Жанр: Научная фантастика
Лиад 6. План б
...она и почувствовала, как нагревается прижатая к
коре ладонь.
Она глубоко вдохнула прохладный мятный запах и уютно привалилась спиной к стволу. У ее ног,
там, где корни образовали на поверхности уютный уголок, улегся Мерлин, подвернув передние лапки
калачиком и довольно прищурив золотистые глаза.
В прохладно-мятной темноте Антора закрыла глаза. Она снова наполнила легкие ароматным
воздухом. Сквозь домашнюю тунику ствол Джелаза Казон грел ей спину. Медленно, словно обретя
собственную волю, ее руки поднялись вверх, подставив открытые ладони звездам.
Антора открыла свой Внутренний Взор сиянию галактики и, как делала это каждый вечер, начала
перекличку.
Вот холодное пламя Новы, чуть притушенное пеленой гиперпространства. А вот - Шан, теплый,
как нежные объятия. Через него Антора нашла Присциллу, скорее вычислив ее, чем реально Увидев. А
вон там - кузен Пат Рин, как всегда замкнутый.
Это был довольно глупый ритуал: ведь она не могла бы оказать помощь тем, кто находится так
далеко, если бы оказалось, что у них какие-то проблемы. Антора, которую все считали бесстрашной,
жила в страхе, что настанет ночь - и она недосчитается одной из свечек - и ничего не сможет сделать,
чтобы зажечь ее снова.
Однако она продолжала свою поверку, утешаясь тем, что имела. Пока ей удалось найти четверых:
Нову, Шана, Присциллу, Пат Рина. Сейчас у них все было благополучно, и она радовалась этому.
Теперь - дальше. Она сделала еще один глубокий вдох и снова послала свой ум в полет. Вал
Кон... Она нашла его. Его пламя снова горело ярко, как до Порчи, которая, как теперь знала Антора,
носила название Департамент Внутренних Дел. А у его плеча пылал костер, которым была Мири - его
спутница жизни, и ее Анторе еще предстояло обнять как сестру.
Хорошо, это шестеро, а с ней - семеро. Она обратилась мыслями к тем, кого отыскать было
легче: прикоснулась к детям: Квин, Пади, Сил Фор Мик и Шинди... И тетушка Карин йос-Фелиум, и
кузен Люкен бел-Тарда... Они все ярко горели, все благополучно пребывали в своих убежищах. Она
снова вздохнула и устремила мысли еще дальше.
Это пламя она впервые обнаружила, когда была беременна близнецами. В этом состоянии ее
способности усилились - и оно стало ярким, как комета на ночном небе. Теперь оно превратилось в
сверкание крошечного алмаза. Порой она его только ощущала, порой - видела, порой теряла совсем за
помехами множества миров, лежащих между ними. В эту ночь ей показалось, что она его не отыщет, но
вдруг уловила знакомую вспышку почти на пределе своих способностей Видеть.
У этого крошечного алмазного пламени не было имени, однако Антора приветствовала его, как
приветствовала огонь своих родичей, чьи имена она знала. И ей было почти так же страшно потерять и
его.
Итак, взрослых, пересчитанных и известных, - девять. Детей всего пять. Клан Корвал состоит
всего из четырнадцати человек, от самого старшего до самого маленького. Тепло у нее за спиной
усилилось, и Антора с улыбкой опустила руки.
Пятнадцать, конечно. Нельзя не считать Дерево.
Но даже с Деревом их было мало - очень и очень мало. Ее умения не хватало на то, чтобы
обнаружить число тех, кто за ними охотится, но она предполагала, что эта цифра намного больше, чем...
пятнадцать.
Она открыла глаза и отошла от Дерева, но в походке ее не ощущалось той бодрости, которую ей
обычно дарила перекличка родных. Она почти мрачно попрощалась с Деревом и тихо пошла по
мшистому ковру к мощеной дорожке, но там остановилась и оглянулась.
- Лорд Мерлин?
Кот открыл глаза, встал, потянулся и прошествовал к ней. Потершись о ее ногу, он пошел впереди
нее по дорожке - к дому и постели.
Дом Клана Эроб
Учебный плац
Нелирикк очень быстро обнаружил, как это приятно - иметь слишком много дел.
Ему ясно дали понять, чтобы он стал тенью и телохранителем капитана и, возможно, носил с
собой дополнительное оборудование для связи. Значит, он стал специалистом, прикомандированным к
капитану по ее собственному приказу и находящимся вне обычной иерархии.
В течение дня бывали моменты, когда его отправляли куда-нибудь, чтобы он принес карту,
дискету или, например, бутылку чего-то, а были времена, когда он стоял на часах, что было его правом.
Он знал и то, что никогда не дежурит один - и это тоже было понятно.
Поначалу поблизости всегда находился разведчик, которого Нелирикк стал считать Клинком
Капитана, потому что он готов был убить любого, кто может представлять для нее опасность. Со
временем разведчик стал появляться реже, а потом и вовсе исчез, поскольку по приказу капитана или
тех, кто был выше ее по чину, ему приходилось отправляться то туда, то сюда.
Он познакомился и с теми, кто был выше капитана: с командором Кармоди, оказавшимся
хитроумным и проницательным командиром, и немолодым лиадийцем, представленным ему как
генерал. Генерал был патриархом клана, к которому относилась капитан. Познакомился он и с
командирами наемников и охраны клана.
По икстранским стандартам им отчаянно не хватало офицеров среднего и низшего звена, но они
были бойцами, а не чиновниками.
У него спрашивали фактические сведения и мнения, цифры и имена, боевые планы и схемы
снабжения. Он отвечал без уверток и вскоре понял, что ему не угрожают, когда спрашивают "Почему
ты так считаешь?" и "А почему это именно так?".
Короче, с ним обращались так, как не обращались с того времени, когда он был исследователем:
как будто у него есть не только глаза, но и мозги. Он много времени проводил с умным компьютером:
тот задавал дивно сложные вопросы, так что Нелирикк все сильнее уважал разведчика.
Когда он не находился с капитаном или в столовой, ему было трудно ничего не делать. Он усердно
учился, проводя много времени за серьезным рассмотрением цветов и их значений. И в ту ночь, когда
разведчик и полдюжины солдат-ветеранов отправились поджидать транспорт, который икстранцы
должны были прислать за тем, кого они предпочли бы видеть мертвым, он принялся за изготовление
подарка для отряда.
Командование объединенных сил землян и лиадийцев, базировавшихся на планете, теперь знало
почти все, что знал он сам, думал Нелирикк, старательно работая иглой и нитками. Теперь они все
знали - и излагая им все свои сведения, он сам обнаружил правду. А правда после стольких лет горечи
даровала ему некое умиротворение.
Четырнадцатый Корпус Завоевания весьма свободно интерпретировал полученные приказы. До
него доходили слухи: поскольку разжалованного, чьи слова были пустыми звуками, можно было не
опасаться, он очень много чего слышал.
В Четырнадцатом Корпусе Завоевания решили рассматривать планету, намеченную для
вторжения нескольких корпусов, как Планету Шанса. Это было смелым шагом, предпринятым
благодаря известию о том, что на намеченной для завоевания планете происходит переворот. Этот шаг в
случае успеха дал бы Четырнадцатому Корпусу преимущество перед Пятнадцатым и Шестнадцатым
Корпусами, тогда как до этого ему отводилась роль поддержки и обеспечения тылов.
И вот Четырнадцатый Корпус напрягал все силы, стремясь к славе. Вместо того чтобы полностью
захватить один континент и дожидаться прибытия Пятнадцатого Корпуса, командование стало вести
действие сразу на двух больших континентах. Ведь цель заключалась в том, чтобы к прибытию
остальных корпусов вся планета уже принадлежала бы Четырнадцатому Корпусу.
Если Четырнадцатый Корпус просто не достигнет своих амбициозных целей, захватит не два
континента, а всего один, то Пятнадцатый Корпус, скорее всего, высадит свои силы и присвоит победу
себе, снова отведя Четырнадцатому подсобную роль.
А вот если Четырнадцатый Корпус потерпит поражение...
Могут ли те солдаты, которых он здесь видит, нанести поражение Четырнадцатому Корпусу
Завоевания?
Нелирикк раздумывал над этим в ночном лагере, работая ножницами и иголкой с ниткой.
Нерегулярные - его собственный отряд - обладал несколькими сильными сторонами. Его
капитан была опытна и умна, но без чрезмерной рьяности или самоуверенности. Разведчик был ценным
членом отряда, как ближайший советник капитана, как учитель рукопашного боя и как создатель
странных устройств, обладающих удивительной эффективностью. В отряд входило около двадцати
таких, как Уинстон, ветеранов-солдат с большим боевым опытом.
То, что многие члены отряда Нерегулярных были новичками... было слабой стороной. Их общая
численность тоже была недостаточной, но это компенсировалось немалым опытом старших офицеров и
тем, что икстранскому генералу пока удалось захватить на обоих континентах только небольшие
плацдармы.
Наконец Нелирикк положил иглу и, вытянувшись на койке, решил, что Четырнадцатый Корпус
вполне может получить настоящую войну.
Он проснулся неожиданно, ощутив какую-то перемену, слишком незначительную, чтобы ее
определить. Открыв глаза, он увидел разведчика - худую тень, едва различимую в сумраке спальни.
Он сидел в позе лотоса на тумбочке в изножье койки.
Этот факт стал для Нелирикка потрясающим открытием. Разведчик действительно оказался
настолько умелым! Быть союзником такого человека - настоящая честь.
- Сожалею, - сказал Нелирикк безмолвной тени на торговом - уставном языке отряда, - что в
моей позе отдавать честь неловко, командор-разведчик.
- В данной ситуации отдавать честь неуместно. Я пришел... скажем, как товарищ... поскольку
твои прежние товарищи по оружию доказали, что недостойны такой чести.
Разведчик произнес это по-икстрански. Нелирикка охватило странное чувство. Хорошая это
новость или плохая? Если засада прошла успешно, значит...
- Я нашел место, откуда можно было наблюдать за намеченным участком за некоторое время до
уговоренного часа. Я пробыл там в течение дюжины дюжин секунд после этого срока. Я не слышал ни
звука, исследователь. И никого не видел.
Стыд полыхнул волной адреналина, и Нелирикк резко сел на койке.
- Клянусь Джелой, если бы я мог перерезать им глотки! Они...
- Они использовали тебя для рекогносцировки. Подозреваю, что они и сейчас продолжают
слушать радиосообщения, чтобы определить, как далеко тебе удастся пройти прежде, чем на тебя
нападут.
Это было сказано уже на земном. Капитан предупреждала его об этом: ему понадобится "шустро
соображать", чтобы успевать следить за ее разговорами с разведчиком.
Наступила короткая пауза, а потом по-лиадийски прозвучала фраза, произнесенная, как на
икстранском: резкая и четкая.
- Теперь поговорим о Джеле, которого ты считаешь своим по клану.
Нелирикк застыл, настороженно глядя на окутанного сумраком разведчика.
- Если я нанес оскорбление, хочу узнать чем. Отряд Джелы всегда вел себя с честью.
- Право, - негромко отозвался крошечный лиадиец, - я рад это слышать. Потому что тебе
следует знать вот о чем: мой клан пользуется уважением, мой род является одним из старейших на
Лиад. Нас обычно считают людьми достойными, хотя и эксцентричными. Имя моего дома - и дерева,
которое высится над ним - Джелаза Казон.
Лиадийские слова стремительно плыли мимо него, и он не сразу уловил сочетание звуков.
Мысленно произнеся их еще раз, Нелирикк по-земному покачал головой.
- Я не совсем понимаю, что ты говоришь мне, разведчик, - признался он, - если не считать
того, что имя твоего дома похоже на имя Джелы.
- Нет. Это не случайное совпадение. Оно не просто похоже. Дом и есть Джелаза Казон. -
Наступило молчание, а потом - перемена языка. - На земном это звучит как "Исполнение Джелы",
или, может быть, "Обещание Джелы". - Язык переменился снова, без всяких усилий. - На торговом
это будет "Контракт Джелы" или "Мечта Джелы", в зависимости от того, кто говорит и в каком
отношении находится к Клану Корвал.
Разведчик снова перешел на лиадийский, произнеся следующие слова с неумолимой четкостью:
- Как я сказал, Исследователь-Поклявшийся-Корвалу, моя семья, Клан Корвал, многими
считается достойной. И мы, обладатели ее крови, по-прежнему живем в доме, построенном боевой
подругой и возлюбленной Джелы, Кантрой йос-Фелиум. Наш девиз - "Дерзаю".
Эти слова нашли в нем отклик, совпали с языком Отряда, и Нелирикк услышал, как его
собственный голос напевно излагает вечернюю историю из своей юности:
"И когда Джела справился с этой задачей и насчитал свою дюжину за сутки, один из солдат из
шеренги спросил: "Как ты дерзаешь идти на такое, солдатик, когда одна волна может повалить тебя?"
Джела пожал плечами, улыбнулся и, не вынимая ножа из ножен и показывая всем свои пустые
руки, сказал: "Я дерзаю, потому что должен. Кто дерзнет за меня, если не дерзну я дерзнуть сам?".
Нелирикк молча сидел, вспоминая, каким яростным был бой между ним и разведчиком - и какая
была в этом ирония. Чтобы двое приверженцев Джелы так схлестнулись! И кому же было победить, как
не меньшему? И он тихо рассмеялся в темноту. А потом помрачнел, вспомнив о том, чего Отряд не знал
- или не рассказывал.
- Значит, Джела умер на Лиад?
- Увы, нет! - ответил разведчик так печально, словно эта смерть произошла только вчера. -
Джела вел слишком многоарьергардных боев, чтобы дать возможность своей подруге и ее кораблю
спастись. В этом, в конце концов, и заключалась суть их соглашения: он будет охранять корабль, чтобы
Дерево не погибло, а она - охранять Дерево, если он падет. Она спаслась с его еще не родившимся
сыном и тем самым Деревом, которое высится над моим домом. Здешнее дерево - большое дерево
Клана Эроб - это сеянец, присланный, чтобы скрепить союз между нашими домами. И я благодарю
тебя за рассказ о Джеле, потому что его в наших Дневниках нет.
- В Дневниках? - Нелирикк ощутил прилив острой жажды. Он сможет прочесть собственные
слова Джелы? - Это - дневники Джелы?
- Не совсем, хотя некоторые вахтенные записи наверняка сделаны его рукой. Последние годы
Джелы прошли с капитаном, моей далекой прабабкой. В своих вахтенных журналах и дневнике она
записала немало мудрых мыслей - некоторые принадлежали ей самой, другие - ему. Делмы Корвала
продолжали вести Дневники, и их изучение - это часть образования каждого члена клана, чтобы мы не
забывали того, что необходимо помнить.
И тут разведчик предложил ему сокровище.
- Если ты пожелаешь - и если случится так, что мы сможем улететь отсюда и вернуться в
Джелаза Казон, я обещаю показать тебе все наследие Джелы. Первую дневниковую запись, сделанную
его рукой, и дерево, которое он принес из пустыни, расположенной очень и очень далеко.
Даже сидя на койке, Нелирикк сумел поклониться.
- Я сочту это великим даром. - Разведчик наклонил голову.
- Если это будет в моих силах, исследователь.
Теперь все было сказано. Спустя какое-то время разведчик встал, исполнил официальный поклон,
тонкий смысл которого в темноте невозможно было истолковать, и бесшумно растворился в ночи.
"Исполнение долга"
В гиперпространстве
Основное управление переместилось на запасной мостик. Присцилла, возглавившая Вторую
команду, несла вахту на главном (нет, поправил себя Шан, на торговом) мостике. Он скрипнул зубами и
провел проверку систем с тщанием, которого она вовсе не требовала, поскольку это была уже третья
проверка, начатая им за последние полчаса.
Атмосфера на запасном мостике была напряженно-целеустремленной. Настроение капитана
можно было охарактеризовать как отчаянную тревогу, переходящую в панику.
Шан закрыл глаза, заставил себя забыть о пультах и мостике и проделал систему Целительских
упражнений, направленных на достижение невозмутимости в неприятностях и безмятежности в беде.
Он вздохнул, сосредоточил свое сознание на спокойном зеркале воды, а потом снова открыл глаза,
чтобы вернуться на запасной мостик.
Или "боевой мостик", как его называл дядя Даав - скорее всего чтобы подразнить отца Шана.
Шан очень смутно помнил Даава йос-Фелиума, и глаза его памяти в последнее время пытались
трансформировать почти забытые черты в хорошо знакомое и любимое лицо Вал Кона.
Вал Кона, которого они должны встретить на Литаксине. Вал Кона, который станет Делмом - и
очень скоро, как надо было надеяться, - чтобы расхлебать всю ту кашу, в которую они в последнее
время вляпались, и показать клану его врага.
Вал Кона, который, похоже, убил человека, чтобы забрать его корабль, который предостерег Шана
об "ужасающей опасности" как раз в тот момент, когда "Исполнение долга" начиняли смертоносными
ловушками...
- Мы выйдем из прыжка через двенадцать секунд, капитан, - сказал Рен Зел, тихо сидевший за
вторым пультом.
Шан поспешно прогнал все неуместные мысли, даже все растущий страх перед тем, что Вал Кону
не удалось намеченное убийство и он сам погиб на какой-то захолустной планете... И что его спутница
жизни похоронена вместе с ним.
- Отсчет совпадает, - ответил он Рен Зелу. - Главное управление беру на себя, запасные
варианты со второго по четвертый подключены последовательно. Курьерский катер тринадцать должен
отправиться сразу после выхода из гиперпространства. Обеспечьте, пилот.
Рен Зел бросил на него быстрый взгляд полных изумления темных глаз, но тут же кивнул.
- Есть, капитан.
- На торговом мостике готовы, капитан.
Голос Присциллы был, как всегда, спокойным, но в том углу экрана, где должно было находиться
ее изображение, был только туман, туман. Серый туман прыжка.
- Подтверждаю, - негромко ответил он. - Резервные пульты два-четыре остаются здесь.
Торговый мостик должен быть готов взять на себя пятый эшелон. Капитанский мостик?
- Слежу, капитан.
Сет говорил так обыденно, словно речь шла об обычной проверке шаттлов. Или словно он не
понимал, насколько дурно будут обстоять дела, если управление кораблем перейдет на капитанский
мостик.
До выхода из гиперпространства осталось десять секунд. В нижней части экрана шел отсчет:
девять... восемь... семь...
Для глупых тревог места уже не оставалось. Не оставалось места ни для чего, кроме томительной,
знакомой, впитавшейся в плоть и кровь процедуры, во время которой корабль в последний раз
содрогнется, серый туман экранов рассыплется на звезды, зазвучит сирена, и...
- Курьер, стоп! - приказал Рен Зел: взвыл сигнал, предупреждающий о столкновении, главный
экран заполнило изображение вращающейся боевой гондолы, которую они отделили...
- Всю защиту! - крикнул Шан, одновременно нажимая нужные кнопки.
Экран вспыхнул, смазался - и корабль содрогнулся: чудовищная энергия взрыва залила
"Исполнение" таким мощным излучением, что защитные экраны вспыхнули.
- Утечка воздуха, капитан, - доложила Присцилла с торгового мостика. - Пробит ангар
гондолы. Идет экстренная герметизация.
- Бери на себя! - приказал Шан, просматривая показания датчиков, вводя очередную команду.
- Рубка! Расти, что там у нас?
- Уши, - лаконично ответил радист, - но мало. У нас в защитных экранах набилось всякой
дряни, капитан, и она блокирует почти все поступающие...
Главный монитор показал пульсирующую голубовато-зеленую оболочку, в которой время от
времени вспыхивали похожие на молнию разряды. Шан бросил взгляд на показатель фильтрации и чуть
не ахнул, увидев, сколько энергии уходило только на то, чтобы приглушить свечение до этой почти
ослепительной яркости.
- Матерь, защити нас! - вскрикнула Присцилла. - Шан...
- Вижу.
Он защелкал кнопками, переключая основные мощности компьютера на анализ ситуации. Жадно
проглотив все свободные наносекунды, машина выдала схематическое изображение происходящего.
Энергия гондолы и остатки ионизированной массы застряли между слоями защиты, так что корабль
оказался запертым внутри полой сферы смертоносной энергии. Если эта горячая плазма коснется
"Исполнения долга"...
- Рен Зел, будьте добры снизить энергию наружной защиты до 200 килогаусс. Я усилю
внутреннюю защиту настолько, насколько это возможно. А потом вы вообще отключите наружный
уровень. По моему сигналу.
- Есть, капитан!
- Давай!
- Два, капитан. Раз, капитан. Половина. Четверть. Снизил!
Шан кивнул, хотя Рен Зел был слишком занят, чтобы это увидеть, и усилил внутреннюю защиту.
Такой маневр был чреват риском: он ставил под угрозу менее емкие аккумуляторы противометеоритной
защиты, но в данный момент это было не так важно...
И тут он почувствовал то, что, несомненно, почувствовали и все остальные члены команды: удар
слепящей головной боли, вызванной тем, что усиленные магнитные и прочие поля прошли сквозь
обычную защиту и проникли в корабль.
Шан поморщился и отключил внешнее поле. Глядя на главный экран, он следил за неуклонным
снижением необходимого уровня фильтрации сигнала...
- Инженеры, на магнитную проверку! Весь вспомогательный состав - на магнитную проверку!
- разнесся по системе общего оповещения голос Присциллы.
Шан снизил мощность полей до более разумного уровня: остатки боевой гондолы вылетели в
пространство, напоминая газовые выбросы после взрыва сверхновой.
- Доложить статус по герметичности!
- Все под контролем, капитан. На отсек гондол пришлось прямое попадание осколка. Дыра в
двенадцать сантиметров, и еще двенадцать сантиметров трещины.
Шан содрогнулся. Если осколок прошил бронированную дверь гондолы с такой силой... Он мог
потерять десяток человек!
- Мы поставили временную заплату, - продолжала доклад Присцилла. - Всю стену можно
будет заменить новым модулем, как только мы...
- Координаты вычислены, капитан. Доклад по оперативной обстановке готов, капитан.
Голос Рен Зела не выдавал его чувств, но громкость он рассчитал так, чтобы заглушить сообщение
Присциллы.
- По оперативной обстановке? - переспросил Шан.
- Да, - подтвердил Рен Зел. - Вся система полна военных кораблей...
- Говорит рубка! Шан, сообщение! - быстро проговорил Расти и тут же включил голос,
говоривший на торговом с сильным лиадийским акцентом: "Систему атаковал Икстранг. Повторяю:
систему атаковал Икстранг. Предупреждаю все корабли. Бегите и вызывайте помощь. Сообщение дано
по приказу Клана Эроб".
- Это идет через передатчик-усилитель часах в шести, - сообщил Расти. - Я...
- Ублюдки! Попались! Ага! Теперь вы попались!
- Не болтать! - приказал Шан, перекрывая кровожадный вопль Сета, и посмотрел на Рен Зела,
который хладнокровно просматривал военные файлы, открывшиеся по его коду.
- Минутку, пилот, - негромко проговорил он. - У меня тут дополнительная информация.
Как только Шан подключил дополнительные файлы, доступные только капитану и первому
помощнику, на увеличившемся экране возникли силуэты кораблей с их идентификацией. Первым Шан
заметил большой линкор в сопровождении двух крейсеров. Потом - целый рой летательных аппаратов
меньшего размера: истребителей, рассчитанных на ведение боевых действий внутри звездной системы.
Они собрались вокруг дредноута, словно пчелы у цветка тиэла.
Часть его сознания, не занятая зрительным восприятием, напомнила ему, что они все еще ведут
прием от системного передатчика - и что теперь он слышит... музыку! До боли знакомую музыку.
Вал Кон попал к Клану Эроб.
А Присцилла тем временем заметила кое-что еще и тихо сообщила по внутренней линии,
соединявшей ее пульт с пультом капитана:
- Они высадились на Литаксин, Шан.
Шан кивнул и откинулся на спинку своего кресла.
- Совершенно верно, Присцилла, - проговорил он, глядя на тактический экран, показывавший
состояние блокады: масса смертоносных кораблей отделяла "Исполнение долга" от Вал Кона - и
будущего Клана Корвал.
Он вздохнул.
- Совершенно верно.
Шан начал расчеты, необходимые для точного определения вспомогательного уравнения, - и тут
раздался сигнал двери. Он крикнул "Войдите!", сам того не заметив, и еще глубже погрузился в
увлекательные сложности векторных графиков, перемещений в реальном времени, релятивистских
соотношений масс, индексов скорости переноса и потенциалов случайного сдвига скоростей.
Подбирая коэффициенты, он мельком отметил, что спиральная траектория типа той, которой в
этот момент придерживался "Долг", - штука невероятно сложная даже без учета икстранской армады,
расположившейся между ним и планетой, куда необходимо попасть. Математическая программа
предложила ввести для сдвига потенциалов множитель 267, и он разрешил это сделать, ткнув пальцем в
соответствующую клавишу.
Нельзя сказать, чтобы икстранцы обратили особое внимание на корабль, появившийся среди них,
- если не считать первоначального радиозапроса. Однако следовало предположить, что они отложили
проявление своего неудовольствия до того момента, как "Долг" подойдет к ним поближе. И если
экстраполировать скорость гравитационного потока пропорционально движению основного
естественного спутника...
"Уравнение готово", - объявил компьютер спустя несколько секунд.
Шан моргнул и проворчал, обращаясь к экрану:
- Если тебе верить.
Он потянулся и призвал себе на помощь целительские приемы релаксации, чтобы избавиться от
боли в плечах и спине.
- Ну, - обратился он к компьютеру, нажимая клавишу ввода, - если ты считаешь, что оно у
тебя готово, так показывай, не стесняйся!
- Капитан?
- А? - Он поднял голову, моргнул, чтобы сфокусировать зрение на пространстве комнаты, и
обнаружил фигуру своего приемного сына, неловко пристроившегося на краю одного из кресел для
гостей. - Привет, Горди. Я не слышал, как ты вошел, но, полагаю, я должен был тебя впустить, не так
ли? Ты не находишь, что математика странно воздействует на восприятие?
- Иногда. - Лицо у Горди было бледнее обычного, и на нем появились прежде отсутствовавшие
морщинки. Он указал на компьютер Шана. - Я и сам немного занимался математикой. У вас не
найдется минутки, чтобы меня проверить?
Такая серьезность! В девятнадцать лет на лице не должно появляться таких суровых складок. Шан
вздохнул и вытянул руку, быстрыми движениями сохранив уравнение, а потом снова посмотрел на
Горди.
- Как называется твой файл?
- Убийство.
Шан удивленно расширил глаза, быстро проверил совершенно серьезную эмоциональную ауру и
поднял брови.
- Многообещающе.
Уголки губ у Горди раздвинулись, но это никак нельзя было назвать улыбкой. Он стиснул колено
обеими руками.
- Да, сэр.
"Убийство" оказалось системой взаимосвязанных уравнений, обманчиво простых, как танка.
Когда Шан их прочел,
...Закладка в соц.сетях
