Жанр: Научная фантастика
Ванги 2. Боевая форма
...тил Карни.
- Мне восьмидесятого.
- Ну что там, говорите. Я же знаю, что это вы.
- Восьмидесятого, - требовательно повторил голос. Карни вздохнул:
- Ну хорошо, хорошо. И у воров есть понятия о чести.
Он отключил "скрэмблер", экран моргнул, и на нем появилось изображение
Йохана
Грикса. Вид у копа был усталый и озабоченный.
- Что случилось? - спросил Карни.
- Завтра утром мы должны быть в суде. Судья Файнберг специально ради нас
изменила расписание своих дел. Я хочу, чтобы вы предстали перед ней в самом
лучшем
виде, поэтому необходимо, чтобы сегодня вы оба хорошенько выспались. Утром мы
заедем за вами.
- Давно пора.
- И еще я хочу, чтобы вы собрали свои вещички. Сразу после завтрака вы
отсюда
уедете, и навсегда. Послезавтра я определю вас в новое безопасное место.
- Куда же на этот раз?
- На месте узнаете, одно скажу - там уютно и тихо. - С этими словами Грикс
отключился.
Уокс был явно рассержен.
Акандер оторвал несколько крохотных лоскутков кожи на животе и принялся
вытирать кровь в тех местах, где лопнули швы.
- Черт побери, видишь, что ты наделал, - заметил Карни.
Акандер бросил на Карни недобрый взгляд:
- На твоем месте, Уокс, я бы попридержал язык. Я уже нахлебался с тобой
горя.
- Ну да, ну да.
Карни снова направился в ванную, вернулся с баллончиком дезинфектата и
пару раз
брызнул на кровоточащий участок кожи приятеля.
- Ты, парень, сначала залечи свои раны, прежде чем захочешь еще раз
почесать
кулаки, понял?
Акандер смерил его презрительным взглядом, что-то неразборчиво пробормотал
себе под нос и уронил голову на грудь. Недавняя стычка уже была забыта, Карни
решил
сделать попытку примирения. Он натянул на себя кобуру с тяжелым "магнумом".
- Пойдем, сообразим чего-нибудь перекусить, а потом немного вздремнем.
Грикс
хочет, чтобы завтра мы предстали перед судьей Файнберг во всем блеске.
Акандеру потребовалась пара секунд на раздумье. Карни успел за это время
натянуть на себя тяжелый плащ-дождевик и саск^тчскую широкополую шляпу. Они
сбежали вниз по ступенькам и нырнули в сплошную пелену дождя, хлеставшего теперь
тугими беспощадными струями.
- На следующей планете, куда я переселюсь, будет тепло, - сказал Карни,
когда
они зашагали в сторону ресторана "На перекладных". - Тепло и сухо.
- Полностью поддерживаю твою идею, - проворчал Акандер.
Ветер пригоршнями швырял им в лицо холодную дождевую воду.
- Скоро зима.
- Слава богу, что сегодня хотя бы нет снега.
Ветер завывал так свирепо, что казалось, будто с минуты на минуту снег и
повалит,
поскольку студеная саскэтчская зима была уже не за горами.
* 20 *
После крабов и шампанского Карни и Акандер заказали знаменитое блюдо
ресторана "На перекладных" - фруктовый пирог "Шантильи" со взбитыми сливками и
жареными орехами. Насытившись, они выпили кофе, расплатились по счету и вышли из
уютного теплого зала снова на промозглую сырую улицу. Они направились обратно к
дому.
Дождь немного поутих, и на Ист-авеню образовалось некое подобие толпы.
Двигаться по улице было неудобно - ведь почти все шли под зонтиками.
Карни остановился у газетного киоска, чтобы купить последний выпуск
"Саскэтчского экспресса". Затем они свернули за угол и вышли на Квебек-стрит. У
входа
в дом Карни остановился, озираясь по сторонам. Унылые пяти- и шестиэтажные
многоквартирные дома в легкой пелене дождя казались еще более серыми и мрачными.
Вокруг желтых уличных фонарей образовались неясные нимбы. Машины медленно
катились с холма к главному проспекту.
Нет, он не будет тосковать по Ист-авеню, решил про себя Карни. Из-за одной
только
противной дождливой погоды, стоявшей на Саскэтче восемь месяцев в году, ему
хотелось
поскорее убраться отсюда на какую-нибудь солнечную планету, пусть там даже и не
будет
"тропика-45".
- Надеюсь, мы в последний раз видим этот пейзаж, - презрительно фыркнул
Карни.
- Тебе никогда не нравился этот город, скажи, Карни?
- А кому может нравиться такая помойка? Я бы предпочел жить где-нибудь в
округе Боддовер, чтобы вокруг был сплошной лес.
- Да, - согласился Акандер. - Я бы тоже не отказался. Когда я был
ребенком, я
жил в другом городе.
- В Чезаке?
- Да.
Чезак находился на расположенной неподалеку от Саскэтча планете, на
расстоянии
всего двух световых лет.
- С Чезака сюда понаехала уйма народу.
- На Лигане стало совсем плохо, с тех пор как наступило похолодание.
- Верно, но и здесь тоже в конце концов все перемерзнут!
- Зато на Лигане жил целый миллиард народу. Им же надо было куда-то
деваться.
- Да, - пожал плечами Карни, ежась от пробирающего до костей ветра. - Но
не
думаю, что всем им понравится здесь.
Они вошли в подъезд и застыли от ужаса. Их поджидал не кто иной, как Кау
Хук, с
парой подручных, стоявших по бокам от него. Хук похлопывал о ладонь небольшой,
обтянутой кожей дубинкой.
Карни и Акандер повернулись, чтобы выскочить на улицу, но у двери их тоже
поджидали люди Кау Хука. Карни попытался вытащить из кобуры свой "магнум", но
тот
застрял под пиджаком.
Акандер не стал долго раздумывать. Он с силой ударил лбом в нос одному из
ближайших бандитов, а потом столкнул его вниз по ступенькам. Карни, не мешкая,
поспешил на помощь и получил удар дубинкой. Однако он сумел собраться с силами и
саданул ногой прямо в пах второму головорезу, который согнулся пополам, издав
приглушенный стон. Друзья выбежали на улицу. Кау Хук гнался за ними по пятам.
Перед
беглецами возникла еще одна группа бандитов-корейцев.
Акандер запрыгнул на капот проезжавшего автомобиля, а затем соскочил вниз
с
другой стороны. До Карни донесся оглушительный треск автоматной очереди. Он
пригнулся и юркнул в поток проезжавших машин. Шквал разрывных пуль обрушился на
автомобиль, через который перескочил Акандер. Зазвенело разбитое стекло, и
машина
остановилась.
Карни наконец-то извлек "магнум". Первые же выстрелы заставили Кау Хука и
его
команду срочно искать укрытие. Вскоре снова заговорил автомат, но Карни уже
мчался
прочь со всех ног. Где-то позади него взорвался бак с водородом. Вокруг
раздавались
испуганные крики.
Карни приостановился, повернул и пустился бежать по направлению к Первой
Иставеню,
увертываясь от проезжавших мимо машин. Акандер бежал чуть впереди него,
он
почти достиг угла. Оглянувшись на бегу, он заметил Карни и дал знак поворачивать
влево.
Карни бросил взгляд через плечо. Кау Хук и его головорезы мчались к своим
джипам. Теперь поимка беглецов будет делом десятков секунд, не больше.
- Акандер, подожди, нам нужна машина!
Акандер замедлил бег.
- И вправду нужна?
Впереди, на рю Арденн, на светофоре зажегся красный свет. Карни выскочил
из
потока бесчисленных зонтиков и подбежал к ближайшей машине, огромному зеленому
"демону автострад". Нагнувшись, он дернул дверцу. Та была заперта, но оконное
стекло
опустилось, и из машины выставилась воинственная физиономия типичного
деревенского
жителя в клетчатой рубахе и шляпе лесоруба, с которой свисали трубки с осамистервятниками.
Карни вытащил пистолет:
- Выкатывайся! - заорал он.
Деревенский мужик попытался отъехать, но не смог вписаться в нескончаемый
поток машин. Карни ткнул в него пистолетом, отчего мужик только рассвирепел.
Дверь
неожиданно распахнулась, и владелец машины, извергая потоки проклятий, выскочил
наружу. Карни ударил его рукояткой "магнума", но на здоровенного деревенского
парня
это не произвело никакого эффекта.
Кау Хук и его ребята были уже совсем близко. Но в этот момент Акандер
проскользнул на переднее сиденье "демона", уперся обеими ногами в задницу
хозяина и
отпихнул его на тротуар, между двумя припаркованными машинами.
Карни быстро вскочил на место водителя, рывком завел автомобиль и рванул
вперед
на зеленый свет. К концу второго квартала Первой Иставеню "демон автострад" уже
летел со скоростью сто километров в час.
- И куда мы теперь? - спросил Акандер.
- Вот уж действительно интересный вопрос. Я не знаю.
Беглецов неотступно преследовали джипы, набитые отборными корейскими
громилами.
Приятели проскочили Бридж-роуд, а затем свернули направо, вниз по холму, к
Восьмой авеню. Здесь им удалось проскочить на красный свет и снова вернуться на
Бридж-роуд. Они повернули направо и, проскочив еще один светофор, покатили на юг
по
дороге, ведущей к Квайданским фермам.
- Значит, мы едем на юг.
- Нет, мы свернем на развилке у Санта-Анны и переберемся на Болдоверское
шоссе. Может, в одном из северных округов мы наткнемся на какую-либо лачугу,
лишь
бы у нее не было почтового адреса.
И "демон автострад" помчался в потоке других машин на юг, туда, где дорогу
пересекало Болдоверское шоссе. Джипов позади них видно не было, и беглецы со
спокойным сердцем подъехали к светофору.
Как раз посредине транспортного потока стояла, мигая огнями, полицейская
машина. Еще одна виднелась впереди. Парочка полицейских в шлемах, лавируя между
автомобилями, решительно направлялась навстречу беглецам. У обоих в руках было
по
огромному пистолету:
- Ой-ой-ой, что-то подсказывает мне, что нас ждут неприятности, - Акандер
открыл дверцу и выпрыгнул наружу.
В тот же момент позади них выросли еще двое полицейских.
- Не двигаться! Попробуйте только дернуться! - заорал один из них,
угрожающе
размахивая пистолетом.
Акандер нехотя поднял руки над головой. А спустя секунду из машины
вытащили
Карни, заодно избавив его от "магнума". Щелкнули наручники, беглецов грубо
затолкали
в полицейский фургон, и машина рванула с места под завывание сирены и бешеное
сверкание мигалок. Возле здания из синего стекла арестованных пинками выставили
из
машины и погнали на верхний этаж в кабинет к полковнику Анри Тюссо.
Полковника они застали в глубокой задумчивости. Он развернулся в
крутящемся
кожаном кресле и подпер подбородок сложенными ладонями.
- Добро пожаловать, джентльмены. Полагаю, вы сейчас дадите кое-какие
объяснения.
Карни взглянул на Акандера. Тот был совершенно подавлен.
- Что это значит? - ощетинился Карни. - В чем нас обвиняют? Что
происходит,
хотел бы я знать?
Тюссо заставил его замолчать одним уничтожающим взглядом.
- Мсье Уокс, прошу вас прекратить эту ненужную сцену. Ваш скулеж не пойдет
вам на пользу. Мне прекрасно известно, что вы замышляли.
- Что же?
- Продажу "тропика-45" некоему офицеру колониальной полиции. И в немалом
количестве к тому же. Мы могли бы каждому из вас навесить не меньше сорока лет
тюремного срока. Как вам это нравится?
- Одну минутку! - попытался возразить Акандер.
- Какую еще минутку? Мы ждать не можем. Вас водворят обратно в тюрьму, а
завтра вы предстанете перед городским судом.
- Вы не имеете права! - возмутился Карни. Стоящий позади полицейский с
силой
перетянул его по спине дубинкой.
- Попридержите язык, мистер Уокс, а не то мы заткнем вам рот. Вы меня
поняли?
- Тюссо поднялся из-за стола и принял грозный вид.
- Где лейтенант Грикс? - настаивал Акандер. - Мы требуем встречи с
лейтенантом Гриксом.
Тюссо ухмыльнулся, повернулся к ним спиной и посмотрел в окно. В темноте
яркими точками сверкали городские огни.
- Лейтенант Грикс вскоре тоже составит вам компанию. Ему предъявят
обвинение
в организации контрабандных операций по доставке крупных партий наркотика. Так
же,
как и вам. Мы располагаем достаточными уликам, большинство из которых,
безусловно,
собраны самим лейтенантом Гриксом.
Внутри у Карни все оборвалось. Тюссо вовремя пронюхал об их дельце. Если
он
предъявит обвинения Гриксу прежде, чем тот сумеет свести Акандера и Карни с
судьей
Файнберг, то на их планах можно поставить крест. Как только Карни и Акандер
окажутся
в тюрьме, их ждет неминуемая гибель, это ясно.
Арестованным предъявили стандартные обвинения и, грубо подгоняя, провели к
лифтам. В гараже их снова затолкали в полицейский фургон. Сопровождаемые второй
машиной, они проехали назад по Бридж-роуд, пересекли мост и направились вверх по
длинному склону Снежного Берега.
Слева от них поднимались ярко освещенные шпили Спейстауна, возвышавшиеся
на
крутом речном берегу. Однако машины не свернули в Спейстаун, а поехали дальше на
север, по грузовому шоссе, ведущему к промышленным складам Северного Бельво.
Арестованных доставили в следственную тюрьму.
Ворота распахнулись, и полицейские машины въехали на территорию тюрьмы.
Злость Акандера уступила место мрачному безразличию.
- Кажется, эти ублюдки и не думают торопиться.
- Заткнись, Акандер!
- По-моему, они специально тянут резину. Может, им хочется медленно
придушить
нас. Может, даже нашими собственными кишками.
В приемной арестованных подвергли ряду формальностей, которые прошли на
удивление гладко. Их уже ждали. Здоровенный охранник по имени Деметц без умолку
повторял их имена и хихикал себе под нос. Беглецам присвоили номера, взяли
анализ
крови, отпечатки пальцев, записали цвет глаз и занесли всю информацию в журнал.
Затем
их провели на второй этаж и запихнули в одну из бесчисленных крошечных камерблизнецов.
Камера была оборудована массивной стальной дверью с малюсеньким
окошком. Двенадцать футов на шесть - по тюремным понятиям, просто роскошь.
Камеры тянулись одна за другой вдоль длинного центрального коридора.
- Слава богу, нас поместили на втором этаже.
- Да, можно сказать, лучшие места в зале.
- Интересно, а почему нас не отправили на третий этаж - в общую компанию к
Кровавому Братству?
- Возможно, они не хотят отказать себе в удовольствии прихлопнуть нас
собственными руками. Карни всего передернуло.
- Кау Хук?!
- А почему бы нет? Может, он просто нанесет сюда короткий визит!
- А куда они денут наши трупы?
- О, это нетрудно свалить на Братство. Карни от отчаяния сжался в комок.
- Да, плохи наши дела, ничего не скажешь!
Неожиданно лязгнув, дверь камеры распахнулась, и в проеме появилась мощная
фигура Кау Хука. Позади него маячили Крутые Братцы.
Кау Хук с видом хозяина шагнул в камеру и громко хлопнул железными
лапищами
перед носом пленников.
Затем его лицо расплылось в злорадной ухмылке.
* 21 *
Работая, Кау Хук насвистывал себе под нос. Это занятие явно доставляло ему
удовольствие. Его пудовые кулаки били по жертвам с удивительной точностью и
виртуозностью. Крутые Братцы придерживали несчастных, чтобы те не увертывались
от
ударов. Карни взывал о пощаде, но это только смешило мучителей. Кау Хук,
насвистывая,
продолжал работать.
Вскоре из носа Карни ручьем потекла кровь. Красные брызги летели во все
стороны.
Крутые Братцы что-то недовольно буркнули, и Карни, получив пинок в живот, тяжело
осел на пол.
Кау Хук переключил внимание на Акандера и принялся с новой силой дубасить
вторую жертву. Акандер только хватал ртом воздух и стонал, но ни словом не
заикнулся о
пощаде. Он понимал, что любые мольбы только продлят его агонию - Крутым Братцам
доставляло едва ли не наслаждение слуигать униженные мольбы жертвы, в то время
как
единственным спасением от всех страданий была только смерть.
Кау Хук по-прежнему что-то насвистывал, его увесистые кулаки без остановки
молотили по телу Акандера, то сбивая последнего с ног, то расплющивая его о
стену.
Акандер выплюнул зуб, причем постарался попасть как можно ближе к Крутым
Братцам, которые теперь стояли у дверей камеры. Зуб не долетел до цели, но капля
кровавой слюны попала на брючину того, что стоял слева. Он разъяренно пнул
Акандера в
пах. Оба Крутых дали Хуку новую команду.
Хук пошарил в небольшой черной сумке, которую поставил в углу, и извлек
оттуда
подушку для удушения. Распластав Акандера на полу, Кау Хук опустился над ним на
колени и положил на лицо подушку.
- Прощайте, мистер Суб, - произнесли Крутые Братцы хором, с нескрываемым
удовольствием.
Кау Хук все сильнее прижимал подушку. Акандер вырывался, борясь за жизнь,
но
шансы были явно не в его пользу. Карни наблюдал все это, застыв от ужаса. От
испуга он
не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, а к горлу подкатывалась рвота. Крутые
Братцы,
словно малые дети, радостно хлопали в ладоши, глядя, как беспомощно дергаются
ноги
Акандера.
Внезапно за дверью раздался шум, затем она резко распахнулась и внутрь
ворвались
парни в голубой униформе с автоматами на изготовку.
Крутые Братцы обменялись непонимающим взглядом. Неужели Тюссо устроил им
ловушку?
Братцев бесцеремонно схватили и обыскали. Затем внутрь вошел лейтенант
Грикс.
Кау Хук прорычал что-то и стал подниматься с пола. Один из полицейских
воспользовался моментом и с силой огрел его прикладом по голове. Кау Хук тут же
мешком свалился на пол.
- Отпустите этих людей, - указал Грикс на Карни и Акандера.
Карни что-то прохрипел. Кто-то протянул ему воды. Лицо Акандера было
темнобагровым,
перемазанным текущей изо рта кровью. Волосы топорщились во все
стороны.
В камеру вошла женщина средних лет, в сером плаще и прогулочных туфлях на
толстой подошве. У нее было худое лицо, а тронутые сединой волосы были стянуты в
узел на затылке. Она оценивающе посмотрела на Карни:
- Кажется, мы подоспели как раз вовремя. - Затем она обернулась к Крутым
Братцам: - А вы, гады ползучие, теперь будете иметь дело со мной. И, уверяю вас,
вы не
выйдете отсюда на свет божий еще очень и очень долго. К ней подошел Карни.
- Простите, одну секундочку, - проговорил он и, запустив руки под пиджаки
бандитов, выдернул оттуда сенсорные модули. Акварельная пелена вокруг их лиц
исчезла,
явив присутствующим опухшие бледные лица с синими прожилками на щеках, толстые
носы и близко посаженные глаза.
- Теперь понятно, почему они так долго водили всех за нос, - усмехнулся
Карни.
- Да, конкурс красоты явно не для них, - добавил Акандер, вытирая кровь с
живота, где окончательно разошлись швы.
Крутых Братцев вывели из камеры, а с пола подняли массивную тушу Кау Хука.
Грикс приказал тюремному врачу доктору Тренчу тщательно осмотреть Карни и
Акандера. Когда эта процедура была окончена, а порезы и синяки обработаны, все
направились к поджидавшему их полицейскому фургону. Шофером на этот раз был
Генри
Янг, подчиненный Грикса.
Сам лейтенант уселся вместе с потерпевшими на заднее сиденье, прихватив с
собой
вооруженного охранника.
- И куда мы теперь? - произнес Карни, едва шевеля разбитыми губами. - Вам
известно, что Тюссо пронюхал о ваших планах?
Грикс кивнул:
- Извините, что так вышло. Поверьте, мы в долгу не останемся.
- Черт, будем надеяться, - пробормотал Акандер. - Пока что пришлось
здорово
попотеть, чтобы нам скостили срок.
- Сейчас мы едем к судье Файнберг. Она согласилась немедленно рассмотреть
дело, причем на открытом заседании. Таким образом, в известность будет
поставлено
ИТАА, и даже если с нами что-то случится, дело уже не смогут замять.
- Великолепно! - пробормотал Карни. - Как бы к тому времени всех нас уже
не
отправили на мыло.
Полицейский фургон несся по улицам, завывая сиреной и сверкая мигалками,
пока
не подъехал к зданию суда, располагавшемуся недалеко от полицейского управления
в
центральной части города.
Они быстро прошли формальности, разбудив дюжину дремавших в суде
охранников. В зале, отведенном для судьи Файнберг, зажегся свет.
По дальней связи был установлен контакт с ИТАА, и дело зарегистрировали в
высших инстанциях. Зачитали обвинение, в качестве ответчиков назвали Крутых
Братцев
и полковника Анри Тюссо. Дело было открыто.
Удар молоточка судьи Файнберг завершил предварительное слушание дела, и
компания покинула зал, возглавляемая Гриксом и командой из шести верных ему
полицейских.
Выйдя наружу, они побрели, согнувшись от пронизывающего ветра, к
поджидавшему их фургону, а затем поехали на восток, к Бриджроуд. На перекрестке
их
встретил полицейский кордон - вооруженные молодчики в форме внутренних войск.
Грикс выбрался из машины.
- Сержант Дарэ? В чем дело? Дарэ даже не отсалютовал ему. Вместо этого он
сделал недвусмысленный жест винтовкой:
- Нам приказано арестовать всех вас. По всей видимости, он чувствовал себя
неудобно в выпавшей ему роли.
- Сержант, вы узнаете даму, которая сидит на переднем сиденье?
Дарэ наклонил голову и ахнул, увидев знаменитую ледяную улыбку судьи Юдифи
Файнберг.
- Я бы вела себя осторожней, сержант, - произнесла судья. - ИТАА
поставлено в
известность обо всем происшедшем. Ни Тюссо, ни Бельво не удастся отделаться
легким
испугом, вздумай они пойти на убийство кого бы то ни было из здесь
присутствующих.
И они покатили дальше по Бридж-роуд и через мост. На северном берегу
свернули
направо и въехали в Старый город, который служил административным центром
колонии
с самых первых дней существования.
Там, всего в одном квартале от Снежного Берега, стояло старое здание
полицейского
управления, построенное из каменных блоков, добытых в каменоломнях Голубого
Озера
еще в незапамятные времена. Здание имело массивные стальные двери и ставни на
окнах.
Это была крепость, которая некогда спасала находившихся внутри стражей порядка
от
беснующейся толпы, требующей самосуда.
Когда фургон подъехал к зданию, тяжелые ворота без промедления откатились
в
сторону.
Машина въехала во двор, все сидевшие в ней выбрались наружу.
- Все по местам! Живее! - крикнул Грикс. Охранники в голубой униформе уже
закрывали ворота. Другие спешили им на подмогу.
- Шанг-Ваттс, капрал Марш, помогите нашим друзьям пройти внутрь. Судья, я
полагаю, вам лучше присоединиться к ним. Если не ошибаюсь, в ближайшие часы нам
придется выдержать осаду.
- Осаду? Неужели на нас кто-то осмелится напасть?
- Боюсь, этого не избежать. Клан Тюссо правит здесь вот уже сто лет, и
что-то не
припомню, чтобы они отличались состраданием. А мы, очевидно, застряли у них как
кость
поперек горла.
- Но ведь с вами судья!
- Знаю, но в этом деле вопрос стоит так: или они, или мы. Мы поставили в
известность ИТАА, и наши противники понимают, что сейчас все решает время: им
надо
успеть до вмешательства центра. А это значит, что от нас как можно скорее должны
остаться одни воспоминания.
- И как долго, по-вашему, мы сможем удерживать здание?
- Это? Несколько недель. У нас есть вода, оружие, и отсюда хорошо
просматривается местность. Теперь мы для них действительно крепкий орешек.
Уверен,
что в эту минуту они от бешенства готовы грызть ковер у себя на полу, особенно
папаша
Тюссо. Вот уж кто точно разнервничался.
Двери открылись, и судья прошла внутрь здания. Поддерживаемые с обеих
сторон
полицейскими, за ней последовали Карни и Акандер.
* 22 *
Райбен и его ребята собирались предпринять повторную попытку заснять на
пленку
серого ночного кормушника. Райбен распорядился, чтобы для них приготовили
лимузин,
и съемочная группа отправилась на природу сразу после обеда.
Поначалу движение на Бодцоверском шоссе было просто ужасным. У развилки
дороги на Квайданские фермы попал в аварию трактор-тягач, и одной этой аварии
оказалось достаточно, чтобы превратить езду в южном направлении в кромешный ад.
Система дорог на Саскэтче порядком отстала от требований времени. Ее
проектировали и строили в расчете на местное население, которое в ту пору
составляло
примерно одну пятнадцатую нынешнего.
Конечно, тот факт, что сложившаяся ситуация была целиком на совести
Райбена -
ведь именно благодаря его упрямству дорожная система Саскэтча пребывала в
плачевном
состоянии, - вовсе не мешал ему осыпать проклятиями дорожные пробки.
- Во всем виноваты эти чертовы нелегалы. Вот уж чума так чума! - ворчал
Райбен, высовываясь из окна и недовольно оглядывая медленно тянущуюся по дороге
вереницу грузовиков, микроавтобусов и персональных автомобилей. Остальные
пассажиры лимузина дружно поддакивали хозяину.
Если бы удалось осуществить план прокладки трансколониальной магистрали,
было
бы нетрудно разгрузить местные дороги, буквально задыхавшиеся от избытка
транспорта.
Лимузин продолжал медленно ползти на восток, мимо высоких многоквартирных
домов и старых пригородов, застроенных в колониальном стиле.
Как только они миновали Санта-Анну, движение на дороге заметно поредело, и
Райбен смог переключить внимание на роскошные краски осени. Чувствовалось
приближение зимы, и елизаветинские дубы ярко пламенели алой листвой. Дикий
орешник
издали сверкал на их фоне огромными золотистыми пятнами, а вот ослиное дерево
оделось в нежно-розовый наряд. Райбен находил в осени особую прелесть. Она
всегда
пробуждала в нем воспоминания о родной планете, лежащей далеко отсюда в
пространстве и времени, планете, холмы которой вот так же меняли цвет в это
время года.
Чем выше они поднимались в горы, тем чаще им попадались голые склоны
холмов.
А затем мимо промелькнула новостройка - кучка домов и узкие улочки, извивающиеся
по склонам. Возводились новые стены - белые и коричневые, крыши - зеленые и
серые,
насыпались дороги, строились торговые центры, дома разной высоты и даже
несколько
совершенно незаконных рекламных щитов с голографическими надписями.
"Цивилизация" бесцеремонно вторгалась в патриархальную жизнь округа Болдовер.
Райбен со злостью взирал на эту наглость. За рулем сидел Себастьян Лисе.
Заметив
угрюмое настроение Райбена, Лисе попытался отвлечь его от неприятных мыслей:
- Если верить прогнозу, нам обещают два ясных дня. Сегодня вечером, по
всей
видимости, будут великолепные условия для съемки.
- Серый кормушник сейчас как раз откочевывает на юг, мы получили
подтверждение общества Натуралистов, - живо вставил Йен Чо.
Райбен кивнул, продолжая, однако, кривить рот при виде выстроившихся вдоль
дороги новых домов.
"Надежный депозит номер один", "Рай для гурмана", "Ружья - только у Чанга"
-
рекламные щиты проносились один за одним, возвышаясь над дорогой на
сорокаметровых
столбах.
Райбен укоризненно качал головой.
Позади осталось здание торгового центра на углу Финнеган-стрит. Не успело
оно
скрыться из виду, как перед ними вырос новый ресторанный комплекс. Райбен даже
рот
раскрыл при виде высоченных каменных труб, трехэтажного здания из черных
креозотовых бревен и огромной неоновой рекламы, которая зазывала голодных
охотников
пообедать.
- Это, друзья мои, вторжение двуногих в худшем его виде. Если мы намерены
спасти Саскэтч, нам придется приложить все усилия, чтобы выиграть не одну
ба
...Закладка в соц.сетях
