Жанр: Сказка
Приключения лисенка 1-2
... не поймешь до конца своих
дней. Мир, природа, человек, животные - это непрерывная цепь загадок. Ни
наука, ни философия, ни искусство не могут разгадать их.
- Мне пора идти, - повторил Лисенок.
- Итак, - продолжил Панцырь, нимало не интересуясь намерениями собеседника.
- Как жить? Какой способ избрать?.. Многие мне возразят, но мне кажется,
что есть только два способа жизни...
- Только два?.. Но если они уже заняты, то что останется для мня?
- Только два способа, - невозмутимо повторил Великий сыщик. - Только два:
первый - жить так, чтобы тебя несло по течению; второй - плыть против
течения.
- Ага! - Лисенок явно тяготился затянувшимся разговором. - Я могу уйти? Мне
уже все ясно... Наша нора находится далеко от реки, так что меня не
интересуют течения.
- Только это я и хотел тебе сказать. Остальное узнаешь сам... Застой или
вечное движение - вот в чем вопрос. Лично я приверженник вечного движения.
- Да, но сами движетесь очень мало!
- Потому-то я и сожалею, что родился черепахой. Мы веками живем в застое.
Но я говорю тебе о движении духа, мысли.
Лисенок подумал о том, как мало он знал Великого сыщика, как мало его знают
другие, и как мало эти другие знают друг друга. Эта мысль на секунду
мелькнула в его голове, потому что сейчас, перед побегом, он не мог долго
думать ни о чем другом, кроме как об осуществлении своего плана.
- Что касается меня, - произнес Лисенок, - то я обещаю вам двигаться много.
Вы даже не представляете себе, как много я буду двигаться и как скоро вы об
этом узнаете.
- Все считают, что все давно открыто, - снова начал Великий сыщик. - А
по-моему, ничего не открыто и каждый должен все открывать для себя сам.
Даже Париж...
- И я так думаю. Я могу идти? Лисенок ожидал нового потока мыслей Панцыря,
но вместо этого услышал грустный голос:
- Да.
- Да?
- Да.
- Я могу идти?
- Да.
- Вы меня отпускаете?
- Да.
- Так легко? Молчание.
- Я свободен?
Молчание. Лисенок сам не заметил, как выскочил наружу и оказался вскоре
среди широкого поля, далеко от Тихого леса. Он бежал и думал: "И когда я
наконец вырасту?.. Надоели мне поучения взрослых. Вечно они норовят поймать
тебя и читать тебе нравоучения. И когда я наконец вырасту?"
Потом он перешел на шаг, потому что все чаще вспоминал грустные слова
Великого сыщика, и ему стало жаль, что он его не дослушал до конца, вел
себя недостаточно учтиво. Стоило бы вернуться и как-то выправить положение.
Но ноги сами несли его вперед, и вскоре он забыл и о Панцыре, и о его
нравоучениях. Так уж устроены дети - скоро забывают такие вещи, чтобы
бежать, или идти своим путем.
Вдруг Лисенок улыбнулся - он разгадал тайну Великого сыщика, который время
от времени повторяет, сидя в кресле: "Открой дверь и войди!"
ГЛАВА ПЯТАЯ. ОКАЗЫВАЕТСЯ, У ОСЛА ЕСТЬ ИМЯ.
Порой даже ослы скучают, даже ослы сердятся, особенно если взойдет солнце и
начнет светить прямо в глаза. Тогда осел говорит: и что ты блестишь именно
здесь, у меня перед глазами?.. Знакомый нам по первой части книги осел
старался не глядеть на солнце, но порой он говорил себе: ну-ка погляжу
опять, чтобы убедиться, не перестало ли оно нахально светить мне в глаза.
Но сейчас же опускал голову и от скуки принимался жевать колючки. Итак,
стоя друг против друга, осел и солнце обменивались недружелюбными взглядами
или фразами.
- Не нравишься ты мне! - кричал Осел. - Зачем ты светишь каждый день?
- Такая у меня работа, - отвечало Солнце.
- Это разве работа: всходить и заходить?.. Только всходишь да заходишь. Ни
на что другое ты не способно.
Солнце задумывалось на мгновение над его словами и краснело от стыда. Ему
становилось неудобно - и в самом деле, оно только что всходит да заходит,
целый день прохлаждается на небе, а внизу все изнемогают от трудной работы.
- Что же делать? - жаловалось оно. - Я ничего не могу изменить. Другое дело
вы, ослы - пасетесь, пьете воду... Простите меня...
- Ничего извиняться, исчезай с глаз долой! Тучи словно того и ждали,
быстренько повылезли из своих убежищ и закрыли небо. Потемнело, даже пошел
дождь.
- Вот теперь хорошо, - обрадовался Осел. - Ничего не слепит глаза, стало
прохладно, а неплохо и выкупаться под дождем.
Тучи не рассеивались целых два дня. На третий день Осел растряс свою мокрую
спину и сказал:
- Что стало с этим солнцем?.. Где оно?.. Я замерз... Куда оно
запропастилось?..
Тогда тучи рассеялись, и показалось Солнце.
- Добрый день! - поздоровалось оно.
- Это ни на что не похоже! - возмутился Осел. - У тебя всего одна
обязанность, а ты и ею пренебрегаешь... Куда ты девалось?
- Но ведь вы,.. вы тогда сказали...
- Ты должно делать свое дело, а не слушать всяких там... Понятно?
- Понятно, - смиренно ответило Солнце. - Теперь я буду делать свое дело.
И оно засияло, как обычно. Осел наконец согрелся. В это время показался
Лисенок.
- Здравствуй! - остановил его Осел. - Что делаешь?
- Кто?
- Ты?
- Я?
- А кто же еще?
- Я... да я...
- Знаю. Снова убежал.
- Почему? - у Лисенка задрожал голос. - Разве я похож на беглеца?
- Ты вообще ни на что не похож... В этом возрасте нередко убегают от
родителей. Потому и сказал тебе это.
А вообще-то меня совсем не интересует, убежал ты или нет. Каждый сам
решает, что ему делать. Разве кого-нибудь интересует, легко ли мне все
время стоять на одном месте и терпеть это противное солнце, которое светит
мне прямо в глаза?
- Тогда передвиньтесь.
- Как?
- Повернитесь в другую сторону. Тогда солнце будет светить вам в хвост.
Осел повернулся к солнцу хвостом и облегченно вздохнул:
- Прекрасно!.. Теперь оно пристроилось мне в хвост. Теперь ничего не
блестит у меня перед глазами.
- До свидания, - сказал Лисенок. - После полудня солнце снова начнет
светить вам в глаза. Не забудьте повернуться в другую сторону.
- Это плохо, - огорчился осел. - Весь день нужно вертеться. А когда я стану
пастись?
- До свидания, - повторил Лисенок.
- Постой! - остановил его Осел. - Ты куда?
- Я гуляю.
- Постой, поговорим. Я умираю от скуки.
- О чем мы будем говорить?
- О чем угодно, чтобы убить время... Как поживаешь?
- Хорошо.
- Рад за тебя... А уверен, что хорошо?
- Раз говорю...
- Обычно каждый обманывает, что хорошо, а на самом деле ему не так уж и
хорошо... Но ты не лгунишка, ты - Лисенок, который всегда говорит правду...
Куда ты идешь?
- Просто иду...
- Почему идешь?
- Я?
- Ты.
- Иду и думаю.
- О чем думаешь?
- В голову лезут всякие мысли...
- Послушай, ты ответишь мне наконец, как живешь?.. С тобой невозможно вести
светский разговор!.. Давай начнем все снова... Будь внимателен! Я стану
задавать тебе вопросы, а ты отвечать. Мечтаю о культурном разговоре. - Осел
сосредоточился и галантно наклонил голову: - Добрый день, как поживаете?
- Спасибо, хорошо, - Лисенок старался вести себя культурно.
- Хорошая погода, не правда ли?
- И в самом деле хорошая.
Лисенок старался не допускать ошибок. Ему очень не хотелось начинать все
сначала.
- Такой погоды давно не было.
- Как ваше здоровье?
- Спасибо, не жалуюсь. А ваше?
- Тоже не жалуюсь... Что делают ваши родители?
- Спасибо, у них все хорошо.
- Почему они не придут как-нибудь ко мне в гости?
- Спасибо, передам им ваше приглашение.
- Надеюсь во вторник они заглянут ко мне на пучок колючек?
- О, отец и мать будут вам признательны!.. Можно считать ваше приглашение
вопросом решенным?
- Их визит будет для меня праздником... А вы куда направились?
- Послушай, Осел, на этом месте что я должен делать - врать или говорить
правду?
- Это зависит от вашего воспитания. "Соврать или сказать правду?" -
недоумевал Лисенок. Но потом решил обойти острый вопрос.
- Вы прекрасно выглядите. Время словно не отражается на вас.
- Я и в самом деле хорошо выгляжу?
- Гораздо лучше, чем во время нашей последней встречи.
- Спасибо. Что нового слышно?
- Ничего. В последнее время в газетах пишут главным образом о путешествиях.
Каждый стремится отправиться в путь - кто на автомобиле, кто на лодке или
плоте, кто пешком...
- Вот как? - удивился Осел. - И мне хочется путешествовать.
- Серьезно? - оживился непоседа.
- Желаю нарушить монотонность серых будней и отправиться в путь... Мир
полон интересных вещей.
- А знаете, как мне хочется путешествовать? - спросил Лисенок. - У меня
есть одна идея!
- Какая?
- Раз другие путешествуют на автомобилях, лодках, плотах, нельзя ли
путешествовать на осле?
- На осле? - неопределенно проговорил Осел.
- Вот именно!
- Как же это?
- Очень просто - садишься на осла и отправляешься в путь.
- Жалко.
- Почему жалко?
- Ты хочешь сказать, что будешь путешествовать, а меня используешь как
средство передвижения?
- Извините... Не хотел вас обидеть! Простите пожалуйста!
- Не за что, - сказал Осел, - но что сказано, то сказано.
- Еще раз прости, Осел. До свидания.
- Постой!
- Что?
- А это интересно, путешествовать на осле?
- Оригинально.
- А как мы будем двигаться?
- Ты будешь идти, а я ехать. Другого способа нет.
- Как у тебя дело с килограммами?
- Я всего лишь маленький лисенок.
- Маленький и очень хитрый.
- Уж какой есть. Нам пора прощаться. Меня ждет дорога.
- Садись!
- Ну да?..
- Да.
- Отправляемся вместе?
- Я должен наклониться?
- Немного.
Осел наклонился. Лисенок вскочил ему на спину, устроился поудобнее.
- Мы совершим великое путешествие! - крикнул он.
- Осел, мы отправляемся?
- Не называй меня ослом, у меня есть имя.
- Ну да?.. Какое?
- Называй меня Мокси.
- Мокси?.. Прекрасное имя!.. Звучит почти как псевдоним... Вперед, Мокси!..
Осел поднял переднюю ногу. Первый шаг был сделан. Путешествие началось.
В ней описывается начало путешествия и рассказывается, как осел Мокси
смиряется с мыслью, что будет только средством передвижения, а Лисенок
уверяет его, что он для него - не просто средство передвижения, а верный
друг. Думаю, что и в этой главе немало забавных приключений, особенно когда
друзья завязли в болоте. Их спасло только общеизвестное ослиное упрямство
Мокси, который, сказав, что не станет увязать глубже, не стал увязать
глубже. Но автор потерял рукопись этой главы и теперь не может ее
восстановить, потому что, написав что-то один раз, нельзя написать то же
самое снова. И утерянная глава остается утерянной. Остается лишь одно
утешение - если живое существо утратит голову или главу, как говорили наши
предки, то оно перестает быть живым существом, а книга, даже лишившись
одной главы, продолжает оставаться книгой.
Таков краткий пересказ одной главы, уместившийся в нескольких строчках.
Мокси спускался по неровному склону, обходил кусты и с удовольствием входил
в тень деревьев, где замедлял шаги и явно наслаждался прохладой.
Путешественники продвигались медленно - они шли не по дороге, а прямо по
горным склонам и тропкам, переходили через потоки и с каждым днем
убеждались, что мир еще больше, чем они предполагали. Линия горизонта
оставалась все столь же далекой, и это больше всего раздражало осла.
Наконец Мокси не выдержал, остановился и спросил:
- Что это?.. Мы еще не обошли земной шар?
- Вряд ли обошли, - ответил Лисенок. - По-моему, земной шар нельзя обойти
так быстро.
- Когда наконец закончится наше путешествие?
- Не могу сказать, Мокси. Мы его только начали.
- Жалко, что я в него отправился. Пренебрег покоем. Как хорошо мне было на
моей полянке - целыми днями жевал колючки и никто не сидел у меня на спине.
- Тебе тяжело меня везти?
- Нисколько, но как подумаю о том, что кого-то везу, мне становится
грустно. И в довершение ко всему ты говоришь, что путешествие еще только
началось.
- Увы, любое начало - дело трудное.
- Если ты не перестанешь утверждать, что это только начало, я умру от
отчаяния.
- Большие путешествия продолжаются долго. Возьми к примеру Александра
Македонского. Он прославился главным образом тем, что преодолел расстояние
до Индии и обратно. Правда, многие умерли по дороге, его спутники протянули
ноги, но Александр Македонский потому и стал Александром Македонским, за то
о нем и пишут книги... Уж не говоря об Одиссее, который странствовал целых
двадцать лет. Эти люди положили начало туристскому движению.
Осел задумался над сказанным, повел левым ухом и спросил с отчаянием в
голосе:
- Но почему мы все время идем? У нас есть определенная цель?
- А по-твоему лучше стоять на одном месте?
- Как стоять?
- Как ты стоял, например, на полянке в Тихом лесу.
- Ой, не напоминай мне об этой прекрасной полянке, а не то я заплачу. Я бы
с радостью вернулся и ел бы, ел, ел... Послушай, я возвращаюсь. Осел
повернул обратно и зашагал к горам, которые они покинули несколько часов
назад. Пораженный Лисенок продолжал сидеть у него на спине. Он не мог
придти в себя от возмущения, но чтобы не сказать лишнего и успокоиться,
решил применить правило номер один - принялся считать: один, два, три,
четыре, пять... Он досчитал до тридцати двух и остановился - он умел
считать только до тридцати двух. Осел шагал к горам, но уже не так
энергично. Потом остановился. В наступившей тишине стали слышны птичьи
голоса и журчание какой-то речушки. Лисенок решил, что наступил подходящий
момент и прошептал:
- Как себя чувствуешь?
- Хорошо.
- Мне кажется, что не больно хорошо.
- Почему ты так решил?.. Раз МНЕ хорошо или плохо, то лишь Я и могу судить
об этом, а не ТЫ. И раз Я говорю, что чувствую себя хорошо, то так оно и
есть. Как можешь ТЫ судить о том, что происходит во МНЕ?
- Порой, Мокси, и сам не знаешь, что с тобой происходит. Например, недавно
ты решил вернуться. Потом решил не возвращаться. Когда кто-то принимает за
две минуты два различных решения, значит, ему не больно-то хорошо, значит,
что-то не в порядке. Надо думать, прежде чем принять решение, а приняв его
- не менять.
- Не говори глупостей. Ты ведь слышал о знаменитом ослином упрямстве - Я
поколебался, потому что вспомнил - надо бороться со своими недостатками,
такими, как упрямство, например...
- Нет, Мокси, - спокойно возразил Лисенок, - со своим упрямством ты
справиться не можешь. Просто тобой овладела страсть к путешествиям.
- Давай поставим на этом точку! Ты можешь сказать, какова цель нашего
путешествия? Насколько я помню, и у Александра Македонского и у Одиссея
была определенная цель. А какова наша цель?
- Наша цель - увидеть мир. Унизительно родиться и всю жизнь прожить в одном
месте, даже если это Тихий лес. Не могу примириться с мыслью, что умру, не
увидев моря. Кроме того, там мы встретимся с автором этой книги.
- Ну и что в том? у
- Хочу задать ему несколько вопросов.
- Это интересная цель, - согласился осел. - И мне бы хотелось задать ему
несколько вопросов.
- Но главное - это двигаться. Сто раз я уже повторил, что страшнее всего -
застой. Жизнь без движения бессмысленна... Отправляемся?
- Разумеется, - Мокси нахмурился. - Жалко, что мы вернулись. Теперь
придется пройти одно и то же расстояние дважды.
- Ничего, Мокси. Ты извлек полезный урок и не жалей...
И они снова пошли на восток. Они шли все время на восток - туда, откуда
каждый день всходит солнце. Равнина становилась все обширнее, контуры
родных гор - все более расплывчатыми.
К вечеру неожиданно путь им преградила темная река. Они с удивлением
обнаружили, что она твердая. Кроме того, эта река никуда не текла. Она
вообще не текла. Осел потрогал ее копытом.
- Эта река очень темная и очень твердая, - смущенно заметил он.
- Это не река, - ответил Лисенок.
- А что же тогда?
- Большая асфальтированная дорога.
- А ты откуда знаешь?
- В орлином гнезде мне читали кое-что из энциклопедии... Если мы отправимся
по этой дороге, она приведет нас к берегу моря.
Каменный век, бронзовый век, век, в который была создана первая машина -
таковы вехи развития человечества. Сегодня люди живут в асфальтовом веке -
своем новейшем веке. Некогда камень был нужен человеку, чтобы убивать.
Бронза тоже убивала, но служила человеку и для других целей - для
изготовления сосудов. Пар позволил человеку передвигаться быстрее. А с
появлением асфальта появились и роликовые коньки. Представьте себе, каким
было бы детство без заасфальтированных площадок и роликовых коньков!
Обеспечив достаточное количество заасфальтированных площадок для детей,
человек оставшийся асфальт использовал для дорог. За короткое время все
дороги оказались покрытыми толстым темным слоем асфальта. С тряской было
покончено. Чтобы полнее использовать гладкие дороги, люди принялись
покупать автомобили. И вскоре на дорогах началось истинное столпотворение!
Позднее человек стал не только ездить по асфальту, но и жить на нем.
Он стал прицеплять к автомобилям подвижные домики-прицепы. В них есть
спальное помещение, кухня с холодильником, даже душ.
Не говоря уже о цирковых артистах, перевозящих даже зверей. Они месяцами
живут на колесах.
Таким образом человек стал незаметно походить на черепаху: куда ни
отправится, повсюду тащит и свой дом, а на дорогах словно появились тысячи
передвижных цирков.
Вместо аромата трав и цветов над дорогами теперь витает сладковатый запах
асфальта.
Асфальт оказался мягким и нежным, удобным только для резиновых колес. Он не
выдерживает танков и орудий. Танкам и орудиям уже запрещено передвигаться
по асфальту, и вполне возможно, что их выбросят и с полей, где они мнут
посевы.
По асфальту было очень удобно передвигаться. Ничего не надо было обходить,
не было опасности где-нибудь увязнуть, не обо что было спотыкаться - просто
идешь и размышляешь, даже можно спать на ходу - дорога сама ведет тебя,
определяет направление, подсказывает, где надо остановиться. Лисенок сидел
на спине у Мокси и зевал. Его клонило в сон, но он старался не дремать,
чтобы не обидеть осла, который давно спал, но продолжал шагать и лишь время
от времени раскрывал один глаз.
Неожиданно их нагнал большой ревущий зверь. Мокси проснулся и повернул
голову. Лисенок весь дрожал. Не успели друзья придти в себя, как ревущий
зверь промчался мимо них и исчез за поворотом.
- Испугался? - осведомился седок.
- Это ты испугался, - ответил осел.
- Нет, - возразил Лисенок, - ты испугался и дрожишь.
- Мы оба дрожим, - сказал Мокси.
- Что это было? - поинтересовался Лисенок.
- И я хотел задать тебе этот вопрос. Это был какой-то огромный ревущий
зверь.
- Очень огромный и очень ревущий, - подтвердил Лисенок. - Он даже огромнее,
чем ты думаешь.
- Точно так я о нем и думаю... Вернемся?
- Не верю, что ты себе таким его и представлял.
- Насколько помню, я предложил вернуться.
- А мне кажется, что ты уже повернул обратно.
- Извини, но я ничего подобного себе не мог позволить до того, как мы
вместе решим этот вопрос.
Осел невольно дал задний ход и, не оборачиваясь, бодро пятился назад.
- Решай! Возвращаемся или нет?
- Надо подумать. - ответил дрожащий Лисенок. - Сначала надо подумать, а
потом решать. Только боюсь, что пока я решу, ты при таком темпе вернешь
меня в Тихий лес.
- Тогда думай быстрей.
- Не могу дрожать и думать.
- Попытайся не дрожать, а думать.
- Мне легче дрожать, не думая... Ты знаешь, как быстро мы движемся назад?
- Нет.
- Ты не мог бы остановиться?
- Не могу. Я движусь, сам того не желая. Наверно, потому что дрожу.
Чувствуешь, как я дрожу?
- Нет. Чувствую, что я дрожу, а ты пятишься назад.
- Скажи, что же делать?
Второй ревущий зверь оказался больше первого, и ревел он громче. Да, он был
раз в десять больше первого, и дорога дрожала под ним. Мокси, сам того не
желая, вдруг помчался вперед, впервые продемонстрировав, на что способны
ослы. Некоторое время зверь бежал в хвосте у Мокси, и Лисенок сам не
заметил, как оказался на шее осла. Он сидел, вцепившись ему в уши. Мокси
решил, что его поймали и заревел. Потом заревел зверь.
Чудовище выбросило облако дыма и промчалось мимо. Взволнованный Мокси
принялся брыкаться, и Лисенок скатился в кювет. Осел остановился возле
него. У него подкашивались ноги. Не глядя на друга, так как его взгляд был
прикован к исчезающему зверю, он спросил:
- Не пора ли уже принять решение?
Лисенок молчал. Ему хотелось крикнуть: "Немедленно бежим отсюда! Нас здесь
съедят!" - но он понимал, что спешка - плохой советчик.
- Принял решение? - крикнул снова Мокси срывающимся голосом. Почувствовав,
что силы оставляют его, он лег рядом с другом. Они долго лежали рядом. Пока
они успокаивались, их сердца вели интересный разговор:
- Тик-тик-чик! - сказало сердечко Лисенка.
- Так-так! - ответило сердце Мокси.
- Чик-тик-чик, чик-чик? - спросило сердечко Лисенка.
- Так-тук-так, тук-тук! - ответило сердце осла.
- Тик! - не согласилось сердечко Лисенка.
- Так-так, тук-тук-так! - настаивало сердце Мокси. Но потом сердца стали
биться спокойнее и сказали много хороших вещей, как это всегда бывает между
сердцами. Потому что губы людей и животных говорят одно, а сердца - другое.
Послушаем теперь, что сказали губы наших героев.
Наконец они пришли в себя. Теперь они дышали спокойнее и удивлялись, что
заходящее солнце продолжает излучать свет. Деревья блестели изумрудным
блеском, травы нежно дышали, оранжевые скалы грели свои мощные плечи, дул
легкий ветерок, со стороны невидимой реки тянуло прохладой и свежестью.
- Ты развил большую скорость, - заметил Лисенок.
- Сам не знаю, как это получилось, - ответил осел.
- Мне даже показалось, что мы летим.
- Что теперь будем делать?
- Надо поскорее вернуться! - воскликнул Лисенок.
- Вот это другой разговор, - обрадовался Мокси. - Но нужно идти по
асфальту, чтобы не сбиться с дороги... Послушай, как ты думаешь, что это
были за звери?
- Не знаю, но это были настоящие чудовища.
- Ага!
- Мокси, а, может, это автомобили?
- Я никогда не видел автомобилей.
- А такое вон существо ты видел? - Лисенок кивнул головой по направлению к
дороге.
Осел посмотрел туда, куда ему показывал друг.
- Видел, - ответил он.
- Что?
- Говорю, что видел.
- А почему не говоришь, кто это?
- Потому что ты не спрашивал меня, кто это, а спросил, видел ли я такое
существо. Я должен отвечать только на те вопросы, которые мне задают. А не
то получается путаница, так можно и в болтуна превратиться. Многие животные
и люди, стоит им задать вопрос, отвечают сразу на несколько вопросов и
получается невесть что. Кроме того, есть и такие, кто задают слишком много
вопросов и тем самым надоедают другим...
- Я спрашиваю тебя, кто это?
- Кто, вон тот, что приближается?
- Да!
- Который уже совсем близко?
- Да, да, да!
- А, это человек. Лисенок насторожился.
- Кто?
- Человек.
- А?
- Это и есть властелин мира, о котором ты столько слышал.
- Ну да?
- Да.
- Что - да?
- Я говорю тебе - да.
- Почему - да?
- Отвечаю на твой вопрос.
- О чем я тебя спрашивал?
- Будет ли сегодня хорошая погода!
- Я тебя спрашивал не об этом.
- А о чем?
- Я спрашивал тебя, правда ли, что это человек.
- И получил ответ.
- Что же ты тогда морочишь мне голову с погодой?
- Иронизирую.
- А мы ведь отправились в путь не для того, чтобы иронизировать, верно?
- Верно, но ты хитришь.
- Как?
- Сначала ты испугался и удивился, что это человек, потому что представлял
себе его иным, потом сделал вид, что это тебя не удивляет. Пусть я осел, но
я тоже животное, поэтому нечего разыгрывать меня.
- Послушай, Мокси, ты прав. Я и в самом деле хитрый лисенок, который не
хочет выглядеть наивным трусишкой... Прости. Обещаю больше не хитрить по
мелочам... Значит, это человек?
- Да.
- Я несколько разочарован.
- Почему?
- Мне кажется, что ему чего-то не хватает. Он слишком маленький, движется
медленно, как и мы, у него не хватает двух ног... Нет, Мокси, я
разочарован. Те чудовища могут его запросто раздавить. Я так много слышал о
нем, а что вижу?.. Неужели и мой автор похож на него?
- Наверно. Они все похожи друг на друга... Все одного типа, как и мы.
А тот, о ком шла речь, был уже совсем близко. Он неторопливо шел, сгибаясь
под тяжестью рюкзака. Но в выражении его лица сквозило что-то бодрое и
веселое.
Похоже, усталость не отражалась на его настроении. Человек остановился
возле них, положил на землю рюкзак и сел на траву. Его рюкзак походил на
гору. Позвольте мне описать его поподробнее. Наверно вы видели такие
рюкзаки - длинные, большие. Взвалишь на плечи такой рюкзак - он обвиснет аж
до колен. Зато в него можно засунуть все, что захочешь. В рюкзак незнакомца
вместились: небольшая палатка, спальный мешок, кастрюля, тарелка, ложка,
вилка, нож, чашка, белье, свитер, плавки, бритвенные принадлежности (хотя
этот человек был с бородой), четыре книги, авторучка, паспорт с визами,
карта мира, деньги /немного/, сигареты, спички, куртка, примус, носовой
платок, полотенце, фотография миловидной девушки и еще масса всяких мелочей.
- И вы путешествуете? - осведомился человек, закурив.
- Да, - ответил Лисенок.
- Посредством автостопа?
- Нет. По методу - один везет другого.
- Хорошо, - произнес человек.
На него не произвело особого впечатления то, что один везет другого - чего
он только не повидал за время своего путешествия. Он с удовольствием курил,
отдыхал и оглядывался назад.
- Вы откуда? - спросил Лисенок, чтобы продолжить разговор.
- Из Голландии.
- Вы живой голландец, да?
- Я из страны, где много ветряных мельниц и тюльпанов, - пояснил человек.
- Знаю, - поспешил солгать Лисенок. - Там все люди голландцы, да? Там
ветряные мельницы, тюльпаны и голландцы, да?
- Да. Вы там были?
- Нет, - Лисенок решил сказать правду, чтобы не запутаться. - Я читал о
вашей стране в энциклопедии, - все же солгал он, потому что не он читал, а
ему читали.
Голландец посмотрел на него, но не улыбнулся, потому что люди его страны
редко улыбаются. Он и не удивился, потому что человека, предпринявшего
кругосветное путешествие, трудно удивить. Увидев Эйфелеву башню, например,
он говорит - значит, это и есть Эйфелева ба
...Закладка в соц.сетях
