Жанр: Научная фантастика
Ангел-Хранитель 1. Ангел-хранитель
...варь сдуру цапнула зубами шариковую противопехотную мину. Остатки сна сдуло,
как ветром. Утром, когда взвод начал покидать палатки, обнаружилось, что лагерь
буквально закидан ошметками чужой плоти. Они были накрыты шевелящимся ковром
жрущих мясо и друг друга насекомых. Тошнотворная картина, однако, не отбила
аппетита. Поглощая брикеты сухого пайка, запивая их дымящимся кофе из
саморазогревающихся упаковок, красноглазые невыспавшиеся бойцы готовились к
новому дню.
-43-
Итак, что мы имеем на сегодняшний день, - штаб-сержант Кнут стоял перед
строем, широко расставив ноги и держа винтовку на груди перед собой. Его лицо
было скрыто под тускло бликующим на солнце забралом бронестекла. Часовые, слушая
его, продолжали оглядывать джунгли через прицелы. Сзади, на вершине холма,
бдительно стоял КОП. - Тактика ведения боевых действий в джунглях ничем не
отличается от описанной в наставлениях. Отличаются только сами джунгли. Как вы
уже поняли, они не имеют ничего общего с теми условиями, в которых мы привыкли
тренироваться до сих пор. Эти джунгли предельно опасны. Они наш враг сами по
себе. Мы должны научиться выживать в них и выполнять поставленные задачи.
За его спиной КОП шагнул с вершины, выдохнул струю пламени. Какая-то тварь
истошно завизжала, заживо сгорая в напалмовом вихре. Кнут помолчал, пережидая,
когда бестия подохнет, продолжил:
- Главный враг - зараза. Она везде. В каждой капле воды. В каждом вдохе. Гигиена
тут не просто средство от мозолей. Не почистишь зубы, не сменишь носки, не
обработаешь ноги антибактериальным порошком, не оботрешься спиртом - сдохнешь
так, что сам будешь блевать от отвращения, глядя на то, как гниет и отваливается
твоя кожа. Никаких медиков и медчастей тут нет. Нет возможности вовремя
эвакуироваться. Не будет такой возможности и в бою. А если повезет и тебя увезет
вертушка, то все равно сдохнешь в стерильном боксе, потому как медики
большинства местных гадостей не знают. И изучают их только по таким, как вы.
Итак, трижды в день проводите полный комплекс гигиенических мероприятий.
Обтирание, обработка белья, чистка зубов, прием витаминов, смена носков,
обработка ботинок и перчаток, чистка и смена фильтров. Обязателен визуальный
осмотр друг друга. Обращайте внимание на все. На пятна на коже, на потертости,
на прыщи. Особенно тщательно осматривайте промежность, волосы, подмышки, уши и
глаза. Любая точка может быть следом укуса или отложенными под кожу яйцами.
Любой прыщ - началом гнойной гангрены. Аптечки содержат набор универсальных
вакцин и антидотов. Многие из них при своевременном приеме помогают. Далее -
оружие и снаряжение. Это особая песня. Без оружия вы ходячие трупы. Заклинит
винтовку или откажет радар, пиши пропало. Чистите оружие на каждом привале, не
жалейте смазки - она хоть немного отпугивает насекомых. Пока один чистит, второй
прикрывает. Ничего не делайте поодиночке. Стреляй во все подозрительное, точнее,
во все, что движется. Иногда, плевок маленькой симпатичной птички может прожечь
забрало. Не паникуй. Как бы не было страшно, правильно выбирай вид боеприпасов.
Пальнете со страху под ноги из гранатомета, и остатки взвода скажут вам горячее
спасибо. Любая неопознанная отметка на радаре - опасность. Не сиди на земле. Не
открывай шлем. Не лезь в воду без прикрытия. По возможности, перед переправой
сначала брось в воду химическую шашку или гранату. Вчера вы шли, как стадо
студентов на экскурсии по зоопарку. Впредь за такое движение буду наказывать. Не
забывайте - мы на войне. Сделал шаг - посмотри вверх - нет ли снайпера. Потом
вниз - нет ли мины или ловушки. Оглянись по сторонам - нет ли засады. Сканируй
местность постоянно. Остановился - бери под прицел свой сектор. Всегда наблюдай
идущего впереди, чтобы не пропустить его сигнал или успеть помочь ему. Дальше. В
лесу взвод без охранения - взвод мертвецов. Сегодня и впредь будем двигаться с
головным и фланговым охранением. Находясь в охранении - продвинулся вперед,
сделай паузу, слушай лес. Слуховое наблюдение в условиях густых джунглей
надежнее электронного. Нарвался на засаду - в укрытие. Обнаружили - открывай
огонь. Жди подмоги. Оружие в режим самостоятельного огня не ставить. Останетесь
без патронов через час марша. Мы привыкли действовать при постоянной поддержке с
воздуха. Но тут она не всегда возможна. Поэтому, как бы не хотелось, всегда
зажиливай про запас треть патронов и пару плиток сухпая. Иначе, если истратишь
все, и вертолет опоздает, в твоем обосранном панцире под кустом будут трахаться
жабы, в ботинках поселятся маленькие веселенькие змейки, а от тебя не останется
даже костей. Не падай на землю. Припадай на колено, прячься за стволом дерева,
за бревном. Но не падай. Всегда держи напарника в поле зрения.
КОП, снова прерывая речь сержанта, разразился длинной очередью, увидев что-то
среди сгоревших кустов. Брызги гильз, ослепительно сверкая на солнце,
закувыркались по почерневшему дерну.
- Итак - внимание, гигиена, уход за оружием. Не расслабляйтесь. Джунгли обожают
слабых. Выступаем через полчаса. Командиры отделений - провести гигиенические
мероприятия, чистку оружия. Разойдись!
Солнце пекло так, что стволы винтовок раскалялись, словно после долгой стрельбы.
Радовался пеклу, пожалуй, только Сергей, приказавший КОПу развернуть солнечные
батареи для зарядки источников питания. Холм быстро пустел. Исчезли смотанные
проволочные заграждения, мины улеглись в заплечные мешки, свернулись палатки.
Часовые вытряхивали из мешков землю. Вскоре, только неглубокие окопы да обертки
от сухого пайка в плохо присыпанном временном нужнике, да еще россыпи пулеметных
гильз на склонах, напоминали о лагере. Сквозь сгоревший дерн проклюнулись
зеленые стрелки ростков бамбука. Побег красной лианы просунулся из зарослей на
склон, ткнулся в землю, жадно пуская корни. Джунгли возвращались на место.
-44Автодоктор,
инъекцию за инъекцией, вливал в кровь коктейли-антидепресанты,
порции антидотов, витаминов и еще кучу всякой дряни. Зрение обрело непривычную
резкость. Полутонов не осталось. Цвета четко делились, не переходя друг в друга,
словно в цифровом объективе ночного видения. В голове слегка звенело, словно
после порции кайфа. А может быть, это и был кайф. Какой-нибудь новый, одобренный
правительственными тестерами, не вызывающий привыкания и стимулирующий
повышенную реакцию. А может, и вызывающий - кто знает? Тактический блок
отсчитывал последние секунды до начала операции. Так по-военному красиво
называлась маленькая резня, которую они вот-вот должны были устроить среди полей
красноватой дурь-травы, теснящих сожженные, вытравленные какой-то жуткой химией
джунгли. Был определен и тип операции - тотальная зачистка. Звучало, как музыка.
Ритмично и волнующе. Тем, кто придумывает такие определения, надо ставить
прижизненные памятники. Официальное наименование операции - "Корм для щенков".
Что ж - тоже без затей. Коротко и понятно.
Спутники и десятки мошек-разведчиков выдавали на тактический дисплей четкую
картинку. Приземистые, затянутые маскировочной сеткой, длинные низкие бетонные
блоки, в количестве двадцати штук. Крохотная взлетно-посадочная полоса, скорее
всего, для вертолетов. Небольшой зеленый ангар. Пара сторожевых вышек, скрытых в
тени крон нескольких, видимо специально оставленных деревьев. Полоса проволочных
заграждений. Мерцающая красная россыпь точек - активных мин. Пятна полей, как
монеты на зеленом ковре. Четкий полукруг дружественных сил - жидкая цепочка
зеленых точек в противоположном от Сергея конце поселения. Две одинокие точки -
его и КОПа, на неровной монетке поля с другой стороны. Редкие облака на ночном
небе с надоевшими россыпями ярких, режущих глаза, звезд. Шелест змеи-швейки в
траве перед наспех сооруженным бруствером из двух набитых землей мешков.
Привычная оценка - тварь неопасна. За три недели, что они шли по девственным
джунглям, поневоле пришлось выучить - на что можно и нужно тратить боеприпасы, а
на что не стоит. И отчего надо сматываться, не тратя времени. Тем более что
сейчас стрелять было нельзя. Активированный вибронож в правой руке - его
единственное оружие на протяжении последних трех часов. Бесконечная светящаяся
цепочка ядовитых жуков-жнецов волочет куда-то мимо его носа бревна травинок,
царапающих стекло шлема. В зарослях травы справа от него, буквально в паретройке
метров, здоровенный, грозный с виду, но совершенно неопасный болотный
варан жрет отчаянно пищащих птенцов из чьего-то гнезда. Где-то впереди
многоногие красные скорпионы, величиной с ладонь, дерутся за тело питонависельника,
вздумавшего откусить ногу Сергея, когда он устанавливал управляемые
мины перед своей позицией. Вибронож отделил его голову от тела и по самую
рукоять вошел в сухую комковатую землю. Фонтан крови из перерубленного туловища
щедро окатил броню и выцветшие штанины комбинезона. И теперь приходилось
терпеливо пережидать возню сотен трупных мух на своей спине и ногах вместе с
прикосновениями цепких лап пожирающих насекомых веретенообразных землероек. И
оглядываться в поисках гадюк, которые любили жрать землероек. Одновременно
приходилось терпеть жуткое жжение в ногах, несмотря на все прижигания и
профилактику, съедаемых местным грибком. И нестерпимое желание запустить руку
под броню и чесать, чесать ногтями спину, покрытую пятнами рыжей плесени, снова
и снова возникавшей на белье через несколько часов после того, как оно
пропитывалось потом. В сорока метрах левее Сергея, на границе леса, недвижным
истуканом застыл КОП. Его стволы были покрыты и плотно перетянуты брезентовыми
чехлами - единственной защитой от насекомых, норовящих забиться в каждую щель.
"Пик-Пик" - ожил тактический дисплей. Три часа ночи. Цепочка зеленых точек
пришла в движение.
"Бум-бум-бум" - частые разрывы фугасных гранат из подствольников донеслись
сквозь микрофоны шлема. Красные точки мин гасли, растворялись, обрисовывая
черную дорожку прохода к крайним баракам.
"Ш-ш-ш-ш, БАМ!" - это лаунчер. Плазменный заряд. Верхушка вышки исчезает в
ослепительном шаре. Срабатывает светофильтр шлема. На мгновенье над поселком
появляется и тут же растворяется в черном дыму крохотное солнце.
Ошалевший часовой на второй вышке, вместо того, чтобы бросить все к чертовой
матери и бежать к лесу, разражается длинными суматошными пулеметными очередями.
Красные росчерки трассеров проносятся над домами, чиркают по земле, рикошетом
разлетаются от бетонных покрытий. Успевает сделать три или четыре очереди в
темноту, пока очередная ракета подается в ствол лаунчера и стартует яркой
искрой.
- Твою мать! - орет кто-то в эфире искаженным то ли от боли, то ли от ненависти
голосом.
"БАМ!" - вторая вышка испаряется вместе с дураком-пулеметчиком. Или героем.
Поди разбери.
- Триста двадцатый, оружие к бою!
- Принято, - магнитные защелки тихо щелкнули, чехлы соскользнули, обнажая тускло
блестящие стволы.
Неровные пятна света от догоравших вышек метались над разбуженным поселением.
Буднично, как на учениях, взвод разбился на группы, методично охватывая
периметр.
- Не отставать, не отставать, - подгоняли сержанты, - Гранаты к бою! Первые
номера - вперед!
Струи огня почти одновременно выхлестнулись из низких окон крайних бараков.
Спустя секунду до Сергея донесся сдвоенный хлопок плазменных гранат. Взвод
приступил к тотальной зачистке.
- Тевтон, двое на одиннадцать! Слева, слева! - чей-то возбужденный крик словно
дал сигнал - затрещали очереди винтовок, кося выбегающих из дверей полуголых
сонных людей.
- Есть, сделал!
- Группа на два часа, Лях - пара фугасных! - спокойно приказывал Бахча.
- Салочник - твою мать, ты меня чуть не поджарил! - истерично кричал Крыса.
- Внимательнее, внимательнее, никого не пропускать. Осматривать помещения, -
стараясь перекричать какофонию в эфире, приказывал Кнут.
Снова вмешался лаунчер. "БАМ" - ангар вспух изнутри, повисел в воздухе и
сложился внутрь, словно карточный домик. Веселое пламя заплясало над его
остатками.
Обезумевшие от ужаса люди выбегали из уцелевших бараков, вливались в бегущую
толпу. Багрово-дымная темнота вспыхивала яростными короткими вспышками.
Разрывные пули с сухим треском выбивали из-под ног бетонную крошку. Ручейки
толпы растекались между горящих строений, упирались в колючее ограждение,
выплескивались через поваленные ворота на поле перед позицией Сергея. Мерцающий
звездный свет серебрил белые тела. Кто-то в панике кинулся к лесу прямо через
минное поле. Дымная вспышка разорвала беднягу дождем поражающих элементов,
хлестнула стальными шариками по обезумевшим людям. Многоголосо гомоня, ковыляя
на раненых ногах, давя и отталкивая друг друга, толпа надвигалась на Сергея,
растекалась по полю, маленькими бледными муравьями стремясь укрыться от смерти.
Уже раздался полный тоскливого ужаса вопль укушенного каким-то гадом. Кто-то,
яростно вертясь на месте, отмахивался окровавленными руками от облепившего тело
роя голодных насекомых.
- И куда их несет? - удивился Сергей, - Без брони, без оружия, в крови, голые.
Там же верная смерть. За полчаса всех заживо пожрут.
- Огнемет! Справа, на три часа! - крик в эфире сменился звериным воем заживо
сгорающего человека. Щелчок отключившегося передатчика оборвал трансляцию. Сразу
две зеленых точки на дисплее замигали оранжевым. Слитно прогрохотала серия
взрывов.
- Все, готов говнюк, я его сделал!
- Медик! Медик!
Сергей в последний раз оглядел деревню через оптический усилитель шлема. Все
бетонные коробки, выжженные изнутри плазменными гранатами, чадно горели. Кто-то
еще полз, волоча за собой внутренности, кто-то, запинаясь о трупы и
оскальзываясь в лужах крови, неловко ковылял в дыму. Голая женщина с
распущенными длинными волосами, упав на колени, отчаянно протягивала руки вверх.
Или вперед? Ее детально прорисованная на фоне багровых сполохов фигура c
рельефно очерченными бедрами и ослепительно черным каскадом волос, была подана
усилителем с какой-то порнографической четкостью. В паху мгновенно стало тесно.
В следующий миг спина женщины взорвалась брызгами разлетающейся плоти, ее
опрокинуло навзничь и она превратилась в некрасивую поломанную куклу с
неестественно подогнутыми ногами.
Сергей перевел регулятор винтовки в режим стрельбы по готовности. Десятки
обезумевших от ужаса и боли муравьев бежали в его направлении, не пытаясь
разбежаться по сторонам, где лес был ближе. Тактический дисплей увлеченно
рисовал волну приближающихся красных точек.
- Это просто мишени, - подумал Сергей, - К тому же, если я их не убью, они
подохнут страшной смертью.
- Триста двадцатый, огонь по пехоте противника!
- Принято, выполняю, - отозвался робот.
Грохот пулемета заглушил мысли. Бледные фигуры на бегу хватали грудью
крупнокалиберные раскаленные пули, нелепо переламываясь, катились по земле,
словно сбитые кегли. КОП на пару мгновений смолк, привычно меняя позицию, снова
загугукал из-за деревьев, одну за одной выбивая мечущиеся мишени. Сергей поднял
винтовку на уровень глаз, плавно повел стволом. Винтовка раз за разом дергалась,
выплескивая из пламегасителя короткие вспышки. Циферки и строчки комментариев
чего-то сообщали ему с прицельной панорамы, привычно измеряя температуру
воздуха, силу ветра, дистанцию до цели. Пискнул предупреждающий сигнал.
Дымящийся магазин молодцевато выпрыгнул из держателя. Сергей заученно вщелкнул
вместо него новый. Ствол дернулся еще пару-тройку раз и затих. Замолчал и КОП.
Живых на поле больше не было. Кто-то еще полз назад к воротам, но умная система
автоматического огня сочла цель недостойной очереди - через усилитель шлема было
видно, как волочится следом за телом полуоторванная нога. Еще бы - в оставлении
раненых в живых давно был заложен глубокий смысл и точный экономический расчет.
Раненый мало того, что сам выбывал из участия в боевых действиях, но и выводил
из них одного, а если повезет - и двух бойцов сразу, которые волокли его в тыл.
Уже в тылу жертва военной экономики продолжала играть на руку противнику,
истощая силы родной страны, заставляя ее тратить огромные материальные и людские
ресурсы на лечение бедняги. Но на этот раз раненый оказался несознательным.
Последний раз дернувшись, он истек кровью, смертельно оскорбив неведомых штабных
экономистов.
- Я КОП триста двадцать, задание выполнено. Расход боеприпасов для пулемета -
тридцать процентов. Все системы в норме.
По деревне парами бродили бойцы, по-детски радуясь твердой почве под ногами.
Изредка раздавались одиночные контрольные выстрелы. Горизонт наливался розовым
заревом. Солнце робко выглядывало из-за деревьев, освещая картину конца света.
Кто-то судорожно блевал, забыв отключить микрофон. Тучи насекомых из окрестных
джунглей, прослышав о халяве, слетались на пир.
Командование присвоило операции статус боевой. Противник классифицирован как
нерегулярное партизанское подразделение. Соответственно, за каждого убитого вам
полагается по триста кредитов, - сообщил Кнут перед строем, - Точное количество
противников, которое будет записано на личный счет каждого, подсчитают в штабе
после обработки записей. Напоминаю о режиме секретности. Любые сведения о
проведенной операции разглашению не подлежат. Желающие по возвращению на базу
могут пройти курс психокоррекции.
Взвод выстроился на окраине разрушенного поселка, на небольшом бетонном пятачке
у снесенных взрывом проволочных ворот. Трупы были отнесены подальше от места
построения и небрежно свалены в кучи. Тела остальных так и лежали там, где их
настигла смерть. Кое-где они были объедены уже до самых костей. Тучи
обожравшихся насекомых клубились над домами, заслоняли солнце.
Двое сержантов выволокли на дорогу перед строем плащ-палатку, на которой
огромной горой были свалены пачки наличных. Их обнаружили в оплавленном
несгораемом сейфе в подвале одного из бараков. Некоторые пачки были тронуты
огнем - сейф пришлось взрывать.
- По законам военного времени, небоевые трофеи принадлежат подразделению,
которое их захватило, - Прокомментировал появление денег Кнут, - На будущее
прошу запомнить - грань между поиском трофеев и мародерством очень хлипкая. Если
трофеи - приятное дополнение к окладу, то за мародерство - расстрел на месте.
Вопросы?
- Сэр, рядовой Салочник! Как отличить поиск трофеев от мародерства, сэр? -
Салочник жадно пожирал кучу денег воспаленными от недосыпания и стимуляторов
глазами.
- А никак, - просто ответил Кнут, - Это я решаю. Или твой командир. Так что не
советую увлекаться таким заработком на свой страх и риск.
- Ясно, сэр! - ответил приунывший Салочник.
Сержанты приступили к подсчету и разделу денег. Некоторые, в том числе и Сергей,
отказывались от своей доли.
- Тебе что, Заноза, ты вон сколько жмуров настрелял, - зло оскалился Салочник, -
А мы, пока выколупывали их и на тебя выгоняли, почти ни с чем остались. Так что
не строй из себя девочку, чистюля хренов.
Сергей, тяжело дыша, повернулся. Под лопаткой привычно кольнуло иглой инъектора.
Прицельная панорама, мигнув, погасла. Тактический блок превратил винтовку в
кусок нестреляющего железа. Неподвижно стоящий у стены КОП шевельнулся, поднимая
оружие.
- Отставить, шуточки, ублюдок, пока я тебе сраную башку не снес! - прорычал за
спиной Сергея Светлый, - А ты, Заноза, давай, разряди КОПа. Нечего ему с полными
магазинами болтаться. Того и гляди, положит кого-нибудь.
Взвод готовился к долгожданной эвакуации. Чистили оружие, в который раз счищали
с брони насекомых, выбрасывали недоеденные сухие пайки, початые баллоны
репеллента, рваные мешки, забитые грязью магазины. Сержанты старались занять
людей любым, даже самым никчемным делом. Действие боевых стимуляторов
заканчивалось, ввергая многих в глубокую, граничащую с помешательством,
депрессию. Многие отводили взгляд от растерзанных, кишащих разноцветными тварями
тел, не в силах вынести вида выеденных внутренностей и оторванных конечностей.
Автодоктора инъекцию за инъекцией вкалывали транквилизаторы. У трети взвода
тактические блоки отключили боевые режимы оружия, определив психическое
состояние бойцов как критическое. Самые непробиваемые были отряжены в часовые.
Сергей обошел обгоревшую коробку барака в поисках тени, присел на бетонное
крошево дорожки, опершись спиной о закопченую стену. Брызнув на забрало из
баллончика, приоткрыл стекло шлема. Горячий воздух пах мокрой гнилью и
пожарищем. Сергей чувствовал себя так, как будто половина его так и осталась
лежать на границе красного поля, за небольшим бруствером, рядом с обедающим
вараном. А с ним осталось только отражение, внешнее подобие человека. За углом
кто-то невидимый негромко шептал молитву. Молитву? Сергей прислушался.
- ... Так точно! Делят деньги, найденные на месте боя. Что? Да, много. Очень
много. Да, сэр! Сержант Кнут приказал, сэр! Спасибо, сэр! Служу императору, сэр!
Тихо поднявшись, он осторожно заглянул за угол. Спрятавшись за сгоревшей бочкой,
серый, незаметный Ли торопливо шептал в микрофон, настороженно косясь в сторону
центрального прохода. Сергей отпрянул назад, щелкнул коммуникатором,
настраиваясь на триста семнадцатый канал. Из наушника полезли бессвязные,
искаженные до неузнаваемости звуки кодированной передачи. В звенящей от
невыносимой пустоты голове всплыла снулая физиономия особиста.
- Вот ты значит как, сволочь, - вспышка ярости затопила мозг. На негнущихся
ногах, не закрывая забрала, он дошел до Кнута, деловито раздававшего указания.
Словно почувствовав его взгляд, штаб-сержант повернул голову.
- Заноза, с тобой все в порядке?
Сергей, не отвечая, подошел вплотную к сержанту. Медленно протянул руку, вытащил
разъем питания из-под шлема, показал его Кнуту. Тот, оглянувшись вокруг, поднял
забрало и проделал то же самое.
- Ну? - требовательно спросил Кнут. Его черные глаза проникали прямо в мозг.
Сергей, не выдержав взгляда, опустил голову. Присел на корточки. Вывел,
раздвигая пальцем боевой перчатки налет пепла - "317".
Кнут, не отводя взгляда, кивнул. "Кто" - одними губами спросил он. Сергей вывел
среди пепла фамилию. Поднялся, растер надпись ногой.
- Тебя тоже вербовали? - тихо спросил Кнут.
- Я не понял. Наверное, - безучастно ответил Сергей. Ярость испарилась, смытая
транквилизаторами, уступив место тупому равнодушию. Хотелось снова увидеть мир
без полутонов, ощутить состояние райской сосредоточенности, отрешенности от
всего земного. Но бой закончился и автодоктор больше не вколет ему этой классной
дури.
- Понял тебя. Включи броню. И не болтай. Нигде, даже с гражданскими. Вычислят, -
Кнут говорил ровно, глядя в сторону, не обращаясь к Сергею. Просто в
пространство. Воткнул разъем питания на место, повернул голову, пристально
взглянул в глаза, - Предварительно, больше полусотни - твоих. Те, что КОП
настрелял - тоже на тебя записали. Это много. Даже для служак - много. А ты
держись. Не размякай. На психокоррекцию не ходи. Сам лечись. Не вздумай
стреляться. Привыкнешь. Это проверка. Напейся. Сходи к девкам. Помогает.
Свободен.
Сергей вяло козырнул, отошел в сторону. Перед глазами снова кувыркались в траву
бледные фигурки, подсвеченные и выделенные прицельной панорамой. Перепуганные
голые муравьи. Больше пятидесяти. Это ж сколько премии получится? Вот халява так
халява. Глупые бессвязные мыслишки играли в чехарду. Он перегнулся пополам,
извергая из себя завтрак. В глазах поплыли багровые пятна. Облачко мошек
заклубилось вокруг шлема, накидываясь на угощение.
КОП зажужжал сервоприводами, молча встал рядом. Пробегающий мимо Светлый хлопнул
Сергея по плечу - "Ничего, скоро пройдет". Подошел и встал рядом невозмутимый
Самурай. Протянул руку, сдвинул вниз бронестекло, закрывая шлем Сергея. Брызнул
поверх репеллентом. Молча постоял рядом. Глаза предательски жгло.
- Ли, заминируй крайний по правому ряду барак. Там у них производство было,
оставлять так нельзя, - Кнут протянул вытянувшемуся китайцу вакуумную мину в
зеленом непромокаемом чехле, - Да поосторожнее там. Взрыватель поставь на
пятнадцать минут.
Над лесом появились быстро растущие точки вертолетов. Ли, козырнув, умчался
выполнять приказание, перепрыгивая через мертвые тела. Тучи поднимающихся в
воздух насекомых отмечали его путь. Вертолеты один за одним опускались на
подсвеченную целеуказателем зону эвакуации - поле в ста метрах от поселения.
Звено "Мавров" с душераздирающим ревом промчалось на бреющем, заложило вираж над
лесом, набирая высоту. На фоне грохота их двигателей взрыв, разваливший надвое
бетонный барак, прозвучал почти беззвучно. Бойцы растворились среди строений,
попадав в укрытия. Куски бетона и скрученного металла посыпались сверху, с
треском и звоном отскакивая от стен. На месте барака расползалось облако пыли и
дыма. Одна из точек на тактической карте, моргнув оранжевым, погасла.
Кнут смачно выматерился. Отряхиваясь, солдаты вылезали из укрытий.
- Светлый, отряди пару человек найти Ли. И к вертолету его, - скомандовал Кнут.
Выстроившись в колонны, взвод бегом двинулся к вертолетам. Ураган от винтов
хлестал по жесткой красной траве, заставляя ее стелиться почти горизонтально.
Последний раз проводя щетками по броне друг друга, сбрасывая на землю
отвратительное месиво насекомых, десантники пробегали по пандусу, падали на
жесткие лавки, щелкали страховочными скобами и блаженно лыбились, впервые за
многие недели безбоязненно подняв бронестекла шлемов. Принесли и закинули внутрь
наглухо застегнутый полупустой пластиковый мешок с тем, что осталось от
маленького трудолюбивого Ли. Мягко лязгнув, поднявшийся пандус скрыл ненавистную
зелень. Вертолеты поднимались над землей, делали прощальный круг и ложились на
обратный курс.
Развернувшись над джунглями, истребители вновь прошли над поселением. Из-под
крыльев отделились и, выпустив плоскости, величаво разошлись над землей сигары
кассетных бомб. Освободившиеся от груза серебристые птицы легко скользнули
ввысь. Через тридцать секунд на месте полей и поселка поднялись почти
неразличимые с высоты бледные полосы вакуумных разрывов, дробя и перемешивая в
пыль само воспо
...Закладка в соц.сетях
