Жанр: Научная фантастика
Аэрогарды
...ду к вам, — произнес д'Марья и показал рукой обернувшемуся
пилоту танка — давай заводи, — но тут в наушниках донесся голос Мальцева:
— Рубка — Первому. Активный электромагнитный импульс.
- Кто?
— Похоже, с высокой орбиты. Никак не ближе. Сильные атмосферные
помехи.
— Ч-черт, — прошипел д'Марья, лихорадочно соображая. — Первый —
рубке, сами активную локацию не проводите... Здесь Первый. Майор Ямада, похоже,
вам придется возвращаться.
— Командир, кажется, мы нашли источник, — бесстрастно отозвался
Ямада.
Д'Марья бросил взгляд на дальномер пеленгатора — ноль.
Он посмотрел на монитор. Сугроб, из него торчит клочок ткани, его
нещадно треплет на ветру.
— Что это?..
— Пока неясно. Выходим, даю картинку с бронес-феры...
Ветер. Снег.
Но человек — майор Ямада — стоит на ногах, он идет к сугробу,
раскидывает ледяные крошки вокруг клочка темно-серой ткани, и вот уже виден
изорванный комбинезон, обычный, легкий, в таких нельзя выжить зимой в пустынном
на сотни километров, продуваемом и простреливаемом поле... а вот и голова,
покрытая странной коркой... человек лежит ничком, далеко вытянув обледенелую
руку... далеко, прямо в сторону фрегата “Ред Алерт”, который спешил на помощь,
да, видно, не успел.
— Это источник? — без эмоций спросил д'Марья. Пауза.
— Да. Сигнал идет отсюда.
Изображение приблизилось — Ямада нагнулся, — потом на экране
появилось белое лицо с как-то странно оскаленным ртом. Д'Марья присмотрелся:
что-то черное, засохшее. Выстрелили в рот.
Все ясно.
— Медведев рядом? — спросил д'Марья слегка севшим голосом.
— Здесь я...
— Узнаете этого человека?
— Нет, — после паузы глуховато отозвался Медведев. — Не видал я
его.
— Как это? — не понял д'Марья. — Он что, не с “Костромы”?
— Нет. Я там всех знаю. Изображение на экране сместилось.
— Узнаете, командир? — послышался голос Ямады. Д'Марья вгляделся в
экран. Сначала он не понял, а когда понял, то почувствовал, что глаза у него
лезут на лоб.
— Это тот самый приборчик?!
— Очень похож, — подтвердил Ямада.
Д'Марья, глядя на мерцающую зеленым между сжатых намертво пальцев
шкалу, ощутил, как по коже побежали мурашки.
Ветер. Белесая завывающая муть.
— А теперь рискнем провести эксперимент, — спокойно произнес Ямада.
— Следите за пеленгатором.
Д'Марья машинально скосил глаза на вспомогательный монитор. Отметка
мигает... а сейчас уже нет.
— Ну что? — спросил Ямада.
— Отметка пропала, — произнес д'Марья. — Как...
— Я нажал кнопочку, — сообщил Ямада. — Такую же, как и на
сусанинской, как вы изволили выразиться, штуковине.
— Первый, нас снова облучили, — вмешался в разговор Мальцев. —
Похоже, кто-то сканирует поверхность с орбиты.
Д'Марья не успел ничего сказать, как услышал голос Зоммера:
— Дверь!..
— Обер-лейтенант, запрещаю подходить к этой двери! — резко сказал
д'Марья. — Вернитесь к танкам!
— А... нет, геноссе капитан-полковник, — после паузы произнес
Зоммер. Говорил он уже по-русски. — Не та дверь. Сейчас я включу датчик...
Д'Марья переключил селектор передач с нашлемных видеодатчиков,
потом поделил основной монитор на нумерованные квадраты — по числу аэрогардов в
танках.
— Всем задействовать персональные датчики, — сказал он.
— Действительно, дверь, — раздался голос Ямады. Д'Марья всмотрелся
в экран.
Сразу с трех датчиков шло изображение темной железной двери,
точнее, ее верхней части, освобожденной от снега энергичным Зоммером. Было
заметно, что это именно дверь, а не металлический контейнер или еще что-то.
Обледеневший человек лежал практически на ее пороге.
— Будем рыть, — утвердительно сказал Ямада.
— Давайте, — решительно сказал д'Марья и добавил: — Первый — рубке.
Что у вас?
— Сканирование прекратилось, — доложил Мальцев. — Похоже, какой-то
корабль делает витки вокруг планеты и что-то ищет. Но нас они уже должны были
заметить...
— Если только?.. — сказал д'Марья, уловив нотку неуверенности в
голосе пилота.
— Ну, если у них старая аппаратура, с невысокой разрешающей
способностью, — задумчиво произнес Мальцев.
— То есть это могут быть те самые фрегат с космоботом? — догадался
д'Марья.
— Вполне.
Что же делать, что же делать... На орбиту подниматься нет смысла,
если что, то отсюда мы их сможем снять быстрее и эффективнее... перебазировать
“Ред Алерт” на два с половиной километра тоже не стоит, потому что старт могут
засечь запросто, а нам пока этого не нужно... и бросать корабль командиру
сейчас нельзя!
Остается смотреть телевизор, озлился д'Марья и чуть было не
сплюнул.
Он посмотрел на монитор. Дверь аэрогарды уже почти отрыли: на
картинке, которая шла с датчика Ямады, было хорошо видно, как Зоммер истово
орудует малой саперной лопаткой, взятой из танкового ящика с шанцевым
инструментом.
Несколько секунд — и дверь уже полностью освободилась от снега (но
не от ветра, смутно подумал д'Марья).
Она находилась в темно-серой стене, которая, похоже, являлась
частью невысокой бетонной будки — это был не капонир, не бункер, не дот, а
маленький, судя по очертаниям сугроба, куб с изрытой жесткой снежной крупой
поверхностью.
— Можем входить, — прокомментировал Ямада.
— Геноссе капитан-полковник! А не стоит ли нам попробовать войти в
другую дверь? — подал голос Зоммер.
— Нет уж, — подумав, произнес д'Марья. — Тем более что человек с
передатчиком шел не туда.
— А может быть, оттуда? - тут же сказал обер-лейтенант.
Д'Марья чертыхнулся.
Конечно, может быть, и оттуда... но нет, ему так не казалось, но
как об этом скажешь остальным? Ребята, я тут вот одним местом чую, что за той
дверью пустышка, а за этой что-то есть... хотя я и не уверен. Ладно, пусть
попробует обер-лейтенант.
— Герд, — произнес д'Марья. — Хорошо, попробуйте открыть. Остальные
— прикрывайте его.
Зоммер энергично побрел по снегу в сторону серебристой рамки,
которая находилась метрах в двадцати от бетонного куба.
Дойдя до цели, он быстро оглянулся — на большом экране в клетушке с
номером обер-лейтенанта д'Марья увидел аэрогардов с оружием на изготовку и
танки с уставленными прямо ему в лицо дулами орудий, — потом шагнул вперед, в
сугроб в центре рамки, и оказался в снегу.
Д'Марья даже сначала не понял, что произошло, — изображение сначала
помутнело, потом зернистость его структуры стала непомерной, но он тут же
посмотрел на остальные картинки и увидел, что решительный боец-диверсант
Фауэска торчит головой в сугробе, обрамленном серебристой каймой.
В наушниках раздались недоуменные смешки и неразборчивая
приглушенная ругань Зоммера.
— Обер-лейтенант, очистите объектив и возвращайтесь к остальным, —
сказал д'Марья сдержанно.
Зоммер очистил линзу видеодатчика кое-как, но д'Марья не стал
пенять ему на это: ему показалось, что в наушниках раздается что-то, весьма
похожее на злобный скрежет зубов.
Он посмотрел на картинку с датчика Ямады — майор не занимался
ерундой, а внимательно изучал дверь. Металл; похоже, даже не сталь, а просто
железо — по краям дверь явно проржавела. Замка не видно, обычная, без затей,
металлическая же ручка, какие делают уже сотни лет.
— Первый, идем вшестером, — сказал Ямада.
— Хорошо. Начинайте.
Теперь д'Марья буквально бегал глазами по экрану, переводя взгляд с
одной картинки на другую. Получалось в общем-то неплохо.
Ямада отошел от двери, вперед выдвинулся поручик Степанов, взялся
за ручку, секунду помедлил, потом резко дернул на себя.
Дверь неожиданно легко распахнулась, и Степанов чуть было не улетел
в сугроб, как перед этим Зоммер.
— А ну-ка, посерьезней там, — строго сказал д'Марья, когда в эфире
снова раздалось хмыканье, весьма похожее на сдерживаемые смешки.
Аэрогарды пошли вперед.
Кто-то включил фонарик, и стало видно пространство за дверью:
темный мрачноватый коридор, бетонные стены, по которым стекали капли воды,
широкая лестница, ведущая вниз.
Аэрогарды стали спускаться по ступенькам — по двое, очень
аккуратно, держа автоматы наготове.
Темнота и бетон. Черт, как плохо, что ничего не слышно, кроме
дыхания бойцов — там ведь наверняка много звуков., там капает вода, скрипят
мелкие камешки под ногами, воет ветер... нет, ветра там быть не должно.
Лестница вывела аэрогардов в неширокий низкий коридор. Бойцы
остановились.
Теперь уже все включили боевые фонари. Двое — Ямада и ротмистр
Игнатьев — закрепили их в наплечных держателях, остальные — на автоматах.
Д'Марья внимательно смотрел на экран. Стены этого коридора были уже
не из голого бетона, а покрыты пластиковыми панелями светло-голубого цвета. На
потолке д'Марья различил плафоны, установленные через равные промежутки.
Темнота в коридоре была густой, почти осязаемой. И ветер...
— Там сильный ветер? — неожиданно для себя спросил д'Марья.
— Не очень, — слегка удивленно (вот чудеса!) отозвался Ямада. — Но
вообще-то дует. А как это можно заметить?
— Н-не знаю, — произнес д'Марья.
Чем-то этот коридор напоминал подземелья шварцриттеров, но там все
было более масштабным, дверей имелась масса...
Д'Марья присмотрелся. Нет, здесь дверей не было вовсе. Пока что.
— Стоп, — услышал он голос Ямады. — Выключить фонари.
Свет моментально погас. Стало совершенно темно и абсолютно тихо:
сейчас д'Марья даже пожалел, что у аэрогардов бронесферы были загерметизированы
и он не мог ничего услышать из того, что доносилось до слуха бойцов через
усиливающие внешние микрофоны... да и видеодатчик — это вам не человеческий
глаз.
— Похоже, впереди свет, — послышался негромкий голос Ямады.
— Ничего не вижу, — с досадой произнес д'Марья, пожалев, что
индивидуальные датчики работают только в одном диапазоне.
— Там поворот. Ночная оптика тоже ничего не показывает, но я вижу.
Д'Марья знал, что Ямада прекрасно видит в темноте — намного лучше,
чем он сам, хотя еще в училище будущий капитан-полковник практиковался у
прекрасных мастеров нокталопии ив этом деле считался одним из лучших.
— Вперед, — произнес Ямада.
Через несколько секунд д'Марья тоже различил слабый голубоватый
отблеск, даже не отблеск, а тень — только более светлую, чем окружившая
аэрогардов тьма.
Стало еще светлее — Ямада вышел за угол.
— Там еще поворот, — прокомментировал майор, осторожно продвигаясь
вперед: плавно, аккуратно, скользящим шагом, так что картинка с его датчика
совершенно не дергалась.
Становилось все светлее. Еще поворот. Что у них там за
фортификационные зигзаги?..
Внезапно д'Марья почувствовал, что ему стало душно, как будто он
сам шел по узкому коридору навстречу неизвестному источнику света, и потолок
становится все ниже, а воздух — все плотнее, и ветер усиливается, он толкает в
спину и гонит вперед...
После очередного поворота стало совсем светло. Коридор, против
ожидания, не сузился, а наоборот, расширился. Стали видны горевшие в потолке
плоские плафоны, дающие странный, какой-то призрачный сине-серый свет, при
котором не бывает теней и прекрасно заметна структура самого воздуха.
Аэрогарды остановились — видимо, сейчас Ямада командовал жестами.
Майор стал поворачивать голову, давая командиру “Ред Алерта” возможность
рассмотреть все в деталях.
Д'Марья бросил беглый взгляд на индикатор записи — тот горел ровно
— и стал рассматривать коридор.
Ага — вот и двери. Обычные, легкие, но расстояния между ними были
значительными, как будто те помещения, куда вели двери, размер имели очень
большой.
Чертов коридор впереди снова сворачивал — метров через тридцать.
Аэрогарды остановились возле первой двери. После секундной паузы к
ней подошел Зоммер и осторожно приоткрыл.
Д'Марья быстро нажал на сенсор, увеличив картинку с датчика
обер-лейтенанта, которая теперь заполнила весь экран.
Светло. В помещении горел свет — такой же, как и в коридоре.
Д'Марья различил легкое потрескивание, которое он сначала принял за помехи, но
потом увидел, что один из прямоугольных плафонов, треснувший пополам, искрит и
мигает, и понял, что треск производится именно им — и треск довольно сильный,
раз он слышен через внутренний микрофон бронесферы.
Вопреки ожиданию, помещение оказалось не таким уж большим. Почти
целиком оно было заставлено всякой аппаратурой очень архаичного вида — какие-то
циферблаты, окошечки со стрелочками, тумблеры, ручки... верньеры, вспомнил
д'Марья; несколько могучих зеленых шкафов, на которых в ряд были укреплены
бобины с чем-то похожим на древнюю магнитную ленту... стены выкрашены желтой,
похоже, масляной краской, на одной из них, аккурат между двумя мощными шкафами
нарисован... да, нарисован красный человек, руки подняты к небу, глаза лезут из
орбит, на шее — верёвка... неприятно даже смотреть... деревянные стулья и
столы, квадратные серые ящики с экранами — телевизоры? — потом ящики без
экранов, но с клавиатурами — старыми, не сенсорными и даже не с запрещенными
теперь виртуальными, — Зоммер медленно двигался по комнате, на пороге уже стоял
Игнатьев... ровные пачки плотных листков бумаги бежевого цвета, еще что-то...
Ага. На облупившейся зеленой краске толстого шкафа большой
темно-красный мазок — будто кто-то взял здоровенную малярную кисть, окунул ее в
ведро с суриком и маханул по шкафу, приподнявшись на цыпочки: основная часть
кровавого пятна находилась метрах в двух с половиной над полом.
Зоммер резко вскинул руку, потом присел, осматриваясь.
Между двумя столами, очевидно, выплеснули остатки сурика из ведра —
там виднелась здоровенная засохшая лужа, которая казалась почти черной на белом
полу, а брызги заляпали буквально все кругом, и куда-то в сторону идет грязная
дорожка, словно проведенная половой тряпкой.
Зоммер приложил автомат к плечу, и теперь д'Марья видел все
буквально на мушке. Стол, еще стол... за ним до стены — пустое пространство,
что-то торчит... ножки перевернутого стула... осторожно, не спеши... куда это
ведут капли?., обойди стол, а что это?
Зоммер опустил автомат и эамер, видимо, рассматривая этот брошенный
в углу помещения грязный узел с тряпьем. Д'Марья прищурился, пытаясь разобрать
детали картинки, но мешал помаргивающий свет и неприятный, какой-то химический
запах.
Д'Марья дернул головой — какой запах? Даже Зоммер не может ничего
почувствовать. Вот уж игра воображения.
Д'Марья криво усмехнулся и снова стал смотреть.
Ничего не разобрать. Какое-то тряпье, свернутое и небрежно
брошенное... но из-под него торчат ботинки, высокие ботинки, военного
образца... но ногам там все-таки поместиться негде.
Изображение ушло в сторону — Зоммер огляделся, кругом ничего
примечательного или опасного больше не было, разве что кто-то спрятался в
шкафу: обер-лейтенант сделал жест — все чисто — и, повернувшись к куче тряпья,
стал осторожно к ней приближаться.
Подойдя поближе, он снова остановился. Нет, это не может быть
человек, узелок слишком мал... и даже не узелок, а нечто вроде скрученного
грязного гражданского плаща или пальто... а ботинки — что ботинки? Лежат себе.
Зоммер стволом автомата осторожно ткнул в узел. Ничего не
произошло. Тогда он еще более осторожно приподнял край тряпки, напоминавшей
одежду.
Сначала д'Марья ничего не разобрал. Ботинки оказались на ногах, но
дальше ничего не было видно, только какие-то засохшие ошметки, похожие на
старую резиновую игрушку-осьминога, которая у капитан-полковника была в детстве
и которую бабушка выбросила на ломойку, когда осьминога почти сожрал, а потом
чуть не сдох сам, ее любимец питбуль Арсений... да, эти ошметки тоже выглядели
так, будто это остатки чьей-то неудавшейся трапезы.
Зоммер наклонился пониже, и д'Марья понял, что ноги в ботинках
просто отгрызены или оторваны — в пальто были завернуты только части от ступни
до колена. Ошметки... да, наверное, внутренности, это мы уже видели... а вот и
рука, и она сжимает приборчик со светящимся зеленым шкалой и кнопкой.
— Обер-лейтенант, не трогать! — крикнул д'Марья. — Позовите майора,
дайте ему посмотреть.
Он не сразу сообразил, что Ямада его слышит.
Майор отстранил Игнатьева, быстро подошел к Зоммеру, наклонился над
останками — изображение с его датчика стало крупным.
— Конечности не отрезаны, — наконец негромко произнес Ямада. — Я бы
сказал, что их оторвали — видите, как измочалены волокна?.. Прибор... да, такой
же. И кнопка, кажется, утоплена. Ботинки американские, но давнишнего, прошлой
войны, образца. На рукаве полевого комбинезона старой... похоже, русской...
формы шеврон, таких я не видел. Все это лежит здесь, очевидно, день, много —
два... А вот внутренности, между прочим, не принадлежат человеку, — неожиданно
добавил он.
— А кому? — попытался удивиться д'Марья.
— Не знаю. Но печень и почки имеют не совсем характерную окраску и
слишком крупные... однако они, пожалуй, и не коровьи, и не свиные. Не знаю, —
еще раз повторил Ямада.
Что значит — нехарактерная окраска, подумал д'Марья, но
переспрашивать не стал: он неожиданно почувствовал, что в том помещении есть
еще кое-что.
— Ясухиро Иваоевич, — сказал он негромко, — посмотрите на шкафах,
сверху.
Зоммер первым запрыгнул на стол и стал осматриваться.
Д'Марья увидел, что вдоль стен по всем шкафам аккуратно разложены
руки и ноги, больше ничего — ни других частей тел, ни крови, ни даже пыли.
— Уходите оттуда, — сказал он.
— Откуда? — спокойно уточнил Ямада. — Из комнаты или вообще?..
— Пока из комнаты. Попробуйте пройти дальше, но дверей пока больше
не открывайте, и при малейшей опасности — сразу назад...
Ямада и Зоммер молча вышли из комнаты.
Аэрогарды вновь двинулись вперед.
Ветер, подумал д'Марья и почувствовал, что запах химии приобрел
цветочный оттенок.
Аэрогарды в очередной раз свернули за угол, и д'Марья резко
придвинулся к экрану.
Коридор перед аэрогардами был сплошь усеян телами и частями тел. Он
был до невозможности грязен — повсюду на полу, на стенах, даже на потолке
виднелись коричневые потеки, жирные зеленые пятна, полосы копоти — особенно
заметные под одним плафоном, расплавленным и стекающим скрученными длинными
сосульками вниз, — кроме того, по полу были разбросаны клочья дерна с пожухлой
желтоватой травой, битые стекла, какой-то совсем неожиданный мусор вроде пустых
сигаретных пачек и обрывков оберточной бумаги... опять оторванные руки и ноги,
но нигде не видно ни пятнышка, ни капельки крови; а вот целые тела были
действительно целыми — по крайней мере на первый, беглый взгляд, — и пребывали
они в самых разнообразных позах: один мертвец вольготно развалился, раскинув
руки в разные стороны, другой скрючился в позе эмбриона, двое — мужчина и
женщина, единственная в этом морге, она отличалась от остальных одеждой, что
сразу бросалось в глаза:, все в хаки, она в красном, — лежали обнявшись... а
один, у самого поворота, сидел, привалившись спиной к стене и подогнув под себя
ногу, с сумасшедшей улыбкой смотрел куда-то вдаль...
— Вот черт, — произнес кто-то.
Потом Медведев медленно двинулся вперед. На картинке с его датчика
сменялись лица — все чистые, без крови, только у одного была сильно распорота
щека, так что в треугольной дыре виднелись белые зубы. Выражения лиц разнились
— от радостного удивления до ледяного ужаса, но д'Марья мельком отметил, что у
всех были открыты глаза.
— Никого, — хрипло произнес, очевидно, Медведев, потому что д'Марья
не сумел узнать голос. — Никого не знаю.
— Это не люди с “Костромы”, — утвердительно произнес Ямада. — И эта
форма мне незнакома.
— Обыщите их, — сказал д'Марья, но тут же ощутил резкий укол:
что-то было не так.
— Опасность!.. — быстро сказал он. — Отходите немедленно!!..
Где-то впереди по коридору, в той стороне, куда направлялись
аэрогарды, возникло что-то большое, плотное, оно все увеличивалось, меняя
структуру воздуха и света, неуклонно, но медленно: была еще возможность уйти.
— Да уходите же!.. — заорап д'Марья, более не сдерживаясь.
Без лишних пререканий аэрогарды стали поспешно отходить.
Они выскочили в предыдущий коридор, и тут ближайшая дверь
распахнулась, и оттуда с ревом вылетело что-то большое и косматое.
Три очереди прошили существо, прежде чем оно успело добраться до
аэрогардов. На пол тяжело ухнуло нечто вроде огромной, килограммов под двести,
собаки, чья шкура с подпалой длинной шерстью была перетянута брезентовыми
ремнями.
— Оставьте его! — крикнул д'Марья: он всей кожей чувствовал
опасность, поднимавшую голову в этом коридоре, но она была не животного и
вообще не живого свойства.
Видимо, аэрогарды тоже что-то такое ощутили. Они перешли на бег, не
обращая более внимания на чудовищного пса — который, как показалось
капитан-полковнику, пошевелился и даже сделал движение в сторону от выпустившей
его двери, — но тут в коридоре стало пронзительно светло.
Опасно было уже всюду — не только позади, но и сверху, и по бокам:
все двери в коридоре стали открываться одновременно, и за ними не было ни
чудовищ, ни жутких механизмов, ничего — одна только страшная, белая, голодная
пустота, напоминающая внутренность безразличного ко времени большого белого
ящика...
— Командир, нас кто-то вызывает, — врезался в мозг голос Мальцева.
— Передача идет по резервному каналу. Радары фиксируют три корабля на средней
орбите, прямо над нами!
— Не отвечать! — рявкнул д'Марья, не отрывая взгляда от экрана, на
котором пляшущие изображения с различных картинок складывались в бешеный танец
разноцветных пятен. — Боевая тревога! Комендорам — трехминутная готовность
отражения аэродинамической атаки!..
На экране плескалась жажда жизни, ненасытный голод и снова жажда —
глотка свежего воздуха — вошли в невыносимое соприкосновение, и сейчас весь мир
готов был лопнуть по швам: но до конца бесконечного вроде бы коридора
оставалось немного, мир стал благодатно темнеть и расширяться, в нем появились
капли живой воды, и ощущение шероховатости бетона, и ветер, который упустил
свою добычу, завыл и захлебнулся, подавившись снежной крупою, сквозь которую
пробивалось багровое солнце...
Глава 12
Д'Марья стоял у посадочной рампы “Ред Алерта” вместе с Гордым и
смотрел, как, пробившись сквозь злые плевки несущего сероватую снежную крупу
ветра, со стороны смутно различимого багрового солнца на посадку заходит
допотопный вертолет.
Полчаса миновало с момента отступления (больше напоминавшего
паническое бегство) аэрогардов из страшноватого подвала, и двадцать минут
прошло после того, как с их фрегатом установили связь — голосовую, по-русски,
на обычных ультракоротких волнах — три корабля какой-то Народной Армии
Независимости.
Что это такое, толком выяснить было некогда — тем более что эти
предположительно русские категорически просили (они так и выразились)
аэрогардов не приближаться к тому месту, откуда шел сигнал SOS, объяснив, что
это их личное дело и что борты “Сила”, “Рогнеда” и “Скамандр”, а также
оставшаяся на высокой орбите планеты “Воля” вполне в состоянии помочь своим
товарищам, попавшим в беду.
Аэрогарды решили на рожон не лезть — все-таки вроде бы свои, хотя
надо уточнить, — и договорились встретиться с представителями этих самых
“независимых”, чьи корабли уже опустились недалеко от того места, где нашли
человека с передатчиком.
Оба танка с группой Ямады пока остались там же.
Вертолет грузно опустился на землю метрах в тридцати от фрегата.
Давненько д'Марья таких не видел: ста
...Закладка в соц.сетях
