Жанр: Научная фантастика
Эмиссар уходящего сна
...сть, поскольку никто из местных жителей
даже и не помышляет о вызове хотя бы одного из джиннов для состязания. Если
человек не собирается состязаться с джинном, то тот не имеет права го трогать,
не имеет права предлагать ему исполнение ^ланий. Таков их закон. Понимаешь?
- Мне казалось, будто для вызова джинна надо по. тереть старую лампу или открыть
выброшенную морем на берег бутыль, запечатанную колдовским перстнем. Зачем этим
джиннам выполнять желание человека, если он для них ничего не сделал? Для того,
чтобы ему просто напакостить? Какой в этом смысл?
- Они ученики, - объяснил Майло. - Они должны учиться, а для учебы важны
тренировки. Просто необходимы. В общем, тренируются. Только не в нашем мире,
Сюда они раз в год заявляются совершенно напрасно.
- Кто знает? Кто знает? - послышался у меня за спиной незнакомый голос.
Майло издал странный звук, словно подавившись куском хлеба, а я, вдруг осознав,
кому этот голос почти наверняка принадлежит, почувствовал, как у меня по спине
побежала струйка холодного пота.
Надо же...
И если вспомнить древний, затасканный анекдот о золотой рыбке, а также мужчине,
рассказавшем ей о своих трех желаниях и в результате оказавшемся неким предметом
в женском туалете.
Чем джинн отличается от золотой рыбки?
Я поспешно сделал шаг в сторону и повернулся к окну.
Выглядел джинн-ученик неплохо. Внутри у него, похоже, бушевало пламя, и стоило
ему улыбнуться, как его рот стал смахивать на паровозную топку. Острые,
белоснежные зубы на огненном фоне выглядели очень эффектно. А вот одет он был
более чем скромно. Во все темное, неброское. Даже маленькая остроконечная
шапочка на голове была одноцветная, коричневая. Если бы он еще не парил в
воздухе, и не будь у него этой улыбки...
- Сыграем? - предложил джинн.
Создание, напоминающее краба, опрометью бросилось в отделение погонщика. Майло
осторожно, по стеночке, стал продвигаться в том же направлении.
Значит, расхлебывать эту кашу придется все-таки мне.
Я еще раз взглянул на своего помощника. У того на лице был написан ужас, и
конечно, рассчитывать на него не имело смысла.
А как же погонщик?
Полог в его отделение был неподвижен. Неужели он не попытается выяснить, что так
напугало его краба? Нет? Ну хорошо же...
- Опять влип, - сделала вывод анимэшка. - Причем гораздо серьезнее, чем у
кичевников. У тебя это дар такой, да?
Вот чего мне не хотелось, это ставить джинна в известность, что у меня есть
невидимый помощник. Конечно, на ее помощь вряд ли придется рассчитывать, но на
всякий случай... В общем, я ответил ей всего лишь мрачным взглядом.
И сейчас же получил:
- Что, небось опять рассчитываешь получить от меня по голове? Не дождешься.
Выпутывайся сам. Я верю, у тебя это получится.
И она исчезла.
Женщина. Даже получив имя Острый Меч, увешавшись оружием и научившись правильно
бить по голове, - все равно женщина. Со всеми присущими им штучками-Дрючками.
- Условия у меня просто царские, - продолжал искушать джинн. - И учти, тянуть
время бессмысленно.
Вероятно, он даже прав. Только я не тянул время зря. Я думал, лихорадочно
пытался прикинуть, каким образом можно объегорить своего противника.
Не хотелось мне играть во все эти дурацкие игры очень не хотелось. Учитывая, чем
они для меня могли закончиться. А вот увернуться... Может, удастся?
- С чего это ты решил, будто я собираюсь с тобой играть в дурацкую игру в
желания? - поинтересовался я. - Вот еще... Перетопчешься.
- Грубишь? - ухмыльнулся огненным ртом джинн. - Это от страха, да?
Ах вот как...
- "На слабо" меня ловить бесполезно, - предупредил я. - Летел бы ты, парень,
своей дорогой. Не буду я тебе загадывать желания. Просто не буду. И что тогда ты
сделаешь?
- Что сделаю?
Джинн неторопливо влетел в кабину. Сделал он это весьма забавно. Я мог бы
поклясться, что на какой-то момент он стал плоским, словно бумажный лист. Или
мне это только показалось?
Оказавшись внутри, джинн даже и не подумал опуститься на пол. Так и висел в
воздухе, скрестив ноги, словно устроившись на невидимом коврике.
- Думаешь, я не смогу тебя заставить загадывать желания? - спросил он.
- Каким образом? - поинтересовался я. - Мне кажется, у тебя ничего не выйдет.
Так что, советую не терять зря время. Топай-топай отсюда!
Майло снова издал тот же странный звук и попытался спрятаться за полог. Не тутто
было. Из-за него высунулась рука погонщика и толкнула его в грудь. Мой
помощник шлепнулся было на задницу, но тут же, вскочив, метнулся в
противоположную сторону, в багажное отделение. Где и спрятался.
Я покачал головой.
Какая прыткость! У этого парня, как я погляжу, просто недюжинные таланты и их
надо использовать. В подходящем случае. Если я умудрюсь выбраться из этой
истории с джинном в целости и сохранности.
Джинн... Он, конечно, наглец, но и я тоже не сахар. И в этом он сейчас убедится.
- А ты наглец, - сообщил охотник за желаниями. - Люблю наглецов. Я сам такой.
- Насчет меня ты ошибся. И наглецов я не люблю. Но отпор им готов дать в любой
момент. Короче, за мной не заржавеет.
Я попытался устроить соревнование в "гляделки", но противник не принял моего
вызова. Поспешно отведя взгляд в сторону, он тихо хихикнул и вкрадчиво сказал:
- Мне кажется, ты не совсем осознаешь свое положение. Нет?
- Его не назовешь хорошим?
- Я бы не рискнул.
- И чем оно так ужасно?
- Тебе все равно придется загадывать желание. Если я обратил на тебя внимание,
если уже оказался здесь, то это неизбежно, как... как смерть сбежавшего жениха,
которого все-таки поймала вооруженная ножом брошенная невеста.
Ну, эти штуки мы знаем. Интересно, играют ли джинны в преферанс? У меня был
знакомый преферансист. Так вот, он обладал точно такими же повадками.
- А ты, значит, могуч? - поинтересовался я.
- Точно.
- Хм... мне так не кажется.
- Зря.
- И что ты сделаешь? - поинтересовался я. - Ну не хочется мне с тобой играть.
Так до скончания века и будешь крутиться вокруг меня, канюча, чтобы я
смилостивился и все-таки загадал так необходимое тебе дурацкое желание?
- Зачем? - послышалось в ответ. - Это вовсе не обязательно. Хотя при желании я
мог бы устроить и такое соревнование, попытаться узнать, у кого терпения больше.
Но сейчас у меня мало времени, и я поступлю гораздо проще.
- Каким образом?
- Если ты помнишь, я оказался здесь, поскольку уловил твое желание... если
хочешь - твой интерес к своей персоне. Кто мешает мне таким же образом выудить
из тебя желание? Думаешь, не смогу?
Я мрачно хмыкнул.
Вот и все. Тут меня противник, кажется, сделал. Уложил на обе лопатки по всем
правилам. Неужели может?
- Могу, могу, - заверил меня джинн. - И в преферанс мы не играем. Зачем? У нас
есть игры поинтереснее. Игры с людьми.
Он снова улыбнулся. Мне его улыбка напомнила о воротах в ад. И вообще, пора было
выбрасывать белый флаг. Я не просто был разбит по всем фронтам. Меня уничтожили,
одним мощным ударом накрыли все войска. О каком сопротивлении может быть речь,
если враг читает твои мысли? Остается только сдаться на его милость? Не
хочется...
- А надо, - сообщил джинн. - Если ты вот сейчас не выскажешь мне свое желание,
то я возьму из твоей головы первое же попавшееся, любое, каким бы нелепым оно ни
было. Причем это желание будет мной еще и трансформировано. Представляешь, что
получится? Короче, давай высказывай лучше желание сам. Иначе худо будет.
Тут он был прав.
Ничего не оставалось, как высказать желание самому. По крайней мере я смогу
попытаться отделаться, так сказать, "малой кровью".
Желание...
Да не было у меня сейчас никаких желаний, кроме одного: избавиться от джинна.
Вот прямо сейчас.
- Не пойдет, - сейчас же послышалось со стороны моего мучителя. - Желания, хоть
как-то касающиеся джинна, не принимаются. Таковы правила.
- Правила? - встрепенулся я, - Какие правила?
- Согласно которым надо загадывать желания, для того чтобы в точности получить
желаемое.
- И ты их мне можешь сообщить?
- Могу. Их более десяти тысяч. Сомневаюсь, что твоей жизни хватит, для того
чтобы их изучить. А ведь есть еще исключения из правил. И исключения из
исключений. И самые главные исключения, определяющие сам процесс. А еще...
- Я понял, - сказал я. - Тут все понятно.
- Весьма рад. Ну так как - желание? Загадываешь?
- Еще немного времени, - сказал я. - Даже приговоренному к казни дают время для
последней молитвы. И ужин. И красавицу, если у него есть такое желание.
- Ты хочешь красавицу? - спросил джинн.
- Пока я хочу подумать, - сообщил я. - Хотя бы двадцать минут.
- Десять, - сейчас же сообщил джинн.
- Почему?
- Потому что просил двадцать. Будешь спорить, получишь пять.
Это было несправедливо. Впрочем, мир по своей природе несправедлив. Так что
теперь - не жить?
Хорошо же, подумал я, чувствуя, как меня совершенно неожиданно затопляет волна
гнева. Враг торжествует? А не рано ли? Из любого положения должен быть выход.
Есть и из этого. Надо только хорошенько подумать.
- Думай, шевели извилиной! Ты умный. Ты сможешь.
Ну вот, у меня, кажется, появились болельщики.
Я взглянул на анимэшку и не удержался, представил, как бы на ней выглядел шарф с
моим именем. Неплохо, совсем неплохо. Особенно к встревоженному лицу...
Кстати, джинн ее похоже видел. Значит, она даже не озаботилась тем, чтобы
сделаться для него невидимой. И совершенно правильно. Все равно он узнает о ее
существовании, прочитает у меня в голове...
- Советую снова вернуться к раздумьям о желании, - проскрипел джинн.
- Не твое дело, - огрызнулся я. - У меня есть десять минут и я имею право...
- Уже меньше десяти.
В общем, да. И действительно, лучше вернуться к мыслям о желании.
Я потер виски.
Ну, думай голова, красивую шапку куплю.
Итак, что мы имеем? Я должен придумать желание, такое, которое джинн не сможет
переиначить мне во вред. Гилнос с ним, с выигрышем. Мне бы сейчас не проиграть
что-нибудь ценное, вроде своей жизни, или там не превратиться в некий предмет в
женском туалете.
Итак...
Как можно одолеть противника, в полном смысле читающего у тебя в голове, как в
открытой книге? Как можно обмануть того, кто видит все твои самые хитрые
расчеты?
Ответ был один - невозможно. Значит, остается только действовать, ничего не
рассчитывая, наобум? Выпалить первое пришедшее в голову? Нет, тоже не вариант.
Джинна это более чем устроит. Тут он развернется вовсю. Что же делать?
Я почувствовал, как ко мне возвращается надежда. А если оттеснить его на
совершенно незнакомую для него территорию? Причем она должна быть незнакомой не
только для него, но и для меня. Желание должно быть из области, о которой я имею
самое смутное представление. И - джинн. Чему не учат в их школе? Психологии? Вот
это они должны изучать досконально. Медицине? Обязательно. Вдруг кто-то пожелает
излечить от болезни? Истории? Возможно. Да и как что-то можно изменить в
прошлом? Что еще?
- Твое время истекает, - напомнил джинн. Мне показалось, что в его голосе
появились встревоженные нотки.
- У меня есть еще несколько минут, - отрезал я. - Но они... - Не мешай мне
думать. -О! Я криво ухмыльнулся. Похоже, я на верном пути. Ну, так в каком
знании слаб не только я, но и он? В математике?
Гм...
- Давай разойдемся по-хорошему? - предложил джинн.
- Разойдемся? Ну уж нет. Ты обязан выполнить мое желание. Так что, будь готов.
Через минуту я тебе его сообщу.
Я прекрасно понимал, что меня уже занесло, и я теперь напоминаю машину с
отказавшими тормозами, несущуюся навстречу колонне занявших всю дорогу тяжелых
грузовиков. Но я в самом деле уже не мог остановиться.
Мне оставалось всего лишь придумать термин, имеющий отношение к математике,
термин о котором я не знал толком ничего, само название которого не сулит мне
больших неприятностей.
Итак...
Я улыбнулся.
Такой термин был. И кстати, времени придумывать другой уже не было. Значит...
- Нет, - вдруг севшим голосом сказал джинн. - Ты понимаешь, что я могу не сдать
зачет?
- Понимаю, - ласковым голосом сказал я. - Еще как понимаю. Ну так как, будешь
выполнять?
Джинн тяжело вздохнул.
- Сформулируй вслух.
- Хорошо. Сейчас это будет сделано.
Мне вдруг вспомнились школьные уроки, учительница математики, здорово
смахивающая на биоробота, ее визгливый, словно старая пила, голос. Думал ли я,
что мне когда-нибудь пригодится незнание математики?
- Жду, - напомнил джинн.
Я отчеканил:
- Желаю, чтобы мне, способом, никак не затрагивающим меня или мое тело,
продемонстрировали пример действия "золотого сечения".
- Все? - спросил джинн.
- Угу.
- Вот и отлично. Желание принято. - Джинн ехидно улыбнулся. - Многого, конечно,
из него я выжать не смогу. Но тем не менее хотя бы трансформировать, должным
образом исказить...
Он замолчал. Может быть, задумался, а может, держал паузу. Определить это было
невозможно, поскольку я-то его мысли читать не мог. Да и не собирался я ничем
подобным заниматься. Меня сейчас занимало другое.
Я вслушивался в медленно, но верно растущее у меня внутри чувство паники.
Какого праха я не воспользовался возможностью вывернуться из этого дела? Почему
я не принял предложенную джинном ничью? Упустил свой шанс на спасение. А ведь он
был... Упустил. И сейчас эта летающая паровозная топка мне врежет по самую
катушку. Мало не покажется. Вот сейчас...
- ...а потом преобразовать искаженное представление в реальную форму и сделать
так, чтобы последствия этого искажения достались загадавшему задание... Я думаю,
мне это удастся. Правда, я нашел для задания лишь одно решение, и оно мне лично
не совсем нравится. Но выхода нет. Приступаю!
Я почувствовал, что у меня из горла вырвался тот самый звук, который издал
Майло, увидев джинна. И теперь я совершенно точно знал, что подобные звуки
Рождает лишь ощущение настоящего, неподдельного Ужаса.
И тут джинн взмахнул руками.
После этого передо мной появился внушительных размеров золотой брусок и большая
секира с очень острым, зеленоватого цвета лезвием, стала сечь его на мелкие
кусочки.
13
Утро. Настоящая, выложенная брусчаткой мостовая и идущая по ней куда-то вдаль
стройная девица в цветастом платье. Слышны мерные удары, и будь я проклят, если
это не часы, наподобие установленных на Спасской башне. Вот они затихли, и из
ближайшего переулка донесся истошный вопль: "Грабють! Убивают!" Топот
звероподобного стража с огромной дубинкой в лапах. Причем топает он, что
удивительно, на крик, а не от него. И тут же вслед за этим, с другой стороны,
пронзительным фальцетом: "Жареные мясные пиявки! Сладкие, покрытые аппетитной
корочкой! Вкусные рыбка-сушки!"
Короче, столица, со всеми полагающимися ей по статусу бонусами. А руки мне
оттягивает торба, одолженная у погонщика и набитая доверху кусочками золота.
Просто идеальный вариант, для того чтобы слегка повеселиться. Но нельзя. Первым
делом - самолеты...
Погонщик пожелал нам великой удачи. Мы выгрузились из кабинки и под мерный топот
удаляющегося динозавра стали оглядываться.
- А ты вообще-то раньше был в столице? - спросил я у Майло.
- Шутишь? - ухмыльнулся тот. - Да здесь мой дом родной.
Я тоже позволил себе ухмыльнуться. Приятная новость. Если он, конечно, не врет.
Впрочем, вот это выяснится быстро.
- Ну, если здесь тебе дом родной, то скажи-ка мне, есть ли у вас банки?
- Те, в которых хранят деньги?
- Да. Они самые.
- Есть, конечно. Это же столица.
- А как она называется?
Майло развел руками и улыбнулся.
- Столица. Просто - Столица.
- Ну да, конечно. Как иначе? А эти банки надежные? В смысле у их владельцев нет
привычки смываться, не забыв прихватить содержимое своих сейфов?
- Пока ни о чем подобном не было слышно.
- Просто замечательно, - от всей души сказал я.
- И значит...
- Да, да, все верно. Первым делом я должен пойти в ближайший банк и положить на
свое имя это золото. Часть его я обращу в наличность. Она нам понадобится.
- Для чего? - спросил Майло.
- Для чего?
Я окинул его испытующим взглядом.
А что, кстати, странного в этом вопросе? Неужели, оказавшись на месте Майло, я
упустил бы из виду некоторые мелочи, наводящие на размышления?
- Для начала идем в банк, - приказал я. - В ближайший. Потом будут ответы на
вопросы.
- Хорошо. Идем.
И мы отправились в ближайший банк, в котором я хорошенько загрузил один из его
сейфов. Часть золота я превратил в бумажные ассигнации и плотно набил ими
карманы. После чего хозяин банка, беспрестанно кланяясь, проводил нас до дверей.
Делал он это настолько подобострастно, что, оказавшись на улице, я облегченно
вздохнул.
- А здорово, - сказал Майло, когда мы двинулись в сторону ближайшей закусочной.
- Иметь такие деньги... Получив их, я бы купил себе небольшой домик, завел
хозяйство...
Я улыбнулся.
Люди неизменны. Маленький домик под черепичной крышей - мечта любого
авантюриста. Несбыточная чаще всего, поскольку бродягами и авантюристами
становятся не от недостатка денег, а в силу характера. При удаче можно раздобыть
достаточное количество денег, но как поменять характер?
- Кто тебе мешал? - подначил я своего сопровождающего. - Надо было вступить в
состязание с джинном. Э?..
- Ну, нет, - обиженным тоном сказал Майло. - Вот это - ни при каких условиях.
Вижу, ты не понял, что тебе просто чудовищно повезло. Небывало. И не советую
пытать удачу снова. Обязательно проиграешь.
Я подумал, что он скорее всего прав. Да и не потребуется мне более повторять
этот эксперимент. Вот выполню задание, отчитаюсь перед касиком и вернусь в свой
мир. А золото и деньги с собой прихватить не удастся. Как я сумел протащить ту
монету, до сих пор в голове не укладывается.
Мы были уже шагах в двадцати от какой-то едальни, когда передо мной возникла
анимэшка.
- Что дальше? - требовательно спросила она. - Не пора ли приниматься за дело?
- Пора, пора, - пробормотал я. - Вот перекусим...
- Учти, я за тобой наблюдаю. И если ты...
- Учту, - пробормотал я.
Потому как Майло вертел головой из стороны в сторону, можно было заключить, что
моя надзирательница все еще остается для него невидимой. Наверняка и неслышимой.
Молодец, девочка. Осторожность - великая вещь.
Анимэшка исчезла, а мы, дотопав до едальни, оказавшейся почти пустой, устроились
за самым дальним от стойки столиком. Не хотелось мне, чтобы возвышавшийся за ней
хозяин был в курсе всех наших дел. Майло, видимо, об этом догадывался и молчал,
словно в рот воды набрал.
Мы уселись. Хозяин выбрался из-за стойки, с достоинством прошествовал к нам и,
разузнав, что именно мы будем есть, а также пить, ушел обратно. Заказ принес уже
не он, а тоненькая девушка, почти девочка, в цветастом передничке. И один этот
передничек повысил мое мнение о едальне на уровень. Он был чистым.
Девушка уставила наш столик тарелками, водрузила на него глиняный кувшин, два
кубка и удалилась.
Есть хотелось немилосердно, и прежде чем приступить к разговорам, надо было
хорошенько набить желудки. В кувшине оказалось нечто кисленькое, приятное,
утоляющее жажду.
- Эюпсный сок, - объяснил Майло.
Я понимающе кивнул.
Ну, эюпсный так эюпсный. Главное - пить можно.
Наконец тарелки были очищены от еды, а мы, почувствовав тяжесть в желудке,
откинулись на спинки стульев. Оставалось еще немного эюпсного сока, а если он
кончится, то можно было заказать еще, и было время Для того, чтобы обдумать
дальнейшие действия.
Действия... Хм...
Вот сейчас у меня есть деньги, и это немало. А дальше-то что? Собственно, какая
мне во всей этой истории отведена роль? Что я должен сделать? Создать уходящему
сну надлежащий пиар? Каким образом? Нацепить на каждого ручного динозавра плакат
с призывами его посетить? Подкупить парочку магов и поручить им написать на
ночном небе огненными буквами соответствующие призывы?
Я вздохнул и взглянул на Майло.
Тот как раз в этот момент вытащил из кармана коричневую палочку размером с
карандаш, поджег один ее конец и с блаженным выражением на лице принялся нюхать
исходящий от нее дым.
Помощник...
Куда ни кинь, все равно получается, без его содействия не обойдешься. Значит,
придется посвятить его в суть дела. Ну, хотя бы частично.
- А где тут можно остановиться? - спросил я. - Какие-нибудь гостиницы здесь
есть?
- Еще бы, - ответил Майло. - В каждом городе, и не одна. Ночи, они бывают не
только безопасные, а как раз и наоборот. Чего стоит ночь белых всадников или
ночь красных дьяволов?
- И гостиницы?
- Ну да. Они построены так, что в них любой желающий может переждать даже самую
опасную ночь. Денег на защитные заклинания и охрану их владельцы не жалеют. И
правильно делают. В опасные ночи плата за комнату в хорошо защищенной гостинице
может возрасти раз в десять. Запросто.
Я кивнул.
Ну, это понятно.
- А следующая ночь?
- Тоже неопасная. Ночь лунных слез. Вот дальше будет ночь детских
воспоминаний...
- Опасная? Что может быть опасного в детских воспоминаниях?
- У кого как. У некоторых было такое детство, что не приведи господь. У тебя
есть желание познакомиться поближе с такими детскими воспоминаниями? Пьяные
родители, избивающие своих крошек, отморозки-приятели, страшилки, прячущиеся по
углам тени, способные превратиться в реальных монстров... ну и прочее, прочее.
Очень неприятная ночь. Неожиданная. Не знаешь, на кого нарвешься.
Возможно, он был прав. Особенно если вспомнить кое-какие эпизоды из своего
детства.
- А предстоящая ночь, значит, спокойная?
- Так и есть. Ее можно переждать где угодно. Вот неподалеку есть "Три
поросенка". Комфортно и недорого.
- Значит, идем туда. Я сниму комнату на двоих, и там мы устроим совет.
- Совет?
- Именно. Прежде чем приступать к каким-то действиям, надлежит устраивать
советы. И ты примешь в нем участие. Если, конечно, не надумал уволиться?
- И в мыслях такого не было, - заверил меня Майло.
- Тогда идем. Веди меня в "Три поросенка".
Я расплатился и, оделив чистюлю служанку щедрыми чаевыми, вслед за слугой вышел
на улицу.
Гостиница и в самом деле оказалась рядом. Стены ее были сложены из плоских
камней и, судя по всему, не уступали толщиной крепостным. Окна первого этажа
были узкими и здорово напоминали бойницы, второго - чуть пошире. Все были
снабжены толстыми окованными железом ставнями. Крышу гостиницы покрывали
пластины, здорово смахивающие на чешую, Вот только что за рыба обладала такой
чешуей? Да и рыба ли это была?
Над входом в гостиницу висела слегка обугленная с одного боку вывеска, над
которой красовались три создания, действительно смахивающие на поросят. Перед
одним из них висел свиток бумаги, второй держал в конечностях нечто, смахивающее
на лазерный меч, а третий, находившийся в закопченном углу, блаженно улыбался и
вид у него был слегка поддатый.
- Наверное, о происхождении этой вывески существует какая-то легенда? -
поинтересовался я.
- Существует, - подтвердил Майло. - Но я ее толком не знаю. Может быть, хозяин
гостиницы?
Тут он, похоже, был прав. Однако стоит ли беспокоиться по такому поводу? У меня
и своих-то дел - выше крыши. М-да... выше крыши. Подумать только, суметь в
волшебном мире пропиарить уходящий сон... Ну, старый гриб касик, задал-таки мне
работу.
Миновав тамбур, в котором стоял смахивающий на обезьяну тип, вооруженный ручным
пулеметом, мы оказались в обеденном зале. В данный момент он был почти пуст и
поэтому хозяина гостиницы углядеть было нетрудно. Это оказался мрачного вида
толстяк, в зеленой куртке и надвинутой на самые глаза конической шапке.
К разговорам он явно не был склонен, но, узнав, что я собираюсь снять у него на
несколько дней две комнаты, снизошел до того, что пригласил нас к стойке. Не
забыв получить плату, для начала за три дня, он вручил ключи от номеров и даже
проводил к ним.
Мой номер оказался не очень большой комнатой, в которой стояла кровать. Кроме
нее в номере была пара стульев, стол с гнутыми ножками, явно знававший лучшие
времена, и медный, позеленевший от времени умывальник. На одной из стен была
полочка, на которой лежал жук размером с кулак, привязанный прочной бечевкой к
вбитому к стену гвоздю.
- Каменный светлячок, - объяснил Майло, когда я заинтересовался этим жуком. -
Когда стемнеет, он будет освещать комнату.
Ага, что-то вроде гигантского светлячка. Разумно... весьма...
Оставив жука в покое, я подошел к кровати, стоявшей у окна, и осмотрел белье.
Как ни странно, оно оказалось чистым и даже хорошо поглаженным.
Вообще мир магии опроверг некоторые мои ожидания. Нравы в нем, конечно,
смахивали на средневековые, но вот, судя по хроникам и историческим трудам,
присущего всем этим рыцарям, менестрелям и прочим любителям совершить какойнибудь
никому не нужный подвиг пренебрежения к личной гигиене в нем не
наблюдалось. Большая часть его обитателей ходила не в лохмотьях, а многие, судя
по всему,
Даже чистили зубы.
Я уселся на один из двух стульев, взмахнул рукой, предлагая Майло последовать
моему примеру, и промолвил:
- Поговорим?
- О чем? - усевшись напротив, спросил мой слуга.
- О работе.
- Но я и так на тебя работаю. Ты мой наниматель.
Я честно ввожу тебя в курс дела. Я вздохнул
Да, пора было начинать. Пришла пора выложить по крайней мере часть карт на стол.
Посмотрим, как мой слуга на них отреагирует.
- Анимэшка! - позвал я. Никакого ответа.
- Анимэшка!
Моя надзирательница, похоже, вовсю манкировала своими обязанностями. Вот уж во
что не поверю. Три "ха-ха" - четыре раза.
Однако как ее вызвать, как ее заставить появиться, даже вопреки воле?
Впрочем, долго раздумывать не пришлось. Ответ был очевиден. Скорее всего она не
может не среагировать на свое имя. А его я знал. И если попытаться... - Острый
Меч!
Она появилась. Она была зла, как жених, неудачно попытавшийся удрать от своей
некрасивой невесты и вынужденный под угрозой оружия вернуться к алтарю. Я
мысленно хихикнул.
Вот так-то! Теперь я ее могу вызвать, когда пожелаю. И не является ли это пусть
маленькой, но победой над своим тюремщиком? Является, является... Анимэшка,
видимо, это тоже поняла.
- Что тебе надо? - прошипела она.
До мощи боевого лазера ее взгляд,
...Закладка в соц.сетях
