Жанр: Сказка
Приключения лисенка 1-2
...бедоносным взглядом. Скакушка сжалась.
Наступила тишина. Все задумались. Предложение явно озадачило присутствующих.
- Ну и что? - первым пришел в себя Лохмач.
- Скакушка будет в орлином гнезде! - отрезала Зевака.
- Это явная глупость! - сказал Медведь. - Разве жаба может справиться с
орлом? Все озадаченно молчали.
- Видите ли... об этом... я не подумала, - тихо произнесла Зевака. -
Скакушка, что ты собираешься делать в орлином гнезде?
Скакушка удивленно пожала плечами:
- Не знаю!
- Жалко! - вздохнула Зевака. - Такой гениальный план и такие интенсивные
тренировки!..
- Только время у нас отняли! - взорвался Медведь.
- Как вы посмели предложить такую глупость?
Он решительно поднялся и обратился к членам Военного совета:
- Выступаем!.. Все уже потеряли терпение. Отдайте приказ о выступлении
первой колонне. Вслед за ней - остальным. Направление - Большие горы! Заяц
Сивко бросился выполнять приказ. Первая колонна двинулась к Большим горам.
За ней
- остальные. Длинными плотными рядами шли жители Тихого леса к скале, на
которой находилось гнездо Каменара.
Как только колонна скрылась из вида, Зевака предложила Скакушке:
- Давай догоним их!
- Не могу лапой пошевелить, - пожаловалась Скакушка, - что-то со мной
происходит.
- Наверно, мы слишком усердно тренировались...
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ. В ГНЕЗДЕ КАМЕНАРА.
Солнце озарило вершины Больших гор. На равнине было еще темно, а орлиное
гнездо уже пронизали первые солнечные лучи. Каменар открыл сначала один
глаз, потом другой, увидел восходящее солнце и невольно подумал о том, что
он бесчисленное количество раз наблюдает восход гордого светила и еще не
раз будет видеть это зрелище. До тех пор, пока... Все-таки неприятно думать
о том дне, когда солнце, как обычно, озарит землю, а тебя уже не будет на
свете... Нет ничего прекраснее жизни. Ею никогда не насытишься. Вот он,
Каменар, живет уже сто тридцать лет, а кажется, будто родился вчера.
Орел зевнул и осторожно разбудил супругу.
- Нам пора вылетать! - сказал он.
- Давай полюбуемся немного детьми, - предложила Остроглазка. - Смотри,
какие они милые!
- Завтра начну учить их летать, - торжественно заявил отец,
Для Лисенка этот день был таким же, как все дни, проведенные в гнезде.
Проснувшись, он сразу же принялся выдумывать новые игры. Черноперко и
Клювчо оказались жадными не только до еды, но и до развлечений. Лисенок
понимал, что если орлята начнут скучать, орел сейчас же заметит это и
преподнесет его своим детям в качестве обеда или ужина. Открыв глаза,
Лисенок увидел, что орел и орлица безмолвно сидят на скале и терпеливо ждут
пробуждения своих детей.
Первым задвигался Клювчо. Он расправил крылья и несколько раз взмахнул ими.
Это разбудило Черноперко, который всегда просыпался последним.
- Осторожнее, эгоист! - крикнул он.
- Пора вставать, - ответил Клювчо. - Посмотрим, что нового придумал сегодня
вон тот.
Пока Лисенок ломал голову над тем, что им предложить, папа Каменар сообщил:
- Дети, с завтрашнего дня мы начнем учить вас летать!
Орлят обрадовала эта весть. Они замахали крыльями и принялись подскакивать,
как футбольные мячи. Остроглазка некоторое время с восхищением наблюдала за
ними, потом напомнила орлу, что пора отправляться на поиски пищи. Они
взлетели со скалы, сделали плавный круг над гнездом и понеслись по
направлению к восходящему солнцу.
- Скоро мы попробуем мясо Лисенка, - сказал Каменар.
- И я хотела сказать то же самое. Пока что он развлекает орлят, но с
завтрашнего дня они начнут летать. Они не будут сидеть все время в гнезде,
и Лисенок станет им не нужен.
- Куда мы полетим?
- К Молодому лесу. Вчера я видела там двух оленят. Каменар повернул к
Молодому лесу. Орлята высунули головы из гнезда и с интересом наблюдали за
полетом родителей.
- Начинай! - повернулся Клювчо к Лисенку.
- Что? - прикинулся тот простачком.
- Развлекать нас!
- Что-то в последнее время я стал плохо слышать, - Лисенок хотел выиграть
время. И вдруг он вспомнил о сказках Крота. Как благодарен он был ему
сейчас! - Хотите, я расскажу вам сказку о Простокваше?
- Хотим! - сказал Черноперко. - А что такое простокваша?
- Я и сам не знаю.
- Раз ты и сам не знаешь, как же ты будешь рассказывать?
- Т-тогда я расскажу вам об орехе... который... который... упал на камень...
- Ну, давай об орехе.
Лисенок задумался. Он понял, что попал в собственные сети. И что ему
взбрело в голову рассказывать о каком-то орехе, упавшем на камень.
Сейчас он уже раскаивался в том, что заговорил об этом орехе и вообще пора
было признать, что он не в силах больше развлекать орлят. Все, что можно
было рассказать, было рассказано, все, что можно было выдумать - выдумано.
Он спел все песни, которые слышал от мамы Лисы, исчерпал все знакомые ему
игры. Прощай, жизнь!.. Прощайте, леса, ручьи!
Как ни сильно было его отчаяние, Лисенок решил все же придумать
какую-нибудь историю об орехе, и не просто об орехе, а об орехе, упавшем на
камень...
И ОН ПРИДУМАЛ СКАЗКУ ОБ ОРЕХЕ, КОТОРЫЙ УПАЛ НА КАМЕНЬ
- На одном ореховом кусте, - медленно начал Лисенок, - на одном ореховом
кусте, - повторил еще медленнее несчастный пленник, решивший до последнего
бороться за свою жизнь, - в одной заросшей орешником лощине, - его мысль
лихорадочно работала, - на одном кусте родился орех.
- Только один? - наивно спросил Черноперко.
- Не один, - ответил Лисенок. - Там было много орехов, но в сказке речь
пойдет только об одном орехе, потому что в сказках всегда говорится о
чем-то одном... Итак, на кусте родился и созрел один орех. Как только он
вырос, он оторвался от веточки, упал на траву, подскочил и стукнулся о
камень. Такое случается очень редко, но в жизни некоторые вещи случаются
редко.
Орех стукнулся о камень, подпрыгнул и остался на нем лежать. "Что теперь
делать? - подумал он, - как я здесь прорасту?.."
Все орехи мечтают упасть на землю. Там они бы могли пустить корни и
росточками потянуться к солнцу. А потом росточки превращаются в кусты или
деревья. А наш орех лежал на камне и с тревогой думал о завтрашнем дне.
- Сдвинься с места, - обратился он к камню. - Стряхни меня, сделай
что-нибудь, чтобы я мог упасть на землю!
- Не могу, - ответил камень. - Я так устроен, что не могу сделать ни одного
движения.
- Не можешь! - рассердился орех, - ты не хочешь, - потому что у тебя сердце
холодное, как камень!.. Тебе надо, чтобы я сгнил здесь или стал добычей
белки, которая может появиться каждую минуту?!
- Но что же мне делать? - камень задумался.
- Придумай что-нибудь!
- Не могу ничего придумать.
- Тогда я умру от горя!
- Может, пройдет какое-нибудь животное и захочет почесаться.
- Ну и что?
- Оно почешется об меня и столкнет тебя вниз.
- Это все, что ты смог придумать?
- Но я не вижу другого выхода. Орех готов был расплакаться. И тут вдруг
подул ветер, и орех покачнулся.
- Ой! - оживился он. - Что со мной происходит? Я вроде бы задвигался!
Ветер усилился. Орех перевернулся.
- Еще немного! - радостно крикнул он. - Дуй, дуй, ветер!
Вершины деревьев зашумели.
- Ура, ветер усиливается! - пришел в восторг орех. Он не смог высказать
свою мысль до конца, так как перевернулся несколько раз и скатился на землю.
- Вот где мне будет хорошо! - обрадовался орех.
- Поздравляю! - сказал камень.
- Спасибо! Желаю и тебе удачи! Камень глубоко вздохнул:
- Какая у меня может быть удача?.. Я просто завидую тебе и таким, как ты.
Почему?
- Потому что вы скитаетесь по белу свету, а я все время - на одном месте,
как будто за что-нибудь наказан...
В словах старого неподвижного камня чувствовалось столько боли, что у ореха
сжалось сердечко.
- Не тужи, произнес он, - теперь я буду расти возле тебя. И мы станем с
тобой подолгу разговаривать.
И орех запел.
Тут Лисенок запнулся, потому что не мог придумать подходящей песни. А
орлята смотрели ему прямо в рот и ждали, что он запоет, как делал это
всегда, рассказывая сказки.
- И орех запел, - нашелся Лисенок, - следующую песню:
Как далеко от земли до неба,
И так же далеко от неба до земли.
Как высоко от пят до головы
И так же высоко от головы до пят.
Песня получилась не очень складная, но Лисенок не мог придумать ничего
другого и поэтому вернулся к рассказу:
- Прошли годы. Возле старого камня вырос прекрасный куст орешника. Камень и
орешник дни и ночи разговаривали друг с другом и жили как добрые друзья. Но
однажды они поссорились.
Это произошло в тот день, когда на орешнике впервые созрели орехи, и возле
него остановились два мальчика.
- Давай наберем орехов, - предложил один из них.
- Они слишком высоко, - возразил другой.
- Высоко? А мы заберемся вот на этот камень. Дети влезли на камень и
набрали целую корзинку орехов. Как только они ушли, куст сердито обратился
к камню:
- Видишь, что ты наделал? Если бы не ты, мальчишки не достали бы столько
орехов.
- А что я мог сделать? - стал оправдываться камень. - К тому же добровольно
ты не отдал бы ни одного ореха. Пусть дети полакомятся ими, для чего же еще
нужны твои плоды!
Орешник три дня не разговаривал с камнем. А на четвертый сказал:
- Знаешь, - ты все-таки прав!.. Нельзя быть эгоистом. Дети так обрадовались
орехам!
И друзья снова зажили в мире и согласии... Вам понравилась сказка?
- Да, - ответил Клювчо, - хотя она не такая смешная, как другие.
- Нельзя же рассказывать только смешное! - ответил Лисенок. - Смешные вещи
трудно придумывать. Если просмотреть мировую литературу, то окажется, что
серьезных книг много, а смешные можно по пальцам пересчитать.
- А теперь что мы станем делать? - спросил Черноперко.
- Мне хочется полетать! - неожиданно заявил Клювчо.
- Что? - изумился его брат.
- Полетать хочется!
- Как же так? Ты слышал, что сказали папа и мама? Они завтра начнут учить
нас летать.
- А я хочу их удивить. Я чувствую силу в крыльях... По-моему летать совсем
нетрудно.
Клювчо подскочил к краю гнезда и гордо расправил крылья:
- Глядите!
Он выскочил из гнезда и камнем полетел в пропасть.
Черноперко и Лисенок закричали от ужаса. Клювчо становился все меньше и
меньше. Он так испугался и растерялся, что не знал, что делать. Но внезапно
крылья у него расправились, и Клювчо почувствовал, что повис между небом и
землей.
- Ага! - радостно пискнул он. - А ведь это приятно!
Орленок заработал крыльями и заметил, что движется. Он заработал
энергичнее, изогнул хвост и стал подниматься.
- Эй, видали! До чего же здорово!
- Вернись! Не делай глупостей! - закричал встревоженный Черноперко,
Но Клювчо принялся кружить над гнездом, без конца поддевая своего
осторожного брата:
- Что, боишься? А?.. Трусишка!.. А я полечу навстречу папе и маме!..
Воодушевленный первыми успехами, юный орел полетел к Молодому лесу.
Члены Военного совета, возглавляющие шествие, уже пересекли Папоротниковый
лес и вступили в Хвойный лес, раскинувшийся на крутом горном склоне.
Голуби-разведчики летели низко, над самыми вершинами деревьев, и все время
поглядывали на небо. Но ничего тревожного пока не заметили.
- Давайте подождем членов Военного совета, - предложил Добрушко.
Стая расположилась на ветвях большой старой сосны. Вскоре между деревьями
показался весь Военный совет во главе с Медведем.
- Пока что не видно никаких орлов, - доложил Добрушко.
- А если они и появятся, что мы сможем сделать? - грустно произнес Лохмач.
- У нас до сих пор нет никакого плана действий.
- Давайте поговорим серьезно, - предложил Медведь. - И без того нужно
подождать, пока подтянутся остальные.
Военный совет собрался под сосной. Все были озабочены. Первым взял слово
Лис:
- Ясно, что существует какой-то выход. Я уверен, что можно проникнуть в
орлиное гнездо. Но как это сделать - не знаю.
- И я думаю, что можно, - присоединился к нему Сивко.
Сивко сидел на ковре из сухих сосновых иголок и играл с божьей коровкой.
Она ползала по его передней лапе, и Сивко напрасно ждал, когда она взлетит.
Он поднимал лапу и шептал; "Божья коровка, полети на небо..." А божья
коровка взмахивала крылышками, словно хотела взлететь, и все не улетала.
- Имейте ввиду, - заговорил Лохмач, - что вон там, наверху, лес кончается!
От опушки леса до гнезда Каменара - только кусты да трава.
- И еще эти скалы, - дополнил Сивко.
- Да, наверху еще и скалы. Укрыться негде, нельзя подойти к гнезду
незаметно.
- Это известно, - прошептал Медведь. - Нужно придумать что-то особенное.
Члены совета замолчали. Сивко смотрел на свою божью коровку, шептал: "Божья
коровка, полети на небо..." и одновременно думал о Каменаре и других вещах.
Божья коровка расправляла крылышки и опять складывала их.
С дерева упала сосновая шишка и ударила Ежа по голове.
- Нападение! - завопил он и свернулся клубком, выставив иголки.
Члены Военного совета рассмеялись. Медведь хохотал до слез, а Лохмач
принялся кувыркаться. Когда он поднялся, вся его шерсть была утыкана
сосновыми иголками. Даже бедный Лис улыбнулся и сказал:
- Ох уж этот Еж!..
Насмеявшись вдоволь, животные снова собрались в круг. И каждый почувствовал
странное облегчение.
- Хорошая вещь - смех! - заметил Медведь. - Чувствуете, как полегчало на
душе? Жизнь без смеха невозможна. А как мало мы еще делаем для того, чтобы
в нашем Тихом лесу каждый день звучал смех!
- Еще бы немного посмеяться, и я бы, наверно, внес дельное предложение, -
сказал Лохмач. - Давай, Еж, выкини еще какую-нибудь штуку!
Но Еж сидел в стороне и обиженно смотрел на остальных.
- Всегда так, - произнес Медведь. - Когда все смеются, почти всегда кто-то
один сердится.
- Тот, кто вызвал смех, - дополнил Лохмач.
- Не всегда, - возразил Сивко. - Сейчас я спою вам песенку, которая вас
всех рассмешит, и никто не рассердится. Это будет так называемый безобидный
смех.
Заяц Сивко встал возле пня, поклонился:
- Дорогие зрители, сейчас я исполню для вас...
- Мы вовсе не зрители, - прервал его Еж, глядя на Медведя. - Какие мы
зрители, мы - Военный совет!
- Мы - как-будто зрители.
- Ну раз как-будто - тогда можно.
- Слушай, Сивко, расскажи лучше что-нибудь смешное, но короткое!
Заяц задумался.
- Что-то ты долго думаешь! - подал голос Лохмач.
- Чем короче смешная история, тем дольше над ней приходится думать!.. Так
как времени на размышления у нас нет, я расскажу вам, вернее, спою одну
песню. Это Песня Четырех Глухонемых. Слушайте!
Сивко поднял одну лапу над головой, а другую положил себе на плечо. Потом
сложил обе лапы, словно для приветствия. Потом показал ладонь левой лапы и
приложил ее к своему правому глазу. Другой лапой он отвел левую от своего
глаза и положил ее себе на живот. Закрутился, упал на спину, поднялся,
подмигнул, закрыл оба глаза, скрестил уши как ножницы, раскинул передние
лапы, сел, раскрыл рот, закрыл его, приложил лапу к сердцу, уронил из
левого глаза две слезы, потом одну - из правого, наклонился, поднял
сосновую иголку, раскрыл воображаемый ножик и принялся затачивать иглу,
потом быстро вонзил ее в то место, где находилось его сердце. И тотчас же
замертво упал на землю.
Пока продолжалось представление, члены совета неудержимо хохотали,
повторяя: Ох уж этот Сивко!" Только Еж недоумевал.
Заяц вскочил, раскланялся.
- Браво! - крикнул голубь Добрушко.
- Браво! - закричали остальные голуби.
- Браво, Сивко! - похвалил "артиста" довольный Медведь. - У тебя настоящий
талант!
А Еж продолжал удивленно смотреть на зайца.
- Давайте разберемся, - сказал он. - Ведь заяц обещал спеть песню, а я не
слышал никакой песни!
- Но я же предупредил, что это песня глухонемых. В ней рассказывается...
- Но ты не пел! - прервал его Еж. - Обещал, что будешь петь, а не пел.
- Глухонемые не могут петь! - ответил Сивко.
- Раз не могут, почему ты назвал ее песней. Последовал новый взрыв смеха.
Теперь смеялись над Ежом. Он наклонил голову, переждал, пока все
успокоятся, и сказал:
- Признаюсь, я ничего не понял. А раз вы поняли, объясните мне, о чем эта
песня.
- В этой песне рассказывается о несчастной любви одного глухонемого, -
объяснил Сивко. - Смешное заключается в том, что песня трагическая. А так
как глухонемые не могут петь, то становится еще смешнее.
- Но почему же я не смеялся?
- Потому что у тебя нет чувства юмора, - ответил Сивко. - Ты принимаешь все
всерьез и поэтому сам становишься смешным.
- Разве я один такой?
- Нет. Многие животные и люди похожи на тебя... А!.. Ты что же, божья
коровка, еще не улетела?..
В ответ божья коровка расправила крылышки и вдруг взлетела.
- Друзья, - закричал Сивко, - эта божья коровка меня удивляет!
- Почему? - поинтересовался Еж.
- Да... как сказать... она какая-то подозрительная. Все время вертелась
среди нас, а тут вдруг взяла и полетела.
Медведь нахмурился.
- Мы говорили о наших планах? - спросил он.
- Разумеется, - сказал Лис. - Упоминали и об орлином гнезде, и о том, что
собираемся проникнуть в него. Члены совета задумались.
- Мы поступили неосмотрительно, - вздохнул Медведь.
- Мы на чужой территории, а не сообразили...
- Чего не сообразили? - спросил Лохмач.
- Что среди нас могут быть чужие...
- Но это была божья коровка!
- Именно поэтому.
- И... вы допускаете?.. - Лохмач не договорил до конца.
- Все может быть, - Медведь понизил голос.
- Ты хочешь сказать, что эта маленькая божья коровка...
- Да, - ответил Медведь. - Я почти уверен в этом.
Участники похода стягивались к Хвойному лесу, располагались под соснами.
Они были спокойны. Военный совет решит, что делать дальше. Они избрали его,
доверяли ему, знали, что он никогда не злоупотребит их доверием. На Медведя
и его помощников можно было положиться.
А членов Военного совета терзали тревожные мысли. Каждый думал о том, как
они были неосмотрительны, как глупо вели себя, не сообразили, что военное
положение требует строгой бдительности.
- Сообщить им? - тихо спросил Лохмач.
- Думаю, что рано, - ответил Медведь. - Нужно еще подумать.
- Но скажите, что может сделать божья коровка? - поинтересовался Сивко.
- Все! - решительно заявил Лис. - Она поняла, что мы собираемся проникнуть
в гнездо Каменара.
- И вы думаете, что она сообщит ему об этом? - спросил Сивко.
- Не знаю, - ответил Медведь, - ясно только, что она вертелась среди нас не
просто так.
- А зачем она станет ему сообщать?
- Это я и хочу понять... В конце-концов, божья коровка живет в этом лесу.
Здесь хозяйничает Каменар, а божья коровка почти беззащитна. Представьте
себе, что ей захочется выслужиться перед ним.
Снова наступило молчание. Каждый погрузился в свои мысли.
- Давайте обратимся к диким козам, - нерешительно предложил Еж.
- Зачем?
- Каменар - их смертельный враг. А козы могут забираться на неприступные
скалы.
- Бесполезно! - нахмурился Медведь. - Скала Каменара ровная и отвесная, как
стена. Не случайно его никто не беспокоил больше ста лет. Стратегическое
положение гнезда таково... Предположим, что козы заберутся на скалу. Что
дальше?
- Еж рассуждает как Скакушка и Зевака! - заявил Сивко.
- Но ведь надо же что-то предлагать? - принялся оправдываться иж. Ведь надо
думать...
- Ты прав, - поддержал его Медведь. - К тому же нельзя больше терять
времени... Ах, эта подлая тварь! Ничтожная букашка в крапинку!.. Украшение
природы, а какая подлая!..
- Больше всего я презираю предательство! - произнес Еж.
- Вы считаете, что божья коровка может долететь до гнезда Каменара? -
спросил Сивко.
- А почему не может?
- От опушки леса до гнезда не меньше километра. А наверху воздушное
течение. Как она полетит?
- Сначала будет лететь, потом - ползти. Божья коровка может проползти по
скале.
- На это понадобится много времени.
- Вот именно! - подчеркнул Медведь. - Нам нужно привести в исполнение наш
план как раз за это время. Иначе будет поздно. Каменар успеет принять
меры... Эх, вызвать бы его на поединок!.. Я бы померился с ним силами!
- Он не решится сразиться с тобой один на один! - крикнул Сивко.
- Проклятая божья коровка! - возмутился Лис. - Я хочу отомстить за
Лисенка!..
- Я бы раздавил эту негодницу! - взорвался Сивко. - Кто бы мог подумать,
что эту безобидную на первый взгляд букашку можно причислить к всемирно
известным предателям, таким, как Иуда, Троянский конь и другие, имена
которых не приходят мне сейчас в голову!..
- Посмотрите! - закричал Еж. - Посмотрите на эту сосну!
Мимо дальней сосны спокойно пролетели три божьих коровки. Странным было то,
что они не удалялись, а приближались. Сделав круг над головами членов
Военного совета, они спокойно сели на самую низкую ветку большой сосны.
- Вы - наши пленницы! - крикнул Медведь. - У вас над головами - голубиная
стая. Стоит мне дать знак, и вы будете уничтожены!
- Здравствуйте! - спокойно поздоровалась одна из божьих коровок.
Члены Военного совета обменялись недоуменными взглядами.
- Вон та божья коровка слева - та самая, - прошептал Сивко. - Говори,
бессовестная, что тебе нужно?
- Мы хотим поговорить с вами! - ответила одна из божьих коровок.
Она была крупнее остальных и говорила спокойно, словно речь шла не об ее
жизни, а о завтрашней погоде.
- Что это вы на нас так смотрите? - улыбнулась она. - Давайте поговорим!
- О чем? - осведомился Медведь. - Мы задумали дело, которое касается только
нас. Вас оно не должно интересовать. Мы не собирались причинять вам зло.
Может, вы слышали про Тихий лес? Мы там живем. В нашем лесу все живут в
мире и согласии.
- Мы это знаем, - подтвердила божья коровка, которая была крупнее остальных.
- И мы решили помочь вам, - сказала божья коровка, уже знакомая членам
совета.
Все три божьих коровки, словно по команде, взлетели с ветки и опустились на
ковер из сосновых иголок перед Военным советом.
- Давайте познакомимся! - предложила самая крупная божья коровка. - Меня
зовут Восьмиточкой.
- А я Семиточка, - представилась вторая незнакомка.
- Я - Шеститочка. - добавила знакомая божья коровка.
- Теперь вы должны рассказать нам все, - произнесла Восьмиточка.
- Зачем? - удивился Медведь.
- Мы попытаемся вам помочь. Только теперь Медведь улыбнулся и протянул лапу
для приветствия.
- Мне не совсем удобно здороваться с вами, так как мне нечего вам
протянуть, - заметила Восьмиточка.
- Я на радостях этого не заметил, - смущенно ответил Медведь. - Так что же
вы предлагаете?
- Мы о вас слышали. И хотя мы живем в Хвойном лесу, мы ваши друзья и хотим
вам помочь. Насколько мы поняли, вы решили отомстить Каменару.
- Что-то в этом роде.
- Что он вам сделал?
- Похитил и съел Лисенка.
- Только его одного?
- Уже целый век Каменар похищает и поедает обитателей нашего леса.
Похищение Лисенка стало каплей, переполнившей чашу. Мы должны или
уничтожить орла, или проучить. Мы хотим жить спокойно.
- Да! Но вы не можете проникнуть в его гнездо, - заметила Восьмиточка.
- В конце-концов для нас это не главное. Нам нужно как-то отомстить ему или
принудить его заключить с нами договор. Наверно, есть какой-то способ
добиться этого.
- У нас есть кое-какой план, - сказала Восьмиточка.
- Мы изложим вам его, а если вы нас поддержите, то перейдем к действиям.
- Ну что же, расскажите, в чем состоит ваш план, - пробормотал Медведь,
сильно сомневавшийся в том, что такие крохотные слабенькие насекомые,
вооруженные одними точечками, могут предложить что-то дельное.
- От опушки леса до орлиного гнезда - около километра. Дорога все время
круто поднимается вверх.
- Да.
- Мы, божьи коровки, можем передавать сообщения, не создавая при этом шума
- с помощью хлопанья крыльев. Такие сообщения можно передавать на
расстояние в десять сантиметров.
- Так.
- Одна из нас проникнет в орлиное гнездо.
- Ну и что?
- Тогда она сможет видеть и слышать все, что там происходит и сообщать об
этом по цепи. Мы расположимся цепью от опушки леса до орлиного гнезда. Это
будет что-то вроде беспроволочного телеграфа.
Медведь, Лохмач, Сивко и Еж переглянулись. План им явно нравился. Главное,
он был вполне осуществим. Но Медведь вдруг нахмурился:
- Но какая польза во всем этом? Что мы выиграем?
- А разве вам мало - знать, что каждую минуту происходит в гнезде?
Медведь вдруг хлопнул себя по лбу:
- Стойте! Придумал!.. Прекрасно!.. Как только орел отправится на охоту,
божьи коровки сообщат нам об этом. Мы будем знать, что он вылетел, будем
знать - куда. Мы, как приманку, подсунем ему небольшое животное...
- Какое животное? - спросил Лохмач.
- Выберем кого-нибудь из тех, чье мясо орлы особенно любят. Животное будет
невинно пастись на опушке леса, чтобы привлечь внимание Каменара. Мы с
Лохмачом спрячемся в соседних кустах... Каменар заметит жертву, спустится,
мы выскочим из кустов и схватим его за ноги.
- Не плохо придумано, - одобрил Еж.
- Вот это здорово! - закричал Лохмач.
- Браво! - поддержал их Сивко.
- Только хватит ли у вас божьих коровок, - обратился Медведь к Восьмиточке.
- Ведь их понадобится много.
- Сейчас я попытаюсь подсчитать сколько. На каждые десять сантиметров нужно
по одной. Значит... на один километр - нужно... Эх! Рассеянной стала, не
могу сообразить!
На самом-то деле Восьмиточка вовсе не была рассеянной, просто она не могла
справиться с такими большими числами.
- Пойду - попью, - сказал Еж.
Заяц Сивко принялся подскакивать и рассматривать лес, а Лохмач честно
признался, что ему легче сразиться с орлом, чем решить такую задачу.
- Мы с Лисом решим ее! - сказал Медведь. - Значит, от опушки леса до гнезда
около километра?
- Да, - подтвердила Восьмиточка.
- В одном километре тысяча метров.
- Точно, - сказала Шеститочка.
- Или десять отрезков по сто метров! - вставил Лис.
- Подожди! - остановил его Медведь. - Не сбивай меня... В одном метре сто
сантиметров... Сто сантиметров - это десять раз по десять... На каждые
десять сантиметров нужно по одной божьей коровке... Значит, на каждый метр
нужно...
- Сто божьих коровок! - поспешил вставить Лохмач.
- Не сбивай меня с толку! - рассердился Медведь. -
На каждый метр нам н
...Закладка в соц.сетях
