Жанр: Научная фантастика
Лиад 2. Агент перемен
...на каком я владею земным, - на пяти. Я знаю еще десять настолько,
чтобы попросить еду и ночлег. И лиадийский. И торговый.
- Так много? - Она покачала головой. - И на земном ты говоришь лучше, чем
большинство тех, для кого он родной. Только немного странно, что у тебя нет акцента.
Он переменил положение, потянулся за гитарой и начал возиться с торчащими наверху
колками.
- Когда-то у меня был акцент, - пробормотал он, поворачивая колок и дергая струну. -
Но когда меня отправили... в командировку... то сочли, что было бы неразумно, если бы я
говорил на земном с лиадийским акцентом.
- О! - Она перевела дыхание. - Мой друг, тебе следовало бы бросить твою работу.
- Я над этим думаю.
- А о чем тут думать?
- Как это сделать.
Он дернул очередную струну. Дзынь! Она изумленно воззрилась на него.
- Скажи им, что с тебя хватит, что командировка закончена и ты хочешь снова стать
разведчиком. Можешь добавить "пожалуйста".
Блямс!
Он покачал головой, прислушиваясь к вибрирующей струне.
- Они ни за что на это не согласятся. Я прожил слишком долго, узнал слишком много,
до слишком многого додумался сам.
Буме!
- Тебя убьют?
Мири явно в это не поверила, и он особенно оценил то, что она постаралась, чтобы ее
голос прозвучал совершенно прозаично.
Он быстро провел пальцами по струнам у порожка и поморщился от получившейся
какофонии. Перед его мысленным взором бежали цифры: ему не следовало вести этот
разговор, ему вообще не надо было помогать Мири, он напрасно за ней вернулся...
Казалось, цифры пытались сказать ему именно это. И теперь он расплатится своей
жизнью. Он попытался не обращать на цифры внимания. ВВЗ составляла 0,08.
- Вал Кон!
Он поднял голову, удерживая гитару на коленях за хрупкий гриф. Цифры бежали все
быстрее, переключаясь с одного Контура на другой, так быстро, что он почти не успевал
за ними следить.
Смерть и опасность. Позор и смерть. Бесчестие и уничтожение...
Его мышцы напрягались, дыхание учащалось - а цифры все бежали.
- Вал Кон!
В ее голосе звучала все большая тревога.
Он помотал головой, с трудом подбирая слова.
- Скорее всего, меня убьют, - выдавил он из себя, завороженно наблюдая, как цифры
вспыхивают, бегут обратно и снова вспыхивают, подсчитывая падающие шансы на то, что
он проживет месяц, неделю... - Хотя мой Клан действительно силен, что несколько
снижает... - Ему было трудно дышать. Казалось, он слышит себя откуда-то со стороны, а в
нем самом, там, где была истина, где был ОН, он ощущал жар и потребность спрятаться. -
...Вероятность того, что меня убьют открыто.
У него пересохло во рту. Шум в ушах усиливал удары сердца, колотившегося о почти
опустевшие легкие.
Он крепче сжал гитару и встретился взглядом с Мири.
- Они не захотят конфликта... конфликта с Кланом Корвал. Так что... вероятно... меня
просто...
Он обильно потел, но руки у него были ледяными.
- Просто?... - переспросила она едва слышным шепотом.
- Просто сотрут... а телу дадут вернуться домой.
Воздух был слишком горячим и слишком разреженным, но только для него, а не для
Мири. Ему необходимо было убежать от нее... уйти... УЙТИ! ПОСМОТРИ НА ЦИФРЫ!
Трр-рах! Гриф гитары раскололся у него в руке, и он отскочил назад, роняя гитару и
ловя ртом воздух. Он искал выход. Рубашка душила его, а перед ним злобно горели
цифры: он мертв, мертв, нулевой шанс на выживание. Он изо всех сил ухватился за стену,
чтобы не упасть.
- Нет! Нет! Не здесь! Черт подери, не здесь!
"Я не умру здесь. Я выберусь..."
- Вал Кон!
Отчаянный крик пробился сквозь его панику, на секунду разорвав путы ужаса. Это имя
показалось ему таким надежным: Вал Кон. На самом деле - Вал Кон йос-Фелиум
Разведчик, Художник Преходящего, Убийца Старейшего Дракона, Весеннего Помета
Фермера Зеленодрева из Логова Копьеделов Клана Средней Реки... и откуда-то ее голос
добавил: "Крепкий Парень!"
Он рыдал и держался. А потом вдруг обнаружил, что задыхается, прижавшись к
прочной каменной стене. В нескольких шагах от него с протянутыми руками и страхом в
глазах стояла Мири. Он постепенно выровнял дыхание и заставил себя успокоиться,
чувствуя, как воздух охлаждает его, а руки начинают согреваться.
Цифры были четкими: ноль и ноль. Никакой надежды на выживание по выполнении
задания. Само задание провалено. И, следовательно, он мертв.
Он сделал еще один вдох, привалился к стене и принял медленное сползание на пол
как вполне естественное и даже приятное. Вырвавшийся у него звук был почти смехом.
- Вал Кон! Ты здесь?
Он кивнул.
- Здесь, - ломким голосом сказал он.
Она осторожно приблизилась и опустилась рядом с ним на колени, пристально глядя
ему в лицо своими серыми глазищами.
- Мири?
- Угу.
Его дыхание все еще замедлялось, легкие болели от чрезмерно интенсивного дыхания,
но он был спокоен. Он знал свое имя и знал при этом, что он в безопасности.
- Мири, кажется, я только что умер.
Ее брови взлетели вверх, и она протянула руку, прижав прохладные пальцы к пульсу у
основания шеи. Качая головой, она убрала руку.
- Сержант Робертсон вынуждена доложить о сбое в системе, сэр.
Он рассмеялся: рваный, колючий звук. А потом поднял обе руки и провел пальцами по
промокшим от пота волосам.
- Умер, - повторил он. - Контур показал, что я мертв, в ту секунду, когда я сказал тебе,
что меня сотрут. - Его дыхание уже почти вошло в норму, и он чувствовал себя
совершенно спокойным, хотя и измотанным, как никогда прежде. - Кажется, я ему
поверил... запаниковал или... еще что-то. Я им верил!..
- А Контур, - с надеждой спросила Мири, - он исчез? Сломался?
- Нет... Здесь, по-прежнему. Думаю, не сломался. Но, возможно, его
запрограммировали так, чтобы он мне лгал... Ты это понимаешь? - неожиданно спросил
он у нее. - У меня отняли так много! Сказали - чтобы я выжил. Ведь выжить же важно,
правда? Мою музыку, мои сны... так много... и все для того, чтобы давать жизнь штуке,
которая лжет... - Он потер лицо ладонями. - Не понимаю...
Мири осторожно прикоснулась к его руке. Он мгновенно перевел взгляд на нее,
заметив ее неуверенность и напряженность.
- Да?
Она прикусила губу.
- Извини... что значит - стереть?..
Ее голос был тихим и робким, почти не ее.
Он чуть поменял позу, ударившись ногой об упавшую гитару. Неловко двигаясь, он
поднял инструмент, нежно обхватив расколовшийся гриф.
- Ах ты, бедняжка...
Подняв глаза, он слабо улыбнулся.
- Стереть - это... - Он покачал головой, с тревогой ожидая появления призрачных
уравнений. - Был создан аппарат, в соответствии с идеей о том, что было бы... удобно...
если бы шпион не изображал кого-то, а становился им. Считалось, что этого можно
добиться... сгладив собственную личность шпиона и наложив поверх нее другую. - Он
ничего не видел. Экран перед его внутренним взором оставался пустым. - Когда задание
будет выполнено, вторую личность устранят, а личности агента позволят вернуться.
Он замолчал, чтобы перевести дыхание. Мири пристально наблюдала за его глазами.
На лбу у нее залегла тонкая морщинка.
- Аппарат работал плохо. Единственное, что он делал, - это полностью устранял
первую личность. На остатки привить новую личность не удавалось. И обычным
обучением уже нельзя было воспользоваться. Личность исчезала безвозвратно, хотя тело
могло дожить до весьма почтенных лет.
Ее сотрясла дрожь, и она опустила голову, судорожно сглотнув и зажмурившись. Ее
затошнило.
- Мири!
Теплые пальцы скользнули по ее щеке, потом легли под подбородок, мягко настаивая
на том, чтобы она подняла голову. Она послушалась, не открывая глаз, и спустя секунду
почувствовала, как он утирает ей слезы.
- Мири, посмотри на меня, пожалуйста.
В следующий момент она открыла глаза, но улыбнуться не смогла.
Его собственная улыбка получилась более убедительной, чем при прошлой попытке.
Он покачал головой.
- Было бы разумнее не оплакивать меня, пока тебе не покажут мое тело.
- Если мне покажут зомби, я его пристрелю!
- Я буду тебе очень благодарен, - серьезно ответил он.
Мири выдавила кривую улыбку, внимательно посмотрела в его усталые глаза. Ей
хотелось надеяться, что недавняя сценка - это последняя драма, поставленная его
безымянными боссами. Достаточно отвратительная - и потенциально достаточно
смертоносная. А что, если бы в ту секунду, когда включилась эта проклятая... паника, он
вел перестрелку или находился в какой-нибудь еще сложной ситуации, к которым он так
склонен?
Убийство с помощью экстраполяции? Она отбросила эту мысль.
- Как ты сейчас? - решилась она спросить, когда Вал Кон опустил руку, нашел ее
ладонь и осторожно переплел с ней пальцы.
Он улыбнулся.
- Устал. Не каждый день удается умереть и остаться в живых, чтобы рассказать об
этом.
Она ухмыльнулась и сжала ему руку.
- Хочешь встать? Или принести тебе одеяло?
- Встать, наверное.
Но это было легче сказать, чем сделать. Каким-то образом им двоим удалось подняться
на ноги. Они стояли рядом, привалившись друг к другу.
Вал Кон смог пошевелиться первым - и, к их взаимному удивлению, он прижал Мири к
себе и уткнулся лицом в ее волосы, шепча что-то на языке, не похожем на земной или
торговый. А потом он чуть отстранил ее и серьезно заглянул в ее недоверчивое лицо.
- Нам надо поговорить с тобой об очень многих вещах, но сначала я должен сказать
многое самому себе - и проверить, какие дам ответы. Мне нужно остаться одному -
может, один день, а может, два. Я возьму еды, найду еще одну комнату...
Она возмущенно выпрямилась:
- У тебя нет причин убегать от меня...
Он нежно прижал пальцы ей к губам, прервав на полуфразе.
- Не от тебя. Но подумай: в течение двух дней я дважды испугал нас обоих - и сильно.
Мне нужно время - когда этого времени так много - на то, чтобы найти того, кто я, когда
уже известны двое, которые не я. - Он погладил ее лицо от губ к щеке. - По-моему, нам
обоим надо это знать.
Не доверяя своему голосу, Мири кивнула.
- Мири Робертсон. - В его голосе заметны были отголоски ритуала. - Пожалуйста,
подумай, хочешь ли ты стать моим напарником - остаться моим напарником. Через
несколько дней мы поговорим.
Он быстро наклонился, поцеловал ее в лоб, а потом отпустил и повернулся, чтобы
набрать продуктов на время своего одиночества. Сломанную гитару он оставил на столе.
Настанет день, пообещал он себе, и он починит инструмент.
Глава 21
Мири уже в четвертый раз ускользала в библиотеку, тайком посмотрев на своего
напарника. Она чувствовала себя шпионкой: ведь она согласилась оставить его одного! Но
несмотря на наслаждение, которое дарила ей чудесная библиотека Точильщика,
оказавшаяся в ее распоряжении, она обнаружила в себе потребность убедиться, что с Вал
Коном все в порядке.
Во второй раз она изумилась тому, что видит: Вал Кон стоял в центре большой
комнаты и медленно двигался, закрыв глаза. Он замирал на месте - на минуту, две
минуты, три, - и тут она замечала, что за это время он успел сделать пол-оборота. Его
движения были сильными и гибкими, как в танце, но МЕДЛЕННЫМИ, словно он был
Точильщиком, подражающим росту цветка.
И в середине этого движения он вдруг начинал бежать, подпрыгивал или садился,
чтобы расслабиться или сосредоточиться. А потом вставал и повторял то же самое. Или
не совсем то же самое.
Мири не сомневалась, что во всем этом есть какая-то метода. Она не желала думать,
что это тоже может оказаться сумасшествием.
Чтобы занять время, она занималась более обычными физическими упражнениями,
чтобы, когда этот период сказочной безопасности закончится, ее тело было готово
сражаться, действовать.
А книги! Она переварила грамматику высокого лиадийского, а потом быстро
проглотила подряд небольшую книжку стихов какой-то Джоанны Уилчекет, довольно
длинный том, объяснявший сложности командной игры под названием бокдингл (она
решила, что это больше похоже на ожесточенный бой, чем на игру), а потом
познакомилась с тем, как правильно установить время создания квонтиквийской резьбы
по дереву. Закончила она историей некой планеты Труанна, которая самоуничтожилась
еще в 250 году по стандартному календарю.
Она провела целый период отдыха, читая словарь земного и изумляясь всем тем
словам, которых никогда не слышала - а ведь это был ее родной язык! Целый час был
посвящен приключенческому роману древнего земного писателя. Когда она его
дочитывала, у нее от смеха болел живот - но она стала искать на полках другие такие же.
Проходя по кораблю, она заметила, что странные эффекты работы двигателя гораздо
менее заметны на корме, где находились трюмы. И библиотека тоже была более или
менее терпимой - когда она приспособилась. Хуже всего положение дел было на мостике.
Она пообещала себе рассказать об этом Вал Кону.
Труды корабля закончились - а потом начались снова. К концу третьего дня Мири
забеспокоилась: вместо книги на экране считывающего устройства ей мерещился Вал
Кон, лежащий неподвижно. Но потом она мельком увидела, что он очень усердно
занимается знакомыми ей упражнениями.
С облегчением решив, что ничего страшного не происходит, она продолжила путь к
бассейну.
Корабль отключился на отдых - и Мири проснулась. Потянувшись, она поняла, что
разбудило ее не это, а свежий запах завтрака, повисший в воздухе, аромат, дразняще
похожий на кофе и... Кофе?
Она села на карнизе - спать в библиотеке стало ее привычкой: было слишком грустно
укладываться в одиночестве на огромную черепашью кровать. Заплетая волосы в
свободную косу, она прислушалась к собственному обонянию.
Все-таки это был кофе, решила она и отправилась на разведку.
Вал Кон сидел, скрестив ноги, у походной печки в центре широкого коридора и
наблюдал за входом в библиотеку. На левой горелке были мясо и оладьи, а на второй
дымился керамический кофейник с темным густым кофе.
- Доброе утро, шатрез.
- Утро, - ответила она, глядя на него от двери.
- Надеюсь, ты со мной позавтракаешь?
Он махнул рукой в сторону приготовленной походной посуды: тарелок, чашек,
бумажных салфеток и одноразовых приборов.
- Это настоящий кофе? - спросила она, подходя ближе.
- Это тебе судить, друг мой. На пачке было написано что-то вроде "Настоящий
бразильский, качество гарантировано".
Она расплылась в улыбке и пододвинула ему чашку:
- Наливай, черт подери!
- Есть, сержант, - пробормотал он, указывая на коврик, который он для нее расстелил.
Она села, подобрав под себя ноги, и всмотрелась в его лицо. Он повернулся, протягивая
ей чашку, и иронически приподнял бровь.
- Что-то не так, Мири Робертсон?
Она взяла чашку. Боги, как же хорошо пахнет настоящий кофе!
- Ты кажешься... другим, - сказала она ему.
- А! - Он опустил плечи движением, которое она так толком и не понимала. - Прошу
прощения.
- А не за что.
Она сделала глоток и закрыла глаза, чтобы насладиться вкусом и выгадать время.
Другим, определенно. Живым? Глаза у него стали ярко-зелеными, а лицо - менее
изможденным, менее... закрытым.
Она открыла глаза, поймала на себе его взгляд и улыбнулась. Да. Казалось, будто
теперь силы наполняют его радостью, а не гонят за пределы выносливости.
- Где ты нашел все это добро? - спросила она, указывая на завтрак, стоящий на плитке.
- Кажется, мы решили, что кофе на корабле нет.
- Я... плохо соображал, - объяснил он, - когда искал в прошлый раз. Точильщик всегда
все делает основательно, так что я стал искать походные наборы. Он видел, как я ими
пользуюсь, когда жил с Кланом.
Он ухмыльнулся.
- Во втором трюме оказался примерно восьмилетний запас походных наборов. Земных
наборов, так что казалось логичным предположить, что в них окажется кофе.
Мири изумленно уставилась на него.
- Плохо соображал? Хотела бы я знать почему! У тебя ведь в тот момент других забот
не было!
Он рассмеялся и перевернул мясо и лепешки. Она сделала еще глоток кофе.
- Вал Кон?
- Да?
Она чуть нахмурилась, наблюдая за выражением его лица.
- Как ты, мой друг?
- Я... в порядке. Не в идеальном порядке. И даже не в полном порядке. Была...
значительная травма, и почти не было ухода. Считалось, что я настолько долго не
проживу. - Он покачал головой. - Мне придется немало потрудиться, чтобы все зажило
как следует.
Она немного помялась.
- Мне... нужно было убедиться, что у тебя все нормально, и я... подглядывала за тобой.
Эти медленные штуки, которые ты делал, - они для того, чтобы... все зажило как следует?
Вал Кон кивнул.
- Это называется Л-апелека. Система, принятая в Стае. Это... - Он замолчал,
полузакрыв глаза, и потом тихо засмеялся и развел руками, повернув ладони вверх. -
Самое лучшее, что я могу сказать на земном, - что это способ... подтвердить себя. Или
порадоваться правильному образу мыслей.
- О!
Мири заморгала.
Вал Кон рассмеялся во весь голос.
- Прости, шатрез, но на земном лучше не скажешь. Я прекрасно знаю, что такое Лапелека,
и уверен, что смог бы это тебе объяснить, но ты должна сказать, какой язык
хочешь выучить первым: низкий лиадийский или язык Стаи?
Она рассмеялась, но очень быстро посерьезнела.
- А Контур?
- Существует. - Он пристально посмотрел на нее. - Контуры - это инструменты, Мири.
Они не требуют какого-то образа действий, только поясняют его.
Она отпила кофе.
- Но ты - не инструмент.
Его лицо на секунду заледенело.
- Думаю, нет.
Он занялся сковородой, а она стала смотреть на него.
Как странно! Мири заметила, что ей стало тепло, хотя до того не было холодно. А еще
он будто утешил ее. Может быть, раньше ей было грустно, только она сама этого не
замечала?
Вал Кон разделил содержимое сковороды поровну на две тарелки.
Мири решила, что он действительно хорошо выглядит. Уверен именно в себе, а не в
том, что он способен сделать.
Придвигая ей тарелку, Вал Кон вопросительно взглянул на чашку.
- Еще кофе, шатрез? Обидно, если пропадет то, что в кофейнике.
- Такого не будет! - Она со смехом подставила ему чашку. - Спасибо, напарник.
- Вот как? - Он заинтересованно посмотрел на нее и взял свою тарелку. - А я уже
боялся, что не так задал вопрос. - Он помолчал, глядя, как она принимается за завтрак, и
тихо спросил: - А второй?
Она недоуменно нахмурилась:
- Что второй?
- Значит, вот этот вопрос действительно был задан не так, - пробормотал он,
обращаясь, похоже, к самому себе, и, взяв вилку, начал есть.
Мири покачала головой и продолжала завтракать, наслаждаясь вкусом, ароматами и
безмолвным товариществом.
Вал Кон ел свою порцию с аппетитом, глядя на Мири. Было заметно, что она
отдохнула: исчезли морщинки усталости, не покидавшие ее лица с момента их первой
встречи. И казалось, она стала держаться более непринужденно, словно тоже определила,
кто она. И взгляд ее, когда она на него смотрела, не был настороженным. Он радостно
принял этот кусочек тепла - и осмелился надеяться.
Через несколько минут он отставил тарелку и откинулся назад, чтобы смотреть, как
она сидит, привалившись спиной к стене и обхватив ладонями чашку.
- Завтрак был вкусный. - Она улыбнулась ему. - Спасибо.
- На здоровье, - ответил он. - Мири?
- Угу?
Он переменил позу и заставил себя смотреть ей прямо в глаза.
- Только если этого хочешь ты, Мири...
Она поставила чашку и посмотрела на него с полным вниманием.
- Говори.
- Я был бы очень рад, - проговорил он, тщательно выбирая каждое слово, - если бы...
факт... нашего брака остался в силе.
Она моргнула. Потом моргнула еще раз и отвела взгляд, опустив голову и протянув
руку за чашкой. Вал Кон затаил дыхание.
- У тебя ведь есть родные, семья? - спросила она, не поднимая головы. - Они, должно
быть, не... слишком обрадовались бы... если бы ты женился на ком-то, кто... на такой, как
я. Особенно когда ты не... - Она с трудом сглотнула. - Напарники бывают любовниками -
иногда.
Он медленно выдохнул.
- На это, - негромко сказал он, - можно дать несколько ответов. Первый - это что право
выбрать себе жену принадлежит мне, а не Клану. - Он помолчал, а потом решился
добавить: - А я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Ее плечи вздрогнули, но она не подняла взгляда. Подождав секунду, он продолжил:
- Маловероятно, чтобы я вернулся на Лиад, шатрез.
Тут она посмотрела на него, и ее взгляд был полон теплого сочувствия:
- Тебе жаль?
- Жаль, - признался он. - Но я уверен, что умереть мне было бы гораздо жальче. - Он
улыбнулся. - Пойми: я предлагаю тебе не слишком выгодную сделку: худой коротышка,
единственные деньги которого - это те, что у него в кошеле, и который может
похвастаться только тем, что немного играет на омнихоре...
- Так много? - ухмыльнулась она. - Худой коротышка?
- Так меня описали твоей подруге Лиз...
Она рассмеялась, одним глотком допив кофе. Вал Кон ухмыльнулся.
- Точильщик - парень честный?
- Честнее не бывает.
- И... наш брак... признается законами и так далее?
Он обдумал ее вопрос.
- Думаю, да. Должность, которую занимает Точильщик - Т"карэ - это нечто среднее
между отцом, капитаном, капелланом и мэром. Если мы заключили брак по обычаю - и,
если хочешь, стали напарниками - и это удостоверяется и подтверждается Стаей, то мало
кто осмелится подвергать это сомнениям. Стая, как слон из притчи, ничего не забывает. И
все помнит правильно. Если ты согласна - если ты действительно этого хочешь, - то это
сделано.
Она глубоко вздохнула.
- Это на самом деле? - тихо спросила она. - Ты это делаешь не потому, что так...
удобно?
Он резко вскинул голову - а потом виновато улыбнулся.
- Для Логова Копьеделов Клана Средней Реки это факт. И это - то, чего я хочу
полностью: чтобы ты была моим напарником, чтобы мы стали спутниками на всю жизнь.
Мири взяла чашку - и обнаружила, что она пуста.
- Больше кофе нет?
- Если хочешь, я могу заварить еще.
- Но?..
- Но я предпочел бы наполнить чашку вином, которое бы мы выпили вместе.
Она передвинулась на каменном полу, так чтобы оказаться рядом с ним.
- У тебя есть вино?
- Оно здесь, - ответил Вал Кон. - Но должен предупредить тебя, что это - зеленое
ногалинское. Большая бутылка.
Ее брови взлетели вверх.
- Это же, кажется, сильнейшее средство для возбуждения страсти? И запрещено
примерно на трех четвертях планет?
- Совершенно верно.
Мири покачала головой.
- А я-то считала, что Точильщик - существо невинное! - Она помолчала. - Муж?
"Благодарение богам!" - подумал он.
- Да, жена моя?
- Пожалуйста, открой бутылку.
Он улыбнулся и придвинулся к ней.
- Минутку...
Мири вскочила и вытащила пистолет при первом же вопле сирены. Вал Кон был уже в
дальнем конце коридора. Мелькающие полосы света отбрасывали от него на каменные
стены странные тени.
- На мостик - быстрее!
Они побежали.
- Что это? - спросила она, тормозя у самой двери.
- Сигнал бедствия. - Он уже сидел за пультом, стремительно работая руками, повернув
голову к навигационному комплексу. - Но я не вижу... А!
Он усилил увеличение, и Мири тоже это увидела: дрейфующую массу, которая могла
быть только кораблем. Не отрывая от него взгляда, она вернула пистолет в кобуру и
медленно направилась к пульту.
Вал Кон передвинул руку и начал говорить на торговом, медленно и раздельно.
- Говорит командор-разведчик Вал Кон йос-Фелиум с корабля Стаи, находящегося на
касательной орбите. Мы слышим ваш сигнал бедствия и попытаемся провести
спасательную операцию. Просим дать сведения о повреждениях и экипаже.
Он прикоснулся к розовому диску и прислушался. Мири встала у него за спиной.
- На корабль с этой дурацкой тягой можно брать только черепах! Обыкновенные люди
с ума сойдут!
Он покачал головой, не отрывая взгляда от навигационного комплекса.
- А разве это не лучше, чем умереть?
Она положила руки ему на плечи, глядя на изображение дрейфующего корабля.
- И почему на все трудные вопросы должна отвечать я?
Сразу после выхода в нормальное пространство корабельный комм принял
одновременно два сигнала: пронзительный вой сигнала бедствия и ясный размеренный
голос, объявивший имя, местоположение и намерение оказать помощь.
Тансер вскочил с кресла, выругав пилота.
- Дай-ка увеличение! Откуда они тут... Вон они где!
Слева по борту, над кораблем икстранцев и жертвой аварии плыл астероид средних
размеров. Выполняя приказ, пилот прибавил увеличение, а потом подумал и дал
максимальное.
Несомненно: от крупной скалы отделился камень поменьше и полетел в сторону
терпящего бедствие корабля, словно выпущенный из пращи.
Тансер ухмыльнулся.
- Спрячь нас! - приказал он.
- Чего?
- Спрячь нас! И быстрее, идиот! Ты знаешь, что на этой штуке?
Пилот быстро работал с пультом, спешно направляя корабль к скоплению
космического мусора.
- Нет. А что?
- Те ребята, которых ищет Хостро!
- Откуда вы знаете? - проворчал пилот, обливаясь потом. Он сравнял скорость корабля
со скоростью обломков и медленно вплыл между ними.
- Это же корабль Стаи? - спросил Тансер исключительно для того, чтобы растянуть
демонстрацию своей гениальности.
- Ага, - признал пилот.
- Дальше: "командор-разведчик Вал Кон йос-Фелиум" не очень похоже на имя
черепахи. Готов поставить десять против одного, что на этом камушке окажется
маленькая девочка и ее дружок. И какие милые люди: летят помочь попавшим в беду.
Он откинулся на спинку кресла и довольно вздохнул.
- Так что будем делать, Борг? - спросил пилот, почувствовав, что от него ждут такого
вопроса.
- Будем ждать, пока они высадятся на разбитый корабль, а потом возьмем их. - Тансер
снова вздохнул и позволил себе широко улыбнуться. - Поймаем, как крыс, Томми. Это
будет так легко, что даже почти противно.
Джефферсон с досадой поглядел на комм. Прибор перестал посылать сообщение
пятнадцать минут назад, и при беглом осмотре его внутренностей причин неисправности
обнаружить не удалось. Он захлопнул крышку и пошел к устройству внутренней связи,
чтобы вызвать комм-техника.
Руки у него так дрожали, что правильно набрать номер удалось только со второй
попытки.
Вал Кон уравнял скорости и вращение, пристыковал гондолу к входному люку
потерпевшего крушение корабля и взял пробу воздуха.
Насколько могла судить Мири, датчики показали, что атмосфера внутри второго
корабля нормальна
...Закладка в соц.сетях
