в коем случае.
И, разумеется, действовать успешно. Таким образом, ты убиваешь сразу двух зайцев.
Если ты спокойна и невозмутима, то твой неизвестный, работающий у вас, начнет
беситься сам и никогда не достигнет своей цели. А если при этом тебе все удается, то
ты лишаешь надежды на успех и постороннего, в результате чего он тоже остается ни с
чем.
Фролих кивнула, но было видно, что она сильно расстроена:
- Но какой из двух вариантов следует все же иметь в виду? Что вам рассказали
уборщики?
- Ничего, - ответил Ричер. - Мое мнение таково, что кто-то, кого они хорошо
знают, убедил их пронести это письмо в кабинет босса, но теперь они в этом не
признаются.
- Я попрошу Армстронга завтра остаться дома.
Но Ричер покачал головой:
- Тебе нельзя этого делать. Если ты один раз пойдешь на это, то потом будешь
шарахаться от каждой тени и прятать его в течение последующих четырех лет.
Сохраняй хладнокровие и крепись.
- Легко сказать.
- И легко сделать. Дыши глубже.
Фролих помолчала, затем согласно кивнула.
- Ну хорошо. Сейчас я вызову вам шофера. Завтра приходите сюда к девяти
часам. У нас будет второе стратегическое совещание. Оно состоится ровно через
неделю после предыдущего.
Утро выдалось сырым и очень холодным, словно природа решила завершить
наконец осень и приступить к зиме. Выхлопные газы низко клубились над мостовыми,
а пешеходы торопливо сновали куда-то, уткнув носы в теплые шарфы. Нигли и Ричер
встретились без двадцати девять утра у стоянки такси перед гостиницей и сразу же
увидели машину Секретной службы, приехавшую за ними. Она стояла,
припаркованная параллельно другому автомобилю, но шофер не выключал мотор и
сам торчал рядом, выискивая глазами своих пассажиров. Ему было лет тридцать,
одетый в черное пальто и в кожаных перчатках, он то и дело вставал на цыпочки,
заметно нервничая и оглядывая толпу. Он тяжело дышал, и парок пушистыми клубами,
напоминавшими страусовые перья, вырывался у него изо рта.
- По-моему, он чем-то озабочен, - заметила Нигли.
Внутри машины было жарко. Водитель молчал всю дорогу и даже не представился.
Он старался как можно быстрей доехать до места, то и дело обгонял другие машины, и
наконец автомобиль въехал в гараж, пронзительно взвизгнув всеми четырьмя
покрышками. Водитель провел пассажиров во внутренний вестибюль, а оттуда - в
лифт. Они проехали на третий этаж, миновали приемную, где за столом дежурил уже
другой офицер. Увидев Джека и Нигли, он указал в глубь коридора, туда, где
находился конференц-зал, и добавил при этом:
- Они начали без вас, так что поторапливайтесь.
В конференц-зале уже было пусто, если не считать Стивесанта и Фролих, сидящих
друг напротив друга за столом, серьезных и молчаливых. Они оба выглядели
бледными, а на полированной поверхности стола между ними лежали две фотографии.
Одна представляла собой снимок восемь на десять дюймов, сделанный ФБР накануне,
где на листе сообщалось: "День, когда умрет Армстронг, быстро приближается".
Вторая фотография была сделана наспех при помощи "Поляроида", и на ней тоже был
изображен лист бумаги. Ричер сделал шаг вперед и склонился над столом.
- Вот дерьмо! - в сердцах проговорил он.
На фотографии он увидел единственный стандартный лист писчей бумаги, точно
такой же, как и три предыдущих. Тот же формат, аналогичное сообщение, аккуратно
расположенное почти в середине листа. И текст: "Демонстрация его уязвимости будет
произведена сегодня ".
- Когда пришло письмо? - сразу же поинтересовался он.
- Сегодня утром, - ответила Фролих. - Обычной почтой. Оно адресовано
Армстронгу в его офис. Но мы теперь сначала сами тщательно просматриваем всю
почту прямо здесь.
- Откуда оно пришло?
- Из Орландо, штат Флорида, отправлено, судя по почтовому штампу, в пятницу.
- Еще одно популярное место для туристов, - заметил Стивесант.
Ричер кивнул:
- Результаты вчерашнего исследования уже поступили?
- Я получила только устный ответ по телефону, - вступила в разговор Фролих.
- Письмо идентично первым двум, включая отпечаток большого пальца и так далее. Я
уверена, что с последним посланием будет все то же самое. Эксперты как раз сейчас
занимаются им.
Ричер еще раз внимательно осмотрел фотографии. Отпечатки пальцев на них были
совершенно невидимы, но он чувствовал, будто еще чуть-чуть, и они проявятся или
начнут светиться.
- Я приказал арестовать уборщиков, - сообщил Стивесант. Никто ему ничего не
ответил, и босс продолжал. - У вас возникают какие-нибудь интуитивные
предположения? Что же это все-таки: шутка или реальная угроза?
- Мне кажется, что это все по-настоящему, - сразу же отозвалась Нигли.
- Пока это не имеет значения, - высказал свое мнение Джек, - поскольку еще
ничего не произошло. Но мы будем действовать так, как если бы угроза была
настоящей, пока не убедимся в обратном.
Стивесант кивнул:
- Фролих тоже пришла к такому заключению. Она даже цитировала мне Карла
Маркса, что-то из его "Манифеста".
- Вообще-то это из "Капитала", - заметил Ричер как бы между прочим. Он взял в
руки снимок, сделанный "Поляроидом", и снова принялся внимательно изучать его.
Резкость была не идеальной, да и бумага казалась слишком бледной из-за вспышки,
однако в содержании послания сомневаться не приходилось.
- У меня всего два вопроса, - заговорил он. - Первый: насколько безопасны его
передвижения на сегодня?
- Я сделала все возможное, - отозвалась Фролих. - Удвоила количество его
личной охраны. По расписанию, он должен выйти из дома в одиннадцать часов. Я
выбрала машину с пуленепробиваемым кузовом и бронестеклами вместо обычного
"линкольна". Кортеж усилен дополнительной машиной. Кроме того, мы используем
тенты для его передвижения у дома и у Капитолия, а это значит, что под открытым
небом он не будет находиться ни секунды. И, конечно, мы объясним ему это как
необходимую тренировку для охраны.
- Получается, что он до сих пор ничего не знает о происходящем?
- Нет, - подтвердила Фролих.
- Мы поступаем так практически всегда, - пояснил Стивесант. - Мы им
никогда ничего не рассказываем.
- Потому что получаете тысячи угроз каждый год, - кивнула Нигли.
...Закладка в соц.сетях
