Жанр: Научная фантастика
Гея 3. Демон
...рядками - не меньше
метра в длину. Они со шлепком ударились о спину титаниды, и Верджинель яростно
замотала головой, отчего душ заструился по ее бокам. Из широкого рта титаниды
вырывались клубы пара. Какая же она красавица, подумала Искра.
Верджинель была одной из шерстистых титанид. Все ее тело, кроме лица и ладоней,
покрывала та самая шерсть, какая обычно бывает на лошадях. На скальпе же отрастали
длинные волосы - как у человека. Шерсть ее росла полосками, как у зебры - только
зелеными и коричневыми. Стоя на опушке леса, Верджинель была почти невидима.
Дикую природу Искра знала в основном из фильмов и из небольшого ковенского
зоопарка. В фильмах она видела, как люди разъезжают на лошадях, включая рассказы о
молодых девушках, которые были в восторге от этих животных. В зоопарке Ковена
содержались пять лошадей. На Искру они никогда особого впечатления не производили,
но теперь она задумывалась, не оттого ли это, что никто не позволял ей на них кататься.
Эта мысль ее растревожила. Искра уже заметно прогрессировала в том, чтобы видеть
в титанидах разумных существ... или даже людей, как предложил ей Конел. Трудно было
примириться с образом тупого животного. Однако Искра подозревала, что, родись она на
Земле, непременно стала бы страстной наездницей. А наблюдение за тем, как Верджинель
наслаждается водной прохладой, неизбежно приводила Искру к фильмам о природе.
Когда дул ветер, Верджинель фыркала, как лошадь, и раздувала ноздри. Прямо на глазах у
Искры Верджинель исполнила поразительный титанидский трюк. Она впустила воду
через нос - по меньшей мере два-три галлона - а затем поочередно повернулась вправо
и влево, чтобы окатить ею свои бока.
Послышались три негромкие музыкальные ноты, и Искра заметила, как Верджинель
тянется в свою сумку - вот еще одна совершенно чуждая вещь! - и достает оттуда
нечто, именуемое радиосеменем. Титанида кратко туда пропела, затем прислушалась.
Искра услышала ответное пение. Выскочив из воды, Верджинель по-собачьи отряхнулась.
- Это, случайно, не Сирокко? - спросила Искра.
- Ага. Она хочет знать, где мы.
- Что-нибудь случилось?
- Нет, она так не сказала. Она хочет, чтобы ты сопровождала ее в небольшом
путешествии.
- Сопровождала... а куда она направляется?
- Она не сказала. Искра вскочила на ноги:
- Мне все равно. Великая Матерь! Скажи ей - да! Скажи, я буду там...
- Она сама тебя заберет, - ответила Верджинель и снова пропела в зерно.
Сирокко прибыла через считанные минуты на почти невидимой "стрекозе-один".
Самолетик был невесом и шустр, как колибри. Сирокко приземлилась на ровной полоске
земли в десять метров длиной, едва не упершись носом в валун размером с дом.
Выбравшись, она взялась за аэропланчик и развернула его как раз к тому времени, как к
ней присоединились Искра и Верджинель.
- Приветствую тебя, задодочь Миньекиры, - в формальном тоне пропела Сирокко
Верджинели, затем взглянула на Искру, улыбнулась уголком рта и приложила два пальца
к брови. - Как поживаешь, Искра?
- Приветствую тебя, Капитан, - пропела Верджинель. Это был лишь фрагмент
титанидской песни, который смогла распознать Искра. Сама она промолчала. Как обычно,
при виде Сирокко в горле у нее слишком пересыхало, чтобы говорить.
Фея, подумала Искра. И никаких там Капитанов. Лучше Феи ничто не подходило.
Сирокко превосходно выглядела в одежде. Искре уже выпадало несколько
возможностей увидеть ее в таком облике. Сирокко носила черные штаны и рубашку, а
также широкополую черную шляпу. Теперь она выглядела куда солиднее, чем в тот
первый раз, когда Искра ее увидела. Одежда это неким образом подчеркивала. Но даже
тут Сирокко не могла вести себя подобно обычной женщине. У нее добавилось плоти по
всему телу, но особенно - в грудях. Наверняка это было как-то связано с ее загадочными
походами в лес. С того первого раза они с Робин еще трижды оттуда возвращались - и
всякий раз все моложе, здоровее и, что касалось Сирокко, крупнее. От этого Фея
становилась еще красивее.
- У меня тут небольшая экспедиция намечается, - начала Сирокко, явно
испытывая некоторое неудобство. - На самом деле тебе совсем не обязательно
присоединяться - я и сама могу справиться. Но это не слишком опасно, и я подумала, что
тебе может быть интересно.
Искра почувствовала слабость в коленках. "Радость моя, проси меня пройти по
битому стеклу. Проси меня вырвать из груди сердце и вручить его тебе. Проси меня
проплыть весь этот мир, перегнать титаниду, побороть зомби. Проси меня обо всем сразу
- и я с радостью это сделаю. Или умру при попытке - во славу твою. А ты еще
спрашиваешь меня, интересно ли мне будет куда-то с тобой отправиться..."
Стараясь выглядеть так, как будто ничего не произошло, Искра пожала плечами типа
"Почему бы и нет?" и сказала:
- Конечно, Сирокко.
- Хорошо. - Сирокко открыла дверцу самолетика, и Искра заметила, что
единственное сиденье оттуда убрано, а весь интерьер ободран. - Будет тесновато, но я
хотела взять самый маленький самолет из всех, какие у нас есть. Пожалуй, хорошего в
этом мало, но ты будешь практически сидеть у меня на коленях.
"Я найду способ потерпеть", - подумала Искра.
Самолет был пуст, если не считать двух плотно свернутых и уложенных в хвостовой
части парапланов. Сирокко отдала один Искре, и обе они их пристегнули.
- Придется немного попрыгать, - объяснила Сирокко и опустилась в кабину. Она
отодвинулась как можно глубже - и тогда туда вклинилась Искра. Пришлось испытать
некоторое неудобство с локтями, но затем обе они все-таки устроились в сидячем
положении.
- Как, сможешь нас отсюда поднять? - спросила Сирокко.
- Наверняка.
- Помни, мы довольно тяжелые.
Искра уже прикидывала взлет на компьютере. Вот было бы славно все испортить -
а потом Сирокко пусть спасает их шеи. Но Искра тут же выкинула это из головы.
Задраив дверцу, она обернулась, чтобы увидеть стоящую на безопасном расстоянии
Верджинель. Искра помахала, и титанида помахала в ответ.
- Все чисто! - крикнула Искра, чувствуя себя немного по-дурацки. Но в авиации
правила существовали для всего, для каждой ситуации, как в оскорбительных тонах дал ей
на первом же уроке понять Конел, - тонах, подкрепленных холодным взглядом Сирокко.
Искра мысленно все пробежала, затем перевела дыхание и дала газ. Самолетик
скакнул вперед, добрался до края ровной полоски... и принялся медленно тонуть. Искра
поиграла с рычагами, подурачилась с моторчиком - и наконец дошла почти до нервного
срыва, когда через страшно долгие десять секунд самолетик, казалось, вознамерился
подстричь верхушки деревьев.
Они все же скользнули поверх проклятых верхушек, и Искра рискнула бросить
взгляд на Сирокко. Фея за деревьями даже не следила. Она смотрела сквозь прозрачную
крышу, что-то там отыскивая. Искра ощутила странную гордость. Значит, Сирокко
заранее считала, что Искра способна это проделать! Еще девушка почувствовала, что ее
немного поставили на место. Пожалуй, одобрительное "годится" ей бы не помешало.
Затем до нее дошло, что комплимент заключается в доверии.
- Доведи до тридцати километров и возьми на северо-восток, - велела Сирокко.
- А поточнее?
- Точнее некуда. Просто не знаю, где он.
- Он? Кто он?
- Свистолет. Он где-то над Западным Япетом.
Дирижабль! Искра сперва испытала прилив возбуждения, затем озадаченность. Из
того, что она знала о пузырях, приближение реактивного самолета им бы не понравилось.
- Важна ли скорость подъема?
- Запаса топлива нам хватит с избытком. Можешь держать прямо туда.
Искра вычислила скорость торопливого подъема, который не стал бы
расточительным, причем проделала это вручную, вместо того, чтобы передавать всю
работу компьютеру. Просто хотелось наработать практику для критических ситуаций.
Сирокко молча смотрела.
- А что, они обычно курсируют так высоко? - спросила Искра, когда они
выровнялись на нужной высоте. Сирокко смотрела наружу и вниз.
- Очень редко. Просто хочу убедиться, что мы над ним. Почему бы тебе не
посматривать в эту сторону и не попытаться его засечь? Очень сложно не будет. Он не
намного больше штата Пенсильвания.
Пожалуй, это было преувеличением, однако Искра была разочаровала, когда они его
засекли. Несколько раз ей доводилось видеть дирижабли на расстоянии - к земле в
Дионисе они приближались редко - но она никогда не думала, что он такой огромный.
Затем Искра обратила внимание на цифры на экране радара - и поняла, что
Свистолет вовсе не в двух-трех километрах от них, а в двадцати пяти под ними.
- Отключи радар, - приказала Сирокко. - Он вредит его слуху.
Искра сделала, как велела Фея. Затем, понаблюдав, как Сирокко проверяет свой
рюкзак, инструментальный пояс и крепление параплана, проделала то же самое.
- План такой. Ты программируешь этот драндулет лететь обратно к пещере у
Клуба. И проследи, чтобы ближе чем на двадцать километров он к Свистолету не
приближался. А дальше лучше лететь прямо до палубы - две-три сотни метров. - Она
взглянула на Искру. - Не хочешь спросить почему?
- Не думаю, что следует.
- Расслабься, девочка. У нас тут не воинская дисциплина. Причина, почему я хочу
лететь ниже, в том, что я по-прежнему ожидаю появления бомбадулей. Пока они еще не
появлялись, но однажды непременно появятся. Не хочу терять этот самолет, когда он не
сможет себя защитить.
- Разумно. - Искра нервно взглянула в небо. До этого самого момента мысль о
бомбадулях ей и в голову не приходила. Она все еще помнила потрясающий полет Конела
во время атаки и понимала, что он спас ей жизнь. Искра сильно сомневалась, что когданибудь
сможет так же здорово управлять самолетом.
Тогда она взялась задавать программу автопилота. Сирокко терпеливо ждала. Вскоре
Искра увязла по уши, покачала головой и стерла неправдоподобный результат.
- Сомневаюсь, смогу ли я справиться, - призналась она. - Извини, пожалуйста.
- Не стоит извинений. Вот где ты ошиблась. - Пальцы Феи запорхали по
клавиатуре, помедлив лишь на секунду, чтобы удостовериться, что Искра все увидела и
поняла. - Одна из самых важных вещей в жизни заключается в том, что ты можешь
учиться, когда признаешь, что учиться тебе нужно.
Искра взглянула на нее и заметила, что Сирокко улыбается.
- Где бы мы обе сейчас были, - сказала Сирокко, - не знай ты, что мы стояли на
пороге ситуации очень опасного отлета? - На долю секунды ее улыбка перешла в
усмешку, затем она снова взглянула на компьютер. И Искра в очередной раз поняла,
насколько Фея ее опережает. Она могла бы поклясться, что Сирокко не обратила ни
малейшего внимания на то, как они начали полет, - и даже не замечает ее нервозности.
- Ладно, - продолжила Сирокко, вводя программу. - Ты пойдешь первой. Иди
вперед и разворачивай параплан, как только окажешься в стороне от самолета, а потом
следуй за мной. Если увидишь бомбадулей, обрезай стропы и падай так долго, как только
сможешь рискнуть. В этом рюкзаке - запасное крыло. Есть вопросы?
Вопросов у Искры имелась по меньшей мере дюжина, но она задала лишь один.
- Как ты думаешь, мы увидим бомбадулей?
- Нет, не думаю. Но и исключать этого нельзя.
Они открыли дверцу, и Искра выпрыгнула. Сориентировавшись, она дернула за
кольцо. Раздалось знакомое трепещущее щелканье ткани, запели стропы, и ее резко
дернуло. Она подняла взгляд...
На одну жуткую секунду Искра подумала, что параплан оторвался. Она ожидала
традиционно-яркого купола. А вместо этого там оказалось нечто из воздуха и паутины,
почти невидимое.
Что ж, это имело смысл. Такой параплан трудно увидеть.
Искра заметила Сирокко, которая, держась за стропы обеими руками, уходила
вправо от нее и теряла высоту. Несколько рывков за свои стропы - и Искра устремилась
за ней. "Следуй за мной", - сказала тогда Фея. "Да хоть на край света", - подумала
Искра.
Несколько минут Искра занималась тем, что обозревала ясное небо на предмет
выхлопных следов бомбадулей. Дважды она заметила их собственный покинутый
самолетик. В первый раз он ее напугал; во второй раз он ей уже наскучил. Искра спокойно
следовала за Сирокко, а такого ясного дня для парения можно было только пожелать.
Затем Сирокко начала бешено вращаться по спирали, раскачиваясь взад и вперед на
концах строп. Искра поначалу стала беспокоиться, но чем дольше это продолжалось, тем
упорнее она задумывалась, что же тут не так. Она не встревожилась, пока Сирокко не
отправилась в крутой нырок вниз. Искре было нелегко за ней последовать, но стоило ей
нырнуть, как Сирокко пошла вверх, и вверх, и вверх... и едва не взлетела еще выше, чем
была. Такую петлю нелегко было проделать с парапланом, и Фея не вполне справилась.
Но Искра никак не могла понять, в чем проблема, пока не услышала взрыв смеха.
- Я думала, ты вознамерилась меня преследовать, - крикнула Сирокко и снова
рассмеялась. - Я думала, ты абсолютная чемпионка Ковена или что-то вроде того.
"Да неужели?"
Искра обеими руками подтянулась за стропы и пронеслась так близко к Сирокко, что
даже услышала, как та изумленно охнула. Она неслась все ниже и ниже, все быстрей и
быстрей, раскачиваясь из стороны в сторону и набирая инерцию - а потом последовал
резкий рывок, и Искра взметнулась вверх. На мгновение она застыла на месте, вверх
ногами, а параплан под ней смялся. Затем она перевернулась, умело избегая спутывания
со свободными стропами, мгновенно затормозила, пока параплан с резким треском
наполнялся воздухом, - и вышла на скольжение - идеально ровное, какое только может
быть на соревнованиях. В памяти Искры возник ряд горящих десяток на табличках у
судей.
Сирокко опустилась рядом - но достаточно далеко, чтобы их парапланы не
соприкасались - и окинула юную ведьму кислым взглядом, который та сумела
выдержать. Затем Фея снова расхохоталась.
- Уступаю сильнейшей, - сказала Сирокко. - Да, юная леди, порядком ты тут
меня настращала.
- Нет, это ты меня напугала, - запротестовала Искра.
- Ага, пожалуй, так оно и вышло. Так что вряд ли мне стоило это затевать.
- Ничего.
- Искра, я знаю - я кажусь ледяной и мрачной старой сукой. Попозже я смогу
предложить тебе больше времени для забавы. Еще я знаю, что я в шесть раз старше тебя и
что ты слышала, трагическую историю моей жизни... но знаешь что? Если подытожить все
- и плохое, и хорошее - то я классно провела время. Последние тридцать лет были
тяжелы, и с каждым годом становилось все тяжелее. Но никакая другая жизнь меня бы не
устроила. А самое скверное... ну, вроде как сейчас. Когда мне хочется сбежать куданибудь
подальше, а это не в моем характере. Вот что страшно меня печалит.
"Последние тридцать лет", - подумала Искра.
Скольжение вышло долгим. Женщины еще позабавилась разными трюками, из
которых самыми опасными были петли. И все это время под ними росла громада
Свистолета.
С тех пор он заметно вырос.
Теперь он был два километра в длину. А с пропорциональными увеличениями всех
измерений стал в восемь раз больше, чем раньше. В дирижабле содержалось полмиллиона
кубических футов водорода.
- Никто не знает, отчего он так вымахал, - сказала Сирокко Искре, пока они
готовились к приземлению на его широкую спину. - Вообще-то пузыри так быстро не
растут. Я знаю, что ему около шестидесяти тысяч лет. Его современники растут всегонавсего
на несколько дюймов в год. К примеру, я знаю, что Следопыт, который по
меньшей мере на двадцать тысяч лет старше Свистолета, всего лишь в полтора километра
длиной.
Последовали еще рассказы, и Искра внимательно выслушивала все, но никакие
слова не могли воздать должное Свистолету. Чтобы всему, что рассказывала про него
Сирокко, поверить, его нужно было увидеть. Раньше Искра думала, что приземление на
спину пузыря - вещь рискованная. Теперь же ей казалось, что это не более рискованно,
чем приземление комара на слоновью спину.
Легко коснувшись ногами дирижабля, Искра пробежала несколько шагов, умело
раскладывая параплан, и уже собралась было подтаскивать его для укладки, когда
Сирокко тронула ее за плечо.
- Отрежь стропы, - сказала она. - Спускаться будем по-другому.
- У меня нет ножа, - отозвалась Искра. Сирокко удивилась, затем покачала
головой.
- Похоже, впадаю в маразм, - сказала она, оглядывая Искру с головы до ног.
Искра никак не могла понять, в чем загвоздка. Сирокко отрезала стропы Искры ножом с
белым лезвием. Внимательнее присмотревшись к ножу, Искра поняла, что он сделан из
заостренной кости и искусно украшен титанидской резьбой.
- У тебя есть что-нибудь под этой одеждой? - поинтересовалась Сирокко.
- Только шорты.
- Я спрашиваю про металл. Не только невежливо, но и крайне опасно брать в
дирижабль что-либо металлическое. Вообще все, что может искрить.
Шнурки у Искры оказались продеты в металлические кольца, но после
внимательного осмотра Сирокко нашла их допустимыми. Искра испытала облегчение -
еще бы, ботинки были подарком от Верджинели.
Затем Сирокко опустилась на колени и взялась прощупывать грубую шкуру пузыря.
Искра последовала ее примеру. Она чувствовала, что не помешало бы задать пару
вопросов, но, несмотря на озорное поведение Феи на пути вниз, в ее отношении к Сирокко
все еще преобладал благоговейный страх, и главным было повиновение.
Искра огляделась. Все, что она увидела вокруг, вполне могло быть плоской
серебристой тарелкой. Искра знала, что тарелка эта загибается вниз, но она очень далеко
ушла бы в любом направлении, прежде чем это стало бы проблемой.
Наконец Сирокко, кажется, отыскала то, что ей было нужно. Вонзив лезвие
костяного ножа в шкуру пузыря в том самом месте, она проделала небольшую дыру и
подставила ладонь над проколом. Послышалось шипение, которое вскоре затихло.
Сирокко выглядела явно удовлетворенной, и на сей раз, к изумлению Искры,
воспользовалась костяным ножом, чтобы прочертить на шкуре пузыря крупный крест.
Затем Сирокко затолкала клапаны в разрез, и обе они стали вглядываться в дыру.
Дыра вела в черноту. По всем бокам узкой дымовой трубы стенки расширялись
вовнутрь, сдерживаемые чем-то наподобие рыбацкой сети. Тут Искра поняла, что это
газовые баллоны, а Сирокко только что обнаружила между ними ход.
- А если б ты проколола баллон? - поинтересовалась Искра.
- У Свистолета больше тысячи газовых баллонов. Можно разом проколоть три
сотни - и ничего с ним не случится. Если же мой первый прокол угодил бы в баллон,
дырка была бы залечена в течение десяти секунд. - Опустив ноги в дыру, Сирокко нашла
опору и ухмыльнулась Искре.
- Следуй за мной, ладно?
- А ему ничего?
- Эта дыра залечится в течение пяти минут. Обещаю, он даже этого не заметит.
Искру глодали сомнения, но на ее желание следовать за Сирокко это никакого
влияния не оказало. Как только голова Феи скрылась в дыре, Искра тоже ступила вниз,
поскользнулась и ухватилась за часть сетки вокруг нее.
- Оттолкни клапаны наверх, - крикнула ей снизу Сирокко. - Так быстрее
залечится.
Искра сделала, как было сказано, и внутри пузыря стало темнее.
- А теперь просто лезь вниз. Ты тут кое-кого увидишь, но не беспокойся. Ничто
здесь вреда тебе не причинит.
Спускались они долго. Поначалу кругом царила полная темнота, затем глаза Искры
чуть попривыкли, и она кое-что стала видеть.
Проще было держаться на пальцах - но и утомительнее тоже. Время от времени
нога натыкалась на какой-то крупный трос, где можно было передохнуть, но чаще вокруг
оказывалась лишь тонкая сетка. Спасала Искру лишь низкая гравитация.
Через десять минут внизу показался свет. Искра остановилась и заметила, как
Сирокко вынимает из рюкзака сияющий оранжевый шарик. Она отдала его Искре, а
другой привязала себе к кисти. Шарик испускал что-то вроде биолюминесценции, и его
света вполне хватало, чтобы видеть все вокруг.
Вначале было вполне сносно. Искра видела, где можно ухватиться руками и куда
поставить ноги. Затем, как ни странно, стала нарастать клаустрофобия. Все было как в
кошмарном сне, когда вокруг тебя смыкаются стены, - только это был не сон, а
реальность. Стены и впрямь сжимались.
Затем Искра подумала над тем, что она делает. То, за что она хваталась, не были на
самом деле ни веревки, ни сетки; нет, это были живые мышцы гигантского существа.
Искра чувствовала, как они подаются, когда она на них ступает. Мышцы были сухие,
благодарение Великой Матери и ее мелким демонам, но все равно от такого спуска по
спине бегали мурашки.
Они отправились по боковым проходам. Некоторые оказывались не толще ее руки,
но немногие были достаточно широки, чтобы по ним ходить. Далеко в самых крупных
поблескивали глаза.
- Херувимы, - пояснила Сирокко, когда они увидели первого. - Они имеют
примерно такое же отношение к ангелам, что и обезьяны к нам. Они селятся в самых
крупных дирижаблях.
В небесном левиафане оказались и другие обитатели. Мелкие твари вроде мышей
суетились под ногами, а раз Сирокко помедлила, когда что-то куда более крупное стало
удирать с ее пути. Искра так этого существа толком не разглядела и внимания обращать
не стала.
- Ты уверена, что мы его не раздражаем? - спросила она по дороге.
- Чем дальше, тем веселее, - отозвалась Сирокко. - Если б он не хотел нашего
присутствия, мы бы уже об этом узнали. Все, что ему требуется, это заклеить проход и
заполнить его водородом. Не надо, Искра, выдумывать ерунды. У пузырей своя
собственная внутренняя экология. Есть здесь сотня животных, которые больше нигде
обитать не могут. И дирижабли постоянно берут на борт транзитных пассажиров.
Наконец они оказались у еще более широкого прохода, и Сирокко туда вошла.
Около двадцати метров в диаметре, он, казалось, тянется в обе стороны до бесконечности.
- Центральный парк, - пояснила Сирокко. И действительно - вдоль стен росли
древоподобные организмы, бледные и скелетообразные. Они избегали света. Сирокко
указала вперед. - Идем. Осталась всего миля.
Миля вышла странная. Они оказались на верху газового баллона, и сетка у них под
ногами была гораздо гуще, почти твердая. И они все время подпрыгивали, как будто шли
по морю подушек.
Долгое время спустя коридор расширился, и впереди показался свет. Они оказались
в громадном, бесформенном зале. Пол пошел вниз до прозрачной мембраны, которая была
иссечена тонкими кабелями, вспучивающимися от внутреннего давления. Здесь было
прохладно - как, впрочем, и всюду внутри пузыря.
- Гостиная Б-24, - сказала Сирокко и принялась осматривать груды разноцветной
ткани. А Искра, двинувшись вперед, почти дошла до гигантского окна. Она поняла, что
они с Сирокко оказались в носу существа - и слегка ближе к низу. Вид, который ей
открылся, был замечательный, должно быть, именно такая панорама открывалась перед
бомбардиром, который летал на старинном военном самолете: далеко внизу мимо ползла
земля, будто на неторопливом и величественном военном параде, что шел уже шестьдесят
тысяч лет.
Тут нога ее наткнулась на что-то твердое под одной из груд ткани. Искра взглянула
вниз и охнула. Наткнулась она на человеческую ступню: бурую, высохшую,
прикрепленную к тощей ноге. Пальцы шевелились. Искра чуть подняла взгляд и увидела
физиономию древнего-древнего старика: совершенно лысого, цвета красного дерева, он
показывал крепкие белые зубы в довольной улыбке.
- Меня зовут Кельвин, деточка, - сказал старик. - А такой красотки, как ты, мне
давненько встречать не приходилось.
Искре так и не довелось увидеть большую часть тела Кельвина. Хоть он и двигался,
но был так закутан в тканевые обмотки, что только голову разглядеть и удавалось.
- Единственная настоящая проблема при такой жизни, - сказал он однажды, - ...
эта единственная настоящая проблема заключается в том, чтобы сохранять тепло. Вот
взять старину Свистолета. Вечно ему хочется туда, где похолоднее. Да, Рокки, а как там
Август поживает?
Сирокко объяснила, что Август давным-давно умерла. Искра следила за Кельвином
и сильно сомневалась, что старик понимает. Дальше он взялся спрашивать про остальных,
причем все они были мертвы. Всякий раз он грустно качал головой. Лишь раз Сирокко,
казалось, расстроилась - и это было, когда Кельвин спросил про Габи.
- Она... она, Кельвин, замечательно поживает. Просто замечательно.
- Ну вот и славно.
Искра почти все про Габи знала, и ее ответ показался Сирокко чистым безумием.
Наконец, она поняла, что Кельвин почти так же стар, как и Сирокко. И выглядел он
именно на свой возраст. Хотя в то же время казался достаточно жизнерадостным, вполне
бодрым и счастливым. Единственный намек на маразм заключался в расспросах о
мертвецах.
Кельвин все шаркал по прохладной пещере, роясь в соломенных корзинах, доставая
деревянные чаши и костяные ножи, а также доску для нарезки. Сирокко села рядом с
Искрой и негромко с ней заговорила:
- Пойми, Искра, Кельвин вовсе не безумен. Не думаю, что он понимает, что такое
смерть. И не думаю, что у него есть хоть малейшее представление о времени. Он живет
здесь уже девяносто пять лет, и человека счастливей его я просто не знаю.
- Ага, вот он! - прокаркал Кельвин, доставая большой деревянный сосуд. Затем он
вернулся к гладкой поверхности, где уже, скрестив ноги, сидели Сирокко и Искра и где
Кельвин уже успел расставить чаши с салатом и сырыми овощами, а также массивный
кувшин, наполненный тем, что он назвал медом.
- Ну вот и славно, - сказал Кельвин и затем взглянул на Искру: - Ты бы
обмоталась чем-нибудь, девочка.
Искра уже начала мерзнуть, но с подозрением поглядывала на кучи тряпья. Кроме
того, она уже видела, как из одной груды выползла слепая, бесшерстая мышка. Хотя
грязью ткань не воняла.
- Это добро выделяет пузырь, - пояснила Сирокко, натягивая на себя складчатую
ткань. - Отличная защита от холодной погоды. Давай-давай, она чистая. Здесь все
чистое.
- Еще бы, ведь это пузырь, - хихикнул Кельвин. - В пузыре всегда так. -
Деревянной ложкой он разливал в чаши густой и смачный суп. - Вот попробуй... Значит,
тебя зовут Искра? Славное имя. Нравится мне это имя. Необычное и яркое - ярче не
придумаешь. Это мой особый холодный овощной супец. Сделан из лучших гейских
ингредиентов. - Передавая Искре чашу, он снова хихикнул. - Привыкая, я всего раз
...Поділитися у соцмережах
