Жанр: Научная фантастика
Рассказы и повести
...верь медленно затворилась под звуки заключительных аккордов из
"Аиды", которым тихо вторили стенания хора.
Школьная учительница в строгом костюме, с гладко зачесанными и
собранными в тугой узел волосами, в очках с толстыми стеклами, из-за
которых ее глаза казались неестественно большими, прошествовала со стопкой
учебников по подвесному мосту феодального замка. Поднявшись винтовым
лифтом на двенадцатый этаж, она перепрыгнула через неширокий ров и
обнаружила дверной молоток в форме рыцарской железной рукавицы.
Миниатюрные решетчатые ворота со скрежетом втянулись наверх, и на пороге
показалась Златовласка.
- Луи? - спросила она, радостно смеясь. И тотчас увяла.
- Добрый вечер, мисс Мэнсфилд. Фирма "Чтение вслух" предлагает новый
вид сугубо специализированного индивидуального обслуживания. Вместо того
чтобы терпеть монотонное чтение роботов, вы сможете слушать отлично
поставленные голоса, способные придать каждому слову неповторимую окраску,
и эти голоса будут читать для вас, только для вас, и комиксы, и
чистосердечные исповеди знаменитостей, и киножурналы за пять долларов в
час; детективы, вестерны, светскую хронику...
Решетчатые воротца со скрежетом опустились вниз.
- Сперва Лу, потом Луи, - пробормотала Вайолет. - Интересно...
Небольшую пагоду обрамлял пейзаж, точная копия трафаретных китайских
рисунков на фарфоре, даже с фигурами трех сидящих на мосту кули.
Кинозвездочка в черных очках и белом свитере, туго обтягивающем ее пышный
бюст, проходя по мосту, потрепала их по головам.
- Поосторожней детка, щекотно, - сказал один из них.
- Бога ради, простите, я думала, вы чучела.
- Чучела мы и есть за пятьдесят центов в час, во такая уж у нас
работа.
В портике пагоды появилась мадам Баттерфляй, склоняясь в поклоне, как
заправская гейша. Цельность облика этой особы несколько нарушал черный
пластырь под левым глазом.
- Доброе утро, мисс Фонда. Фирма "Предел лишь небеса" предлагает вам
потрясающий новый способ упышнения бюста. Натираясь препаратом
"Груди-Джи", антигравитационным порошком телесного цвета, вы сразу же
достигните поразительных результатов. Мы предоставляем вам на выбор три
оттенка: для блондинок, шатенок, брюнеток; и три вида упышненных форм:
грейпфрутовая, арбузовидная и...
- Я не собираюсь взлетать на воздух, - мрачно сказала мисс Фонда. -
Брысь!
- Извините, что побеспокоила вас, - Вайолет замялась. - Вам не
кажется, мисс Фонда, что пластырь у вас под глазом не совсем в стиле...
- Он у меня не для стиля, дорогуша. Этот Журден просто мерзавец и
больше никто.
- Журден, - тихо повторила Вайолет, удаляясь по мосту. - Выходит, Луи
Журден. Так или не так?
Аквалангист в черном резиновом костюме и полном снаряжении, включая
маску, кислородный баллон и гарпун, прошел тропою джунглей, вспугивая
шимпанзе и направляясь к Земляничной горе. Вдали протрубил слон.
Аквалангист ударил в бронзовый гонг, свисающий с кокосовой пальмы, и на
звон гонга отозвался бой барабанов. Семифутовый ватуси встретил и проводил
посетителя к стоявшей в зарослях хижине, где его ждала особа негроидного
типа, которая дрыгала ногами в стофутовой искусственной реке Конго.
- Это Луи Бвана? [искаженное "господин"] - крикнула она. И тотчас
увяла.
- Доброе утро, мисс Тарзан, - сказала Вайолет. - Фирма "Выкачивай",
недавно отметившая свое пятидесятилетие, берется обеспечить вам купанье в
стерильно чистой воде независимо от того, будет ли идти речь об
олимпийском водоеме или старомодном пруде. Система патентованных
очистительных насосов позволяет фирме "Выкачивай" выкачивать грязь, песок,
ил, алкоголь, сор, помои...
Вновь ударил бронзовый гонг, и на звон гонга снова отозвался бой
барабанов.
- О! На этот раз, наверное, Луи! - вскричала мисс Тарзан. - Я знала,
что он сдержит слово.
Мисс Тарзан побежала к парадным дверям. Мисс Дуган спрятала лицо за
водолазной маской и нырнула в Конго. Она вынырнула на поверхность у
противоположного берега среди зарослей бамбука, неподалеку от весьма
реалистического на вид аллигатора. Ткнув его в голову рукой, она
убедилась, что это чучело. Затем Вайолет быстро обернулась и успела
разглядеть Сэма Бауэра, который не спеша прошел в пальмовый сад под ручку
с Джейн Тарзан.
Запрятавшись в телефонную будку, имевшую форму телефона и
расположенную через дорогу от Земляничной горы, Вайолет Дуган горячо
пререкалась с мисс Гарбо.
- Фам не следофало фысыфать полицию, Одри.
- Нет, следовало, мисс Гарбо.
- Инспектор Робинсон шурует ф доме уже десять минут. Он опять
натфорит глупостей.
- Я на это и рассчитываю, мисс Гарбо.
- Сначит, я была прафа. Фы не хотите, штопы этот Луи Тшурден был
арестофан.
- Нет, хочу, мисс Гарбо. Очень хочу. Только позвольте вам все
объяснить.
- Он уфлек фаше фоображение сфоими непристойными предлошениями.
- Да прошу вас, выслушайте вы меня, мисс Гарбо. Для нас ведь самое
важное не схватить его, а узнать, где он запрятал краденое. Разве не так?
- Отгофорки! Отгофорки!
- Если его арестуют сейчас, мы никогда не узнаем, где ваза.
- Што ше фы предлагаете?
- Я предлагаю сделать так, чтобы он сам привел нас туда, где прячет
вазу.
- Как фы этого допьетесь?
- Используя его же оружие. Помните, как он подсунул полицейским
подставное лицо?
- Этого турня Пендикса?
- На этот раз в роли Бендикса выступил инспектор Робинсон. Ой,
постойте! Там что-то случилось.
На Земляничной горе началось сущее столпотворение. Шимпанзе с визгом
перепархивали с ветки на ветку. Появились ватуси, они неслись во весь дух,
преследуемые инспектором Робинсоном. Затрубил слон. Огромный аллигатор
быстро вполз в густую траву. Затем промчалась Джейн Тарзан, ее преследовал
инспектор Робинсон. Барабаны гудели вовсю.
- Я могла бы поклясться, что этот аллигатор - чучело, - пробормотала
Вайолет.
- О шем фы, Одри?
- Да о крокодиле... Так и есть! Извините, мисс Гарбо. Я побежала.
Крокодил встал на задние лапы и неторопливо шел по Земляничному
проезду. Вайолет вышла из будки и небрежной ленивой походкой пошла вслед
за ним. Прогуливающийся по улице аллигатор и неторопливо следующий за ним
аквалангист не вызывали особого интереса у прохожих Голливуд Ист.
Аллигатор оглянулся через плечо и наконец заметил аквалангиста. Он
пошел быстрее. Аквалангист тоже ускорил шаг. Аллигатор побежал.
Аквалангист побежал за ним следом, но немного отстал. Тогда он подключил
кислородный баллон, и расстояние начало сокращаться. Аллигатор с разбегу
ухватился за ремень подвесной дороги. Болтающегося на канате, его повлекло
на восток. Аквалангист подозвал проезжавшего мимо робота-рикшу.
- Следовать за этим аллигатором! - крикнула Вайолет в слуховое
приспособление робота.
В зоопарке аллигатор выпустил из рук ремень и скрылся в толпе.
Аквалангист соскочил с рикши и как сумасшедший пробежал через Берлинский
дом, Московский дом и Лондонский. В Римском доме, где посетители швыряли
pizzas помещенным за оградой существам, Вайолет увидела раздетого
римлянина, который лежал без сознания в углу клетки. Рядом с ним валялась
шкура аллигатора. Вайолет быстро огляделась и успела заметить удиравшего
Бауэра в полосатом костюме.
Она бросилась за ним. Бауэр столкнул какого-то мальчугана со спины
пони на электрической карусели, сам вскочил на место мальчика и галопом
помчался на запад. Вайолет вспрыгнула на спину проходившей мимо ламы.
- Догони это пони! - крикнула она.
Лама побежала, жалобно мыча:
- Чиао хси-фу нан цо мей ми чу (мне этого еще никогда не удавалось).
На конечной станции Гудзон Бауэр спрыгнул с пони, закупорился в
капсулу и перемахнул через реку. Вайолет влетела в восьмивесельную лодку и
пристроилась на сиденье рулевого.
- Следовать за этой капсулой! - крикнула она. На джерсейском берегу
(Невада Ист) Вайолет продолжала преследовать Бауэра на движущейся
мостовой, а затем на каре фирмы "Улепетывай" к старому Ньюарку, где Бауэр
вскочил на трамполин и катапультировался в первый вагон монорельсовой
дороги Блокайленд-Нантакет.
Вайолет подождала, пока монорельс тронется в путь, и в последнюю
секунду успела вскочить в задний вагон.
Оказавшись в вагоне, она направила острие гарпуна в сторону
находившейся там же расфуфыренной девчонки и заставила ее обменяться с ней
одеждой. В бальных туфельках, черных ажурных чулках, клетчатой юбке и
шелковой блузке, Вайолет вышвырнула разлютовавшуюся дамочку из вагона на
остановке Ист Вайн-стрит и уже более открыто принялась наблюдать за
передним вагоном. На Монтауке - крайний восточный пункт Каталина Ист -
Бауэр выскользнул из вагона.
Вайолет снова подождала, пока двинется монорельс, и лишь тогда
продолжила погоню. На нижней платформе Бауэр забрался в жерло
коммутированной пушки и взлетел в пространство. Вайолет бросилась вслед за
ним к той же пушке и осторожно, чтобы не изменить наводку, установленную
Бауэром, скользнула в пушечное жерло. Она взлетела в воздух всего на
полминуты позже Бауэра и брякнулась на посадочную площадку в тот момент,
когда Сэм спускался по веревочной лестнице.
- Вы?! - воскликнул он.
- Да, я.
- А в черном скафандре тоже были вы?
- Опять же я.
- И думал, что отделался от вас в Ньюарке.
- Нет, этот номер не прошел, - угрюмо сказала она. - Я вас приперла к
стенке, Кид.
И в эту секунду Вайолет увидела дом.
Он был похож на те дома, которые в двадцатом веке рисовали дети: два
этажа, остроконечная крыша, крытая рваным толем, стены из грязных
коричневых дранок, державшихся на честном слове, двойные рамы с
крестообразным переплетом, кирпичная труба, увитая плющом; шаткое
крылечко. Справа проржавевшие руины рассчитанного на две автомашины
гаража; слева заросли чахлых сорняков. В вечернем сумраке казалось, что в
этом доме наверняка должны водиться привидения.
- Ох, Сэм! - охнула Вайолет. - Как здесь красиво!
- Это дом, - сказал он просто.
- А внутри?
- Зайдите и поглядите.
Внутри дом был словно склад, заставленный товарами, заказанными по
почте; все здесь было бросовое - дешевое, второсортное, подержанное,
уцененное, купленное на распродаже.
- Здесь как в раю, - сказала Вайолет. Она нежно прильнула к пылесосу
типа канистры с виниловым амортизатором. - Здесь так покойно, уютно. Я уже
много лет не была так счастлива.
- Постойте, постойте, - сказал Бауэр, которого распирало от гордости.
Встав на колени перед камином, он разжег березовые дрова. Охваченные
желтым и красноватым пламенем, поленья весело потрескивали.
- Смотри, - сказал он. - Дрова настоящие, и огонь настоящий. А еще я
знаю музей, где есть пара железных подставок для дров в камине.
- Правда? Честное слово?
Он кивнул.
- Музей Пибоди в Высшем Йельском.
Вайолет наконец решилась.
- Сэм, я помогу вам.
Он удивленно на нее взглянул.
- Я помогу вам их украсть, - сказала Вайолет. - Я... я помогу вам
украсть все, что вы захотите, Сэм.
- Вы шутите, Вайолет?
- Я была дурой. Я не понимала. Я... Вы были правы, Сэм. Я вела себя,
как последняя идиотка.
- Вайолет, вы серьезно это говорите, или хотите меня во что-то
втравить?
- Я говорю серьезно, Сэм. Честное слово.
- Вам так понравился мой дом?
- Конечно, мне понравился ваш дом, но причина не только в этом.
- Значит, мы действуем вместе?
- Да, Сэм, теперь мы вместе.
- Дайте руку.
Вместо этого она обняла его за шею и крепко к нему прижалась. Бог
весть, сколько минут просидели они на раскладном кресле из пенопласта...
затем Вайолет тихо шепнула ему на ухо:
- Мы с тобой - против всех остальных, Сэм.
- И пусть они поберегутся: им придется несладко.
- Да, пусть они поберегутся, и они и эти бабы по имени Джейн.
- Вайолет, клянусь, ни к одной из них я не относился серьезно. Если
бы ты их видела...
- Я видела их.
- Видела? Где? Каким образом?
- Я тебе как-нибудь расскажу.
- Но...
- Ну перестань!
После длительной паузы он сказал:
- Если мы не врежем замок в дверь спальни, может случиться
неприятность.
- К черту замок! - сказала Вайолет.
- ВНИМАНИЕ, ЛУИ ЖУРДЕН! - раздался резкий оглушительный голос.
Сэм и Вайолет вскочили с кресла. В окно ворвался ослепительный
сине-белый свет. Слышался ропот толпы, уже готовой приступить к суду
Линча, гремела галопирующим крещендо увертюра к "Вильгельму Теллю",
раздавались звуки, напоминающие о кентуккийском дерби, локомотивах 4-6-4,
о таранах и о внезапных налетах индейцев племени саскачеван.
- ВНИМАНИЕ, ЛУИ ЖУРДЕН! - вновь раздался резкий оглушительный голос.
Они подбежали к окну и осторожно выглянули. Дом был окружен слепящими
прожекторами. В толпе смутно можно было различить повстанцев Жакерии с
гильотиной, теле- и кинокамеры, большой симфонический оркестр, целую роту
звукооператоров в наушниках, режиссера со шпорами и мегафоном, инспектора
Робинсона с микрофоном, а вокруг на парусиновых шезлонгах сидело с полтора
десятка загримированных мужчин и женщин.
- ВНИМАНИЕ, ЛУИ ЖУРДЕН. С ВАМИ ГОВОРИТ ИНСПЕКТОР РОБИНСОН. ВЫ
ОКРУЖЕНЫ, МЫ... ЧТО? АХ, ВРЕМЯ ДЛЯ КОММЕРЧЕСКОЙ РЕКЛАМЫ? ХОРОШО, ВАЛЯЙТЕ.
Бауэр свирепо посмотрел на Вайолет.
- Значит, ты обманула меня?
- Нет, Сэм, клянусь.
- Тогда как здесь очутились все эти люди?
- Не знаю.
- Это ты их привела.
- Нет, нет, Сэм, нет! Я... может быть, я оказалась не такой умелой,
как предполагала. Может быть, пока я гналась за тобой, они следили за
мной. Но, клянусь тебе, я их не видела.
- Врешь.
- Нет, Сэм.
Она заплакала.
- Ты меня продала.
- ВНИМАНИЕ, ЛУИ ЖУРДЕН, ВНИМАНИЕ, ЛУИ ЖУРДЕН. НЕМЕДЛЕННО ОСВОБОДИТЕ
ОДРИ ХЭПБЕРН.
- Кого? - ошеломленно спросил Бауэр.
- Эт-то ме-еня, - всхлипнула Вайолет. - Я взяла себе другое имя, так
же как ты. Одри Хэпберн и Вайолет Дуган одно и то же лицо. Они думают, что
ты меня удерживаешь как заложницу, но я тебя не выдавала, С-Сэм. Я не
шпионка.
- Ты говоришь мне правду?
- Чистую правду.
- ВНИМАНИЕ, ЛУИ ЖУРДЕН. НАМ ОТЛИЧНО ИЗВЕСТНО, ЧТО ТЫ ИСКУСНИК КИД.
ВЫХОДИ, ПОДНЯВ РУКИ ВВЕРХ. ОСВОБОДИ ОДРИ ХЭПБЕРН И ВЫХОДИ И3 ДОМА, ПОДНЯВ
РУКИ ВВЕРХ.
Бауэр распахнул окно.
- Войди и арестуй меня, дурила! - гаркнул он.
- ПОГОДИ, ПОКА МЫ НЕ ПОДКЛЮЧИМСЯ К СЕТИ, УМНИК.
Десять секунд, в течение которых производилось подключение, прошли в
полном молчании. Затем прогремели выстрелы. Удлиненные грибовидные дымки
вспыхнули там, куда ударили пули. Вайолет взвизгнула. Бауэр захлопнул
окно.
- Эффективность всех боеприпасов у них снижена до самой крайней
степени, - заметил он. - Боятся повредить мои сокровища. Может, мы еще и
выкарабкаемся отсюда, Вайолет.
- Нет, не надо. Миленький, прошу тебя, не надо с ними сражаться.
- Сражаться я не могу. Чем бы я стал с ними сражаться?
Выстрелы теперь гремели не смолкая. Со стены упала картина.
- Сэм, да послушай ты меня, - взмолилась Вайолет. - Сдайся. Я знаю,
что за кражу со взломом дают девяносто дней, но я буду ждать тебя.
Одно из окон разлетелось вдребезги.
- Ты будешь ждать меня, Вайолет?
- Буду. Клянусь.
Загорелась занавеска.
- Так ведь девяносто дней! Целых три месяца.
- Мы переждем их и начнем новую жизнь.
Внизу, на улице, инспектор Робинсон внезапно застонал и схватился за
плечо.
- Ну ладно, - сказал Бауэр. - Я сдамся... Но взгляни на них, на этот
дурацкий спектакль, где перемешаны и "Гангстерские битвы", и
"Неприкасаемые", и "Громовые двадцатые годы". Пусть я лучше пропаду, если
оставлю им хоть что-нибудь из того, что я выкрал. Погоди-ха...
- Что ты хочешь сделать?
Тем временем на улице "Пробивной отряд" принялся кашлять, будто
наглотался слезоточивого газа.
- Взорву все к чертям, - ответил Бауэр, роясь в банке с сахаром.
- Взорвешь? Но как?
- Я раздобыл немного динамита у Гручо, Чико, Харпо и Маркса, когда
шарил по их коллекциям разрыхляющих землю инструментов. Мотыги я не
раздобыл, а вот это достал.
Он поднял вверх небольшую красную палочку с часовым механизмом на
головке. На палочке была надпись TNT.
На улице Эд (Бегли) судорожно схватился за сердце, мужественно
улыбнулся и рухнул на тротуар.
- Я не знаю, когда будет взрыв и сколько у нас времени, - сказал
Бауэр. - Поэтому, как только я брошу палочку, беги со всех ног. Ты готова?
- Д-да, - ответила она дрожащим голосом.
Он схватил динамитную палочку, которая тут же начала зловеще тикать,
и швырнул TNT на серо-зеленую софу.
- Беги!
Подняв руки, они бросились через парадное в слепящий свет
прожекторов.
Альфред Бестер
А Д - Э Т О В Е Ч Н О С Т Ь.
Фантастическая повесть.
1
Их было шестеро и они испробовали все. Начали они с напитков и пили, пока не
притупили вкусовые сосочки. Вина - амонтильядо, беуне, киршвассер, бордо, хок,
бургундское, медок и шамбертин. Ирландское виски, скотч, усквебад и шнапс,
бренди, джин и ром. Они пили их по отдельности и вместе, смешивали терпкие
напитки в изумительные пунши, в тысячи вкусовых симфоний. Они
экспериментировали, творили, исследовали и разрушали и, наконец, им это
наскучило.
Последовали наркотики. Сначала слабые, потом все более сильные. Щепотка
коричневого лакрицеподобного опиума, поджаренного и скатанного в шарики для
курения из длинных костяных трубок. Густой зеленый абсент, который потягивают
маленькими глоточками, не разбавленный и без сахара. Героин и кокаин в шуршащих
белых кристаллах. Марихуана в сигаретах из коричневой бумаги. Гашиш в
молочно-белом твороге для еды. Бетель для жевания, красящий губы
кроваво-коричневым соком... И снова им это наскучило.
Они искали острых ощущений и бесились из-за того, что их собственные чувства
притуплены. Они расширяли свои вечеринки и превращали их чуть ли не в
фестивали. Экзотические танцоры и экзотические получеловеческие существа
томились в низком просторном помещении и наполняли его своими неописуемыми
представлениями. Боль, страх, отчаяние, любовь и ненависть были разъяты на
части и существовали в трансцедентных деталях, как лабораторные образчики.
Насыщенные запахи парфюмерии смешивались с запахом пота возбужденных тел, и
только отчаянные крики мучившихся существ иногда прерывали их неторопливую
беседу... И это им тоже надоело. Они сократили количество посещающих вечеринки
до первоначальных шести членов и стали собираться раз в неделю, сидеть и
жаждать новых ощущений. Вяло, без энтузтазма они увлеклись оккультными науками
и превратили помещение в палату некромантов.
Невозможно представить, на что это походило. Помещение было большим и
квадратным, со стенами, обитыми звуконепроницаемыми панелями под дерево, и
никим потолком. Справа была дверь, тяжелая и запертая на огромный, грубо
выкованный замок. Окон не было, зато кондиционеры были выполнены в виде узких,
вытянутых окошек готического монастыря. Леди Саттон закрыла их окрашенными
стеклами и поместила внутрь электрические лампочки. Они бросали по комнате
отблески утренних красок.
Пол был из древнего орехового дерева, полированного и мерцающего, как
металл. По нему были разбросаны восточные ковры. У стены стоял огромный диван,
над ним шел ряд книжных полок, а перед ним стоял длинный стол на козлах,
заваленный остатками очереднего банкета. Остальное помещение было уставлено
глубокими соблазнительными креслами, покрытыми пледами, уютными и манящими.
Столетия назад здесь была самая глубокая темница замка Саттонов, находящаяся
в сотнях футов под землей. Ныне - уютное, теплое, меблированное, с воздушным
кондиционированием - это было убежище для особых вечеринок леди Саттон. И еще
это было официальное место встречи Общества Шести. Шести Декадентов, как они
называли себя.
- Мы последние духовные потомки Неро - последнего из славных несчастных
аристократов, - говорила леди Саттон. - Мы родились на несколько столетий
позже, друзья мои. В мире, где не осталось ничего забавного, нам приходится
жить только для себя. Мы, шестеро, представляем собой отдельную расу.
И когда беспрецедентные бомбардировки потрясли Англию столь катастрофически,
что проникли даже в убежище Саттон, она подняла глаза и засмеялась.
- Пускай эти свиньи перебьют друг друга. Это не наша война. Мы всегда идем
своим путем, верно? Подумайте, друзья мои, какое будет наслаждение выйти одним
прекрасным утром из убежища и найти Лондон мертвым... весь мир мертвым. - Она
снова рассмеялась своим глубоким, хрипловатым мычанием.
Сейчас она молчала, распростерши громадное пухлое тело по дивану, как
декоративная жаба, и разглядывала програмку, которую только что вручил ей
Дигби Финчли. Программка была оформлена самим Финчли - прелестный рисунок
чертей и ангелов в гротескной любовной схватке, окружающих написанный
каббалистическим шрифтом текст:
ШЕСТЬ ДЕКАДЕНТОВ ПРЕДСТАВЛЯЮТ:
А С Т А Р О Т Б Ы Л Л Е Д И
(По Кристиану Браффу)
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА (в порядке их появления):
НЕКРОМАНТ Кристиан Брафф
ЧЕРНЫЙ КОТ Мерлин (благодаря любезности леди Саттон)
АСТАРОТ Феона Дубидат
НЕБИРОС, демон ассистент Дигби Финчли
Костюмы Дигби Финчли
Специальные эффекты Роберт Пил
Музыка Сидра Пил
- Маленькая комедия - все-таки развлечение, не так ли? - сказал Финчли.
Леди Саттон содрогнулась с невольным смешком.
- Астарот был леди! Вы уверены, что сами написали это, Крис?
Ответа от Браффа не последовало, только возня подготовки в дальнем конце
убежища, где была сооружена и занавешена маленькая сцена.
- Крис! Эй, там... - промычала надтреснутым басом Леди Саттон.
Занавес приоткрылся, Кристиан Брафф высунул голову.
Лицо его было частично загримировано густыми бровями, бородой и темно-синими
тенями вокруг глаз.
- Прошу прощения, леди Саттон? - спросил он.
При виде его лица она перекатилась по дивану, как гора студня. Позади ее
беспомощного тела Финчли улыбнулся Браффу, губы его расплылись в усмешке
довольного кота. Брафф украдкой кивнул.
- Я спросила, это действительно написали вы, Крис - или опять у кого-то
слизали?
Брафф бросил на нее сердитый взгляд и исчез за занавесом.
- О, мои милые, - забулькала леди Саттон, - это будет лучше, чем галлон
шампанского. А кстати... Кто там рядом с шампанским? Боб? Налей мне немного.
Боб! Боб Пил!
Человек, лежащий в кресле возле ведерка со льдом, не шевельнулся. Он лежал
на спине, раскинув ноги, с расстегнутым воротником рубашки под бородатым
подбородком. Финчли подошел и поглядел на него.
- Напился, - кратко сказал он.
- Так рано? Ну, неважно. Принеси мне бокал, Диг, хороший мой мальчик.
Финчли наполнил бокал шампанским и принес леди Саттон. Из маленького резного
флакончика она добавила туда три капли настойки опиума, покрутила бокал, чтобы
перемешать, и стала потягивать напиток, читая програмку.
- Некромант... Это ты, Диг, а?
Финчли кивнул.
- А что такое некромант?
- Нечто вроде мага, леди Саттон.
- Маг? О, это хорошо... Это очень хорошо! - Она пролила шампанское на
обширную прыщавую грудь и безуспешно попыталась промакнуть ее програмкой.
Финчли поднял руку, чтобы удержать ее.
- Будьте осторожны с программой, леди Саттон. Я отпечатал всего один
экземпляр и уничтожил матрицу. Это уникальная ценность.
- Коллекционная штучка? Конечно, твоей работы, Диг?
- Да.
- Она чем-нибудь отличается от обычной порнографии? - Леди Саттон
разразилась очередными раскатами смеха, выродившегося в приступ кашля.
Одновременно она уронила бокал. Финчли покраснел, поднял бокал и вернулся к
бару, осторожно переступив через вытянутые ноги Пила.
- А что такой Астарот? - продолжала леди Саттон.
- Это я! - крикнула из-за занавеса Феона Дубидат. Голос ее звучал хрипло, в
нем было что-то от сырого дыма.
- Дорогая, я понимаю, что ты, но ч т о ты такое?
- Я думаю, дьявол.
- Астарот - легендарный архидемон, - сказал Финчли, - дьявол высшего ранга,
так сказать...
- Феона - дьявол? Не сомневаюсь в этом... - Истощив запасы своего восторга,
леди Саттон неподвижно лежала на диване, погрузившись в размышления. Наконец,
она подняла толстенную руку и посмотрела на часы. Жир, свисавший с ее локтей
слоновьими складками, при этом шевельнулся и с рукава пролился маленький ливень
блесток.
- Пора начинать, Диг. К полуночи я должна уйти.
- Уйти?
- Вы же слышали меня.
Лицо Финчли исказилось. Он навис над ней, переполненный эмоциями, вперившись
в нее черными глазами.
- В чем дело? Что вам не нравится?
- Ничего.
- Тогда...
- Кое-какие дела, только и всего.
- Какие дела?
Лицо ее стало грубым, когда она взглянула на него в ответ.
- Я потом скажу тебе... скоро узнаешь и сам. А сейчас я больше не хочу
докучать тебе, Диг, радость моя!
Лицо Финчли, напоминающее пугало, успокоилось. Он хотел что-то сказать, но
не успел произнести ни слова, как из алькова рядом со сценой высунулась Сидра
Пил.
- Роберт! - позвала она.
- Боб опять отрубился, Сидра, - натянутым голосом ответил Финчли.
Она вышла из алькова, где стоял орган, пересекла комнату и остановилась,
глядя сверху вниз на мужа. Сидра была маленькой стройной брюнеткой. Тело
ее напоминало провод под высоким напряжением. Жизнь била в ней слишком сильным
ключом, переливаясь всеми оттенками сладострастия. Черные, глубоко посаженные
глаза казались холодными щелками с раскаленными добела угольками. Пока она
смотрела на мужа, пальцы ее задрожали. Внезапно она размахнулась и дала звонкую
пощечину по его неподвижному лицу.
- Свинья! - прошипела она.
Леди Саттон засмеялась и закашляла одновременно. Сидра Пил выстрелила в нее
яростным взглядом и шагнула к дивану. Резкий щелчок каблучков по ореховому
дереву пола прозвучал пистолетным выстрелом. Финчли быстрым предупреждающим
жестом остановил ее. Она поколебалась, затем повернулась к алькову
...Закладка в соц.сетях
