Жанр: Научная фантастика
Глубина в небе
...столь же сильно, как любовь. Она - ваш
шедевр, сэр.
Чиви теперь узнавала правду каждую Вахту. Но последняя мозгочистка была у
нее совсем недавно - а распространение локализаторов поставит ее под еще
более пристальное наблюдение. Hay еще чуть подумал, потом кивнул:
- Хорошо, вице-предводитель. Поставим в Хаммерфесте локализаторы.
Конечно, локализаторы Кенг Хо уже давно были в Хаммерфесте. Пылинки эти
разносились током воздуха, прилипали к одежде, волосам и даже коже. Они были
вездесущими в любом жилом помещении на скалах.
Да, вездесущие, но без питания локализаторы были безобидными кусочками
металлического стекла. Теперь люди Анне перепрограммировали кабельные каналы
Хаммерфеста и протянули их во вновь отрытые пещеры под зданием. Теперь
десять раз в секунду все открытое пространство пронзали импульсы микроволн.
Энергия их была куда ниже биологически опасного порога, и настолько низкая,
что не мешала работе других приборов. Локализаторам Кенг Хо нужна была очень
малая мощность, только чтобы работали крошечные сенсоры и связь с ближайшим
соседом. Через десять килосекунд после включения микроволновых импульсов
Ритцер сообщил, что сеть стабилизировалась и дает хорошие данные. Миллионы
процессоров, рассеянных в диаметре четыреста метров. Каждый из них был вряд
ли мощнее компьютера Эпохи Рассвета. А в принципе они составляли самую
мощную компьютерную сеть в лагере L1.
За четыре дня Чиви закончила экскавацию ложа озера и расставила
сервоклапаны гашения волн. Отец ее уже готовил почву для возвышенностей.
Вода появится последней, но она появится. Hay теперь удивлялся, как они
раньше справлялись без локализаторов. Ритцер Брюгель был абсолютно прав. До
того безопасность в Хаммерфесте была чуть ли не слепа. Получалось, что база
Кенг Хо была самым надежным местом для секретных операций. Hay руководил
Брюгелем и его шпионами в долгом многодневном тщательном обследовании всего
Хаммерфеста, кораблей и облака склада. Он даже нарушил традицию и запустил
на 100 Ксек локализаторы в арсенале L1-A. Это было как посветить фонариком в
темные места. Были обнаружены и закрыты десятки дыр.., и не найдено ни
малейших признаков подрывной деятельности. Все это послужило колоссальным
источником уверенности - как если осмотреть дом в поисках паразитов, не
найти их, но заодно узнать, где поставить ловушки и яд на случай их
появления.
Теперь предводитель Hay знал свой домен так, как ни один предводитель за
всю историю эмергентов. Наблюдатели Ритцера с помощью локализаторов могли
дать Hay местоположение, эмоциональное состояние и даже состояние сознания
любого обитателя Хаммерфеста. Через некоторое время он понял, что есть
эксперименты, которые надо было бы поставить уже давно.
Эзр Винж. Может, с ним можно сделать что-нибудь еще. Hay снова изучил его
биографию и к следующему брифингу был готов. Это было стандартное время
встречи с Винжем. Они были только вдвоем, но теперь коробейник уже вполне
привык к разговорам с Hay. Он появился у Hay в кабинете для обсуждения
сводки за последние десять дней и прогресса в работе групп зипхедов по
пониманию мира пауков.
Томас дал коробейнику поболтать. Он слушал, кивал, задавал разумные
вопросы.., и смотрел на анализ, который выводился к нему на скорлупки. Ну и
ну! Локализаторы в воздухе, на кресле Винжа, даже на его коже передавали
информацию на "Невидимую Руку", а там программы анализировали ее и выдавали
результат на скорлупки Hay, окрашивая кожу Винжа в цвета, передающие
гальваническую реакцию, температуру кожи, испарину. Стандартная графика
вокруг лица показывала пульс и другие внутренние параметры. Встроенное среди
них окно показывало, что видит Винж на той стороне стола, и красным следом
обозначало каждое движение его глаз. На эту беседу были назначены два
наблюдателя Брюгеля, и их анализ шел бегущей строкой вверху поля зрения Hay.
Объект на одну десятую процента свободнее, чем обычно в беседе. Объект
уверен в себе, но насторожен, симпатия к предводителю отсутствует. В данный
момент объект не пытается подавить явную мысль.
Примерно этого Hay и ожидал, но богатство деталей было куда больше, чем
при любом инструментальном мягком допросе, поскольку объект о нем не знал.
- Так что теперь стратегические вопросы политики стали куда яснее, -
заключил Винж в блаженном неведении о двойной природе беседы. - У Пьетры и
Братства есть некоторое весомое преимущество в ракетах и ядерном оружии, но
по компьютерам и сетям они существенно отстают от Аккорда. Hay пожал
плечами:
- Братство - жесткая диктатура. Разве не вы мне говорили, что тирании
Века Рассвета не могут ужиться с компьютерными сетями?
- Да. - Объект реагирует, подавляя вероятное чувство иронии. Частично
дело в этом. Мы знаем, что они планируют первый удар вскоре после угасания
солнца, рассчитывая на свое превосходство в вооружении. Со стороны Аккорда
Шерканер Андерхилл проявляет такой энтузиазм в отношении автоматизации, что
Пьетре не угнаться. Честно говоря, мне кажется, что ситуация приближается к
перелому, предводитель. - Объект искренен в своем заявлении. - Цивилизация
пауков открыла закон обратной квадратичной зависимости только пару поколений
назад; их математики соответственно отстали от нашего Века Рассвета. Но
Братство осуществило серьезный прогресс в ракетостроении. Если оно проявит
одну десятую любопытства Шерканера Андерхилла, то найдет нас раньше, чем
через десять лет.
- Раньше, чем мы сможем взять их сети под полный контроль?
- Да, сэр.
То же самое говорит и Дзау Цинь, озвучивая своих пилотов-зипхедов. Жаль.
Но зато хотя бы вырисовывается конец Изгнания. А пока что...
Защита у объекта снята. Hay про себя улыбнулся. Самое время чуть тряхнуть
этого менеджера Винжа. Кто знает, может быть, удастся и в самом деле им
манипулировать. Как бы там ни было, а его реакция будет интересна. Hay
откинулся в кресле, притворяясь, что лениво разглядывает плавающие в воздухе
бонсай.
- Я годы потратил на изучение Кенг Хо, мистер Винж. И не питаю ложных
иллюзий. Вы, Кенг Хо, понимаете различные пути цивилизаций лучше любой
оседлой группы.
- Да, сэр. - Объект сохраняет спокойствие, но соглашается искренне. Hay
склонил голову набок.
- Вы происходите из линии Винжей; если кто-нибудь в Кенг Хо обладает
истинным пониманием вещей, то это вы. Понимаете, одним из личных моих героев
всегда был Фам Нювен.
- Вы.., вы об этом уже говорили. - Слова прозвучали деревянно. На дисплее
Hay лицо Винжа изменило цвет, пульс и потоотделение подпрыгнули. Где-то на
"Руке" наблюдатели провели анализ и доложили: Объект испытывает существенный
гнев по адресу предводителя.
- Честно, мистер Винж, я не пытаюсь оскорбить ваши традиции. Вы знаете,
что эмергенты с презрением относятся ко многому в культуре Кенг Хо, но Фам
Нювен - это дело другое. Понимаете.., я знаю правду о Фаме Нювене.
Диагностические цвета на экране переливались, возвращаясь к норме, как и
пульс и сердцебиение Винжа. Расширение и метание глаз соответствовали
подавленному гневу. Hay ощутил некоторое несовпадение: он бы прочел реакцию
Винжа как намек на страх. Может быть, чему-то придется научиться у этой
автоматики. Сейчас же он был откровенно озадачен:
- В чем дело, мистер Винж? Будьте раз в жизни откровенны. - Он улыбнулся.
- Я не скажу Ритцеру, а вы не будете сплетничать с Цинем, или Ляо, или.., с
моей Чиви.
Выброс злости в ответ на это был весьма явным, тут он согласился с
зипхедами. Коробейник неровно дышал к Чиви Лизолет, хотя сам себе в этом не
сознавался.
Признаки злости отступили. Винж облизал губы - жест, который можно было
посчитать нервным. Но надпись над дисплеем Hay сообщила: Объект проявляет
любопытство. Винж сказал:
- Дело всего лишь в том, что я не вижу сходства между жизнью Фама Нювена
и ценностями эмергентов. Конечно, Фам Нювен не родился коробейником, но он
более кого-либо другого сделал нас тем, чем мы являемся сейчас. Посмотрите в
архивы Кенг Хо. Его жизнь...
- Я смотрел. Эта информация несколько рассеяна, не так ли?
- Да, он был великий путешественник. Наверное, он не задумывался об
облегчении работы историков.
- Мистер Винж, Фам Нювен ценил награду истории не меньше других гигантов.
Я думаю - я знаю наверняка, - что ваши архивы были тщательно прополоты,
может быть, даже вашей Семьей. Но понимаете, человек масштаба Нювена
привлекает и других историков - из миров, которые он изменил, из других
странствующих культур. Их рассказы тоже проходят через века, и я собирал
все, что попадало в этот край Людского Космоса. Он - тот человек, которому я
всегда пытался подражать. Ваш Фам Нювен не был жалким Торговцем. Он был -
Установителем Порядка, завоевателем. Конечно, он применял ваши способы,
обман и подкуп. Но никогда не останавливался перед угрозами и прямым
насилием, если это было необходимо.
- Я...
Диагностика нарисовала неповторимую комбинацию гнева, удивления и
сомнения на лице Винжа - этой смеси Hay и ожидал.
- Я это могу доказать, мистер Винж. - Он произнес в воздух несколько
ключевых слов. - Я только что передал кое-что из наших архивов в ваш личный
домен. Поглядите. Это не искаженная, не Кенг Хо, точка зрения на этого
человека. Десятки мелких зверств. Прочтите истинную историю, как он окончил
Стрентманнианский погром, или как его предали возле разлома Брисго. Потом
продолжим разговор.
Забавно. Hay не собирался говорить так в лоб, но вызвал очень интересные
эффекты. Они обменялись еще несколькими незначительными фразами, и встреча
закончилась. По рукам Винжа заструилась краснота - признак невидимой дрожи,
когда он шел к двери.
Коробейник ушел, а Нау еще посидел неподвижно. Он глядел вдаль, но на
самом деле считывал со скорлупок. Доклад наблюдателей тек потоком
цветных-символов по ландшафту Алмаза-1. Он прочтет внимательно.., потом.
Сначала надо привести в порядок собственные мысли. Диагностика от
локализаторов почти волшебная. Без них он бы ни за что не заметил, как
всколыхнулся Винж. Что еще важнее, не мог бы направить разговор,
задерживаясь на темах, которые задевают Винжа. Так что - да, активная
манипуляция начинала казаться возможной, это тебе не просто техника
наблюдения. И теперь он знал, что существенная часть самоидентификации Эзра
Винжа привязана к сказкам Кенг Хо. Можно ли перевербовать мальчика, показав
ему те же истории с другой стороны? До сих пор он бы просто ни за что в
такое не поверил. С новыми инструментами - быть может.
Глава 37
- Нам надо встретиться еще раз.
- Ладно. Слушай, Фам.., я не верю тому, что Нау на меня вывалил.
- Ну, у каждого есть своя версия прошлого. Главное в том, что я тебя хочу
научить, как вести себя в случае таких внезапных бесед.
- Так вышло. Я пару секунд уж было думал, что он нас расколол. Голос
парнишки звучал в ухе Фама еле слышно. Эзр Винж здорово научился
пользоваться секретной связью, настолько, что Фам даже слышал, какой у него
до сих пор ошарашенный голос.
- Но ты отлично справился. И будешь справляться еще лучше, если
потренируешься.
Они еще некоторое время поговорили, определяя время встречи и легенду
прикрытия. Потом связь прервалась, и Фам стал обдумывать события дня.
Черт побери! Сегодня катастрофы едва удалось избежать.., или временно
удалось избежать. Фам плавал в затемненной комнате, но зрение его было за
километровой щелью, на Алмазе-1 и в Хаммерфесте. Локализаторы были теперь
всюду, и работали - хотя устройства МДИ в клинике Фокуса немедленно сжигали
все ближайшие локализаторы. Получить живые локализаторы в Хаммерфесте - это
был прорыв, которого Фам ждал годами, но... Не врубись я в диагностические
показатели Винжа, мы могли бы потерять все. Фам знал, как будет использовать
предводитель новые игрушки; подобные вещи, пусть менее интенсивные,
существовали на базе Кенг Хо много лет.
Чего он не мог знать - что Hay так точно повезет в выборе слов. Почти
десять секунд мальчик был уверен, что Hay все знает. Фам чуть изменил
сообщение наблюдателей о реакции, и Винж сам отлично ее прикрыл...
Никогда не думал, что Томас Hay может столько обо мне знать. В течение
всех этих лет предводитель часто заявлял, что восхищается "гигантами
истории", и в этот список всегда включал Фама Нювена. Всегда это казалось
прозрачной попыткой найти общий язык с Кенг Хо, но теперь Фам не был так в
этом уверен. Пока Томас Hay был занят, "читая" Винжа, Фам проделывал ту же
операцию с ним. Hay действительно восхищался историческим Фамом Нювеном - в
своем представлении о нем. Почему-то этот монстр считал, что он и Фам Нювен
очень похожи. Он назвал меня Установителем Порядка. Здесь прозвенел какой-то
далекий резонанс. Хотя Фам никогда себя так не называл, это была почти та
роль, которой он желал для себя. Но мы совсем не одинаковы. Томас Hay
убивает и убивает, и все это ради себя самого. А я всегда хотел только
положить конец убийствам и варварству. Мы разные!
Фам заткнул всю эту чушь подальше. Что действительно забавно - что Hay
так много знал из истинной истории. Последние 10 Ксек Фам из-за плеча Винжа
смотрел на все, что мальчик прочел. Даже сейчас он вытаскивал базу целиком
из домена Винжа и перекачивал в распределенную память сети локализаторов. За
следующую мегасекунду он все это изучит.
То, что он уже видел, было.., интересно. Почти все было даже верно. Но
будь то правда или ложь, это не была благоговейная мифология, которую
оставила в анналах Кенг Хо Сура Винж. Это не была ложь, прикрывшая решающее
вероломство Суры. А как это воспримет Эзр Винж? Фам уже был с ним слишком
откровенен. Винж в вопросе о Фокусе был совершенно несгибаем и не прекращал
скулить насчет зипхедов. Странно... За свою жизнь Фам свободно лгал
сумасшедшим, негодяям, Клиентам, даже своим из Кенг Хо.., но подыгрывание
одержимости Винжа его выматывало. Винж просто не хотел понимать, какие
чудеса может делать Фокус.
А в архиве Hay были вещи, которые сильно затруднят Фаму любые попытки
скрыть от мальчика истинные цели.
Фам окунулся в вариант истории, присланный Томасом Hay, проглядывая один
эпизод за другим, ругался, натыкаясь на ложь, выставляющую его чудовищем..,
кривился, когда история оказывалась правдой, пусть даже сделанное было
лучшим выходом. Странно было снова увидеть свое истинное лицо. Некоторые из
видеоматериалов должны быть настоящими. Он почти ощущал слова тех речей, что
вытекали из его губ. И снова вернулись воспоминания: годы вершины, когда
почти любая цель приводила его в контакт с Торговцами, которые понимали: он
может создать межзвездную торговую культуру. Радио его обгоняло и доставляло
его послание с хорошим эффектом. И не прошло и тысячи лет, как Маленького
Принца Фама отдали странствующим купцам, план его жизни был близок к успеху.
Мысль об Истинной Кенг ХО разошлась почти по всему Людскому Космосу. От
миров Дальней Стороны, которых он, быть может, и не узнал бы никогда, до
паханного и перепаханного сердца Людского Космоса - даже на Старой Земле
услышали его послание, увидели образ организации достаточно устойчивой и
достаточно сильной, чтобы остановить Колесо судьбы. Да, многие увидели не
больше того, что видела Сура. Это были "практичные умы", интересующиеся
только накоплением великих богатств, страхующих прибыли свои и своих Семей.
Но Фам в те времена считал - Господи, и сейчас еще хочу в это верить! - что
большинство верило в цели более великие, чем те, о которых проповедовал Фам.
За тысячу лет реального времени Фам оставлял послание, план Собрания,
которое будет замечательнее всех бывших ранее собраний, место и время, где и
когда новая Кенг Хо объявит Мир для Людского Космоса и согласится служить
этому делу. Это Сура Винж выбрала место: Намчен.
Да, Намчен не был близок к сердцу Людского Космоса, но он был центром
бурной деятельности Кенг Хо. Торговцы, которые наверняка приняли бы участие,
были в пределах досягаемости, им понадобится меньше тысячи лет на
подготовку. Эти причины называла Сура. И всегда она улыбалась при этом все
той же улыбкой неверия, будто сочувствуя бедняге Фаму. Но Фам верил, что
возле Намчена получит свой шанс.
И была еще одна причина согласиться на встречу у Намчена. Сура очень мало
летала, она все время сидела планировщиком в центре замыслов Фама. Шли
десятилетия и века. Даже с учетом спорадических анабиозов и лучшей
медицинской технологии Людского Космоса Сура Винж была уже в такой старости,
в которой поддержка невозможна - пятьсот лет жизни? шестьсот? В последнее
столетие перед Собранием ее послания казались очень старыми. И если Собрание
будет не у Намчена, Сура может и не увидеть успеха, ради которого работал
Фам. Может быть, она не увидит, как он был прав.
Она была единственной, кому я верил до конца. Я отдал себя на ее милость.
И Фам утонул в старой-старой ярости, вспоминая...
Собрание всех собраний. В каком-то смысле вся методика и мифология,
которую изобрели Фам с Сурой, была посвящена этому единственному моменту. И
потому неудивительно, что все прибытия были рассчитаны с беспрецедентной
точностью. Не растягиваясь на десятилетие или два, пять тысяч звездных
кораблей с более чем трехсот планет вошли в систему Намчена с разрывом по
времени в пределах одной мегасекунды.
Одни оставили порт меньше столетия назад - те, что прибыли с Канберры или
Тормы. Были корабли со Стрентманна и Кьелля, где население было теперь почти
что новым видом. Были и те, что вылетели так издалека, что могли только
услышать о Собрании по радио. Три корабля с самой Старой Земли. Не все
Участники были истинными Торговцами, были и миссии правительств, надеющиеся
получить разрешение своих проблем. Возможно, треть миров гостей выпадет из
цивилизации за время полета туда и обратно.
Такое собрание нельзя ни перенести в другое место, ни отложить. Даже
открытие самого Ада не могло бы отменить его. И все же за десятилетия пути
от порта Фам узнал, что Ад разверзается для людей Намчена.
Его флаг-капитану было всего сорок лет. Он видел дюжину миров, я должен
был бы лучше понимать. Но он родился на Намчене.
- Они были цивилизованы еще раньше, чем вы появились из Тьмы, сэр. Они
знают, как что делается. Как же это может быть? - Он недоверчиво смотрел на
анализ, который прибыл с последней передачей Суры Винж.
- Сядь, Сэмми. - Фам ногой толкнул к нему стул от стены. - Я тоже читал
рапорты. Симптомы классические. Последнее десятилетие число отказов систем
на Намчене все время росло. Видишь, в любое время блокировано тридцать
процентов бизнес-расчетов между внешними лунами.
Вся аппаратура была в порядке, но сложность системы была так велика, что
корабли не могли получить разрешение на старт.
Сэмми Парк был одним из лучших людей Фама. Он понимал причины, стоящие за
синтетическими верованиями новой Кенг Хо, - и принимал эти верования. Он мог
бы стать достойным наследником Фама и Суры - может быть, лучшим, чем старшие
дети Фама, часто такие же осторожные, как их мать. Но сейчас Сэмми был
серьезно напуган:
- Но ведь руководство Намчена понимает опасность? Они знают об
устойчивости все, что известно человечеству, - и у них автоматика куда лучше
нашей! Я уверен, еще несколько десятков мегасекунд, и нам сообщат, что
оптимизация восстановлена.
Фам пожал плечами, не выказывая собственного неверия. Слишком долго на
Намчене было слишком хорошо. Вслух он сказал:
- Может быть, но мы знаем, что у них было тридцать лет, чтобы это
исправить. - Он махнул рукой в сторону сообщения Суры. - А проблем все
больше и они все серьезнее. - Он увидел выражение лица Парка и заговорил
спокойнее:
- Сэмми, у Начмена мир и свобода существуют уже почти тысячу лет. В
Людском Космосе нет цивилизации Клиентов, которая могла бы то же сказать о
себе. Но в этом и смысл. Без внешней помощи даже они не могут существовать
вечно. Сэмми ссутулился.
- Они избежали убийственных катастроф. У них не случилось
бактериологической или ядерной войны. Правление там по-прежнему гибкое и
ответственное. Это всего лишь, прокляни их Господь, технические проблемы.
- Это технические симптомы, Сэмми, тех проблем, которые, я уверен,
правление отлично понимает.
И ни хрена сделать не может. Он вспомнил цинизм Гуннара Ларсона. В
каком-то смысле теперешний разговор с грохотом ехал в тот же тупик. Но у
Фама Нювена была за плечами целая жизнь на обдумывание решения.
- Гибкость правления - это жизнь и смерть. Они столетиями принимали
давление оптимизации. Гений, свобода и знание прошлого создавали им
безопасность, но оптимизация поставила их на грань слома. Мегаполисы Лун
обладают самыми богатыми сетями в Людском Космосе, но и они уже
задыхаются...
- Но мы знали.., то есть они это знали, сэр. Всегда были запасы
прочности.
Намчен был триумфом распределенной автоматизации. И каждый десяток лет
она становилась чуть лучше. Каждый десяток лет гибкость правления отзывалась
на необходимость оптимизировать распределение ресурсов, и запасы прочности
таяли. Спираль снижения была куда как тоньше, чем рассветновековый пессимизм
Карла Маркса или Хан Су, и лишь приблизительно соотносилась с наитиями
Манкура Олсона. Правление не пыталось вмешиваться в управление
непосредственно. Свободное предпринимательство и индивидуальное планирование
были куда более эффективны. Но если даже тебе удается избежать всех
классических ловушек коррупции, централизованного планирования и сумасшедших
изобретений, все же...
- Кончается все равно крупными отказами, Сэмми. Правлению придется взять
все в свои руки.
И если ты избежишь всех прочих угроз, тебя настигнет сложность
собственного успеха.
- Да, я знаю.
Сэмми отвел глаза, и Фам подстроил свои скорлупки, чтобы видеть то, что
видит молодой человек: Тарелск и Марест, две наиболее крупные луны. На
каждой два миллиарда человек. Луны мерцали дисками городских огней,
проползая по диску планеты-матери, которая была самым большим парком во всем
Людском Космосе. Когда Намчену придет конец, это будет крутое и быстрое
падение. Солнечная система Намчена не так одинока, как колонии на астероидах
ранних дней космического века.., но мегаполисы лун требуют высоких
технологий для поддержания жизни своих миллиардов. Большие сбои могут легко
разлиться войной, захватывающей всю систему. Такие катастрофы стерилизовали
уже не один дом человечества.
Сэмми глядел на эту сцену, мирную и заманчивую - и уже отставшую от
времени на годы. И он сказал:
- Я знаю. Это то, что вы говорите людям все те годы, что я в Кенг Хо. И
еще много столетий до того. Простите, Фам. Я всегда верил... Я просто не
думал, что погибнет мир, где я родился.
- Интересно мне... - сказал Фам, оглядывая мостик своего корабля и - в
меньших окнах - мостики остальных тридцати кораблей флота. Сейчас, в
середине рейса, на каждом мостике было только три-четыре человека. Самая
скучная работа во всей вселенной. Но флот Фама был одним из самых больших,
идущих на Собрание. В трюмах кораблей спали более десяти тысяч людей Кенг
Хо. Они отбыли от Тернью всего сто лет назад и летели в самом тесном строю,
в котором поля двигателей еще не перекрывались." Самый дальний мостик был от
флагмана Фама меньше чем в четырех световых секундах. - У нас еще двадцать
лет времени полета к Намчену. Уйма времени, если мы решим провести его на
Вахте. Может быть.., это возможность доказать, что то, о чем я говорил,
будет работать. Когда мы прилетим, на Намчене, очень вероятно, будет хаос.
Но мы - помощь извне в их планетной ловушке, и мы прибудем в достаточном
количестве, чтобы повлиять на ситуацию.
Они сидели на мостике корабля Сэмми, "Далекого Привета". Мостик был почти
что многолюден - занято тридцать из пятидесяти пультов. Сэмми переводил
взгляд с пульта на пульт, потом снова повернулся к Фаму Нювену. На его лице
появилось что-то вроде надежды.
- Да.., теперь причина для Собрания может быть проиллюстрирована. - Он
уже запустил программы планировки, захваченный своей идеей. - Если
использовать аварийные запасы, мы можем поддерживать почти по сто человек на
Вахте на каждом корабле всю дорогу до Намчена. Этого достаточно, чтобы
изучить ситуацию, выработать планы действия. Черт побери, за двадцать лет мы
сможем и скоординироваться с другими флотами.
Сэмми Парк был теперь с головы до ног флаг-капитаном. Он проглядывал
расчеты, прикидывал вероятности.
- Да. Флот Старой Земли от нас всего в четверти светового года. Половина
всех Участников менее чем в шести световых годах, и дистанция, разумеется,
сокращается. А как там Сура и прочие люди Кенг Хо в системе?
Сура пустила корни уже много столетий, но...
- У Суры и компании есть свои ресурсы. Они выживут. - Сура понимала, как
действует колесо судьбы, хотя и не верила, что его можно сломать. Свой штаб
она перенесла с Тарелска еще столетие назад, и ее "обитаемая база" была
древним сооружением в поясе астероидов. Она догадается, что Фам собирается
попытаться сделать. Фронт волны с ее анализом наверняка шел сейчас в их
сторону. Может быть, действительно существует Бог Всей Торговли. И точно
существует
...Закладка в соц.сетях
