Жанр: Сказка
Повести
Е. Велтистов
Повести
Миллион и один день каникул
Гум-Гам
Классные и внеклассные приключения необыкновенных первоклассников
изд. "РИПОЛ КЛАССИК", 1997 г.
OCR Палек, 1998 г.
Миллион и один день каникул
В наши дни, когда космос заселен людьми и Земля, как голубое маковое
зерно, отчетливо видна с далеких планет, когда ежедневно стаи ракет уплывают
с Земли в океан пустоты и возвращаются обратно, трудно представить
себе пропажу космического корабля. Да еще такого корабля, как "Виктория"!..
"Виктория", краса звездного флота, фантастическая птица с гордо
вздернутым вперед клювом, совершала броски в Ближний, Дальний и Конечный
космос. Ее серо-стальные бока и крылья отполировал ветер разноцветных
звезд; ее острый шпиль пронзал пустоту с беззаботной легкостью иглы,
скользящей сквозь кусок ткани. Двигатели точно выводят "Викторию" к самой
отдаленной цели, и гигантский лайнер причаливает с осторожностью
шлюпки в порту незнакомой планеты, возле космической станции или у порога
одноместного корабля астронавта, затерянного среди звезд.
Сотни историй в судовом журнале о ближних и дальних рейсах "Виктории".
Но этот рассказ - о последнем путешествии, когда корабль, попав случайно
в беду, оказался достойным своего знаменитого имени-девиза: "Победа!"
В космосе все на виду, словно в аквариуме. Телескопы, станции, спутники,
корабли изучили звездный мир до мельчайшего "винтика". И ни один
мастер небесной механики не мог, разумеется, предсказать, что первоклассный
пассажирский лайнер исчезнет однажды в бесконечности из-за тайного
обитателя трюмов, точнее - из-за обыкновенного грызуна.
Однако в этой истории немало странного.
И что еще важно: "Виктория" уточнила движение Стрелы времени: люди
острее почувствовали, куда нацелен наконечник этой Стрелы, увидели разницу
между прошлым и будущим Земли.
"Виктория" после взлета набирала скорость. Перед прыжком в Дальний
космос.
В большом полутемном зале, накрытом прозрачным куполом, ночная тьма и
полмира звезд. Совсем близко золотые яблоки звезд - светящиеся плоды на
невидимых нитях. Кажется, протяни руку, оборви нить - и огненный шар
упадет в бездонный колодец, сыпля искрами, остывая на лету. Звезды - рядом
и... далеко. И огромной видится из купола туманно-голубая Земля.
Три пассажира на прогулочной палубе - пятиклассники лесной школы
Алька, Карен и Олег - впервые поднялись над планетой. Впрочем, они уже
не школьники, а свободные люди, потому что сегодня первый день каникул.
Родительский День бывает раз в году. Где бы ни работали родители
школьников - на горных ледниках, на дне океана, в марсианской пустыне, в
звездном патруле, - к ним обязательно плывут, едут, летят их дети. И нет
такой точки ни на Земле, ни во всей Вселенной, куда не смогут прибыть в
назначенный час сын или дочь. А если отец и мать находятся в самой далекой
галактике, в Конечном космосе, куда не прорвешься за день, встреча
назначается на полпути к Земле.
В Конечном космосе, на последней космической станции, работали родители
Карена и Олега. И мать Альки. Сейчас их корабль "Альфа" тоже делал
бросок в Дальний космос - навстречу детям.
Отправляясь в путешествие, Алька сказала:
- Сосчитаю, сколько в мире звезд.
Карен усмехнулся:
- Это наивно: мир бесконечен. Главное - посмотреть новое!
- А я нарисую то, что никто никогда не видел, - подумал вслух Олег.
Но все они, конечно, думали о космосе.
Дальний космос Карен представляет так: очень скоро войдет он с товарищами
в зал космической станции, увидит такие знакомые, целый год снившиеся
лица, и мама бросится навстречу, обнимет его, а отец положит руку
на плечо и с первого взгляда поймет, что сын возмужал за долгий год.
Только к Альке не подойдет отец - он погиб в Конечном космосе.
Карен оглянулся на товарищей.
Олег рисует световым карандашом на стекле тигра. И хотя на небесном
своде нет такого созвездия, звезды точно легли в рисунок: тигр пристально
смотрит зеленым и желтым глазами.
Тигр совсем живой, очень земной, он, конечно, понравится родителям.
А вот Алька не вспоминает ни о чем. Прыгает себе по темным квадратам
пола с бликами звезд.
Будто у нее одной во всей Вселенной начались летние каникулы.
Вспыхнул свет. Огромная Земля затуманилась за стеклом. Тигр подслеповато
прищурился. На палубу корабля вошел Пап. Словно наместник земного
солнца в космической ночи: рыжая копна волос над голубым комбинезоном.
Это воспитатель пятиклассников на время их Родительского Дня, а на самом
деле штурман корабля Павел Андреевич Прозоров, или просто Пап.
- Аборигены! Земляне! - весело сказал Пап. - Вы видите знакомую картину:
Земля, Солнце и прочее... Из этого "прочего" делаем вывод, что
Вселенная в основном состоит из звезд. Ясно? - спросил он, оглядывая
свою команду.
Ясно. Урок природоведения, - бесстрастно парировала Алька.
- А теперь проверим на практике, - продолжал вдохновенно Пап.
Ребята будто не слышали его. Пап почувствовал себя обыкновенным учителем.
Он, звездный штурман, целый день должен дрессировать этих толстокожих
землян. Называется "учебная практика", а на самом деле - детский
сад в космосе. Глупая выдумка каких-то профессоров, которые наверняка
никогда не покидали планету.
Олег, не обращая на Папа внимания, начертил над тигром старинную избушку
с завитком дыма из трубы, и тигр сразу превратился в домашнего котенка,
выглядывающего из открытой двери.
Пап, взглянув на рисунок, остро почувствовал, как соскучились ребята
по дому, по своим близким. Но где их настоящий дом? На Земле - в лесной
школе или в космосе - рядом с родителями?
- Предупреждаю, - строго сказал учитель, - скоро будет бросок в
Дальний космос.
Ребята оживились. И Алька спросила:
- А глаза, Пап, надо закрывать?
Пап улыбнулся:
- Это не игра...
И вот тут-то на палубу проскользнул какой-то зверь.
Зверь был черный, он волочил за собой длинный хвост.
Зверь бросился прямо к ребятам. У него не было другого выхода: в сантиметре
от кончика его хвоста мягко подпрыгивала серая кошка.
За кошкой энергично шагала ее хозяйка в комбинезоне инопланетных
охотников.
Алька так отчаянно пискнула "ах!", что это "ах!" оторвало ее от пола.
Мальчишки застыли в стойке, соображая, как им схватить за хвост нахала.
Один Пап признал в беглеце корабельную крысу. Ударом ботинка он швырнул
ее через голову кошки.
- Держите ее! - всплеснула руками хозяйка кошки, натыкаясь на крысу.
Мягко прогудела сирена.
Пап растерялся: он узнал женщину в комбинезоне. Перед ним был словно
оживший портрет из учебника - всемирно известный биолог новых планет.
Женщина укоризненно вопрошала:
- Молодой человек, зачем вы кидаетесь в меня этим зверем?
- Извините, Ирина Александровна, - пробормотал Пап.
- Кто это? - шепотом спросила Алька.
Олег дернул ее за косичку:
- Биологию изучала? Наука о живой природе...
Биолог ловко отбила ладонью крысу, дернула плечом:
- Фу!..
В тот же миг вторично прогудела сирена, и все, кто был на палубе,
оторвались от пола.
В корабле наступила невесомость.
Никто не заметил прощального салюта звезд. Звезды, окружавшие "Викторию",
неестественно удлинились, распустили огненные шлейфы, потом постепенно
смазались, сверкнули напоследок пучком света, погасли.
Земля, Солнце и весь Ближний космос, знакомые с детства, исчезли.
Корабль как бы оказался в пустоте...
Алька снова сказала "ах" и взлетела вверх, раскинув руки.
Мелькнули каблуки знаменитого биолога. А мальчишки, кувыркнувшись,
запели старую как мир песню:
Не-ве-со-мость, не-ве-со-мость
Сразу съела всю слоновость...
Невесомость спасла корабельную крысу. От удара ладонью она завертелась
волчком и ввинтилась в открытую дверь. А Ирина Александровна взмыла
к самому потолку.
Пап, извиваясь натренированным телом, плыл навстречу ребятам, командовал:
- Работайте руками и ногами, снижайтесь! Если невесомость исчезнет,
вы набьете шишки. Только шишек не хватает для Родительского Дня...
Но ребята не собирались снижаться. Они парили над палубой и хохотали,
словно от легкой щекотки, Даже пальцем не шевельнули, чтобы снизиться. А
Пап плыл к ним очень медленно.
По коридору быстрым шагом спешил длинный и белый как цапля корабельный
стюард. Механический слуга легко преодолевал невесомость в мягких
ботинках на магнитных подошвах. Он спешил на помощь пассажирам и,
пробегая мимо крысы, шлепнул ее.
Алька, наблюдая за проворным роботом, насмешничала с высоты своего
положения:
Всем известно в этом мире -
Дважды два всегда четыре,
Дружба верная - навек,
Робот, ты не человек!..
Робот ловко взбежал по изогнутой стене к куполу потолка, подал руку
Ирине Александровне, усадил ее в кресло. Потом, балансируя в воздухе,
стараясь не отделить подошв от потолка, который сейчас служил ему полом,
отбуксировал одного за другим ребят. Помог Папу доплыть до кресла. И наконец,
выловив спокойную серую кошку, протянул ее биологу.
Все были чуть взволнованны. Кошка обрела свою хозяйку, шерсть ее стояла
дыбом, напоминая о непойманной добыче.
- Извините, - сказала Алька стюарду, - я пошутила. Спасибо за помощь.
- Пожалуйста, - ответил невозмутимо робот. - Сейчас мы достигнем цели.
Вместе с гудком сирены вернулась привычная тяжесть. Над головой
вспыхнули новые звезды. Корабль совершил бросок в Дальний космос.
- Итак, - строго сказала всемирно известный биолог, - надо немедленно
изловить этого грызуна.
- Сейчас он будет предоставлен в ваше распоряжение, - согласился белоснежный
стюард.
Биолог обиделась:
- Я имею дело с благородными животными...
Но робот не слышал ее. Он бежал по коридору, где в самом конце
мелькнул черный хвост. Кошка выскользнула из рук хозяйки в открытую
дверь: она надеялась только на свою ловкость.
- Возможно, я отвыкла от некоторых форм земной жизни, - продолжала
Ирина-Александровна. - Крылатые змеи мне кажутся куда более симпатичными...
- Конечно, - горячо поддержал Олег, - крысы с древних времен были
врагом человека.
- Сжирают все на свете, - пояснил Карен.
- Очень противные, - вздохнула Алька.
- Я вижу, вы знаете многое о грызунах. - Биолог повернулась к Папу. -
Представьте, когда я вошла в каюту, эта разбойница грызла мою рукопись...
- Я читал ваши книги, - смутился Пап.
- Но последняя могла быть съедена. - Биолог встала. - Посмотрим, понравится
ли ей моя Мись. - И Ирина Александровна ушла, окликая убежавшую
серую Мись.
Пап с удивлением отметил, что он плохой воспитатель: ребята незаметно
исчезли.
- Вот он!
Карен широко открытыми глазами смотрел на свою ладонь. Загорелое лицо
его чуть побледнело. На ладони лежал прозрачный шар с серебристой паутиной
внутри.
- Шар Пути, - прошептал Олег, заглядывая в лицо друга.
Шар, поворачиваясь в руке Карена, сплетал и расплетал нити. Рисунок
мгновенно менялся. Тысячи путей вели корабли к звездам, где-то среди
этих линий тянулась тонкая нить "Виктории".
Все, что было завоевано за столетия космонавтикой, заключалось в
простом и прекрасном шаре. Он был драгоценнее любого земного алмаза, любой
ювелирной находки с других планет, потому что таил в себе знания человечества
о галактиках, звездах и планетах, гигантских туманностях и
абсолютной пустоте, законах космического времени и пространства, так не
похожих на земные.
Когда-то очень давно люди построили первые ракеты, запустили над Землей
спутники и станции, высадили разведчиков на планетах Солнечной системы.
С середины двадцатого века, после полета Юрия Гагарина, слово
"космонавт" означало одну из самых почетных и трудных профессий.
Но звезды еще долго оставались такими же недосягаемыми для людей, как
и тысячелетия назад. Пока не была открыта новая энергия для почти мгновенного
преодоления пространства, пока корабли не стали делать скачки к
звездам в известной человечеству Вселенной.
Серебристые нити в Шаре Пути были точными маршрутами кораблей. И если
мозгом любого корабля являлась сложнейшая электронная система, отвечавшая
за безопасность путешествия, за удобства, приятное самочувствие и
спокойствие пассажиров, то Шар был сердцем корабля. Капитан и штурман
полностью доверяли Шару.
В каждом корабле имеется два Шара Пути. Один управляет машиной. Второй
хранится у капитана. Вот этот второй Шар Пути "Виктории" и лежал на
ладони Карена. Он взял его всего на несколько минут в пустой капитанской
каюте.
Шар светился за толстым стеклом, на специальной подставке. Карен знал
ценность Шара, знал, что его нельзя трогать, но какая-то властная сила
влекла мальчика к Шару. Карен протянул руку. Сердце его стучало. Он
только посмотрит и вернет...
- Где наш маршрут? - нарочито спокойно сказал Карен. Уши его горели.
Шар жег ладонь. - Надо быстро разгадать...
- Мы знаем ничтожно мало по сравнению с тем, чего не знаем, - вспомнил
Олег древнее изречение. - Как ты решился?
- Всего на пять минут. Может, я хочу запустить "Викторию" в неизвестную
галактику. На самую границу Вселенной. Или дальше.
- Было бы здорово! - поддержал Олег. - И все же как ты мог...
- Тише! - обрывает Карен и оглядывается на Альку.
Девочка сидит неподалеку у ручья, что-то рисует на песке.
- Все слышу. Мне безразлично. Куда вы, туда и я, - откликается Алька
Фролова. - Карен, найди мне в Шаре Фроловскую галактику.
Карен морщит нос: какие глупости... На всякий случай спрашивает, не
отрывая глаз от Шара:
- Есть такая?
- Отец говорил. Когда я была маленькая, он ее открыл. А название дали
потом.
- Ладно... Черти свои знаки. Может, и ты откроешь что-нибудь...
- А ты как думаешь, - дерзит Алька, - без ваших хитростей все открою...
- Молчи!
Карен тихо свистит, ребята ныряют под зеленый навес низкого дерева.
Здесь как в беседке. Пап идет по дорожке с равнодушным видом, а это значит,
что он кого-то ищет. Пап проходит в двух шагах от дерева; ему и в
голову не пришло, что его питомцы под ветками. Воспитатель не скоро вернется
- корабль огромен.
Сад "Виктории" - как маленький густой лес.
Переплетение ветвей, крохотная поляна, спокойный ручей, синее небо,
пятна солнечного света на траве - все как дома, в лесной школе, даже
еловые шишки, и шум листвы от внезапного ветра, и свист невидимых птиц.
Тот, кто хоть раз летал на "Виктории", вспоминает прежде всего не
темный колодец космической ночи, а усыпанные хвоей дорожки, похожий на
лесного спрута пень и думает: "В следующий раз обязательно посижу на
этом пне". Но странно: притягательная сила звезд влечет пассажиров из
сада в каюты, залы, на палубу - туда, где привычно ожидание строгого
гудка сирены, где человек внутренне готовится ступить в новый мир. Прекрасный
лес "Виктории" обычно безлюден.
- Нить Млечного Пути... Туманность Андромеды... Крабовидная...
- Вспышка... Это взрыв сверхзвезд...
- Ясно и маленькому! Карен, Шар пора возвращать!
- Не паникуй! Их два на корабле. Этот пока не нужен.
- А это что за красная линия?.. Неужели наш путь?
- Спокойно. Вопрос - еще не открытие. Надо сравнить.
Карен достает из кармана карту галактик. Расстилает на траве. Три головы
склоняются над картой. Шар - мир известных человечеству звезд - переходит
из рук в руки. В лесу по-прежнему земная тишина...
Шар, который хранился у капитана, был необходим для возвращения на
Землю. Капитан отвечал за него головой. Сейчас капитан "Виктории" сидел
в своей каюте без головы. Точнее, голова знаменитого во всех галактиках
Платона Вегова, как обычно, венчала строгий китель с голубыми молниями
нашивок, но, по мнению самого Вегова, это была не его голова. Голова,
которая должна была оценить опасность и принять решение, очень медленно
ориентировалась в обстановке.
По земной привычке капитан взглянул направо - на восток, определяя,
как всякий путешественник, свое местонахождение, и увидел на экране незнакомые
звезды. Налево зиял пустой футляр: Шар исчез. За три десятилетия
звездного плавания "Виктории" это был небывалый случай. Такого вообще не
случалось ни в космосе, ни на Земле!
Полчаса назад капитан услышал шум в коридоре и вышел из каюты. Промелькнувшая
торпедообразная крыса удивила капитана: земных крыс он не
видел давно. Серую кошку Вегов признал сразу:
Ирина Александровна часто летала на "Виктории".
- Платон, кого ты развел на корабле? - вместо приветствия крикнула
биолог своему старому знакомому.
В голове у капитана раздался какой-то странный звон. Вроде бы пробили
невидимые склянки опасности.
Ни в одной звездной лоции крысы, конечно, не упоминаются. Но Вегов
знал: крысы, проникшие на заре космоплавания в трюмы грузовых кораблей,
отличаются от своих морских предков. Не по наглому виду, не по остроте
зубов, не по длине хвоста - совсем не по внешним признакам. С виду крыса
осталась крысой. Но космическая крыса путешествует не по волнам, а среди
звезд. И если учесть важность всех механизмов корабля, то крыса в космосе
очень опасна.
Космические крысы странствовали на грузовых кораблях, чувствуя себя
привольно в просторных трюмах. В пассажирских грызуны давно уже не
встречались. И единственная крыса, отважившаяся пробраться с "грузовика"
в лайнер, вела себя очень осторожно, пока по природной жадности не начала
грызть то, что было ей по зубам, и не попала на глаза людям.
Капитан направился в штурманскую рубку, чтобы отдать приказ всем помощникам,
механикам, стюардам поймать наглую крысу.
По пути в штурманскую капитану пришлось посторониться, давая дорогу
пассажиру с необычайно длинными усами. Усы едва умещались в коридоре,
шелестели и вибрировали, задевая за стены. Такие усы капитан видел впервые.
Вернувшись в каюту, он сразу заметил, что Шара нет на месте.
Вторично пробили незримые склянки: он, капитан, не запер каюту, когда
отлучался!
Стук в дверь заставил капитана подойти к пустому футляру, набросить
салфетку. Он крикнул, чтоб вошли.
Бледный первый помощник держал в руке Шар. Но не пропавший, а другой
- Шар из машины, управлявшей кораблем. Капитан Вегов моментально узнал
этот Шар. Склянки, слышные лишь ему, звенели непрерывно: на корабле
чрезвычайное происшествие!
Помощник положил Шар Пути на капитанский стол. Шар был поврежден:
вмятины и царапины нарушали равновесие галактик.
- Крыса! - произнес капитан Вегов.
Первый помощник утвердительно кивнул.
- Дайте мне все расчеты! - приказал капитан, доставая свою массивную
трубку. - Хотел бы я знать, куда нас занесло... Надо обдумать, как доложить
Земле. Было бы нелепо заслужить на старости лет прозвище крысиного
капитана...
Вегов курил трубку, поглядывая то на экраны с графиками и расчетами,
то на Шар. Ему мерещилась ухмыляющаяся крысиная морда, он представлял
стоящие торчком усы, но не делал пока никаких выводов.
Капитан не торопился вызвать Землю, где в космопорте хранился третий,
контрольный Шар Пути "Виктории". Самое важное было узнать, в какую часть
Вселенной попала "Виктория" после того, как острые зубы прикоснулись к
Шару. Любая царапина в момент броска через космос могла отнести корабль
на миллиарды километров в сторону от цели.
Сквозь кусты просунулись жесткие усы, большая ручища накрыла пень, на
котором лежал Шар.
Алька взвизгнула. Мальчишки с изумлением уставились на руку, схватившую
Шар. В глаза ударили искры: пальцы были унизаны перстнями.
- Забавно! - раздался раскатистый голос. - Точно такие яблоки растут
в моем саду.
Рядом с пнем, вокруг которого сидели ребята, возвышались блестящие
сапоги со шпорами. В сапоги был вставлен мундир с крупными, незнакомыми
ребятам орденами. Далее следовал вытянутый нос, круглые хитрые глаза и
что-то очень густое, воинственное, лохматое, в чем трудно было сразу
признать запутавшиеся в ветвях усы.
Алька замерла. Карен шагнул навстречу неожиданному гостю:
- Отдайте. Это не яблоко.
- Знааю, что не яблоко, - насмешливо пропели усы. - Знаю и не отдам.
- Не ваша вещь! - отчеканил Олег.
- Прекрасная безделушка.
- Совсем не безделушка. Это... - Алька прикрыла ладонью рот.
Окольцованные пальцы ощупывали Шар Пути. Он сверкал ярче, чем все
драгоценности незнакомца.
- Что у него внутри? - бормотали усы. - Похоже на звездочки.
- Не звездочки, а галактики, - поправил Карен.
- Ты смеешь учить меня, почетного академика всех в мире наук!
- А сколько в мире галактик? - спросила Алька.
- Да для меня любая галактика - это пустяк, пылинка... - отвечал "почетный
академик".
- А сколько в мире детей? - упорствовала Алька.
- Не морочь мне голову! - отмахнулся незнакомец. - Такая прекрасная
безделушка... Этот шар будет сувениром в моей коллекции...
Усы странного пассажира заметно распушились: держа в одной руке Шар,
другой рукой он вытаскивал их из кустов.
Лицо Карена выражало приветливость, даже радость. Приятели понимали,
что Карен решил не сдаваться.
- Почтенный академик, - Карен чуть ли не мурлыкал, - хорошо знает,
что сувенир кладут в коллекцию после того, как он подарен.
- Юный ученик, вероятно, не знает основного правила моего государства,
- в тон ему проговорил похититель Шара. - То, к чему прикоснулась
королевская рука, принадлежит королю.
- Королю?
- Вот именно.
- Вы и есть Мышук предпоследний? - спросил Олег.
- Называйте меня так: Его Королевское Величество Мышук Предпоследний,
- представился король, пряча Шар в карман под орденом.
- В Тихом океане? - уточнил Карен, припоминая странную табличку на
одной из кают.
- Этот океан вокруг моего королевства.
- Острова Тутика? - пискнула Алька.
- Так обозначен на всех картах мой остров.
Его величество стоял перед ними, своим видом утверждая, что на планете
Земля вопреки историческим законам сохранился один-единственный король.
Спорить с королем, конечно, бесполезно.
- Ваше предпоследничество, - уныло проговорил Олег, не надеясь на чудо,
- верните Шар, он нам нужен.
- Какой глупый! - удивился король. - Я так подробно объяснил, а он
ничего не понял.
- Поговорим по-человечески, - предложила Алька. - Вместо этого шарика
мы вам подарим другие сувениры.
- Сначала помогите мне выпутаться из джунглей! - проворчал король.
Ребята распутали королевские усы, вышли из сада. В зале его предпоследничество
долго отдувался, пыхтел и махал руками, пока усы не приобрели
королевский вид.
- По ритуалу вы обязаны поблагодарить меня, - сказал король.
- Вот еще! - вспыхнула Алька. - За свой поступок вы должны извиниться!..
- Мы не на острове Тутике, - напомнил Олег.
- Там, где ступает король, на два метра вокруг его территория, -
уточнил король, ища взглядом свою дверь. - А каюта, разумеется, целиком.
Вот она, направо.
И король величественно направился на свою территорию.
- Но почему два метра? - не отступал Карен. - Неужели у вас такие
длинные усы?
- Ровно два от конца и до конца. На этой площади я личность неприкосновенная.
- Король даже поднял указательный палец.
- Неприкосновенная, - повторил Карен и подмигнул Олегу.
- Понятно, - сказал Олег, кивая Альке.
- Ой! - вскрикнула Алька.
Ноги ее заскользили по гладкому полу, и она неловко упала под королевские
ноги. Звякнули шпоры. Мелькнули в воздухе усы. Его величество
Мышук предпоследний перелетел через Альку и шлепнулся на живот.
Блестящий Шар выпал из кармана и покатился прямо к королевской каюте.
Распахнулась дверь. На шум выскочил темнолицый мальчишка.
- Исиль! - закричал Мышук, лежа на полу. - Хватай Шар, растяпа! Мой,
королевский Шар.
Карен почти дотянулся до Шара, но негритенок схватил его и захлопнул
дверь...
- Наконец-то я нашел вас! Что здесь происходит? - выпалил, внезапно
появляясь, Пап. Солнечно-рыжий быстрый Пап успел обежать весь корабль. -
Почтенный человек упал, а вы - как каменные! Не узнаю вас, земляне...
Пап помог королю встать.
- Скользкий пол, - вздохнул, морщась, король.
- Его величество потерял равновесие, - объяснил с серьезным видом Карен.
- И упал прямо мне под ноги, - закончила Алька.
- Пустяки. - Мышук взмахнул усами. - Юные друзья помогли мне выбраться
из джунглей.
На острове Тутике за услугу я благодарю королевским знаком. - И его
королевское величество, щелкнув Карена в лоб, удалился.
- Совсем не остроумный знак с вашей стороны! - возмутился Пап. И
присвистнул от удивления, когда перед его носом захлопнулась дверь.
Табличка на каюте гласила:
ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО КОРОЛЬ
МЫШУК ПРЕДПОСЛЕДНИЙ.
Остров Тутик, Тихий океан
Не беспокоить!
- Кажется, я где-то читал о Тутике, - протянул Пап. - Неужели тот самый?
Только король наверняка последний, а не предпоследний!..
- Музейная личность! - съязвила Алька. - Хвастается и дерется. Как он
оказался в космосе?
- Больно? - спросил Пап Карена. - Король оказался совсем не сказочный...
Я подозреваю, что вы очень насолили ему.
Только сейчас понял Карен, что он натворил. Шар Пути - в кармане какого-то
допотопного короля... Что теперь делать?
Только теперь понял Карен, что украл у самого себя, у своих товарищей
все в мире Шары Пути. А вдруг они никогда не вернутся обратно?
- Как успехи, дорогие астронавты? Вы уже в Дальнем космосе?
Николай Семенович, директор лесной школы, чуть насмешливо смотрит на
них с большого, во всю стену, экрана: мол, я далеко, один в пустой школе,
а все знаю о вас. Директор молодой, но уже математическое светило;
про него говорят, что он по ночам чертит графики будущего, составляя наперед
не только расписание занятий, но и предугадывает поступки своих
учеников, д
...Закладка в соц.сетях
