Жанр: Научная фантастика
На пути в рай
...ы о них не позаботился! Ты позволил, чтобы они
голодали.
И я понял, что забыл накормить не только котенка. Забыл накормить своих друзей. И
невольно произнес:
- Я... не знал. Не знал, что должен был заботиться о них.
Я вскочил. Глубокая ночь. Завала уснул за своими рисунками, он тихонько храпит.
Сердце мое бешено колотилось, лицо покрыто потом. Этот сон встревожил меня сильнее
любого кошмара. Я пытался осмыслить его значение, вспоминая подробности.
Сосредоточился на девочке с бледным лицом и темными глазами, которая
появляется во многих моих снах. Может, я видел ее на ярмарке у своего киоска? Или
просто это соседский ребенок? Я долго думал и убедил себя, что она - дочка соседей,
которые жили в доме ниже по улице. Но дом, в котором она жила, я не мог вспомнить.
Впрочем, должно быть, я видел, как она ходит по утрам на ярмарку.
Я закрыл глаза и попытался вспомнить ее во всех подробностях. И сразу в моем
сознании возник ее образ. Она стояла передо мной, держа серо - белого котенка,
протягивала его, чтобы я мог взять его в руки.
- Он немного одичал, - сказала она. - Ты о нем позаботишься?
Образ казался очень живым и вполне достоверным, но я знал, что не видел котенка
до того дня, как вернулся домой и смотрел, как Флако и Тамара бросают ему на крышу
мяч. Очевидно, сон примешался к моим воспоминаниям. Так как в одном и том же сне я
увидел девочку и котенка, подсознание связало их.
Я отогнал эту мысль подальше и попытался вспомнить имя ребенка. Оно крутилось
на языке, и я был уверен, что осталось только произнести его. Голова готова была
разорваться от усилий вспомнить. Это казалось мне необыкновенно важным.
- Татьяна, - произнес я вслух в порыве вдохновения. И понял, что назвал верное
имя. Девочку зовут Татьяна. Я обрадовался, но чем больше думал, тем больше сознавал,
что ничего не могу вспомнить, кроме ее лица. "Ты сумасшедший", - подумал я, но тем
не менее поздравил себя с тем, что нашел имя для посетительницы моих снов.
Утром одиннадцатого дня я проснулся от движения в комнате: люди передвигались
в темноте, шелестели кимоно. Завала сидел на полу, скрестив ноги, перед своим
листочком бумаги. Лицо его говорило об истощении, глаза остекленели от бессонницы и
болеутоляющих, которые я ему дал. Он негромко и хрипло напевал, и звуки его пения
напоминали шум ветра в сухой траве.
Перфекто и Мавро стояли у двери, напряженные, в ожидании нападения. Мавро
завязывал оби - пояс своего кимоно, - держа деревянный кинжал в зубах. Эти ножи -
по существу всего лишь заостренные палки, каждая в полметра длиной, резать ими нельзя,
но колоть можно. Абрайра одевалась в крошечном туалете. Все они старались дышать
медленно, но дыхание вырывалось неровно. Я почувствовал, как у меня самого грудь
сжимается в ожидании схватки.
Я соскользнул с койки и поправил свое кимоно. Достал нож из ножен на запястье.
- Что происходит? - спросил я, подойдя к Завале.
- Мы не можем спать, - ответил мне Перфекто. - Значит, люди Люсио тоже не
могут спать. Они скоро будут здесь.
- Откуда ты знаешь? Мавро сказал:
- Я только что вызвал по комлинку дежурную сестру. Она сообщила, что сейчас
Люсио осматривает врач. Через десять минут Люсио выйдет из лазарета.
Эта новость подействовала на меня сильнее, чем я ожидал. До сих пор стычка с
Люсио казалась только вероятностью, не больше. Теперь же она оборачивалась
неизбежностью. Сердце мое забилось в неожиданном приступе паники.
Из туалета вышла Абрайра.
Завала поднял свой рисунок, чтобы мы могли его видеть: Люсио и его люди, каждый
изображен с мельчайшими подробностями, как на эскизе архитектора, и у каждого
множество ран. Ножи в животе, ножи в горле, ножи в лице. Не отрывая взгляда от
рисунка, Завала порылся во внутреннем кармане кимоно и достал зажигалку Мавро. Он
запел громче, вытянул руку с рисунком, свою человеческую руку, и поджег рисунок.
Пламя лизало его пальцы, но он держал листок, пока тот не превратился в пепел. Пальцы
дымились, дыхание его участилось, но рука не дрожала, и он держал рисунок твердо, пока
тот не превратился в черный пепел, по которому ползали огненные черви. Потом
механической рукой Завала смял сгоревший листок.
- Нужно действовать быстро, - сказал он, - пока заклинание сохраняет силу. -
Взгляд его сделался твердым, киборг вскочил и уже через мгновение держал в руках нож.
Перфекто побежал в туалет и помочился. Мавро стал у входа в туалет и зашел туда,
когда вышел Перфекто. Я понял, что мне тоже нужно помочиться, и занял очередь.
Абрайра начала заправлять свою постель. Она делала это быстро, давая выход
нервной энергии. Заговорила скорее с собой, чем с нами:
- Как только будем готовы, я думаю, нужно идти по коридору и вниз, на второй
уровень. Выше они не пойдут. Не давайте спуску этим mamones. Режьте их быстро, как
будто вы режете скот и вам платят за каждую голову. Потом сразу уходите.
- Ты правда думаешь, они придут? - спросил Завала. Он раскрыл дверь и
выглянул в коридор.
Блеснуло что-то белое, звякнул металл. Человек в белом кимоно, перевязанном
вместо оби цепью, крикнул:
- Подарок от conquistadores* [Конкистадоров (исп.)]! - и просунул в дверь
металлическую трубу.
Завала упал, труба торчала в его животе. Человек, ударивший Завалу, - его звали
Самора - повернулся и побежал. Абрайра метнулась к двери, готовая преследовать врага.
Самора взмахнул второй трубой. Абрайра попыталась увернуться, но металл все же задел
ее по голове, и она упала.
Я бросился ей на помощь, а Самора убежал к лестнице, прежде чем я успел
выскочить в коридор. Я подхватил Абрайру. Глаза закатились, виден только белок.
- Все будет в порядке, - прошептал я. - Мы с тобой.
Мавро начал браниться. Он поставил Завалу на ноги, и тот обеими руками схватился
за трубу, торчавшую из его живота. Немного светлой жидкости, смешанной с кровью,
вытекло из ее конца, словно кто-то забыл закрыть кран. Лицо Завалы побледнело, он не
отрывал рук от трубы.
- Нужно отнести его в лазарет! - сказал Мавро и повел Завалу к лестнице.
Перфекто пошел следом.
Я посмотрел вдоль коридора. Люди Люсио будут ждать у лестницы, и, когда мы
будем спускаться мимо их уровня, они нападут. Я был уверен в этом. Они ударили Завалу,
просто чтобы завлечь нас в ловушку. Ведь Люсио объявил Поиск, он не будет
удовлетворен только тем, что ранил Завалу. Одновременно со мной опасность положения
поняли Мавро и Перфекто.
- Подождите, - сказал Перфекто. - Я схожу за помощью! - Он подбежал к
ближайшей двери и постучал. Оттуда выглянул самурай, они заговорили.
Я успокаивал Абрайру и смотрел на ее лицо. Когда я обращался к ней, ее глаза не
двигались. Зрачки так расширились, что готовы были, казалось, поглотить весь свет. Я
забеспокоился: похоже, она серьезно ранена. Повернул голову, чтобы осмотреть рану. На
затылке, у основания черепа, сразу над черепной розеткой, набухал темный синяк.
Квадратная платиновая розетка сдвинулась в сторону, из - под нее вытекала струйка
крови. Я осмотрел устройство и обнаружил, что плавающая решетка сместилась вперед.
Это обычная проблема: в розетке у основания черепа имеется подвижная маленькая
решетка; когда подключаешься к терминалу компьютера, она продвигается вперед и
перекрывает поступление импульсов от нервной системы в мозг. И вместо нее импульсы
посылает компьютер.
Удар продвинул решетку вперед, и теперь Абрайра в сознании, но никаких
импульсов извне не получает. Она слепа, глуха и полностью анестезирована. Я попытался
вправить розетку и поставить решетку на место.
Мимо нас пробежали несколько самураев вместе с Перфекто. Они подхватили
Завалу и понесли его к лестнице с большим шумом и суетой. Коридор заполнился
любопытными японцами. Все в синих кимоно, у многих влажные волосы - они
прибежали прямо из ванны.
Сквозь толпу пробился Кейго и склонился к нам.
- Что случилось? - спросил он.
- Люди Люсио нарушили перемирие, - ответил Мавро. - Эти трусы напали на
нас!
Кейго насупил брови. Рявкнул:
- Они нарушили клятву? Солгали мне? Эти люди не знают чести! - Он вытащил
меч и перешагнул через Абрайру. Его мимика - насупленные брови, выражение
отвращения на лице - казалась преувеличенной, не соответствующей происшествию,
словно он - плохой актер, играющий рассерженного человека. Я приметил эту
особенность у всех самураев: обычно они казались совершенно невозмутимыми,
лишенными эмоций, но когда все же проявляли их, обнаруживалось, что чувства
полностью подчиняют их. Кейго зашагал по коридору с таким выражением, словно
собирался тут же истребить Люсио и его людей. Мавро закричал:
- Подожди, хозяин! - Кейго повернулся и взглянул на нас. Самым покорным
тоном Мавро попросил: - Хозяин, люди Люсио уже трижды нападали на нас. Позволь
нам убить этих собак.
Кейго дал согласие:
- Хай!
Мы втащили Абрайру в свою комнату и с помощью деревянного кинжала поставили
на место розетку переговорного устройства. Женщина немедленно пришла в себя, и мы
рассказали ей о договоре Мавро с Кейго. Абрайра обрадовалась возможности отомстить.
Перфекто вернулся с трубой, которой Самора ударил Завалу. Она была заострена на
конце.
- Завала ранен не тяжело, но при теперешнем повышенном тяготении швы
находятся под напряжением, и ему придется несколько дней провести в постели.
Абрайра пожала плечами.
- Значит, придется убить людей Люсио без него. Но прежде всего мы должны
знать, где они.
Перфекто и Мавро принялись связываться с друзьями, предлагая за сведения остатки
наших сигар. Через три минуты они получили ответ:
- Васкес говорит, что только что видел их в коридоре третьего уровня, возле душа:
они спорили, напасть ли немедленно или подождать, пока мы нападем на них.
- Попроси Васкеса сказать им, что он видел, как мы прошли в лазарет, -
предложила Абрайра.
Мавро поторговался с Васкесом насчет цены предательства, сговорившись на
двадцати сигарах. Васкес сказал, что позицию нужно занять через минуту.
Мы побежали к лестнице и спустились на два уровня. Перфекто прошел по коридору
в противоположную от лазарета сторону. Было полутемно, по расписанию еще
продолжалась ночь. После недавнего шумного смятения тишина вокруг казалась
странной. Мы дошли до пересечения этого коридора с кольцевым, который ведет вокруг
корабля, и затаились в нем. Только Перфекто оставался снаружи. Он смотрел на лестницу,
ожидая появления людей Люсио.
Ждали мы несколько минут. Шесть раз Перфекто прятался, когда кто-то
показывался на лестнице, поднимаясь с четвертого уровня. Мавро предупредил:
- Я убью первым, - и осмотрелся, не возражает ли кто. Никто не возразил. - Я, -
нервно продолжил он, - надеюсь, тут кто-нибудь сумеет вытатуировать серебряную
слезу. - Он уже думал о третьей слезе у себя на щеке.
Перфекто в седьмой раз, прячась, отдернул голову. Он взглянул на нас и начал
считать, чтобы дать возможность людям Люсио подняться выше по лестнице. Кто-то
открыл дверь в коридоре между нами, послышался смех. Перфекто перестал считать.
Люди Люсио на лестнице будут следить за открытой дверью. Они остановятся.
Но вот Перфекто снова начал отсчет, молча кивая головой, и неожиданно
оттолкнулся от стены, гулко выдохнув. Мавро последовал за ним, дальше я. Перфекто уже
находился на полпути к лестнице, он неслышно бежал босиком.
Трое в белых кимоно вышли из спальни. Они еще смеялись, когда Перфекто
пробежал мимо них. Один из них с восклицанием удивления отскочил назад, дав мне
возможность увидеть лестницу.
Там находился один человек - химера по прозвищу Бруто. В левой руке он держал
заостренную трубу. От лестницы отходило шесть коридоров, и он пытался следить
одновременно за всеми. Шея его была сейчас неестественно вывернута, он заглядывал
себе за спину. Бруто заметил Перфекто и прыгнул с лестницы, разворачиваясь, чтобы
встретить нападение лицом.
По лестнице вслед за Бруто поднимался Люсио. Он не мог вовремя присоединиться
к схватке. Понял это и скользнул вниз.
Перфекто встретился с Бруто, они остановились на расстоянии вытянутой руки. Но
положение Бруто было менее выгодным. Он угрожающе выставил свою трубу, правая
рука развернулась для удара. Это нарушило его равновесие. Перфекто танцевал, наносил
ложные удары, стараясь отвлечь Бруто, заставить его сделать выпад, и тут же отскакивал.
Бруто отдернул руку с трубой, готовя ложный удар, потом передумал и не стал этого
делать. В момент его нерешительности Перфекто прыгнул вперед, мелькнул кинжал.
Казалось, Перфекто не попал. Бруто продолжал стоять на месте. Но вот он застыл,
глядя прямо перед собой и чуть вверх. Он казался смущенным, ошеломленным, и тут из
сонной артерии брызнула кровь. Словно вода из шланга. Кровь обрызгала стену, и Бруто
повернулся и посмотрел на нее удивленно.
Второй поток крови ударил правее, потому что Бруто повернул туда голову. Он
сделал шаг вперед, как будто хотел поймать хлынувший поток. Поднимая ногу, он
проделал это движение невероятно грациозно, словно танцовщик балета; он поднял ногу
высоко, как будто хотел взобраться на ступень большой лестницы. Глаза уже стекленели,
как у подстреленного животного. Кровь не доходила до мозга, он терял сознание.
Несколько красных капель упали мне на лицо, и я застыл на месте. Застыл
инстинктивно - а до этого бежал к месту схватки. Бруто начал странный и грациозный
танец, двигаясь как в замедленной съемке. Кровь продолжала бить из его горла, он
поворачивался, делал в воздухе пируэт, и кровь падала ярко - красными каплями.
Лазарет находился чуть дальше по коридору, всего в сорока шагах от него, и я
подумал: "Если быстро доставить его в лазарет, можно перекрыть артерию". Но не
пошевелился. Мысль сложилась, но действия не последовало. Перфекто нанес новый удар
своим деревянным кинжалом, распоров Бруто живот. И прежде чем тело обмякло и
повалилось, он пробил голову Бруто его же металлической трубой и оставил лежать
мертвым, исполнив кодекс Поиска.
Я чувствовал себя странно - как посторонний и совершенно отстраненный
наблюдатель. Две недели назад такая сцена вызвала бы во мне отвращение. Но теперь я
ничего не чувствовал.
- Видели, какое у него было лицо, когда Перфекто ударил? - спросил негромко
Мавро. - Как в мультике, когда герой падает с утеса и висит некоторое время в воздухе,
лишь потом понимая, что падает. - Он громко рассмеялся, и я тоже захихикал, словно
это была очень забавная шутка.
- Остальные на четвертом уровне, - сообщил Перфекто, указывая вниз по
лестнице. Он тяжело дышал, лицо его было выпачкано кровью, от которой еще шел пар.
Такую горячую кровь мои глаза видят как раскаленную руду цвета киновари. Мне
неожиданно стало холодно. Я надеялся, еще хоть кто-нибудь из них поднимется по
лестнице. Тогда схватка была бы получше.
Я нервно хмыкнул и посмотрел в лестничный проем.
- Ну, одного из их лучших бойцов мы уже свалили! Я рад. - Заметил я, и понял
что действительно рад. У нас меньше на одного, у них тоже. Шансы равные.
Перфекто сунул окровавленное оружие за пояс. Абрайра с сожалением взглянула на
лестницу.
- Они ждут нас там в засаде, - прошептала она. - Не думаю, что нам нужно
спускаться. А они, несомненно, не станут подниматься. По крайней мере несколько часов.
Пошли позавтракаем. На полный желудок будем лучше сражаться.
Я улыбнулся. Мне показалось забавным оставить врагов в ожидании на все утро. И
мы пошли в столовую.
Перфекто даже не потрудился убрать свой окровавленный кинжал из-за пояса, и в
столовой все обращали на нас внимание. Быстро распространилось известие о стычке, и
некоторые даже выкрикивали что-нибудь вроде:
- Hola, muchachos, как идет Поиск? Мавро помахал этим людям и улыбнулся.
- Перфекто растоптал обезьяну Бруто. Видели бы вы это!
Мы выбрали столик в углу и поели булочек - муку делают из водорослей, булочки
поливают тонким слоем сладкого коричневого сиропа.
Мавро ел, приговаривая:
- Как вкусно! Словно знаменитая замороженная печенка, которую готовила моя
невеста!
За едой у меня дрожали руки. Казалось странным, что все знают: мы только что
совершили убийство. И никто ничего не предпринимает. Нет ни криков, ни протестов, ни
обвинений. Никакой полиции. И тут я осознал, что с того времени, как прикончил
Эйриша, я стал убийцей. Абрайра призналась, что зарезала троих парней в Перу. Мавро
носит татуировку, показывающую, что он убивал в Картахене. Перфекто, не задумываясь,
разделался с Бруто, словно растоптал таракана. И это единственные люди, которых я здесь
знаю, - моя боевая группа. А если и остальные группы таковы, то восемьдесят процентов
людей на корабле - убийцы. Вступая в свою команду, я представлял себе ее обществом
- обществом, которому смогу служить. Мне казалось, что несколько человек
объединились, чтобы вместе бороться с болью. Но можно ли служить обществу убийц?
Когда я был ребенком, дон Хосе Миранда говорил мне, что можно приносить пользу
окружающим, только помогая личностям, составляющим общество. Но как же служить
обществу убийц?
Вскоре мы поняли, что нам не следовало появляться в столовой. В зале завтракали
друзья Люсио, и не прошло и двух минут, как один из них выскользнул, чтобы сообщить о
нашем местоположении. Кейго разрешил нам наказать Люсио и его людей, но его
благословение вовсе не означало, что мы победим.
Завтракать должна была третья часть населения корабля, и зал вскоре заполнился.
Рядом со мной присел Фернандо Чин, ксенобиолог. Он спросил:
- Эй, кто-нибудь из вас знает, почему прервана связь с модулем В? Что там
происходит? Неужели правда там взорвалась бомба?
- Боже! - произнес Мавро. - О чем ты говоришь?
В дверях показались Люсио и трое его оставшихся в живых товарищей. Я смотрел на
них и думал: "Бомба? Ну, это уж слишком! Можно справиться только с одним
осложнением за раз. Сойдешь с ума, если их будет несколько. Спокойней!" Люсио
выглядел ужасно, на лице, там где я его порезал, большой шрам. Повязка телесного цвета
выглядела как глина, и казалось, лицо его не разрезано, а сильно деформировано. Он и его
люди даже не взглянули в нашу сторону. Они точно знали, где мы.
- Не знаю, была ли там бомба, но связь прервана, - повторил Чин. - Попробуй
связаться по комлинку с кем-нибудь в модуле В и поймешь, что я имею в виду.
Люсио и его люди стали в очередь в конце зала и заполнили свои тарелки, потом
сели за стол и начали есть. Я посмотрел на Мавро. Он глядел на них, губы его скривились
в язвительной улыбке. Он ждал, пока кто-нибудь из них посмотрит в нашу сторону. Не
дождавшись, Мавро крикнул:
- Эй, кто-нибудь видел Бруто? - Но Люсио и его люди не прореагировали.
Абрайра сказала:
- Нам пора на тренировку. Уже 10 - 25.
Я удивленно посмотрел на нее. Мне казалось, что Поиск превыше всего.
Абрайра посмотрела в сторону и сказала, ни к кому в особенности не обращаясь:
- Им тоже придется идти на тренировку. - Группа Люсио занимается
одновременно с нами. Следующие два часа они будут заняты.
Мы встали, отнесли подносы в посудомойку и осторожно отступили к выходу.
В боевом помещении Кейго сидел на своем помосте и ждал нас. Он смотрел, как мы
заходим, но ничего не сказал. Я был очень смущен. Наши белые кимоно забрызганы
кровью Бруто. Ясно, что мы убивали. Кейго не спросил нас об этом. Он казался
погруженным в размышления. На этот раз мне хотелось подключиться к симулятору.
Предстоящая схватка казалась мне очищением. Мы надели свои защитные костюмы,
забрались в машину, вооружились - и погрузились в мир иллюзий.
Мы двигались над соленым болотом, покрытым тонким слоем воды. Нас окружали
темные мангровые заросли, изогнутые корни растений торчали вверх. Насекомые плясали
на поверхности воды цвета пива и уходили в тень под манграми при нашем приближении.
Я сразу насторожился. Что-то изменилось в мире симулятора, но я не мог решить,
что именно. Что-то трудноопределимое. Я пытался смотреть во всех направлениях сразу.
Сирена предупредила о приближении ябандзинов. Вместо того чтобы схватиться с
самураями, Абрайра свернула направо, пронеслась между двумя группами мангров к
более темной воде за ними. Мы пробирались через густые заросли, отбрасывали толстые
листья, уклонялись от деревьев. Маленькая анаконда упала с ветвей к моим ногам, и я
посмотрел вниз. Мы наскочили на подъем, и машина поднялась в воздух; я оторвал взгляд
от змеи, и в это мгновение толстая ветвь ударила меня в шлем.
Я перекатился через корму и еще раз перевернулся в воздухе. В шлеме опять
прозвучал сигнал, предупреждающий о появлении ябандзинов. Я высвободил лазерное
ружье и постарался успокоиться. Шлем раскололся вдоль линии фильтров, вделанных в
его поверхность. Я расстегнул магнитный замок, и шлем распался надвое. Свежий воздух
заполнил мои легкие.
Свежий воздух! Не воздух симулятора, который пахнет так, словно шесть грязных
крестьян одновременно с тобой втиснулись в твой костюм! Пахло травой, морем и
немного гнилыми фруктами. И еще немного сахаром и скипидаром - какой-то
сладковатый чуждый запах. Я видел сейчас в полном спектре, и Пекарь показался мне
гораздо менее однообразным, чем в симуляторе: небо, как всегда, красноватого оттенка,
но стаи желтых и зеленых "опару но тако" высоко в атмосфере окрашены по-разному.
Там, где они пролетали, их сопровождало платиновое свечение. Среди мангров в соленом
болоте виднелись туземные растения неправильной формы, похожие на водоросли, - не
пурпурные, какими показывал их симулятор, а темно - ультрафиолетовые, и мои
протезные глаза видели их почти черными.
Я оставил шлем на земле, в нем продолжала непрерывно звучать сирена, и прошел к
воде, на открытое место. Холодный ветерок овевал лицо. Тысячи прекрасных птиц,
плоские пластиковые листочки с короткими хвостами, парили над травянистыми
болотами. Некоторые плясали у меня прямо перед носом - небольшие существа
размером с мотылек.
И почти сразу птица размером с малиновку повисла у меня перед лицом, свесив
хвост. Она гудела как колибри. Я описываю эти существа похожими на манту или ската,
но это лишь поверхностное сходство. Передняя часть у них треугольная, гладкая, как
стекло, по сторонам неподвижно закреплены два крыла. Крошечный плоский хвост
плывет сзади; у меня на глазах крылья стремительно задрожали, а хвост согнулся, помогая
существу повернуть. И оно медленно повернулось в воздухе передо мной. У него
оказались два светло - желтых глаза, крошечный рот, похожий на клюв ласточки, а по
сторонам его - щупальца. Над глазами орган, который я могу описать только как
переднее крыло, - тонкая, почти прозрачная мембрана, которая быстро колеблется,
направляя поток воздуха на неподвижно закрепленные крылья. Именно эта мембрана и
издает гудящий звук.
На Земле крылья одновременно дают возможность птицам и подниматься, и
двигаться вперед. На Пекаре хрупкие "птицы" подают передним крылом - мембраной
воздух на крылья неподвижные, и тем самым создают подъемную силу. Я подумал, что на
сильном ветру они могут расслабить переднюю мембрану и просто парить в воздухе, как
земные чайки.
Мне хотелось поближе рассмотреть это существо. Одни линии как будто
соответствовали экзоскелету, другие - прозрачным мышцам. Синие и желтые нити в
прозрачном теле - вены и внутренности. Но ничего из этого я не мог разглядеть ясно. Я
быстро протянул руку, словно хотел поймать существо, но оно увернулось и стремительно
унеслось над болотом.
На земле - ветви, отдельные травинки, какие-то черные насекомые. Сначала мне
показалось, что это жуки - сверлильщики, но несколько из них толкали куски темных
ультрафиолетовых листьев и сплетали их с помощью ветвей и камешков в небольшие
гнезда размером с горсть. Гнезда очень напоминали крошечные хижины. Я перевернул
одно, думая, что найду там что-нибудь интересное - может, насекомых, играющих в
шахматы или высекающих изображения своих богов, - но увидел только больших
толстых жуков, ухаживающих за маленькими белыми личинками. Я поставил гнездо на
место, и песчаные мухи разлетелись от движения моей руки.
Слишком много подробностей для иллюзии, созданной компьютером. Мир,
слишком совершенный для симулятора. Насекомые, птицы, маленькие рыбки в воде,
запахи - всего этого я раньше никогда не видел и не ощущал. И то, что
компенсировались особенности моего искусственного зрения, означало, что иллюзия
создана специально для меня. Искусственный Разум корабля не мог сделать этого для всех
- для семисот человек, одновременно находящихся в симуляторах.
Похоже на ловушку. Я вспомнил о людях, умерших в симуляторе, о людях, которые
оказались не в состоянии перенести иллюзию. Может, их убили? Может, они погибли, как
раз не вынеся такой иллюзии, как эта? Я искал что-нибудь неуместное, недостаточно
естественное: слишком симметричное и здоровое дерево, полоска земли, созданная
уравнениями, а не природой. Но листья деревьев пожелтели и сморщились по краям,
насекомые поедали друг друга. Окружающее не выглядело так, словно оно создано с
помощью техники: нет слишком большого количества ровных площадей и примитивно
резких линий. Я не нашел ничего неуместного.
Но если кто-то использует такой способ убийства, я решил, что не стану его
жертвой. Сунул руку за шею и постарался нащупать место, где происходит соединение с
компьютером. Бесполезно. На самом-то деле мое тело продолжает сидеть в машине, оно
полностью отключено от реального мира. Я не могу преодолеть эту иллюзию, сбежать из
нее.
Я закричал Кейго:
- Выведи меня отсюда! Я не понимаю больше, где реальность! - Подождал, но
ответа не было.
Я потрогал шишку на голове, набитую, когда выпал из машины, и продолжал
раздумывать о своем положении. На руке кровь. Я лизнул ее, чтобы проверить вкус.
Компьютер раньше никогда не симулировал вкусовые ощущения. На языке стало солоно,
у жидкости оказалась консистенция настоящей крови.
Возможно, это испытание. Может, они хотят проверить, как я буду бороться, если
моя жизнь в опасности, подумал я. Я понимал, что не могу преодолеть иллюзию и мне
остается только выиграть эту битву. Под вопросом жизнь. Но было все равно. Я столько
раз испытал смерть в сим
...Закладка в соц.сетях
