Жанр: Научная фантастика
ХОНОР ХАРРИНГТОН 2. Честь Королевы
...ольше
Викторию поразило, насколько близко подошел капитан линейного крейсера к
возникновению
опасной для него ситуации. А теперь он набирал максимальное ускорение! Как ни
преждевременно это было, Рейф прав - они уходили из боя!
- Преследовать будем, мэм? - По тону Кардонеса ясно было, что бы выбрал
он, и
Виктория не могла его винить. Его орудия уцелели, и он обыграл своего оппонента
со счетом как
минимум шесть к одному. Но она не могла позволить своему энтузиазму увлечь ее со
сторожевых
позиций.
- Нет, пусть уходит.
На мгновение на лице Кардонеса отразилось возмущение, но потом он
подчинился. Сев на
место, он начал проверять данные по складам и перемещать амуницию для
восстановления
равновесия, а мичман Уолкотт посмотрела на капитана.
- Извините, что пропустила одну, мэм,- голос у нее был несчастный.- Она
дернулась в
последнюю минуту, и...
- Кэрол, ты все сделала замечательно, просто замечательно,- сказала
Виктория.
Кардонес подтвердил слова капитана. Уолкотт по очереди посмотрела на них
обоих,
улыбнулась и снова повернулась к своей консоли. Виктория подозвала Веницелоса.
Старпом
отстегнулся от противоударной рамы и подошел к ней.
- Да, мэм?
- Ты был прав насчет того, как он ведет бой. Это просто жалко.
- Да, мэм.- Веницелос почесал подбородок.- Похоже было на симуляцию -
будто
против нас были только его компьютеры.
- Я думаю, так и было,- тихо сказала Виктория, и старпом моргнул от
удивления.
Она отстегнула свою собственную противоударную раму, и он пошел за ней к
тактическому посту. Виктория ввела команду с панели Кардонеса, и они посмотрели
на главном
тактическом экране повторение короткого боя. Все сражение длилось меньше десяти
минут, и она
покачала головой, когда оно закончилось.
- Не думаю, что там хевенитский экипаж.
- Что? - громко воскликнул Веницелос и даже покраснел от собственной
несдержанности.- Вы что, шкипер, думаете, хевениты передали такой корабль
фанатикам вроде
масадцев?
- Звучит безумно,-.признала Виктория, глядя на экран и потирая кончик
носа,- если
учесть, что они оставили своего человека командовать "Бреслау". Но ни один
хевенитский
капитан не стал бы так использовать этот корабль. Он дал нам все возможные
преимущества,
Энди. Прибавь к этому его неуклюжее появление, и...
Она пожала плечами, и Веницелос задумался.
- Хевен не может не знать, что попал в ловушку, мэм,- сказал он
наконец.- Может, они
просто ушли и оставили Масаду разбираться?
- Не знаю.- Виктория вернулась к своему креслу.- Если они ушли, то
почему не взяли
с собой "Саладин"? Разве что...- она прищурила здоровый глаз,- разве что они
почему-то не
смогли его забрать,- пробормотала она и покачала головой.- Так или иначе, нашей
задачи это
не меняет,- добавила она решительно.
- Да, но наша работа может стать полегче, шкипер.
- Может быть, но я бы на это не рассчитывала. Если там чисто масадский
экипаж, кто
знает, на что они способны. Прежде всего, они скорее решатся на ядерный удар по
Грейсону, если
у них будет такая возможность. И, как бы они ни были неопытны, у них современный
линейный
крейсер. Это большой корабль, Энди, и они наделали сейчас столько ошибок, что
обязательно
должны были хоть чему-то на них научиться.
Она откинулась в кресле и посмотрела на него здоровым глазом.
- Если они вернутся, то будут вести себя умнее,- сказала она.
Глава 33
"Гнев Господень" пошел по дуге огромной внешней петли, стараясь зайти за
спину
противнику. Ремонтные команды работали вовсю. Им понадобилось время для проверки
общего
положения, но когда стали поступать доклады, Мэтью Саймондс слушал их с усталым
удивлением.
Ситуация казалась невозможной. Такие попадания уничтожили бы любой
масадский
корабль, но, несмотря на все раны в боках "Гнева", из орудий были уничтожены
только один
гразер и один ракетная пусковая.
Саймондс с трудом сдерживал ненависть, глядя, как противник делает петлю
внутри его
петли, повторяя все его движения. И все же он начинал понимать, почему Ю был так
уверен, что
сможет уничтожить "Бесстрашный". "Гнев" был куда прочнее, чем представлял себе
Меч.
Усталый мозг Саймондса наполнило ощущение собственной мощи, способности
уничтожать... а с
ним и осознание того, как глупо он распорядился новообретенной мощью.
Он снова посмотрел на экран. Прошло два часа с тех пор, как он вышел из
боя, и
расстояние снова шестнадцать с половиной световых минут. Уоркман пообещал ему,
что через
полчаса двадцать первая пусковая снова заработает, но время шло, а он прекрасно
понимал, что
позволил Харрингтон диктовать условия боя. У него, возможно, было только два дня
до прибытия
помощи с Мантикоры, но Харрингтон упрямо торчала между ним и
Грейсоном, а он позволял ей тратить драгоценные часы, которые он мог бы
занять Божьим
делом.
Хватит. Он встал и пошел к тактическому посту, и Эш, совещавшийся с
помощниками,
поднял голову.
- Ну, лейтенант?
- Сэр, мы закончили анализ. Извините, что так долго возились, но...
- Ничего, лейтенант.
Тон вышел резче, чем он рассчитывал, и Саймондс постарался смягчить свои
слова
улыбкой. Он знал, что Эш и его люди устали не меньше, чем он сам, и им пришлось
проводить
анализ, буквально держа на коленях учебники. Это была одна из причин, по которым
он тратил
время, стараясь обойти Харрингтон. Обход наверняка обречен, но он не собирался
вступать в бой,
пока Эш не освоится с тем, чему он научился в первом бою.
- Я понимаю ваши проблемы,- сказал он мягче.- Просто сообщите мне, что
вы
выяснили.
- Да, сэр.- Эш глубоко вздохнул и сверился с электронной записной
книжкой.- Сэр,
несмотря на то что их ракеты меньше, пробойность у них лучше, чем у наших. Мы
запрограммировали контроль ведения огня учитывать все их уловки, которые сумели
определить.
Я уверен, что у них есть что-то, чего мы еще не видели, но из того, что они уже
использовали, мы
исключили практически все. Что касается обороны, то у них очень хорошие ловушки
и глушители,
но их противоракетные снаряды и фиксированная оборона лишь ненамного лучше
наших. Мы
собрали неплохие данные об их ловушках и ввели их в компьютер, чтобы ракеты не
учитывали их
сигналы. Думаю, в следующем бою мы сможем с ними справляться куда лучше.
- Отлично, лейтенант. А что с нашей собственной обороной?
- Меч, у нас просто не хватает опыта, чтобы управлять ею в активном
режиме. Извините,
сэр, но так уж обстоят дела.
Помощники Эша опустили глаза, но Саймондс не закричал, и лейтенант
продолжил:
- Как я уже сказал, мы уточнили данные о степенях опасности и
переработали
программы, чтобы использовать наш анализ их предыдущих действий. Кроме того, я
установил
пакет программ по глушению и постановке ловушек, который будет запускаться по
команде
компьютера. Такой гибкости, какую дала бы вам опытная тактическая секция, мы все
равно не
добьемся, но исключение людей из системы принятия решений должно повысить нашу
общую
эффективность, сэр.
Лейтенанту вовсе не хотелось в этом признаваться, но он смело взглянул
на Саймондса.
- Понятно.- Меч выпрямился и помассировал ноющий позвоночник, потом
обернулся.- Астрогатор, курс уточнен?
- Да, сэр.
- Тогда разворачиваемся.- Саймондс по-отечески улыбнулся Эшу.-
Посмотрим,
лейтенант, каковы будут плоды ваших трудов.
- Они возвращаются, шкипер.
Виктория вложила чашку с какао в подставку подлокотника и взглянула
сперва на
Кардонеса, потом на свой собственный экран. "Саладин" появился в трехстах
миллионах
километров и теперь приближался к ним, тормозя на четыре и шесть десятых
километра в секунду
в квадрате.
- Как думаете, мэм, что он задумал на этот раз?
- Наверное, последние пару часов он провел, обдумывая то, что мы с ним
сделали, Энди.
Если он возвращается, то считает, что понял, что он сделал не так в прошлый раз.
- Думаете, он попытается подойти на расстояние действия энергетического
оружия?
- Я бы на его месте так и сделала, но ты же знаешь поговорку насчет
лучшего
фехтовальщика в мире? - Веницелос смотрел озадаченно, и она криво улыбнулась.-
Лучший в
мире фехтовальщик боится не второго за ним, а худшего в мире фехтовальщика,
потому что не
может предсказать, что этот идиот сделает.
Старпом понимающе кивнул, а Виктория повернулась к экрану связи с
"Трубадуром". Она
открыла было рот, но Маккеон улыбнулся и покачал головой.
- Я слышал, что вы сказали Энди, мэм. Хотелось бы, чтобы вы ошибались,
но вы правы.
- Даже если и так, он многому научился с прошлого раза, Алистер. Он
наверняка
сосредоточит огонь при подходе.
- Да, мэм.- Маккеон больше ничего не сказал, но они оба знали, куда
скорее всего будет
целиться "Саладин". "Трубадур" мог вынести куда меньше повреждений, чем
"Бесстрашный", и с
его гибелью Виктория лишится четверти своих орудий.
- Держитесь поближе. Что бы он ни задумал, он начнет с ракетного
обстрела, и я хочу,
чтобы вы были внутри защитного периметра "Бесстрашного".
- Есть, шкипер.
- Рейф,- она снова повернулась к Кардонесу,- вызови лейтенанта Харриса
себе на
замену, а вы с Кэрол отдохните. И вы тоже, чиф Киллиан,- добавила она, взглянув
на рулевого.-
У нас четыре-пять часов до входа в зону обстрела, и я хочу, чтобы вы все трое к
этому моменту
были бодрыми.
Меч Саймондс решительно откинулся на мягкую спинку командирского кресла.
Ему хотелось двинуться прямо вперед, подойти поближе к врагу и навсегда
уничтожить
его, но он не смел. Слишком сильно Харрингтон повредила "Гнев" в первой стычке.
Лучше
сохранять благоразумие, пока он не удостоверится, что Эш хорошо наладил их
оборону. Поэтому
он приказал уменьшить скорость приближения и снова пройти по краю зоны действия
ракет, а не
заходить сразу вглубь.
Харрингтон держалась достаточно далеко, чтобы удлинить время его
подхода, и он
заскрежетал зубами от изматывающего напряжения. Она уже четырнадцать часов
играла с ним, а
он оставался на мостике "Гнева" сорок пять часов с короткими перерывами на сон.
Желудок у
него жгло, он выпил слишком много кофе и больше всего хотел, чтобы все поскорее
закончилось.
- Он и правда готовится к еще одной перестрелке ракетами.
Рафаэль Кардонес только что вернулся на вахту, сменив лейтенанта
Харриса, и, несмотря
на все напряжение - или даже благодаря ему,- Викторию так позабавило отвращение
в его
голосе, что она чуть не захихикала.
- Ты радуйся,- сказала она.- Если он согласен не заходить в зону
действия
энергетического оружия, то я и подавно.
- Я знаю, шкипер. Просто...- Кардонес наклонился над своей панелью,
уточняя данные,
и Виктория улыбнулась.- Он войдет в зону обстрела через десять минут,- объявил
наконец
Кардонес.- Скорость сближения к этому моменту будет составлять четыреста
километров в
секунду.
- Проверьте готовность расчетов ракетных пусковых, лейтенант,- сказала
Виктория уже
более официальным тоном.
Расстояние сократилось до шести и восьми десятых миллиона километров, и
"Гнев
Господень" выпустил ракеты в противника. Их компьютеры были набиты всеми
техническими
усовершенствованиями, которые только пришли в голову лейтенанту Эшу. На этот раз
они вели
огонь быстро. Второй залп последовал через пятнадцать секунд после первого,
потом третий,
четвертый. Двести шестнадцать ракет взлетели прежде, чем первые достигли своей
цели, а
навстречу им шли ракеты мантикорцев.
- Они сосредоточились на "Трубадуре",- напряженно сказал Кардонес, и
Виктория
крепче сжала подлокотники кресла.
- Янки-Три, Алистер.
- Есть, мэм. Выполняем Янки-Три.- Голос Маккеона был металлическим и
невыразительным.
- Чиф, выполняйте Янки-Два,- продолжила Виктория, и "Бесстрашный",
замедлив
движение, перекатился ближе к "Саладину". "Трубадур" проскользнул мимо него и
пристроился
сзади, стараясь скрыть как можно большую площадь за более мощным сигналом
большого
корабля и при этом не блокировать собственную линию ведения огня. Это был
хладнокровный
маневр с целью поставить между собой и вражеским огнем более прочные защитные
стены
крейсера, но у "Саладина" были подробные данные на оба корабля. Вряд ли удастся
так обмануть
его ракеты, чтобы они пошли на "Бесстрашный", а пространство для маневра
оставалось у обоих
кораблей.
- Ракетная защита Дельта.
- Есть, мэм. Применяю план Дельта.- На этот раз голос Уолкотт звучал
спокойно и
уверенно, и Виктория почувствовала гордость за девушку.
Потом она повернулась к своему экрану, и при виде того, каким мощным был
огонь
масадцев, ей стало не до посторонних мыслей. У "Саладина" был куда больший
боезапас, и он
вовсю пользовался этим преимуществом. Виктории очень хотелось бы ответить тем
же. У
"Бесстрашного" были новые ракетные пусковые типа "7", их цикл работы составлял
всего
одиннадцать секунд. Она могла превысить мощность огня "Саладина" на двадцать
процентов, но
только пока не кончатся снаряды, а расстояние было слишком велико, чтобы так
быстро их
растрачивать.
Меч Саймондс злорадно ухмыльнулся, видя, что Эш постарался не зря.
Ловушки
Харрингтон были на этот раз вдвое менее эффективны, и поскольку Эшу не надо было
координировать оборону "Гнева", он и его люди куда быстрее приспосабливались и к
другим ее
защитным мерам.
Ракеты сыпались на мантикорские корабли, и даже на таком расстоянии он
чувствовал,
какое напряжение они создают в обороне Харрингтон. Из первого залпа семь ракет
прорвались
сквозь противоракетные снаряды, и хотя лазеры "Бесстрашного" остановили их
достаточно далеко
и они не смогли причинить вреда, быстрота огня давала ей меньше времени на то,
чтобы
справиться с каждым залпом.
Он оторвался от этого экрана, чтобы проверить ракетную оборону, и
почувствовал еще
большее возбуждение. Заранее записанные программы Эша справлялись куда лучше,
чем он
ожидал. Десять идущих на них ракет потеряли цель и отошли в сторону, отвлекшись
на
собственные ловушки "Гнева", а шесть ракет, сохранивших курс, легко уничтожили
противоракетные снаряды и лазеры.
Прошло пять минут. Потом шесть. Восемь. Десять. Каким-то образом Кэролин
Уолкотт
умудрилась остановить все ракеты, выпущенные в них "Саладином", но враг куда
быстрее
адаптировался к мерам обороны "Бесстрашного". Огонь его стал точнее и мощнее, и
больше он не
дергался. Кардонес подбил линейный крейсер раз, потом другой, третий, а он все
шел на них,
отвечая огнем и отмахиваясь от собственных повреждений.
Мэтью Саймондс выругался, почувствовав очередное попадание в свой
корабль, но потом
его воспаленные глаза засверкали: из тактической секции донесся вопль триумфа.
Гамма-пучок пронзил лишенный брони корпус "Трубадура", и корабль начал
выплевывать
обломки и атмосферу. Обшивка вспучивалась и трескалась, ракетная пусковая со
всем расчетом
исчезла в мгновение ока, а по всему кораблю тревога воем предупреждала о
нарушении
целостности корпуса. Эсминец летел вперед, увлекая за собой воздух и обломки, и
его оставшиеся
орудия стреляли по громадному вражескому кораблю.
Виктория вздрогнула, когда гамма-пучок ударил в "Трубадур". Первый бой
научил
"Саладин" куда большему, чем она предполагала. Их электронные меры защиты стали
существенно эффективнее, более мощные и многочисленные посты фиксированной
обороны
сбивали идущие на них ракеты с тревожащей аккуратностью, а каждый выстрел
наносил куда
больше повреждений, чем дошедшие до цели ракеты мантикорцев.
Надо было согласиться на предложение Рейфа. Надо было погнаться за
"Саладином", не
дав неопытной команде корабля приспособиться к своему вооружению, но тогда она и
сама не
вполне верила своим подозрениям. А еще, сказала она себе безжалостно, ее
остановила не только
необходимость держаться между "Саладином" и Грейсоном, но и собственное желание
жить.
Еще одну масадскую ракету остановили меньше чем в секунде от
"Трубадура", и
Виктория прикусила губу. Она упустила шанс расправиться с "Саладином", пока он
был еще
неуклюж. Теперь многие из ее экипажа погибнут из-за ее ошибки.
- Смотрите! Смотрите! - закричал кто-то из задней части мостика "Гнева".
Меч Саймондс неодобрительно поглядел на нарушителя дисциплины, но
настоящего
раздражения в его взгляде не чувствовалось. Он тоже видел, что две ракеты
прорвались через все
препятствия, которые эта сука поставила перед ними.
- Прямые попадания в девятое орудие и шестой лазер, капитан! - хрипло
доложил
лейтенант Каммингс.- Выживших нет ни там, ни там, а в секции слежения и центре
боевой
информации много пострадавших!
Алистер Маккеон потряс головой, как боксер, которому нанесли слишком
много ударов. В
воздухе плясала пыль, вонь горящих изоляции и человеческой плоти просочилась на
мостик
прежде, чем вентиляционный канал в центр боевой информации закрылся, и он
слышал, как когото
рвало.
- Узел бета-пятнадцать подбит, шкипер! - сообщил Каммингс, и он закрыл
глаза от
боли. Последовала пауза, и голос инженера потерял всякое выражение.- Капитан, мы
теряем
защитную стену по правому борту, начиная от сорок второй рамы.
- Рулевой, выполняйте перекат! - скомандовал Маккеон, и "Трубадур"
бешено
завертелся, разворачивая пробитую стенку прочь от "Саладина".- Огонь орудиями
левого борта!
"Гнев Господень" вздрогнул, когда очередная прорвавшаяся ракета нанесла
удар, но
Мэтью Саймондса наполнило ощущение мощи и неуязвимости. Его корабль потерял два
лазера,
радар, еще два причальных узла и еще одну ракетную пусковую - и все. А его
приборы видели
разбитую обшивку и обломки, тянущиеся за эсминцем этой суки. У него на глазах
произвели еще
один залп, вокруг ликовала команда, и он невольно начал колотить ладонью по
подлокотнику
кресла, подталкивая ракеты вперед.
Пот капал с лица Рафаэля Кардонеса на панель перед ним. Электронные
модели ведения
боя "Саладина" менялись и перестраивались с необычайной быстротой в сравнении с
их
первоначальной старческой медлительностью, а оборона линейного крейсера,
казалось,
игнорировала электронные контрмеры его ракет. Он чувствовал, как рядом
переживает Уолкоттвсе
больше ракет прорывалось сквозь ее растянутую оборону, калеча "Трубадур", но
у него не
было времени отвлекаться. Он должен был найти ахиллесову пяту "Саладина",
обязательно
должен!
- Боже мо...
Голос лейтенанта Каммингса прервался с тошнотворной внезапностью. Через
долю
секунды первый термоядерный реактор совершил аварийную остановку, и эсминец
дернулся,
когда второй реактор принял его нагрузку на себя.
Доклады от аварийных команд прекратились. Делать их было некому.
- Беглый огонь из всех орудий!
Виктория не отрывала взгляда от микрофона связи с "Трубадуром".
Подвижная сторона ее
лица отражала отчаяние: на мостик Алистеру текли бесконечные рапорты о
повреждениях. Не
важно, сколько оставалось амуниции, она должна была отвести огонь "Саладина"
прежде, чем...
Внезапно связь прервалась, и она в ужасе повернулась к экрану, на
котором "Трубадур"
переломился, как спичка, а вся задняя треть эсминца исчезла во вспышке
солнечного взрыва.
Мостик "Саладина" взорвался аплодисментами, и Мэтью Саймондс заколотил
по
подлокотникам, хрипло вопя от восторга.
Он гневно оглянулся на экран и на единственный безбожный корабль,
стоявший между
ним и отступниками. Лицо его исказила жажда убивать, уничтожать, но даже сквозь
кровожадный
порыв он заметил, что "Бесстрашный" усилил огонь. "Гнев Господень" дернулся,
загудели
сигналы тревоги, когда внутрь прорвался еще один гамма-пучок,- и на этот раз
Саймондс
зарычал от ярости. Последнее попадание лишило его двух орудий.
- Убей эту суку, Эш!
Теперь была очередь "Бесстрашного".
По нему ударил первый залп "Саладина", и завопили сигналы треввги.
Виктория
оторвалась от кошмарного зрелища - гибели "Трубадура". Она не могла об этом
думать, не
могла позволить, чтобы смерть друзей ее парализовала.
- Рулевой, Отель-Восемь! - приказала она, и собственный голос показался
ей
незнакомым, не затронутым гневом и ненавистью, обращенными на саму себя.
- Мы потеряли контрольные подходы к заднему кольцу, шкипер! - доложил
коммандер
Хиггинс с поста аварийного контроля.- Ускорение упало до двухсот шестидесяти g!
- Верни эти импеллеры в действие, Джеймс!
- Я попробую, шкипер, но у нас прострелили раму три-двенадцать.
Понадобится по
меньшей мере час, чтобы провести новый кабель.
"Бесстрашный" снова дернулся, когда в него врезался еще один пучок.
- Прямое попадание в секцию связи! - Голос лейтенанта Метцингер был
искажен
болью.- Никто из моих людей не выбрался, шкипер. Никто!
"Гнев" затрясся, когда в него ударили еще два гамма-пучка, и Саймондс
выругался.
Ракеты шли так быстро и густо, что даже управляемые компьютером лазеры не
успевали поймать
их всех, но он атаковал Харрингтон с не меньшей мощностью, а корабль у него был
куда крепче.
На краю экрана задрожал сигнал, когда импеллерный клин "Бесстрашного" внезапно
дернулся.
Глаза Саймондса вспыхнули.
- Увеличьте ускорение до максимума! - скомандовал он.- Сократите
расстояние.
Прикончим суку энергетическим оружием!
"Бесстрашный" снова вздрогнул, когда очередная гра-зерная боеголовка
вышла из-под
контроля мичмана Уолкотт. Новые гамма-пучки уничтожили еще две пусковых, и
Рафаэль
Кардонес почувствовал отчаяние. Он попадал в ублюдков не реже, чем они задевали
"Бесстрашный", но "Саладин" был так прочен, что, казалось, не замечал этого, а у
него осталось
только девять труб!..
А потом он замер, глядя на экран. Этого просто не может быть! Только
идиот будет так
пользоваться орудийной электроникой - но если капитан права насчет того, кто
управляет тем
кораблем...
Перед ним появились результаты анализа, и он сжал губы. Электронными
защитными
мерами "Саладина" управлял компьютер. Иным дело объяснить было невозможно, и бой
протянулся достаточно долго, чтобы его собственные приборы успели отследить
схему его
действий. Линейный крейсер прокручивал сложный план ловушек и контрмер, который
менялся
каждые четыреста секунд - и при этом каждый раз начинал с одного и того же
места!
Объяснять все капитану времени не было. Кардонес поспешно поменял
последовательность загрузки, уточнил профили пробойности ракет... и остановил
весь атакующий
огонь. Он не стал обращать внимание на тревогу окружающих, вызванную
прекращением огня.
Глаза его были прикованы к часам. Он дождался момента и наконец нажал кнопку
ведения огня.
Саймондс нахмурился, когда "Бесстрашный" внезапно прекратил ведение
огня. Прошло
пятнадцать секунд без единого выстрела, потом двадцать. Двадцать пять. Он уже
вдохнул
побольше воздуха, собираясь закричать от радости,- разочарованно выругался,
когда вылетел
новый залп.
Девять ракет летели сквозь космическое пространство, и компьютеры "Гнева
Господня"
заморгали в кибернетическом удивлении, определив их странный метод подхода. Они
летели
плотной фалангой, самоубийственно плотной при современной обороне... но три
ведущие ракеты
несли только электронные ловушки и глушители. Их глушители выли в полный голос,
перекрывая
все активные и пассивные системы датчиков и создавая плотную стену помех. Сквозь
нее не
могли видеть ни "Гнев", ни остальные ракеты залпа, и если бы тактической секцией
управлял
человек, то он бы задумался над тем, почему "Бесстрашный" глушил искатели
собственных ракет.
Но компьютеры увидели только один источник глушения и ответили на него только
двумя
противоракетными снарядами.
Один глушитель был сбит, но два выжили, расходясь, меняя мощность и
форму передач,
которые сбили с толку последующие противоракетные снаряды "Гнева". Они летели
вперед, а
потом внезапно по дуге ушли вверх, открывая шесть ракет, летевших сзади.
Оборонные лазеры последнего рубежа развернулись и ударили синхронными
лучами,
поскольку компьютеры наконец осознали угрозу, но глушители дурили их до
последнего момента,
а атакующие ракеты точно знали, что они искали. Одна из шести ракет погибла,
потом вторая, но
последние четыре шли вперед, и на панели лейтенанта Эша загудела тревога.
Лейтенант в ужасе повернулся. В последнюю секунду он понял, что эти
ракеты каким-то
образом были запрограммированы использовать его меры электронной защиты, будто
его
ловушки были маяками наведения, а не средствами обороны...
А потом ракеты поразили цель.
Две из них взорвались в ярких, как солнце, вспышках, встряхнувших
"Гнев", в стенку
которого на четверти скорости света врезались семидесятивосьмитонные кувалды.
Несмотря на
всю мощность ударов, эти две ракеты не нанесли вреда, но вот пробойные системы
остальных
двух сработали как надо.
"Бесстрашный" снова затрясло - очередное попадание уничтожило еще два
орудия. Но
потом кто-то испустил вопль восторга, и Виктория уставилась на свой экран. Быть
того не могло!
Никто не мог провести старомодные ядерные боеголовки через оборону современного
военного
корабля! Но Рейф Кардонес смог. Каким-то образом у него это получилось!
Жаль -не прямое попадание. Импеллерный клин "Саладина" мерцал, пока он
выбирался
из огненных шаров, вместо уничтоженной защитной стены по правому борту струились
облака
атмосферы и превратившихся в газ сплавов, но "Саладин" все еще был здесь. На
глазах у
Виктории искалеченный линейный крейсер отчаянно разворачивался, чтобы подставить
следующим ракетам крышу своего импеллерного клина. Наконец клин
стабилизировался, и
двигатели набрали максимальную мощность, а курс изменился. Прочь от
"Бесстрашного"!
С максимальным ускорением "Саладин" помчался прочь, сбегая от
израненного
противника, а "Бесстрашный" слишком сильно пострадал, чтобы пойти за ним.
Два жестоко искалеченных корабля неслись вокруг звезды Ельцина, а их
экипажи
боролись с повреждениями. Врачи вели собственную войну с месивом изуродованных и
переломанных тел, и все понимали, что следующая стычка будет последней.
Виктория Харрингтон слушала рапорты, с трудом скрывая отчаяние на
подвижной стороне
лица. Секция связи "Бесстрашного" была уничтожена, оставив корабль глухонемым,
но и внутри
плохих новостей было предостаточно.
Четверть ее экипажа была убита или ранена, а коммандер Брентуорт наконец
нашел себе
занятие. Грейсонский офицер стал координировать с мостика сеть аварийных команд,
освободив
лейтенанта Олгуда, помощника лейтенант-комманде
...Закладка в соц.сетях
