Жанр: Научная фантастика
Глубина в небе
...ресло перед столом Анне.
- А ну-ка сядь.
Что-то было в его голосе, от чего ярость Эзра замерзла, а сам он послушно
сел.
Фам сел на той стороне стола. Секунду он просто смотрел на своего
молодого собеседника. И это было странно. Фаму Нювену всегда была присуща
внушительность, но вдруг показалось, что до этого момента он ее ни разу не
включал полностью. И наконец Фам сказал:
- Пару лет назад ты меня заставил поговорить начистоту. Ты меня заставил
понять, что я ошибался и что я должен перемениться. Эзр ответил холодным
взглядом:
- Кажется, мне это не удалось. - Ты все равно рабовладелец.
- Ошибаешься, сынок. Тебе удалось. Не так уж много людей могли меня
переубедить. Даже Сура не могла. - Странная печаль проскользнула в этих
словах, и на миг он замолчал. Потом:
- Ты очень сильно обидел Анне, Эзр. Я думаю, придет день, когда ты
захочешь за это извиниться.
- Ой вряд ли! Вы двое так тщательно все рационализировали. А на самом
деле де-Фокусировка вам слишком дорого обойдется.
- Хм, здесь ты прав, она нам обходится дорого. Почти ценой хаоса. В
системе эмергентов зипхеды поддерживали практически всю автоматику, и их
работа неотделимо сливалась с работой настоящих машин. Хуже того, все
обслуживающие программы флота составлялись Фокусированными программистами, и
у нас остались миллионы строк бессмысленного мусора. Еще не скоро мы сможем
заставить работать старые системы... Но ведь ты знаешь, что Анне -
Френкийкий Орк, "чудовище" на всех алмазных фризах.
- Д-да.
- Тогда ты знаешь, что она готова умереть, лишь бы дать Фокусированным
свободу. Это было ее необсужааемое требование ко мне, когда она вышла из
Фокуса. Это смысл ее жизни. - Он остановился, глядя мимо Эзра. - Знаешь, что
в Фокусе самое страшное? Даже не то, что это - эффективное рабство, хотя
видит Бог, это делает его хуже любого злодейства. Нет, самое страшное - что
спасители становятся вроде убийц, и жертву увечат второй раз. Даже Анне не
понимала этого до конца, и теперь это рвет ее на части.
- Так, значит, если они хотят быть рабами, пусть так и будет?
- Нет! Но Фокусированный человек - все равно человек, не очень
отличающийся от довольно редких типов, которые были во все времена. Если
такой человек может жить своей жизнью, может высказывать свои желания - так
в этот момент его уже надо слушать... Мы еще полдня назад считали, что у
Триксии Бонсол все будет хорошо. Анне приняла меры против случайного
разбегания гнили. Триксия не станет ни психотиком, ни маразматиком. Она
избавлена от фиксации на преданности эмергентам. С ней можно разговаривать,
убеждать. Но она решительно отказывается отдать более глубокие структуры.
Понимание пауков - это центр ее жизни, и она хочет, чтобы так и было.
Они секунду оба молчали. Самое страшное, что слова Фама могли быть
правдивыми. Может быть, они даже не были самообманом. Может быть, разговор
шел просто об одной из трагедий жизни. Если так, то зло, порожденное Томасом
Hay, будет преследовать Эзра весь остаток его жизни. Боже мой, это тяжко! И
хотя в кабинете Рейнольт было светло, ему вспомнилась темнота в парке базы
Кенг Хо сразу после убийства Джимми. Фам тогда тоже был с ним и дал ему
утешение, которого Эзр не мог понять. Он вытер лицо тыльной стороной ладони.
- Ладно. Значит, Триксия свободна. Значит, она свободна и изменится в
будущем.
- Да, конечно. Человеческая натура всегда богаче любого анализа.
- Я ждал ее половину жизни. Сколько понадобится, столько я и буду ее
ждать. Фам вздохнул:
- Я боялся, что ты это скажешь.
- А?
- Ты один из самых преданных людей на свете. И у тебя талант работы с
людьми. Ты больше всех сделал для выживания Кенг Хо под гнетом Hay.
- Нет! Я никогда не мог ему противостоять. Все, что я мог, - обходить
острые углы, пытаться сделать жизнь не такой страшной. И все равно люди
погибали. Я был бесхребетен, административно бездарен, я был просто идиотом,
которым пользовался Hay, чтобы держать людей получше под контролем.
Фам качал головой:
- Ты был единственным, с кем я вступил в заговор, Эзр. - Он резко
остановился и усмехнулся:
- Конечно, частично потому, что у тебя хватило ума догадаться, кто я. Ты
не согнулся и не сломался. Ты даже меня за цепь дернул... Ты знаешь, куда
мне пришлось вернуться.
Эзр поднял глаза:
- И что?
- Я видел много умелых ребят. - Кривая усмешка. - Мы с Сурой основали
много Великих Семей в этом краю космоса Кенг Хо. Но ты лучше других, Эзр
Винж. Я горжусь родством с тобой.
- Хм...
Эзр не думал, что Фам стал бы лгать 6 таких вещах, но его слова были
слишком.., необычны, чтобы быть правдой. Но собеседник еще не кончил:
- Но в твоих достоинствах есть и минусы. У тебя хватило терпения играть
роль в течение сотен мегасекунд. Ты держался своей цели, где многие другие
бы начали совсем новую жизнь.
Теперь ты говоришь, что будешь ждать Триксию, сколько бы ни пришлось. И я
верю, что ты действительно будешь ждать.., вечно.
Эзр, ты думал когда-нибудь, что для Фокуса не всегда нужна мозговая
гниль? Некоторые люди могут фиксироваться сами по себе. У них настолько
сильная воля - или такой негибкий ум, - что они могут исключить все, кроме
центра фиксации. Тебе это было нужно многие годы под гнетом Hay и Брюгеля.
Это то, что спасло тебя и помогло выжить людям Кенг Хо. Но теперь - думай,
определи проблему. Не выбрасывай жизнь на помойку.
Эзр проглотил слюну. Он вспомнил слова эмергентов, что общество всегда
держалось на людях, "не имеющих жизни". Но...
- Триксия Бонсол - это цель, которая того стоит, Фам.
- Согласен. Но ты говоришь об очень высокой цене - ждать всю жизнь того,
что может и не случиться. - Он остановился, склонил голову набок. - Просто
стыд и срам, что ты не поражен вирусом эмергентов: это было бы куда легче
снять! Ты настолько зафиксирован на Триксии, что не видишь, что творится
вокруг, не видишь людей, которым делаешь больно, или человека, который, быть
может, тебя любит.
- Да? Кого?
- Думай, Эзр. Кто организовал систему стабилизации скал? Кто убедил Hay
ослабить цепь? Кто сделал возможными бар Бенни и фермы Гонле? И сделал все
это, несмотря на повторные мозгочистки? Кто спас твою задницу в финальной
стычке?
- Ой! - Это слово прозвучало тихо и смущенно. - Чиви... Чиви хороший
человек.
И тут в лице Фама показалась настоящая злость - впервые за все время
после свержения Томаса Hay.
- Да очнись же ты, черт тебя побери!
- Я в том смысле, что она умница, и смелая, и...
- Да, да, да! Она на самом деле гений почти во всем. Я за свою жизнь
только двух-трех таких видел.
- Я...
- Эзр, я не думаю, что ты эмоциональный кретин, или я бы вообще с тобой
не разговаривал, и уж тем более о Чиви. Но очнись наконец! Ты должен был бы
заметить это уже много лет назад, но ты слишком зациклился на Триксии и на
собственных переживаниях вины. А теперь Чиви ждет тебя, но без особой
надежды, потому что она настолько благородна, что не хочет мешать твоему
ожиданию Триксии. Подумай о том, кем она стала, когда мы избавились от Hay.
- Она участвует во всем.., кажется, я встречаю ее каждый день...
Он чуть не ахнул. Это было как де-Фокусировка - увидеть совсем по-новому
то, что видел все время. Да, это правда, он зависел от Чиви даже больше, чем
от Фама или Анне. Но у Чиви были свои тяготы. Он помнил ее лицо, когда она
встретила Флорию Перес. Он помнил ее улыбку, когда она радовалась, что у
него все кончилось хорошо. Странно было чувствовать стыд за того, о ком ты
мгновение назад вообще не думал.
- Мне.., мне очень жаль.., я никогда не думал. Фам откинулся в кресле.
- На это я и надеялся, Эзр. Ты и я - у нас одна проблема. Мы отлично
разбираемся в великих принципах и хромаем в простых человеческих отношениях.
Нам над этим надо поработать. Я тебя секунду назад хвалил, и это не было
ложью. Но Чиви в самом деле чудо.
Эзр не мог ничего ответить. У него в душе шла полная перестановка мебели.
Триксия, мечта всей его жизни, куда-то ускользала.
- Мне надо подумать.
- Так и сделай. Только поговори об этом с Чиви, ладно? Вы оба прячетесь
за стенами. И оба удивитесь, что может получиться из прямого разговора.
Эта идея вспыхнула как новое солнце. Просто поговорить об этом с Чиви.
- Да. Я так и сделаю!
Глава 66
Прошло время, но Арахне еще долго предстояло остывать. Последние сухие
бури еще метались в средних широтах, все подбираясь к экватору планеты.
У флайера не было ни крыльев, ни реактивных двигателей, ни ракет. Он
опустился по баллистической дуге и снизил скорость перед мягкой посадкой на
голые скалы плоскогорья.
Майор Виктория Лайтхилл похлопала по земле кончиками рук.
- Не повезло нам, что здесь нет снега. Следов не осталось. - Она махнула
в сторону скалистого склона в нескольких дюжинах ярдов. Там был снег,
забившийся в трещины, лежащий сейчас в тени ветра. Он призрачно-красноватым
блестел на солнце. - А там, где снег есть, его всегда переносит ветер. Ты
чувствуешь ветер?
Триксия Бонсол высунулась наружу. Слышно было, как он поет вокруг шлема.
- Посильнее тебя! - рассмеялась она. - Мне-то приходится стоять всего на
двух ногах.
Они направились к склону. Триксия вывела звуковую связь с сетью на ноль.
Здесь и сейчас ей хотелось испытать все самой, и чтобы ее не отрывали. Но
гудение звука и дисплеи в 622 верхних углах поля зрения все время держали ее
в напряженном контакте с тем, что происходит в космосе и в Принстоне. В
реальном мире за шлемом свет был разве что чуть ярче луны Триленда, и
единственным движением было пересыпание поземки.
- Это наше самое вероятное предположение, где Шерканер покинул вертолет?
- Да, но здесь нет никаких его следов. Файлы журналов все смешались в
кашу. Папа управлял вертолетом Рахнера по сети. Может быть, он шел куда-то в
выбранное место. Скорее же он направлялся случайно в никуда.
Сейчас Триксия не слышала настоящего голоса Маленькой Виктории. Эти звуки
транслировались и перерабатывались ее шлемом. Результатом была не
человеческая речь и уж точно не голос паука, но Триксия понимала этот язык
так же легко, как низский, и, слушая, могла одновременно смотреть и
действовать руками.
- Но... - Триксия показала рукой на неровный пейзаж, - Шерканер казался
мне рациональным, даже в самом конце, когда, казалось, все разваливается.
Она говорила на том промежуточном языке, который слушала. Процессор
скафандра выполнял рутинную работу по сдвигу звуков в слышимый для Вики
диапазон.
- Тяга к глубине иногда так проявляется, - сказала Виктория:
- Он только что потерял маму. Нижнимор, Джейберта и их
контрразведывательный центр только что из-под него вышибли.
Нижним краем обзора Триксия заметила, что у Вики подергиваются передние
руки. Это был эквивалент поджатых губ у человека, преодолевающего душевную
боль. Все годы Фокуса Триксия постоянно представляла себе разговор один на
один на одном уровне. В невесомости более или менее так и было. Но на
земле.., человеческие тела расправляются вверх, а тела пауков в стороны.
Если не держать постоянно вид вниз, она бы не замечала "выражений лица" - и
хуже того, могла бы наступить на лучших друзей.
- Спасибо, что полетела со мной, Триксия. - Перепады промежуточного языка
показали, что голос Вики дрожит. - Я здесь и в Зюйдвиле уже бывала,
официально, с братьями и сестрой. Мы обещали друг другу, что на время это
оставим, но.., но я не могу, и быть здесь одна тоже не могу.
Триксия покачала рукой в жесте, означающем утешение и понимание.
- Я хотела сюда прилететь еще тогда, когда вышла из Фокуса. У меня такое
чувство, будто я наконец стала личностью, а с тобой - как будто у меня есть
семья.
Одна из свободных рук Вики приподнялась и потерла локоть Триксии.
- Для меня ты всегда была личностью. Я помню день, когда погибла Гокна,
когда Генерал рассказала нам о тебе.
Папа нам показал журналы, до самого того дня, когда ты впервые вышла с
ним на контакт. Тогда он думал, что вы, переводчики, что-то вроде
искусственных интеллектов. Но мне Ты казалась личностью, и я думала, что ты
очень любишь папу. Триксия сделала жест улыбки.
- Милый Шерк был так уверен в существовании таких невозможных вещей, как
ИИ. Для меня Фокус был вроде сна. Моим заданием было в совершенстве понять
вас, пауков, а эмоции просто из этого вытекали. Побочный эффект, которого
Томас Hay вообще не ожидал.
Осознание себя как личности в виде паука пришло постепенно, нарастая с
каждым шагом вперед в постижении языка. Диспут на радио послужил поворотным
пунктом, когда Триксия и Зинмин Броут полностью вжились в образы и приняли
стороны в своем великолепном спектакле.
Ксопи, прости меня. Мы были Фокусированы, а ты вдруг оказалась врагом.
Когда мы стирали твои коды МДИ, мы не знали, что на самом деле тебя убиваем.
Любой из нас мог оказаться переводчиком Пьетры, оказаться на твоем месте.
Это был тот момент, когда Триксия впервые по каналам связи открыла себя
Шерканеру Андерхиллу.
Гладкий камень стал изломанным, переходя в склон холма. Здесь были пятна
снежников и обрывы, бросающие тени в свете солнца и звезд. Виктория и
Триксия перелезли через нижние скалы холма и вгляделись в эти тени. Это не
был серьезный поиск, скорее акт почитания. Наблюдения с воздуха и с орбиты
были выполнены много дней тому назад.
- Ты.., ты думаешь, мы его когда-нибудь найдем, Виктория? Почти все годы
Фокуса Шерканер Андерхилл был для Триксии Бонсол центром вселенной. Она
только смутно осознавала присутствие Анне Рейнольт или Эзра при сотнях его
верных посещений, но Шерканер Андерхилл был реален. Она помнила старого
коббера, который не мог обходиться без поводыря, чтобы не ходить по кругу.
Как же он мог уйти?
Виктория ответила не сразу. Она была несколькими метрами выше по склону,
заглядывая под нависший скальный карниз. Как вся ее раса, она куда лучше
людей умела лазать по скалам.
- В конце концов да. Мы знаем, что на поверхности его нет. Может быть..,
я думаю, Моби могло посчастливиться найти дыру глубже нескольких ярдов. Но
это еще не создает жизнеспособной глубины, папино тело быстро высохло бы до
смерти. - Она вылезла из-под скалы. - Забавно. Когда План стал рассыпаться,
я думала, что мы потеряли маму, но папу сможем спасти. Но сейчас.., ты
знаешь, что люди сняли новые эхограммы дна Зюйдвиля? Ракеты Братства разбили
Зал Парламента и верхние уровни. Под ними - миллионы тонн переломанных скал,
- но есть и полости то, что осталось от суперглубин южан. Если мама с
Хранком добрались туда живыми...
Триксия нахмурилась: эти новости она видела.
- Но в докладе говорится, что там слишком опасно копать, что полости
могут обрушиться.
А когда придет Новое Солнце, эти миллионы тонн камней наверняка упадут на
глубины.
- Да, но у нас есть время все спланировать. Мы усовершенствуем
землеройную технику людей. Может быть, мы сможем провести туннель за
несколько миль, по-настоящему глубокий, а равновесие поддерживать каворитом.
И где-то перед Новым Солнцем узнаем, что в этих глубинах. И если мама с
Хранком там, мы их спасем.
Они шли на север вокруг выступа склона. Даже если бы это был тот холм,
где Шерканер покинул Тракта, они ушли довольно далеко от места, где мог
тогда сесть Тракт. И все же Виктория вглядывалась в каждую тень.
Триксия не могла угнаться. Она выпрямилась и отвернулась от холма. Небо
над северным горизонтом светилось, будто зарево над городом. И так это почти
и было. Прежних ракетных полей не стало, но мир нашел для плоскогорья лучшее
применение. Каворитные шахты. Компании со всего бодрствующего мира бросились
на их разработку. С орбиты были видны открытые карьеры, тянущиеся от бывших
полигонов Братства на тысячи миль через пустыню. Миллион пауков был занят на
этих шахтах. Даже если никогда не будет найден способ синтеза этого
волшебного вещества, каворит революционизирует космическую технику, частично
компенсировав недостаток других небесных тел в этой солнечной системе.
Виктория, кажется, заметила, что Триксия не выдерживает темпа. Она нашла
закругленный выступ скалы, защищенный от ветра, и устроилась на нем. Триксия
села рядом, довольная, что они на одном уровне. Уходящая на юг равнина была
покрыта сотнями холмиков, и каждый из них мог быть местом последнего покоя
Шерканера. Но в светящемся небе из-за горизонта двигались вверх точечки
света - антигравитационные буксиры выводили массы в космос. Во всех
учебниках человеческой истории антигравитация определялась как одна из
Несбыточных Грез. А здесь она работает.
Вики сидела молча. Человек, не знающий пауков, мог бы решить, что она
спит. Но Триксия видела красноречивые движения пищевых рук и слышала
непереведенное бормотание. С Вики часто такое бывало, часто ей приходилось
затенять образ, который она проецировала своей группе, и Белге Андервиль, и
пришельцам из космоса. Маленькая Виктория действовала отлично, по крайней
мере не хуже, чем могла бы ее мать, в этом Триксия была уверена. Она
организовала окончательный триумф Великой Контрразведки своих родителей. У
себя на скорлупках Триксия видела дюжину вызовов, ожидающих ответа майора
Лайтхилл. Час или два одиночества - больше Вики не могла в эти дни выкроить.
Если не считать Брента, Триксия была единственным живым существом, знавшим,
какие сомнения живут в душе Виктории Лайтхилл.
Мигающая ползла вверх по небу, перемещая тени по изрытой земле. В это
самое теплое время Верхней Экватории на ближайшие двести лет Мигающая могла
вызвать разве что слабое испарение льда.
- Я надеюсь на лучшее, Триксия. Генерал и папа - они были очень умны. Не
может быть, чтобы они оба погибли. Но им - и мне - много пришлось сделать
очень трудного. Те, кто верил нам, погибли.
- Это была война, Виктория. Против Пьетры, против эмергентов.
Это Триксия повторяла сама себе, вспоминая Ксопи Реюнг.
- Да. И уцелевшие процветают. Даже Рахнер Тракт. Он так и не вернулся на
службу Короля. Он чувствует, будто его подставили. Его и в самом деле
подставили. Но он теперь там, с Джирлибом и Диди, - она ткнула рукой в
сторону LI, - создает что-то вроде Кенг Хо пауков.
Она помолчала, потом вдруг резко хлопнула по скальному насесту. Триксия
слышала, что голос ее сердит, будто отбивается от не высказанных обвинений.
- Черт возьми, мать была хорошим генералом! Я никогда не могла сделать
того, что могла она, - во мне слишком много от папы. И в ранние годы это
помогало - его гений и ее умножали друг друга. Но скрывать контрразведку
становилось с каждым годом труднее. Видеомантия - великолепное прикрытие,
оно позволило нам завести аппаратуру вне сети и передавать потоки данных под
самым хоботом у людей. Но одна ошибка, одна догадка со стороны людей - они
бы могли убить нас всех. Это грызло матери сердце.
Ее пищевые руки бесцельно заметались, потом раздался сдавленный шипящий
звук. Виктория рыдала.
- Я только надеюсь, что Хранкнеру она сказала. Он был нашим самым
преданным другом. Он любил нас, несмотря на то, что мы были для него
извращением. Но мама просто не могла этого принять. Она слишком многого
хотела от дяди Хранка, и когда он не смог измениться, она...
Триксия обняла ее рукой за середину спины - самое лучшее приближение к
многорукому объятию, на которое способен человек.
- Ты знаешь, как сильно папа хотел рассказать Хранку о Контрразведке. В
последний раз в Принстоне мы с папой думали, что сможем это устроить, а мама
примирится. Но нет. Генерал была такая.., не прощающая. Но под конец.., в
общем, она хотела, чтобы Хранк летел с ней в Зюйдвиль. Если она доверила ему
это, ведь наверняка доверила и остальное. Правда ведь? Она должна была
сказать ему, что все не напрасно.
ПРОШЛО СЕМЬ ЛЕТ...
У мира пауков была луна: груду скал L1 перевели на синхронную, орбиту на
широте Принстона. По стандартам большинства обитаемых миров лунишка была
жалкая, еле видимая с поверхности. На высоте сорока тысяч километров кусок
алмаза и льда слабо блестел в свете звезд и солнца. И все же она напоминала
половине мира, что вселенная не такова, как они думали.
Впереди и позади груды скал тянулась цепочка крошечных звезд, бисерин,
которые с каждым годом становились все ярче: обитаемые базы и фабрики
пауков. Сначала это были Самые примитивные конструкции, которые только видел
космос, дешевые, перегруженные и перенаселенные, взлетевшие на крыльях
каворита. Но пауки учи-Г1ись хорошо и быстро...
Перед этим в Большой Арахнинской Базе прошли официальные зеды. Сам Король
поднялся на орбиту проводить отбывающий к Триленду флот. Он состоял из
четырех звездолетов, подновленных промышленностью его империи и всего мира.
И в экипаж флота входили не только люди Кенг Хо, трилендеры и бывшие
эмергенты. На борт кораблей поднялись двести пауков под командованием
Джирлиба Лайтхилла и Рахнера Тракта. На звездолетах установили Первые
усовершенствованные двигатели и новое анабиозное оборудование. Что еще
важнее, звездолеты несли ключи к зашифрованному знанию, посланному ранее
направленными лучами к Триленду и Канберре.
К этому отбытию в космос поднялись почти десять тысяч пауков, сам Король
на одном из первых всеарахнийских космических паромов, и "обед" растянулся
больше чем на 300 Ксек. С этого времени в космосе возле Арахны пауков стало
больше, чем людей.
Фама Нювена это вполне устраивало. Цивилизация Клиентов должна
господствовать в пространстве около своей планеты. Черт побери, для Кенг Хо
это было самой важной функцией туземцев - обеспечивать гавани, где можно
ремонтировать и переоборудовать корабли, быть рынком, который делает
путешествия между звездами прибыльными.
На этом втором отбытии Большая База была почти так же наводнена народом,
как при отлете на Триленд, но сам обед был куда меньше - всего на десять -
пятнадцать персон. Фам знал, что Эзр, Чиви, Триксия и Вики организовали все
именно так, чтобы можно было говорить и слышать друг друга. Может быть, это
последний раз, когда столь многие уцелевшие участники игры могут друг с
другом увидеться.
Бальный зал Большой Арахнинской Базы был для вселенной чем-то новым.
Пауки вышли в космос едва ли 200 Мсек тому назад, или семь своих лет.
Бальный зал был первой попыткой величия в невесомости. До биоинженерии
парков Кенг Хо они еще не доросли. На самом деле пауки в большинстве своем
не понимали, что для космонавта живой парк - это и есть самый большой символ
возможностей и силы в космосе. Вместо этого инженеры Короля взяли
неорганические конструкции Кенг Хо и попытались приспособить к невесомости
собственные архитектурные традиции. Конечно, через столетие-другое они сами
будут считать эти попытки смешными. Или же эти ошибки станут частью
традиции.
Внешняя стена была мозаикой сотен прозрачных пластин, закрепленных в
титановой сетке. Были пластины алмазные, были кварцевые, некоторые для глаз
Фама были почти непрозрачными. Пауки предпочитали прямой вид. Видеообои и
человеческая технология отображений не соответствовали их зрительному
диапазону.. Многогранная поверхность расходилась и образовывала пузырь
диаметром пятьдесят метров. В основании его инженеры пауков заложили
террасистую насыпь, поднимающуюся к обеденным столам у вершины. Склон по
арахнианским меркам был пологим с широкими ступенями. С точки зрения людей
это был крутой уступ с приставными лестницами. Но общий эффект - для людей
или пауков - состоял в том, что где бы ты ни сидел, тебе была видна половина
неба. Большая база была длинной конструкцией, стабилизированной приливным
трением, и бальный зал находился в том конце, который выходил на Арахну. Для
глядящего прямо вверх почти весь вид занимал мир пауков. Глядящему в сторону
представлялся упорядоченный хаос скопления скал и людских баз, удлиняющийся
с каждым годом. В другую сторону были видны Королевские Верфи. Издали Верфи
казались неразличимым скоплением огней, то и дело полыхающих крохотными
вспышками. Пауки строили орудия для строительства орудий. Еще год-другой, и
они запустят собственный межзвездный корабль.
Анне и Фам прибыли точно в назначенное время - как бы ни был мал этот
банкет, но хозяева определили формальности. Они восходили на возвышение ярус
за ярусом, касаясь время от времени ступеней, направляясь к круглому столу
наверху. Хозяева уже присутствовали - Триксия и Вики, Чиви и Эзр, и другие
гости тоже уже собрались - и люди, и арахнианцы. Анне и Фаму полагалось
прийти последними - гости Прощания.
Когда все уселись, служители-пауки вышли из основания возвышения, разнося
паучьи и человеческие блюда. Обе расы могли есть вместе, хотя каждая
находила еду другой более чем странной.
Закуски поглощались в традиционном для пауков молчании. Потом Триксия
Бонсол поднялась со своего места среди пауков и произнесла речь такую же
торжественную, как при отлете Джирлиба. Фам про себя застонал. Кроме Белги
Андервиль, здесь все были близкими друзьями, и он знал, что эти формальности
им нужны вряд ли больше, чем ему. Но сегодня было печально как-то больше,
чем полагалось бы на простой отвальной. Он украдкой оглядел стол. Все так
торжественно, люди в официальных костюмах для невесомости с покроем,
сохраняющимся уже тысячу лет. Но вообще здесь вряд
...Закладка в соц.сетях
