Жанр: Сказка

Книга о судах и судьях

сторінка №3

у портного,
который из данной ему материи сшил, как было заказано, пять колпаков, но
крошечного размера, "губернатор" постановил: материи заказчику не
возвращать, но и денег портному не платить, а колпаки пожертвовать
заключенным. По делу об игроке, который выиграл с помощью нечестного
судьи, но не захотел с ним расплачиваться: деньги помогавшему уплатить, но
самого изгнать с острова.
Из писателей новейшего времени активно пользовался фольклорными
источниками Бертольд Брехт. В новелле "Аугсбургский меловой круг" и в
пьесе "Кавказский меловой круг" он обрабатывает фабулу Соломонова суда.
Действие "Аугсбургского мелового круга" происходит во время Тридцатилетней
войны. Спасаясь от врагов, мать бросает ребенка на произвол судьбы;
служанка берет его себе и с большим трудом выхаживает. Впоследствии, когда
выясняется, что ребенку оставлено богатое наследство, мать находит его и
предъявляет на него права. Аугсбургский судья велит начертить на полу
меловой круг и предлагает женщинам тянуть ребенка к себе; кто перетянет,
та настоящая мать" Родная мать тянет ребенка изо всех сил; служанка,
жалеючи, отпускает его. Эксперимент, по сути, аналогичен эксперименту
Соломона (ср. также кхмерскую сказку "Спор о ребенке", примеч. к ј 1);
результат не в пользу родной матери.
Древнеиндийская история легла в основу новеллы Томаса Манна "Обмененные
головы". Сюжет писателю подсказал известный немецкий индолог Генрих
Циммер, снабдивший Т. Манна и необходимым материалом. Новелла в основных
чертах близка к сказочному первоисточнику, но сама история переосмыслена
иронически. В одном из писем Томас Манн назвал се "метафизической шуткой"2.
При общем сходстве сюжетов литературные рассказы о судах по сравнению с
фольклорными, как правило, более обстоятельны, детализированы. Но любой из
них мог бы занять свое место в одном из разделов нашего сборника.

9.

В настоящее, второе издание этого сборника включено более 240 сказок,
басен и анекдотов почти 100 народностей Азии, Африки и Океании. К ним
можно добавить тексты некоторых народностей (бари, курдские, малайские,
негидальские), представленные в первом издании, но по разным причинам не
вошедшие во второе, а также тексты, приведенные частично или полностью в
примечаниях3. Таким образом общее число сюжетов и народностей,
представленных в обоих изданиях, еще больше. Учитывая специфику серии, мы
ограничили свой отбор лишь фольклором афро-азиатских стран, лишь иногда
указывая в примечаниях на соответствия из европейского фольклора. Около
трети всех текстов воспроизведены в этой работе на русском языке впервые.
В первом издании этой книги материал был условно разделен на четыре части,
в зависимости от того, какой из структурных элементов можно было считать
первостепенным для данного рассказа: суть конфликта, ход разбирательства,
приговор или его последствия. Внутри каждой части тексты были распределены
по материалу: в I части рассказывается о разновидностях судебных
конфликтов (споры из-за ребенка, тяжбы из-за имущества и т. д.); во II
части - о разных принципах судебного разбирательства (расследование улик,
допрос свидетелей, "божьи суды" и т. д.). Подобная группировка,
обусловленная спецификой материала, позволила в то же время сделать
наглядной в каждом случае ту систему логической трансформации, о которой
было сказано выше.
В настоящем издании предпринята попытка предложить принцип
Структурно-тематического указателя сюжетов о судах. Указатель основан на
различении четырех основных структурных элементов композиции4, выделении в
каждом из них основных мотивов и указании способа контаминации мотивов в
каждом конкретном сюжете.
Для примера выделены три группы конфликтов: "споры о детях" "тяжбы об
имуществе и добыче", "споры о женихах и невестах". Как очевидно из
указателя, сюжеты такого содержания сосредоточены отнюдь не только в
соответственных трех разделах первой части, а разбросаны по всему
сборнику. Становится наглядным и другое обстоятельство: для решения дел
разного рода используются нередко одни и те же приемы следствия; один и
тот же принцип лежит и в основе вынесения приговора. Так, спор о ребенке в
"Суде Соломона" (ј1) и споры об имуществе в сказках "Чье дерево манго?" (ј
10) и "Торговец Мима и жулик Бяньба" (.ј 11) формулируются в указателе
однотипно:
I. Двое (или больше) соискателей претендуют на один и тот же объект:
1. ребенка
а) родная мать и неродная - .ј 1
2. имущество (добычу, наследство)...
б) подлинный хозяин и ложный (вор) - ј 10, 11 В разделе же о судебном
разбирательстве оба сюжета попадают в общую рубрику:
I. Следственный эксперимент
1. "Ложный приговор": предлагается уничтожить (повредить, подвергнуть
опасности) предмет спора
а) ребенка - ј 1
б) имущество (дерево, ткань) - ј 10, 11 Приговор описывается в сходных
выражениях:
12 Ребенок присуждается той, которая не пожелала подвергнуть его опасности
- ј 1 (а)5 116 Имущество присуждается тому, кто не пожелал причинить ему
вред - ј Ю (а), ј 11 (а)

В ј 1 можно отметить также реакцию на приговор (одобрительную - она
обозначается буквой "а").
Таким образом, три выбранных для примера сюжета могут быть достаточно
четко описаны контаминацией:
ј 1 KI1a + CI1a + ПI2(а) + P1(a) .
ј 10, 11 KI2 + СI1б + ПII6(а)
Предложенная система в принципе позволяет обобщенно описать и все
остальные сюжеты сборника.
Кроме Структурно-тематического указателя в конце книги дан список
непереведенных слов и перечень использованной литературы. В Примечаниях
даны некоторые комментарии и пояснения к текстам. В тексте звездочка
отсылает к Словарю непереведенных слов, цифра - к Примечаниям. В Указателе
текстов по народностям даны краткие сведения о некоторых малых народах. В
приложении к основному тексту приведены также краткие анекдоты и пословицы
о судах и судьях, вине и наказании, справедливости и несправедливости.
Заглавия, заключенные в квадратные скобки, принадлежат составителю. Иногда
в первоисточнике текст вовсе не имел заглавия, но в некоторых случаях его
приходилось менять, чтобы избежать повторения множества одинаковых
названий ("Справедливый суд", "Несправедливый суд", "Мудрое решение" и т.
п.).
Некоторые тексты приведены в сокращенном виде, как правило в тех случаях,
когда из многопланового сюжета требовалось выделить лишь ту часть, где
речь шла о суде. Сокращения обозначены многоточием, заключенным в
квадратные скобки. Кроме того, тексты иногда подвергались незначительной
обработке, например в тех случаях, когда в сюжете, вырванном из широкого
контекста (серии однотипных сюжетов, целого рассказа), некоторые места
могли стать непонятными, а также в ряде других.

М. С. Харитонов

I. РАССКАЗЫ О СПОРАХ И ТЯЖБАХ

СПОРЫ О ДЕТЯХ

1.

И сказала одна женщина: о господин мой! я и эта женщина живем в одном
доме; и я родила при ней в этом доме;
на третий день после того, как я родила, родила и эта женщина; и были мы
вместе, и в доме никого постороннего с нами не было; только мы две и были
в доме;
и умер сын этой женщины ночью, ибо она заспала его;
и встала она ночью, и взяла сына моего от меня, когда я, раба твоя, спала,
и положила его к своей груди, а своего мертвого сына положила к моей груди;
утром я встала, чтобы покормить сына моего, и вот он был мертвый; а когда
я всмотрелась в него утром, то это был не мой сын, которого я родила.
И сказала другая женщина: нет, мой сын живой, а твой сын мертвый. А та
говорит ей: нет, твой сын мертвый, а мой живой. И говорили они так перед
царем.
И сказал царь: эта говорит: мой сын живой, а твой сын мертвый; а та
говорит: нет, твой сын мертвый, а мой сын - живой.
И сказал царь: подайте мне меч. И принесли меч к царю.
И сказал царь: рассеките живое дитя надвое и отдайте половину одной и
половину другой.
И отвечала та женщина, которой сын был живой, царю, ибо взволновалась вся
внутренность ее от жалости к сыну своему: о господин мой! отдайте ей этого
ребенка живого и не умерщвляйте его. А другая говорила: пусть же не будет
ни мне, ни тебе, рубите.
И отвечал царь и сказал: отдайте этой живое дитя и не умерщвляйте его: она
- мать.
И услышал весь Израиль о суде, как рассудил царь. И стали бояться царя,
ибо увидели, что мудрость божия в нем, чтобы производить суд1.

ДревнсЕврейская, 31, 3. 16 - 28

2. Птичник и царь

У одной вороны было пять птенцов. Ворона-мать уже не в силах была кормить
своих птенцов, беречь их. Она оставила птенцов и улетела в далекую страну,
чтобы спасти себя от голода. К птенцам прилетела другая ворона и стала за
ними ухаживать. Все, что добывала, она приносила птенцам и кормила их. С
большими трудностями вскормила их ворона, спасла от смерти.
Когда голодный год прошел и наступил урожайный, возвратилась ворона-мать и
говорит вороне, спасшей ее птенцов:
- Ты должна мне вернуть моих птенцов.

- Но та ответила ей:
- Если тебе нужны были твои птенцы, надо было за ними смотреть, кормить
их. А теперь, когда я их взрастила, они мне самой нужны.
Спор ворон затянулся. Каждый день они прилетали к воротам царского дворца,
пищали, кричали, жаловались друг на друга царю, но царь не понимал причину
их шума. Однажды он созвал всех приближенных и говорит им:
- Большой подарок сделаю тому, кто мне скажет., чего хотят эти вороны,
которые кричат около моих ворот...
- Если ты знаешь язык птиц, то должен мне рассказать, о чем спорят вороны,
- сказал царь юноше.
Долго слушал юноша ворон, потом говорит царю:
- Посмотри, царь, вон те пять ворон сидят вместе - это птенцы. А та
ворона, которая сидит недалеко от них, - кормилица. В прошлом году, когда
у нас был голод, мать не нашла сил прокормить своих птенцов и улетела в
такую страну, где могла спастись. А другая ворона стала их растить,
кормить. Теперь, когда наступил урожайный год, прилетела ворона-мать и
требует, чтобы ворона, вскормившая и спасшая птенцов, вернула их ей. А она
говорит вороне-матери: "Я взрастила этих птенцов, и теперь они мои. Если
они тебе нужны были, то надо было их растить, а не бросать на произвол
судьбы". Вот уже сколько дней они прилетают к тебе с жалобой, наш царь.
Они от тебя требуют правосудия: кому же должны принадлежать птенцы, той,
которая их вскормила, или той, которая их вывела, но потом бросила на
произвол судьбы.
Созвал царь своих мудрецов и говорит им:
- Нам надо вынести правильное решение: кому должны принадлежать эти птенцы?
Первое слово было предоставлено самому царю.
- Вот мое решение, - сказал царь: - ту ворону, которая оставила своих
птенцов, считать мертвой, ту же, которая спасла их, считать их настоящей
матерью.
- Мы согласны с твоим решением, - заявили в один голос мудрецы.
Царь вышел из дворца и сообщил воронам свой приговор. Юноша перевел слова
царя на птичий язык. Вороны взмахнули крыльями и улетели. Мать птенцов
улетела одна, а вскормившая птенцов ворона вместе с ними улетела в другую
сторону Осетинская, 80, 293

3. Вождь и его двенадцать жен

У одного вождя было двенадцать жен. Жили они рядом. И вот одна из них
родила. А у других детей не было, и каждая стала уверять, что это ее
ребенок. Даже когда вождь спросил своих жен:
"Кто из вас мать ребенка?", они ответили хором: "Я!"
У всех на поясе были пальмовые листья, которые положено носить лишь
родильницам, и вождь не знал, как добиться от них правды.
И вот через пять месяцев созвал он большой совет, на который пришли не
только его советники, но и соседи-пигмеи. Вождь дал двух коз советникам,
двух коз пигмеям, рассказал, что жены обманывают его, и попросил помочь.
Мужчины судили-рядили и наконец-то придумали, как узнать правду.
Вот убили пигмеи леопарда, сняли с него шкуру, положили внутрь сухие
стебли банана и зашили ее. А ночью принесли эту набитую банановыми
стеблями шкуру в дом вождя.
Наутро вождь отправил всех жен работать в поле, сказав, что сам останется
дома с младенцем. Жены ушли. А перед их приходом он ваял чучело леопарда и
поставил его рядом с мальчиком, будто бы леопард набросился на ребенка и
вот-вот его загрызет.
Когда первая из жен появилась на деревенской улице, вождь вышел из хижины
и крикнул:
- Иди скорей! Там леопард! Он сейчас съест твоего ребенка! Спасай же его!
Но женщина в страхе убежала.
И так повторялось одиннадцать раз. Одиннадцать жен убегали, услышав о
леопарде. И только двенадцатая жена со всех ног кинулась в хижину, а не
прочь из деревни. Тогда вождь сказал:
- Это ты родила мне сына!
Баньянга, 63, т

4. Нелюбимая жена

У одного вождя было несколько жен. И всех их он любил, кроме одной. Все
жены смеялись над нелюбимой и всячески обижали ее. Уберутся они в своих
хижинах, а мусор бросают к ней. От этого хижина у нелюбимой жены была
всегда грязная, захламленная. И над ней еще больше насмехались.
Много жен было у вождя. Но ни у одной из них не было детей. Ни одной не
удавалось забеременеть. Год шел за годом, а вождь так и оставался
бездетным. Наконец он пошел к одному мусульманину и стал просить у него
совета: как помочь беде?
Мусульманин дал ему снадобье и объяснил, как его употреблять. Обрадованный
вождь вернулся к себе домой и созвал всех жен. Всех, кроме нелюбимой.

- Вот лекарство, - сказал он. - Оно поможет вам стать матерями. Возьмите
его, разотрите на жернове, а порошок разделите между собой.
Женщины взяли снадобье, растерли его на жернове, а порошок разделили между
собой, и каждая проглотила свою долю. Потом вождь спал с ними со всеми, и
они стали ждать, пока забеременеют.
А нелюбимой жене совсем не досталось снадобья. Ночью она пошла к жернову,
на котором его растирали. Она полила жернов водой, тщательно промыла
каждую трещинку на камне, и выпила эту воду. Вскоре она почувствовала, что
забеременела.
Женщина никому не сказала об этом. Она спряталась в своей хижине и
старалась не показываться другим на глаза. Никто даже не узнал, что она
родила ребенка. Некоторое время спустя она украдкой принесла этого ребенка
в хижину вождя и оставила там.
Вождь увидел в своей хижине ребенка и обрадовался. Он велел созвать все
племя, раздал людям на радостях подарки и сказал им:
- Одна из моих жен родила мне сына.
- Которая же из них? - спросили люди.
Вождь послал к женам спросить, которая из них родила. Посланец обошел всех
жен, кроме нелюбимой, но толку так и не добился. Каждая говорила, что
ребенок ее.
Тогда один мудрый старик посоветовал вождю:
- Пусть каждая из твоих жен приготовит еду и пришлет сюда. Мы поставим
горшки возле ребенка. Он узнает еду, приготовленную его матерью, и к ней
потянется.
- Хорошо, - сказал вождь.
И он передал своим женам, чтобы они приготовили еду и прислали ему.
- Так мы узнаем, кто из них мать, - сказал он.
Посланец обежал всех жен и передал им эти слова. Только к нелюбимой жене
он не наведался. Вот все женщины приготовили еду, горшки принесли к вождю
и поставили перед ребенком. Но мальчик стал кричать и не желал есть ни из
одного горшка.
- Нет, - сказали люди, - матери его среди этих женщин нет.
- Но мы забыли еще нелюбимую жену, - сказал мудрый старик.
- Она никак не может быть матерью этого ребенка, - ответил вождь.
А старик сказал:
- Пусть все-таки приготовит еду и пришлет горшок. Послали человека и к
нелюбимой жене и передали ей приказ вождя. Та сразу принялась за дело.
Конечно, у других все получилось вкусней, ведь вождь дал им, не скупясь,
лучшие свои припасы. А нелюбимой приходилось довольствоваться, чем есть, и
еда у нее вышла скудная.
Принесли от нее горшок, поставили рядом с горшками других жен. Вдруг
мальчик перестал плакать. Он потянулся к горшку своей матери, засмеялся и
показал, что хочет есть.
- Вот эту еду приготовила мать ребенка, - сказал тогда старик. И люди
закричали:
- Нелюбимая жена - мать ребенка!
Вождь тотчас велел позвать нелюбимую жену.
- Это твой сын? - спросил он.
- Да, - ответила она, - я родила его от тебя.
Тогда вождь подарил ей красивое платье. А другие жены тотчас кинулись
убирать мусор, которым забросали ее хижину, и поскорей навели там порядок.
С тех пор вождь полюбил эту жену больше всех. А другие жены оказывали ей
всяческие почести.
Вот почему нельзя говорить, что какая-то женщина хуже других, просто
потому, что ее не любишь.

Тем, 153, 188

5. Чей ребенок!

В одной деревне жил человек по имени Мавунгу. Во всех делах ему
сопутствовала удача. Он был достаточно богат, чтобы иметь двух жен. Звали
их Кенги и Гунга. Мавунгу дал каждой свой участок земли. Обе возделывали
маис, бобы и маниок и ни в чем не знали недостатка. Хоть жили они вместе и
еду делили на всю семью, каждая из женщин гордилась своим участком и
ревниво оберегала свой урожай.
Однажды Гунге понадобилось немного бобов, чтобы приготовить еду. Своих у
нее в тот раз не оказалось, и она взяла бобы с участка Кенги. Узнав про
это, Кенги очень рассердилась и стала ругать вторую жену. Та ответила, что
сожалеет о случившемся, но не считает свою вину такой уж большой. Ведь обе
они замужем за одним человеком, все едят вместе одну и ту же пищу - не
такая уж разница, откуда взяты бобы. Однако Кенги ничего подобного
признавать не желала, и наконец они договорились: впредь все, что родится
на поле одной из них, принадлежит 1олько ей, другая не вправе ничего у нее
брать. Порешив на этом, женщины продолжали жить мирно и больше ни разу не
ссорились.

Случилось так, что однажды, когда обе они работали на своих полях, у Кенги
в чреве зашевелился ребенок, и она поняла, что приближается время рожать.
Чтобы облегчить свои страдания, она решила закурить, но не нашла при себе
табака и направилась к полю Гунги - попросить у нее. Гунга встретила ее
радушно, пригласила сесть, отдохнуть и дала курить свой табак. Тут же, на
чужом поле, у Кенги и родился сын.
Гунга сама приняла ребенка, обрезала пуповину, смазала маслом его тельце -
словом, сделала все, что требовалось новорожденному. Как только Кенги
смогла говорить, она поблагодарила ее.
- Ты мне очень помогла, Гунга, спасибо тебе. Ты была так добра с моим
ребенком - как со своим собственным. Я тебе очень благодарна.
- Но это ведь и вправду мой ребенок, - ответила Гунга. - Вспомни о нашем
договоре. Сын родился на моем поле и принадлежит мне. Я не собираюсь его
тебе отдавать.
Кенги горько плакала, но Гунгу не трогали ее слезы. Единственное, на что
она согласилась, - пойти в город к вождю Маниломби и передать дело на его
суд. Слава о мудрости и справедливости Маниломби разнеслась далеко вокруг;
каждая из женщин надеялась, что он решит дело в ее пользу.
Они пришли к Маниломби, приветствовали его и отдали подарки, после чего он
спросил их, о чем между ними спор.
Первой заговорила Кенги:
- Я родила ребенка, а Гунга хочет забрать его у меня. Я носила сына в
своем чреве, я терпела боль, рожая его, значит, это мой сын. Больше мне
незачем говорить. Мой довод гораздо весомей, чем все слова Гунги. Я жду
справедливого решения.
Гунга ответила на это:
- Ребенок мой, и вот почему. Когда я однажды взяла немного бобов с поля
Кенги, она была очень зла на меня, и мы договорились, что впредь все,
родившееся на моем поле, будет принадлежать только мне, а все, родившееся
па ее поле, будет принадлежать ей. Кенги пришла ко мне незваная, ее
ребенок родился на моем поле, значит, согласно нашему договору, этот
ребенок мой и она не имеет права забирать его у меня.
Маниломби внимательно выслушал обеих и решил, что Гунга действовала
правильно - ребенок принадлежит ей.
Но многие были недовольны судом Маниломби. Дело не в том, где случайно
родился ребенок, говорили они, главное, кто его родил. Приговор Маниломби
показался людям сомнительным.

Лома, 143, 117

6.
Некогда в городе Каркатапура правил царь, звавшийся Сурьяпрабха. Жил в его
царстве купец, имя которому было Дханадатта. И родилась у его жены
Хираньявати дочь, которую нарекли Дханавати. Как-то раз случилось так, что
все богатство Дханадатты по воле судьбы погибло. Он же после разорения,
наделав долгов и испытав всякие затруднения, ушел на тот свет. Тогда по
навету кредитора жену и дочь Дханадатты посадили в тюрьму, и Хираньявати
так подумала: "Что же это я так и буду жить в тюрьме? Возьму-ка я
Дханавати да пойду жить к лучшему другу моего мужа. Он с любовью и
почтением будет меня защищать".
Так подумала она, взяла дочь и, дождавшись ночи, сбежала. И встретился ей
на пути, когда никого кругом не было, вор. Увидев ее дочь, он так сказал:
- Отдай мне, матушка, свою дочь! Вот великое богатство, возьми его,
госпожа!
Послушала она его слова и говорит:
- Что ты, сынок, какой же тебе толк, осужденному, жениться! Вор ей и
отвечает:
- На мои деньги, матушка, ты высватаешь почтенного человека, и дочь твоя с
ним будет проводить дни в любовных забавах. Родившийся же от него сын
сослужит мне, когда я буду на том свете, хорошую службу.
Все это Хираньявати выслушала, взяла у вора золото и прочие сокровища, о
которых он говорил, и отдала ему в жены Дханавати. После того, как сыграли
свадьбу, вор отправился на тот свет.
Вот пришла Хпраньявати с дочерью в дом мужнина друга, жившего в
Тамралиптике, а он, увидев жену своего приятеля с дочерью, всяческое
почтение им выказал и поручил своей супруге заботиться о них. По повелению
мужа та отправила дочь торговать у городской стены.
Однажды увидел стоявшую там Дханавати некий брахман, звавшийся Сомасвамин,
и влюбился в нее. Дханавати же, заметив этого красивого брахмана,
терзаемая любовью, рассказала обо всем матери. Хираньявати помнила слова
вора и, всяческое уважение выказав, уговорила брахмана продать свое семя,
и после сочетания с ним у Дханавати родился сын.
Хираньявати же явилась во сне богиня Катьяяни и сказала:
- Для того, чтобы было мальчику благо, ты, почтенная, положив его к
царским дверям, пойди к царю и так ему скажи:
"Сыне, того ребенка, которого ты сегодня найдешь, сделай своим сыном".

И когда мальчик родился, как велела ей богиня насчет царских дверей, так
она все и сделала.
Царь рано поутру нашел мальчика, сделал его своим сыном и отдал на
попечение своей жене. И сын Дханавати рос и изучал всякие науки и
политику, царь же дряхлел и наконец умер. Все советники согласились
сделать сына Дханавати царем, ибо думали, что это и есть сын царя. Однажды
он совершил паломничество в Гая и, когда совершал жертвоприношения, к
жертве потянулись три руки: одна, помеченная знаками вора, другая -
брахмана, третья - царя.
Стоял юноша, а сердце его раздирали сомнения: кому же отдать поминальную
жертву?
- Скажи, о царь, кто же его отец - брахман, вор или царь? И так отвечал на
это раджа:
- Знай, Встала, вор и есть ему отец1,

Индийская, 44, 96

7. Охотник и его сын

Послушайте историю об охотнике и его сыне.
Жил-был охотник, и был у него сын по имени Цинна. Как-то раз отправились
они вдвоем в лес. Охотились, охотились все утро и ничего не добыли, кроме
маленького зайца. Отец отдал зайца нести Цинне, но тот решил, что это
нестоящая добыча, и бросил зайца в лесу. Больше, однако, им ничего не
удалось подстрелить в тот день. К полудню они проголодались.
- Зажарь-ка нашего зайца, - сказал Цинне отец. - Хоть чем-нибудь да
подкрепимся.
Когда он услышал, что сын бросил зайца в лесу, его охватил необычайный
гнев. В ярости он ударил Цинну топором и ушел, оставив юношу одного.
Поздно вечером Цинна очнулся, поднялся и пошел домой. Он дождался, пока
все заснут, взял свои вещи и ушел из дома. Он направился в сторону Квенде,
большой деревни, поздно ночью добрался до нее и пришел к дому вождя.
Вождь не спал. Он увидел юношу и спросил его:
- Откуда ты?
- Оттуда-то и оттуда, - ответил Цинна.
- А почему ты покинул дом? - спросил вождь. Цинна сказал:
- Мы с отцом ходили в лес охотиться и не добыли ничего, кроме маленького
зайца. Отец дал мне его понести. Но я подумал, что этот заяц слишком мал,
и бросил его в лесу. Когда мы проголодались, отец велел мне зажарить
зайца. Я ответил, что у меня его нет. Тогда отец пришел в ярость и ударил
меня топором. Я упал без чувств. Вечером я очнулся, встал и пришел сюда.
Вот что со мной случилось.
А надо сказать, что несколько лет назад вождь потерял на войне своего
единственного маленького сына. Его взяли в плен и там убили. Теперь вождю
пришла на ум одна мысль.
- Ты умеешь хранить тайну? - спросил он.
- Какую тайну? - спросил Цинна.
- У меня нет сына, - сказал вождь. - Его взяли в плен на войне. Когда
наступит рассвет, я скажу всем, что ты мой сын, что ты убежал из плена и
вернулся домой.
Цинна согласился.
- Это не так уж трудно, - сказал он. Тогда вождь вошел в дом и выстрелил
из ружья. Бум! - раздалось в ночи. Проснулась жена вождя и, прибежав,
спросила:
- О великий вождь, что заставило тебя стрелять среди ночи? Вождь ответил
ей:
- Мой сын вернулся!
Тут и жена его подняла шум. Проснулась вся деревня.
- Что случилось в доме вождя? - спрашивали люди друг друга. - Почему там
палят из ружей среди ночи?
Посланные к дому вождя принесли весть, что сын его, плененный во время
войны, нежданно вернулся. Одни радовались, но были и такие, что с
сомнением спрашивали: "В самом деле?"
На рассвете юноша умылся, переоделся в красивые одежды, вождь дал ему
подарки, и он пошел по деревне, радостно приветствуемый всеми. Но
некоторые старейшины, глядя на него, продолжали с сомнением качать
головами.
- Это не его сын, - говорили они. Другие возражали:
- Нет, это его сын. Сомнения росли, и вот однажды кто-то придумал:
- Давайте проверим, действительно ли это его сын. Старейшины позвали своих
сыновей, велели им одеться в лучшие одежды и оседлать коней. А потом
сказали им:
- Езжайте к дому вождя и позовите его сына с собой на прогулку. Проскакав
некоторое время вместе, остановитесь, спешьтесь и убейте каждый своего
коня. А потом возвращайтесь домой.

Они дали своим сыновьям острые мечи, и те отправились к дому вождя.
Между тем нашелся доносчик, который подсл

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.