Жанр: Научная фантастика
Барраяр 2-10.
...росто сровняли с землей, а новую построили с восточной стороны дворца. Во
времена Дорки ее переделали под жилье для прислуги. Там-то и содержат почти
всех заложников. - Дру уверенно пошла вперед. - Мы находимся к северу от
главного дворцового здания, под садами, разбитыми по плану Эзара. Видимо,
тогда он и обнаружил этот старый подвал, а тридцать лет назад велел капитану
Негри расчистить подземный ход. Лазейка, о которой не знала даже их
собственная служба безопасности. Сколько доверия, а?
- Спасибо тебе, Эзар, - с печальной иронией пробормотала Корделия.
- Вот когда мы отсюда выйдем... Тогда действительно будет опасно,
-заметила девушка.
Именно так. Сейчас еще можно отступить, вернуться - и никто ничего не
узнает. "Почему эти люди так беззаботно дали мне право рисковать их жизнями?
Господи, как же я ненавижу командовать!" Что-то прошуршало в темноте, где-то
закапала вода...
- Вот, - сказала Друшикко, высветив фонариком пирамиду ящиков. -Тайный
склад Эзара - оружие, одежда, деньги. В прошлом году, во время эскобарской
войны, капитан Негри велел мне принести сюда одежду для женщины и мальчика.
Он опасался мятежей, но сюда они не докатились.
В одном из ящиков нашлись два наряда, вполне подходящих для дворцовых
горничных, и женщины быстро переоделись. Ботари достал из сумки черную
полевую форму и надел ее, прикрепив офицерские нашивки. Издали его можно
было принять за настоящего охранника, хотя вблизи стало бы заметно, что
форма слишком помята. Как и обещала Дру, в герметичных упаковках нашлось
всевозможное оружие - заряженное и в полной боевой готовности. Корделия и
Друшикко взяли по новому парализатору. Их взгляды встретились.
- Теперь никаких колебаний, да? - прошептала Корделия.
Дру кивнула с мрачной решимостью. Ботари взял парализатор, нейробластер,
плазмотрон. Корделия только надеялась, что при ходьбе его арсенал не будет
греметь.
- Но в помещении нельзя стрелять из плазмотрона! - запротестовала
Друшикко. Сержант пожал плечами:
- Иногда приходится. Что можно знать заранее?
Минуту подумав, Корделия прихватила и трость-шпагу, заткнув за пояс
платья. Шпагу, конечно, серьезным оружием не назовешь, но во время их
вылазки она уже несколько раз оказывалась удивительно кстати. "На счастье".
Наконец Корделия извлекла со дна сумки предмет, который втайне считала самым
мощным оружием.
- Сандалия? - недоуменно спросила Друшикко.
- Сандалия Грегора. Это - на случай встречи с Карин. Я почти уверена, что
вторая по-прежнему хранится у нее.
И она спрятала сандалию во внутренний карман болеро, накинутого поверх
платья. Гербы дома Форбарра придавали завершенность образу старшей прислуги.
Когда все приготовления были закончены, Друшикко снова повела их по
темному переходу, становившемуся все уже и уже.
- Теперь мы под самим дворцом, - прошептала она, сворачивая. - Надо
подняться по вот этой лестнице между стен. Ее построили позже, так что места
тут совсем мало.
Мало - это было не то слово! Корделия выдохнула и полезла следом за
Друшикко, с трудом протискиваясь между стенами и стараясь по возможности не
испачкать платье. Лестница, как водится, была деревянная. В голове у
Корделии гудело от усталости и возбуждения. Она мысленно прикинула ширину
прохода: да, нести репликатор будет страшно трудно. Она одернула себя,
приказав думать только о хорошем, но потом решила, что это и есть -хорошее.
"Зачем я это делаю? Я могла бы сейчас сидеть на базе Тейнери с Эйрелом, и
пускай эти барраярцы хоть целыми днями друг друга убивают, раз им это так
нравится..."
Лестница кончилась, и Друшикко шагнула в сторону на какой-то крошечный
карниз - точнее, просто доску. Когда Корделия поравнялась с ней, та жестом
велела ей остановиться и выключила свой фонарик. Потом прикоснулась к
какому-то бесшумному замку, и перед ними сдвинулась стенная панель. -
Очевидно, до самой смерти Эзара все механизмы содержались в идеальном
состоянии.
Они заглянули в спальню покойного императора, ожидая, что она окажется
пустой. И тут лицо Друшикко искривилось от отчаяния.
Огромная резная кровать Эзара (Господи, ведь на ней он и умер) была
занята. Неяркий оранжевый свет ночника озарял двух спящих. Даже в таком,
непривычном ракурсе Корделия сразу же узнала плоское лицо и усики Вейдла
Фордариана. Он вольготно раскинулся во сне, уронив тяжелую руку на грудь
принцессы Карин. Ее темные волосы разметались по подушке. Она спала,
свернувшись калачиком на краешке постели, чуть ли не падая на пол.
"Ну, вот мы и нашли Карин. К сожалению, не одну".
Корделию затрясло от желания пристрелить Фордариана во сне. Но от
электрического разряда наверняка сработает сигнал тревоги. А пока в ее руках
нет репликатора с Майлзом, она не готова спасаться бегством. Знаком приказав
Друшикко снова задвинуть панель, она шепотом скомандовала ожидавшему их
Ботари:
- Вниз.
Так же бесшумно они спустились на четыре этажа. Снова оказавшись в
туннеле, Корделия повернулась к девушке, которая беззвучно рыдала.
- Она продалась ему! - прошептала Друшикко. Голос ее дрожал от горя и
отвращения.
- Интересно, какие у нее, по-твоему, были возможности для сопротивления,
- едко сказала Корделия. - Чего бы ты от нее хотела: чтобы она выбросилась
из окна, пожертвовав жизнью ради спасения чести? Она уже хлебнула горя с
Зергом, и думаю, что у нее навсегда пропала охота к героическим жестам.
- Если бы мы только пришли раньше! Тогда я могла бы... Мы могли бы ее
спасти.
- И сейчас еще можем.
- Но она же по-настоящему продалась!
- Лгут ли люди во сне? - спросила Корделия. Заметив непонимающий взгляд
Друшикко, она объяснила: - Принцесса не похожа на влюбленную. Она похожа на
пленницу. Я пообещала, что мы попробуем ей помочь, - и мы попробуем. -
"Время". - Но сначала - за Майлзом. Давай проверим второй выход.
- Нам придется пройти через охраняемые коридоры, - предостерегла
Друшикко.
- Ничего не поделаешь. Если мы еще задержимся, дворец начнет просыпаться
и нам встретится больше народа.
- А повара уже сейчас принялись за работу, - вздохнула Дру. - Как раз в
это время, после ночных дежурств, я иногда заходила на кухню выпить кофе с
пирожными.
Увы, диверсионная вылазка не предусматривает перерыва на завтрак. Итак,
настал решающий момент. Идти или не идти? Что ею движет: мужество или
глупость? Какое уж тут мужество - ее мутит от страха, и от того, что это
чувство уже знакомо, ничуть не легче. "Если я не буду действовать, мой
ребенок умрет". Ну что ж, придется обойтись без отваги.
- Идем, - решила Корделия. - Лучшего шанса у нас не будет.
Опять вверх по узенькой лестнице. Вторая панель впустила их в личный
кабинет покойного императора. К великому облегчению Корделии, здесь царили
мрак и запустение; по-видимому, кабинетом не пользовались со дня смерти
Эзара. Огромный комм-пульт был выключен, рассекречен, так же мертв, как и
его хозяин. За окнами все еще было темно - зимой рассветает поздно. Корделия
прошла через комнату, и трость, выскользнув из-за пояса, больно ударила ее
по ноге. В эту минуту ей попался на глаза большой старинный поднос с плоской
керамической чашей. Корделия положила трость на поднос и с серьезным видом
взяла его в руки, как прислуга, несущая любимую безделушку своему господину.
Друшикко одобрительно кивнула:
- Держите поднос ниже, между талией и грудью, - прошептала она. - А спину
надо выпрямить - так нас учили.
Корделия кивнула. Они задвинули панель, привели себя в порядок и вышли в
коридор второго этажа.
Две дворцовые горничные и охранник. На первый взгляд, они выглядели
совершенно естественно - даже в эти неспокойные времена. Капрал службы
безопасности, стоявший на посту у малой лестницы в конце коридора, вытянулся
по стойке "смирно" при виде знаков различия на форме Ботари. Уловка
сработала: две женщины не могут никому угрожать, их самих уже охраняют. А
то, что кому-то угрожать мог их охранник, капралу еще не скоро придет в
голову.
Наверху они свернули в коридор. Ну вот. За этой дверью, согласно
сообщениям верных людей. Фордариан держит захваченный репликатор. Поближе к
себе как живой щит - любая бомба, сброшенная на дворец, убьет и крошечного
Майлза. Если, конечно, барраярец способен считать ее ребенка живым
существом.
У двери стоял еще один охранник. Он подозрительно посмотрел на незнакомые
лица, и его рука потянулась к кобуре. Корделия и Друшикко прошли мимо, даже
не обернувшись. Приветственный салют Ботари мгновенно перешел в удар,
отбросивший охранника к стене. Упасть он не успел - Ботари подхватил его и
втащил внутрь, потом, шагнув назад, занял освободившееся место. Друшикко
бесшумно закрыла дверь.
Корделия дико озиралась, отыскивая автоматические мониторы: Судя по
отсутствию окон, прежде здесь была караулка или, может быть, что-то вроде
чулана. Но сейчас посреди комнаты стоял покрытый скатертью круглый стол, а
на нем - переносной маточный репликатор. Его огоньки по-прежнему вспыхивали
зеленым и желтым. Ни один по-звериному красный глазок еще не предупреждал о
неполадках. У Корделии вырвался вздох, исполненный муки пополам с
облегчением.
Друшикко недовольно оглядывала комнату.
- Что случилось, Дру? - прошептала Корделия.
- Слишком легко все прошло, - пробормотала та.
- Мы еще не закончили. Скажешь "легко" через час.
Она облизнула губы, ощутив, что подсознательно разделяет сомнения
Друшикко. Ничего не поделаешь. Схватить и бежать. Сейчас вся надежда на
скорость, а не на конспирацию.
Корделия поставила поднос на стол, потянулась к ручкам репликатора -и
замерла. Что-то... Что-то было не так. Она всмотрелась в показания приборов.
Монитор кислородонасыщенности не работает... И хотя огонек горит зеленый,
уровень питательной жидкости стоит на нулевой отметке.
Пустой.
Она подалась вперед, еще пристальнее вглядываясь в нелогичную кашу
фальшивых показаний. Преследовавший ее кошмар вдруг стал ужасающе реальным:
неужели они выплеснули его на пол, вылили в водосток, в канализацию?.. Умер
ли ее сын быстро, или они предоставили крошечному младенцу, лишенному
жизнеобеспечения, дергаться в агонии у них на глазах? Может, даже и
смотреть-то не стали...
"Номер аппарата! Проверь номер аппарата".
Безумная надежда - и все же... Она заставила себя сосредоточиться,
собрать бешено разбегающиеся мысли. Она вспомнила, как в задумчивости водила
пальцем по номеру, стоя в лаборатории Ваагена и размышляя о далеком мире,
где было создано это устройство. И номер был другим! Этот репликатор - один
из оставшихся шестнадцати, и поставлен здесь в качестве приманки.
У нее оборвалось сердце. Сколько приготовлено таких ловушек? Она
представила себе, как отчаянно мечется от репликатора к репликатору, словно
ребенок в жестокой игре в "собачку", и ищет, ищет...
"Я сойду с ума".
Нет. Где бы ни находился репликатор, он наверняка недалеко от Фордариана,
в этом-то можно не сомневаться. Опустившись на колени, Корделия приподняла
скатерть. Вот он - датчик давления. Это идея самого Фордариана? Хитро,
ничего не скажешь. Друшикко нагнулась, повинуясь ее жесту.
- Ловушка, - прошептала Корделия. - Если поднять репликатор, сработает
сигнал тревоги.
- Если мы его обезвредим...
- Нет. Не трудись. Это - приманка. Не тот репликатор. Этот пустой, а
лампочки мигают, чтобы он казался работающим.
Она попыталась заставить себя мыслить логически, преодолевая пульсирующую
в висках боль.
- Нам придется идти обратно. Снова вниз - и вверх. Я не собиралась
встречаться с Фордарианом, но уж ему-то точно известно, где Майлз. Небольшой
допрос в добром старом стиле. Времени у нас в обрез. Если сработает сигнал
тревоги... В коридоре загромыхали шаги, послышались крики, прошипели
выстрелы парализатора. Ботари спиной ввалился в дверь.
- Ну все, нас заметили, - констатировал он.
"...Все пропало..." - Сознание Корделии машинально закончило начатую
фразу. Окна нет, дверь только одна, и они только что потеряли единственный
путь к отступлению. Ловушка все-таки сработала.
"И да гореть Фордариану в аду!"
Друшикко сжала парализатор:
- Мы вас не сдадим, миледи. Будем сражаться до последнего.
- Глупости, - огрызнулась Корделия. - Наша смерть ничего не даст.
Фордариан потеряет нескольких солдат, вот и все. Принимать сейчас бой просто
бессмысленно.
- Вы хотите сказать, что надо сдаться?
- Слава самоубийц - утеха для дураков. Мы не сдаемся. Мы выжидаем, когда
представится возможность победить. Но мы не сможем ею воспользоваться, если
будем парализованы или поджарены нейробластером. Конечно, если бы здесь
стоял настоящий репликатор... "Я уже настолько обезумела, что могла бы
пожертвовать жизнями этих людей ради своего сына, - с горечью подумала
Корделия, - но все же не настолько, чтобы потратить их даром". Не настолько
обарраярилась.
- Вы окажетесь у Фордариана в заложниках, - предостерег Ботари.
- Я и так у него в заложниках - с того дня, как он захватил Майлза,
-горько ответила Корделия. - Это ничего не изменит.
Несколько минут переговоров, которые велись через дверь, - и им удалось
сдаться живыми, несмотря на то, что охранники были взвинчены до предела.
Корделия, Ботари и Дру бросили свое оружие в приоткрытую дверь. На всякий
случай проверив незваных гостей сканерами, четверо охранников ворвались в
комнату; другие, с бластерами на изготовку, остались в коридоре. Всех троих
тщательно обыскали. Охранник, который обыскивал Корделию, озадаченно
нахмурился, когда подозрительный бугор под ее болеро оказался всего-навсего
детской сандалией. Он положил ее на стол рядом с подносом.
Командир, в коричневом с золотом мундире, проговорил в наручный комм: -
Здесь все в порядке. Доложи милорду. Нет, он велел его разбудить.
Хочешь потом объяснять ему, почему ты этого не сделал? Спасибо.
Все еще не пришедшего в себя часового, которого оглушил Ботари, унесли.
Охранники велели Корделии, Дру и Ботари стоять лицом к стене и не
шевелиться. Корделия не теряла надежды. Карин все же придет к ней, пусть
даже к пленной - не может не прийти. А на разговор с принцессой ей
потребуется не больше тридцати секунд.
"Стоит мне увидеть Карин - и ты мертвец, Фордариан. Ты можешь ходить,
говорить, отдавать приказы и еще несколько недель не знать о своей гибели,
но я решу твою судьбу так же бесповоротно, как ты решил судьбу моего сына".
Причина ожидания наконец прояснилась: в дверь протолкался сам Фордариан,
голый по пояс, в зеленых парадных брюках и шлепанцах на босу ногу. За ним
вошла принцесса Карин, зябко кутаясь в красный бархатный халат. У Корделии
отчаянно забилось сердце. Сейчас?
- Так. Мышеловка сработала, - удовлетворенно начал Фордариан, но тут же
изумленно хмыкнул, когда Корделия, оттолкнувшись от стены, повернулась к
нему лицом. Властным движением руки он остановил охранника. Изумление на
лице графа сменилось хищной ухмылкой. - Да еще как сработала! Просто
великолепно!
Стоявшая позади него Карин в полном недоумении уставилась на Корделию.
"Это моя мышеловка сработала, - подумала Корделия. - И теперь
берегись..."
- В том-то и дело, милорд, что не сработала, - скорбно доложил начальник
охраны. - Мы не заметили эту группу на внешнем периметре дворца - они как с
неба свалились, не потревожили ни одну контрольную систему. Так не бывает.
Если бы я не пришел поговорить с Роджетом, мы могли бы и вовсе их не
обнаружить.
Фордариан пожал плечами: он был слишком доволен результатом, чтобы
гневаться на служебные упущения своих подчиненных.
- Допроси с суперпентоталом эту девчонку, - он указал на Друшикко, -и,
надо полагать, узнаешь, как им это удалось. Она раньше состояла в дворцовой
службе безопасности.
Друшикко возмущенно оглянулась на принцессу. Та невольно еще плотнее
завернулась в халат и посмотрела на девушку с не менее обиженным видом.
- Выходит, - заговорил Фордариан, все еще улыбаясь Корделии, - у лорда
Форкосигана совсем не осталось солдат, раз он посылает вместо них свою жену?
Значит, победа нам обеспечена.
Он улыбнулся охранникам, и те радостно заулыбались в ответ.
"Дьявол, как жаль, что я не застрелила его спящим".
- Что ты сделал с моим сыном, Фордариан?
- Инопланетная баба никогда не подчинит себе Барраяр, обманом отдав
империю мутанту, - процедил сквозь зубы Фордариан. Он уже не улыбался. -Это
я гарантирую.
- Значит, такова новая официальная версия? Мне власть не нужна. Но я не
позволю, чтобы мной управляли идиоты.
За спиной Фордариана Карин грустно скривила губы.
"Да слушай меня, Карин!"
- Где мой сын, Фордариан? - упрямо повторила Корделия.
- Он теперь - император Вейдл, - заметила Карин, переводя взгляд с
Корделии на Фордариана. - Если, конечно, удержит титул.
- Удержу, - пообещал Фордариан, оборачиваясь к принцессе. - У Эйрела
Форкосигана прав не больше, чем у меня. И я буду беречь то, что не сумели
сберечь его сторонники. Я буду оберегать и защищать истинный Барраяр.
- Мы сумели, - прошептала Корделия, встретившись взглядом с Карин.
"Сейчас". Она быстро взяла со стола сандалию и протянула ей. Глаза Карин
широко раскрылись. Бросившись вперед, она схватила сандалию. У Корделии
свело руку; сейчас она чувствовала себя бегуном, который умирает, передав
эстафету в каком-то жизненно важном забеге. В ее душе расцвела яростная
уверенность.
"Вот ты и попался, Фордариан".
Внезапное движение насторожило охранников. Карин жадно рассматривала
сандалию, поворачивая ее в руках. Фордариан озадаченно поднял брови, потом
решил не обращать на Карин внимания и повернулся к начальнику охраны:
- Этих пленных, всех троих, оставишь во дворце. Я сам буду присутствовать
на допросах.
Исступленная, безумная надежда на краткий миг исказила лицо Карин, но в
следующую секунду она вновь овладела собой.
"Да, - подумала Корделия. - Тебя предали. Тебе лгали. Твой сын жив:
теперь тебе снова надо двигаться, думать и чувствовать. Сбрось оцепенение. Я
принесла тебе не дар. Я принесла тебе проклятие".
- Карин, - тихо спросила она, - где мой сын?
- Репликатор - на полке дубового гардероба в спальне покойного
императора, - ровным голосом ответила принцесса, глядя Корделии прямо в
глаза. - А где мой?
- Был жив и здоров, когда я в последний раз его видела. И будет жив и
здоров, пока этот самозванец, - она кивком указала на. Фордариана, - не
узнает, как до него добраться. Грегор по вам соскучился. Просил передать
привет.
Карин вздрогнула, как от удара.
Фордариана наконец начал понимать, что происходит.
- Грегор на дне озера, погиб при аварии флайера вместе с предателем
Негри, - резко бросил он. - Самая опасная ложь - это та, в которую хочешь
поверить. Берегись, леди Карин. Я не смог спасти его, но я за него отомщу.
Это я обещаю.
"О-о! Подожди, Карин. - Корделия закусила губу. - Не здесь. Слишком
опасно. Подожди удобного случая. По крайней мере дождись, пока этот ублюдок
уснет. Но если даже бетанка не решилась убить спящего врага, то насколько
это труднее сделать фору? А Карин - настоящий фор".
Губы принцессы изогнулись в недоброй улыбке. Глаза ее горели.
- Этот сандалик не был в воде, - тихо проговорила она.
Корделия услышала в ее голосе зловещие нотки, но Фордариан, похоже,
принял их за беспомощное женское горе. Он мельком взглянул на сандалик, так
и не поняв, какую весть принес этот предмет, и встряхнул головой, словно
освобождаясь от ненужных мыслей.
- Когда-нибудь ты родишь еще одного сына, - ласково пообещал он ей.
-Нашего сына.
"Подожди, подожди, ну подожди же!" - мысленно молила Корделия.
- Никогда, - прошептала Карин. Шагнув к стоявшему в дверях охраннику, она
выхватила у него из раскрытой кобуры нейробластер, направила его прямо на
Фордариана и выстрелила.
Изумленный охранник ударил ее по руке, и разряд прошел мимо, с треском
разнося потолок. Фордариан нырнул за стол - единственный предмет мебели в
комнате - и перекатился. В ту же секунду его личный телохранитель
автоматическим движением выхватил свой нейробластер и нажал на спуск. Лицо
Карин исказилось смертельной мукой, голубой огонь охватил ее голову, рот
открылся в последнем беззвучном крике.
"Подожди!" - мысленно простонала Корделия.
- Н-е-ет! - отчаянно заорал Фордариан. Вскочив, он вырвал нейробластер из
рук другого охранника. Телохранитель, уже осознав чудовищность своей ошибки,
отшвырнул оружие, словно желая отстраниться от содеянного. Фордариан
пристрелил его на месте.
Все поплыло перед глазами у Корделии. Схватив трость Куделки, она
отстрелила ножны прямо в лицо одному из охранников и молниеносно всадила
клинок в руку Фордариана. Тот закричал и выронил оружие. Друшикко уже
завладела первым брошенным нейробластером. Ботари обезвредил стоявшего рядом
с ним солдата одним смертельным ударом в горло. Корделия захлопнула дверь в
коридор перед носом у оставшихся там охранников и кинулась вперед. Прожужжал
разряд парализатора, потом один за другим три быстрых выстрела
нейробластера: это Друшикко разделалась с последними из людей Фордариана. -
Хватай его! - прокричала Корделия сержанту. Трясущийся Фордариан, сжимавший
окровавленную кисть правой руки, не мог толком сопротивляться, хотя лягался
и кричал. Ботари моментально скрутил его и приставил к затылку нейробластер.
- Пошли отсюда, - скомандовала Корделия, ударом ноги распахивая дверь. -
В спальню императора.
"К Майлзу".
Солдаты в коридоре вскинули оружие, но замерли в нерешительности при виде
своего господина.
- Дорогу! - прорычал Ботари. Охранники расступились. Корделия схватила
Друшикко за руку, и они перешагнули через тело принцессы, прекрасной даже в
смерти. Держась так, чтобы Ботари и Фордариан оказались между ними и
охранниками, женщины отступили по коридору.
- Достаньте, у меня из кобуры плазмотрон и открывайте огонь, - жестко
велел Корделии сержант. Ему удалось завладеть оружием только к концу
потасовки - наверное, поэтому на его счету оказалось так мало убитых.
- Но мы подожжем дворец! - ужаснулась Друшикко.
Все бесценные антикварные изделия, все исторические реликвии находились в
этом крыле. Это точно.
Корделия отчаянно ухмыльнулась, подняла плазмотрон и выстрелила в дальний
конец коридора. Деревянная мебель, паркет и старинные драпировки с ревом
вспыхнули при первом же прикосновении огненного луча.
"Горите! Горите за Карин. Пусть это возжигание будет достойно ее отваги и
муки, пусть пламя возносится выше и выше..."
Оказавшись перед дверью в спальню покойного императора, Корделия послала
струю плазмы и в другой конец коридора.
"А это вам за то, что вы сделали со мной и моим мальчиком..."
Огонь на несколько минут задержит преследователей. Казалось, ее тело
парило, сделавшись необыкновенно легким.
"Интересно, Ботари чувствует то же самое, когда убивает?"
Друшикко бросилась к панели потайной лестницы. Она действовала уверенно,
словно ее руки и искаженное горем лицо принадлежали разным людям. Корделия
кинула шпагу на кровать, метнулась к огромному резному гардеробу, стоявшему
у ближней стены, и распахнула дверцы. В полутьме на центральной полке горели
янтарные и зеленые огни.
"Господи, только бы не очередная пустышка..."
Она обхватила репликатор и вытащила его на свет. Судя по весу, он был
полон жидкости. Правильные показания приборов, правильные цифры. Это он.
"Спасибо тебе, Карин. Я не хотела твоей гибели".
"Я сошла с ума". Она не испытывала ни горя, ни раскаяния, хотя сердце
бешено колотилось и дыхание перехватило. Наверное, это и есть боевой
адреналиновый шок, бросающий людей на амбразуры. Вот что, оказывается, так
ценят войноголики.
Фордариан, ругаясь, пытался вырваться из железной хватки Ботари.
- Вам не убежать! - Перестав брыкаться, он попробовал заглянуть в глаза
Корделии. - Подумайте, леди Форкосиган. У вас ничего не выйдет. Я вам нужен
как заслон, но нести меня парализованного вы не сможете. А в сознании я буду
все время сопротивляться. Там, снаружи, вас неминуемо схватят. - Голос его
стал слащавым-слащавым. - Сдайтесь сейчас, и вы сохраните себе жизнь. И в
придачу вот эту жизнь, которая так много для вас значит. - Он кивнул на
репликатор в руках Корделии. Ее шаги теперь были тяжелее, чем у беременной
Элис Форпатрил.
- Я не приказывал этому дураку Форхаласу убить наследника Форкосигана, -
торопливо продолжал граф, пытаясь пробиться сквозь их молчание. По его
пальцам струилась кровь. - Для Барраяра опасен только сам лорд с его
безумными прогрессистскими идеями. Ваш сын вполне мог бы унаследовать
графство после Петера. А старику не следовало нарушать верность своей
партии. Это же просто преступление - то, к чему Эйрел вынудил своего отца!
"Так. Значит, это был ты. С самого начала".
От потери крови и шока он говорил сумбурно, обычно гладкие политические
аргументы звучали пародией. Казалось, Фордариан надеялся отговориться от
возмездия, стоит только подобрать нужные слова. Почему-то Корделия
сомневалась, что у него это получится. Фордариан не был ни вызывающе
аморален, как Форратьер, ни так развращен, как Зерг, но зло все равно так и
сочилось из него - не из-за его пороков, а из-за его добродетелей:
убежденности в своих консервативн
...Закладка в соц.сетях
