Жанр: Научная фантастика
Однажды на Диком западе 2. Колдуны и капуста
...нажды прибил мумака с полсотни ярдов... броском топора... причем попал
обухом по лобешнику... ну и по пьяни, понятное дело.
- Викки, - после минуты ошеломленной тишины осторожно произнес Крис, - а ты
уверен, что это был именно мумак?
- Хы. Еще бы я не был уверен! Это, тролль его дери, был единственный карликовый
мумак в Версале да что там - во всей Франции! Любимая зверушка тогдашней фаворитки,
мадам де Ла... или мадемуазель де Ла... хорошо, хоть Франция тогда в очередной раз была на
ножах с Англией - до испанской границы я бы точно не добежал.
- А...
- Ну вот что!
Наверное, хлопая ладонью о столик, Крис хотел просто привлечь всеобщее внимание,
подумал Малыш, но вложил в указанное движение слишком много... как же? Ах да, экспрессии.
Или просто недооценил хрупкость предметов здешней обстановки. Как бы то ни было, столик
превратился в аккуратную кучку лакированных дощечек, а стоявшие на нем чашки с горячим
зеленым чаем вместе со своим полурасплескавшимся содержимым зависли в воздухе. Крайне,
крайне эффектное зрелище.
Укоризненный вздох тайсы Бакгхорн услышали все, хотя он был очень тихим. Застывшие
чайные капли неторопливо вернулись обратно в чашки, после чего сами чашки столь же
неторопливо опустились на льдисто искрящий диск "воздушного щита".
- Так что вы хотели сказать, мистер Ханко? - ласково пропела она.
- Ну я это, - Крис озадаченно уставился на виновницу происшедшего - свою правую
руку и, не придумав, видимо, ничего лучшего, спрятал ее за спину, - хотел сказать, что нам
пора заканчивать со всякими лирическими отступлениями.
- И? - потребовала продолжения Бренда.
- И попросить твою сестру еще раз изложить свою версию событий, приведших к...
воссоединению семейства.
- С самого начала, сэр?
- Нет, - решительно произнес Викки. - Душещипательное повествование о том, как ты
загорелась желанием пойти по стопам сестры, можешь пропустить. Начни с момента, когда ты
узнала об этом книжнике, Лингаене.
- Он архивист.
- Он уже пару часов хорошо прожаренный покойник, - осклабился вексиль-шкипер. -
А кем он был при жизни, деталь для нас малосущественная. Так что излагайте, мисс Эрика, я
весь внимание.
- Как пожелаете, сэр. Итак, о Лингаене я узнала два месяца назад, от Его
Высокопреосвященства, кардинала Франческо Бальи. Задание с виду было простое: Лингаен,
архивист из Шанхая, располагал некими сведениями, к которым Святая Церковь также желала
приобщиться. Для этого к указанному архивисту направлялся аббат Кау, нашим же с Тиграном
заданием была охрана аббата в пути - ибо кардинал отнюдь не исключал, что помимо
обычных дорожных неприятностей Кау могут подстерегать также иные.
- А еще, агр-р-рх, - добавил, скалясь, Тигран, - мы должны были помочь этому Кау
убедить бумажную крысу, что сведения его и впрямь продаются, причем за цену, которую попы
согласны платить!
- Два месяца, - задумчиво повторила Ута. - А в Шанхай вы прибыли...
- Вчера. Вчера вечером. По правде говоря, - сказала Эрика, - я пыталась уговорить
аббата сразу же отправиться к Лингаену, но святой отец был так измучен дорогой...
- Поп, arp-p-рх, на дух не переносил качки, - пояснил Тигран. - Кретину, что отправил
его в морское путешествие, стоило бы оторвать голову.
- Кстати, а где мистер кровосос? - неожиданно спросила Роника. - Как-то я
соскучилась по его комментариям.
- Ушел гулять.
- Ночью?
- Ну да, лунной ночью. Он же вампир.
- Мне можно продолжать? - осведомилась Эрика. - Спасибо. Так вот, к сведению
некоторых сорвиголов: кардинал сказал, что миссия Кау находится под личным контролем Его
Святейшества.
- Значит, надо, агр-р-рх, оторвать голову самому главному попу.
- Не думаю, будто отсутствие головы у наместника святого Петра хоть как-то скажется
на церковниках, - фыркнул Викки. - Они и так ими стараются не пользоваться без совсем уж
крайней необходимости.
- Интересно, с чего ты взял?
- Из личного опыта, разумеется.
- Лично меня, - промурлыкала из угла комнаты свернувшаяся было в клубок Лин
Тайл, - очень интересует природа двух совпадений. А именно: появление слуг Роггена как раз
в тот момент, когда, по вашим словам, между Кау и Лингаеном была заключена сделка, и
второе - то, что наше появление оказалось для вас столь спасительно удачным.
- Что до первого, - пожала плечами Эрика, то, думаю, все достаточно просто: Лингаен,
передавая Кау амулет, достал его из хранилища, не позаботившись о должной экранировке -
он был все-таки всего лишь архивист и о тонкостях мог и н знать. А Рогген почти наверняка
осведомлен о существовании амулетов, и если у него было активировано собственное следящее
заклятие...
- Надеюсь, - проворчал вексиль-шкипер. - Рогген не осведомлен о последнем
оставшемся амулете. Том, что, по твоим словам, здешние монахи муровали в крепостной стене.
- Это были не монахи, а члены тайного общества ихеньцюа...
- Хорошо, это были китайские не-монахи.
- А второе совпадение? - настойчиво мурлык-дула младшая найтморлендка. - И
вообще, почему ваша Церковь заинтересовалась Роггеном?
- Церковь, - серьезно сказала Эрика, - интересуется Роггеном вот уже семь веков. С
тех самых пор, как бывший рыцарь ордена тамплиеров приор Нормандии Годфруа де Гонвиль
таинственно исчез из казематов инквизиции.
- И?
- Что "и"? Бывают ведь и просто совпадения!
- Бывают и чудеса... Малыш, ты куда?
- Пойду пройдусь немного, - отозвался полукровка, осторожно перешагивая через
хвост Тиграна. - Воздухом свежим подышу.
- Ну-ну. Увидишь Рысьева - скажи, что мы его тут уже заждались.
- Непременно, - пообещал Уин.
Сад при гостинице был большой, кустарник в нем - высокий, но все же случай
исполнить обещанное представился ему куда раньше, чем сам Малыш рассчитывал, - едва
только он закончил возиться с завязками на штанах.
- Ты ведь узнал меня, Николай? - донесся до него шипящий голос.
- Сложно спутать тебя с кем-то еще. - Даже не видя лица графа, Малыш без труда
представил, как тонкие бескровные губы изгибаются в ухмылке. - Вонь, которую ты издаешь,
как нельзя лучше подчеркивает твою индивидуальность.
- С-смеешься...
- Рапп, - слова Рысьева падали с холодным звоном, словно осколки подтаявшего
льда, - ты не успел сказать и дюжины слов, а мне уже противно тебя слышать. Впрочем, это
чувство возникло у меня еще до того, как ты распахнул свою зловонную пасть.
- Бедный граф, - издевательски прошипела темнота под накидкой. - Что поделать -
мы не в Санкт-Петербурге и здесь нет лакеев, которым ты можешь приказать спустить меня с
лестницы. А сам ты не станешь марать руки, не станешь ведь?
- Можешь быть в этом вполне уверен. О тебя, Рапп, я побрезгую измарать даже сапог.
- Какой пафос... ты всегда был таким брезгливым, Николай.
- А ты всегда был смердящей кучей дерьма, Рапп. Всегда - даже до взятия.
Выкладывай, зачем приполз, пока я не начал искать метлу.
- За тем же, что и в прошлый раз, Николай. Мне нужны деньги.
- Не буду, - после короткой паузы медленно произнес Рысьев, - даже спрашивать, с
чего ты решил, что я мог бы дать тебе хоть медный грош.
- Грош? Нет, Николай, не грош. Мне нужно две тысячи фунтов, граф, новеньких
хрустящих банкнот с самым прекрасным портретом на свете. Разумеется, ты сейчас скажешь,
что у тебя нет при себе таких денег, и это будет правдой.
- Неужели? И ты мне поверишь, Рапп?
- Поверю. Ибо я, Николай, знаю также, что это будет не всей правдой. У тебя нет
наличных, но как действующий резидент ты имеешь право выписать аккредитив.
- У тебя устаревшая информация, Рапп. Я более не числюсь в списках конторы.
Малыш не сразу понял, что донесшийся до него противный скрежещущий звук означал
смех.
- Ох, Николай, Николай... Сказку о твоей отставке ты можешь рассказывать своим
новым друзьям - возможно, если они и впрямь настолько тупы, как выглядят, они в нее
поверят. Но мне-то... мне-то не хуже твоего ведомы порядки, заведенные в нашем ведомстве
еще незабвенным Михайлой Петровичем. Ты по-прежнему в рядах, Николай, более того - ты
на задании.
- Интересно, на каком?
- О да, интересно, - подтвердил шипящий. - А еще более интересно это может стать
твоим новым друзьям. Они ведь не приучены оценивать любую ситуацию с вершин высокой
политики. Им и в голову не приходит посчитать, какие державы менее прочих заинтересованы
в усилении Китая, особенно северной его части, в которой угнездился Рогген, они ничего не
слышали ни о дунганах, ни о Кашгарском ханстве. Бедолага Рогген... знаешь, он бы сильно
удивился, узнав, какой пугающей славой сумел обзавестись из-за нескольких вскользь
брошенных слов... брошенных твоим старым другом да Костой, не так ли? Зловещий черный
маг, мечтающий о власти над миром или хотя бы большей частью глобуса, - испытанный
жупел, срабатывает безотказно почти всегда. Даже забавно, что ты, Коля, решил выбрать
именно такой сценарий, - раньше, помнится, ты старался действовать куда оригинальнее.
- Рапп!
- Да, прости, прости, - собеседник вампира вновь коротко скрежетнул, - разумеется,
Николай... никаких Коль!
- И ты хочешь сказать, - медленно произнес Рысьев, - что все происходящее является
плодом моего режиссерского таланта? Не слишком ли ты льстишь мне, Рапп?
- Не слишком, - отозвался шипящий. - Конечно же, все - это слишком громкое
слово. Например, octopus kohmarus, в просторечии именуемых кеджаа, ты самостоятельно
вызвать не сумеешь.
- Знаешь, Рапп, - сказал Рысьев, - меня всегда искренне забавляло, какие логичные
теории строят порой шизофреники, исходя из одной-единственной бредовой посылки.
- Если я шизофреник, то кто ты?
- Параноик, Рапп, параноик. Собственно, я никогда этого особо и не скрывал. Трудно,
знаешь, ли стать кем-то иным при том образе существования, коего я придерживаюсь вот уже...
достаточно продолжительное время.
- Ну-ну. Однако ж, - продолжил шипящий, - вера твоих друзей в то, что за всем
случившимся стоит именно Рогген, о котором им неизвестно практически ничего, - такая вера
меня тоже... искренне забавляет. А еще твои друзья и представить не могут, что кому-либо еще,
кроме этого черного пугала, может оказаться выгодно столкнуть Гавайи, сиречь гномов, с
Найтморлендом.
На этот раз пауза в разговоре длилась куда дольше.
- Похоже, - нарушил тишину Рысьев, - в этот раз, Рапп, ты подготовился куда лучше,
чем раньше.
- Ага, - хихикнула темнота под накидкой. Я умею учиться на ошибках. И главное -
здесь ни лакеев, ни лестницы, Николай.
- Верно, - кивнул русский. - И потому придется преодолевать брезгливость... дабы
купить твое, Рапп, молчание.
- Ну разве жалкие две тысячи фунтов - слишком высокая цена за него?
- Отнюдь!
В изменчивом лунном свете даже глаза гнома порой не способны в коротком взблеске
отличить серебро от освященной стали. Но из чего бы ни был сделан кортик Рысьева, сработал
он превосходно - фигура в балахоне, не издав ни звука, согнулась, опустилась на колени и
повалилась на бок.
Уин затаил дыханье. Дед Наури, старый ловец жемчуга, учил его задерживать дыханье на
срок...
- Малыш, - голос Рысьева звучал почти обыденно. - Думаю, мне потребуется твоя
помощь.
- Помощь?
- Надо избавиться от останков, - пояснил русский подошедшему гному. - Рапп и в
прежнем-то своем состоянии не благоухал, а уж сейчас...
- Кажется, я где-то видел лопату.
- И знаешь, в чем твоя ошибка? - Прежде чем Малыш сообразил, что русский
обращается к бесформенной куче перед ним, полукровку изрядно пробрало холодной
дрожью. - Ты, Рапп, так и не понял, что иногда платить шантажисту бывает попросту
невыгодно... и вовсе не из-за жадности.
- Думаешь, он тебя слышит?
- Скорее всего, нет, - вампир сокрушенно вздохнул. - Дилемма: с одной стороны, я
очень люблю оставлять последнее слово за собой, причем стараться, чтобы слово это звучало
как можно более драматично. С другой же - я знал слишком многих, кому привычка
поглумиться над поверженным вроде бы врагом стоила жизни... или иных форм существования.
Вот и приходится идти на компромисс - речь я произношу, но лишь озаботившись
предварительно гарантиями со стороны того, кому оный speech предназначен.
- Гарантиями, да... - пробормотал Уин, глядя на тлеющий балахон. - Между прочим...
сколько правды было в словах этого типа? А, граф?
Подняв взгляд, он почти сразу же пожалел о своих словах - но было поздно. Глаза
стоящего перед ним русского горели красным, почти так же ярко сверкали полоски
выпущенных клыков. Плащ, доселе мирно свисавший до травы, вздулся, словно капюшон
изготовившейся к атаке кобры. Даже висевшая над плечом вампира полная луна, как
почудилось полукровке, кривилась в недобром прищуре.
- Не думаю, - граф не раскрывал рта, но Малыш очень четко слышал голос Николая,
правда, доносящийся словно бы откуда-то со стороны, - что ты и в самом деле хочешь знать
ответ на этот вопрос.
Чжилийский залив, устье реки Пейхо, Малыш Уин.
- Это и есть ваши форты? - спросил Ханко.
- Они такие же ваши, как и мои, - фыркнула эльфийка. - Проклятье, неужели эти
монахи не могли выбрать для тайника какое-нибудь менее посещаемое место... дворец
императора, к примеру?
- Который из ? - не отрываясь от бинокля, осведомился Малыш.
- Неважно. - Бренда, привстав на стременах, внимательно вглядывалась в серые
громады укреплений. - Лучше пусть кто-нибудь из военных моряков просветит меня
относительно этих фортов и заодно расскажет, что собрались делать корабли перед ними.
- Судя по вымпелам, - начала Ута, - это международная эскадра, вознамерившаяся
повторить достижение генерал-майора сэра Роберта Нэпира...
- Или адмирала Хоупа, - ехидно добавил Викки. - То, которое в пятьдесят девятом.
Сколько китайцы тогда утопили британских канлодок? Три?
- Пять, - спокойно отозвалась тайса. - Из них две подняли, а три были потеряны
безвозвратно.
- Ну, в этот раз мишеней будет больше.
- Как бы не вышло, - заметила Ута, - что эти мишени окажутся не по зубам китайским
канонирам. Посмотри: в союзную эскадру входят немецкие "Скорпион" и "Крокодил". Тебе
напомнить их характеристики?
- Только вот не надо держать меня совсем уж за слабоумного, леди, - обиженно сказал
гном. - Все-таки я тоже морской офицер. Бронирование: бортовой пояс - от четырех до
восьми дюймов, бруствер - восемь, двухдюймовая палуба. И двенадцатидюймовка главного
калибра...
- По-моему, - мягко перебил его Рысьев, - этого вполне достаточно, чтобы мы в
очередной раз убедились в твоей компетенции.
- И раз уж ты столь хорошо помнишь справочник Нейжа, - добавила эльфийка, - то не
забудь отметить, что под флагом святого Георгия не только колониальный хлам, годный лишь
для того, чтобы "демонстрировать флаг" да расстреливать туземные хижины, но и два
"усовершенствованных Рендела".
- З-замечательно, - простонал Ханко. - Видимо, там, на небесах, решили, что для
нашей великолепной команды справиться с двумя тыщами китайцев - засевших, между
прочим, в укреплениях при полутора сотнях пушек - будет слишком просто А вот если
добавить в суп дюжину канлодок и полк-другой морской пехоты - будет самое то!
- Скажите, господа, - задумчиво произнес вампир. - И, разумеется, дамы. Знакомы ли
вы с творением некоего француза Дюма, именуемым "Три мушкетера"?
- Никогда о таком не слышала, - холодно сказала капитан Бакгхорн. - С чего это вам,
граф, именно сейчас захотелось вспомнить человеческую литературу?
- Да так, - рассеяно отозвался русский. - Просто припомнил один эпизод из сего
опуса... чем-то, как мне кажется, схожий с нашей нынешней ситуацией.
- Ты, случаем, не на ла-рошельский бастион намекаешь? - настороженно спросил
Ханко.
- Совершенно верно.
- И в чем же, любезнейший граф, вы видите сходство ситуаций?
- Ну как же, - почти удивленно отозвался Рысьев. - Там укрепление - и здесь
укрепление.
- Угу. Только, в отличие от бастиона Сен-Жерве, эти форты не пусты.
- И что с того? Зато готов, как ты, Крис, любишь говорить, "держать пари", что
стреляют эти господа, что китайцы, что моряки с колониальных стационеров, ничуть не лучше
ла-рошельских лавочников. И без нашей помощи вполне способны провоевать целый день.
- То есть, - уточнила Ута, - вы предлагает нам объявить войну и тем и другим?
- А что, - неожиданно встряла в разговор Роника. - Мне эта идея по душе. Давайте
убьем их, - предложила она и, встретив полдюжины недоумевающих взглядов, уточнила: -
Всех.
- На всех, - мрачно сказал Ханко, - как уже заметил как-то Малыш, у нас элементарно
не хватит патронов.
- Наши патроны нам не понадобятся, - беспечно отозвался Рысьев. - Ну почти не
понадобятся. Я ведь не зря вспомнил про бастион Сен-Жерве. Стоит нам проявить лишь
немного смекалки - и в нашем распоряжении окажутся и ружья и пушки.
- З-замечательно, - повторил Крис. - Может, граф, у тебя даже есть подробный план?
- Ничуть, - все так же безмятежно произнес русский. - Я стратег, а не тактик.
Деталями могут заняться наши уважаемые военные моряки.
- Спасибо, граф.
- Не за что.
- Проклятье, Малыш, - выдохнул Крис. - Мы брались помочь королевству Гавайи, а
не вербовались в 24-й полк!
- Соотношение сил и впрямь похожее, - кивнул вампир. - Однако ж стоит учесть, что
китайцы не зулусы.
- О да! У них винтовки, а не ассегаи !
ГЛАВА 17
Устье реки Пейхо, северный форт, ночь. Юань Люй.
Ночь была холодной, но Юань Люй дрожал вовсе не из-за того, что под его синюю
куртку тянул свои ледяные щупальца туман.
Юань Люй дрожал от страха.
Там, за стенами форта, готовились к бою западные варвары. Правда, накануне вечером
его, Люя, командир, молодой Хэ Чжу, говорил, что на этот раз этих презренных научат
должному почтению к Поднебесной. Мы больше не боимся их, говорил Хэ Чжу, ведь у нас
теперь есть ружья и пушки не хуже, чем у них, и теперь-то... теперь-то...
Хэ Чжу было девятнадцать. Он происходил из семьи потомственных военных и год назад
сдал экзамен на свой первый офицерский чин. Как и подобало китайскому офицеру, Хэ Чжу в
совершенстве изучил трактаты Сунь-Цзы, У-цзы и прочее "семикнижие". Еще он лучше всех в
форте стрелял из лука.
В отличие от своего командира Юань Люй никогда не слышал о Ли Вей-Гуне. Зато Люй
очень хорошо помнил рассказы своего деда, потерявшего два пальца от английской пули на
Анунг-хое, и отца, который двадцатью годами позже усердно таскал пули, порох и другое
имущество английских солдат. Достопочтенный Люй-старший вернулся домой не только с
невиданным доселе в их деревне жалованьем, но и, как поговаривали, с кое-какими приятно
позвякивающими безделушками из дворца Юаньминъюань .
Из этих рассказов Юань Люй знал, что и прежде у китайцев и маньчжур бывали пушки и
ружья и немалое превосходство в числе. Не было лишь одного - умения драться так, как это
делают западные варвары, которых оба его почтенных предка чаще именовали дьяволами.
Конечно же, Юань Люй, как и подобало хорошему солдату, верил своему командиру и
верил в своих боевых товарищей. Верил он и в свое оружие: старый мушкет, верой и правдой
служивший саксонскому гренадеру во времена дедушки Люя, затем отправленный в арсенал по
причине перевооружения крохотной саксонской армии более современными винтовками,
удачно проданный по случаю в шестьдесят первом некомпетентному агенту Саймона
Камерона, пару месяцев бывший источником насмешек над молоденьким солдатиком из
Потомакской армии, проданный жуликоватому полуеврею-полуирландцу по цене
металлического лома и под покровом ночи сгруженный вместе с пятью сотнями своих
собратьев на китайский берег.
А еще Юань Люй твердо верил, что вот-вот начнется нечто ужасное.
Разумеется, он не ошибся.
О начале неприятностей его, как и весь остальной гарнизон форта, известили вопли с
башни. Поначалу Юань Люй даже засомневался, способно ли человеческое существо издавать
столь жуткие звуки, но сомнения эти почти сразу же развеялись - один из бывших в башне
солдат выскочил на парапет и, не прекращая вопить, прыгнул. Башня была не очень высокой, и
потому полет новоявленного Икара длился недолго, а затем вопль оборвался глухим чавком.
Затем крики начали раздаваться и в других частях форта. Было темно - накануне
комендант приказал не зажигать фонари, дабы затруднить прицеливание артиллеристам
кораблей, однако, прислушавшись к выкрикам и звону стали, Люй решил, что атакующих по
меньшей мере трое, они вооружены чем-то вроде мечей... и они - дьяволы. Очень быстрые и
безжалостные дьяволы, действующие на манер попавшей в курятник лисы.
Таких дьяволов, как знал Юань Люй, положено убивать серебряными пулями. К
сожалению, он также преотлично знал, что отпущенные для этой цели ляны серебра
командовавший укреплениями достопочтенный генерал Ри Сяо Син попросту присвоил, заявив,
что для защиты от западной нечисти с лихвой хватит священных свитков и амулетов, а серебро
простые солдаты наверняка пропьют задолго до боя.
Солдаты же - особенно из числа ветеранов - имели на этот счет свое собственное
мнение, и потому редко кто из них не хранил за подкладкой куртки пары-тройки серебряных
пуль. Юань Люй к числу ветеранов не относился, серебряная пуля у него была всего одна -
именно ее он сейчас и пытался зарядить в мушкет, стуча при этом зубами едва ли не громче,
чем шомполом.
Огромная черная тень возникла в нескольких шагах от него почти беззвучно - впрочем,
даже топай ночной дьявол наподобие слона, крик Хэ Чжу все равно наверняка перекрыл бы
любые прочие звуки. Бросившийся наперерез черной фигуре Чжу орал столь же отчаянно,
сколь размахивал мечом, - и будь перед ним тренировочный мешок, он, без всякого сомнения,
вмиг оказался бы иссечен на груду лоскутков.
К несчастью для юного командира, перед ним был далеко не набитый соломой тюфяк.
Черная тень небрежно взмахнула правой верхней конечностью, заканчивающейся чем-то
длинным и тускло блестящим, меч Хэ Чжу жалобно тренькнул, ломаясь, а затем тяжелый
кавалерийский палаш, - когда-то предназначавшийся для великана из Королевских
Глочестерширских гусар, - продолжая движение, разрубил и самого Хэ Чжу наискось, от
левого плеча до правой подмышки.
Хэ Чжу умер, так и не узнав, что его безумная атака не была напрасной - она подарила
Юань Люю несколько лишних мгновений, которых солдату хватило ровно на то, чтобы,
вскинув мушкет, навести ствол на темный силуэт впереди, зажмуриться и спустить курок.
Грохот собственного выстрела показался Юань Люю неправдоподобно оглушительным, а
полученный толчок прикладом в плечо - крайне болезненным. Причиной тому - о чем Юань
Люй так и не узнал - был излишний порох, которого китаец, волнуясь, засыпал почти вдвое
больше положенного на выстрел.
Темный силуэт с глухим "хэ-э-эх" отлетел на дюжину шагов и упал. К нему с визгом,
штыками (у кого они были), пиками (у тех, кому не достались штыки) и факелом бросилось
чуть меньше десятка солдат. Юань Люй немного приотстал - плечо ужасно ныло, да и
вообще... и услышал свист.
Недолгий свист - и еще более отрывистый глухой удар, когда прилетавшие из темноты
откуда-то сверху непривычно короткие, похожие на колья, стрелы вонзались в землю или, что
происходило чаще, в человеческие тела. Солдаты бросились врассыпную, окрыленный же
своим успехом Юань Люй начал вскидывать мушкет, напрочь забыв о том, что не успел
перезарядить его, и в этот миг из темноты навстречу ему вылетел стрело-кол, которого Люй так
и не услышал. Стрело-кол, - правильнее было бы называть его самострельным болтом -
угодил ему точнехонько в переносицу и на добрых три дюйма вышел из затылочной кости.
Северный форт, ночь, Крис Ханко.
- Ты как?
- Агр-р-рх, в порядке, - для существа, только что "принявшего на грудь" мушкетную
пулю в упор, такая оценка, на мой взгляд, отдавала излишним оптимизмом. - Жить буду.
- Уверен?
- Уверен, агр-р-рх. На мне, - Тигран выразительно поскреб когтями по нагруднику, -
мифриловая броня.
- Так ты не ранен?
- Броня не пустила пулю, агр-р-рх, но пинок был - как мамонт лягнул!
- Ясно.
Помню, в соседней роте был один паренек - низкорослый и кудрявый, словно хоббит, -
который также таскал под мундиром неведомо как доставшуюся его семейству мифрильную
кольчужку. В одной из рукопашных паренька угораздило получить в пузо удар штыком от
тролля. Штык, разумеется, сломался, однако радости обладателю кольчужки это не добавило -
паренек вручил Богу душу двумя часами позже в госпитале, где полковой клерик кое-как
зарастил разорванную печень и прочую требуху, но ничего не сумел поделать с начавшимся
перитонитом.
- Дышать-то хоть можешь?
- Тр-рудно.
- Значит, ребро. И, скорее всего, не одно. Черт-черт-черт, как же я буду волочь эту тушу?
- Я встану... сейчас.
- Думаю, вам сейчас все же лучше будет немного полежать.
Резко обернувшись, я едва не напоролся на штык, вернее, сразу на четыре штыка. Штыки
были прикручены к винтовкам, которые Рысьев прижимал к правому боку, в левой же руке он
держал полдюжины патронташей.
- Лучшее из того, что побросали наши желтолицые друзья, - весело сказал он. - И
поскольку гномы и мисс Тамм будут целиком поглощены пушкой на башне, а капитан
Бакгхорн, ее младшая компаньонка и твоя супруга вместе со своей новообретенной...
- Николай!
- ...ничуть не менее сильно заняты поисками того, за чем мы сюда явились, -
невозмутимо продолжил вампир, - то есть тайника монахов...
- Граф!
- ...я подумал, что хотя бы нам с тобой стоит подняться на стены и попытаться убедить
господ из приближающихся к форту штурмовых колонн, что им стоит немного подождать.
- Агр-р-рх, я с вами!
- Лежать! - рявкнул граф. - Я сказал!
Похоже, там, в своем мире, Тигран и вправду был хорошим легионером - услыхав
командный рык вампира, он, лежа, вытянулся по стойке "смирно", преданно буравя Рысьева
двумя круглыми желтыми фонариками.
Башня, Малыш Уин.
- Ффад мзарги!
Полукровка вполне понимал и разделял чувства Викки - ужасное состояние, в которое
китайские артиллеристы успели привести сравнительно новую крупповскую пушку, способно
было вызвать припадок, то есть, мысленно поправил сам себя Уин, приступ гнева и ярости у
любого гнома. Этим китайцам еще повезло, подумал Малыш,
...Закладка в соц.сетях
