Жанр: Научная фантастика
Эндер Виггинс 1-7.
... а ведь мы могли соединяться только лишь через
тот образец. Связь очень сильная - та часть образца, которая является
связующим звеном меду нами. Нам казалось, что она усиливается, потому
что мы узнаем тебя лучше. Но, может быть и так, что она усиливалась
из-за того, что рос помост.
- А я считал... Джейн и я всегда считали... будто бы она каким-то
образом появилась в соединениях анзиблей между мирами. Наверное, она
видит себя именно там, в том месте, которое воспринимает как цент
своего... тела, чуть не сказал я.
Мы пытаемся прочувствовать, находится ли там до сих пор помост между
нами. Трудно.
- Это как искать конкретную мышцу, которой пользуешься всю жизнь, но
никогда самостоятельно.
Любопытное сравнение. Мы не видим связи, но нет, сейчас уже видим.
- Сравнение?
Помост. Очень большой. Его образец слишком огромен. Мы уже не сможем
им овладеть. Огромный. Память... очень усложненная. Труднее, чем поиски
тебя в первый раз... очень сложная. Ускользает. Мы уже не можем охватить
ее нашим разумом.
- Джейн, - шепнул Эндер. - Ты стала большой девочкой.
В ответ прозвучал голос Джейн.
- Это нечестно, Эндер. Я не слышу, то она тебе говорит. Только
чувствую твои ускоренные пульс и дыхание.
Джейн. Много раз мы видели это имя в твоих мыслях. Но у помоста не
было лица, он не был личностью.
- Джейн тоже ею не является.
Когда ты думаешь об этом имени, то в твоем разуме мы видим лицо. Мы и
сейчас видим его. Нам казалось, будто это конкретная личность. Но
теперь...
- Она и есть помост. Вы создали ее.
Призвали. Ты создал образец. То, чем является эта Джейн, этот помост,
началось с образца, который мы открыли в тебе и в Игре Фэнтези, так. Но
она представила себя намного большей. Была очень сильной... филотой,
если твое слово это подходящее название... раз ей удалось изменить
собственный образец и до сих пор помнить, кто она такая.
- Вы потянулись через световые годы и нашли меня, поскольку я вас
тоже искал. А потом вы нашли образец и призвали существо из другого
пространства. Она же присвоила образец, овладела им и превратилась в
Джейн. И все это одномоментно. Быстрее скорости света.
Но ведь это не полет, быстрее скорости света. Это воображение и
призыв. Они не могут забрать тебя отсюда и перенести туда.
- Знаю. Знаю. Возможно и не удастся ответить на вопрос, с которым я
сюда пришел. Но у меня имелись другие, для меня столь же важные. Я не
думал, чтобы это как-то было связано с тобой. И на тебе, ты все время
знала ответ. Джейн - реальна, все время живая, и ее сознание находится
не где-то в космосе... оно во мне. Соединено со мной. Ее не убьют, когда
отключат анзибли. Это уже что-то.
Если убьют образец, она может умереть.
- Но они не могут убить всего образца. Понимаешь? Он не зависит от
анзиблей. Он зависит от меня и соединения между мной и компьютером. А
этого соединения они отключить не смогут: между мною и здешними
компьютерами, на месте и в спутниках вокруг Лузитании. Но, вполне
возможно, она даже не нуждается в анзиблях. Ведь тебе же они не
понадобились, чтобы достигнуть меня через нее.
Возможно множество удивительных вещей. Мы не можем их себе
представить. Они кажутся очень глупыми и странными, все эти вещи в твоих
мыслях. Ты нас ужасно мучаешь размышлениями о глупых выдуманных
невозможных вещах.
- В таком случае я уйду. Но все это может помочь. Это уже настоящая
победа, если, благодаря этому, Джейн спасется. Первая победа! Я уж
думал, будто нас ожидают одни поражения.
Попрощавшись с Королевой Улья, Эндер сразу же начал рассказывать
Джейн обо всем, что запомнил из объяснений королевы. Кем была Джейн, и
как была создана.
В то время, как он рассказывал, Джейн тут же анализировала себя в
свете новой информации. Она начала узнавать о себе факты, существования
которых даже и не подозревала. Еще до того, как Эндер вернулся в колонию
людей, она уже проверила большую часть его теорий.
- Я не догадывалась об этом, потому что всегда начинала с ошибочного
предположения, - сказала она. - Я представляла, будто мое ядро находится
где-то в пространстве. Мне следовало догадаться, что я нахожусь в тебе.
Даже когда я злилась на тебя, мне приходилось возвращаться, чтобы
успокоиться.
- А теперь королева улья утверждает, что ты такая большая и сложная.
И она уже не может овладеть собственным разумом твой образец.
- Видимо, я очень быстро росла в период взросления.
- Сходится.
- А что мне было делать, раз люди все время подключали все новые и
новые компьютеры?
- Тут дело не в машинах, Джейн. Это программы. Психика.
- Я должна располагать и физической памятью, чтобы все это размещать.
- Такая память у тебя имеется. Вся штука в том, сможешь ли ты
получить к ней доступ без помощи анзиблей.
- Могу попробовать. Все так, как ты ей говорил: напрячь мышцу, о
которой даже и не знала, что она у меня имеется.
- Или научиться обходиться без нее.
- Погляжу, что можно сделать.
Что можно сделать. В течение всей дороги домой, когда машина летела
над capim, Эндер летел и сам, обрадованный тем, что, в конце концов,
хоть что-то можно будет делать. До сих пор он испытывал только лишь
отчаяние. Но, возвращаясь, он видел сожженный лес, два одиноких
отцовских дерева, покрытых последними листьями, экспериментальную ферму,
новый домик со стерильной камерой, в которой умирал Садовник. И до него
доходило, сколько еще могут они утратить, сколько людей погибнет... хотя
им было уже известно, как спасти Джейн.
День закончился. Хань Фей-цы устал; глаза резало от длительного
чтения. Раз десять уже он настраивал цвета экрана, пытаясь найти
что-нибудь поспокойнее. Ничего не помогало. В последний раз столь
интенсивно он работал во время учебы, но ведь тогда он был молод. И
тогда он всегда достигал каких-то результатов. Я лучше усваивал знания,
быстрее. Достижения были для меня наградой. Теперь же я старый и
медлительный, занимаюсь совершенно новыми для себя областями, и вполне
возможно, что все эти проблемы вообще не имеют решения. Потому-то
никакая награда и не побуждает меня работать. Остается одна лишь
усталость, затекшая шея и опухшие, покрасневшие глаза.
Он глянул на Вань-му, свернувшуюся в клубочек на полу. Девочка очень
старалась, но слишком мало было у нее знаний, чтобы даже понять все те
документы, которые Хань Фей-цы вызывал на экран в поисках каких-либо
теоретических оснований полета со скоростями, быстрее скорости света. И
в конце концов усталость победила волю; девочка решила, что она
совершенно бесполезна, поскольку не понимает даже до того уровня, чтобы
ставить вопросы. А после этого отказалась от дальнейшей борьбы и
заснула.
Но ведь ты вовсе не бесполезна, Си Вань-му. Помощь была даже в твоем
непонимании. Светлый ум, для которого все в новинку. Как будто бы моя
собственная, ушедшая молодость встала рядом.
Такой была и Цзинь-цяо, прежде чем набожность и гордыня отобрали ее у
меня.
Это нечестно. Нельзя осуждать дочь подобным образом. Ведь еще
несколько недель назад он был абсолютно доволен ею. Он гордился ею
безмерно. Сама лучшая, самая способная из богослышащих... исполнение
всех усилий отца и надежд матери.
Именно это его более всего раздражало. Еще недавно он был горд тем,
что сдержал обещание, данное Цзянь-цинь. Нелегко было воспитать дочку
такой набожной, пройти период сомнений и мятежа против богов. Понятное
дело, такие дети были, но их набожность обычно отражалась на
образовании. Хань Фей-цы разрешил Цзинь-цяо учиться всему, а затем столь
умело провел ее к пониманию, что это не противоречило вере в богов.
Теперь же он пожинал то, что засеял. Он дал дочери такой способ
восприятия мира, который столь совершенно поддерживал веру, что теперь
уже ничто не могло переубедить Цзинь-цяо. Даже открытие того, что
"голоса богов" это всего лишь генетические кандалы, в которые их заковал
Конгресс. Если бы Цзянь-цинь была еще жива, Хань Фей-цы пришлось бы
конфликтовать с женой по причине утраты веры. В ее отсутствии он столь
совершенно воспитал дочку, что та восприняла точку зрения матери.
Цзянь-цинь тоже бросила бы меня, размышлял Хань Фей-цы. Даже если бы
я не овдовел, сегодня бы жены у меня не было.
И единственной спутницей жизни стала эта девочка, служанка, попавшая
ко мне в дом в самую пору, чтобы сделаться искрой жизни к старости,
огоньком надежды в моем окутанно мраком сердце.
Не дочь-моего-тела, но, возможно - когда кризис уже закончится -
появится время и возможности сделать Вань-му дочерью-моего-разума. Я
покончил с работой на Конгресс. Может я сделаюсь учителем, с
единственной ученицей - этой вот девочкой? Может я превращу ее в
революционерку, которая поведет простой народ к освобождению от тирании
богослышащих, а после того - к свободе от тирании Конгресса? Дай Бог,
чтобы она такой стала. Вот тогда он может спокойно уйти, зная, что под
самый конец жизни создал нечто такое, что разрушит мои давние достижения
по укреплению власти Конгресса, которые помогли победить всех
противников его власти.
Тихое дыхание Вань-му было словно бы его собственным дыханием, словно
дыхание ребенка, словно шелест бриза в высокой траве. Она вся словно
движение, надежда, свежесть...
- Хань Фэй-цзу, мне кажется, ты не спишь.
Не спал, но наполовину дремал. Он вздрогнул, услыхав голос Джейн, как
будто бы только что проснулся.
- Нет. Но вот Вань-му спит.
- В таком случае разбуди ее, - попросила Джейн.
- А в чем дело? Она заслужила свой отдых.
- Она заслужила и то, чтобы услышать первой...
Рядом с лицом Джейн на экране появилось лицо Эли. Хань Фэй-цзу сразу
же узнал в ней ту женщину ксенобиолога, которая занималась анализом
собранных им самим и Вань-му проб. По-видимому, произошел какой-то
перелом.
Хань Фэй-цзу склонился, протянул руку и прикоснулся к бедру спящей
Вань-му. Та пошевелилась, потянулась. Но сразу же после этого, видимо
вспомнив о своих обязанностях, уселась прямо.
- Я заснула? Что произошло? Извините меня, учитель Хань.
И тут же, смешавшись, низко поклонилась бы, но Хань Фэй-цзу не
позволил ей.
- Джейн и Эля просили разбудить тебя. Они хотят, чтобы ты услыхала.
- Прежде всего хочу сказать, - начала Эля, что, возможно, имеется
именно то, на что мы и рассчитывали. Генетические изменения были
примитивными, их легко было установить. Теперь я понимаю, почему
Конгресс так старался, чтобы не допустить к исследованиям над
обитателями Дао настоящих генетиков. Ген КПНС не находился в обычном
месте, потому-то биологи не смогли его идентифицировать сразу же. Но
функционирует он практически так же, как и обычный. На него легко
воздействовать независимо от генов, которые дают богослышащим те самые
особые интеллектуальные и творческие способности. Я уже спроектировала
наиболее подходящую бактерию. Введенная в систему кровообращения, она
отыщет сперму или яйцеклетку данного лица, проникнет в них, ликвидирует
ген КПНС и заменит нормальным, не меняя остальной части генетического
кода. А после этого погибнет. Строение бактерии основывается на
довольно-таки типичном клоне, который наверняка используется во многих
лабораториях Дао для иммунологических исследований и для предупреждения
болезней у новорожденных. Любой богослышащий, если пожелает, сможет
родить детей, уже свободных от комплекса навязчивых стрессов.
Хань Фэй-цзу засмеялся.
- Я единственный человек на всей планете, который желал бы такой
бактерии. Богослышащие вовсе не сожалеют о себе. Они гордятся
собственной болезнью. Ведь та дает им власть и почет.
- В связи с этим я расскажу вам о нашем следующем открытии. Его
сделал один из моих ассистентов, pequenino по имени Стекло. Честно
признаюсь, что данному вопросу я не уделяла достаточно внимания,
поскольку он казался мне относительно простым по сравнению с проблемой
десколады, которой мы все сейчас занимаемся.
- Не извиняйся, - сказал ей Хань Фей-цы. - Мы благодарны за любую
помощь. Ведь не заслуживаем какой-либо.
- Ну так... - Подобные выражения вежливости явно смущали Элю. - Во
всяком случае, Стекло открыл, что кроме одной единственной, все пробы
резко делятся на категорию богослышащих и не-богослышащих. Мы проводили
тесты вслепую, а потом сравнили списки проб со списком по именам.
Корелляция была абсолютной. У каждого из богослышащих имелся
перестроенный ген. Ни у кого, кто бы находился в вашем списке
не-богослышащих, такого гена не было.
- Ты сказала, кроме одного случая.
- Вот он нас удивил. Стекло очень методичный исследователь,
терпеливый словно дерево. Он был уверен, что этот анализ - результат
неправильной записи или же неточная интерпретация генетических данных.
Он неоднократно проверил его и передал на проверку другим ассистентам.
Так что никаких сомнений нет. Данное исключение - это уже мутация
генотипа богослышащих. В данной пробе ген КПНС отсутствует естественным
образом, зато в ней имеются все остальные свойства, столь благородно
введенные генетиками Конгресса.
- То есть, данная особа уже является тем, что ваша будущая бактерия
только должна будет сотворить?
- Имеется несколько уже мутировавших фрагментов, относительно которых
мы еще не полностью уверены, но это уже не имеет ничего общего ни с
КПНС, ни с интеллигентностью, так что данная особа должна иметь здоровое
потомство, которое унаследует ее свойства. Более того, если бы она
вступила в брак с лицом, уже обработанным нашей бактерией, то дети
наверняка воспримут все усовершенствования, а вот КПНС им угрожать уже
не будет.
- Везет, - буркнул Хань Фей-цы.
- И кто же это? - спросила Вань-му.
- Это ты, - ответила ей Эля. - Си Вань-му.
- Я? - Девушка была явно ошарашена.
Только Хань Фей-цы вовсе не был удивлен.
- Ха! - воскликнул он. - Я должен был знать! Должен был догадаться!
Ничего удивительного, что ты училась столь же быстро, как моя дочь.
Ничего удивительного, что твоя интуиция помогла всем нам, даже и в том
случае, когда ты практически не понимала, что читаешь. Ты такая же
богослышащая, как и другие на планете Дорога... но ты же и единственная
освобожденная от всех наших ритуалов.
Си Вань-му пыталась что-то сказать, но вместо слов из глаз ее
покатились слезы.
- Никогда уже не позволю, чтобы ты относилась ко мне, как к лучшему,
чем сама, - сказал Хань Фей-цы. - С этого момента в этом доме ты уже не
служанка, но моя студентка, моя младшая коллега. Пускай другие думают об
этом, что захотят. Мы знаем, что ты способна как любой, даже самый
способный, из них.
- Как госпожа Цзинь-цяо? - шепнула Вань-му.
- Как всякий, - повторил Хань Фей-цы. - Учтивость заставляет тебя
кланяться многим особам, но в сердце своем ты не должна кланяться
никому.
- Я не достойна.
- Любой человек достоин собственных генов. Подобная мутация могла
сделать тебя калекой. А ты самая здоровая на всем Дао.
Только тихие всхлипы девочки не прекратились.
Видимо Джейн все это передавала, поскольку Эля на экране хранила
молчание. Но в конце концов она заговорила.
- Вы уж извините, но у нас еще много работы, - сказала она.
- Ну конечно, - согласился Хань Фей-цы. - Возвращайтесь к своим
делам.
- Ты меня не понял. На это мне твоего согласия не требуется. Но,
прежде чем уйти, хочу сказать еще вот что.
Хань Фей-цы склонил голову.
- Пожалуйста, мы слушаем.
- Да, - шепнула Вань-му. - Я тоже слушаю.
- Имеется возможность... небольшая, как сами убедитесь, но все же
возможность... что если мы расшифруем и усмирим вирус десколады, нам
удастся создать версию, пригодную для использования на Дао.
- То есть как? - удивился Хань Фей-цы. - Зачем нам нужен этот
чудовищный искусственный вирус?
- Десколада проникает в клетки организма-носителя, считывает
генетический код и перестраивает его по собственной схеме. Когда мы ее
изменим... если изменим... то эту схему уберем. Мы уберем и большую
часть защитных механизмов, если нам удастся их обнаружить. Но тогда
вирус можно будет использовать в качестве универсального мутагенного
фактора. Нечто, что произведет изменения не только в половых клетках, но
и во всех остальных клетках живого организма.
- Извини, - перебил ее Хань Фей-цы. - В последнее время я много
прочел на эту тему. Работы по подобного рода фактору были заброшены,
ведь, как только перемена случится, тело начнет отвергать собственные
клетки.
- Все сходится. Именно так десколада и убивает. Тело отвергает самого
себя и умирает. Но только лишь потому, что у десколады нет никакого
плана воздействия на людей. В момент нападения она исследует
человеческое тело, вводит случайные изменения и проверяет, что из этого
вышло. Она не располагает схемой, в связи с чем отдельные клетки жертвы
получают различные генетические коды. Но если мы создадим вирус
подобного типа, но функционирующий по единой схеме, преображающий каждую
клетку в соответствии с тем же самым новым образцом? В таком случае, как
показывают наши исследования, полное изменение у человека произойдет в
среднем за шесть часов, максимум - за двенадцать.
- Достаточно быстро, чтобы организм не успел отторгнуть клетки...
- Все будут одинаковы, и потому распознают новый образец как свой
собственный.
Вань-му перестала всхлипывать. Она была столь же возбуждена как Хань
Фей-цы и, несмотря на всю свою дисциплину, не могла сдержаться.
- То есть, вы сможете излечить всех богослышащих? Освободить даже
тех, кто уже родился?
- Если мы расшифруем десколаду, то сможем не только излечить комплекс
психозов навязчивых идей у богослышащих, но и ввести все
усовершенствования обычным людям. Более всего это подействует на детей.
Старшие уже переступили порог развития, когда новые гены вызывают
наибольший эффект. Но с того момента любой ребенок, родившийся на Дао,
будет исключительно умным.
- И что тогда? Десколада исчезнет?
- Не уверена. По-видимому, придется встроить в вирус механизм
самоуничтожения, чтобы он разрушался, выполнив задание. В качестве
модели мы используем гены Вань-му. Можно сказать, что ты станешь
генетической родительницей всей популяции твоей планеты.
Вань-му хихикнула.
- Отличная шутка. Как они горды тем, что стали избранными, но
лекарство будет взято от кого-то такого как я. - Но тут же она
опечалилась и спрятала лицо в ладонях. - Как могла я произнести такое! Я
столь же полна гордыни и наглости, как самые худшие из них.
Фей-цы положил ей руку на плечо.
- Не будь слишком сурова к себе. Это вполне естественные эмоции. Они
быстро появляются, но столь же быстро и уходят. Осуждения заслуживают
лишь те, которые творят из них стиль собственной жизни. - Он обратился к
Эле. - Тут имеются определенные этические проблемы.
- Я знаю. И знаю, что следует решить их немедленно, пусть даже если
наши планы окажутся нереальными. Мы говорим о генетической перестройке
целой популяции. Когда Конгресс в тайне ото всех произвел ее на планете
Дороги, без знания и согласия заинтересованных, это было преступлением.
Можем ли мы исправлять это преступление такими же методами?
- И не только это, - прибавил Хань Фей-цы. - Вся наша общественная
система опирается на богослышащих. Большинство людей посчитает подобные
перемены наказанием богов. Если бы они догадались, что ее источником
являемся мы, нас бы убили. Существует и другая возможность. Как только
окажется, что богослышащие утратили голос богов, КПНС, люди восстанут
против них. Их убьют. Как же поможет им в таком случае излечение от
комплекса психоза навязчивых состояний? Ведь они будут мертвы.
- Мы обсуждали это, - призналась Эля. - И понятия не имеем, что
делать. Пока что это только абстрактная проблема, ведь мы еще не
расшифровали десколаду, и, вполне возможно, нам это и не удастся. Но
если бы такая возможность у нас появилась, то считаем, что выбор,
воспользоваться или же не воспользоваться им, принадлежит вам.
- Жителям Дао?
- Нет. Вам: Хань Фей-цы, Си Вань-му и Хань Цзинь-цяо. Только вы
знаете, что с вами сделали. Правда, твоя дочь в это не верит, но она
представляет точку зрения верующих и богослышащих планеты. Если у нас
появится возможность действовать, спросите у нее. Спросите у себя.
Существует ли метод, способ провести подобную трансформацию, чтобы
чего-нибудь не нарушить? Нет... сейчас ничего не говорите, не
предпринимайте никаких решений. Только подумайте. Ведь это не наше дело.
Мы только лишь сообщим вам, знаем ли мы, как этого добиться. Но потом
все будет зависеть только лишь от вас.
Лицо Эли исчезло с экрана.
Зато Джейн осталась еще ненадолго.
- Ну что, стоило ли тебя будить? - спросила она.
- Конечно! - воскликнула Вань-му.
- Приятно узнать, что в тебе имеется больше, чем предполагала.
- О, да!
- А теперь, Вань-му, иди спать. И ты, учитель Хань. Я же вижу, как ты
устал. Если утратишь здоровье, кому пригодишься. Эндрю мне все время
талдычит: мы обязаны работать, сколько сможем, но сохраняя способность к
дальнейшему труду.
А после этого с экрана исчезла и она.
Вань-му тут же снова расплакалась. Хань Фей-цы подвинулся и уселся
рядом с нею, положил ее голову себе на плечо и начал легонько укачивать.
- Тихо, моя доченька, моя милая. В сердце своем ты уже знала, кто ты
такая. И я тоже, я тоже. Очень мудро избрали для тебя имя. Если на
Лузитании совершат свои чудеса, ты станешь Царственной Матерью для всего
нашего мира.
- Учитель, - шепнула девушка. - Я плачу и по Цзинь-цяо. Ведь я
получила больше, чем могла ожидать. Кем же станет она, если утратит
голос богов?
- Надеюсь, что она вновь будет мне моей настоящей дочерью. Что она
будет такой же свободной, как и ты, доченька, прибывшая ко мне словно
цветочный лепесток на зимней реке, принесенный из страны вечной весны.
Так он прижимал ее к себе еще несколько долгих минут, пока девочка не
уснула у него на плече. Тогда он уложил ее на циновке, а сам прилег в
своем углу. Впервые за много дней в его сердце поселилась надежда.
Когда Валентина пришла проведать Грего в тюрьме, бургомистр
предупредил ее, что там как раз находится Ольхадо.
- Разве он не должен быть сейчас на работе? - удивилась она.
- Ты шутишь, - засмеялся Ковано. - Он хороший бригадир, только
спасение планеты видимо стоит того, чтобы кто-нибудь заменил его на
денек.
- Слишком многого ожидать не стоит, - успокоила его Валентина. - Мне
только хотелось, чтобы подключился и он. Мне казалось, что это поможет.
Но ведь я же не физик.
Ковано пожал плечами.
- Я ведь тоже не тюремный надсмотрщик. Но человек делает то, чего от
него требует ситуация. Понятия не имею, связано ли это каким-то образом
с посещением Ольхадо или же Эндера, но больших криков и восклицаний я не
слыхал там с.... никогда не слыхал, если только арестанты были трезвыми.
Ясное дело, что пьяные скандалы - это основное обвинение, по которому мы
запираем людей в этом городишке.
- Что, был Эндер?
- Он вернулся от королевы улья. Хотел поговорить с тобой. Но я не
знал, где тебя искать.
- Понятно. Обязательно встречусь с ним, как только закончу здесь.
Валентина была с мужем. Якт готовился вылететь на шаттле. Нужно было
подготовить корабль к быстрому отлету, если бы возникла такая
необходимость. Еще ему нужно было проверить, способен ли колонизационный
корабль к еще одному путешествию после стольких лет без ремонта главного
привода. Его использовали как склад семян, генов и эмбрионов земных
видов на тот случай, если бы в них когда-нибудь возникла потребность.
Якт должен был полететь на недельку или больше. Валентина не могла его
отпустить, не посвятив ему хотя бы нескольких минут. Конечно, он бы все
понял - ведь он прекрасно знал, в каком напряжении живут здесь все. Но
сама Валентина не была ключевой фигурой всех этих событий. Она
пригодится потом, когда обо всем этом напишет.
Расставшись с Яктом, Валентина не направилась сразу же к бургомистру,
чтобы проведать Грего. Она отправилась в центр Милагре. Трудно поверить,
что еще недавно... сколько-то дней назад... здесь собралась пьяная,
взбешенная толпа, способная на все, даже на убийство. Теперь же тут
стояла тишина. Даже потоптанная трава отросла... исключением была только
лужа, которая не желала высыхать.
Но вот покоя не было. Наоборот. Когда здесь царило спокойствие, то в
центре городка все время были люди. Да, сейчас Валентина тоже видела
нескольких, но они были мрачные, какие-то пугливые. Все ходили, опустив
голову, внимательно следя за землей под ногами, как бы опасаясь, что
сразу же упадут, как только перестанут следить.
Настроение это частично было результатом стыда, решила Валентина. Во
всех домах зияли проломы в тех местах, откуда были взяты камни и кирпичи
на постройку часовни. Валентина видела множество дыр в стенах.
Но она подозревала, что жизнь в этом городе была убита, скорее,
страхом, а не стыдом. Прямо в этом никто не признавался, но она слыхала
достаточное количество реплик, замечала достаточное число украдочных
взглядов в сторону холмов к северу от городка, чтобы все знать. Это не
страх перед близящимся флотом подавлял колонию. Не стыд перед резней
peque
...Поділитися у соцмережах
