Жанр: Научная фантастика
Меч Шаннары
... хуже того, еще один Носитель Черепа.
Закончив привязывать пленника к дереву, скальный тролль
прежним путем вернулся на поле сражения и стер там все следы их
пребывания. Панамон в изнеможении прислонился к большому клену,
усталый юноша устроился напротив него, удобно усевшись на
маленький, поросший травой бугорок, рассеянно глядя на вершины
деревьев и глубоко вдыхая лесной воздух. День подходил к концу, солнце
быстро клонилось к горизонту, и близящийся вечер раскрашивал небо на
западе пурпурными и темно-синими полосами. До наступления темноты
оставалось меньше часа, а ночь поможет им скрыться от врагов. Шеа
горячо желал вновь встретиться с товарищами, вспоминая мудрое
руководство и огромную мистическую мощь Алланона, отвагу его
спутников: Балинора, Генделя, Дарина, Даэля и пылкого Мениона Лиха.
Больше всего он мечтал снова увидеть Флика - Флика с его
неколебимой, безрассудной верой и преданностью. Панамон Крил был
хорошим союзником, но их связывало немногое. Вор достаточно прожил
на свете, пользуясь своим умом и хитростью, чтобы понять, что для него
значат такие понятия, как честность и правда. А кем был на самом деле
Кельцет, загадочный даже для Панамона?
- Панамон, ты говорил, что собираешься объяснить мне все насчет
Кельцета,- вполголоса заметил Шеа. Откуда его знает Носитель Черепа.
Какое-то время в воздухе висела тишина, и Шеа даже приподнялся,
чтобы проверить, слышал ли Панамон его слова. Тот молча смотрел на
него.
- Носитель Черепа? Похоже, ты много больше моего знаешь обо
всей этой истории. Это ты расскажи мне о моем старом спутнике, Шеа.
- Ты ведь не сказал мне правды, когда спас меня от карликов,
верно? - спросил его Шеа.- Его не изгнали из родной деревни. И он
никого там не убил. Так?
Панамон весело рассмеялся и пригладил железным шипом
встопорщенные усики.
- Может быть, и так. А может быть, все это и в самом деле с ним
случилось. Я не знаю. Мне всегда казалось, что раз он связался с таким,
как я, то с ним наверняка должно было случиться что-то подобное. Он не
вор; я не знаю, кто он такой. Но он мой друг - это точно. Я не лгал,
когда говорил тебе это.
- Откуда он родом? - немного помедлив, спросил Шеа.
- Я встретил его к северу от этих мест, пару месяцев назад. Он шел
от Чарнальских гор, израненный, слабый, еле живой. Не знаю, что там с
ним приключилось. Он сам никогда не рассказывал, а я не спрашивал. У
него есть такое же право держать свое прошлое при себе, как и у меня. Я
несколько недель ухаживал за ним. Я немного знаю язык жестов, а он
понимал его, так что мы могли кое-как общаться. Жестами он и сказал
мне свое имя. Мы немного узнали друг о друге - но совсем немного.
Когда он выздоровел, я предложил ему идти со мной, и он согласился.
Мы неплохо уживаемся, знаешь ли. Жаль только, что он не настоящий
вор.
При этих словах Шеа покачал головой и тихо усмехнулся.
Панамон Крил все-таки никогда не изменится. Он не знал и не понимал
другой жизни, и не хотел ее понимать. Он одобрял только тех людей, кто
поворачивался к окружающему миру спиной и силой брал все, что хотел.
Однако дружба оставалась священным понятием даже для вора, и с ней
он считался серьезно. Даже Шеа начинал испытывать странные
дружеские чувства к переменчивому Панамону Крилу, что казалось
невероятным, ибо их характеры и взгляды на жизнь были совершенно
противоположны. Однако каждый из них понимал чувства другого, хотя
и не находил их причину разумной, а кроме того, их сближал опыт
сражения с общим врагом. Возможно, этого было достаточно для
дружбы.
- Откуда же существо Черепа могло его знать? - настаивал Шеа.
Панамон недоуменно пожал плечами, показывая этим, что не
знает ответа и не стремится его узнать. Юноша заподозрил, что в
последнем тот слегка кривит душой и вовсе не отказался бы узнать
секрет таинственного появления Кельцета двумя месяцами ранее. Его
загадочное прошлое как-то было связано с тем, что Носитель Черепа
неожиданно узнал громадного тролля. В его жестоких глазах тогда на
секунду промелькнул страх, и Шеа с трудом мог вообразить, каким
образом смертный мог напугать это всесильное существо. Панамон
также заметил страх в глазах Носителя Черепа, и наверняка задавал себе
тот же вопрос.
Когда Кельцет вернулся, солнце уже садилось, и его последние
тусклые лучи уже почти не освещали темный лес. Тролль тщательно
уничтожил все следы их пребывания на поле битвы, оставив множество
ложных следов, чтобы сбить с толку любого, кто попытался бы следить
за ними. Панамон ощутил достаточно сил, чтобы продолжать путь
самостоятельно, но все же настаивал, чтобы Кельцет поддерживал его,
пока они не доберутся до места, подходящего для ночлега, потому что
темнело слишком быстро и идти по лесу становилось трудно. Но Шеа
была возложена миссия вести на веревке присмиревшего Орл Фейна,
чего он лично не одобрял, но согласился беспрекословно. Панамон еще
раз попытался избавиться от потертого мешка и его содержимого, но
лишить Орл Фейна его сокровищ оказалось не так легко. Он немедленно
поднял протестующий визг, и тогда вор предложил завязать ему рот, что
и было исполнено, так что теперь несчастный карлик мог издавать
только невнятные стоны. Но когда они собрались двинуться через лес,
пленник в отчаянии бросился на землю и отказался вставать, несмотря
на жестокие пинки окончательно вышедшего из себя вора. Конечно,
Кельцет легко мог бы нести карлика на руках и при этом еще
поддерживать Панамона, но это был не самый простой выход из
положения. Бормоча ужасные угрозы в адрес визжащего карлика, вор
наконец велел Кельцету подобрать брошенный мешок, и они начали
свой путь вчетвером по мрачному лесу.
Когда стало настолько темно, что трудно было определить, в
каком направлении они движутся, Панамон объявил привал на
небольшой полянке среди громадных дубов, чьи сплетающиеся ветви
образовывали над головой ажурный полог. Орл Фейн был привязан к
одному из высоких дубов, а остальные трое путников принялись
разводить костер и готовить ужин. Через некоторое время им пришлось
ненадолго освободить Орл Фейна, чтобы покормить его. Хотя Панамон
и не знал точно, где они находятся, он чувствовал себя здесь в
безопасности и решился развести костер, будучи почти уверен, что
ночью их никто не побеспокоит. Вероятно, его спокойствие заметно
пострадало бы, если бы он знал об опасностях лесной чащи,
окружающей мрачные скалы Паранора. В этот момент они находились в
глубине дубравы, с востока примыкающей к опасному лесу, кольцом
обступившему Паранор. В той части леса, где они разбили свой лагерь,
прислужники Повелителя Колдунов появлялись лишь изредка, и
нежелательная встреча с врагами была маловероятна. Они молча поели,
голодные и уставшие после долгого дневного пути. На время ужина
прекратился даже визг беспокойного Орл Фейна, пока тщедушный
карлик жадно заглатывал пищу, склонив хитрое желтое личико к
жаркому костерку; его темно-зеленые глаза опасливо бегали по лицам
его невольных спутников. Шеа не обращал на него внимания,
раздумывая над тем, что можно рассказать Панамону Крилу о себе, об
отряде и о самом важном - о Мече Шаннары. Ужин подошел к концу, а
он так и не пришел к решению. Пленник вновь был привязан к
ближайшему дубу, и после бессловесного обещания, что он больше не
будет визжать и кричать, ему даже развязали рот. Затем, удобно
устроившись перед догорающим костром, Панамон внимательно
взглянул на притихшего юношу.
- Подошло время, Шеа, рассказать мне все, что тебе известно про
этот Меч,- сухо начал он.- Без вранья, без полуправды, без всяких
недоговорок. Я обещал тебе помочь, но мы должны доверять друг другу
- нам не стоит разговаривать так, как я разговаривал с этим жалким
дезертиром. Я с тобой вел себя честно и открыто. Окажи и мне такую
услугу.
И Шеа рассказал ему все. Вначале он вовсе не собирался это
делать. Он просто не был уверен, как много стоит ему рассказывать, но
одно слово тянуло за собой следующее, и прежде, чем он опомнился,
Панамону стала известна вся история. Он рассказал о визите Алланона и
о последующем появлении Носителя Черепа, вынудившего братьев
бежать из Тенистого Дола. Он пересказал события, произошедшие по
пути в Лих, встречу с Менионом и последовавшее за ней ужасное
путешествие через Черные Дубы в Кулхейвен, где они присоединились к
отряду. Он коротко описал поход к Драконьим Зубам, значительная
часть которого оставалась для него смутной и расплывчатой. Он
закончил свой рассказ описанием падения с Морщины в реку, которая
вынесла его на равнины Рабб, где его и взяли в плен карлики-охотники.
Панамон слушал его историю, не перебивая, в изумлении расширив
глаза. Кельцет в непроницаемом молчании сидел рядом, его умные глаза
на грубом лице неотрывно наблюдали за юношей, повествующим о
своих приключениях. Орл Фейн нервно подергивался, неразборчиво
визжал и бормотал, слушая его рассказ; глаза его безумно бегали по
поляне, словно он ожидал, что здесь с минуты на минуту появится сам
Повелитель Колдунов.
- Это самая невероятная история, какую мне только приходилось
слышать,- заявил наконец Панамон.- Она настолько неправдоподобна,
что даже мне нелегко в нее поверить. Но я верю тебе, Шеа. Верю потому,
что сам дрался на равнине с этим черным крылатым чудищем, потому
что своими глазами видел силу этих диковинных Эльфийских камней,
как ты их называешь. Но вся эта история про Меч и потерянного
наследника Шаннары - не знаю. Ты сам-то в нее веришь?
- Я сначала не верил,- признался наконец Шеа,- а сейчас я даже не
знаю, что и подумать. Так много всего случилось, что я уже не могу
решить, кому и чему можно верить. Во всяком случае, сейчас я должен
найти Алланона и его товарищей. Может быть, они уже нашли Меч.
Может быть, они уже знают ответ на эту загадку о моем происхождении
и силе Меча.
Орл Фейн внезапно согнулся вдвое, зайдясь истерическим
визгливым хохотом.
- Нет, нет, Меч не у них,- завопил он, словно безумец, охваченный
приступом ярости.- Нет, нет, только я могу показать вам Меч! Я приведу
вас к нему. Только я. Можете искать, и искать, и искать - ха-ха-ха -
сколько угодно. Только я знаю, где он! Я знаю, у кого он. Только я!
- По-моему, он лишился рассудка,- уныло проговорил Панамон
Крил и велел Кельцету снова заткнуть рот беспокойному карлику.-
Утром мы точно узнаем, что ему известно. Если он что-то знает про Меч
Шаннары, в чем я серьезно сомневаюсь, он расскажет нам или пожалеет!
- Ты думаешь, он может знать, где сейчас Меч? - серьезно спросил
Шеа.- Этот Меч значит очень много, не только для нас, но для всех
народов четырех земель. Мы должны постараться узнать, что ему на
самом деле известно.
- От твоей жалости к людям у меня слезы на глаза
наворачиваются,- пренебрежительно усмехнулся Панамон.- Пусть он все
хоть провалятся, мне все равно. Они для меня ни разу ничего не сделали
- разве что когда путешествовали в одиночку, без оружия и с толстыми
кошельками, а это случалось вовсе не так часто.- Он заметил на лице
Шеа разочарование и небрежно пожал плечами.- Но Меч меня все-таки
интересует, так что, возможно, я и захочу тебе помочь. В конце концов я
перед тобой в большом долгу, а своих долгов я не забываю.
Кельцет заткнул рот бессвязно лопочущему карлику и уселся
рядом с ними перед маленьким костерком. Орл Фейна охватил резкий
визгливый смех, перемежающийся неразборчивым мычанием, которое не
мог заглушить даже матерчатый кляп. Шеа настороженно посмотрел на
маленького пленника, видя, как извивается, словно одержимое дьяволом,
его сухое желтое тельце, как бешено бегают его широкие темные глаза.
Панамон какое-то время доблестно не обращал внимания на его стоны,
но затем потерял терпение, вскочил на ноги и выхватил кинжал,
намереваясь отрезать карлику язык. Орл Фейн мгновенно затих, и на
время о нем удалось забыть.
- Почему, как ты полагаешь,- начал секунду спустя Панамон,- это
существо с Севера решило, что мы скрываем от него Меч Шаннары?
Странно, что оно даже не колебалось. Оно заявило, что чувствует его
присутствие. Как ты это объяснишь?
Шеа на миг задумался и наконец неуверенно пожал плечами.
- Должно быть, оно спутало с Мечом Эльфийские камни.
- Может, ты и прав,- медленно согласился Панамон, задумчиво
потирая здоровой рукой подбородок.- Я, честно говоря, ничего не
понимаю. Кельцет, а ты что об этом думаешь?
Громадный скальный тролль пристально поглядел на них, а затем
сделал несколько быстрых жестов руками. Панамон внимательно следил
за ним, потом с раздраженным видом повернулся к Шеа.
- Он считает, что Меч очень важен, а Повелитель Колдунов
смертельно опасен для всех нас.- Вор громко рассмеялся.- Он очень нам
помог, должен отметить!
- Меч В САМОМ ДЕЛЕ важен! - повторил Шеа, и его слова
растаяли в темноте. Потом они долго сидели молча, погрузившись в
свои раздумья.
Наступила ночь, за кругом тускло светящихся багровых углей
костра сгустился мрак. Лес стеной обступил маленькую полянку,
укрывая их, окружая жужжанием насекомых и редкими далекими
криками зверей. Между ветвей громадных деревьев виднелись клочки
темно-синего неба, в котором горело несколько далеких звезд. Панамон
еще пару минут тихо говорил, пока угли не превратились в золу. Тогда
он встал, разбросал пепел и втоптал его в землю, и с такой уверенностью
пожелал своим спутникам доброй ночи, что Шеа даже не пытался
больше завести с ним разговор. Прежде, чем Шеа успел выбрать себе
удобный клочок земли для ночлега, Кельцет уже завернулся в одеяло и
заснул. После долгого напряженного пути и сражения с Носителем
Черепа юноша невероятно устал. Подстелив одеяло, он улегся на спину,
сбросил с ног охотничьи ботинки и бездумно уставился в темное небо, на
фоне которого лишь с трудом мог различить контуры ветвей.
Шеа думал обо всем, что приключилось с ним за эти дни, вновь
мысленно прослеживая свой долгий, бесконечный путь из Тенистого
Дола. Так много загадок оставались нерешенными. Он так далеко
прошел, так многое испытал, но до сих пор не знал всей правды. Секрет
Меча Шаннары, Повелителя Колдунов, его собственного происхождения
- все это по-прежнему оставалось для него тайной. Отряд сейчас
наверняка искал его, под руководством молчаливого мистика Алланона,
кроме которого, никто не знал ответов на эти бесчисленные вопросы.
Почему он с самого начала не рассказал Шеа все? Почему он
предпочитал излагать им историю по частям, все время немного
недоговаривая, все время скрывая от них ключ к окончательному
пониманию загадочной силы, скрытой в таинственном Мече Шаннары?
Он повернулся на бок, вглядываясь сквозь тьму в силуэт Панамона
Крила, спящего в нескольких футах от него. Чуть дальше, по другую
сторону поляны, слышалось тяжелое дыхание Кельцета, сливающееся с
ночными шорохами леса. Орл Фейн сидел прямо, прислонившись
спиной к дереву, к которому был привязан, его глаза, неподвижно
уставившиеся на Шеа, светились в темноте, как у кошки. Юноша
некоторое время смотрел на карлика, настороженный его взглядом, но
потом решительно повернулся на другой бок и закрыл глаза, быстро
засыпая. Напоследок он успел сжать в кулаке Эльфийские камни,
которые хранил в мешочке на груди, и подумал о том, защитит ли его их
сила в будущем.
Шеа внезапно проснулся, в глаза ему полился серый свет раннего
лесного утра. Его разбудил поток гневных разочарованных ругательств,
исходящих от взбешенного Панамона Крила. Вор, вне себя от ярости,
носился по поляне, громко крича и проклиная весь мир. Шеа не мог
понять, что же послужило причиной его гнева, и только через несколько
минут он протер глаза и приподнялся на локте, утомленно вглядываясь в
полумрак. Казалось, он спал всего несколько минут; все его мышцы
болели и ныли, а в мыслях клубился туман. Панамон продолжал
бушевать, бегая взад и вперед по маленькой полянке, а Кельцет молча
сидел под одним из огромным дубов. Затем Шеа понял, что Орл Фейн
исчез. Он вскочил на ноги и бросился вперед, ощутив внезапный страх.
Секунду спустя оправдались его самые худшие опасения - веревки,
связывавшие карлика, теперь лежали, разорванные, вокруг основания
могучего ствола. Коварный карлик сбежал, и Шеа лишился своего
единственного шанса найти исчезнувший Меч.
- Как он освободился? - сердито осведомился Шеа.- Я думал, ты
привяжешь его так, чтобы он не мог дотянуться ни до чего острого!
Панамон Крил взглянул на него как на полного идиота, и на его
побагровевшем лице возникла маска раздражения.
- Я что, похож на такого кретина? Конечно, я привязал его так,
чтобы он ни до чего не мог дотянуться. Я привязал его к этому
проклятому дереву и позаботился даже заткнуть ему рот. Где твои глаза?
Этот чертенок не резал веревок. Он их перегрыз!
Теперь уже онемел Шеа.
- Это не шутка, уверяю тебя,- сердито заявил Панамон.- Он
перегрыз веревки зубами. Наш приятель-грызун оказался
предприимчивее, чем я предполагал.
- Или, возможно, отчаяннее,- задумчиво добавил юноша.-
Интересно, почему он не попытался убить нас? У него были хорошие
причины нас ненавидеть.
- Это очень жестоко с твоей стороны - говорить такие вещи,- с
деланным удивлением заявил вор.- Но раз уж ты спросил, я объясню.
Его ужасала мысль, что один из нас может проснуться. Он же дезертир -
существо низшего порядка. Он сбежал, потому что на другое у него
просто не хватило смелости. Что такое, Кельцет?
Громадный скальный тролль безмолвно подошел к своему
товарищу и сделал несколько быстрых жестов, указывая на север.
Панамон раздраженно покачал головой.
- Этот хитрый мышонок ушел уже давно - несколько часов назад.
Хуже того, глупец побежал на север, и гнаться за ним вряд ли будет
полезно для нашего здоровья. Вероятнее всего, его заметят его же
сородичи и расправятся с ним сами. Они беспощадны к дезертирам. Ха,
пускай бежит! Нам без него будет спокойнее, Шеа. Тем более, он
наверняка врал про твой Меч Шаннары.
Шеа задумчиво кивнул, не уверенный до конца в том, что все слова
карлика были заведомой ложью. Несмотря на свое нервное поведение, он
все же производил впечатление, что ему известно, где и у кого находится
сейчас Меч. Сама мысль, что он мог владеть этим секретом, выводила
юношу из себя. Что, если он отправился за Мечом? Что, если он знает,
где искать его?
- Выбрось это из головы, Шеа,- уравновешенно посоветовал
Панамон.- Карлик нас до смерти боялся; он думал только о том, как бы
сбежать. Вот он и придумал эту историю про Меч, чтобы мы не убили
его, пока он не нашел способ побега. Посмотри! Он скрылся так
поспешно, что даже забыл свой бесценный мешок.
Только сейчас Шеа заметил, что на другой стороне поляны лежит
полураскрытый мешок. В самом деле, странно, что Орл Фейн так просто
бросил свои сокровища после таких стараний сохранить их при себе.
Этот бесполезный мешок был вчера так важен для него, но вот он лежит,
брошенный, на земле, и его содержимое чуть не высыпается на землю.
Движимый любопытством, Шеа подошел к мешку и стал подозрительно
рассматривать. Затем он вытряхнул из него содержимое, и мечи,
кинжалы и безделушки со звоном посыпались на землю. Шеа осмотрел
их, заметив, что рядом с ним появилась громадная фигура Кельцета,
склонившего свое мрачное невыразительное лицо к земле. Они стояли
рядом, изучая брошенные карликом трофеи, словно в них заключался
некий таинственный секрет. Их спутник несколько секунд ждал, затем
начал недовольно ворчать и, пошатываясь, присоединился к ним, глядя
на оружие и украшения.
- Пожалуй, нам пора,- вполголоса посоветовал он.- Нам еще надо
найти твоих друзей, Шеа, а с их помощью, возможно, мы сможем найти
и этот Меч. На что ты смотришь? Ты уже видел весь этот дешевый хлам.
Здесь за ночь ничего не прибавилось.
И тогда Шеа увидел.
- Что-то изменилось,- медленно проговорил он.- Он исчез. Карлик
унес его.
- Что еще исчезло? - раздраженно отрезал Панамон, вороша ногой
груду предметов.- О чем ты говоришь?
- Старый меч в кожаных ножнах. С рукой и факелом на эфесе.
Панамон, быстро взглянул на лежащие в груде мечи,
заинтересованно прищурившись. Кельцет резко выпрямился и в упор
посмотрел своими умными глазами на Шеа. Он тоже понял.
- Значит, он взял с собой один меч,- проворчал Панамон.- Это же
еще не значит, что онЄ- Он замолк; челюсть его ошеломленно
отвалилась, а глаза округлились и забегали по сторонам.- О нет! Этого
не может быть - просто не может быть. Ты что, хочешь сказать, что он
взялЄ
Он поперхнулся своими словами, не сумев закончить ужасную
мысль. Шеа в молчаливом отчаянии кивнул.
- Меч Шаннары.
Глава 21
Тем же утром, когда Шеа со своими новыми товарищами
столкнулся с ужасной правдой о бегстве Орл Фейна с Мечом Шаннары,
Алланона и оставшихся членов отряда занимали собственные проблемы.
Под уверенным руководством мистика они выбрались из Крепости
Друидов, спустившись через лабиринт извилистых туннелей в толще
горы к лежащим внизу лесам. На своем пути к свободе они практически
не встретили сопротивления, столкнувшись лишь с отдельными
перепуганными карликами, спешащими по туннелям - последними из
разбитого и бежавшего отряда дворцовой стражи. Когда крошечный
отряд удалился от зловещих скал на безопасное расстояние и двинулся
через леса на север, день уже близился к концу. Алланон был убежден,
что карлики вынесли Меч Шаннары из Крепости еще до их
столкновения с Носителем Черепа в комнате с печью, но точно сказать,
когда это произошло, он не мог. Северные границы Паранора, однако,
патрулировали войска Эвентина, и любая попытка доставить Меч на
север должна была встретить сопротивление его солдат. Возможно, Меч
сейчас уже в руках эльфийского короля. Возможно, тот даже сумел
перехватить пропавшего Шеа. Алланона до крайности беспокоила
судьба юноши, которого он ожидал найти в Крепости Друидов.
Мысленный поиск, который он предпринял еще у подножия Драконьих
Зубов, не мог дать неверный результат. Шеа находился в окружении
других смертных, и они двигались на север, к Паранору. Что-то
помешало им добраться до цели. Но все же у Шеа оставалась его
предприимчивость и Эльфийские камни, способные защитить его от
Повелителя Колдунов. Друиду оставалось надеяться, что они без
дальнейших затруднений сумеют найти друг друга, и что когда это
случится, Шеа окажется живым и невредимым.
Однако, у Алланона были и другие заботы, требующие его
непосредственного внимания. В крепость в больших количествах начали
прибывать подкрепления карликов, и вскоре они пришли к выводу, что
вторгшийся отряд под руководством Алланона покинул замок и
скрывается где-то в чаще Неприступного леса, окружающего Паранор.
Собственно говоря, карлики не представляли, кого именно им следует
искать; они знали только, что кто-то проник в замок, и эти люди должны
быть найдены и уничтожены. Посланцы Повелителя Колдунов еще не
прибыли в Крепость, и Король Черепа еще не понимал, что добыча
ускользнула от него. Он спокойно отдыхал в темной бездне своих
владений, уверенный, что великий Алланон погиб в печах Паранора, что
наследник Шаннары и его товарищи попались в расставленную ловушку,
и что Меч Шаннары отправлен в Северные земли, а отряд карликов с
Мечом сопровождает Носитель Черепа, которого он послал днем ранее,
чтобы тот лично охранял бесценный талисман. Итак, вновь прибывшие
карлики принялись прочесывать окружающие Паранор леса в надежде
найти таинственных врагов, будучи уверены, что те отступают на юг, и
вследствие этого сосредоточив свои усилия в этом направлении.
Алланон и его маленький отряд в это время уверенно двигались на
север, но их продвижение постоянно замедлялось из-за крупных
поисковых партий карликов, которые то и дело попадались им на пути.
Если бы отряд повернул на юг, им ни за что не удалось бы выбраться из
леса незамеченными, но в северной его части вражеские отряды были
достаточно малочисленны, чтобы путникам удавалось легко избегать их,
прячась и пережидая, пока враги удалятся. К тому времени, когда они
наконец достигли опушки леса и увидели лежащие к северу бескрайние
равнины Стрелехейма, уже светало, и противник на время остался
позади.
Алланон повернулся к ним; его темное лицо помрачнело и
осунулось, но в глазах пылала прежняя решительность. В безмолвии он
всмотрелся в лица своих спутников, словно в первый раз видел их.
Наконец он заговорил, медленно и тяжело.
- Мы достигли конца пути, друзья мои. Путь к Паранору
завершен, и настало время расставаться и идти дальше своими дорогами.
Мы лишились шанса завладеть Мечом - по крайней мере, пока что. Шеа
все еще нет с нами, и мы не можем сказать, как долго могут продлиться
его поиски. Но величайшая угроза для нас сейчас - это вторжение с
севера. Мы должны защитить от этой угрозы как себя, так и народы
Юга, Востока и Запада. Мы до сих пор не встретили армии Эвентина,
хотя они и должны патрулировать эти земли. Боюсь, что им пришлось
спешно отступать, а это значит, что Повелитель Колдунов повел на юг
свои основные войска.
- Значит, вторжение началось? - коротко спросил Балинор.
Алланон безмолвно кивнул, и все они обменялись тревожными
взглядами.
- Без Меча у нас нет надежды победить Повелителя Колдунов, но
мы должны попытаться остановить его воинство. Для этого нам
придется немедленно призвать свободные народы к объединению.
Впрочем, возможно, уже слишком поздно. Армии Броны, вероятнее
всего, движутся сейчас к центру земель Юга. На их пути стоит только
Граничный Легион Каллахорна. Балинор, Легион должен удерживать
города Каллахорна столько времени, сколько понадобится народам трех
земель, чтобы сплотить свои армии и нанести ответный удар. Дарин и
Даэль могут вместе с тобой добраться до Тирсиса, а оттуда отправиться
на запад, в свои земли. Чтобы укрепить Тирсис, Эвентин должен
провести свои эльфийские полки по равнинам Стрелехейма. Если мы
проиграем это сражение, Повелитель Колдунов расколет объединенные
армии надвое, и соединить их вновь нам вряд ли удастся. Более того,
тогда весь Юг окажется открыт и беззащитен. Люди просто не успеют
собрать свои армии. Граничный Легион Каллахорна - это их
единственный шанс.
Балинор согласно кивнул и повернулся к
...Закладка в соц.сетях
