Жанр: Научная фантастика
Божий молот 2. Наковальня звезд
...ом. Более рискованный выбор - вновь вернуться на "Спутник Зари". Но его
корабль не мог соревноваться со "Спутником Зари" в скорости. Это значит, ему самому придется
решить, куда идти кораблю и как обойти иглы. Другим детям тоже предстояло принять подобное
непростое решение: охотиться за Кораблем Правосудия или пикировать вниз, как камикадзе.
В данный момент он не был больше Пэном, не был больше лидером.
Он был одиноким охотником.
Радиационные излучения из преграждающих путь кристаллических игл переплелись в запутанном
клубке, диаметром в миллиард километров. Сколько еще игл и по каким орбитам они запущены,
Мартин не знал.
Все эти иглы нереальны. Все окружающее нереально. Это имитация, специально созданная для
нас. Реален только задний план.
Не важно. Провалить эту тренировку будет полным позором, он не в состоянии видеть детей
опозоренными перед момами, особенно сейчас, когда до начала реальной Работы остается так мало
времени. Мартин не чувствовал своего тела. Ускоренно работающий мозг давал ему возможности для
обдумывания, как если бы между каждым вздохом и каждым ударом сердца проходили длинные часы.
Тело было разъединено с ним сейчас, его сознание и физическая сущность вновь сольются воедино
лишь к концу упражнения.
При такой скорости мыслей челнок казался медленно движущимся, не оправдывающим надежд. И
это было одной из проблем: Мартин не мог взаимодействовать со своим кораблем на равных, он явно
опережал его во всем. На данный момент Мартин обладал слишком высоким интеллектом для оружие,
которое он использовал. Он нуждался в сверхускорении корабля, чтобы продумать правильную
стратегию дальнейших действий.
Он замедлил работу мозга сначала до одной трети, затем даже до одной четверти максимума,
отрегулировал чувствительность восприятия, вновь просмотрел всю имеющуюся у него информацию,
уже в свете единой концепции, и начал с умеренной скоростью пробираться сквозь обломки,
плавающие в пространстве на месте сражения. Игл оставалось совсем немного, но окружающий космос
все равно выглядел очень жутко. Эти бесчисленные обломки...
Имитация. Это ведь только тренировка. На какой-то момент его охватила паника, слепой страх.
Нет, это не тренировка, они действительно поймали нас.
Нет, нет, этого не могло быть.
Они были в десяти днях пути до внешней границы Полыни. При таком расстоянии иглы не могли
являться орбитальной защитой системы, слишком нереально огромными в таком случае должны быть
скопления антинейтрониума. Мартин отогнал от себя страх.
Его сменило чувство негодования. Дети не знали, чего ждать - не было ни приготовлений, ни
плана сражения, случившееся представлялось маловероятным. Они не продумали противодействия.
Мартин заметил уцелевший корабль: Эйрин Ирландка. Он подошел к ней поближе и,
воспользовавшись "ноучем", окликнул ее.
- Мы проиграли, - сказала она. - Я просто жду сигнала возвращаться.
- Но у нас еще есть выбор.
- Знаю, мы еще можем стать камикадзе.
- Я имею в виду другой вариант, но близкий к этому.
- Что ж, Пэн, назови его мне - ее голос был лишь слегка насмешливым, и все же это резануло.
Мартин быстро воспроизвел в памяти сценарий, который они не раз репетировали на тренировках.
- Убийцы знают, что мы здесь. Мы уже исчерпали их весьма посредственную защиту. Игл
больше нет. Мы передадим по "ноучу" сигнал и назначим место всеобщего сбора.
Она надолго задумалась. Мартин понял, что Эйрин вовсе не ускорила работу своего мозга. Это его
разозлило.
- Хорошая идея, - наконец, произнесла она.
- Ускорь свои мысли в пять раз, - приказал он.
- Но я не...
- Ускорь сейчас же или я отстраню тебя от тренировки.
К подобным угрозам он никогда еще не прибегал.
- Ты не имеешь права на это, - огрызнулась девушка.
- Эйрин, не испытывай моего терпения.
Она не ответила. Чуть позже он воспринял от нее стрекочущее, как пулеметная очередь,
щебетание. Эйрин подчинилась требованию.
- Отлично. Я отправляю закодированный сигнал.
В течение десяти секунд ответили одиннадцать уцелевших кораблей. Семь "мертвых" пытались
просигналить, но Мартин их проигнорировал. Уцелевшие челноки встретились в условном месте и
перегруппировались.
- Да... веселенькое путешествие, - прокоментировала события Паола.
Раздался хор смущенных оправданий. Мартин приказал не тратить время попусту, а подумать, и
каждому предложить свой вариант дальнейших действий.
- И, пожалуйста, побыстрее, - добавил он. - Мы не можем себе позволить потерять ни минуты.
Только тринадцать уцелевших кораблей. И каждый из них - отнюдь не фальшивая материя.
Суммарная масса - около пятьдесяти тонн. Полное преобразование, не исключающее и
преобразование их собственных тел, в нейтрониум при одновременном трансформировании запаса
горючего в антинейтрониум позволит получить взрывчатую силу, достаточную для того, чтобы
разнести в клочья целый континент. Это было уже что-то, но...
В другом русле мыслей Мартину пришло в голову вести продолжительную диверсионнопартизанскую
войну, но это совершенно выходило за рамки данного упражнения. Интересно, чтобы
предпочли момы? Чтобы они одобрили?
Он понял, что указаний не будет. Да и стоило ли брать во внимание - довольны или не довольны
момы. Они не были людьми, и им чужды чисто человеческие качества. Они сосредоточены только на
цели. Мартину трудно было соперничать с ними в хладнокровии выбора.
Он услышал голос Ариэль. И в таком случае мы тоже превратимся в момов, не так ли?
Из двенадцати пилотов уцелевших кораблей четверо предложили свои планы, восемь же просто
отмалчивались. Три предложенные идеи перекликались с тем, что Мартин уже отверг: поиски
дополнительных запасов топлива для "Спутника Зари". Это мероприятие могло не увенчаться успехом,
так как топлива могло не быть в окрестностях радиусом в миллионы километров. Монитор не отмечал
ни единого места сконцентрированной энергии, лишь разрозненные и весьма слабые неустойчивые
энергетические процессы. Скопления газообразных веществ могли находиться на самой верхушке
системы, но опять же только могли.
В данной ситуации пополнение запаса топлива было даже делом опасным. Сделанное в спешке,
оно могло вызвать вспышку радиации, достаточно мощную, чтобы ослепить или даже вывести из строя
их корабли.
К удивлению Мартина, четвертую идею, самую плодотворную, если не сказать лихую, высказала
Эйрин Ирландка. Мы рассредоточимся и проведем разведку вокруг планеты. И когда подойдет
"Спутник Зари", мы будем обладать достаточной информацией.
Возможно, и это тоже выходило за рамки упражнения, но пусть будет так. Планета была условной,
но ведь это была, в конце концов, тренировка. В процессе разведки они наверняка смогут сделать какиенибудь
заметки на будущее или узнать что-нибудь новое.
- Хорошо, - сказал Мартин, - мы идем вниз к планете.
- Здесь нет планет! - грянул хор голосов.
- Нет - так сделаем... Итак, это каменистая планета, без атмосферы...
- Сильно защищенная радиацией и кинетическим оружием, - добавила Эйрин.
- Да, именно так ...
- И давайте предположим, что мы где-то видим капсулы с манипуляторами и производителями,
которые сопровождает Паола, - неожиданно для всех произнес обычно молчащий в таких ситуациях
Джек Отважный.
- Изучив планету, мы заметили, что она находится в полной боевой готовности...
- Ну и кто же пойдет в разведку? - спросил Мартин с ноткой иронии в голосе.
- Я, - откликнулась Эйрин. - Ведь это моя идея.
Вызвались еще двое.
- Этого достаточно, - сказал Мартин, чувствуя, что голова идет кругом. Прежде серьезная
операция становилась каким-то сумасбродством. Но что он мог поделать?
Они рассредоточились, заняв определенные позиции, и помчались по дуге окружности диаметром
около десяти тысяч километров - вокруг воображаемой планеты. Происходящее напомнило Мартину
буйные игры детства на Земле. Как живые, возникли в памяти обескураженные испуганные лица
учителей, наблюдавших за за своими питомцами.
Жезлы вырисовывали детали воображаемой планеты, оставляя на всякий случай пустые
пространства для информационных сообщений. Картина получилась явно недоработанная,
выполненная без отточенного мастерства, но, во всяком случае, сделана она была со страстью и
выглядела более менее убедительно.
Мартин принял активное участие в расположении вооружения, без устали устанавливая горячие
точки, прямо-таки испещряя ими поверхность планеты. Попутно он давал указания по поводу
потенциально грозящей опасности и предлагал варианты защиты. Паола занялась геологией, созданием
структуры поверхности планеты, и вот, после ее торопливого перечисления по "ноучу" на сфере
появились - холодные древние материки, затем они ожили разнообразными внутренними процессами,
послышался глубинный треск недр.
Играя, дети с бешеной скоростью несколько часов подряд носились в межзвездном пространстве,
то и дело вступая в бой с воображаемым противником.
Они уже порядком утомились к тому моменту, когда "Спутник Зари", развернувшись, направился
в их сторону. Приборы челнока Мартина забили тревогу по поводу близкого присутствия Корабля
Правосудия, до этого момента они не могли обнаружить скрывающейся огромной махины. Мартин
почувствовал облегчение, затем предчувствие недоброго и, наконец, стыд.
К ним присоединились приятели, корабли которых были выведены из строя, и они все вместе
направились к третьему дому-шару, - к внешнему люку, открывающему путь к пустым пилонам в
арсенале оружия.
Дети спустили воду в защитном экране. Поля сразу же исчезли, а вслед за ними и мембраны.
Перед глазами рябило. Ни сказав друг другу ни слова, они разошлись в разные стороны, чтобы
помыться и отдохнуть несколько минут, прежде чем вновь встретиться в учебной комнате, чтобы
выслушать замечания Мартина, Ганса, на попечении которого был оставлен "Спутник Зари" и, наконец,
Матери Войны.
Мартин столкнулся с Гансом во второй перемычке.
- Вы все это проделали с бесподобной ловкостью, - сухо прокомментировал Ганс увиденное. -
Ваша команда была уничтожена так быстро, что мы едва успели доставить корабль для спасения... Мы
были не готовы к такой развязке.
- Это был наш первый выход в космос, - спокойно напомнил Мартин. - Ни к чему оправдания.
В следующий раз сделаем лучше.
- Ясно, - Ганс не сказал больше ни слова.
Дети собирались в учебной комнате, - подавленные, уже подвергнутые насмешкам и критике.
Мать Войны, дожидаясь прихода Мартина и Ганса, выслушивала вопросы, хотя это были скорее не
вопросы, а заувалированные признания собственной вины. Некоторые из детей были близки к слезам.
Те, кто был выведен из строя в ранней стадии, казались особенно угрюмыми. Они не были допущены к
дальнейшим действиям, и Мартин чувствовал их обиду, их вынашенную, но подавляемую злость.
Ариэль, остававшаяся на борту "Спутника Зари", была, как никогда, настроена критично.
- Вы ничего не делали для того, чтобы выкрутиться, вы просто развлекались, - заявила она и,
сжав губы, устремила на Мартина уничижительный взгляд. - Вас легко было обнаружить, вспышки
при ускорении были дьявольски ярки! Скажите, вы хоть пытались что-нибудь сделать для того, чтобы
не проиграть?
- Огни при ускорении были слишком малы, чтобы их можно было обнаружить с Полыни
известными нам методами, - внесла справку Мать Войны. Хаким кивнул в знак согласия. Никто не
поддержал Ариэль.
Мартин сглотнул слюну, но не произнес ни слова. Все мнения должны быть услышаны.
Дети по-прежнему были смущены и напряжены. Вильям, подождал, когда выкажется последний
пилот, принимавший участие в тренировке, и сказал:
- Это был наш первый выход в открытый космос. Не следует устраивать такое самобичевание.
Момы дали нам чистую доску, и мы сыграли на ней, - он взглянул на Мартина. Тот подмигнул ему,
правда, такое подмигивание больше походило на нервный тик.
- Ваши самооценки очень полезны, - в разговор вновь вступила Мать Войны. - Перед
упражнением не обговаривалась его детальная структура. Команда проявила инициативу. Но следует
заметить, что в открытом бою ее действия были малоэффективны. Что скажет Пэн?
У Мартина на языке вертелись гневные отповеди, одна хлестче другой, но он сдержался.
- Упражнение продемонстрировало, что нам еще нужно учиться и учиться. Мы работали плохо.
Да, имитация смутила нас, но ведь действительность может оказаться еще более смущающей.
- А что, если мы обучимся красиво умирать прежде, чем успеем что-нибудь сделать? Что
тогда? - язвительно спросила Ариэль. Глаза ее были холодны.
- Мы учимся всему тому, что нам может пригодиться в дальнейшем, - не обращая на Ариэль
никакого внимания, продолжал Мартин несколько изменившимся от усталости голосом. - Момы
подскажут, что нам следует повторить. Но вот когда спускать курок - это придется решать нам самим,
а не момам.
- Когда мы снова выйдем в космос? - задавая вопрос, Эйрин Ирландка сморщила лицо, как при
решении трудной задачки.
- По возможности как можно скорее, - ответил Мартин, внезапно обеспокоясь, что он опять не
посоветовался по этому вопросу с Матерью Войны. Он бросил взгляд на робота.
- Через девять часов, - объявил мом. - Это время для сна, пищи и свободной учебы.
Мартин обратился ко всем присутствующим:
- А теперь попрошу всех выйти. Мне необходимо побеседовать с Матерью Войны наедине, а
затем посоветоваться с экс-Пэнами. Все пятеро, пожалуйста, подождите меня за дверью.
- Это было первое подобное упражнение, - сказал Мартин Матери Войны, когда все вышли. -
Мы думали, что все-таки будет какая-то структура... Мы не ожидали так быстро сесть на мель, не
ожидали, что кто-то так внезапно набросится на нас. Вот почему мы так оплошали.
- Мы больше не учителя вам.
В недоумении Мартин уставился на поделенный попалам круг, - туда, где, предполагалось, было
лицо робота:
- Простите, не понял?
- Мы больше не ваши учителя. Ответственность выполнения Закона лежит на вас. Теперь вы
будете приказывать нам, что делать. И тренироваться вы будете сами, а мы лишь помогать, но не
руководить.
Изумлению Мартина не было предела, он с трудом вернул себе самообладание.
- Кто решил, что мы уже готовы?
- Вы тренировались пять лет. Вы готовы.
- Я понимаю, вы хотите, чтобы мы были самостоятельны и по собственному желанию
выполнили Закон. Но вы не можете покинуть нас сейчас...
- Мы не оставим вас. Мы по-прежнему будем снабжать вас всей необходимой информацией. Мы
дадим вам нужные инструменты. Но использовать их вам необходимо самим. Так диктует Закон.
- Ловкий Закон! - вырвалось у Мартина. - Вы не можете все свалить на нас.
- Вы будете информированы обо всем, о чем спросите. Но теперь постоянно будут возникать
ситуации, которые потребуют вашего, а не нашего контроля.
- И вы предупреждаете нас об этом сразу же после того, как мы подскользнулись на первой
тренировке?
- У нас нет выбора. Все диктуется обстоятельствами.
- Итак, куда мы следуем дальше?
- Повторяю, наша роль учителей закончена.
- Нас следовало предупредить, - упрямо настаивал Мартин.
Мать Войны не отвечала.
- Это шок... шок для меня.
Тишина.
Мартин что-то промямлил насчет того, как же он все объяснит детям, как докажет, что это
рационально.
- Победив нас в последнем бою, вы пытались сломать нашу уверенность в своих силах, не так
ли?
- Это было необходимо. Мы не можем дальше руководить вами.
Впервые в жизни Мартин был так взбешен момом. Он почувствовал, что может потерять
самоконтроль, поэтому резко развернулся и выбежал из комнаты.
До Мартина было пять Пэнов, один - на каждый год путешествия. Расставшись с титулом, они
возвращались к своим группам и семействам и становились рядовыми, но Мартин постоянно ощущал
глаза, следящие за ним: Стефании Перо Крыла, первого Пэна и ее последователей - Гарпала
Опережающего Время, Джоя Плоского Червяка, Сига Мотылька, Чэма Окулы.
Все пятеро проследовали за Мартином в его каюту во втором доме-шаре. Пока добирались, они
говорили немного - это дало Мартину время успокоиться и немного подумать. Все исказилось сейчас.
Все вышло из рамок. Как нам руководить в этой неразберихе? Как мне руководить?
В отсеке Мартина экс-Пэны расположились в центральной кабине - маленькой отдельной
спальне. При нулевом ускорении кабина, рассчитанная для сна, гимнастики и для приема гостей, была
как раз в меру, чтобы располагаться друг к другу поближе и в тоже время не давить друг на друга.
Сейчас же, раздвинутая вдоль и вширь, она казалась излишне большой даже для шестерых.
- Мне, как никогда, нужна ваша помощь, - обратился к экс-Пэнам Мартин.
- Зачем? - спросила Стефания, девушка с прекрасными иссине-черными волосами, стянутыми в
простой, но около полутора метров длиной, хвост. Стефания очень гордилась своими волосами. Тереза
говорила, что это ее "пунктик".
- Момы чего-то ждут от нас, а я не предполагаю что. Они хотят, чтобы мы сами составили план
упражнений при выходе в комос, сами протестировали себя и сами определили свои слабые места. Вот
почему первая тренировка вне корабля была такой бестолковой. Они не собираются больше руководить
нами, не собираются больше проверять нас.
- Они могли бы сказать нам об этом и пораньше, - заметил Гарпал.
Мартин пожал плечами.
- Мне следовало догадаться. Они хотят, чтобы мы стали более независимыми. Черт, я сожалею...
Но я не был уверен. Я до сих пор не могу до конца в это поверить. Они не собираются больше быть
нашими учителями. Мы должны разрабатывать стратегию, базирующуюся на том, чему они нас уже
научили. Мы должны контролировать "Спутник Зари" и все находящееся на его борту вооружение. Они
говорят, что ответят на все наши вопросы, дадут нам нужную информацию, но...
- Мы уже поимели трудности благодаря их скупости, - вставил Гарпал. Это был среднего роста
парень, с миловидным, немного вытянутым лицом. Он носил мешковатый комбинзон с огромным
количеством карманов, в том числе и потайных, в которых постоянно находились какие-то сюрпризы.
Вот и сейчас он вытащил апельсин и очистил его. Они не ели апельсины больше десяти дней. Должно
быть, он спрятал несколько в свой персональный склад.
Стефания удивленно покачала головой:
- Они могли бы сделать это не так грубо.
Темнокожего, крепко сбитого Сига Мотылька, похоже, было трудно чем-нибудь смутить:
- А пошли они все к чертям собачим, - произнес он не спеша, со смаком. - Я думал, они
понимают человеческую психологию. А они... Сначала они закрутили все гайки, а теперь они говорят
нам, что мы должны... - Он тряхнул головой и, как от боли, закрыл глаза.
- Может быть они и понимают человеческую психологию, - задумчиво произнес Джой Плоский
Червяк, - темно-каштановые волосы ежиком стояли над его дружелюбным лицом, которое сразу же
внушало доверие. Услышав, как тяжело вздохнула Стефания, он склонил голову в бок и улыбнулся, -
А может быть, это происки Дьявола...
- У меня такое чувство, что все рушится, - задумчиво произнес Мартин. - И все же, мне
следовало это предусмотреть.
- Никто не мог предусмотреть этого, - возразил ему Гарпал, - Ариэль не так уж и не права.
Момы и мне начинают действовать на нервы.
Мартин нахмурился:
- Они делают то, что им и следует делать - готовят нас.
Стефания начала говорить, но ее слова столкнулись со словами Чэма Акулы, юноши с лицом
кофейного цвета и коротко подстриженными волосами. Он был не очень популярным Пэном. Во
времена его руководства дети находились в постоянном напряжении и были глубоко несчастны. Это
отложило свой отпечаток - Чэм стал очень молчалив. Он бросил взгляд на Стефанию, но та кивнула
ему, приглашая продолжать, удивленная, что он вообще заговорил.
- Допустим, они действительно хотят, чтобы мы были самостоятельными, - сказал Чэм, - Да,
они дадут нам инструменты и использовать их мы будем сами, но ведь это значит, что мы будем
разрабатывать собственную стратегию, со своей шкалой отсчета... Согласитесь, нашим играм всегда
недоставало осознания генеральной стратегии.
- Я помню, ты говорил это, когда был Пэном, - заметил Джой.
Чэм молча кивнул.
- Мне кажется, Чэм прав. Они не подпускают нас к генеральной стратегии по тем же причинам,
по которым не хотят рассказывать о своих машинах... - Стефания сделала паузу, - Конечно, они
могут сказать, что это Закон требует, чтобы мы выполнили грязную работу... Но почему же при этом
отказываться от многочисленных потенциально возможных выгод? Я говорила с Ариэль. Тебе не
удалось поколебать ее, Мартин. Я знаю, что она многим не довольна.
- Ариэль - язва, - произнес Мартин с несвойственной ему резкостью.
- Ты потерял слишком много времени, трахаясь то с Вильямом, то с Терезой, - с типичной для
нее прямотой отрезала Стефания. - Очнись. Ариэль сказала мне, что ты решил проявить гордость: не
хотят момы объяснять что-то, и не надо... Возможно, ты и прав, но верно говорит Ариэль, не стоит быть
таким самодовольным.
- Я не самодоволен, - возразил Мартин, - Я просто не знаю, что мы можем сделать в данной
ситуации. Но я знаю, что борьба между собой или же борьба с момами не помогут.
- Они хотят, чтобы мы сами закончили Работу. Их обязанность - довести дело до конца, -
сказал Джой.
- Тогда им следует побольше нам доверять, - проворчал Чэм. - Невежество ведет к крушению
надежд. - Он моргнул, увидев, что все с большим удивлением уставились на него, - Я же не
каменный. И тоже думаю обо всем этом.
- Мартин, если от нас что-то зависит, мы должны быть равными партнерами, - Стефания, как
всегда, очень четко выражала свои мысли. - Необходимо проводить совещания детей и принимать
решение голосованием. Если мы не сделаем этого, если мы не получем всей нужной информации, мы
так и остановимся на тренировках.
Мартин закрыл глаза и глубоко взлохнул.
- Я ... мы не можем настаивать на голосовании... У них наверняка есть причины поступать так, а
не иначе.
- Может быть, - кивнул Чэм, - Но момы - роботы, они не могут быть очень внимательными.
Они не понимают нас настолько, чтобы нам дать все, что необходимо.
Куда делась его молчаливость? Он стал прямо красноречивым оратором.
- Ариэль - по натуре бунтовщица, - проворчал Мартин, раздражаясь от мысли, что дети могут
одержать над ним верх. - Да, у нее острый ум, но она не благоразумна. Мы не можем бросить вызов
момам. Кто, кроме них, выведет нас отсюда?
- Мы должны принять решение, - настаивала Стефания.
- Согласен, - сказал Гарпал, - Согласен я и с тобой, Мартин, поддерживаю твое мнение об
Ариэль. Она просто гримасничает, и в ее словах немного здравого смысла. Я даже согласен с тем, что
момы знают, что делают. Но мы - живые, а они - нет. У нас есть больше, что терять, - Гарпал
склонился и положил Мартину руку на плечо. - Прими мое сочувствие и выражение своей симпатии к
тебе. Но я буду стоять на своем.
- Вы хотите, чтобы я противостоял момам?
- Мы нуждаемся в полном доверии, - подчеркнула Стефания, - Особенно сейчас.
Мартин слегка вздрогнул:
- После того, что они сделали для нас... Грозить им... Это кажется мне кощунством.
- Мы должны стать равноправными партнерами, а не тупыми исполнителями чужой воли, - не
теми, кто просто нажимает на спусковой крючок, - сказал Чэм.
- Надеюсь, ты не думаешь, что мы что-то имеем против тебя, - заметил Гарпал. - Ты же сам
просил у нас совета. Посоветуйся еще с Гансом.
Мартин склонил голову, его страдание было очевидно. Стефания прикоснулась к его подбородку,
затем погладила по щеке.
- Хочешь, я пойду с тобой, - предложила она.
- Нет, спасибо, - довольно резко отказался Мартин. - Но надо что-то делать. Нужно знать все
необходимое...
- Мартин, - раздраженно прервала его Стефания.
- Черт побери! Я сделаю это. Стефания, оставь меня в покое - это только мысли вслух... Мы
всегда думали... Или вернее, наши родители всегда думали, что Благодетели непогрешимы, что они
намного умнее и могущественнее людей, что они подобны Богам.
- Боги не сделаны из металла, - заметил Гарпал.
- Откуда ты знаешь? - спросил его Джой, вновь начиная разыгрывать из себя защитника
дьявола. Это было одним из его главных пороков в бытность Пэном. Другими были - неспособность
принимать решения, рассматривать все стороны дела, сконцентрироваться на плане действий. Мартин
понял, что Джой симпатизирует ему и увидел себя как бы глазами Джоя. Он почувствовал прилив
раздражения.
На него давили силы, от которых он не мог защититься, заставляя принимать решения, которые он
еще до конца не обдумал, учитывать мнения, с которыми он не мог согласиться. Такова участь Пэна.
Такова участь всех лидеров. Общество не позволяло воплощения индидуальных планов и инициатив
даже своим лидерам. Лишь диктаторы являлись исключением из общего правила.
Человеческая история. Интересно, а можно ли говорить об истории Благодетелей? Какова она?
Нужно знать своих врагов. Нужно знать своих Благодетелей.
- Я пойду поговорю с Матерью Войны, - сказал Мартин.
Поговори сначала с Гансом, - настойчиво повторила Стефания. - Не бери на себя всю
ответственность решения.
Все, за исключением Чэма, согласно кивнули.
- Тот, кто не был Пэном, не в состоянии понять, что это такое.
- Кое-кто опять будет в ярости кричать, что ты постоянно просишь разрешения момов, -
предостерег Мартина Чэм.
- О, у таких людей всегда найдутся причины покричать, независимо по какому поводу, -
философски изрек Джой.
Тереза стояла, вытянув руки навстречу ярким лучам от вращающихся сфер. Ее каюта была
маленькой и опрятной. Келья гимназистки, называла она ее. Мартину нравился такой стиль, хотя надо
признаться, комната совершенно отличалась от его собственной - огромной и неуютной. Он застыл в
открытом люке и ничем не обнаруживал своего присутсвия, просто наслаждался тем, что она рядом.
- Привет, - Тереза, наконец, заметила его. Она приблизилась и сразу же попала в объятья
Мартина. Но ответила не сразу. Мартин ощутил нарастающее желание.
- Это было не так уж и плохо, - произнесла Тереза. Он приник к ее коленям, а затем, подняв
голову, прикоснулся губами к животу. - Я имею в виду первую тренировку в космосе, - уточнила
Тереза.
- Это было ужасн
...Закладка в соц.сетях
