Жанр: Научная фантастика
Война 2030 г. 1. Красный рассвет
...т, и те, что отступали, точнее,
бежали группами, также сгорели заживо. У них-то костюмчики не то что у майора Драченко.
Но даже его не до конца защитила кевларовая шкура.
Так вот, рассказать о том, как прошел бой с пограничниками, оказалось некому. А жаль.
Легионеры были достаточно злы, и терять им было нечего. Они успели положить девятнадцать
человек, прежде чем "оранжевые" убрались восвояси. Правда, и потери имелись. Гранатой
разорвало единственного в отряде японца - Цуяму Мигейоси. Ему не повезло вдвойне, никто в
отряде ведать не ведал, как эту нацию следует хоронить. Как-то раньше недосуг было
спрашивать. Все мы чувствуем себя бессмертными, покуда не ударит.
Теперь следовало решать, как выбираться из сложившейся ситуации. И лучше решать
сообща - Герман Минаков пока еще не ощущал себя настоящим командиром, хотя вроде бы
под его началом они выиграли бой с пограничниками. Вообще, командование к нему пришло
согласно дежурной схеме замещения начальников. Эта схема, естественно, разумно и
преднамеренно совпадала с пирамидальной иерархией отрядных компьютеров. Например, если
выводился из строя майор Драченко - его место автоматически занимал капитан Яков
Прутков. Если терял боеспособность он - на его замещение назначался Дмитрий Казаков.
После него - Герман Минаков. Цепочка вообще-то была расписана дальше. Но сейчас она
перестала рваться на Минакове. Аналогичное действо происходило и с компьютерами. Правда,
у них это осуществлялось гораздо проще, ибо компьютеры, не глядя на все заверения когда-то
модной научной фантастики, абсолютно равнодушны к власти и привилегиям. Даже
компьютеры 2030 года, как это ни странно.
Просто случилось так, что командная цепочка резервных командиров потеряла несколько
звеньев единовременно. Видит бог, Герман Минаков никогда не мечтал о таком счастье.
36
Паровоз воспоминаний
И кажется, будто теперь уж точно все позади. Адаптация прошла: первая вылазка в
джунгли. Боязнь не чужой пули - пауков, скорпионов, прочей нечисти. Каждый размером с
ладонь, не говоря о змеях. Благо стрелять можно - оружие бесшумного боя. Самое интересное,
сколько ни ходили, противника так и не нашли. И слава богу. Только две покинутые жителями
деревни. Счастье, что покинутые, ибо если бы там кто-то наличествовал - пришлось бы снова
пускать в ход оружие. Все равно против кого, независимо от пола и возраста. Разумеется, вряд
ли среди возможной "дичи" могли оказаться белые, но тем не менее человеку из России, все
еще по привычке воспринимающему негров как экзотику... В общем, пронесло.
Конечно, после были еще вылазки. Тут пришлось стрелять. Вполне может случиться, что
в общей кутерьме ночи он кого-то ранил или убил. Выяснить невозможно, ибо потом -
огневое подавление. Откуда-то с далекого и совсем не ощущаемого здесь моря пришла Ракета.
Термобарическая боеголовка уже не новость. Седовласая тридцатилетняя древность, но,
видимо, залежалый запас нужно куда-то отстреливать. Рванула, как новая.
Так вот, кажется, ты уже свой. Свыкся с этими разноплеменными, размалеванными
маскировочным кремом рожами, трущимися рядом днем и ночью. Рожами такими, что
где-нибудь в укатившей за горизонт казарме БВАМКУСВР плюнул бы на гордость и тайком
попросился у старшины переселиться куда-нибудь подальше, пусть на три-пять коек в сторону.
И приспособился не мыться по многу дней, разве что брызгать на одежду специальный
распирант. Для убивания всяких нательных гадов и уничтожения собственной вонючести. И
привык к "стерве" - штурмовой винтовке "Штейер АВЖ". Правда, калибр маловат - 5,56, но
уж что есть, то есть. Зато легко-удобно. Так вот, ко всему уж вроде приладился, и больше, чем
неизбежная в будущем стрельба по людям, волнует, сколько новых долларов перепадет
вскорости. Не облапошат ли? Конечно, если даже вскользь глянуть на мордени вокруг, то
облапошивать не захочется. Тем более с деньгами. Тем более честно заработанными.
Однако вся эта африканская экзотика, постепенно блекнущая в обыденность, оказалась
все-таки не все. Снова англоязычный инструктор, только новый. И долгий разговор,
напоминающий тестирование.
- У вас - русских - достаточная техническая сметка, - поясняет собеседник,
разумеется, на английском. Приятно, конечно, что родной русский народ похвалили хоть за
что-нибудь.
- У вас образование - неизвестно где полученное, - по-приятельски подмигивает
представитель "Золотого миллиарда". Наверняка знает, стервец, где. Но да ладно, против ЦРУ
не попрешь, им скоро сто лет от роду. - У нас не вдоволь людей с образованием.
Метать ножики - это ведь уже в прошлом, да? Мы предлагаем вам - действительно
предлагаем, не приказываем - пройти подготовку для войны на новой технике.
И уже привычный калькулятор в голове вводится в режим.
- Сколько времени это займет? - Здесь все меряется в новых долларах, даже сроки.
- Немного. Три-четыре месяца.
- Оплата?
- Такая, как здесь, минус премиальные за рейды.
- Потом?
Англичанин, а может, американец, или бог его знает кто, изображает улыбочку - скажите
"чиз":
- Специалисты получают приблизительно вдвое больше обычного рядового. У нас тут
"от каждого по способности - каждому по труду". Больше нужных специальностей - больше
получать в карман! - Он смеется.
Ну что же. Во-первых, от окружающих мордяк хочется отдохнуть. Во-вторых, на учении
можно заработать пулю только по дурости. В-третьих, то, что доведено, - продаваться, так
дороже. А в-четвертых - маленьким таким пунктиром, - то, о чем говорил один человек еще
там, во Владивостоке. Русский человек, не англичанин. "Если хочешь научиться воевать, то
надо воевать. У нас тебя засосет текучка. Может быть, когда-то те, кто умеет воевать
по-умному, пригодятся и здесь. Когда позовет Родина! А ведь она рано или поздно позовет,
так?" И тоже таинственно так подмигнул. Интересно, сколько денег он гребет, отправляя "на
заработки" очередного рекрута?
- Я согласен. Когда?
- Сдавайте оружие! Отправитесь со мной. Сегодня.
Твердый грунт
И, конечно, хорошо бы им посидеть, подумать: что и как делать дальше. Еще важнее,
наверное, пошастать по округе для оценки ущерба. И заняться серьезно раненными, вызвать
помощь и держать их в покое под капельницами, пока не прибудет какая-нибудь подмога.
Только не получалось так. Никак не получалось. В любой момент оттуда, из-за горизонта, мог
направиться в их сторону вертолет или еще что-нибудь. (Теперь окончательно нельзя доверять
предыдущим разведывательным сводкам.) И это что-то - может быть, все тот же скромняга
"Апач" хоронящийся за деревьями, - все так же не выныривая из-за этого самого горизонта,
опустошит контейнеры. И тогда уже все. Целей в этом лесу осталось немного, и ракеты будут
бить с перекрытием, наращивая вероятность свыше девяносто восьми. Потому что сейчас нечем
ее снизить - расплавилась к черту и ранцевая станция помех, и противоракетные комплексы.
Разумеется, сейчас никто это не может ни подтвердить, ни опровергнуть, но в прошлый раз
наплечные ракетные трубы успели осуществить перехват трех из пятидесяти выпущенных
боеголовок. Мелочь, но все-таки кое-что. Сейчас они не могли надеяться даже на такую скидку.
И потому к черту совещания. Два запроса по связи насчет возможности помощи. Причем
не только через компьютерно-спутниковую линию. По настоящей, чудом "выжившей" рации
плюс уберегшегося от осколков электронщика и связиста Мишу Гитуляра. И никакого ответа.
Какое-то предательство в квадрате. И, значит, раненых на спешно состряпанные носилки и
ускоренным шагом - а как хотелось бы бегом - в сторону границы скорее всего не ждущего
героев Трансвааля. Но и тут не совсем напрямую: по тропам, да еще так, чтобы обойти
отброшенных намедни "оранжевых".
Раненых трое. Значит, шесть человек заняты носилками постоянно. У остальных ружья на
взводе, оба глаза в напряжении - один в двойном. Следит за виртуальной картиной. Там,
впереди над лесом, скользит в синем, забывшем трагедию небе последний маленький
самолетик. Им руководит возвысившийся в статусе компьютер Германа Минакова. У него не
слишком много работы - техники под началом почти совершенно нет. А вот его хозяин потеет
не в шутку. Тяжел, очень тяжел на носилках его бывший начальник Потап Епифанович.
Морские песни
Корни пиратства уходят в седую древность, вполне может случиться, в дописьменную
эру. Где-то там, в туманной смычке возникновения первых государств и зарождения
мореходства, оно вылупилось из небытия. С тех пор и кочует по белу свету, и сколько с ним ни
бьются - загнать обратно в небытие никак не получается. Разумеется, временами ему
пережимают глотку - случаются такие периоды. Однако в настоящее время наступила
обратная фаза - фаза расцвета и процветания пиратства. Мир вступил в эпоху нового
качественного перехода. В лучшую либо худшую сторону, покуда неясно. В связи с процессами
интеграции, интернационализации и глобализации привившиеся за столетия объединения
человечества по принципу государственной обособленности начали вытесняться новыми
видами объединений. Самыми мощными и зримыми стали, разумеется, транснациональные
корпорации. Но и без них существовало уже много-много чего. Вот на фоне этого смещения
государственной машины на задворки морское пиратство и подняло голову. Причем гордо.
С другой стороны, многовесельные галерные атаки канули в бездну веков. И если
пробитый ядром деревянный настил палубы еще так-сяк получается отремонтировать
самостоятельно, то с регламентом атомных котлов дело резко усложняется. Для процветания
пиратству требуются базы. Опять же, если в каком-нибудь семнадцатом столетии, а тем паче до
нашей эры пираты могли обосноваться на каком-нибудь богом забытом островке, создав там
маленькую иерархическую структуру, пародирующую монархию, то теперь, в условиях
тотального спутникового слежения и высокоточных стратегических ракет, повторить такой
трюк не представляется возможным. И значит, "чистое" пиратство - явление маловероятное.
Разве что в каких-нибудь малайзиях-индонезиях, где каждый торчащий из моря клок суши
испещрен бухтами, а сама суша снабжена тропическими лесами, почти непроходимыми, но
весьма подходящими для скрытого от глаз деления добычи.
А потому удобнее всего быть не абсолютно независимым пиратом, а значиться на
почетной службе корсара. Вроде творишь то же самое, но под патронажем сильных мира сего.
Может быть государств, а может транснациональных монополий. Конечно, надо учитывать и
то, что покровительство - тайное. Весь риск все равно на морских разбойниках. Но зато, когда
вам приспичит обуздать расшалившийся атомный котел, будет где приткнуться, на скрытом от
спутникового слежения пирсе. А если вдруг закончатся скоростные торпеды, то имеется
надежный канал, через который их можно прикупить почти по себестоимости. Разницу в цене
возьмут на себя заинтересованные спонсоры-инкогнито.
Так вот, однажды, в какой-то очередной индо-пакистанской или индо-цейлонской войне,
оказалось, что бывший "Шестидесятник" и его команда взялись за дело чересчур рьяно, с
несвойственной индусам тщательностью. Его офицеры растолковали переданное посредством
эфира распоряжение о перекрытии Андаманского моря слишком буквально. В общем, потопили
что-то там китайское, идущее, правда, под панамским флагом. С Китаем, второй по
экономической и военной мощи державой мира, не следовало ссориться, тем более в условиях
войны. А посему славную "Индиру Ганди" спешно, задним числом, признали пропавшей без
вести и еще, между прочим, давно перепроданной какому-то частному владельцу для разделки
реактора и прочего.
Однако только сумасшедший типа некоторых бывших правителей одной северной страны
способен по доброй воле лишать себя самой активной лодки флота. Естественно, теперь
"Индира Ганди" не могла значиться там официально. Но ведь пользоваться ее услугами было
крайне важно. И что же предпринять? Правильно!
Уже к 2010-му, может быть, в связи с глобализацией нищеты, пиратство имело место во
всех мало-мальски теплых морях-океанах. Что мешало приобщить к нему ударную атомную
субмарину в 2022-м? В общем-то ничего. Надо было только продумать сложную схему ее
снабжения, обходящую тыловые службы флота Индии, да и каких-то прочих стран. Во второй
век царствования компьютерной бухгалтерии запутать кого-нибудь было легче легкого.
Естественно, из-за разветвленных путей-дорог снабженцев эксплуатация лодки подорожала. Но
ведь теперь у нее развязались руки. Будучи пиратской, а значит, как бы ничьей, она могла
"подработать" на стороне. Ведь как ни обострились межгосударственные отношения в Южной
и Юго-Восточной Азии (впрочем, как и везде), Индия все-таки не участвовала в войнах
непрерывно. Но кто-то где-то, так или иначе, вел их всегда. К тому же необязательно с
официальным объявлением войны. Поэтому боевую субмарину можно как бы сдавать в аренду.
"Индира Ганди" пошла по рукам. А ее славный экипаж теперь никогда не прозябал без дела и
повышенных премиальных.
В настоящий момент атомный крейсер, когда-то носящий таинственное имя
"Шестидесятник", должен был пополнить свои запасы через транспортный корабль "Пенджаб",
являющийся отростком щупальца какой-то укрытой мраком неизвестности корпорации,
наживающейся на сомнительной торговле. Обычно такими делами занимались люди, которым
не стоит класть пальчики в рот. С ними нужно было держать уши востро.
Ну что же, в команде "Индиры Ганди" имелись только опытнейшие акустики.
Твердый грунт
Сигнал связи выдернул его из по всем признакам обреченной яви. В этой яви они еще
двигались. Двигались черепашьим темпом. Очень скоро этот черепаший темп должен был
поставить их перед выбором. Очень простым выбором в плане возможностей. И очень
непростым с точки зрения выбора решения. Сзади, можно сказать, в затылок, дышала погоня. А
носилки с ранеными тормозили движение, и, значит, выбор был прост. Между жизнью и
смертью. Точнее, своя жизнь менялась на смерть тех, кто в носилках. И хорошо, если бы еще
жизнь, а не некоторая отсрочка. Ибо погоня дышала все ближе, там, впереди, кто-то, может
быть, перекрывал тропу отхода, а какой-нибудь загоризонтный "Апач" тоже уже вполне мог
зависать в прикрытой деревьями позиции. Так что в принципе выбор был между смертью и
смертью. Смертью героической в обоих случаях, только в одном несколько приправленной
предварительным предательством. Разумеется, у них имелась отмазка. Если, конечно, тот, кто
сам предан, имеет право на адекватное решение.
Так вот, сигнал внешнего компьютерного обращения выдернул его из этой дилеммы.
- Вызов! - сказал он своим без всякого электронного усиления. Они были все тут
рядом, в зоне запыхавшегося человеческого голоса - удобная, не размазанная цель, всего лишь
для одной термобарической ракеты. - Смените меня!
Он имел в виду носилки. Тяжелые носилки, со все еще не мертвым майором Драченко.
- Я слушаю! Группа "Ахернар" на связи! - крикнул он в чувствительный микрофон, как
будто звук его голоса имел какое-то значение. Там, в поясном компьютере, все это сжималось,
кодировалось и билось на сектора, удобные для выплескивания вовне.
- У вас сменен командирский "интеллект"? Что случилось? - Оттуда не говорили -
печатали слова прямо в левую глазницу.
- Неважно, - отмахнулся он. - Кто это? С кем говорю? Это "Центавр"?
- Идет идентификация, - ответили, точнее, высветили оттуда. - Вы не Драченко. Кто?
- Черт! Сейчас некогда! - вспылил он с уже прорезающимися командирскими
нотками. - Это "Центавр"? У нас... - "Проблемы" хотел довершить он, но они уже печатали
встречно:
- Мы в курсе, что у вас не все в порядке. Уберите лишних. Отойдите в сторону. Будем
общаться в закрытом режиме.
- Какого...
- Шевелитесь!!! - Да, вот именно, там было отпечатаны три восклицательных знака. -
Уберите всех лишних. Будем общаться наедине.
- Но...
- Или вообще не будем.
- Я отойду, - сказал он своим, видя их совсем нечетко из-за сосредоточения на
виртуальном изображении. Кстати, он уже сделал переключение из "фонового" в "давящий"
режим. Микролазер, постоянно отслеживающий и стреляющий в левый зрачок, утроил
мощность и подавил внешний мир. Теперь, закрыв правый, можно было вообще отключиться
от текущей безысходности.
- Кто вы? - снова запросили оттуда. Вопрос не исчезал, так и светился в сетчатке. Он
хотел сразу доложить, потому что все, не только он, уже отчаялись после безуспешных попыток
вызвать хоть кого-нибудь. Но не доложил, мало ли кто это мог быть. Вдруг те, преследующие и
зависшие в воздухе за горизонтом враги, хотели предложить ему сделку.
- С кем я говорю? - спросил он, подавляя эмоции.
- Может быть, и с друзьями. Отвечайте быстрее.
Что ему было терять? Неужели если его схватят, то не смогут выведать имя?
- Я командир отряда "Ахернар". Герман Минаков.
- Герман Минаков? Русский? - Возможно, там удивились: как понять, не слыша голоса?
- Русский, - кивнул он головой, хотя там, неизвестно где, его не могли видеть.
- Ждите, идет идентификация. - Идиотизм, подумал он и распахнул правый глаз
окружающим субтропикам. Его группа, остатки отряда, стояла, опустив носилки и глядя на
него. Никто не следил за небом и окрестностями. Это было нарушение инструкций, но сейчас
не время требовать образцового выполнения наставлений. Слежение за деревьями не спасало от
падающих ракет.
- Минаков Герман Всеволодович, так? - отпечаталось в глазу. Теперь он даже не
удивился. - Что заканчивали? БВАМКУСВР?
- Да, Благовещенское высшее аэро... - привычно расшифровал и тут же осекся он,
поскольку только сейчас до его уставшего мозга докатилась новая волна откровения. Теперь
действительно было чему удивляться. Сейчас с ним общались на русском языке. Этого никак не
мог делать расположившийся в Трансваале "Центавр" и уж тем более настигающие сзади
"оранжевые" негры. - Да, все так. Я вас слушаю.
- Что с Потапом Епифановичем Драченко?
- Епифаныч ранен, - сказал он и снова удивился - мир вокруг подернулся поволокой,
из глаз текли слезы. Но они нисколько не мешали передающему в зрачок лазеру.
- Ясно. Жаль, - бесстрастно посочувствовали оттуда. - И ясно, что не только он. Вы,
как выясняется, четвертое звено цепи управления. Так?
- Да. - Какой смысл было беседовать со всезнающим?
- Теперь так. Орки оседлали молнию!
- Что? Не понял... - сказал он и поперхнулся, потому что вдруг додумался. Это была
фраза инициации. Она уже гасла, стиралась напрочь в отличие от всех предыдущих слов, когда
он наконец спохватился.
- Все! Все понял! - крикнул он. - Орки оседлали молнию! То есть... Меч империи
готов к...
- В печатном режиме, - перебили его оттуда.
И тогда он дернул руку к животу, туда, к виртуальной клавиатуре. Сейчас не оставалось
времени выпендриваться - пялить на руку сенсорные перчаточные пальцы.
Паровоз воспоминаний
И вот теперь не только смотришь на мир через протезы, а еще и ощущаешь его так же. И
поначалу вихляешь из стороны в сторону, шатает тебя с непривычки. Только блокираторы
тормозят Пизанской башней, не дают рухнуть в удалившуюся асфальтовую плоскость. И нельзя
рассчитать силу: ноги, вместо планируемой мягкой поступи, подлетают, как у футболиста, а
потом крушат асфальт, словно бульдозерный ковш. И слава богу, все в курсе, имеют опыт и не
приближаются в "зону поражения". Очень правильно делают. Мощь сервомоторов плюс масса
брони (хоть и не сталь - кевлар, все равно не пух). В общем, можно случайно, легким,
незаметным движением сломать зрителю ребра. А не случайно? Ну, примерно, что способен
натворить экскаватор, несколько уменьшенный, но зато более скоростной? Но в принципе
тренировки в виртуальном мире не прошли бессмысленно. Есть практический опыт, который
необходимо всего лишь быстро перевести в привычку.
Англия. Лагерь подготовки. Где-то возле Глазго. Точно неизвестно, все как в рот воды
набрали. И немудрено. Полная секретность. Ведь прямое нарушение какого-то их
парламентского распоряжения. Подготовка наемников на территории метрополии карается...
Но куда им деваться? Если хоть чуточку думают о будущем? Собственный народ уже совсем
мелкосочный; разбавка индусами, прочим всяким. А ведь где-то, хоть вроде бы в исторической
бездне, былая колониальная мощь, где-то по-прежнему нужно подпирать экономические
интересы концессий. И финансовые задабривания местных царьков - не всегда удачный ход.
Прямая демонстрация мускулов - вот лучшая политика. И не всегда удобно обходиться только
режущим небесную твердь истребителем "стелс": он слишком быстр, не разбавленные алгеброй
извилины не успевают понять, что к чему. Медленное скольжение парашютов, потом
предчувствие, подсчет без алгебры, за сколько эти камуфлированные, белые лица смогут
продраться сквозь кустарник; главное - гадание, определение на слух направления - куда?
Сюда или пронесет - в соседнюю деревню? Потом смерть, и не откуда-то из неизвестности -
с километра, а уж тем более двухсот - в материальном воплощении. Вот она - подствольная
дымящаяся труба, разносящая в щепки окрестные хижины.
Ну а теперь следующий этап. Кевларовые гиганты, спокойно бредущие сквозь дым и
пламя, не падающие от очередей в упор, твердо шествующие через гранатные уханья. Это уже
воплощенная мистика, древние культовые верования наяву. И не главное, конечно, но
все-таки... Если у тех, что просто в камуфляже и в бронежилетах, можно при случае, в
редкостной, легендарной удаче поживиться хоть чем-то, то здесь... Даже если удастся - пока
еще не бывало, но вдруг... Попробуй разобраться с управлением, даже если умудришься
напялить броню. Да и не включится ничего. Не пройдет опознавание. И вообще, при поражении
пилота - именно так - "пилота", не "водителя" - некоторые электронные узлы сразу
рассыпаются. Фирменная защита. И даже плазменная винтовка. Да, опознавание стрелка. Нет,
все-таки не по отпечаткам пальцев: не получается в бою - все обычно работают в перчатках,
тем более их внутренность с сенсорами. Так что опознавание по коду. Где вы его добудете, если
пилот поражен? А если не поражен, то как оприходовать его броню?
И значит наслаждение мощью только для того, кто назначен. Как далеко до нее обычному
пехотному снаряжению. Ноги, сервомоторная силища, способны выжимать до пятнадцати км
по "пересеченке"; по ровной - можно даже авторежим. То есть почти дремлешь: встроенный
радар, или светоумножитель с опознаванием, отслеживает препятствия, обходит, сверяется с
системой географического позиционирования, а по прибытии на место будильник сообщает -
"Приехали!". Ну, разумеется, когда ноги дергаются в навязанном извне движении, вроде бы не
очень поспишь, но... Все-таки полудрема - глаза прикрыть вполне получится; разогретый
кофеек по трубке. Так что к месту боя после марш-броска прибудешь почти свеженький.
Чудовищное преимущество против былой пехоты, даже "аэро".
Разумеется, есть свои сложности. Обслуживание, специалисты. Но кто сказал, что ты -
"один в поле воин"? За плечами вся постиндустриальная мощь. Пусть и законспирированная.
Хоть ты вроде и не принадлежишь к "Золотому миллиарду". Они, конечно, думают, что... Разве
можно представить, что кто-то, тщательно подсчитывая барыши, в том числе и заработанные на
крови, все-таки преследует еще какие-то цели? Как там говорил тот прапор? Что-то вроде:
"Нужно учится воевать там, где воюют. А уж куда потом применить знания, это дело..." Да,
разумеется, не десятое и даже не второе.
Великобритания. Окрестности Глазго. Сердце - ну, может, предсердие - "Золотого
миллиарда". Логово.
Твердый грунт
"Поклянись! - просил его тогда майор Драченко. - Поклянись, что ты войдешь в
подчинение Центра после получения слов инициации!"
"Радуйся, Епифаныч, - мысленно сказал Герман, глядя на почти неживого
экс-командира. - Вот мы и вошли в подчинение Центра (или уж не знаю кого - они так и не
представились). Мы, правда, еще покуда не послали к чертям собачьим бывших хозяев. Не
было возможности. Но, наверно, уже готовы. Хотя... - очень бы хотелось спросить майора
Драченко. - Как быть с оплатой? Нам ведь еще не доплатили за выполненную намедни
работенку. Тяжелую, между прочим, работенку. Много наших там полегло. Вот и вы тоже".
Стоило ли спрашивать? Таинственный, казавшийся бредятиной Центр оказался
реальностью. И главное, он уже купил отряд "Ахернар" со всеми потрохами. Легко купил,
дешево. А может быть, и совсем не дешево - ценой жизни. Хотя нет. Пока это было только
обещанием.
Остатки "Ахернара" готовились к очень возможному бою - занимали позицию,
выверенную компьютером.
- Мы постараемся успеть, - сказали Герману оттуда. - Но вы уж тоже постарайтесь.
Продержитесь!
- А если?.. - спросил их Герман.
- За воздух не беспокойтесь. Мы блокировали все их летающие машины в радиусе ста
пятидесяти километров. Они не взлетят. А если взлетят - не найдут. Там к вам подходят
какие-то пешие. Группа - примерно человек двадцать. У них аппаратура - говно. Мы ничего
не можем сделать. Продержитесь. Мы скоро будем. Только не сбейте нас, мы явимся сверху.
А потом они растаяли. Собеседники. И буквы в глазнице. И даже в режиме обратного
воспроизведения он ничего не увидел. Как будто и не было никакого диалога.
Вот тогда отряд и начал готовиться к бою. Занимать позицию. Потому что Герман
Минаков посветлевшим голосом скомандовал:
- Носилки наземь! Будем занимать оборону!
И все признали в нем командира, даже не потребовав особых объяснений.
Морские песни
Однажды к ним на борт заслали разведчика. ЦРУ, АНБ и прочие службы мирового
шпионажа давно подкапывали под русско-индийское пиратство, и на этот раз, похоже, они
почти захлопнули капкан. Цеэрушник попал к ним под видом известного террориста
(известного по имени, но не по фото). За хорошую, заранее оговоренную плату "Индира Ганди"
обязалась доставить его в безопасное место, точнее, на ожидающую где-то вблизи островов
Каргадос-Карахос яхту.
Командиру атомохода, Тимуру Дмитриевичу Бортнику, понравилась при
...Поділитися у соцмережах
