Жанр: Научная фантастика
Арена
...Михаила этот фарс вызвал улыбку.
Борис совершенно спокойно переключил телевизор на другой канал - там ту же
новость подавали другие журналисты, сохраняя общую направленность. В Москве
официально действует план "Перехват", все сотрудники милиции переведены на усиленный
вариант несения службы, улицы патрулируют дополнительные наряды. Граждан призывали
ни в коем случае не оказывать вооруженным преступникам сопротивления, при этом делался
прозрачный намек на то, что свидетелей озверевший Трошин и компания все равно, как
правило, не оставляют.
- Это произошло прямо у меня на глазах, - плакала в камеру пожилая женщина, в
которой Саша с удивлением узнал соседку Стаса по лестничной площадке. - Я услышала
шаги на лестнице, думала, что пришла Таня - это моя внучка... Глянула в глазок - и
увидела... - Она зарыдала в голос, очень натурально.
Из ее сбивчивого, перемежаемого всхлипами и соплями рассказа следовало, что дверь
Трошину, коего Анна Семеновна, безусловно, сразу узнала, поскольку он посещал ее соседа
Стасика довольно часто, открыл как раз сам Стасик, а потом на лестничную площадку вышла
и Наташенька, жена его. Они о чем-то несколько минут спорили - она слов почти не
расслышала, но там было что-то про пластит и про ментов... А потом Трошин вдруг
выстрелил в Стасика, и Стасик упал... А Наташенька завизжала, Трошин ее ударил, а когда
она упала, то выстрелил в нее, лежащую, два раза... А потом пришли еще двое - она их не
знает, но по фотографиям опознала - и куда-то Стасика и Наташу унесли...
На этой душещипательной сцене старушка разрыдалась, окончательно утратив
способность связно говорить.
- Интересно, - глубокомысленно заметил Борис. - Тут у них немного того... концы
с концами не сходятся. Стаса убили уже, почитай, больше недели тому как... А по их рассказу
получается, что вчера вечером. Насколько я помню, Сашка как раз был в полной отключке.
Забавно, забавно...
- Это что ж, мы за сутки столько натворили? - усмехнулся Трошин. - Школу
взорвали, райотдел, Стаса замочили... Что там еще?
- Более чем достаточно, - фыркнул Михаил. - Бурый, во-первых, повесил на нас
несколько безнадежных висяков, и, во-вторых, поет он явно с чужого голоса. Ему приказали
дать определенные показания - он их и дает со всем возможным рвением.
- Думаю, он не один такой, - помрачнев, заметил Петр. - Судя по тому, как
поставлена травля, в дело включилась чуть не вся московская милиция. Глядишь еще и
войска введут. Факты, конечно, подтасованы, что видно невооруженным глазом, но приказы
исходят сверху, а когда приказы однозначны, задумываться подчиненным как-то не с руки. И
поэтому нас будут ловить - долго и упорно.
- Знаете, - чуть хрипло пробормотала Лика, - а ведь репортажи убедительны - и
впрямь начинаешь думать, что именно Саша убил Стаса с женой...
- ... Уважаемые телезрители! Только что нам доставили видеопленку, снятую в момент
убийства депутата Филимонова. Разумеется, мы не можем раскрыть личность оператора,
поскольку этому человеку грозит серьезная опасность - как и любому вставшему на пути
озверевших подонков. Мы, в студии, еще не знаем, что на этой пленке... Итак, запись.
Кадры, сделанные весьма посредственной камерой, запечатлели улицу, проезжающие
машины... Затем в поле зрения попал большой "Линкольн", украшенный белыми лентами и
роскошной куклой в облаке белых рюшечек... Молодая пара у автомобиля - жених и
невеста... Вдруг слышатся резкие щелчки, затем короткий треск - камера резко
поворачивается, наплыв... Может, аппарат и посредственный, но держит его в руках явно
профессионал. Отчетливо видно лицо Саши, держащего у пояса автомат и в упор
всаживающего пулю за пулей в невидимую мишень. О, а вот и мишень - человек лежит на
асфальте, видно даже, что его светлый плащ испещрен дырками от пуль. Снова камера
нацеливается на стрелка. Он небрежно перебрасывается парой слов со стоящим рядом
напарником - Женька, узнав себя, возмущенно фыркнул, - вдвоем они садятся в машину.
За рулем сидит... Да эту лысину, пожалуй, вспомнят многие, близко знающие Петра. Тем
временем камера возвращается к молодоженам. Жених стоит на коленях, у него на руках
лежит девушка в белом, и по воздушному шелку расползаются отвратительные пятна...
- Здорово сделано, - вздохнул Женька. - Интересно, чем мне помешал этот мужик?
Я его и по телику-то видел всего несколько раз. Он, вообще говоря, полный мудак, но не
настолько же, чтобы его мочить...
- Ребята, вы не слишком спокойно подходите к ситуации? - осторожно
поинтересовалась Лика. - Мне показалось, или на нас и в самом деле объявили
полномасштабную охоту?
- Не показалось, - серьезно кивнул Михаил. - Я тебе даже больше скажу. Нас
никто не собирается задерживать. Просто пристрелят... если смогут, конечно. На такой
случай имеется негласное разрешение - типа лицензии на убийство. Никто, конечно, в этом
не признается, но, понимаешь, старая формулировка - "взять живым или мертвым" -
подразумевает, что можно, в общем-то, и так и сяк. А после таких кадров... Все полны
праведного гнева.
- Да уж, - согласился Саша, - тут нервами делу не поможешь. Нам надо спокойно
оценить обстановку и решить, какую избрать стратегию и тактику поведения. Мишка прав -
нас просто ухлопают при задержании. Даже если мы дружно поднимем лапки кверху.
Он вернулся к столу, задумчиво повертел в руках бутылку пива, потом со вздохом
отставил ее в сторону.
- Мне кажется, что все это звенья одной цепи. Мы разделались с воином-саартом, и
его наниматель включил другие рычаги...
- "Лыжники", - догадался Штирлиц", - снисходительно ухмыльнулся Малой. -
Тут и тупому ясно, что охота организована. Не смогли убрать нас тихо - теперь постараются
убрать шумно, только и всего.
- Не только, парень, не только. Пойми: раньше мы стреляли в клонов, которые, в
общем-то, не живые в истинном смысле этого слова. Роботы... А теперь в охоту на нас
включились люди. Они будут стрелять на поражение... А что будем делать мы? Отвечать?
Женька сник... Александр смотрел на него и понимал, что Малой, видимо, до сих пор
все происходящее рассматривал исключительно как опасное приключение, а телехронику и
вовсе не воспринял всерьез, посчитав ее чьей-то глупой шуткой. И только сейчас до него
дошло, что большая часть людей, в убийстве которых их обвинили, и в самом деле погибли
- от настоящих пуль, от натуральных взрывов. И что на них объявлена охота - не
киношная, когда тупые следователи понятия не имеют, что сделает в следующий момент
герой-преследуемый (зрителям из темного зала это становится ясно, разумеется, с первого же
взгляда), а если и стреляют, то исключительно мимо. Ну разве получит главный герой
эффектную царапину на щеке. И все они, преследователи, настолько омерзительны, что,
когда "добрый" герой расстреливает их одного за другим, на глаза зрителей наворачиваются
слезы умиления - так, мол, им, гадам, и надо.
А тут. Будет серьезная травля, облава, из которой не выскочить. Милиция это может -
если очень захочет. А она сейчас прямо-таки страстно желает поймать их и распять... За эту
девочку в белом, за парней, размазанных по стенке райотдела, за малышей, задохнувшихся в
дыму... Саша был уверен, что все показанное - правда. И действительно пылала школа, и на
самом деле обгоревший физрук до последнего выносил детей... После такого менты озвереют
- и правы будут.
- Как это вообще возможно? - спросила Лика. - Ведь это ж... Ну, Сашка на экране
- как живой. И Женька.
- Что тут странного? - пожал плечами Лигов. - Забыли, с кем дело имеете?
- А с кем?
Повторился эпизод с потерей дара речи и удивленным поднятием бровей - Саша все
собирался спросить Лигова, является ли его вполне человеческая мимика природной или это
всего лишь элемент декорации.
- Я же говорил - с далатианами...
- И?..
Дан вздохнул:
- Прям как дети... Доверчивые, в розовых очках. Ничего не знаете, абсолютно.
Далатиане - метаморфы. Особенность, присущая практически всем высшим организмам их
родины. Продукт жестоких мутаций. Их мир - весьма неприятное местечко. Когда-то они
довели его почти до гибели, но как-то все же выжили. Сейчас никто не может точно сказать,
являются ли их способности случайной мутацией или имело место целенаправленное
корректирование генома. Сами они хранят на этот счет молчание, а большинству остальных
это просто неинтересно. Они способны менять облик в очень широких пределах. Бессы,
конечно, управляют своим телом в большем диапазоне, но у них это касается только формы,
а далатиане не стесняются и с содержанием. Подражание - основа их натуры, хотя они
могут и творить... в определенных границах. Но чаще они предпочитают копировать реально
существующих... персонажей. Я абсолютно уверен, что за всеми этими видеокадрами и
свидетельскими показаниями стоят именно они. Просто никаких других объяснений этому
нет.
- Штерн говорил, что его природный облик практически мало отличим от
человеческого.
- Вы знаете, Александр, я даже не могу сказать, что он солгал. У далатианина нет
природного облика. На Далате гражданином может оказаться что угодно - дерево, мелкое
животное, куст у дороги... Хотя обычно они и в самом деле предпочитают гуманоидную
форму. Если по каким-то причинам вашему Штерну необходим определенный образ, он
может поддерживать его сколь угодно долго. Кстати, среди миров Ассамблеи далатиане
пользуются абсолютным первенством как... э-э... сексуальные партнеры.
- А почему? - задал глупый вопрос Женька.
- Неужели непонятно? Во-первых, потому, что они, имея возможность принять любую
форму, совершенно безразличны к внешнему виду партнера, и, во-вторых, легко принимают
тот облик, который более всего соответствует закрепившемуся идеалу. Вы - человек -
представить себе не можете просто потому, что в вашей жизни такого не бывает. Невозможно
сочетать в себе только идеальные черты, причем не абстрактно идеальные, а
соответствующие индивидуальному вкусу. Такое, поверьте, действует на любую дву- и более
полую расу совершенно убийственно, словами этого не передать. Имел место случай, когда
одна из рас, у которых сама возможность продолжения рода была напрямую завязана на
половое влечение, пыталась запретить въезд далатиан в свои миры. Поскольку их жители в
ста процентах случаев предпочитали метаморфов себе подобным.
- И получилось?
- Как сказать... Когда их население уменьшилось более чем вчетверо, они пошли на
насильственное выдворение далатиан с планеты, не останавливаясь и перед физическим
уничтожением. Обвинения в геноциде им удалось избежать только потому, что целой расе
попросту грозило вымирание.
- Знаете, Дан, - Александр откинулся в кресле, стараясь не облиться горячим кофе,
- с тех пор как вы появились на горизонте, на наши головы сыплются неприятности одна
круче другой. По всему получается, что за всеми этими покушениями, за объявленной на нас
охотой стоят либо наш любезный герр начальник, либо его родственнички. Ко всему
прочему, они еще и метаморфы... Убить их хоть можно?
- Быстро же вы привыкаете смотреть на мир сквозь прорезь прицела, - недовольно
поморщился Лигов. - Ну... можно. Тело далатиан не имеет жизненно важных органов, но
сильные травмы вызывают нарушение внутренней структуры и могут повлечь летальный
исход. Проблема в другом: вы никогда не будете знать, кто перед вами - далатианин или
другое разумное существо. Человек, к примеру.
- Неужели нет способов диагностики?
- Ну почему же, есть. Стационарный биосканер - размером примерно метр на два.
Есть и портативные - они поменьше, с небольшой чемодан. Более простая техника
отсутствует - далатианин копирует не просто внешний облик, он копирует и внутреннюю
структуру, которая, присутствуя, не несет функциональной нагрузки. Понимаете- всю
структуру. Запах. Пот. Выделения сальных желез. Если надо - даже перхоть. Это если
говорить о человеке. К примеру, сердце - оно будет биться, будет гнать кровь по сосудам,
но с тем же успехом может остановиться - самому далатианину это совершенно
безразлично.
- Значит, выявить далатианина мы не сможем? - Малой выглядел совершенно
потерянным. Его так, видимо, привлекала мысль поймать кого-нибудь из этих гадов и
разобраться "по понятиям", что теперь, получив от Дана ушат холодной воды на голову, он
просто сник.
Лигов отвернулся. Саша очень хорошо понимал многострадального аналитика Службы
безопасности, который вынужден был нарушать служебные инструкции одну за другой.
Случайно вмешавшись в разборки между саарт-клонами и людьми, он погружался в это
дерьмо все глубже и глубже, постепенно отрезая себе дорогу назад. Наверное, в психологии
Дана, который ни в коей мере не являлся представителем homo sapiens, было слишком много
человеческого - то ли изначально, то ли вошло в его психику за долгие годы работы на
Земле.
И теперь он метался, разрываясь между стремлением помочь людям, которые
сражались плечом к плечу с ним, и формальными требованиями какого-нибудь внутреннего
устава - или чем там в своей деятельности руководствуются работники Службы. Устав
требовал невмешательства. Чувства толкали на иной путь.
Трошину не хотелось давить на Дана. Хотя аргументов у него было более чем
достаточно - разве не саарты, нанятые метаморфами, убили его, Лигова, коллег? С другой
стороны, вполне возможно, подобный аргумент важен только для человека, но не для
представителя другой, пусть внешне и сходной, расы. В любом случае, решение Дан должен
принять сам - лишь тогда оно будет окончательным, лишь тогда не придется вытягивать из
него каждую каплю информации чуть ли не клещами.
А еще Саша подумал о том, что именно сейчас стоит выпить. За упокой. За упокой той
жизни, которую все они вели много лет - теперь она окончилась. Навсегда, и не поможет
уже никакая реанимация. Это только в фильмах, когда на главного героя охотится половина
полиции страны, он умудряется доказать свою невиновность... В реальной жизни такого, увы,
не бывает. Вряд ли им вообще дадут возможность сказать хотя бы слово - сразу откроют
стрельбу на поражение. Любой из ментов, пожалуй, предпочтет потом разбираться со
следователями, чем слушать посвященные ему лично траурные речи. После показанных
видеороликов не найдется ни одного человека, способного поверить в то, что все обвинения
сфабрикованы... Саша и сам бы не поверил в невиновность человека, увидев, как тот целится
и нажимает на спуск автомата...
Можно бежать - в глушь, в тайгу, в пустыню... Пожалуй, уйти за кордон не удастся,
обозленная потерями среди своих, милиция перекроет все пути так, что и комар не
проскочит. А если и удастся - что толку? У таких преступлений нет срока давности: он и его
команда, в которую теперь вошли еще трое, если не считать Лигова, обречены до конца
жизни быть дичью. Стоит ли жить, каждую секунду ожидая нападения? А если оно и впрямь
произойдет? Станет ли он стрелять в простых мужиков в погонах, искренне верящих, что
перед ними маньяк и убийца? А если нет... Сможет ли он, Александр Трошин, дать убить
себя; как быка на бойне - безропотно, без сопротивления? А если сможет... тогда стоит ли
жить в ожидании этого момента? Он видел мрачные лица товарищей - похоже, у них в
головах крутились сходные мысли. Саша поднялся с кресла, почувствовав вдруг, каким
тяжелым стало тело, принес из холодильника бутылку водки, предусмотрительно
оставленную там хозяином дачи, молча разлил по стаканам. Обвел тяжелым взглядом
присутствующих:
- Ну... за победу!
Он и сам не знал, что имел в виду. Одним махом влив в горло обжигающе холодную
жидкость, подумал, что тост получился странным. Победа? Можно победить врага, когда он
перед тобой. Даже когда врагов много - есть шансы. Но нельзя победить систему.
Дан, как и остальные, влил в себя водку, чуть сморщился. Может быть, на него оказало
действие спиртное, может быть, он более не мог выносить той тягостной атмосферы, что
пропитала, казалось, каждый кубический миллиметр этой комнаты... Но он вдруг с силой
припечатал стакан к столу и, не обращая внимания на треснувшее стекло, решительно заявил:
- Все далатиане, прибывшие на Землю легально, обязаны пройти контроль Службы
безопасности. У нас есть их генетические слепки. Я смогу определить далатианина, если он
окажется от меня на расстоянии хотя бы пары сдтен метров. Не обольщайтесь, оборудования
такого у меня нет. Оно было на основной базе в России, как и в других странах, где имелись
представительства СПБ. Ни одна из баз не отвечает на вызовы, но склады могут оказаться
целыми, во всяком случае, это не исключено.
- На базе наверняка засада, и туда придется пробиваться с боем, - спокойно заметил
Борис. Он не высчитывал вероятность такой ситуации, он просто констатировал факт.
Засада... Что ж, надо быть к ней готовыми.
- Согласен с вами, - кивнул Лигов. - Но, думаю, людей там не будет: далатиане не
рискнут привлекать внимание землян к технологиям Ассамблеи.
- Ну, други... - Саша легонько стукнул кулаками по столу. - Стало быть, воевать со
своей страной мы не собираемся. Остается решить, что мы реально можем сделать. Какие
будут идеи? Я предлагаю так... Штурмуем базу. Если все проходит успешно, пытаемся
проникнуть в "Арену". Там тоже возможна засада - или спецназ зря получает зарплату. И
там будут люди...
- Вряд ли, - заметил Лигов. - Вряд ли там будут люди... Но не думаю, что их
отсутствие облегчит задачу.
- Пусть так. Главное в другом: из здания конторы мы сможем уйти на пересадочную
станцию. Если, конечно, транспортная система не заблокирована... что не исключено.
Другого варианта я не вижу.
- Нужно найти Игоря и Нину. Их нельзя оставлять здесь...-проговорил Борис.
Саша обвел взглядом друзей. Никто не спорил, никто не выдвигал альтернатив. Все
понимали - другого выхода просто нет. Либо смириться с поражением, что совершенно
неприемлемо для Команды, привыкшей побеждать - пусть сейчас от нее осталось менее
половины, - либо бороться. Имея призрачную надежду сохранить жизнь и свободу.
Шансы? Шансы есть, хотя их и немного...
- Думаю, надо разделиться. - Борис почесал затылок. - Нам не стоит действовать
толпой. Петр, тебе, как я понимаю, известно, где сейчас Нина?
- Известно, - кивнул тот. - Вернее, было известно пару-тройку дней назад. Думаю,
она в безопасности, хотя утверждать наверняка не могу. Мой парень прикрывает ее,
насколько это возможно, но он... простите, до вашего уровня недотягивает. Не расцените как
комплимент.
- Почему же? Именно так и расценим, - усмехнулся Женька. - Спасибо, дядя.
- Я к тому, что отстреливаться в случае чего парень не будет. Во-первых, не из чего -
у него только шокер и газовик, во-вторых... Он по натуре топтун, а не боец. Хотя...
Втрескался в вашу длинноногую секретаршу он по самую маковку, - тут Петр бросил
взгляд в сторону Михаила и многозначительно хмыкнул, - так что теперь я даже и не знаю,
на что он способен пойти.
- У них надежная крыша? - поинтересовался Саша.
- Что сейчас можно считать надежным? - вопросом на вопрос ответил Петр. - Эти
вот наши хоромы вычислят не позднее чем к завтрашнему вечеру. Я к тому, что отсюда надо
линять, и побыстрее. А они... Ну, хату вряд ли легко проследить, но есть же еще и добрые
люди.
Последние слова он произнес с плохо скрытой издевкой. О да, по закону подлости
всегда получается так, что именно тогда, когда жизненно необходима массовая глухота и
слепота, обязательно найдется какая-нибудь зараза, желающая исполнить свой гражданский
долг. Да и, по большому счету, сейчас каждый обыватель рад помочь милиции - после всего
услышанного с голубого экрана.
- Хорошо. - Трошин был и оставался капитаном Команды, хотя теперь и довольно
разношерстной. Решения принимать ему - с этим никто не спорил. - Тогда делаем так.
Петро, ты занимаешься Ниночкой и этим твоим парнем. Парень не в розыске, поэтому
неплохо, если он окажется среди нас: человек, способный к свободному перемещению по
городу, нам будет очень полезен. Но выбор за ним. Объясни ему все детально - пусть сам
решит, стоит ли ему лезть в это дерьмо. И я тебя умоляю - не старайся представить все это
как приключение. Михаил, Гена и Лика, ваша задача - найти Игоря Вечанова. Время - до
завтрашнего вечера. Если не найдете - придется уходить без него. Долго мы уворачиваться
от преследователей не сможем. Есть пяток адресов, где он может быть, еще доберитесь до
Интернета - может быть, он вышел на связь. Если хоть раз включал телевизор - все поймет
и затаится, но наводку оставит. Мы берем на себя базу СПБ.
- Вот новость! - возмутилась Лика. - А почему это вы? Самые крутые?
Михаил только скривился. Вообще говоря, эту фразу собирался сказать он, девушка
опередила его буквально на пару мгновений. И теперь получалось, что он, крутой опер,
безропотно принял предложение остаться в арьергарде, а она - нежное создание - захотела
в самое пекло.
С тем, что на базе СПБ действительно ждет засада, Михаил был согласен. Слишком уж
очевидный ход - если, конечно, метаморфам известно, что сотрудник СПБ находится в
контакте с мятежниками. Скорее всего, известно - значит, надо предполагать худшее.
Вообще говоря, он свои возможности оценивал трезво. Если бы речь шла об уличной шпане,
он, Михаил Угрюмов, себя бы показал, но когда на сцену выходят пришельцы... Даже
Женька, мелкий и на вид тощий, даст ему сто очков форы. Да что там Женька - даже Лика...
- Во-первых, именно что крутые, - совершенно серьезно ответил Трошин. - Но не
это главное. Если бы ты внимательно смотрела передачу, то увидела бы, что основной упор
делался на меня, Бориса и Женьку. Портреты Михаила,. Петра, Гены и твой дали фоном - с
незначительными приметами. Тебе вообще просто: смени прическу, макияж и надень очки -
фиг тебя кто узнает. Парик, к примеру, нацепи... А вот нас с Женькой показали по полной
программе, и люди это запомнили. Я о том, что в поисках Игоря придется довольно много
передвигаться по городу, от адреса к адресу, и именно вам сделать это будет легче. И потом,
должен же кто-то знать Игоря в лицо? Да и он тебя узнает, думаю, в любом прикиде.
- Ладно, молчу... - вздохнула девушка. - Ты прав, капитан. Не спорю. А вы втроемто
справитесь?
- Вчетвером, - жестко заявил Лигов.
Саша почувствовал, как на душе, несмотря на сложность их положения, становится
легко. Дан сделал свой выбор и теперь пойдет с ними до конца. Может быть, он не такой уж
хороший боец, но без его знаний задуманный план обречен на провал.
- Спасибо, Дан, но все-таки втроем. - Неизвестно, умел ли Лигов читать эмоции по
глазам, но если умел, то понял всю степень признательности и дружеских чувств, которые
оставались невысказанными. - Ты сейчас наш стратегический резерв. Ты пока не в розыске,
тебя никто... ну, кроме далатиан, не ищет. Поэтому соваться под пули тебе не стоит. Нужно
находиться рядом - я просто уверен, что, если мы проникнем на вашу базу, в запасе у нас
будут считанные минуты.
Лигов склонил голову в знак согласия.
- Теперь следующее. Забудьте о машинах, в том числе и о такси. На дорогах сейчас
повальные проверки, рисковать не стоит. Забудьте об автобусах: пассажирам скучно, они
разглядывают соседей и могут вас узнать. Лучше пользуйтесь метро, там редко люди глядят
по сторонам - в переходах бегут, а в вагонах читают или дремлют...
- Прописные истины, - фыркнул Петр.
- Не спорю - считай, что просто напоминаю. Старайтесь не держаться в кучке.
Фраза получилась мрачной, но смысл все поняли правильно. Если задержат кого-то
одного, это будет очень и очень плохо, но двое других смогут, возможно, помочь. А вот если
возьмут всю троицу - никто не успеет прийти на помощь.
- Хорошо, принимается, - кивнул Петр, и Саша понял, что в тройке поисковиков
лидер именно детектив, который и продолжил деловито: - Тогда следующий вопрос.
Маскировка. С Ликой все понятно - женщинам не привыкать менять внешность. Миша, тебе
бы голову обрить...
- Не надо, - сказала вдруг Анжелика.
- Почему? - недоуменно уставился на нее Петр.
- Жалко, - она беспомощно улыбнулась, - такие волосы... Когда еще отрастут.
Сердце Михаила застучало вдруг с такой силой, словно решило выпрыгнуть из груди и
устроить прямо на столе бешеный танец. От счастья. Лицо запылало, он чувствовал, как
стремительно краснеет.
- А я с удовольствием "облысею", - сгладил неловкость Геннадий. - Откровенно
признаться, давно собирался, да все духа не хватало.
- Дан, когда мы сюда добирались, я тут круглосуточный магазинчик видела, в нем
всякую всячину продают, - затараторила Лика, стараясь не замечать красного, как после
бани, лица Михаила. - Я тут тебе списочек накидаю, надо будет кое-что купить. Клянусь,
никто нас не узнает.
Приготовления заняли не один час, и никому нормально поспать не удалось. Может
быть, перед началом активных действий это было и не слишком правильно, но выбор
отсутствовал. Зато результат того стоил.
Вполне вероятно, что Лика была отличной переводчицей. Очень может быть, что она по
праву занимала место в Команде. Но после того, что она сотворила с мужчинами, все поняли
- в ней умер поистине великий гример. Даже близкие родственники, наверное, не узнали бы
членов собственной семьи.
Бритый наголо Геннадий не просто не походил сам на себя, а олицетворял полную
противоположность сотрудника милиции. Добавить еще цепь в палец толщиной - получится
эдакий бычок, не настолько накачанный, как вошедшие в многочисленные анекдоты
"шкафы", но что-то довольно близкое.
Михаил вроде бы изменился мало, но мастерские штрихи, нанесенные рукой Лики,
сделали парня почти неузнаваемым. Под глазом - небольшой синяк, вроде бы не очень
свежий, на щеке - длинная царапина, неряшливо замазанная йодом. Создавалось ощущение,
что царапина воспалена - блестящее применение черного и красного карандашей. Еще одна
ссадина - в уголке рта. Посторонний человек запомнит чуть, скособоченный, чтобы не
будоражить ранку, рот и шрам.
Саша сменил масть - теперь он был мелированным, как зебра.
Больше всего до
...Закладка в соц.сетях
