Жанр: Научная фантастика
Темное крыло
...в его
облике проглядывалась обычная уверенность.
Дверь с басовитым гудением растворилась, и в кабинет вошел молодой еще человек с
кожей кофейного цвета и восточными чертами лица. Он был очень элегантно одет и всем
своим видом вызывал к себе доверие. К его лицу словно приклеилась улыбка, без которой он
практически не появлялся на людях. Когда он приблизился к премьер-министру, его рука
вытянулась, приготовившись к рукопожатию, а глаза стали цепко оглядывать кабинет, словно
примеряясь к его габаритам и обстановке.
- Я очень рад видеть тебя, Томас, - премьер встретил гостя на середине кабинета и
пожал ему руку.
- Спасибо за то, что нашел время встретиться со мной, Джорджис. Понимаю, ты
сейчас очень занят.
Премьер предложил гостю одно из двух кресел с плюшевой обивкой, стоявших возле
незажженного камина, над которым висел портрет императора в массивной раме.
- Позволь спросить, - начал премьер после того, как они сели, - чем я могу быть
тебе полезен?
- Не прикидывайся, ведь ты знаешь, зачем я пришел сюда. - При свете пасмурного
дня неестественная улыбка лидера Партии Содружества казалась откровенно зловещей. -
Как я понимаю, твои дни на посту председателя Ассамблеи сочтены.
- За мной по-прежнему большинство голосов. Ничего не изменилось. - Премьер
откинулся на спинку кресла и положил руки на подлокотники кресла.
- Все изменилось. Ты утратил контроль над военными действиями.
- Я бы не советовал тебе поддерживать эти абсурдные обвинения, для них нет
никаких оснований. Война ведется в соответствии с планом Адмиралтейства.
- Каким планом?
- Я не могу открыто обсуждать его.
- Мы сейчас не на парламентских дебатах, Джорджис. То, о чем мы говорим, не
появится на страницах журнала Ассамблеи. К тому же ты не сможешь долго хранить свои
секреты.
- Именно так я и сделаю. Не думаю, что у тебя есть какие-то более серьезные
аргументы.
- Народ... - начал было Сянь.
Премьер оперся на один подлокотник и внимательно посмотрел в глаза оппоненту.
- Народ ничего не сможет сделать. - Он указал рукой в направлении окна, где ветер
взметал опавшие листья к низким дождливым облакам. - Народ, мой друг, не заседает в
Имперской Ассамблее. Он не принимает законов, его мнением никто не интересуется, он
ровным счетом ничего не решает. Решают правительства и корпорации, и до тех пор пока
необходимые товары появляются в магазинах, а космические челноки отправляются по
расписанию, они оставят власть в наших руках. За последние шестьдесят лет более чем
половина всех взрослых жителей Солнечной Империи потеряли на войне своего
родственника - солдата или мирного жителя. Ты понимаешь, что это значит? Больше
половины человечества испытывают ненависть к зорам. Людей, с пониманием относящихся к
зорам, можно встретить только среди ученых и прочих интеллектуалов. Но не среди народа!
- Но и не тогда, когда народ узнает, чем оборачивается эта самая ненависть.
- А чем она должна оборачиваться?
Теперь настала очередь Сяня - пришлось выдерживать драматическую паузу. Он потер
ладонью о ладонь и посмотрел в сторону.
- Естественно, я располагаю информацией только из своих собственных источников,
но и этого достаточно, чтобы знать, что ваш адмирал Марэ уничтожил мирное население
нескольких контролируемых зорами планет, а теперь планирует скорее захват, чем
уничтожение крупной военной базы А'анену - с тем чтобы потом пойти на штурм Исконных
Миров зоров.
Сянь замолчал и пристально посмотрел на премьера, явно интересуясь его реакцией.
Внешне министр сохранил самообладание, но на самом деле он был потрясен. "Откуда,
черт побери, он разузнал все это?"
- Продолжай...
- Я также узнал, что маниакальные устремления вашего адмирала приняли... как бы
это сказать?., мифотворческую направленность! Он вообразил, что зоры увидят в нем Ангела
Смерти или нечто в этом роде - во что он сам уже поверил.
- Марэ известен как своего рода специалист в этой области.
- А тебе не кажется, что весь этот вздор неуместен в данной ситуации?
- Марэ добился невиданных успехов. Я не могу не признать это, Томас. Чего ты от
меня хочешь? Ограничить его полномочия?
- Значит, ты становишься сторонником того, что происходит. Сторонником
ксеноцида.
- Сторонник - это чересчур сильное слово.
- Но оно точно отражает ситуацию. В противном случае ты просто не способен ее
контролировать.
Премьер хотел бы сказать: "Да, все это так, мы имеем дело с безумцем, мы вынуждены
это терпеть". Но он знал, что с такими людьми, как Сянь, нельзя быть откровенным даже в
самый подходящий момент. А данный момент для премьера был не из лучших.
"Этот ублюдок все правильно понимает, - думал он. - Я недолго продержусь на
своем месте. Но это не изменит принципиального соотношения сил в Ассамблее".
- Каждый из нас оценивает эту ситуацию по-своему, - произнес он вслух.
Сянь тяжело вздохнул, словно отец, отчаявшийся уговорить капризного ребенка.
- Право, Джорджис, я рассчитывал, что ты будешь более благоразумен. Но, возможно,
император отнесется ко мне с большим пониманием.
- Не трать попусту время. Император не даст тебе аудиенции.
- Не хотел тебя огорчать, - лидер оппозиции опустил руку в карман и достал оттуда
конверт с императорской печатью, - но у меня уже есть приглашение.
Пока премьер-министр безмолвно переваривал эту новость, Томас Сянь легко поднялся
с кресла и положил конверт обратно в карман.
- Я думаю, что контакты с твоим преемником будут более... плодотворными. Не
вставай! Меня не надо провожать.
Прежде чем премьер смог найти подходящие слова, его собеседник уже вышел из
кабинета, и дверь за ним плавно закрылась.
За окном продолжала бушевать непогода, угрожающе раскачивая ветви деревьев.
Материально-техническое обеспечение штурма А'анену требовало соответствующего
планирования. Для операции предполагалось привлечь более двух тысяч морских пехотинцев,
каждого из которых надо было соответствующим образом обучить и экипировать. В
то время как флот встал на орбитальную стоянку у С'рчне'е, высадившиеся на саму планету
войска обучались боевым действиям в гористой местности. Оставшиеся на кораблях
специалисты рулевого, машинного и орудийного отделений тоже готовились к штурму с
помощью специальных упражнений и симуляторов. Для "Ланкастера" не было сделано
никаких исключений, из-за чего у Сергея прибавилось забот, правда, таких, которые были
ему хорошо знакомы. Сев в кресло пилота на капитанском мостике своего корабля, он
впервые за несколько недель ощутил себя на своем месте.
Команда только что закончила выполнять упражнение, имитировавшее космическую
дуэль со звездолетом противника класса "Эклипс", специально для которой Сергей
усовершенствовал маневр, впервые примененный капитаном Редингом. Неожиданно двери
лифта распахнулись, и Чан Уэллс, занимавшийся составлением статистического отчета,
вскочил на ноги.
- Адмирал на борту! - раздался его голос. Сергей, как капитан, находящийся на
мостике своего корабля, мог не вставать, но, проявляя уважение к адмиралу Марэ, он тоже
поднялся с кресла.
При первом же взгляде на адмирала можно было сказать, что он с трудом сдерживает
переполняющий его гнев. Марэ знаком предложил Сергею подойти поближе.
- Встретимся в вашей каюте, когда закончите тренаж, - сказал адмирал и пошел по
аппарели, ведущей в отсек, где располагалась каюта Сергея. Сергей быстро проглядел отчет,
который Чан положил перед ним, одобрительно кивнул помощнику и поспешил за
адмиралом.
Когда он вошел и отдал честь, Марэ, рассматривавший голограмму общего вида
планеты С'рчне'е, резко повернулся к нему лицом.
- Вы хотели видеть меня, сэр? - сказал Сергей.
- Насколько безопасна эта каюта? - вопросом на вопрос ответил Марэ.
- Я могу изолировать ее по голосовому коду, сэр.
- Да, пожалуйста.
- Служба связи, изолируйте каюту по моему голосовому коду. Сергей Торрихос.
- Коммодор Торрихос, голосовой код подтвержден, - прозвучало в ответ, и над
дверью зажглась маленькая лампочка. Такая же лампочка зажглась над дверью с внешней
стороны.
- Прежде чем приступить к делу, Торрихос, мне хотелось бы извиниться за
высказывания моего адъютанта. Ему свойственна... повышенная настороженность в том, что
касается моих отношений с оппонентами. Я по-прежнему утверждаю, что на флоте есть
офицеры, которые не согласны с моими методами ведения войны и которые пытаются
использовать свои политические связи при дворе, как рычаги для воздействия на меня. Они
ошибаются. Но я был не прав, когда причислил к ним вас.
- Благодарю вас, сэр, - ответил Сергей, а про себя добавил, что надо еще подумать,
не являются ли и эти извинения частью психологической игры, столь любимой адмиралом.
- Ваш патрон Мак-Мастере в отношении меня повел себя более дружелюбно или,
вернее, менее враждебно, чем я от него ожидал. Ему предложили сменить меня на посту
командующего флотом, но он, судя по всему, отказался. Это было довольно неприятным
сюрпризом для императора, который надеялся выйти из проблематичной ситуации, сместив
меня с должности. Теперь он предпринял новый шаг, - Марэ опустил руку в карман своего
кителя и достал депешу. - Взгляните, это пришло всего несколько часов назад.
Сергей взял письмо. Депеша была отправлена из Солнечной Империи, из Оаху.
Взглянув на адрес отправителя, Сергей увидел императорский штемпель и герб. После
секундного замешательства он перешел к чтению самого письма.
"Строго конфиденциально
Адмиралу лорду Айвэну Г. Марэ, командующему флотом,
борт "Ланкастера", орбитальная стоянка
Адмирал!
Мы шлем вам наши искренние поздравления в связи с вашими успехами, достигнутыми
в борьбе с зорами. Вашим несравненным победам рукоплещет вся Империя, подтверждая
правильность нашего решения назначить вас адмиралом и командующим флотом. По
завершении военных действий и возвращении в пределы Солнечной Системы вас ожидает
достойный прием. Мы также шлем поздравления тем отважным мужчинам и женщинам,
которые служат Империи под вашим началом.
Мы с большим удовольствием сообщаем вам, что представители зоров выступили с
новыми мирными предложениями, пойдя на более значительные уступки, чем когда бы то ни
было прежде, а именно: полный вывод их флота из зоны Разлома Антареса в обмен на
прекращение военных действий. Данное предложение, если оно будет принято, сделает
ненужным штурм космической базы на А'анену, что позволит избежать дальнейшего
бессмысленного кровопролития.
Для начала переговоров на орбитальную стоянку флота у С'рчне'е нами направлен
полномочный представитель, который сразу по прибытии установит контакты с
представителями Высшего Гнезда зоров для заключения перемирия на условиях,
приемлемых для обеих сторон. Мы рассчитываем, что вы будете содействовать его миссии по
мере ваших сил и возможностей.
Еще раз примите наши поздравления с вашими замечательными успехами.
Император Александр-Филипп Джулиано.
Дано: в Императорской резиденции Оаху, 21 августа 2311 года".
- Император не хочет, чтобы вы добились победы в этой войне, - закончив читать,
сказал Сергей.
- Похоже, что так, - Марэ взял письмо и, сложив его, вновь спрятал в конверт. - Я
ожидал такого поворота событий, но сходить из-за этого с ума не собираюсь. Делегация
зоров предложила прекратить военные действия и отвести свой флот от А'анену, если мы
сделаем то же самое. Но так как А'анену остается у них, это одним махом перечеркивает все
наши достижения в этой кампании. И конечно же это докажет зорам, что мы не были - или,
точнее, я не был - Темным Крылом. Так что сейчас у нас есть последний шанс победить
зоров...
- Или уничтожить их.
- Такая возможность всегда существовала. Кстати, не забывайте, что они всегда
хотели уничтожить нас. У нас есть последний шанс, а император, поддавшись давлению,
направил сюда полномочного посла, чтобы вести мирные переговоры с зорами.
- Но что вы сможете сделать, сэр? Приказы императора...
- Я считаю, что приказы императора не отменяют моей первоначальной директивы.
Нетрудно понять, что отход зоров от А'анену не означает установление безопасности на
границах Солнечной Империи.
- И что же вы скажете послу?
- Я не намерен дожидаться его здесь. Когда посол прибудет к С'рчне'е, мы уже будем
у А'анену. Безусловно, нам грозит трибунал, но к тому моменту мы уже выиграем войну.
Помешать этому может только одно.
- Что же именно, сэр?
- Вы, Торрихос. Именно сейчас у вас есть возможность отстранить меня от
командования и взять флот под свой контроль. Это тоже карается военным судом, но я
уверен, что с помощью моих многочисленных врагов вы сумеете выкрутиться.
Теперь Сергей понял, почему адмиралу потребовалась безопасная каюта. Выбор, перед
которым его поставили, был прост: либо поддержать Марэ в проведении стратегически
необходимой боевой операции и при этом пойти наперекор желаниям императора, после чего
предстать пред военным судом за нарушение приказа, либо сместить Марэ с его поста и тоже
попасть под суд за должностное преступление. Что ж, итог один и тот же.
- Каковы будут ваши распоряжения, сэр?
Марэ повернулся и пристально посмотрел на Сергея.
- А вы уверены, что ваша карьера не пойдет прахом?
- Победа над противником является главной целью моей карьеры, сэр.
На лице адмирала появилась скупая улыбка.
- Что же, хорошо. Назначьте совещание штаба на четырнадцать часов. К концу
дневной вахты мы должны быть готовы к выступлению.
У штурма А'анену были две главные особенности. Первой и наиболее очевидной было
то, что захват базы и ее инфраструктуры был безусловно предпочтительнее, чем ее
разрушение. После захвата флот оказывался на пятнадцать парсеков ближе к космическому
пространству зоров и получал удобный пункт для дозаправки. Пергам оставался далеко
позади, Мотхалла еще дальше, а промежуточным зонам базирования - например, у С'рчне'е
- было явно не под силу справиться с тем потоком кораблей, которые могли быть
задействованы в боевых операциях. Поскольку ни один из больших кораблей не мог
совершать посадки на планетах, захват базы являлся решающим моментом всей операции.
Вместе с тем задачи основной части флота выглядели тривиальными в сравнении с тем,
что было приказано сделать Марку Хадсону. Даже при уничтожении базы существовало одно
благоразумное решение: "морские пчелы" возводили временные конструкции, а затем, с
помощью большого грузового корабля, туда доставлялось все необходимое оборудование
космической базы. Однако на это потребовалось бы несколько недель, а Марэ, вне всякого
сомнения, столько ждать не мог - отчасти из-за собственной нетерпеливости, но в основном
из-за того, что императорский посланник был уже в пути. Именно поэтому реальной
альтернативы захвату базы не было.
Второй важнейшей проблемой было уничтожение мобильных боевых группировок
зоров. Марэ считал, что зоры не будут тратить время и силы на оборону других миров, но
стянут все резервы к А'анену, чтобы защитить ее от нашествия Темного Крыла. Если не брать
в расчет мифологию, то такая стратегия заводила в тупик. С учетом подкреплений, которые
Империя могла перебросить к А'анену, зоры даже там с трудом обеспечили бы себе
численный перевес. Марэ надеялся, что сможет заблокировать и уничтожить силы зоров,
стянутые к А'анену, после чего его флот беспрепятственно пересечет Разлом Антареса и
вторгнется во внутренние пространства неприятеля.
Движение флота к А'анену положило конец слухам о скорейшем окончании войны.
Тема была более чем щекотливая: многие из служивших на флоте офицеров имели связи,
многих обуревали амбиции; было немало и таких, у кого в избытке имелось и то, и другое.
Успешная воинская карьера всегда была превосходным трамплином для карьеры
политической, тогда как причастность к "зверствам" войны налагала табу на возможность
политического взлета. В прошлом офицеры с невысоким чином, но высоким гражданским
статусом, не имевшие намерения вечно служить на флоте, оказывали весьма сильное
воздействие на принятие стратегических решений. Сергей знал об этом не хуже других.
Не лишенный оптимизма внутренний голос подсказывал ему, что захват последней
базы зоров в секторе боевых действий позволит закончить войну полной победой, заглушив
голос общественности. Успех Марэ будет более чем достаточным средством, чтобы стереть
любые воспоминания о "бойнях" и "зверствах". Но Сергей прекрасно знал и другое. В каюткомпаниях
многих кораблей уже велись разговоры о том, что перенесение войны в глубь
космического пространства зоров обернется в итоге пирровой победой. Если зоры нанесут
флоту землян ощутимый урон, а у них самих останутся корабли, которые ускользнут от
преследования и невредимыми достигнут границ Солнечной Империи, то любой победе
будет грош цена, если на Лондон или Женеву посыпятся бомбы, а призванный оборонять их
флот останется при этом на расстоянии в четыреста световых лет.
- Двадцать минут до атаки, капитан.
Марк Хадсон кивнул своему штурману. На переднем экране разрасталось изображение
главной звезды системы, частично закрытое диском обитаемой планеты. Вскоре в поле
обзора попала и орбитальная база.
- Джим, - Хадсон повернулся к офицеру орудийного отделения Джиму Эллисону,
- просканируйте базу. - И тут же прикоснулся к пульту на подлокотнике кресла. -
Морским пехотинцам занять боевые посты.
В отсеках раздался сигнал боевой тревоги. На одном из мониторов Хадсон мог видеть,
как разворачивается его эскадра: одно соединение, состоявшее из тяжеловооруженных
кораблей, приготовилось атаковать саму планету, в то время как два других, с более легким
вооружением, нацелились на орбитальную базу.
- База обеспечена энергией на шестьдесят процентов, сэр. Ее защитные поля
действуют.
- Наличие кораблей в доках?
- Кораблей не замечено, сэр. По моей информации все доки свободны.
- Хорошо, лейтенант. Открывайте огонь без дополнительного приказа. - Хадсон чуть
повернул голову к своему офицеру связи. - Лейтенант Чжу, дайте сигнал к атаке всем
кораблям.
Штурм начался. Околопланетное пространство прорезали узкие клинки света. Пока два
соединения наступали на прекрасно подготовленную к обороне базу, третье нырнуло в
атмосферу планеты, с бреющего полета подавляя ответившие огнем наземные системы
противника. Как только наземная артиллерия и ракетные пусковые установки зоров будут
уничтожены, из люков кораблей устремится поток морских пехотинцев, которым приказано
захватить наземные укрепления.
Затея была рискованная. Вся операция основывалась на представлениях адмирала Марэ,
убежденного, что единственной и главной целью зоров будет уничтожение Космического
флота землян, в результате чего их собственные тыловые базы окажутся без прикрытия. Если
противник и в самом деле так пренебрежительно отнесся к обороне А'анену, это намного
облегчало задачу команды Хадсона. Седой ветеран двух последних войн с зорами, Марк
Хадсон не понаслышке знал об особенностях тактики своего противника. Проявляя в бою
ярость и упрямство, зоры вместе с тем действовали на удивление прямолинейно, из-за чего
порой не замечали очевидной опасности.
На совещании, определившем стратегию всей кампании, Марэ руководствовался
малопонятными "социокультурны-ми" соображениями. Хадсон же остался при своем
мнении: единственный важный фактор - то, что зоры, как и прежде, чертовски упрямы и
чертовски тупы. Сидя в кабинете, вы, конечно, могли предполагать, что в основе действий
противника будут некие "культурные мотивации", но когда вы сталкиваетесь с ним лоб в
лоб, эти предположения лучше всего отбросить.
Однако то, как в этой ситуации будут действовать главные силы флота, от Хадсона уже
не зависело.
Если бы эти основные силы не смогли разгромить зоров на дальних подходах к А'анену,
противник непременно вернулся бы к своей базе. И тогда у кораблей Хадсона, находящихся в
глубине гравитационного колодца, уже не было бы возможности уйти: зоры перекрыли бы
им путь к точке совершения прыжка в Солнечную Систему. По натуре своей Хадсон был
волком-одиночкой и не желал бы полагаться на тактические разработки таких горетеоретиков,
как адмирал Марэ, пусть даже рядом с ним и работали толковые парни вроде
Сергея Торрихоса. Марэ мог совершить один непродуманный шаг - и вся эскадра Хадсона
оказалась бы на краю гибели. И Хадсону уже не довелось бы доказывать, из-за чего это
произошло.
Именно поэтому, командуя разгоравшимся боем, Хадсон не упускал из вида экран массрадара.
Он хотел точно знать, что ни один из кораблей зоров не ускользнул от главных сил
флота и не подстерегает его у точки прыжка.
Защитное поле корабля переливалось всеми цветами спектра, на его корпусе танцевали
огненные дьяволы. Корабль был уже обречен - орудия "Ланкастера" продолжали вести по
нему прицельный залповый огонь. Все же прошло еще несколько секунд, прежде чем
взорвалась переборка в двигательном отсеке. Затем последовала команда на
самоуничтожение, и страшный взрыв мгновенно превратил корабль в облако плазмы.
- Коммодор, мы только что получили послание по световой почте, - с трудом
перекрывая радостную разноголосицу на мостике "Ланкастера", сказал лейтенант связи Деклерк.
- Откуда?
- Из-за пределов системы, сэр.
Их боевой план держался в секрете. Марэ не хотел распространяться о сроках
проведения операции, до тех пор пока флот не совершит прыжок к А'анену. Первая
информация центру должна была пойти только после взятия базы. Другими словами, пока
никто даже не мог знать об их местонахождении.
- Занесите его в файл, - сказал Марэ, даже не повернув головы от экрана переднего
наблюдения.
- Оно имеет адмиралтейский код особой важности, сэр...
- Я сказал, занесите его в файл, лейтенант, - резко повернувшись, повторил Марэ.
Было заметно, что он с трудом сдерживает гнев. - Мне не важно, пусть там будет код самого
Господа Бога!
- С-слушаюсь, милорд, - запинаясь, проговорил оторопевший Деклерк.
На мостике "Ланкастера" воцарилась тишина. Марэ обвел взглядом всех
присутствующих.
- Я имею все полномочия по командованию флотом и сохраню их до тех пор, пока с
вражеской угрозой не будет покончено. Лейтенант, вы будете оставлять все входящие
сообщения без ответа вплоть до моего приказа. Вам ясно?
- Да, милорд, - неуверенно подтвердил Деклерк.
Пока шел этот разговор, на переднем экране стало видно, как взорвался еще один
корабль. Яркое свечение, словно от внезапно появившегося солнца, распространилось по
экрану и потом померкло.
Расчет скорости одного корабля в зависимости от скорости другого космического
объекта требует не только знаний и навыков. Штурманы должны уметь чувствовать корабль,
который они пилотируют, интуитивно ощущать скорость объекта-цели и всех других сил,
воздействующих на движение двух космических тел. Из Академии Космического флота было
отчислено немало многообещающих курсантов, которые так и не постигли этого искусства.
Несмотря на то что все уцелевшие орудия базы продолжали с ближней дистанции
изливать мощный поток энергии на защитные поля кораблей землян, "Бискейн" и другие
корабли эскадры Хадсона неуклонно приближались к орбитальной базе зоров. Своей формой
она напоминала сферу с широкой округлой выпуклостью по окружности. На всем ее
протяжении в корпусе базы имелись круглые люки. Люки были предназначены для стыковки
с переходными отсеками кораблей зоров, но на "Бискейне" и других кораблях этой серии
были заготовлены специальные трубы, дающие доступ как к самим люкам, так и к
механизмам, с помощью которых люки открывались и закрывались. Никто не сомневался,
что в каждом люке землян поджидают зоры.
Марк Хадсон знал, как нелегко посылать своих бойцов на верную смерть. Но он знал
также, что база должна быть взята любой ценой.
"Бискейн" находился в сотне метров от базы. По приказу капитана из верхнего
носового люка на левом борту звездолета выдвинулась гибкая металлическая труба трех
метров в диаметре. Управляя трубой с помощью укрепленных на ней реактивных двигателей,
ее точно совместили с одним из люков орбитальной базы. Все это время защитные поля
"Бискейна" поглощали энергию орудийных залпов.
- Морская пехота к высадке готова, сэр, - доложил помощник капитана.
В это же время с десятка других кораблей поступили такие же доклады.
- Ну что ж, - вздохнув, сказал Хадсон. - Час настал.
Находившиеся в трубе морские пехотинцы затаились за экраном, отражающим
лазерные лучи. Посланный вперед техник поднял большой палец вверх, показывая, что
электронный замок люка взломан.
- Открывай же их, Росс, - нетерпеливо сказал сержант Кристофер Бойд,
командовавший морскими пехотинцами.
Морпехи замерли в напряжении, держа под прицелом медленно раскрывавшуюся
диафрагму ворот. По трубе пошла волна спертого воздуха.
Они ожидали, что их встретит ливень лазерных лучей, но внешние микрофоны уловили
только едва слышное жужжание работающих где-то вдалеке механизмов. Сержант знаком
приказал двум бойцам стать по обе стороны люка, чтобы обеспечивать прикрытие огнем, в то
время как остальные быстро перешли на палубу базы...
В ту же секунду с потолка и от стен обрушился беспорядочный лазерный огонь...
Крис Бойд и его команда ничком упали на палубу. По звукам, раздававшимся в его
шлемофоне, сержант понял, что точно такие же ловушки встретили морпехов и в других
входах на базу. Двое бойцов были убиты мгновенно, двое других дергались в предсмертной
агонии, а тем временем Бойд и его люди справились, наконец, с системой автоматического
лазерного огня.
Помещение, в котором они оказались (своего рода вестибюль), было освещено тусклым
красноватым светом. Крис Бойд знал, что при красном свете зоры видят лучше, и поэтому
для них это освещение было ярким. С помощью небольшого устройства - светофильтров в
линзах своего шлема - Крис и сам мог убедиться в этом.
Кроме основного люка, в помещении имелись еще два: один находился в стене прямо
напротив него, другой - над ним, оба были расположены на уровне примерно трех
четвертей высоты сте
...Закладка в соц.сетях
