Жанр: Сказка
Повести
...залезать на мою лестницу...
- Как?
- А ты поможешь мне змеить этот змей?
"Чего он притворяется?! - возмутился про себя Максим. - Будто никогда
не видел бумажный змей!.." А вслух сказал:
- Ладно, помогу.
Циркач мигом спустился вниз, зашептал на ухо Максиму:
- Когда ставишь лестницу, скажи одно только слово: "Р-раз!" - и она
не упадет. И потом тоже: "Р-раз!" - и переворачивай. Все!
И хотя Максиму понравилось лихое "р-раз!", он от души расхохотался.
Ну и шутник!
Акробат почему-то обиделся.
- Ты мне не веришь, - со вздохом сказал он.
- Верю, - весело отозвался Максим. - Раз! - и шишка на лбу. Ты вон
шлем нацепил и воздухом надулся, можешь себе падать сколько хочешь.
- Ты мне не веришь, Мак-сим. - Голуболицый смотрел на Максима печальными
глазами, и Максим перестал улыбаться, пораженный, как непривычно
звучало его имя. - Зачем я пробивался через космос, искал эту планету...
этот двор.. этот змей?.. Зачем?.. - продолжал голуболицый. - Я так
искал тебя, Мак-сим...
Он сел прямо на землю в своем великолепном скафандре, опустил голову,
увенчанную серебристым шлемом, - грустный мальчик с далекой звезды...
Максим подумал: "Если бы я прилетел с другой планеты и вдруг очень бы
огорчился, я тоже сел бы прямо на землю и стал бы говорить таким обиженным
голосом".
- Никто, совсем никто не хочет со мной играть... - бормотал звездный
мальчик. - Конечно, это кажется слишком просто: раз - и ты не падаешь...
Но ведь любая игра начинается, когда говорят: "Раз, два, три!" Так принято
на всех планетах и на моей тоже. Глупейшая лестница, она повалилась
потому, что я забыл сказать ей "р-раз!".
Максим подошел ближе.
- Я верю тебе, - сказал он, а сам подумал, вглядываясь в голубое лицо:
"Наверное, он не шутит". - Давай запускать змей или играть в лестницу
- как ты хочешь. Но для змея нужны крепкие нитки.
Мальчик вскочил.
- Нитки? Замечательно! Через минуту будут нитки. Фьють - и готово, я
принесу их. Жди!
Он вытащил из кармана синий камень - необыкновенного блеска кристалл
с множеством граней, бросавших во все стороны слепящие лучи, будто это
было карманное солнце. Синие круги завертелись в глазах Максима: все
вокруг изменилось, задрожало, поголубело.
- Ну-ка отойди, Мак-сим! - прозвучал громкий голос. Максим попятился.
- Так, подальше... Еще дальше! А то фьють - и улетишь со мной... Сейчас
здесь будет космическая пустота, и я в нее шагну. Р-раз! - и я дома...
- Как тебя зовут? Как тебя зовут? - закричал Максим. Синий камень не
просто удивил его, он верил каждому слову мальчишки и очень жалел, что
так скоро расстается с ним.
- Гум! - крикнул в ответ звездный мальчик. - Я говорю "гум" - и шагаю
в космос, как в открытую дверь. Я говорю "гам" - и я уже дома...
И он подкинул карманное солнце над головой. Завертелись спицы невидимого
колеса, и фигурка в скафандре оказалась внутри прозрачного шара.
Шар рос, переливаясь всеми красками, отражая зыбкое круглое небо, непривычно
круглый двор, круглые окна, круглые крыши, застывшего на месте
Максима, восхищенного и испуганного.
- Дз-ззз-знн-н-н!.. Шар треснул, взорвался с легкостью мыльного пузыря.
Космический путешественник исчез, будто растворился в воздухе, и в
наступившей тишине долетели до Максима последние его слова: "Меня... зовут...
гм... гм..."
- "Меня зовут Гум... гам..." - тихо повторил Максим. - Гум... гам!..
- Ему нравилось это имя: Гум-гам - таинственное слово... Космический
гром в космической пустоте. Гум-гам!..
Максим побежал туда, где только что лопнул шар. Никакой космической
дыры, в которую вошел мальчик в скафандре, не было и в помине. Лежали на
траве забытая лесенка и бумажный змей.
Максим взял лестницу, поднял ее в вытянутых руках, шепнул:
- Р-раз!.. - и опустил руки.
Ему показалось, что в это мгновение двор отодвинулся вдаль и во всем
мире остались только он да лестница.
Лестница не упала. Она повисла в воздухе.
Тогда он ударил ладонью по нижней перекладине, и лестница бесшумно
перевернулась. Даже подпрыгнув, Максим не мог достать рукой до ступеньки.
Что за послушная лестница! Да на такой лестнице не то что до
крыши - до Луны добраться легко.
- Теперь ты будешь играть? - прозвучал за его спиной тихий голос.
- Гум-гам! - Максим подскочил от радости, увидев знакомое лицо. -
Смотри, она висит! - с гордостью показал он на лестницу.
- Я говорил: это очень послушная лестница, стоит только скомандовать.
Вот нитки.
- Что это ты разоделся, как на карнавал? - заметил Максим, оглядев
космического путешественника.
Его новый приятель был одет совсем иначе, чем несколько минут назад:
на нем был с узором из золотистых стрел костюм. Правда, этот скафандр
такой же тугой, как и прежний. Грудь звездного гонца выгибалась колесом.
Можно было подумать, что это знаменитый мотогонщик в начищенном шлеме.
- Успел переодеться, - небрежно сказал Гумгам. - У меня есть
шкаф-одевалка. Автоматический. В одну секунду одевает.
- Здорово! - выдохнул Максим и хлопнул ладонью по упругому плечу. Ладонь
отскочила как от мяча.
- Можно обойтись и без скафандра, - продолжал космический путешественник.
- Но в скафандре чувствуешь себя безопаснее.
- Скажи, а разве можно так быстро пролететь космос? И без всякой ракеты?
Как это у тебя получается? Ты сказал: космическая пустота. Я ее не
видел. Был шар, и он лопнул. Я ничего не понял.
Гум-гам что-то пробурчал из-под шлема, сморщился и сразу стал похож
на сердитого старика.
Мальчик испугался: не обидел ли он товарища?
- Не обращай внимания, - успокоил его Гумгам. - От вопросов у меня
всегда трещит голова... Ты видел, я беру камень путешествий и шагаю, как
в другую комнату. Р-раз! - и я на своей планете.
- Значит, твоя планета совсем близко?
- Не думаю, что близко. Она где-то там. - Гум-гам указал пальцем
вверх.
- А в Антарктиду с твоим камнем можно попасть? - возбужденно допрашивал
Максим.
- Куда только захочешь, на любую звезду, - ворчливо отвечал Гум-гам.
Как видно, ему были неприятны вопросы.
- Антарктида - не звезда, - задумчиво сказал Максим. - Догадался! -
крикнул он, просияв. - Твой камень пробивает расстояния, понимаешь?
Насквозь!.. Например, подо мной живут Сергей и Мишка. Когда они мне нужны,
я бегу по коридору, спускаюсь по лестнице, стучу в дверь. А ведь я
мог бы за одну секунду провалиться к ним через пол.
- Если Сергей и Мишка умеют змеить змей, я принимаю их в игру, -
прервал Гум-гам и укоризненно взглянул на товарища. - Я принес нитки
всего за одну минуту, а говорим мы об этом пустяке целый час.
- Прости, - смутился Максим. - Я что-то разболтался. Держи змей!
Максим размотал катушку, привязал нитку и, попросив Гум-гама вовремя
отпустить змей, бросился бежать. Сначала змей рванулся вверх, но затем
чиркнул хвостом по асфальту, упал.
- Эх, ветра нет! - топнул ногой Максим. - Привязать бы его к велосипеду.
А еще лучше - к машине.
- Играть так играть! - поддержал его приятель. - Машина всегда найдется.
Я видел тут недалеко один грузовик. Прокатимся на нем!
- На грузовике? - удивился Максим. - Я не умею рулить.
- Пустяки, - сказал Гум-гам. - Я тоже не умею.
Максим не догадывался, что за грузовик приметил Гум-гам. Но когда они
пришли на площадку детского сада, мальчик улыбнулся: опять шуточки!..
Деревянный грузовик с облупившимся кузовом - вот на чем предлагал прокатиться
космический путешественник.
- Почти современная машина, - сказал Гумгам, с трудом втиснув тугой
скафандр в тесную кабину. - Сейчас мы ее обкатаем. Садись!
Максим, конечно, не поверил, что они помчатся на какой-то детсадовской
деревяшке, но игра есть игра. Он присел с серьезным видом на сиденье.
И вдруг почувствовал, что оно дрожит и трясется под ним - это
Гум-гам сказал свое лихое "р-раз!". Максим не успел ничего спросить -
грузовик рванулся с места, взлетел по косогору и понесся по улице.
Вот это была скорость! Ветер бил в лицо, ерошил волосы, холодил зубы.
Максим высунулся из окна. Колеса отчаянно крутились, но не издавали никакого
звука, грузовик скользил по асфальту, как бесшумный золотистый
зверь. Лишь хлопал позади бумажный квадрат, привязанный к кузову.
Вдалеке мелькали знакомые вывески: "Аптека", "Фарфор", "Булочная-кондитерская",
скакали совсем рядом одноногие деревья, а когда грузовик
сделал плавный поворот и выехал на пустынное шоссе, деревья слились в
сплошную ленту, и впереди росла на глазах, приближалась вышка трамплина.
Вот и великанская вышка проплыла совсем рядом, такая непохожая вблизи
на себя: громадная, сильная, железными лапами уперлась в край обрыва.
- Держись! Прибавляю скорость! - весело кричит Гум-гам.
Он выглядел в своем серебристом шлеме совсем как заядлый гонщик.
- Стой! Колесо отвалилось! - Максим вцепился в локоть Гум-гама, увидев,
как отлетел в сторону деревянный круг.
- Чепуха! - Гум-гам даже не оглянулся. - Доедем без колеса. Видишь,
как змеится наш змей... Держись!
Встречное легковое такси резко свернуло в сторону и въехало на газон,
хотя маленький деревянный грузовик не нарушал правил движения. А Гумгам
не только увеличил скорость, он поднял свою машину в воздух! Хорошо, что
поблизости не было милиционеров: они бы, конечно, погнались за странной
машиной. Но вряд ли догнали бы на своих мотоциклах грузовик! Даже тот
милиционер, на белом скакуне.
Приятели влетели во двор и приземлились на детсадовской площадке. Если
бы дом не спал, такое появление Максима и его спутника вызвало бы немало
разговоров. Но никто не заметил, как прямо с неба опустился в траву
игрушечный грузовик, как водитель в скафандре, только что чудесно управлявший
машиной, отпустил наконец деревянный руль, крепко-накрепко прибитый
к кабине.
- Все! - вздохнул Гум-гам. - Это был настоящий полет змея. Можно, конечно,
катить и быстрее, но я боялся, что грузовик развалится...
Он вылез, пыхтя, из кабины, разгладил ладонью помятый змей. А Максим,
тяжело дыша, бросился под машину и присвистнул от удивления: грузовик
стоял, опираясь на три колеса.
"В мире миллион разных машин или еще больше, - сказал себе Максим. -
И все - на четырех колесах. А мы ехали на трех..."
И он произнес вслух, лежа на животе:
- Я думаю, никто не заметит, что потерялось одно колесо...
- Ерунда, какое-то несчастное колесо, - прозвучал насмешливый голос
Гум-гама. - Наш грузовик может ехать без колес.
- И без мотора? - спросил Максим.
Гум-гам закашлялся, проворчал:
- Вот всегда так: только разыграешься, и... уже тебя ждут на другой
планете... Максим, ты мне подаришь летающий змей?
Максим вылез из-под грузовика, подошел к Гум-гаму. Дома обступали их
со всех сторон, словно желая увидеть, как космический путешественник
шагнет на свою таинственную планету.
- Конечно, бери, раз он тебе нравится, - сказал Максим.
И звездный мальчик сразу догадался, что его приятель расстроен. Он
подошел к лестнице, которая, чуть покачиваясь, висела в воздухе, махнул
ей, и лестница послушно скользнула в его руки.
- На. - Гум-гам протянул лестницу другу. - Мне кажется, она тебе нравится.
Максим просиял.
- Как только ты захочешь увидеть меня, скажи "р-раз!" - и я в одну
секунду влезу в космический скафандр. Честно говоря, скучно дома. А
вместе мы что-нибудь придумаем!.. И позови ребят.
- Позову, - обрадованно ответил Максим. - Мои друзья любят играть.
- Только скажи им об одном условии...
- Это "р-раз!"?
- "Р-раз!" - не самое главное в игре. "Р-раз!" - лишь начало игры. -
Голос Гум-гама звучал чуть тревожно, и Максим насторожился, почувствовал,
что услышит какой-то секрет. - Пусть они запомнят: нельзя спрашивать
- как, почему, зачем...
Максим улыбнулся: только-то и всего! - и простодушно заметил вслух:
- Почему же нельзя?
На этот раз Гум-гам рассердился всерьез.
- Нипочему! Нипочему! Нипочему! - закричал он, махая руками. - Слышать
не могу этого "по-че-му"!
- Не сердись, Гум-гам, - искренне раскаялся Максим. - Я совсем забыл,
что от вопросов у тебя трещит голова.
- Я бешусь от глупых вопросов, - признался, смягчаясь, Гум-гам. - Я
точно знаю, Мак-сим, - продолжал он таинственным шепотом, - что никакая
игра не получается, если начнешь твердить: что да зачем... - Гум-гам даже
поголубел от волнения и оглянулся, произнеся неприятные ему слова. -
Ты можешь сам проверить. Влезь на лестницу, начни спрашивать - сразу
свалишься.
- Ну нет, - покачал головой Максим. - Я верю. А ребят предупрежу,
чтоб держали язык за зубами.
- Ты настоящий друг! - горячо поблагодарил Гум-гам. - Я чувствую, что
подружусь со всеми ребятами. Если, конечно, никто из них не разболтает.
А то начнется: ах да ох... И опять игра пропала.
- Обойдемся без ябед и задавак, - обещал Максим.
Тут из кустов выскочил на асфальтовую дорожку кот Рич. Может, он ловил
мышей, а может, спрятался со страху, когда деревянный грузовик сорвался
с места и укатил на улицу.
- Давай поиграем с моим Ричем, - прошептал Максим, желая в последний
раз испытать могущество друга.
- Давай!
- Например... - Максим задумался. - Например, может этот кот стать со
скамейку?
- Может, - сказал Гум-гам.
Максим вздрогнул: перед ним стоял большой золотисто-желтый зверь, вылитый
лев, только пострашнее. Зверь так и застыл с поднятой лапой, не
понимая, почему вокруг него все так уменьшилось.
- А еще больше? - дрожащим голосом спросил хозяин кота. Он был испуган,
но не растерялся. Все же перед ним был знакомый зверь: хоть и
большой, но Рич. - Например, может он стать с дом?
- Пожалуйста. - Гум-гам сохранял полное спокойствие.
В следующее мгновение любой лев показался бы котенком в сравнении с
клыкастым, взъерошенным чудовищем. Великан смотрел на ребят зелеными,
круглыми, как тазы, глазами, смотрел долго и вдруг зарычал. Это был даже
не львиный рык - свист, рев, грохот пронеслись по двору, ударили в окна
домов: ШШШ - НИИ - ГР-Р-Р! Кто знает, что подумали просыпавшиеся жильцы?
- Пусть он будет маленьким! - закричал Максим, заткнув пальцами уши.
Зверь исчез. Они стояли вдвоем на асфальтовой дорожке.
- Тоже мне чудовище! - презрительно сказал Гум-гам. - Просто здоровенный
кот. Для такого кота нужны очень большие мыши.
- Так я его и испугался! - отозвался Максим. - Обыкновенный Рич,
только дикий... Пожалуй, он мог бы побороть и тигра, - добавил Максим. -
Пожалуй, и льва.
- Я ухожу, Максим. - Гум-гам помахал бумажным змеем. - Видишь, я уже
привык к твоему имени. Я говорю: Максим!
- До свиданья, Гум-гам!
- В моей стране не говорят "до свиданья" или "здравствуй", - усмехнулся
звездный мальчик и шутливо погрозил пальцем, как бы напоминая о
договоренности: ничего не спрашивать. - У нас вместо "прощай" говорят
"не скучай"... Не скучай, Максим!
- Не скучай, Гум-гам, - сказал Максим. - Как только заскучаю, я тебя
позову.
- Играть - не скучать! - озорно подхватил Гум-гам, вынул синий камень
путешествий, подбросил его над головой и очутился в ярком пузыре.
Максим проводил Гум-гама взглядом. Он нисколько не сомневался, что
его новый друг попал на далекую планету, в загадочную страну, где люди
не здороваются и не прощаются. Максим взвалил на плечо подаренную лестницу,
донес ее до подъезда и, оглядываясь и шепча заветное "р-раз!",
заставил лестницу стоять. А потом, пыхтя, неуклюже переворачиваясь вместе
с лестницей, долез до своего балкона на третьем этаже, изо всех сил
стараясь не думать, почему лестница не падает.
КАРУСЕЛЬНАЯ КАРУСЕЛЬ
После завтрака папа предложил Максиму:
- Погуляем во дворе или поедем в парк - как ты хочешь?
Максим, конечно, хотел выйти во двор, найти Мишку и Сергея, показать
им свою лестницу (он спрятал ее под диван). Потом они втроем заберутся в
укромный уголок, р-раз - вызовут Гум-гама, и... кто знает, что будет
дальше!
Но гулять с отцом во дворе было опасно. Там бродил старик Митин с
заклеенной щекой и приставал ко всем с вопросом: кто видел утром на газоне
заросшего рыжей шерстью мамонта? Странный звук слышали многие, но
мамонта не видел ни один жилец, кроме Митина, который в тот момент брился
у окна и от испуга порезался. Митин повторял свой рассказ каждому соседу,
показывал яму на клумбе - след ноги мамонта, а потом доставал из
кармана крохотного желтого котенка, спрашивал: "Не ваш?
Я его нашел в траве".
Максим представил, как они гуляют во дворе и встречают Митина. Отец,
как и все, улыбнется сказке про какого-то мамонта: мало ли отчего бывают
на клумбе ямы, а порезаться человек может и без всякой причины. Но как
только отец увидит котенка, он сразу узнает Рича. И тогда раскроется вся
история, в которой виноват только он, Максим. Ведь он сам, испугавшись
огромного Рича, попросил сделать его маленьким.
- Знаешь, папа, поедем в парк! - сказал Максим. - Прокатимся на карусели,
и на летающих лодках, и еще на чем-нибудь. - А про себя добавил:
"Бедный Рич, потерпи еще немного. Как только я увижу Гум-гама, ты
станешь обычным котом. И тогда уж я покажу ребятам, как надо лазить по
деревянной лестнице".
Он все думал про бедного Рича, пока шел рядом с отцом к трамвайной
остановке. И вот, сверкающий и нарядный, подлетел к ним трамвай, прозвонил:
"Трень-брень". Хотя этот желто-красный трамвай и казался беззаботным,
катил себе по рельсам, на самом деле у него было много хлопот: пассажиры,
светофоры, пешеходы, автомобили. Трамвай довез Максима до парка и
умчался. Папа нажал пальцем Максимкин нос: "Трень..." И где-то вдалеке
тотчас отозвался трамвай: "Брень..."
Шумела над головой листва, каждое дерево в парке вырядилось в новые
одежды. Максим смотрел на деревья и думал: "Когда-нибудь, когда их никто
не видит, они бегают, и машут ветвями, и говорят на своем языке. И этот
могучий дуб - может, тот самый, из сказки, бродит тихонько по ночам..."
- Вот так повеселились, - грустно сказал отец. - Все закрыто.
И верно: карусели на замке, и летающие лодки, и качели, и гигантские
шаги - все, все на замке. Но разве могут замки и заборы остановить родителей,
если они пришли катать своих детей!.. И вот папы лезут через высоченный
забор, а потом, словно подъемные краны, поднимают и перетягивают
к себе ребят. А за ними лезут самые храбрые, самые отчаянные мамы.
- Пап, раскрути карусель, - громко сказал Максим.
И все ребята подхватили:
- Давайте кататься! Толкай ее! Крути!..
Карусель со скрипом дрогнула: это отцы взялись за металлические
прутья. И деревянные, прибитые к кругу кони дрогнули: это дети влезли к
ним на спины. Каждый на своем коне, а Максим - на белом.
- Пошли! - крикнул отец Максима.
Сначала папы пошли шагом, раскручивая карусель, и кони двинулись шагом.
А всадники хотели скакать, они нетерпеливо покрикивали на своих лошадей.
Карусель завертелась веселее: взрослые побежали, высоко поднимая ноги,
держась одной рукой за прутья. Они бежали круг за кругом, круг за
кругом, все быстрее и быстрее. Дети были довольны, кричали:
- Эй! А ну еще! Скачите за мной!..
Но карусель остановилась. Папы больше не могли скакать галопом. Они
вытирали пот со лба и тяжело дышали.
Какой тут раздался писк, какие понеслись вопли! Дети хотели скакать,
скакать и скакать. И не хотели больше ничего. Ни конфет, ни воздушных
шаров, ни мороженого. Только скакать! Если бы деревянные лошади умели
плакать, они бы прослезились от такой преданности!
Отец Максима сказал, обращаясь к другим родителям:
- По команде "раз-два!" - раскачиваем. "Три!" - вскакиваем на круг и
отдыхаем. Ну! Взялись!
"Молодец папка, командует! - подумал Максим и вдруг вспомнил Гум-гама.
Если бы он оказался здесь, тогда никому бы не надо бегать. "Р-раз!"
- и все".
Снова тронулись кони, притихли седоки, но это была уже не та скорость.
Пока взрослые бежали, колесо легко крутилось, но после команды
"три" карусель быстро останавливалась. Так она и вертелась рывками:
быстро, медленно, остановка. Снова разбег и снова стоп.
И вот случилось неожиданное: родители вскочили на круг, а карусель не
затормозила. Наоборот, она пошла и пошла крутиться. Сначала все умолкли,
потом кто-то ахнул, и всадники завопили хором "ура!". Папы влезли на
свободных лошадей.
Мамы махали им из-за ограды.
Один только человек остался стоять возле карусели, не вскочил на круг
- маленький спокойный милиционер. Все кричали ему: "Залезайте! Прокатитесь!.."
Но он не отвечал. Видно, очень устал на дежурстве; даже щеки
посинели от бессонной ночи.
А Максим, как только увидел низенького милиционера, сразу узнал его.
Гум-гам! Он явился, едва Максим подумал о нем, в темно-сером, с блестящими
пуговицами скафандре, похожем на милицейскую форму. Это он играл
с Максимом и всеми всадниками.
Гум-гам подмигнул другу, когда тот проезжал мимо, и даже свистнул в
серебряный свисток: не скучай, Максим, катайся на здоровье!
Карусель все убыстряла свой бег, и Максиму показалось, что деревья
расступились, отодвинулись от бешеной карусели. А потом они слились в
один зеленый круг. Теперь видна Максиму лишь деревянная голова. Да хвост
переднего коня. Да лицо папы, когда оглянешься. Эх, посмотрели бы на него
Сергей, Мишка и другие ребята! Как он летит-скачет. Не хуже, чем на
настоящем коне.
- Тр-р-р!.. Страшный треск раздался внизу. Карусель дрогнула, остановилась.
- Безобразие! Взрослые люди - и балуетесь! - Это кричала сердитая
тетка, открывая замок на калитке. - Всю машину мне поломали. Вот вызову
милицию...
Родители слезли с лошадей, забрали маленьких всадников.
- Не кричите, пожалуйста, - сказал отец Максима. - Милиционер только
что был здесь и не делал нам замечаний. А механизм мы не включали.
- Как это не включали, ежели вертелись! - снова закричала тетка и
вдруг спокойно согласилась: - Верно. Машина заперта... Но все равно неправильно
вы ведете себя, граждане. Парк еще не открыт.
- Как не открыт? - возмутились родители.
- Гулять гуляйте. А игры еще закрыты, - пояснила тетка и в доказательство
показала тяжелый замок.
Замок убедил родителей. Все стали расходиться.
- Когда ж они откроются? - спросил Максим отца.
- В один прекрасный день загремит музыка, будут продавать билеты, и
тогда катайся хоть весь день.
- Музыка, кажется, играла, - вспомнил Максим.
- Не заметил, - сказал папа. - Я ведь бегал.
- Если б не тетка, мы бы катались до вечера. Даже без музыки.
- Вряд ли, - ответил папа. - Я до сих пор не понимаю, как включился
мотор. Может, замыкание?
- Очень просто. Он знал, что мы хотим кататься... - Максим запнулся,
чуть не назвав Гум-гама.
- Кто знал? - Папа засмеялся. - Ах ты, изобретатель! Ну что ты понимаешь
в электричестве!..
- А зачем понимать? Катайся, если хочешь, и все, - проворчал Максим.
Он все время оглядывался: не покажется ли знакомая фигура в милицейском
скафандре.
Нет, не зря исчез Гум-гам, когда прибежала крикливая тетка. Верно говорил
его друг: некоторые взрослые только портили игру...
Максим не знал, что когда ворчливая тетка заперла все замки и удалилась,
пустая карусель дрогнула, бесшумно завертелась. Нет, она была не
совсем пустая: на одном из коней сидел маленький человек в сером скафандре.
Он счастливо улыбался и бормотал: "Вот это игра, всем играм игра.
Веселая карусель, карусельная раскарусель. Сейчас эта карусель у меня
покаруселится..."
Карусель крутилась все быстрее и быстрее, стала похожа на большой
волчок, потом на велосипедное колесо, потом на самолетный винт. И вдруг
этот винт плавно взлетел с места и поднялся над парком.
Все выше и выше над крышами домов уходил, ввинчиваясь в небо, сверкающий
круг. В самую глубину неба.
Говорят, таинственный диск видели жители разных городов. Он летит с
огромной скоростью, меняет свой цвет, крутится на месте - словом, каруселится,
как сказал Гум-гам. Но голуболицего пассажира на нем нет.
Гум-гам покинул бешеную раскарусель.
ТРИК-ТРАК
Во дворе, куда вернулись Максим с отцом, снова что-то случилось. У
подъезда - толпа. Еще издали заметно, как все громко говорят, размахивают
руками.
- Ну вот, - сказал папа, - новое происшествие! Какое-то ненормальное
воскресенье.
Он хотел проскользнуть в подъезд, но его окликнули:
- Не торопись, Семен Васильевич! В квартиру ты не попадешь.
И мама - она оказалась тут же - подтвердила, что в квартиру они не
попадут.
Посреди толпы стоял дядя Захар и держал за руки своих сыновей - Мишку
и Сергея. Это они, пока жильцы гуляли, дышали свежим воздухом, слушали
рассказ Митина о мамонте, испортили тридцать шесть замков в четвертом
подъезде. Причем они не скрывали своих планов - на каждой двери висела
записка с кривыми буквами: "Замок испорчен". И подпись: "Разбойники".
Вещественное доказательство - кипу записок - собрал Митин. Он показал их
всем родителям и выяснил, что это писал Мишка.
- Вот как - разбойники! - говорил красный от возмущения дядя Захар и
грозно смотрел на сыновей. - Ну, что теперь делать?
"Разбойники" молчали. Они уже во всем признались. Лишь не могли толком
объяснить, как испортили столько замков.
- Записки писали - да, пугать - пугали, а замков не трогали! - твердили
в один голос близнецы.
Однако ни один ключ не мог открыть замок. Тридцать шесть дверей ждали,
когда их отомкнут.
- Зачем вы это сделали? - спросил дядя Захар.
- А зачем они нужны - замки? - вмешался Максим. - Только мешают.
- Да, зачем? - робко поддакнул Мишка.
- Зачем? - тонким голосом спросил Сергей.
Митин стал объяснять, зачем нужны замки. Вопервых, на свете еще не
перевелись жулики. Во-вторых... Тут Митин замолчал и больше ничего не
мог сказать. И другие взрослые задумались, вспоминая, зачем нужны замки.
Зато ребятам было что сказать. Во-первых, теряются ключи. Во-вторых,
если замок тугой, зря тратишь силы. В-третьих, замки ломаются. В-четвертых,
человек, пока не вырастет, не может достать до звонка. В-пятых
...Закладка в соц.сетях
