Жанр: Научная фантастика
Путь шута
...галлонные
бочки из дюралюминия, загружаются в открытый кузов его старенькой "Тойоты Такома",
крепятся сверху прочной нейлоновой сетью и на полтора часа покидают базу "Лепанто". Фиру
опорожняет их у ближайшей загородной свалки (вокруг Дурреса этих свалок не меньше двух
десятков), затем отгоняет пикап на мойку и ополаскивает контейнеры. Разумеется, никто и
никогда не интересуется содержимым контейнеров: запах и мухи, кружащиеся над пикапом,
говорят сами за себя. Я приказываю Ардиану пробраться в столовую и спрятаться в одной из
бочек. Пищевые отходы - штука довольно тяжелая; если аккуратно вычерпать половину
помоев из контейнера, а образовавшуюся пустоту заполнить пареньком, который весит едва ли
сорок пять кило, Фиру подмены не заметит. Главная проблема заключается в том, куда девать
лишние помои; в конце концов я прихожу к выводу, что, если Ардиан использует в этих целях
один из котлов нашего Шарифа, большой беды не будет. Конечно, котел потом придется
вымыть, но этим так и так нужно иногда заниматься.
Пока Фиру будет вываливать содержимое первого контейнера в компостную яму, у
Хачкая хватит времени, чтобы вылезти из своего укрытия, счистить с себя мусор и удалиться
незамеченным. Тут главное - не забраться по случайности в самый первый контейнер, но для
этого достаточно иметь немного мозгов. Понятно, что первыми в кузов пикапа загружаются те
бочки, что стоят ближе к выходу из столовой; соответственно, их же выливают последними. Я
говорю об этом Ардиану, но он, кажется, даже немного обижается - видно, тоже считает
задачку тривиальной.
Сержант Вольф докладывает мне об исчезновении Хачкая в пять пятнадцать. Согласно
инструкции следует немедленно поднять тревогу, но я этого не делаю. В конце концов,
сбежавший подросток, которому все равно не преодолеть защитный периметр, - не повод
будить уставших миротворцев ни свет ни заря. Я просто приказываю сержанту и еще четырем
своим парням прочесать территорию базы. И только после того, как прочесывание не дает
результатов (примерно через час, то есть около шести пятнадцати), я решаюсь все-таки
включить сирену. Но Ардиан к этому моменту уже далеко.
С формальной точки зрения меня можно обвинить лишь в нарушении инструкции, но
поскольку босс наш кто угодно, но только не идиот, то отвечать мне придется за организацию
побега. А это, как вы понимаете, принципиально иная мера ответственности.
Генерал оперативен - в шесть сорок пять он вызывает меня к себе и требует объяснений.
Я не пытаюсь оттянуть неизбежное и честно во всем признаюсь (Хачкай, по моим расчетам,
уже преодолел половину дороги до Тираны). Босс высказывает предположение, что таких, как
я, следует лишать жизни еще во младенчестве - исключительно из человеколюбия. Однако то,
что он не вызвал охрану и не велел посадить меня на гауптвахту, внушает некоторую надежду.
Я коротко излагаю свой план. Пару раз босс прерывает мою речь замысловатыми
ругательствами, но в целом, надо отдать ему должное, держит себя в руках. Под конец он
оттаивает настолько, что предлагает мне сесть в знаменитое гостевое кресло.
- Все бы это звучало забавно, капитан, - криво ухмыляется он, глядя, как я пытаюсь
обрести равновесие в коварных объятиях шедевра итальянских мебельщиков, - если бы не
один фактор, о котором ты, должно быть, позабыл. Если бы не Лоэнгрин.
- Я не забыл о нем, сэр, - возражаю я. - Однако он сам сказал мне, что Хачкай его уже
не интересует. Я записал наш разговор на диктофон.
- Можешь выкинуть его в сортир, - обрывает меня О'Ши. - Я имею в виду диктофон.
Лоэнгрину ничего не стоит взять свои слова назад. В конце концов, он ведь мог сказать это
нарочно. Никто не обязывает его отчитываться перед каким-то капитаном Монтойей.
- Почему же он тогда не попытался забрать у меня мальчишку? Нет, босс, похоже, он
говорил правду.
- Естественно! - рявкает босс так, что кресло подо мной съеживается от страха. -
Лоэнгрин допустил ошибку - решил, что Джеляльчи знает куда больше твоего киллера. Не
забывай, что он последние дни плотно занимался сигурими, а девчонка была одним из лучших
информаторов Шараби. Но даже если он один раз свалял дурака, то это не значит, что он будет
лажаться и дальше. Понимаешь, о чем я?
- Так точно, сэр. Он постарается сделать меня крайним, сэр.
- Не постарается, капитан. Он окунет тебя в дерьмо по самые уши. И, насколько я знаю
Лоэнгрина, сделает это с огромным удовольствием.
- Если мой план сработает, сэр, у него ничего не выйдет. Тогда в дерьме окажется кто-то
другой, сэр!
"Не перебарщивай, - шепчет мне внутренний голос. - Ты не в сержантской школе, и у
вас серьезный разговор".
- Если, капитан, - желчно передразнивает меня босс. - Ключевое слово - "если". Для
того чтобы твой план сработал, тебе нужна абсолютная свобода рук, А Лоэнгрин постарается
тебе их связать. Надеюсь, ты понимаешь, что в сложившихся обстоятельствах я не смогу
прикрыть твою задницу?
Ну, разумеется! Сидеть и наблюдать, как капитан Монтойя рискует своей шкурой ради
жизни на земле и двадцати минут славы для корпуса миротворцев, - это вполне в духе босса.
А вот ссориться с могущественным Сёгуном из-за чересчур бойкого подчиненного бригадный
генерал Майкл О'Ши не станет. "Выкручивайся сам, капитан" - вот что на самом деле хочет
сказать босс.
Но меня и это вполне устраивает. Главное, чтобы мне не мешали. А уж без помощи
начальства я как-нибудь обойдусь.
Я покидаю кабинет босса окрыленный. Возвращаюсь к себе и устраиваю конференс-колл.
Стараюсь воодушевить парней - опасность попасть под горячую руку босса не то чтобы
миновала, но отдалилась, стала почти призрачной. Теперь все зависит только от нас. Сработаем
четко - все будет забыто, кроме того, каждый получит кучу бонусов. Про возможность
наступить на хвост некоторым выскочкам из спецкомитета по борьбе с терроризмом я
упоминаю вскользь, но парни все схватывают на лету, Фаулер, несмотря на все свое обаяние, не
снискал особенных симпатий среди миротворцев; к тому же у нас в корпусе вообще
подозрительно относятся к чужакам, а уж к тем, кто спускается с заоблачных высей, чтобы
проверить, как мы тут выполняем свою грязную работу, - особенно. Я успеваю отдать
несколько важных распоряжений - в том числе нашим разлюбезным яйцеголовым Шумахеру
и Мицнику. По-моему, они слегка охреневают от поставленной задачи, но приказ есть приказ, и
я не сомневаюсь, что они его исполнят. На всякий случай я придаю им в усиление Гильермо,
строго-настрого наказывая выполнять все распоряжения яйцеголовых. Гильермо, не
привыкший к такому волюнтаризму с моей стороны, пытается брыкаться, но я жестко его
осаживаю. Может быть, слишком жестко. Времени у меня в обрез, а нервы, честно говоря, на
пределе.
Не успеваю я закончить тяжелый разговор с Гильермо, как двери распахиваются и в
кабинете появляется майор Фаулер. Вид у него довольно свирепый. За спиной Лоэнгрина
маячит огромный негр, похожий на голливудского актера, всю жизнь снимавшегося в роли
второстепенных злодеев в фильмах класса "Б". Кажется, его зовут Джонсон. Похоже, это такой
тонкий намек - в случае чего, парень, мой телохранитель возьмет тебя за руки и за ноги и
порвет на две половинки... как разбойник Синид, промышлявший в горах к югу от Албании три
тысячи лет тому назад. Все-таки классическое образование имеет свои плюсы: даже к самой
неприятной ситуации всегда можно подобрать красивую аналогию из античной истории.
Я ожидаю, что Фаулер начнет кричать и брызгать слюной, но этот нордический блондин и
впрямь хорошо умеет владеть собой.
- Вы отпустили его, - ледяным тоном произносит он. - Капитан, я обвиняю вас в
саботаже.
Я пожимаю плечами.
- Он убежал, майор. Никто не ожидал от него такой прыти.
- У вас здесь база миротворцев или бордель? - презрительно спрашивает Лоэнгрин. -
Отсюда можно так просто удрать? Ладно, объясняться будете в другом месте. Где материалы
допроса?
Я вынимаю диск из диктофона и аккуратно кладу перед собой на стол. Фаулер не
двигается с места, лишь едва заметно поводит плечом. Джонсон (он же разбойник Синид)
делает шаг к столу, невероятным для такой туши текучим движением проскальзывает между
стеной кабинета и неподвижным майором, протягивает огромную лапищу и хватает диск. Я
готов поспорить, что это невозможно физически - диск очень маленький, чуть больше моего
ногтя, а пальцы у Джонсона-Синида толстые, как баварские колбаски, но все получается как
нельзя лучше. Он поворачивается с изяществом балетного танцора и протягивает диск
Лоэнгрину.
- Там два часа разговоров, - предупреждаю я. - Запаситесь терпением, майор.
Фаулер смотрит на меня как на идиота. Видимо, пытается понять, серьезно я говорю или
издеваюсь.
- Я не стану прослушивать его сейчас, - произносит он наконец. - Сейчас все самое
главное расскажете мне вы. А это, - он подкидывает диск на ладони, - в любом случае будет
пропущено через ридинг-программу.
А я и забыл, что небожители почти ничего не делают самостоятельно. Ридинг-программы
способны за долю секунды проанализировать синхронную запись любой степени сложности и
извлечь из нее самое важное, получить драгоценный сухой остаток, отыскать жемчужное зерно
в навозной куче. Кроме того, ридинг-программы безошибочно распознают следы
вмешательства в аутентичную запись - все эти вымарывания, лакуны, затертые или
наложенные сверху дорожки. К счастью, в записи допроса Хачкая нет ничего такого, за что мне
пришлось бы краснеть перед майором Фаулером. То, что она обрывается на том самом месте,
где Ардиан просит его отпустить, досадно, но ненаказуемо.
- Итак, - повторяет Лоэнгрин, - что вам удалось вытянуть из этого парня, капитан?
В голосе его нет угрозы, одно только любопытство. Возможно, он не ожидал, что я так
легко отдам ему запись допроса - не случайно же прихватил с собой своего Синида. С другой
стороны, на месте Лоэнгрина я не стал бы обострять ситуацию. Игра, призом в которой служит
"ящик Пандоры", неотвратимо приближается к эндшпилю; и тратить силы и время на разборки
с бестолковыми миротворцами, которые даже тринадцатилетнего подростка не в состоянии
удержать за решеткой, по меньшей мере неразумно. Я делаю вид, что обрадован сменой тона
(на самом деле меня больше устроило бы, если бы он топал ногами и грозился сгноить меня в
тюрьме, однако такого подарка от Лоэнгрина, похоже, не дождешься). Излагаю краткоеГлава 17
Демо-версия
Когда впереди показался высокий бетонный забор виллы Скандербега, Ардиан вытащил
из кармана куртки инъектор и прижал к предплечью, как показывал Монтойя. Боли он не
почувствовал. По руке прошла слабая судорога, в месте укола стало горячо и щекотно. Ардиан
размахнулся и выкинул пустой инъектор в канаву.
У ворот дежурили незнакомые ему молодые парни с голодными волчьими глазами,
вооруженные китайскими "Калашниковыми". Когда Ардиан попытался объяснить, что пришел
к Скандербегу, они посмотрели на него, как на сумасшедшего.
- Пошел вон, щенок! - бросил один из волчьеглазых, захлопнув перед ним калитку. -
Скандербега ему!
- Позовите Петра! - крикнул Хачкай, ударив ногой по кованому металлу. Ворота
отозвались низким гулом.
- Иди, иди, - крикнул кто-то из охранников, - а то башку оторвем!
"Так не бывает, - подумал Ардиан. - Неужели Скандербегу все равно, жив я или нет?
Он же охотился за мной... или это был не он?"
Червь сомнения опять шевельнулся в его душе. Но едва только он пошевелился, калитка с
металлическим лязгом отворилась.
- Ладно, заходи, - недовольно буркнул охранник. - Велено впустить.
Как только Ардиан перешагнул порог, ему ткнули под ребра ствол автомата и быстро, но
умело обыскали. Распотрошили рюкзачок, конфисковали старенький плеер и поясную сумочку
с лазерными дисками. Не нашли только деньги, но их Хачкай предусмотрительно спрятал в
поясе. Бумажный пакет с лекарствами охранников не заинтересовал.
- Ну, придурок, - хмыкнул один из волчьеглазых, - раз сам пришел, так давай, шевели
клешнями...
На крыльце дома, скрестив мощные руки на груди, стоял хмурый Петр. Ардиан заметил,
что кобура его любимого "кольта-45" расстегнута.
- Свободны, - бросил черногорец сопровождавшим Хачкая охранникам. - Ну, кому
сказано?
- Привет, Петр, - поздоровался Ардиан. - Мне кажется, или я и вправду не вовремя?
По каменному лицу Петра пробежала едва заметная тень.
- Скоро сам все узнаешь, - пообещал он. - Оружие с собой есть?
- Ты им не веришь? - удивился Хачкай, покосившись на удалявшихся к воротам
охранников. - Они же меня чуть наизнанку не вывернули.
Черногорца такой ответ не удовлетворил. Он без лишних слов ухватил Ардиана за
шиворот и поднял в воздух - легко, как котенка. Встряхнул, охлопал свободной рукой по
бокам. Поставив Хачкая на землю, ткнул толстым пальцем в перевязанное плечо.
- Что с рукой, парень?
- Порезался, - огрызнулся Ардиан. - Когда брился.
С чувством юмора у Петра всегда было туго. Он наклонился к плечу Ардиана, оттянул
край повязки, повел носом и, учуяв слабый запах медикаментов, исходивший из-под
закрывавшего рану гермопакета, удовлетворенно кивнул.
- Пуля. Вынимали в госпитале, и повязку тоже профессионал накладывал.
- Доктор Бразил, - соврал Ардиан. - Знаешь такого?
Петр кивнул. Посмотрел на Хачкая долгим взглядом, в котором, казалось, читалось некое
сожаление.
- Хозяин тебя искал, - сообщил он. - Пойдем, возможно, он захочет поговорить с
тобой.
Скандербег сидел в кресле перед огромным плазменным экраном и медленно
раскачивался в такт одному ему слышной музыке. На экране мелькала нарезка из
информационных видеоклипов, сопровождавшаяся комментариями ведущих телевизионных
программ, запущенными в ускоренном режиме. Ардиану уже доводилось наблюдать за тем, как
босс смотрит новости, и зрелище это его не удивило. Скандербег, носивший в ухе сетевой
имплант, мог управлять браузерами своей домашней системы напрямую, без клавиатуры и
мыши. В одной руке он держал большую кружку, в другой - только что поджаренную,
аппетитно пахнущую лепешку с завернутым в нее ломтем козьего сыра. Белые и желтые
крошки густо усыпали черную бороду Скандербега. У закрытого пуленепробиваемыми
ставнями окна стояла спиной к Скандербегу высокая худая девушка с коротко
подстриженными черными волосами. Когда Петр и Ардиан вошли в комнату, она резко
повернулась, и Ардиан увидел у нее в руках самодельную папироску, из которой сыпалась на
пол зеленовато-коричневая труха.
- Эй, - громко сказала она по-итальянски, - эй, Бо, к тебе тут пришли!
Ардиан никогда раньше не слышал, чтобы Скандербега называли "Бо". Видимо, сам
Скандербег тоже не привык еще к такому обращению, потому что на реплику девушки не
отреагировал никак. Это неожиданно разозлило ее: красивое, с точеными чертами лицо
исказила исполненная ненависти гримаса. Ардиан почувствовал, как мгновенно напрягся Петр.
И не зря: тонкая рука метнулась к туалетному столику, схватила флакончик с духами и
швырнула его в Скандербега. Флакончик угодил великану в плечо и отлетел на ковер.
Мелькание клипов на плазменном экране тут же прекратилось - Скандербег отключил связь.
- Хильда, - проворчал он, поворачиваясь к девушке, - хватит беситься! Хочешь
выпустить пар - возьми винтовку и отправляйся в сад.
- К тебе пришли, Носорог. - В голосе Хильды звучало презрение. - Похоже, тот самый
парнишка, про которого ты мне все уши прожужжал.
Она подняла руку и дотронулась до своей самокрутки изящным золотым кольцом. На
конце папироски расцвел нежно-розовый огонек.
- Босс, - сказал, кашлянув, Петр, - здесь малый Хачкай. Сам явился.
Несколько секунд Скандербег молча рассматривал Ардиана. Потом тяжело покачал
головой, отложил недоеденную лепешку и стряхнул крошки с бороды.
- Ну и зачем ты вернулся, Арди? - хмуро спросил он. - Убить меня собрался, не
иначе?
Хильда фыркнула.
- Бо, ты совсем свихнулся. Ты всерьез опасаешься, что этот мальчишка может причинить
тебе вред? Может, тебе пора обратиться к психоаналитику?
- Заткнись, Хильда, - миролюбиво оборвал наглую девицу Скандербег. - Этот
мальчишка был моим лучшим киллером. Пока кое-кто не перекупил его...
"Он знает о моей встрече с гнусавым, - сообразил Ардиан. - Нужно играть в
открытую".
- Никто меня не перекупал, - сказал он. - Денег я, во всяком случае, не получил.
Кстати, эфенди, вы ведь так и не расплатились со мной за итальянца.
- Не пытайся убедить меня, что пришел за деньгами, - буркнул Скандербег. - Я знаю,
что ты считаешь, будто это я приказал убить Раши. Ведь так?
- Так, - не стал спорить Ардиан. - А разве я ошибаюсь?
Скандербег отхлебнул из кружки, с отвращением покосился на нее и поставил на стол.
Хильда наблюдала за ним сквозь плывущий от ее папироски сизый дымок.
- Зачем мне было убивать твоего брата, парень? Самое большее, на что он мог
рассчитывать при встрече с моими людьми, - еще пара сломанных ребер. Ты знаешь меня три
года, скажи - я когда-нибудь убивал просто так?
- О-хо-хо, - насмешливо протянула Хильда.
- Кто же тогда это сделал? - спросил Ардиан. Страх перед Скандербегом куда-то ушел,
всосался в подземные тайники души, как вода из ванны уходит в отверстие водослива. Отчасти
причиной этого была странная девушка, издевавшаяся над Скандербегом, но было и еще что-то,
чему Ардиан пока не мог отыскать названия. Грозный ночной король Тираны пытался
оправдаться перед ним, безоружным мальчишкой! Это было смешно, и Хачкай с трудом
сдерживал себя, чтобы не рассмеяться в лицо своему бывшему боссу.
- Не понимаешь? - недобро прищурился Скандербег. - Не прикидывайся дурачком!
Кто велел тебе убить меня? Молчишь? Кровь Раши - на его руках. Он сделал это, чтобы
натравить тебя на меня, как охотничью собаку!
- Он не назвал своего имени, - медленно проговорил Ардиан. - Сказал лишь, что
работает на Мустафу из Скопье. Вы знаете, кто это?
- О-хо-хо, - повторила Хильда. На этот раз с притворным испугом.
- Замолчи, женщина! - рявкнул Скандербег. Он поднялся из кресла и навис над
Ардианом, уперев руки в бока. - Знаю ли я Мустафу? Проклятье, конечно знаю! Но с чего ты
взял, будто тот, с кем ты разговаривал, сказал тебе правду? Давно ли ты стал таким
легковерным, парень?
- Я не легковерный. Наоборот, я не верю вам, когда вы говорите, что не имеете
отношения к смерти Раши.
Скандербег ударил его. Совсем легко, открытой ладонью по лицу. Но ладонь была
искусственная, из титана, и Ардиану показалось, что в голове у него взорвалась бомба.
- Не смей дерзить мне, сопляк! - прорычал Скандербег, и Хачкай физически
почувствовал его страх - давящий и липкий. - Ты все еще жив только потому, что я хорошо
отношусь к тебе и твоей семье!
- Защитник бедняков, - с иронией проговорила Хильда. - Настоящий Робин Гуд.
- И это неправда. - Ардиан сглотнул кровь. - Вы не убиваете меня только потому, что
вам нужен заложник. Иначе отец откажется на вас работать...
- Ну-ка, ну-ка... - Скандербег взял его за подбородок и заглянул в глаза. - С чего это
ты взял, что мне так понадобился твой отец?
Хильда бросила папироску и медленно приблизилась к Ардиану. Положила свою ручку на
металлическую лапу Скандербега.
- Бо, не будь таким тупым. Мальчик все знает. Не правда ли, мальчик?
Она по-прежнему говорила по-итальянски - догадывалась, что Ардиан понимает. Хачкай
пожал плечами - мало ли что эта странная девушка имеет в виду под словом "все".
Скандербег недовольно шевельнул рукой, титановые пальцы крепче сжали подбородок
Ардиана.
- Ну, отвечай! Что тебе известно?
"Если я скажу правду, он наверняка решит от меня избавиться, - подумал Ардиан. - И,
может быть, даже сразу. Вон как боится, вспотел весь..."
От Скандербега и вправду разило потом - острым, вонючим потом загнанного в угол
хищника. Хильда, видно, тоже учуяла этот запах, потому что состроила брезгливую гримаску и
отступила на шаг.
- Все это из-за той штуки, которую привез Джеронимо. Из-за которой вы приказали мне
его застрелить. Я знаю, что это оружие. Очень мощное и очень сложное. Без моего отца вы ни
за что не разберетесь в том, как им управлять. Поэтому отец вам и нужен. А пока он вам нужен,
вы не станете убивать меня.
Хильда наградила его одобрительным взглядом.
- Я говорила тебе, Бо. Парнишка раскусил всю твою конспирацию. Докажи ему, что его
брата убили люди из Скопье, и решишь сразу две проблемы.
- Что за проблемы? - набычился Скандербег. Он отпустил Хачкая, но по-прежнему
нависал над ним как гора, готовый в любую минуту размозжить ему череп ударом титанового
кулака.
- Перестанешь дрожать от ужаса и избавишься от Мустафы, - усмехнулась Хильда.
"Во наглая! - восхитился Ардиан. - Надо же, как с ним разговаривает. И Петра не
стесняется..."
Черногорец изо всех сил старался делать вид, что происходящее в комнате его не
касается, но получалось неважно. Он слишком демонстративно отворачивался, разглядывая
потухший плазменный экран, и Ардиан чувствовал, как напрягаются его мышцы при каждой
новой издевательской реплике девушки. Скандербег в конце концов тоже ощутил эту
неловкость и решил сгладить ситуацию.
- Петр, уведи Хильду, - распорядился он. - Я должен поговорить с парнем наедине.
- Бо, ты уже не боишься этого мальчика? - воскликнула девушка. - О, мой герой!
Ардиан ожидал, что Скандербег рявкнет на нее, но хозяин, судя по всему, уже привык к
выходкам своей подружки. Он лишь устало махнул рукой - мол, уходите скорее.
- Откуда ты узнал об оружии? - спросил Скандербег, когда они остались одни, -
Отвечай честно, и ты, может быть, получишь шанс отомстить за Раши и остаться в живых.
- Вы хотите, чтобы я убил Мустафу из Скопье?
- Всему свое время, - хмыкнул Скандербег. - Я скажу, кого нужно убить, но сначала
ответь, откуда ты знаешь об оружии?
"Ну, - подумал Ардиан, - или сейчас, или никогда!"
- Мне рассказал о нем эфенди Шараби. Майор Ша-раби из сигурими.
Усмешка сошла с лица Скандербега. Он наклонил голову, словно намереваясь боднуть
Ардиана в лицо, ноздри его угрожающе раздулись.
- Ты сдал меня легавым, поганец?
Хачкай спокойно выдержал его взгляд.
- Вы спросили, откуда я знаю про оружие. Люди из сигурими следили за итальянцем. В
Дурресе я попал в полицию, а полицейские передали меня майору Шараби, который вел это
дело. Ему известно о том, что штука, которую привез в Албанию Джеронимо, находится у вас.
Ардиан замолчал. Когда блефуешь, объяснял ему как-то Раши, важно делать это уверенно
и ни в коем случае не торопясь, иначе тебя сразу же заподозрят. "Этот разговор - та же игра в
покер, - подумал он, - только ставкой в нем моя жизнь".
- И он послал ко мне тебя ? - Скандербег по-прежнему буравил его взглядом. - Ты
хочешь, чтобы я поверил в эту чушь?
Хачкай пожал плечами.
- А что ему оставалось делать? Вы теперь самый опасный человек в стране.
- В стране! - передразнил его Скандербег. - В мире, парень! Да, сигурими этот кусок
не по зубам, тут ты прав. Но почему он не явился ко мне сам?
"А может, они были знакомы?" - подумал Ардиан. Монтойя вроде бы говорил, что нет,
но информация, хранящаяся в его базах данных, могла быть неполной. Во всяком случае, о том,
что майора Шараби уже нет в живых, босс явно не догадывался
- Мне он этого не объяснил. Просто велел передать, что готов начать переговоры.
Скандербег вроде бы успокоился. Выпрямился, вернулся к столу, подцепил
металлической рукой кружку и утопил ее в своей бороде.
- Переговоры? - невнятно переспросил он. - Какие переговоры могут быть у меня с
госбезопасностью?
- Насчет этой штуковины, - сказал Ардиан. - Я так понимаю, она им страсть как
нужна. И еще они вроде как боятся, что вы ее кому-то продадите.
"Например, Мустафе из Скопье", - едва не добавил он, но вовремя остановился. Майор
Шараби вряд ли стал бы посвящать его в такие подробности.
- И что же он собирался мне предложить? - хмыкнул Скандербег, утирая рот ладонью
живой руки. - Или ты об этом ничего не знаешь?
- Нет, конечно! Я просто должен передать вам, что сигурими знает, кто владеет этой
штукой, и пойдет на все, чтобы не дать ей исчезнуть. Если вы согласны на переговоры, я
сообщу это майору Шараби, и тогда он, наверное, захочет встретиться с вами лично.
- А как же месть? - спросил Скандербег насмешливо. - Ты же вроде собирался
отомстить за своего брата?
- Не беспокойтесь, - хмуро сказал Хачкай. - Я отомщу.
- Если останешься жив. Не забывай об этом! Твоя жизнь висит на очень тонком волоске,
парень. Ты осмелился прийти ко мне в дом как агент сигурими. Неужели ты думаешь, что я
могу простить тебе такую наглость?
- У меня не было другого выхода. Если бы я отказался, майор Шараби на куски бы меня
порезал.
Скандербег ухмыльнулся, продемонстрировав крупные, торчащие в разные стороны зубы.
- В случае чего тебя и здесь порежут ничуть не хуже. Значит, тебя все-таки
перевербовали, парень Что ж, я подумаю, стоит ли затевать эту канитель с переговорами или
достаточно просто припугнуть сигурими той штукой, что лежит у меня в подвале... - Он
взглянул на тяжелые наручные часы в массивном золотом корпусе. - Через два часа ты
увидишь, каким чудо-оружием я владею. Гости приедут к ночи, но перед этим я должен
убедиться, что эта штука работает нормально. И ты мне в этом поможешь.
Он шагнул к двери, прищелкнув по пути пальцами - так подзывают выдрессированную
собаку. Ардиан послушно последовал за ним. Пусть Скандербег думает, что он напуган. Тем
более что это было правдой.
По пути в подвал Хачкай заметил не меньше десяти охранников, в основном незнакомых.
Обычно босс обходился тремя телохранителями, постоянно дежурившими в доме, - именно
так Ардиан и сказал капитану Монтойе. Теперь выходило, что он ошибся на порядок -
учитывая головорезов с волчьими глазами во дворе, виллу охраняли никак не меньше тридцати
человек.
- Иди первым, - велел Скандербег, остановившись перед крутой лестницей,
спускавшейся в подвал. Ар-диану уже приходилось бывать там год назад, когда босс
разбирался с бойцом, подозревавшимся в работе на Хашима Тачи. Хачкая он в тот раз взял с
собой в воспитательных целях - продемонстрировать, что бывает с предателями. После
посещения
...Закладка в соц.сетях
