Жанр: Научная фантастика
Арена
...ий, следует одна печальная вещь, - мрачно сказал Борис. -
Если Олег пользовался мобильником, мы сейчас едем на его похороны.
В село, где жила Олегова бабка и где мог, пусть теоретически, находиться он сам, они
приехали уже в сумерках. Найти нужную улицу не составило бы труда - село было не особо
большим - если бы они знали адрес. Но знали они только название населенного пункта:
Женька с трудом вспомнил, как Олег упомянул его в разговоре.
Говорили как раз о бабке. Олег рос без родителей, погибших давным-давно в
автокатастрофе, единственным родным человеком для него была бабушка. Родным - и
горячо любимым, несмотря на полное взаимонепонимание. В частности, Олег никак не мог
понять, почему бабушка упрямо не хочет перебраться из богом и коммерсантами забытой
деревеньки в благополучную Москву к любимому внуку. Тем более что внук собирался
обеспечить ей поистине царские условия. Однако его регулярные уговоры столь же
регулярно вдребезги разбивались о три волнолома - куры, огород, дом.
"Я здеся родилась, здеся и помирать буду, внучек, - вредничала старуха, о чем Олег с
горечью жаловался коллегам. - А город этот твой я не люблю. Шумно тама, и воздух
завсегда поганый, а то ли дело у нас!"
Насчет воздуха спорить, конечно, не стоило - разве можно сравнить вонь
автомобильных выхлопов со свежим, ядреным запахом навоза? Хотя самому Олегу выхлопы
были как-то все-таки ближе. Также он никак не мог уразуметь, чем французские корнишоны,
хрустящие и остренькие, хуже заготавливаемых бабкой огурцов, каждым из которых можно
было бы убить человека, не будь они такими вялыми. И очень удивлялся тому, что очередные
банки с теми же огурцами, привозимые им из деревни и безо всякой жалости отдаваемые на
растерзание приятелям, всегда шли "на ура".
Любой другой давно бы махнул на упрямую старуху рукой, но Олег не оставлял
попыток прийти к консенсусу, хотя без особого результата. Возможно, потому, что бабка не
знала такого слова, а если и знала, то искренне считала ругательным. Денег, которые
присылал или привозил внучок, вполне хватило бы на то, чтобы скупить половину местного
магазина вместе с вечно сонной продавщицей. Но бабка стойко горбатилась в огороде и
курятнике, чтобы каждый раз порадовать приехавшего внучка куриным бульончиком и
салатом "с грядки". Олег потом рассказывал друзьям, что если он что-то и ненавидит в
жизни, так это именно разнотравье, гордо именуемое "салатом", на котором прошло все его
детство.
Когда Борис спросил, в каком именно доме проживает Матрена, что Олегу Зинченко
бабкой приходится, старуха, к которой вопрос этот был обращен, шарахнулась от машины,
как будто в ней сидела стая прокаженных, и, мелко крестясь, метнулась к дому, поминутно
оглядываясь и бормоча что-то вроде: "Свят, свят..." Борис и Лика переглянулись - ничего
хорошего такая реакция не сулила.
Картина произошедшего вырисовалась несколько позже - уже после осмотра руин
почти дочиста сгоревшей избы и опроса местной малышки, все про всех знавшей и не
успевшей еще обрасти предрассудками. Дети, коих было тут не так уж и много, по
природному детскому любопытству, разумеется, видели если не все, то достаточно. Более
чем достаточно. К тому же удалось разговорить соседей, которые недавно беседовали с
милицией и теперь на контакт шли неохотно, но постепенно отмякли. Когда они поверили,
что приехали и в самом деле друзья Олега, а не какие-то там бандиты, то дело и вовсе пошло
на лад.
... Машины во двор Матрены приехали в полдень или около того, во всяком случае
солнце уже стояло высоко. Машин было две - одна синяя, вторая зеленая. Мелкий
пацаненок, не по возрасту складно строивший фразы, уверенно заявил, что одна из машин
была "Челоки", а вторая - "Патлул". Женька мрачно ощерился - обе машины "были до
боли знакомы. Из машин вышли люди, каковых было сколько пальцев на руке да плюс еще
немного - считать грамотный в плане иномарок пацан толком еще не умел, максимум до
трех. В общем, человек 7-8. Все они были в черных куртках, черных сапогах и белых штанах.
Почему-то эти белые штаны запали мальчонке в душу - на протяжении своего сбивчивого,
но переполненного подробностями рассказа он возвращался к ним раза три.
Когда люди в черно-белом двинулись к дому - они совершенно точно знали, какой
именно дом им нужен, - Матрена вышла на крыльцо и сварливо потребовала отчета, кой
черт им здесь надо. Один из незваных гостей сообщил, что им нужен Олег. Бабка пожала
плечами и мотнула головой на задний двор, где внучок как раз занимался работой творческой
и полезной для здоровья - рубил дрова. По крайней мере, она так думала. На самом же деле
Олег как раз зашел в дом и видел эту сцену в окно. Видимо, заметили и его.
"Человек", заговоривший с бабкой, не меняя выражения лица, выстрелил ей в живот из
пистолета, после чего вся компания открыла беглый огонь по дому. Стреляли не торопясь,
спокойно - из каких-то небольших пистолетов, похожих на игрушечные и почти не
издававших шума. Несколько минут спустя вся компания двинулась внутрь дома, чтобы
закончить начатое. Что происходило там, того свидетели, ясно дело, не знали, но о
последствиях поведали. Прошло довольно много времени, когда пришельцы покинули хату.
Их стало существенно меньше - двоих они вынесли на руках, и тела эти не подавали
признаков жизни. По свидетельству одного из дедов, старательно отравлявшего
окружающую атмосферу донельзя вонючим табаком, один из покойничков "брюхом курыл".
В ответ на просьбу пояснить столь странное сравнение дед охотно поведал, что тело прямтаки
натурально дымилось. Еще один шел сам, но ноги его плохо слушались... Уже у машины
один из черно-белых о чем-то спросил раненого, тот что-то ответил - слова никто не
разобрал, - после чего вопрошавший спокойно выстрелил ему в лоб. Загрузив трупы в
машины, черно-белые уехали. А еще несколько секунд спустя из окон избы показались языки
пламени. Соседи, убедившись, что страшные бандюги убрались, осмелели и принялись
тушить дом, однако толку в этом было немного - пламя разгоралось все сильнее, пока не
стало совершенно ясно - хату не спасти. Уже позже приехавшие на место происшествия
пожарные и милиция обнаружили среди развалин сгоревшей хаты труп человека. В его
принадлежности сложно было сомневаться.
Борис бросил хмурый взгляд на насупившегося Женьку и Лику, почти готовую
разрыдаться.
- Возвращаемся, - коротко бросил он.
ГЛАВА 7
- Интересные получаются дела... - Петр закурил, выпустил струю дыма и принялся
разглядывать кончик сигареты, как будто увидел его впервые в жизни.
Остальные двое молчали. После того как хозяину детективного агентства "Видок"
рассказали о странном убийстве, вдруг превратившемся в самоубийство, было выпито уже не
менее трех литров пива, однако разговор о деле так пока и не начался.
Против обыкновения Петр опоздал почти на полтора часа - такого он обычно не
допускал, особенно в тех случаях, когда сам называл время. Извиниться он и не подумал,
несмотря на то что Геннадий и Мишка буквально извелись, его ожидаючи. Зато явился не с
пустыми руками - заняты были обе, и груз оказался столь мил сердцу ментов, что те разом
простили гостю и задержку, и отсутствие извинений, и еще пару-тройку грехов авансом.
Пиво пошло "на ура". Взято оно было не в каком-нибудь занюханном киоске, а в приличном
месте - и ледяное и, что характерно, качественное.
Геннадий был знаком с Петром шапочно, поэтому только Мишка догадался, что у
Петьки, кроме двух сеток пива и кое-какой закуси, имелись еще и тузы в рукаве. В конце
концов, задержка имела место быть, и явно не ради заезда в магазин. По своему опыту он
знал, что силком из приятеля ничего не вытянуть - сам расскажет, когда сочтет нужным.
Судя по выражению лица, поведать ему очень даже было о чем.
И вот Петро наконец-то созрел:
- Как я понимаю, мужики, кто-то в ваших верхах крупно играет не на той стороне.
- Тоже мне - новость, - фыркнул Михаил. - Не берут только те, кому не дают.
Или те, кому дают непозволительно мало.
- Это ты себя имеешь в виду? - невинно поинтересовался Петр, легко поймал
брошенный ему в голову пакет с солеными сухариками, разорвал его и с блаженным видом
захрустел. - Ладно, шучу, не дергайся. Дело в следующем. Вы, ребята, охрененно мало
знаете.
Он извлек из кармана плотно набитый конверт, а затем еще и лист бумаги, который тут
же выложил на стол. Нельзя сказать, что этот лист содержал много информации. Всего лишь
одиннадцать коротких строк, отпечатанных на принтере и аккуратно занумерованных.
Напротив некоторых из них имелись пометки, сделанные карандашом.
1. Александр Трошин
2. Наталья Свирчук
3. Станислав Свирчук
4. Евгений Жданов
5. Борис Круглов
6. Анжелика Стоянова
7. Игнат Жидко
8. Игорь Басов
9. Игорь Вечанов
10. Олег Зинченко
11. Нина Веремейчик
- Это кто? - поинтересовался Геннадий, который еще не так глубоко влез в
Мишкины проблемы.
- Это, капитан, перечень сотрудников небезызвестной вам фирмы "Арена". Во главе
стоит хорошо нам знакомый Сашка Трошин... Ты, капитан, его знаешь?
- Наслышан, - кивнул Одинцов.
- Гарно... Стало быть, слушайте новости. Итак, Наталья и Станислав Свирчук. Убиты
в собственной квартире, явно оказывая сопротивление. Свидетелей, достойных внимания,
нет. Я думаю, эту кретинскую бумажку насчет суицида мы рассматривать всерьез не будем.
Разве что для осознания картины в целом. Идем дальше. Трошин находится в отлучке, по
моим сведениям, некоторое время назад он активно посещал турфирму "Круиз-Люкс",
причем вместе с супругой.
- Ты что, наружку за ним пускал? - нахмурился Одинцов. - А ты в курсе, что это...
- Незаконно? В курсе. Не перебивай. Так вот, весьма вероятно, что в городе его, в
смысле Трошина, нет. Евгений
Жданов и Борис Круглов, по моим сведениям, уехамши. Типа на охоту. Когда будут в
городе, неизвестно. Это пока цветочки. А вот и ягодки - самые свежие, так сказать, с куста.
Михаил чуть заметно поморщился. Если на Петра накатывал словопонос, он мог
трепать языком часами и страшно обижался, когда его вежливо (поначалу) просили
заткнуться. Видя, что Одинцов уже почти готов пойти на такой неразумный шаг, Мишка,
поймав взгляд Геннадия, покачал головой и, улучив минутку, приложил палец к губам -
молчи, мол.
- Следующая в списке у нас Стоянова. Кто не знает - девушка видная, хотя, на мой
взгляд, излишне перекачанная. - С этими словами Петр достал из конверта несколько
фотографий и протянул собеседникам.
Михаил впился взглядом в снимки, чувствуя, как на сердце становится неспокойно.
Снимки были отменные: ребята из "Видока" давно пользовались новейшими
скрытоносимыми цифровыми фотоаппаратами, на которые Петр денег не жалел.
Со снимка смотрела настоящая красавица. Может быть, кто-то нашел бы ее плечи
чрезмерно широкими, скулы - слишком ярко выраженными, а губы - излишне пухлыми,
но Миша видел перед собой ЕЕ. Идеал. Мечту. Он едва не задохнулся! Пальцы вцепились в
фотографию с такой силой, что Генке пришлось толкнуть подчиненного в бок, чтобы
получить возможность и самому взглянуть на шестую в списке.
- Ничего киска.
- Позавчера на ее хату было совершено нападение. Суть в следующем... В сводки сам
факт, конечно, попал, но без деталей. Замок в двери выжгли автогеном. Хозяйка... или кто-то
еще - в это время была дома.
- Жива? - выдохнул Михаил, хватая приятеля за рукав. - Жива?
Петр некоторое время задумчиво смотрел на старого знакомого, как будто его не
узнавая. Затем перевел взгляд на снимок, который Мишка успел отобрать у Одинцова и
теперь прикрывал ладонью, явно не намереваясь возвращать его владельцу, потом снова на
опера...
- Мда-а... мои соболезнования. Да жива она, жива... Наверное. Тела, по крайней мере,
в квартире не обнаружено. Ни ее, ни каких-либо других. Но мужики из тридцать седьмого
отделения, что хату осматривали, сказали, что там была бойня. Стены избиты пулями, как... в
тире. И трупы там были: крови кругом - море. Но сейчас их нет - кто-то позаботился.
Дивчина эта, по предварительному заключению, ушла на своих ногах. То есть второпях
сложила шмотки и испарилась. Теперь по поводу стрельбы. Стреляли в квартире в основном
из пистолетов, пули калибра 9 мм - вам это ничего не напоминает? И это еще не все. В
коридоре, из косяка соседской двери, коллеги выколупали одну пульку. Забавная такая, я вам
скажу... Редкая, можно сказать, пулька.
- Не томи... - почти прохрипел Михаил.
- Выпущена из бесшумной снайперской винтовки СВ-99.
- Экспертиза дала заключение так быстро?
- Эксперты тоже люди, - безапелляционно отрезал Петр. - И, как все нормальные
люди, они любят хорошую водку. Особенно когда ее много.
Он вскрыл банку с пивом, присосался к ней, когда последние капли скатились в глотку,
шумно рыгнул и потянулся за сухариками:
- Но я, с вашего позволения, продолжу. Следующий в списке - гражданин Жидко.
На стол упали новые фотографии.
- Стоп... Жидко, Жидко... Я ведь слышал эту фамилию, причем недавно, - дернулся
Одинцов, отчаянно пытаясь вспомнить. - Точно слышал, только где?..
- Оперативная сводка за 22-е число.
- Блин, точно! Убийство, типичная заказуха - наверняка висяк. Мужику всадили
маслину в затылок в темном переулке.
- Аппетитную такую маслину, 9 мм, оружие не идентифицировано, - вскользь, как о
чем-то маловажном, заметил Петр.
- Твою мать... - ругнулся Одинцов. - Ты-то откуда знаешь?
- Оттуда... Все эти люди находятся в сфере моих интересов, - пожал плечами Петр
и, покосившись на Михаила, вполголоса добавил: - А тут кое-кто, похоже, не понимает, что
работа в две смены всем личным составом - в ущерб остальным заказам - стоит
охрененных бабок. И вообще, капитан, если ты намерен меня перебивать после каждого
слова, я никогда не закончу.
- Господи, ты еще не закончил? - оторопел Михаил. - Это не все?
- Я, позвольте заметить, дошел всего лишь до седьмого номера в списке. Теперь, с
вашего позволения, двинусь дальше. Итак, номер восьмой - господин Басов. Погиб
вследствие пожара в квартире. Прошу обратить внимание: квартира на втором невысоком
этаже. По мнению следствия, был в синьку пьян, уснул с сигаретой - как следствие,
квартира выгорела дотла. Труп опознан.
- Что, так на самом деле и было? - почти зная, каким будет ответ, поинтересовался
Одинцов. На этот раз Петр милостиво не заметил, что его прервали, и ответил без кривляний.
- По бумагам. Случай клинически похож на ваш. Замена заключений экспертов,
подлог документов. На самом деле - шесть пулевых ранений в область груди, один - типа
контрольный - в голову. Если он с дыркой промеж глаз курил в постели...
- Откуда ты все это знаешь? - взвыл Одинцов, потеряв остатки терпения. - Твою ж
налево, это все ж материалы следствия, они ж от таких, как ты, закрыты напрочь! Должны
быть!
- Видишь ли, Гена, существует бо-о-ольшая разница между тем, что должно быть, и
тем, что есть на самом деле, - философски ответил Петр. - Большая часть этих материалов
должна бы лежать в делах, а они оттуда изъяты по указанию с самого верху. Кто-то очень
старательно заметает следы, даже не задумываясь о том, что имеются десятки людей, каждый
из которых знает пусть небольшую, но существенную частичку общей картины. А откуда все
это известно мне? Во-первых, у меня хорошие связи. Во-вторых, у меня есть бабки, и я умею
находить тех, кому эти бабки нужны.
Он некоторое время помолчал, занятый пивом, затем добавил ставшим неожиданно
жестким голосом:
- И в-третьих... блин, в конце концов, мы делаем одно дело, только с разных сторон.
Что, разве нет? Согласись, капитан. Ты хочешь взять за яйца банду, которая мочит людей?
- Хочу, - сухо ответил Одинцов. - В соответствии с законом.
Петр взорвался, постепенно переходя от повышенного тона на самый натуральный
крик:
- В соответствии с законом, ядрена вошь, ты будешь ловить их до второго
пришествия. Что, думаешь, я ушел из ментуры и забыл всю вашу кухню? У вас один отдел
никогда толком не знает, чем соседи занимаются! Четверть заявлений не принимается просто
потому, что никто не хочет подпортить свою статистику! Думаешь, кто-то огорчился-, что
контрольный в голову прошел как след от сигареты? Хрена с два! Ведь был бы
стопроцентный висяк, почти верная заказуха... У вас за год сколько заказных раскрыли?
Можешь не отвечать - не надо, у меня все цифры есть.
- Вы еще подеритесь, горячие финские парни, - вставил Михаил строчку из
популярного (и порядком набившего оскомину) фильма. - Генка, отцепись от человека. Ты
что, первый раз замужем? Когда это частники шли в ногу с законом? Они ж тогда ноги
протянут. С голодухи.
- И протянем, - согласно кивнул Петр, постепенно остывая. - Ладно, продолжаю.
Щас, только горло промочу... Я с вами, блин, к утру голос потеряю. Что там у нас? Ага,
номер девятый - Вечанов. Что за фамилия у мужика - болгар, что ли? По паспорту
русский... Суть в том, что мы его потеряли. В квартире не появляется, на работе,
соответственно, тоже. По сводкам не проходил - этот вопрос мы контролируем. Его пока
оставим в покое. А вот номер десять - некий Зинченко... Это, мужики, пожалуй, самый
интересный случай.
- Почему?
- Потому что имеется целая куча свидетелей. Я когда почитал, первой мыслью было
свернуть на хрен всю работу, закрыть контору и махнуть на пару-тройку недель куда-нибудь,
где море и пальмы. В общем, слушайте...
Гости появились в туристическом агентстве "Круиз-Люкс" в середине дня, когда
клиентов не было и в помине. Обычно первые потенциальные туристы объявлялись здесь к
вечеру - как правило, не слишком роскошно одетые девчонки, парами или в компании
парней, с тоскующими взорами. Бывали здесь и небогатые на вид дамочки постарше, с
мужьями. И те, и другие выбирали заграничный тур долго, вдумчиво, в основном по правилу
левой руки. Есть такая шутка среди продавцов всех видов и мастей - это когда в прайслисте
закрываются названия и описания товара, а выбор делается исходя из доступности
цены. Соответственно, правило правой руки - это когда аналогичным образом закрываются
цены. То есть клиенту на цены плевать, он точно знает, что ему надо, и намерен свое
получить, невзирая на сумму.
Разумеется, последних уважают гораздо больше - от таких клиентов доход куда выше.
По сути, отправить пятерых в Болгарию или одного в пятизвездочный отель на Гавайях,
стоит одинаково, но туроператору в последнем случае надо гораздо меньше напрягаться. Те
же, кто победнее, способны в погоне за экономией полусотни долларов довести оператора до
белого каления, а потом, после поездки-, еще и заявляют кучу претензий, как будто им
обязаны были обеспечить поездку по высшему разряду.
Впрочем, богатые клиенты тоже запросто могли наехать. Причем их наезд вполне мог
оказаться куда ощутимей, чем возмущенные вопли какой-нибудь клуши, чей номер, как
оказалось, выходил окнами не на море, а на порядком загазованную автостоянку. Или что
обещанные сто метров до пляжа, при ней вымерявшиеся по карте, фактически проходили по
частной территории, куда доступ посторонним запрещен в принципе. И бедной клуше до
вожделенного, порядком загаженного, городского пляжа пришлось добираться в обход
(минут сорок по жаре). От таких разъяренных фурий вполне можно откупиться двумя-тремя
заокеанскими червонцами, посетовав на безответственность принимающей стороны и пустив
слезу по поводу того, что не только в нашей родной стране вечный бардак... А уж если наедут
крутые... Тут десяткой не отделаешься, и душещипательные беседы не помогут.
Впрочем, богатые клиенты обходили "Круиз-Люкс" стороной. Это только последние
"совки" искренне верят, что раз офис не блещет крутой кожаной мебелью, мраморными
полами и нет в нем длинноногих девочек-операторов, значит, и цены поскромнее. Ну, цены,
возможно, и поскромнее, зато шуточки со "ста метрами до пляжа" в таких заведениях
случаются куда чаще. Так что, если вам предлагают "незабываемый отдых", всегда стоит
уточнить, а есть ли, допустим, в номере кондиционер? Поскольку пару недель на
сорокаградусной жаре без кондиционера и в самом деле не забыть никогда.
Буквально за полгода работы на фирме Максим научился совершенно точно определять
с первого взгляда, пришел ли клиент по делу или так, на проспекты поглазеть, готов ли он
платить или для принятия решения ему требуется чуть ли не полгода, и вообще - стоит ли
изображать радушие или надо сухо послать клиента на три всему миру известные буквы
короткой фразой "простите, но сейчас у нас обед".
Четверо людей, вошедшие в крошечный офис агентства, состоящий из трех комнат
переоборудованной для этих целей квартиры, не просто не понравились Максиму. Он
почувствовал, как по спине пробежали холодные мурашки, а руки вдруг вспотели настолько,
что протянуть мокрую, ладонь для рукопожатия было бы верхом неприличия.
- Прошу прощения, мы сегодня не работаем, - подал он голос, не вставая с места.
Секретарша шефа - немолодая клуша, пившая уже третий с утра кофе, - бросила на Макса
короткий недоумевающий взгляд, но тут же потупилась, не издав ни звука и уткнувшись в
чашку с грубо намалеванными на ней яркими, вульгарными пальмами. В отсутствие шефа
рулил всем именно Макс - она это знала и встревать не в свое дело не собиралась. За что ее,
кстати, шеф и ценил.
Гости - внешне до странности похожие мужчины, все на вид лет тридцати пяти -
коротко переглянулись. Затем один из них встал у двери, а второй двинулся к столу.
- Я же говорю - мы сегодня не работаем, - предпринял Макс еще одну отчаянную
попытку. - Там на двери объявление висело. Или опять мальчишки сорвали?
Наличие или отсутствие мифического объявления, похоже, ничуть не волновало гостей.
Вздохнув и изо всех сил попытавшись отогнать дурные предчувствия, Макс оглядел четверку
оценивающе, как потенциальных клиентов. И волнение захлестнуло его с новой силой -
было очевидно, что никто из них не собирался заказывать зарубежную поездку.
- Ладно, я вас слушаю, - тоном оторванного от чрезвычайно важного занятия
человека спросил Макс, когда хмырь в черной коже остановился прямо перед ним.
- Александр Трошин, - произнес тот без всяких интонаций.
- Очень приятно, - изобразил улыбку Макс, не обративший внимания, что
навязчивый мужик назвал имя и фамилию его бывшего одноклассника. - А меня зовут...
- Как тебя зовут - не важно, - все так же монотонно произнес мужик в черном. -
Александр Трошин. Он был здесь. Где он.
В последней фразе напрочь отсутствовали вопросительные нотки, и все же это был
именно вопрос. До Макса постепенно начало доходить, что эти "близнецы" ищут Сашку.
Конечно, разглашать информацию о клиентах было нельзя, но... Но Сашка наверняка не
захочет оплатить поломанную мебель и выбитые окна - почему-то Максим подозревал, что
дело вполне может этим закончиться, если он откажется "давать показания". Но попытаться
соблюсти приличия он все-таки должен.
- Простите, но мы не имеем права предоставлять такую информацию.
"Черный" молча извлек из кармана вороненый пистолет - небольшой, напоминающий
обычную игрушку - и, не говоря ни слова, выстрелил в Эмму Сергеевну. Женщину
отбросило на прибитые к стене полочки с цветами - предмет ее гордости и неустанной
заботы. Вниз посыпались горшки, блюдца, и среди всего этого разгрома, чуть подергавшись,
замерла женщина с пробитой навылет головой.
Затем убийца неторопливо повернулся к вжавшемуся в кресло Максу, побелевшему, с
вытаращенными глазами и прилипшим к внезапно пересохшему нёбу языком.
- Александр Трошин. Где. Отвечай:
Губы дрожали, язык никак не хотел правильно издавать звуки, но постепенно
способность говорить вернулась. Максим, заикаясь и путаясь, ответил на все заданные
вопросы - куда и когда улетел Трошин, в каком отеле остановился, когда и каким рейсом
будет возвращаться. Он просто горел желанием выложить все, любые подробности, любые
детали в слабой надежде, что его оставят в живых.
Только когда бандиты собрались уходить, Макс взглянул в дуло направленного ему в
голову пистолета и пожалел о своей словоохотливости. Он понял, что крупно подставил
Сашку и его жену. И даже мысленно попросил у них прощения. Еще он пожалел, что не взял
отпуск, хотя шеф предлагал и Эмма советовала не тянуть резину - все равно летом не дадут.
А больше он ни о чем подумать не успел...
С утра все начиналось вроде бы как обычно. Солнце традиционно жарило, ветер если и
дул, то где-то далеко от Хургады. Благодатный край - по крайней мере, для туристов. Это
вам не Европа, где две недели поездки вполне могут обернуться двумя неделями дождей, а то
и потопом. В последние годы погода вообще перестала уважать людей, обрушивая на них
одно стихийное бедствие за другим. Но только не здесь. В Хургаде, по статистике, на год
приходится 3-4 дождливых дня, но статистика - на то и наука, чтобы нагло врать с честным
выражением лица. Глядя на эту жару, на море, для которого выражение "вода - как парное
молоко" было слишком мягким, Саша вообще сомневался, что здесь могут идти дожди.
Только вчера они вернулись из поездки в Каир. Ночи оказалось достаточно, чтобы
вернуть себе хорошее настроение, порядком подпорченное экскурсией. Дорога была
довольно тяжелой: десять часов в автобусе, пусть и оборудованном кондиционером, -
удовольствие ниже среднего. И сам Каир не произвел того впечатления, какое ожидалосьпирамиды,
сфинкс, руины... К тому же сфинкс был забран в леса и выглядел как-то слишком
уж заурядно. Ну, а отель, в который их поселили на ночлег, оказался самым натуральным
пятнадцатиэтажным сараем - с драным постельным бельем, нищей кухней и
откормленными тараканами размером с кошку, один вид которых наводил ужас.
Поэтому большая часть группы, купившаяся на идею сфотографироваться рядом с
пирамидой Хеопса, была разочарована и свое разочарование переносила, естественно, на
ближайший доступный объект, каковым оказалась ни в чем, в общем-то, не виноватая
девушка-гид. И только в стенах своего сияющего чистотой отеля, отведав отменного ужина,
где не приходилось
...Закладка в соц.сетях
