Жанр: Научная фантастика
Лиад 6. План б
...лаза.
В них резко ударил свет, и в голове зажглась слепящая боль, на мгновение исказившая реальность.
Вернувшись в воспоминание, он зарычал:
- Неужели нож еще не остер?
- Нож, - ответил мягкий голос, все эти годы преследовавший его в кошмарах, - снова остер,
чракек икстранг.
С этими словами точивший поднял голову. Непокорные темные волосы упали на лоб, почти
закрыв глаза, похожие на острые зеленые камни. Это лицо - лицо... Лицо его погибели, гладкое и не
изменившееся за все эти циклы. Хотя... не совсем. На правой щеке теперь была отметина, похожая на
нчаку, шрам зрелости.
- Ты!
Он хотел взреветь, но из напрягшейся под путами груди вырвался только хриплый шепот.
Лиадийский разведчик поклонился, не вставая с какого-то ящика.
- Я польщен, что вы меня не забыли.
- Не забыл!
На секунду знание торгового ему изменило. Больше того, он чуть было не задохнулся. Он заставил
себя не рваться и откинул голову, открыв свое горло.
- Если нож отточен, - прорычал он на языке воинов, - пусти его в дело.
Разведчик взял кусок веревки и проверил на нем качество лезвия. Качая головой, он снова взялся
за точильный камень и принялся острить нож.
- Было бы приятнее, - проговорил он так тихо, что приходилось напрягаться: его голос с трудом
различался за шумом точильного камня, - если бы мы поговорили.
- Поговорили! - Он повернул голову, чтобы посмотреть на него, презрительно кривя губы. -
По-прежнему не любишь военного дела, лиадиец?
Неопрятная голова поднялась, яркие глаза сверкнули.
- Вижу, что я выразился недостаточно ясно.
Он отложил точильный камень и небрежно сжал клинок в одной руке. Наступило недолгое
молчание.
- В прошлый наш разговор я вел себя невоспитанно, - проговорил он на высоком лиадийском.
- Я не назвал вам мое имя и чин. И не спросил ваши.
Он соскользнул с ящика на пол. Нож по-прежнему был небрежно зажат в хрупкой руке.
- Сыграем весь спектакль до конца? - спросил икстранец на торговом. - Хотя если ты
вообразил, будто этим жалким ножиком можно...
Он замялся, потому что лиадиец бесшумно исчез из поля его зрения.
- Сыграем спектакль до конца?
Этот мягкий, женоподобный голос, такой убедительный, совершенно незабываемый... Разведчик
вернулся в поле его зрения. Он поднял нож, словно желая его оценить, и стремительно послал его вниз:
захват на рукояти вдруг стал в высшей степени профессиональным.
Икстранец напрягся, ожидая боли. Клинок пришелся точно между левой рукой и боком, аккуратно
разрезав веревки.
- В настоящее время я придан местным силам обороны, - спокойно сообщил разведчик на
торговом. Он прошел ближе к ногам икстранца. - Военная необходимость, как вы, конечно,
понимаете. Мое имя - Вал Кон йос-Фелиум, Клан Корвал. У меня чин командора-разведчика.
Нож сверкнул снова, разрезав веревки на ногах. Разведчик кивнул и прыгнул обратно на свой
ящик, где сел, подобрав под себя ноги.
- А вы? - спросил он негромко на земном.
Икстранец лежал неподвижно, оценивая нож, хрупкость разведчика, длину собственных рук и
расстояние, разделявшее их.
- Ваше имя и чин, сударь? - снова спросил лиадиец, на этот раз на торговом.
Он осторожно подвигал ногами, согнул руки, напряг мышцы груди, раздвигая ослабевшие путы.
Разведчик вздохнул.
- Разговор основывается на диалоге, - заметил он на высоком лиадийском и склонил голову к
левому плечу. - Просьба на вашем языке кажется излишне резкой, хотя, возможно, моя оценка
ошибочна.
Он выпрямился.
- Имя, чин и отряд!
Икстранец хмыкнул и сел, так что его глаза оказались на одном уровне с глазами лиадийца.
- От вашего выговора воняет, как от бойни.
- Вполне понятно, - спокойно ответил разведчик. - Я очень редко встречаюсь с людьми, для
которых этот язык родной - и которые были бы готовы со мной разговаривать. Ваше имя и чин? Не
хотите говорить? - Он отвел руку назад и вытянул себе на колени потрепанный вещмешок.
- Здесь я вижу, что вы приписаны к Четырнадцатому Корпусу Завоевания.
Он не стал отвечать, и через мгновение разведчик расстегнул мешок и начал в нем рыться, нырнув
туда чуть ли не с головой. В конце концов он оттуда вылез, поднял массивный клинок Службы
безопасности и вопросительно выгнул бровь.
- Вы не находите, что Четырнадцатый Корпус Завоевания плохо экипирует своих солдат?
Он отмахнулся от него, помня о своем собственном ноже, спрятанном за голенищем: они его не
отняли, а он настолько острый, что мог бы прорезать даже космоброню...
- В конце концов нож - всегда нож, - настаивал разведчик. - Готов признать, что для этого
наступили дурные времена, но за несколько минут его можно привести в нормальное состояние. А по
размеру он определенно больше подходит вам, а не мне, исследователь.
Прошла секунда... две...
- Возьми эту чертову штуку! - рявкнул лиадиец на языке солдат, резко протягивая нож.
Совершенно загнанный икстранец взял нож, тупо посмотрел на него и положил рядом с собой. Он
сознавал, что ему следует обнажить клинок и использовать тупое лезвие для того, чтобы проткнуть или
вырубить разведчика. Его долг - вернуться с докладом к отряду...
Разведчик протягивал ему точильный камень!
- Ваш клинок, - сказал он, - нуждается в заботе, исследователь.
- Я не исследователь!
Теперь у него получился настоящий рык - и голову чуть не разнесло от боли. Крошечный
разведчик даже не вздрогнул.
- Правда? А ведь в первый раз я видел, как вы вели себя очень по-разведчески: пилотировали
одноместный корабль, проводили весьма любопытные исследования. Тогда вы все-таки были
разведчиком?
- Уже нет.
От громкого рычания перед глазами у него поплыли искры, и он совершенно не по-солдатски
поморщился.
- Вам была оказана медицинская помощь, - негромко сообщил разведчик, - но было
предсказано, что после того, как вы очнетесь, голова у вас еще какое-то время поболит.
- Медицинская помощь? Зачем? - Он подался вперед и крикнул прямо в это маленькое
невыразительное лицо: - Разведчик, ты с ума сошел? Я же икстранец! А ты - лиадиец! Мы - враги,
ты что, забыл? Мы созданы для того, чтобы на вас охотиться и вас убивать!
Он снова отодвинулся подальше от этого лица. Оно не дрогнуло, не исказилось от страха.
- Иногда, - продолжил он уже тише, - вы убиваете нас. Но не бывает, чтобы врага ударяли по
голове камнем, а потом звали врача залечить рану.
- Я не ударял вас камнем по голове, исследователь...
- Я не исследователь! Посмотри на меня! В плену! Меня поймали, как корову, которую ведут на
бойню. Чтобы дважды попасть в руки лиадийцев!.. Я - недоразумение, слабак, позорище! Я
действительно Нелирикк Никто, разжалованный!
- Лови!
Приказ был дан на солдатском. Его рука невольно дернулась вперед - и он обнаружил, что
держит в руке точильный камень.
- Что мне следует делать, командор-разведчик? - с едким сарказмом осведомился он. -
Наточить этот клинок, чтобы вы смогли перерезать мне горло? Или мне самому его перерезать? Это...
- ... было бы тратой ценного ресурса, - прервал его разведчик. - Я осуждаю Четырнадцатый
Корпус Завоевания, который ставит свои опознавательные знаки на такое снаряжение, как то, что
выдали вам, будь вы исследователь, разжалованный или рядовой солдат!
Он сбросил вещмешок со своих колен. Нелирикк поймал мешок только тогда, когда он ударил ему
в грудь.
- Фляжка с изношенным фильтром, нож настолько тупой, что его лучше использовать как
дубинку - да, у вас остался нож в голенище, и я вижу, что вы о нем заботились - просроченные
плитки пайка, попорченные мышами, зажигалка, которая грозит перегореть уже при следующем
использовании...
- Неужто, командор, - проговорил Нелирикк, который вдруг почувствовал страшную усталость,
- вы не знаете, как следует экипировать одноразовых солдат?
Наступило короткое молчание.
- Значит, исследователи бывают одноразовыми? - тихо спросил разведчик. - Неужели их так
мало ценят, что могут отправить охотиться на медведей в заповеднике почти без оружия? И никто не
будет сожалеть, если на этот раз медведь победит?
- Исследователей - нет. Разжалованных - да. - А!
Разведчик мгновение сидел молча. Молчал и Нелирикк: ему больше всего хотелось снова лечь и
заснуть, забыв о жуткой головной боли.
- Держите, - неожиданно сказал разведчик. - Это тоже ваше. Он открыл глаза и с ужасом
уставился на винтовку.
- Но ты же не собираешься меня отпустить!
- Берите винтовку, - приказал разведчик. - Она тяжелая! - Он протянул руку и остался
сидеть, держа оружие в одной руке и непонимающе глядя на лиадийца.
- Я бы не советовал пытаться из нее стрелять, - непринужденно заметил щуплый лиадиец. -
Не знаю, что откажет первым - спусковой механизм или зарядная камера. Конечно, если откажет боек,
то при нажатии на спусковой крючок вас просто ждет разочарование. Но вот если взорвется зарядная
камера, исследователь, то подозреваю, что вы или погибнете, или ослепнете.
- Разведчик, - ответил он, очень тщательно подбирая слова, - вы понимаете, что я могу
превратить вас этой винтовкой в фарш, даже если она не сможет выстрелить?
- Конечно. Но прежде чем вы это сделаете, мне хотелось бы указать вам еще на один недостаток.
Разведчик встал на ящике в полный рост, в его левой руке что-то вдруг сверкнуло, винтовка у него
в руке дернулась - и лишилась четырех дюймов ствола.
Нелирикк воззрился на отрезанный кусок, потом перевел взгляд на кристаллический клинок в руке
разведчика.
- Я отмечу и этот дефект, - сказал он. - Его я не мог заметить до того момента, когда ничего
исправить уже было нельзя.
Разведчик кивнул и сел, спрятав кристаллический клинок.
- Совершенно верно. Как было бы с фляжкой, если бы вам попалась плохая вода.
Он фыркнул:
- Я не собираюсь пить плохую воду, разведчик.
- Да. От плохой воды не умрешь.
- А от чего я умру? - Нелирикк в упор взглянул на своего крошечного врага. - Ответь мне,
командор-разведчик. Ты почтишь меня расстрельной командой? Разжалованный такого не заслуживает.
- Да, - мягко ответил разведчик. - Я знаю.
Снова наступило молчание, и его опять нарушил разведчик:
- Но что с вами случилось? От исследователя до разжалованного...
- Что со мной случилось? Ты со мной случился! Что еще может произойти с солдатом, который
пережил позор плена?
Нелирикк начал растирать затылок, пытаясь избавиться от головной боли.
- Служба безопасности рекомендовала смертную казнь. Но Командование решило, что у меня
еще могли остаться знания, полезные Отрядам, пусть я и трус. - Он посмотрел на разведчика,
неподвижно сидящего на ящике. - Десять циклов без службы. Я ел после всех солдат, говорил, только
когда ко мне обращались, меня старались проиграть друг другу капитаны! Десять циклов черной
работы и пинков, и запрета бывать на мостике - и все потому, что ты со мной случился! Тебе надо
было перерезать мне горло десять циклов тому назад, лиадиец. Будь солдатом и сделай это сейчас.
Разведчик смотрел на него, и на его гладком лице ясно читалось изумление.
- Ты доложился, - выдохнул он тихо - так тихо, словно обращался к самому себе, вот только
слова были икстранскими, как и последовавший за ними крик: - Да проклянут боги твою глупость,
парень! Зачем тебе понадобилось об этом докладывать?
Нелирикк окаменел.
- А что еще следовало делать солдату?
- Кто я такой, чтобы знать, что делает солдат? А вот исследователь включает свои мозги и в
первую очередь думает о своем долге.
- Ты, - предположил Нелирикк с открытой иронией, - не доложился.
- Чтобы меня на несколько лет приковали к планете, пока не выкачают из меня все детали
случившегося? А тем временем чтобы мои способности пропадали даром? Меня готовили как
исследователя и открывателя планет. Быть меньшим - не выполнять эту работу - означало бы не
исполнить мой долг перед моими учителями.
Гнев захлестнул его неожиданно: он увидел его отражение во внезапно расширившихся ярких
глазах разведчика. Какая напрасная трата! Этих лет позора могло бы не быть! Он мог провести Отряд на
дюжину новых миров. Он мог...
Он глубоко вздохнул и снова сфокусировал глаза на разведчике, почти с одобрением отметив, как
по-солдатски тот сидит на своем посту: глаза настороженные, руки наготове. Можно подумать, это
помогло бы ему против массы и силы Нелирикка!
- Не доложив о случившемся, - сказал он, - ты подверг опасности своих учителей и своих
близких. А что, если они обоснуются на той планете, которую открыли мы вместе, а кто-то из Отряда
сделает то же самое?
- В моем докладе говорилось, что я обнаружил по крайней мере одного представителя
потенциально разумной расы, - ответил разведчик. - И я рекомендовал, чтобы по прошествии одного
поколения планету обследовали снова.
- Ты же знаешь ту планету, разведчик! Там больше не было разумных... - Нелирикк внезапно
поперхнулся: до него дошел смысл услышанного. - Меня?
- Тебя, - спокойно подтвердил разведчик. - Мне и в голову не приходило, что ты не
поступишь так же.
- Значит, в этом между нами различие, - тяжело проговорил Нелирикк. - Я думал только о
том, чтобы выполнить мой долг и доложить обо всем Отряду. - Он поднял голову. - Убей меня,
командор-разведчик.
Разведчик встряхнул головой, и непокорные темные волосы упали ему на глаза.
- Что до этого, - ответил он, - то я должен поговорить с моим капитаном и получить
дальнейшие приказы.
Он распрямил ноги, спрыгнул на пол - ловко и бесшумно, словно белка - и направился к двери,
пройдя почти в пределах досягаемости Нелирикка.
- Позаботься о своем клинке, будь добр, - проговорил он, нажимая кнопку на двери. - Я
поговорю с моим капитаном и вернусь.
Дверь открылась, и разведчик проскользнул в нее, оставив Нелирикка одного с его оружием.
Дверь позади него встала на место. Янтарная лампа наверху ярко горела.
- Запечатано, - сказал охранник, и вокруг него раздались голоса - неожиданные и
дезориентирующие, словно заряд града.
На лиадийском: Эроб и тель-Вости. На земном: Джейсон. И все о своем:
- Ну, что он сказал?
- Информация полезная?
- Они собираются атаковать через заповедник?
- Отлично сработано, превосходно!
- Мы уже можем избавиться от этого существа?
Вал Кон глотнул воздуха, огромным усилием удержал мысленное равновесие и быстро прошел
Радугу. Рассортировав толпу, он нашел Мири: она стояла у монитора, серьезная и молчаливая. Он
прикоснулся к ее мелодии у себя в голове, улыбнулся, поймав ее взгляд, а потом гневно взглянул на
надоедливых остальных и взмахнул рукой, требуя тишины.
Она немедленно наступила - и он облегченно вздохнул.
- Проект требует времени, - проговорил он на торговом, чтобы не повторяться. - Следует
учесть все обстоятельства.
Он взглянул на громадного ауса поверх головы Делма Эроб.
- Командор Кармоди, у вас есть планы относительно содержания пленного?
Джейсон рассмеялся.
- Содержания? Ты меня на два шага опередил, сынок. Я просто думал, что ты сможешь вытянуть
из него что-нибудь полезное.
- Может, и смогу, - сказал Вал Кон. - Однако в последнее время его отряд плохо о нем
заботился. Если бы я мог...
- Дьявол, готов биться об заклад, что он голоден, как оттаявшая после зимовки лягушка! Парень
таких размеров должен есть столько же, сколько ем я. Ну-ка... - Он похлопал себя по накладному
карману брюк, извлек оттуда четыре упаковки с рационом и бросил их Вал Кону. Секунду подумав, он
отстегнул и свою фляжку. - Не сомневайся: эти фильтры в порядке.
Вал Кон поклонился и услышал, как Делм Клана Эроб тихо ахнула: несомненно, ее шокировало,
что член Клана Корвал мог признать столь большой долг по отношению к простому землянину.
- Примите мою благодарность, командор. Нужно ли мне получать ваше согласие в отношении
тех шагов, которые я могу счесть необходимым...
Джейс прервал его взмахом руки.
- Делай что нужно. Ты ведь разведчик?
- Действительно, - мягко проговорил Вал Кон. - Я - разведчик.
Он повернулся к Делму и мысленно посмеялся, обнаружив, что тель-Вости крепко держит ее за
локоть и при этом незаметно сжимает ей запястье.
- Уважаемая Эроб!
Он отвесил ей самый глубокий поклон и сделал жест равного, желающего получить согласие, не
раскрывая своих карт.
- Я вижу вас, Корвал.
- Пленный был захвачен на вашей земле. Он сидит в вашей тюрьме и живет с вашего согласия.
Признавая все это, я прошу, чтобы мне было позволено поступать с ним - с этим человеком по имени
Нелирикк - в соответствии с тем, что мне диктуют меланти и необходимости Клана Корвал. - Он
выпрямился и посмотрел ей прямо в лицо. - Именем Джелаза Казон.
Она шумно выдохнула, и пальцы тель-Вости сильнее сжались на ее запястье.
- Мне необходим более полный отчет о необходимостях Корвала, - заявила она, как позволяло
ей право.
Вал Кон снова поклонился.
- В прошлом я имел знакомство с этим Нелирикком. Мы встретились много лет тому назад,
когда он был исследователем, а я - капитаном-разведчиком. В тот момент я... неадекватно... обошелся
с ним и теперь хотел бы с честью исправить ошибку в суждении.
- Честь? По отношению к этому? - Она мельком взглянула на монитор. На экране был виден
Нелирикк, сидящий на своем неудобном ложе и сосредоточенно точащий большой нож. - Это -
животное, Корвал.
Вал Кон вздохнул.
- Эроб, он - человек.
- И вы хотите вести с ним Счеты. - Она посмотрела на Вал Кона, на Джейсона - и снова на
икстранца. - И вы накормите его, и позволите ему заострить его оружие. Полагаю, вы считаете, что в
состоянии с ним сразиться. Может, ваш род и дом сумасшедшие, но я не слышала, чтобы за вами
числилась склонность к самоубийствам.
Он иронично поклонился.
- Могу ли я принять это как согласие на то, чтобы я следовал собственным необходимостям в
отношении этого человека?
На этот раз она молчала дольше, глядя на монитор, пока тель-Вости рядом с ней не начал
беспокойно двигаться. Тогда она наконец дала неохотное согласие.
- Поступайте, как вам нужно, Корвал. Вы все равно так и сделали бы.
- Мои благодарности, Эроб. Корвал у вас в долгу.
Он снова повернулся к двери, сжимая в руках пайки и фляжку, и увидел Мири, стоящую перед
монитором.
- Эй, Кори, - сказала она на бенском, которым владели среди собравшихся только они двое, -
у тебя есть минутка, чтобы поговорить?
- Безусловно, - ухмыльнулся он. - Сколько хочешь минуток.
- Хорошо. - Она кивнула, продолжая говорить по-бенски. - Твои намерения по отношению к
этому солдату? Я вижу здесь тревогу. - Она прикоснулась пальцем к своему виску. - Расскажи мне
план.
- Да. Этот человек - настоящее сокровище, шатрез. Нам ни в коем случае нельзя им не
воспользоваться.
- Гм. Но он говорит так, словно считает себя недостойным. Так, будто, может быть, перережет
себе горло.
Вал Кон замер.
- Мири! Откуда ты знаешь, что он сказал? - Она ткнула пальцем в монитор.
- Я его слышала.
- Да, - медленно проговорил он. - Но когда он произносил все эти вещи, он говорил поикстрански.
- По... - Ее глаза широко распахнулись, а палец снова прижался к виску. - По-икстрански
говоришь ты, - медленно и осторожно сказала она. - Я не говорю по-икстрански.
- Да, - согласился он так же осторожно. - Насколько я знаю.
- Вот черт! - Она перешла на земной. - Вот что я тебе скажу, босс: нам надо разобраться со
всей этой ерундой, пока никто не погиб.
Он быстро посмотрел на монитор.
- Угу, угу - Необходимость и все такое прочее. Какой запасной вариант? Ты хочешь, чтобы я
тоже туда пошла?
Он услышал нотки страха и в ее голосе, и в ее молчаливой песенке, и ласково прикоснулся к ее
щеке: наплевать, что старуха будет шокирована.
- Возможно, мне придется позвать тебя, шатрез, мой капитан. Но в данный момент, с твоего
позволения, нам с Нелирикком надо обсудить кое-какие философские вопросы. - Он улыбнулся и
нежно прижал палец к ее губам. - Все будет хорошо, Мири.
- Ты всегда так говоришь, - пожаловалась она, перебарывая беспокойство, которое он ощутил
почти как свое собственное. - Только не давай себя убить, ладно?
- Ладно, - пообещал он.
Дверь открылась, и он вошел в тюрьму.
Приведение ножа в порядок успокаивало - и давало ему время подумать, оценить свои слабые и
сильные стороны.
Винтовка... Нелирикку захотелось плюнуть.
Будь у него приличный набор инструментов, ее можно было бы починить - но у него не было
инструментов. И будь у него время, он мог бы сделать из ее частей небольшую бомбу. Но он
сомневался, что разведчик будет отсутствовать дольше, чем нужно для того, чтобы заточить нож. И
наверняка кто-нибудь наблюдает за ним через маленький сканер, закрепленный под потолком в углу.
Значит, бомба не помогла бы ни застигнуть кого-нибудь врасплох, ни попытаться бежать.
Особенно если учесть, какие тут крепкие стены.
Лезвие ножа уже стало идеально острым: точильный камень оказался превосходным. Вот такие
вещи обычно и вывозят с лиадийских планет: мелочи, которые лучше работают и при этом отличаются
изяществом.
Нелирикку вдруг показалось странным, что существа, которых Командование считает чуть ли не
паразитами, умеют изготавливать такие прекрасные вещи. Подобные вещи, изготовленные
икстранцами, обычно нормально работали, но были неинтересными.
И враг добровольно дал ему точильный камень, чтобы он мог вернуть своему ножу достойную
остроту!
И теперь его клинок может спокойно пронзить насквозь столь хрупкое и худое существо, как
разведчик.
Увы, бросить такой большой нож метко практически невозможно - да и глупо думать, будто
разведчика можно было бы захватить врасплох таким способом. И что хуже, разведчик носит при себе
клинок, который режет оружейную сталь, как сыр. Что такое оружие может сделать с мясом и костями...
Он задумался над этом.
Можно попробовать раздразнить разведчика, заставив его пустить кристаллический клинок в ход.
И тогда у него получится геройски умереть, и ни один икстранец не узнает о том, что Нелирикк Никто
снова потерпел поражение, что...
Гнев.
Нелирикк стал разбираться: гнев затемняет мышление.
Когда он думает о разведчике, в нем появляется гнев - подавленный и неясный, словно мутный
осадок тех лет острой сфокусированной боли повис между ними, заслоняя то, что может оказаться
истиной.
Стоит ему подумать о винтовке...
Его пульс предельно участился, и он чуть было не приставил нож к собственному горлу, когда его
захлестнул стыд из-за того, что ему дали столь бесполезное оружие.
Дурак. Как всегда. Усилием воли он заставил себя успокоиться и снова стал думать о клинке и
разведчике.
Что он на самом деле знает о лиадийцах? Что бы ни говорилось в инструкциях Командования,
даже самому тупому солдату ясно, что они - люди, обладающие разумом и самосознанием. И если эти
люди следуют обычаям и системам, придуманным ими самими... Можно ли допустить, что лиадийцы
следуют какому-то своему странному понятию о чести? Возможно ли, что этот разведчик специально
оставил своего врага одного, предоставив ему возможность поступить по чести? Нож стал очень
острым: три быстрых движения решат очень много проблем.
Нелирикк взвесил в руке нож и со вздохом убрал его в ножны. Спустя секунду он извлек из узкого
голенища свой нож чести и начал затачивать и его.
Уход за лезвием успокаивал. Возможно, разведчику тоже так кажется.
- Я вижу тебя, исследователь.
Нелирикк оторвался от своего занятия и прищурился на мешок, который принес с собой
человечек.
- Я вижу тебя, разведчик.
Вал Кон кивнул и снова устроился на том же ящике, положив мешок себе на колени. Контур
тревожно висел у него перед внутренним взглядом, указывая на 27-процентную вероятность
немедленного нападения и еще более тревожный отказ вычислить конечную Вероятность Выполнения
Задания и Вероятность Личного Выживания.
Свет отражался от лезвия, которое затачивал Нелирикк. Элегантное оружие. Отличается от того
большого ножа, как отвертка от стайного клинка в рукаве у Вал Кона.
Он порылся в мешке и небрежно бросил икстранцу паек. Тот легко поймал его и следующую
упаковку и застыл, сжимая их в руках.
- Еда?
- Еда, - подтвердил Вал Кон. - Командор Кармоди считает, что солдату следует давать есть.
Нелирикк осторожно наклонился и вернул нож в ножны на голенище. Под татуировками
выражение его лица разобрать не получалось.
- Поешь! - предложил ему Вал Кон. - Подозреваю, что они лучше, чем те пайки, которые вам
выдали.
Нелирикк хмуро посмотрел на надписи на земном.
- И ты бы стал это есть? - Вал Кон рассмеялся.
- Готов признать, что это не так вкусно, как кролик, которого поймал сам. Но наемники сами
покупают себе еду - надо думать, они не стали бы себя травить. И уж определенно этого не стал бы
делать командор Кармоди, который дал их мне из своего собственного запаса.
Лиадиец вскрыл паек обычным ножом. Икстранец наблюдал за его действиями.
- Хотите поменяться? - негромко предложил Вал Кон, включая крошечный нагреватель. - Вы
не уверены в качестве?
Казалось, Нелирикк готов засмеяться. Он указал на еду Вал Кона.
- Исследователь, - неуверенно проговорил он, - незнаком с местным обычаем.
- Местный обычай таков: голодный человек может есть. Если вам не нравится то, что у вас есть,
можете взять мой. И здесь есть вода, если хотите разделить со мной фляжку. Или воспользуйтесь
собственной, если доверяете фильтрам.
- Еда, - тихо повторил икстранец. Он вскрыл серебристую упаковку, быстро разобрался в
устройстве подноса и нагревательного механизма, включил его и снова стал рассматривать этикетку. -
Что это за еда?
Вал Кон взглянул на яркие буквы.
- Лососевое филе. Превосходное блюдо. Хотя я надеюсь, что вы не будете настаивать, чтобы я
его с вами разделил.
Нелирикк резко поднял голову. Даже сквозь его лицевые узоры ясно проявилась настороженность.
- Нет? - Вал Кон засмеялся.
- Еда хорошая. Но во время моей последней экспедиции Бог интендантов счел нужным снабдить
нас с моим капитаном годичным запасом лосося и крекеров - и больше ничем!
Икстранец осторожно попробовал рыбу. В следующую секунду он уже с аппетитом уплетал паек.
- Назови мне мою смерть, командор-разведчик.
Они поели, и щуплый лиадиец передал ему фляжку. Они собрали остатки еды и уложили их в
мусоросборник, и теперь смотрели друг на друга.
- Как я
...Закладка в соц.сетях
