Жанр: Научная фантастика
Близко, около звёзд 1-2.
...мных стад.
Мгновенно весь жалкий растительный покров долины был уничтожен прожорливыми
быками, и им пришлось перейти на режим питания собственными жировыми отложениями.
Авалы могли ничего не есть по нескольку месяцев, что весьма отрицательно сказывалось на
их и без того злобном нраве, но нидам, опасавшимся вторжения четвертых, это было только
на руку. Окружающие жилища нидов ди-поля были полностью сняты, а те, что защищали
зоопарк, срочно модифицированы. По мере возведения полипластовых куполов постепенно
отключались и они.
...Модуль Лока пересек открытый нидами коридор и приземлился напротив черного
модуля Сона, на самой границе ди-поля, изолирующего авалов.
- Что, получше место не могли найти? - со злобной подозрительностью сказал Лок,
связавшись с Соном. - Готовишь мне какую-нибудь пакость? Я не буду церемониться с
твоими милашками!
- Успокойся, - глухо произнес Сон. - Все будет в порядке. Просто мы тоже
страхуемся. Можешь просветить местность. Незапланированных полей и ловушек здесь нет.
Как и договаривались.
Из большого крылатого модуля Лока вырвался тонкий луч и обследовал пустынное
каменистое пространство вокруг. Издалека доносился рокочущий рев авалов.
- Порядок передачи прежний, - продолжал Сон.
- Ну-ну, - ухмыльнулся Лок.
- Мне не нравится твой тон. Если ты попытаешься обмануть меня или с моими
близкими будет что-то не так, я уничтожу тебя.
- Успокойся! - встревожился Лок. - Мне нужен только мальчишка. Давай начинать.
- И предупреждаю: никаких убийств на моей территории...
- Приветствую твой здоровый цинизм, Сон, - осклабился Лок. - По твоей личной
просьбе, я убью его в другом месте.
Сон отключил связь и повернулся к Тики, сидящему у него за спиной:
- Можно действовать.
- Дизи, - сказал Тики, - теперь твоя очередь.
Сон взял Дизи за руку, и они вышли из модуля. На них были надеты зеленые костюмы,
защищающие от частиц желтой пыли, висящих в воздухе густой взвесью. Дизи доставал
Сону до пояса, и несоразмерность роста обоих выглядела очень противоестественной.
Четверо нидов с оружием в руках окружали их. Лок, сопровождаемый восемью
низкорослыми существами, которых ниды называли четвертыми, следовал за Унитой и
Радостью и держал их на прицеле своего БК. Это оружие поражало мгновенно и не
оставляло ни малейшего шанса выжить даже легко раненному.
Встретившись на половине пути, обе группы остановились. Лок с подозрением
всмотрелся в лицо Дизи, закрытое прозрачным щитком.
- Это он? Как ты докажешь это?
- Я не обязан тебе что-либо доказывать. Это твои проблемы, - ответил Сон.
- Если ты обманул меня, ты пожалеешь. - Лок все больше злился.
- Забирай ребенка и уматывай!
- Он как-то странно выглядит...
- Я ввел его в транс. Думаешь, иначе он с радостью пошел бы к тебе?
Дизи действительно казался полусонным. На лице Лока отразилась сильная внутренняя
борьба. Он сыпал проклятиями и не знал, на что решиться. Обстановка все больше
накалялась. Нервничали и четвертые, которые что-то быстро говорили Локу через
внутреннюю связь шлемофонов.
- Расходимся, Лок! - рявкнул Сон. - Что ты там бормочешь себе под нос? Отводи
своих людей! Мы меняемся или нет?!
- Спокойно! - закричал Лок, все еще опасаясь какого-нибудь подвоха. - Меняемся!
Как договаривались!
Это означало, что прикрытие должно отойти к модулям, а Лок и Сон сами произведут
обмен.
Лок ухватил Дизи за локоть и потащил его за собой к модулю. Сон с Унитой и
Радостью несколькими большими прыжками преодолели отделяющее их от модуля
пространство и скрылись внутри машины. Тики взволнованно следил за происходящим через
экраны обзора.
Когда Сон появился в кабине, Лок с Дизи только подошли к серебристому модулю
четвертых. Следуя плану, Дизи сорвал с головы шлем и простонал:
- Мне плохо...
Лок толкнул его к распахнутой двери, в проеме которой маячили четвертые, но
мальчик упал на землю, и из его зеленого комбинезона вдруг выпорхнула белая птичка...
- Таоны! - заорал Лок. - Не стрелять!! - Он бросился вслед улетающей птице и
крикнул изо всех сил: - Я отдам тебя Кавис, ублюдок!
Птичка затрепетала, захлопала крыльями и камнем рухнула на землю. Подбежав, Лок
схватил ее и спрятал за пазуху. Потом бросился к модулю и скрылся внутри. Оба модуля -
и Сона, и четвертых - взлетели в воздух и принялись описывать в грязно-желтом воздухе
высоко над землей беспокойные круги.
Тики и Сон с тревогой смотрели на мелькающий перед ними модуль Лока. Он долго не
выходил на связь - видно, обдумывал ситуацию.
- Все в порядке, Александр. Доверься мне, - вдруг раздался за спиной у Тики
женский голос.
Тики обернулся. Перед ним стояла Лотис.
- Откуда ты взялась?!
- Скажешь Локу, что отдашь ребенка в обмен на Дизи, - быстро проговорила Лотис,
обращаясь к Сону.
- А где я его... - начал Сон и осекся, потому что Лотис вдруг вся согнулась, как от
сильной боли, и закричала. Через мгновение рядом с Соном стоял маленький черноволосый
и черноглазый испуганный мальчик. Он плакал, размазывая по лицу слезы.
- Вызывай Лока, быстрее, - сказал Тики.
- Я предупреждал тебя, Сон! - трясясь от злобы, заорал Лок, наконец вышедший на
связь.
- Вот он! - перебил его Сон, подтолкнув к экрану плачущего ребенка. - Будь ты
проклят, Лок... Чтобы ты никогда не видел солнца... Отдай таона...
- Это другой разговор, - процедил Лок.
...Модули снова сели на землю, и обмен произошел по прежнему сценарию. Сон,
схватив в охапку сопротивляющегося и плачущего мальчика, отдал его Локу, взяв взамен
находящегося без сознания Дизи, которого тот вынес.
Лок вцепился в мальчика обеими руками и два раза повторил, пристально глядя ему в
лицо:
- Я отдам тебя Кавис!
Мальчик продолжал испуганно плакать, и только. Это успокоило Лока, и вскоре
модуль четвертых покинул мир нидов, унося с собой Лотис.
Это не Рики, убеждал себя Тики, наблюдавший эту тяжелую сцену, но на сердце у него
было неспокойно. Когда он вернулся в замок, все его обитатели находились в страшной
тревоге: мальчик пропал, и его безуспешно искали уже двое суток.
6.
Корабль был огромен, но управляла им небольшая команда в сорок человек. Власть,
которой обладал отец, позволяла ему выбрать себе в помощники людей проверенных и
надежных, преимущественно из его клана. Они жили единой семьей, и все их силы были
направлены на решение целей, определяемых хозяином "Росы". А хозяин, Александр
Рыжий, изо дня в день работал по своему обычному расписанию: ранний подъем и поздний
отбой. Обычно он не успевал отводить на отдых даже положенные полчаса через каждые
шесть часов, как то предписывал Бранд, его личный врач.
Отец не любил, когда его отвлекали от работы, но на сына это требование не
распространялось. Тики мог смело входить в его рабочий кабинет, когда отец вел
переговоры, писал, делал расчеты или размышлял. Взамен Александр требовал от сына такой
же самоотдачи и работы на грани возможного.
От отца Тики унаследовал рыжие волосы и зеленые глаза. Отец был высоким и
худощавым, Тики рос коренастым, широкоплечим. У него был такой же сосредоточенный
взгляд и умение быстро ухватить суть любой проблемы. Отец приучал его не бояться
ошибок, и это помогло Тики освободиться от нерешительности, которая нередко приводит к
неудачам в делах и в жизни вообще. Когда отец ошибался, он без излишних терзаний
анализировал ошибку и говорил себе: это случилось потому, что... Исправлял и брался за
решение следующей задачи. Уверенность в собственной правоте, основанная на глубоком
знании предмета, - вот главное впечатление об отце, которое вынес Тики из общения с ним,
так трагически оборвавшегося.
Когда на корабле появились Хеб и Дизи, это друзья, сказал отец, им можно доверять.
Отец рассчитывал, что Хеб поможет ему в инспекции параллельных миров, и они много
беседовали в кабинете, но Тики не слышал ни одного их разговора - впервые отец попросил
его об этом.
Тики не обижался, понимая, что и из правил бывают исключения. Все свое внимание
он переключил на Дизи. Поначалу незнакомый мальчик с суровым взглядом дичился, потом
стал более спокойным, открытым, и они подружились - два ребенка в мире взрослых
мужчин и взрослых проблем.
Хеб был молодым парнем с добродушным круглым лицом. Он был простоватым и
немного наивным в своих рассуждениях о жизни, в которые пускался, встретив в коридорах
корабля кого-нибудь из членов экипажа, и иногда Тики казалось, что отец напрасно тратит
на него столько времени. Но Александр-старший всегда обращался к Хебу только на ты - в
знак дружбы и уважения.
Ничто не предвещало трагедии, которая произошла через двое суток после посещения
"Росой" Забавы, рядовой планеты-трудяги, снабжающей полипластом целый сектор. Они
пробыли там всего десять часов, заправились топливом, чтобы продолжить свой долгий путь
к Земле.
В назначенный час корабль вошел в гиперпространство, но тут же случилось
чрезвычайное происшествие - неожиданно умер Бранд. Команда очень ценила его за
профессионализм, мягкий юмор и доброту. И вот его не стало. Отец расстроенно сообщил
Тики, что у него внезапно отказало сердце. Потом ночью отец пришел к Тики, разбудил и
сказал, что они в большой опасности и что необходимо срочно покинуть корабль.
Они пошли в шестой отсек, где стояли аварийные трехместные модули. В одном из
кресел уже сидел Дизи. Отец усадил Тики и сказал, что скоро вернется. Но Тики заснул и
больше уже ничего не видел до самой Земли, пока не очнулся в модуле. Вместо отца рядом с
ним в кресле лежал незнакомый маленький мальчик...
- Я ведь просил тебя! Я оставил его на тебя!
Властислав был расстроен не меньше, чем Тики.
- Я спал рядом с ним, не отходил от него ни на шаг... Я закрыл комнату - двери, окна
- на все запоры... Утром он исчез!
- Я не доверяю ни Лотис. Ни Тисе. Ни Яну. Ни Ане. Ни Феде. Ни Павлику. Только
тебе и, может быть, Дизи.... - сказал Тики. - Этот ребенок дороже мне всего на свете...
Теперь знаешь, при каких обстоятельствах погиб мой отец. Бессмысленность его гибели
убьет меня, понимаешь? Я должен уберечь Рики, должен!
- Мы с Яном объехали все поля в округе, все эти хилые, жалкие леса. Про сам замок
уж и не говорю.
- Появлялся кто-нибудь посторонний?
- Да откуда!
- Что-нибудь здесь случилось?
- Я не отходил от него ни на шаг. Ничего не случилось.
- Он играл с Павликом? Разговаривал С Федей?
- Ну, знаешь, ты не запрещал ему этого, и меня не предупреждал на этот счет! Я же не
мог запереть его в темницу!
Тики поднял голову.
- У тебя есть темница?
- Ну, а какой замок без темницы?
- Пойдем туда! - Тики вскочил на ноги.
- Что?
- Скорей!
- Успокойся... Мы всё осмотрели с Яном, и темницу тоже.
Тики сел и обхватил голову руками.
- Эти таоны... Что теперь делать?
- Если бы я знал...
- Дизи не пришел в себя?
- Нет еще.
- Я хотел спросить у него очень важную вещь... Понимаешь, по-моему, они могут
превращаться только в того человека, которого уже нет в живых...
- Чушь.
- Он исчез сразу же, как только мы отправились к Сону!
Властислав упрямо помотал головой. Тики сказал, глядя в окно:
- Знаешь, я теперь все время думаю только об одном: если он погиб, почему тогда
продолжает светить солнце? Идти снег? Когда гибнет безвинный ребенок, вся Вселенная
должна скорбеть... Не могу видеть этот снег...
- Тебе тяжело, но это пройдет. Мы еще раз все осмотрим, - сказал Властислав,
поднимаясь.
- Попроси свою жену... Может быть, она чувствует пространство. Пусть поднимется
на башню...
- Извини, Александр, мне трудно с ней разговаривать... Не смогу...
- Что было, то прошло. Теперь другое время. Другие цели.
- Но я еще в прошлом. Твое время еще не стало моим.
- Поскорее простись со своим прошлым, иначе оно утащит тебя в могилу.
Властислав невесело усмехнулся:
- Я уже побывал в ней. Мне не страшно. - Он поднял вверх руку и исчез за дверью
кабинета.
...Тики вызвал Сона. После нескольких фраз, которыми они обменялись, он попросил:
- Я должен найти документы, которые хранятся в моем сейфе. Наш аварийный
модуль, с "Росы", был взорван, но сейф не должен был пострадать. Пожалуйста, найди его.
Ты ведь более мобилен. Координаты я тебе назову. Как жена и дочь? Все в порядке?
- Спасибо, Александр.
- Будьте осторожнее - вдруг Лок сидит там в засаде.
- Очень бы я этого хотел!
- Когда найдете сейф, заберите его с собой. Пусть побудет у тебя, здесь слишком
опасно его хранить.
- Договорились.
Тики вошел в комнату Дизи, неся на подносе горячее питье. На постели у мальчика
сидела Лотис. Тики застыл в дверях, увидев ее, но женщина сделала рукой приглашающий
жест. На ее лице не было ни тени удивления или волнения, словно они расстались не неделю
назад при драматических обстоятельствах, а вчера, пожелав друг другу спокойной ночи.
- Ты жива? - выдавил из себя Тики. - Камень с души...
Лотис усмехнулась уголками губ.
- Конечно, жива. Не скажу, что это была приятная прогулка, но что поделаешь...
- А... Лок?...
- Лок тоже жив. Где мальчик? С ним все в порядке?
- Мы потеряли его...
- Как потеряли?.. Это что, иголка? Ты спрятал его!
- Когда я вернулся со встречи с Локом, его здесь уже не было...
- Ты должен был охранять его!
- Не учи меня, что я должен делать!
Воцарилась враждебное молчание. Тики подошел к кровати и взглянул на больного.
Дизи спал. Дыхание у него было ровным и спокойным.
- Он до сих пор не пришел в себя...
- Нет, уже все в порядке - ответила Лотис. - Он проснется завтра. Здоровым.
- Я в долгу перед тобой, Лотис...
- Скорее, это Сон в долгу. Что ты нашел интересного в общении с нидами? -
заносчиво спросила она. - На мой взгляд, таоны намного интереснее.
- Не только интереснее, но и опаснее, - взвешивая каждое слово, ответил Тики.
Лотис погладила Дизи по светлым волосам, поднялась.
- Мне нужно отдохнуть, - коротко сказала она и вышла.
Стоя посреди двора, Ана метала кинжалы в деревянный щит, установленный в
двадцати шагах от нее. Ее движения были четкими и уверенными. Кинжалы мелькали в
воздухе без остановки, попадая в цель, казалось, без особых усилий с ее стороны. Это было
результатом каждодневных упражнений в течение целого года, с тех пор, как ей исполнилось
двенадцать лет и она впервые взяла в руки кинжал, - вопреки желанию матери и к
нескрываемому удовольствию отца. Теперь она возобновила свои занятия и каждое утро,
надев свой черный мужской костюм, в котором ходила постоянно, стреляла в мишень из
лука, метала кинжалы или сражалась с Яном на мечах. Рука стала тверже, взгляд зорче, с
удовольствием комментировал Ян, когда они заканчивали свои учебные бои, и всякий раз
шутливо добавлял: "А красота ярче..."
Сегодня она занималась в одиночестве - Ян с Федором снова объезжали округу,
разыскивая пропавшего мальчика. В замке царила непривычная тишина, только изредка
раздавался гортанный клекот птиц да ржание коней в конюшне.
Ана закончила упражняться и поднялась к себе. Она в который раз начала
рассматривать свои платья, украшения, милые сердцу безделушки, с которыми было связано
столько воспоминаний, и то улыбалась, счастливо прижимая их к себе, то волновалась до
слез. Она хотела надеть свое любимое синее платье, но, обернувшись, вдруг увидела Яна,
который стоял, прислонившись к косяку, и внимательно наблюдал за ней. Ана вздрогнула.
- Я не хотел тебя напугать. - Ян уселся в кресло.
- И давно ты подсматриваешь за мной? - улыбнувшись, спросила девушка. Синее
платье отправилось в шкаф.
- Не подсматриваю, а любуюсь.
- Ты уже вернулся?
- Нет, я все еще там.
Ана засмеялась. Ян всегда поднимал ей настроение. Ей сразу стало легко.
- Нашли? - посерьезнев, спросила она.
Едва заметное удивление промелькнуло в его глазах. Он покачал головой.
- Как ты думаешь, куда он мог деться? - Ана подошла к Яну поближе.
- Лучше скажи, как ты себя чувствуешь.
- Хорошо. Я чувствую себя хорошо... А что говорит отец? Он ведь не ездил с вами?
Ян с досадой промолчал. Ана не понимала, что его сердит. Она внимательно
посмотрела ему в глаза.
- Что-то не так, Ян?
- Я всегда любил тебя, - вдруг без всякого перехода сказал он, взглянув на нее
исподлобья.
- Я тоже тебя любила... люблю, Ян...
- Я не об этом. Я люблю тебя не как сестру. Ты ведь не сестра мне. - Ана
покраснела. - Я сказал это не для того, чтобы тебя обидеть. Просто я уже не хочу скрывать
свои чувства... Что ты скажешь?..
Ана смущенно отвернулась и отошла к окну. Ян встал и подошел к ней.
Властислав обдумывал свой разговор с Александром и слова, которые он скажет Тисе.
Гнев и любовь - самые противоречивые чувства - раздирали его, и он хотел понять, какое
из них сильнее. Он в беспокойстве мерил шагами свой кабинет, когда со стороны сада вдруг
раздался задавленный собачий лай и короткий, словно предсмертный, визг. Сразу наступила
тишина. Властислав бросился к окну. Угол башни закрывал сад, черные тени косо
пересекали двор. Властислав выскочил из кабинета и, прыгая через ступеньку, сбежал с
лестницы.
Сад был молод, деревца - тонкими, поэтому он сразу увидел на выпавшем снегу тела
двух своих собак, Стрелы и Ворчуна, - у них было разорвано горло, и кровью было
забрызгано все вокруг...
Властислав присел, рассматривая следы, направленные в южную башню, - это были
огромные волчьи лапы. Откуда-то из-под куста, скуля, выполз Лис. Он на брюхе подобрался
к королю и виновато лизнул ему руку. Властислав нащупал на поясе кинжал, вынул его из
ножен.
- След, Лис! - негромко приказал он. Пес заскулил. - След! - Лис отводил глаза и
жался к земле. - Плохая собака! Не собака, а трусливая курица!
Лис распрямил свое ярко-рыжее пушистое тело и, как длинный язык пламени, метнулся
по дорожке сада к южной башне. Король побежал следом.
Ян подошел к Ане сзади и нежно обнял, поцеловал в затылок, а ее вдруг охватила
непонятная тревога. Она пыталась что-нибудь придумать, найти ответ, но никакие слова не
шли на ум. Ян за плечи развернул ее к себе и немного отстранился, чтобы увидеть ее глаза.
- Ты молчишь, Ана? - прошептал он.
- Я не хочу, чтобы ты торопил меня... Я еще не готова...
- Ты любишь другого? - прищурившись, спросил он. Девушка во все глаза смотрела
на него, и беспокойство все сильнее охватывало ее; росло странное чувство, что что-то не
так. - Что ты так смотришь?
- Кор?.. - задыхаясь, спросила Ана.
Он жадно схватил ее, прижал к себе и принялся целовать в губы, в глаза. Ана
вырывалась, но он цепко держал ее как дорогую, самую желанную добычу. Ана закричала.
- Ты ждала меня, да? - бормотал он. - Ты скучала... - От него вдруг появился
какой-то могильный запах, неприятный и затхлый.
В комнату ворвался Властислав.
- Ана! - крикнул он.
Они враз обернулись. Лис бешено лаял из-за дверей, не решаясь войти. Ана взглянула
на того, кто держал ее в объятиях. Это был какой-то незнакомый старик в грязной черной
одежде.
- Кто это, Ана? - закричал король.
- Я не знаю!
- Не подходи, отец! - предостерег старик, буравя Властислава колючим взглядом. Он
отпустил Ану и отскочил к окну.
- Отец?! Почему - отец?..- Властислав поднял вверх руку с кинжалом и бросился на
старика.
Тот усмехнулся, в мгновение ока превратился в ворона и выпорхнул в окно.
Услышав какой-то шум, Лотис вышла из своей комнаты и прислушалась. Громко и
возбужденно говорил Властислав, взволнованно отвечала Ана. Потом Лотис услышала
чужой глуховатый голос, вскрики. Она быстро прошла в галерею и выглянула во двор.
Огромный черный ворон кружил над замком. Лотис оскалилась, как зверь, почувствовавший
добычу, и раскрыла окно.
...Ворон полетел на запад. Безлюдные места и покрытые снегом пространства радовали
его глаз. Он покружил над брошенным селением, над старыми, искореженными сильными
обвалами и словно еще больше осевшими в землю, горами, и опустился на большую
лиственницу, одиноко стоящую на склоне холма. Неожиданно на соседнюю ветку, взявшись
невесть откуда, села большая птица, по своему виду и оперению напоминающая беркута,
только голова у этого беркута была ярко-оранжевой в черную крапинку. Птица неторопливо
принялась чистить перья. Ворон удивленно уставился на нее.
- Я хочу убить тебя, Дуй, - вдруг сказала птица.
Ворон замер, пораженный в самое сердце. У него сильно запершило в горле, но в
словах не было необходимости, ведь птица вела беззвучный разговор, и ворон понимал ее.
- Зачем? - как-то глупо спросил он.
- Ты слишком наследил на этой земле. Твой след черный.
Ворон помотал головой, словно хотел стряхнуть с себя эти недостойные обвинения.
- Т-ты не убьешь меня...
- Почему? - удивилась птица.
- Я знаю, где Кавис. Ты ведь ищешь ее...
Птица возбужденно взмахнула крыльями.
- Посмотри мне в глаза, - потребовала она.
- Еще чего!
- Твоя цена? - подумав, спросила птица.
- Я еще не решил. Но думаю, скоро пойму, что я могу у тебя попросить. А пока...
Пока я хочу, чтобы ты называла меня Кором.
Птица понимающе кивнула.
- Ты лучше. Гораздо лучше.
- Кором!
- Конечно, Кор.
- Только так!
- Только так, - льстиво подтвердила птица.
Ворон взлетел и завис над птицей с оранжевой головой. Она сидела спокойно и даже не
посмотрела ему вслед. Не решившись напасть, ворон полетел дальше на запад, а птица
подумала: "Совсем свихнулся. Кором... Но я уже узнала то, что мне было нужно. Ты
слишком самонадеян, Кор..."
7.
- Только не дай ей запрыгнуть на тебя, иначе мне будет очень трудно.
- Сто раз уже слышала.
- Слышала, но поняла ли? Когда ты ее увидишь, у тебя отшибет последние мозги.
Тогда вспомни только это: она не должна вскочить тебе на спину. - Лотис склонилась и
заглянула в волчьи глаза. - Ты готова? Ведь ты получила то, о чем просила...
- Так это я тебя должна благодарить!
- Откуда такая желчность? - Волк разинул пасть. - Ну-ну, не злись. Если нам
повезет и мы найдем ее, собери всю свою волю, а также вспомни: тебе есть что защищать.
Судьба так благосклонна к тебе. На мой взгляд, ты снова живешь только для того, чтобы
исправить свои ошибки. Заплатить за разбитые горшки. Ты должна остановить эту цепь
преступлений, тянущуюся через века...
- Хватит! - рыкнул волк.
- Тогда вперед! - закричала Лотис. - Солнце садится!
Волк бросился в лес сильными прыжками. Лотис побежала за ним, подгоняя то
обещаниями, то угрозами. Длинный плащ на меху не мешал ее легким движениям. Скоро
они добрались до холма с одиноким деревом на вершине. Волк перевел дух, потом задрал
голову и запел песню на своем жутком волчьем языке...
Солнце садилось, быстро утопая за белеющими от снега холмами и цепляясь
последними лучами за верхушки темных сухостоев. Где-то в глубине гор, в ложбине, в ответ
на мощный и призывный волчий вой зародилось быстрое, почти неуловимое движение,
зашевелилось слегка припорошенное снегом пухлое одеяло из прелой листвы и хвороста,
затрепетали потревоженные хилые осины, и, как медведь из берлоги, на свет выбралась
древняя старуха с большой головой. Она понюхала воздух, подслеповато и суетливо
огляделась.
- Ты вернулся, волк!.. - дрожа от радости и не веря сама себе, пробормотала она.
Волчья песня странным образом пробудила к жизни ее угасающее естество. - Ты здесь! Ты
зовешь меня! Конечно, конечно... - радостно сипела она, карабкаясь, как кошка, по рыхлым
склонам, усыпанным листвой. - Я нужна тебе, как младенцу мать, как зеленым росткам
солнце... Да-да! Я ждала тебя, мой черный волчище!
Ловко, как юркая мышь, скользила она между деревьями и наконец добралась до
холма, где на самой вершине под одинокой лиственницей поджидал ее черный волк.
Почувствовав чье-то незримое присутствие, волк насторожился и замолчал, вслушиваясь в
тишину. Его зоркие глаза замечали каждое движение в темных чащах, но старуха
подобралась к нему незаметно, слившись с тенью дерева, и когда запрыгнула ему на спину,
он взвизгнул от страха. Холодные, как железо, пальцы больно ухватили его за загривок, а в
бока вонзились костлявые пятки.
Волк в ужасе затряс головой, запрыгал, кубарем покатился вниз с холма, пытаясь
скинуть с себя кошмарную всадницу, но старуху это только развеселило.
- Кто ко мне пожаловал! - радостно хохотала она. - Сама прекрасная королева,
Таотис! Какое счастье! Теперь твоя неземная красота будет моей! Я так давно мечтала об
этом, - захлебываясь от восторга, визжала она. - Ты не поверишь - я так горевала, когда
ты отравилась!
Обезумевший волк несся по холмам, а старуха, хватко вцепившись острыми когтями
ему в загривок, выкрикивала пугающие обещания:
- Сначала я отберу у тебя твои чудные голубые глаза! Потом волосы...Потом твои
белые, как этот снег, зубы... Потом... Нет! Прежде всего я отберу у тебя твой голос! Конечно,
как я забыла? Твой нежный голосок, незабываемый и переливчатый, как у довольной, сытой
кошки...
Волк трясся, как в лихорадке, сердце у него билось гулкими частыми ударами, словно
большой колокол, деревья сливались перед глазами в сплошное темное пятно, и даже снег
казался черным. Предчувствуя скорую гибель, он замедлил бег и вдруг среди
оглушительных старушечьих воплей различил далекий тихий голос, ласково зовущий его.
Волк остановился: ноги у него дрожали и хотелось выть. Эта пришедшая издалека мощная
волна любви, заботы, сочувствия отрезвила его, придала сил, и он побежал на голос как к
своему спасению, как к желанному огню, способному обогреть в ледяную стужу. Он сделал
круг, вернулся к холму, у которого ждала его Лотис, и остановился у подножия. Старуха
продолжала что-то верещать, но волк уже не слышал ее - силы у него кончились, он едва не
падал с ног от усталости и страха.
- Я принимаю тебя, Кавис, - раздался вдруг негромкий и спокойный голос из-под
ярко зеленеющего высокого кедра.
Всадница, оседлавшая черного волка, замерла на полуслове и медленно повернула
голову.
- Я жду тебя, - сердечно, как лучшему другу, сказала Лотис скрючившейся на спине
волка колдунье и протянула к ней руки.
- Нет-нет, - пугаясь, глухо забормотала та и затрясла головой. Пучок жидких волос
на ее затылке сразу растрепался. - Я не хочу...
- Я принимаю тебя, - повторила Лотис и шагнула вперед. - Иди сюда.
Старуху била крупная дрожь. Она как-то ср
...Закладка в соц.сетях
