Жанр: Научная фантастика
Автостопом по галактике 1-5
...столик без предварительного заказа,
поскольку такой заказ можно оформить после возвращения в свою собственную
эпоху.
Тут большинство из вас воскликнет: "Да быть такого не может!"
В этом ресторане можно встретить представителей всех видов, населяющих
пространство-время.
Тут большинство из вас примется терпеливо разъяснять, что так вообще не
может быть, ибо не может быть никогда.
Вы можете посетить ресторан много раз, стараясь, правда, не встречаться
с самим собой, чтобы не попасть в неудобное положение.
Даже если признать возможным все остальное - чего, впрочем, делать не
следует, - то последнее невозможно ни при каких обстоятельствах.
Достаточно положить в банк всего лишь один пенс, чтобы в миг Конца
Времен суммарные накопления позволили вам оплатить баснословный счет
ресторана "У конца Вселенной".
А эта идея, скажете вы, не только неосуществима, но и безумна. Именно
по этой причине рекламное агентство одной звездной системы выпустило
плакат: "Если вы успели совершить до завтрака полдюжины безумств, почему
бы не увенчать их трапезой в Тысячедорожье - в ресторане "У конца
Вселенной"!"
16
Зафод восседал у стойки, с каждой минутой все больше размякая. Его
головы, улыбаясь вразброд, прильнули друг к дружке висками. Зафод был
счастлив до поросячьего визга.
- Зафод, - сказал Форд, - пока у тебя язык еще поворачивается, объясни
мне, Бога ради, что за чертофизика с нами стряслась. Где ты был? Где мы
были? Мелочь, конечно, но я хотел бы разобраться.
Левая голова Зафода протрезвела, оставив правую наедине с пучинами
алкоголя.
- Ага, - сказали уста правой, - спроси лучше, где я не был. Г-где меня
только не носило. Они хотят, чтобы я нашел типа, который управляет
Вселенной, но мне он неинтересен. Не думаю, чтоб он умел готовить.
Левая голова выслушала сказанное правой и задумчиво кивнула.
- Факт, - заявила она, - давай добавим по этому случаю.
Форд опрокинул в себя еще одну порцию "Пангалактического грызлодера".
Связаться с этим напитком - все равно что столкнуться в темном переулке с
грабителем: тоже без денег останешься и тоже голова загудит. По принятии
"Грызлодера" Форд рассудил, что загадочное происшествие его больше не
волнует.
- Слушай, Форд, - сказал Зафод, - все в ажуре и по кайфу.
- Ты хочешь сказать, что держишь все под контролем?
- Нет, не хочу, - возразил Зафод, - не хочу сказать, что все держу...
под контролем. Тогда оно не было бы в ажуре и по кайфу. Если хочешь знать,
что случилось, буду лапи-лаки-лаконичен: вся ситуация у меня в кармане.
О'кей?
Форд пожал плечами.
Зафод прыснул в свой бокал. Жидкость вскипела, перелилась через край и
принялась вгрызаться в мраморную стойку.
Небесный странник - цыган с безумно страстным цветом кожи - подошел к
ним и принялся наигрывать на электрической скрипке, пока Зафод не сунул
ему пачку кредиток, чтобы он ушел еще раз.
Цыган пристал к Артуру и Триллиан, сидевшим у другого конца стойки.
- Не знаю, что это за местечко, - сказал Артур, - но у меня что-то
мурашки бегут по коже.
- Выпей еще, - молвила Триллиан. - Рассейся.
- Так выпить мне или рассеяться? - вопросил Артур. - Это действия
взаимоисключающие.
- Бедненький, ты, похоже, действительно не создан для такой жизни...
- И это ты называешь жизнью?
- Что-то ты заговорил, как Марвин.
- Из всех, кого я знаю, Марвин - самый здравомыслящий. Ты не знаешь,
как бы нам спровадить этого скрипача?
Появился официант:
- Ваш столик готов.
Если взглянуть на ресторан снаружи (чего еще никто не пробовал), то
невольно захочется сравнить его с гигантской морской звездой,
распластанной на забытой скале. В каждом щупальце звезды - бары, кухни,
генераторы силового поля и турбины времени, которые медленно раскачивают
всю систему взад-вперед, до критической точки и обратно.
В центре ресторана - огромный золоченый купол, почти шар. Туда и
направились Зафод Библброкс, Форд Префект, Артур Дент и Триллиан. Кругом
сверкало стекло, блестело серебро, сияло золото. Артур таращил глаза на
всю эту роскошь.
- У-у-ух, - сказал Зафод. - И-и-их!
- Потрясающе, - выдохнул Артур. - Сколько народу... Какие вещи...
- Так называемые "вещи", - тихо пояснил Форд, - тоже подпадают под
определение "народ".
- Огни... - сказала Триллиан.
- Столы... - сказал Артур.
- Наряды... - сказала Триллиан.
"Точь-в-точь судебные исполнители, описывающие имущество", - подумал
зеленый официант.
- Очень популярное заведение, - говорил Зафод, лавируя между столиками
- мраморными, платиновыми, из красного дерева. За каждым сидела компания
экзотического вида. - Все в пух разряжены - событие! - продолжал Зафод.
Столики, столики, столики - целая тысяча, по предположению Артура -
окружали центральную эстраду, где небольшой оркестр исполнял легкую
музыку. А между столиками там и сям качали кронами пальмы, журчали
фонтаны, бездельничали гротесковые статуи... короче, тут наличествовали
все приметы хорошо продуманной безумной роскоши.
- Молодец, компьютер. Видно, славно промыл ему кишки мой прадед, -
щебетал Зафод. - Я всего-то велел ему отвезти нас в ближайшее место, где
кормят, а он забросил нас в "Конец Вселенной". Напомни, чтобы я его
отблагодарил при случае.
Он помолчал.
- Здесь - все. Просто все, кто был знаменит, велик и так далее.
- Был? - переспросил Форд.
- В данном месте и времени, в конце Вселенной, принято изъясняться
сплошным прошедшим временем. Все уже было, понимаешь? - пояснил Зафод. -
Привет, парни, - окликнул он компанию гигантских игуан. - Как поживалось?
- Это не Зафод ли Библброкс? - спросила одна игуана другую.
- По-моему, он, - отвечала та.
- Ну это уже просто финиш прикола, не правда ли? - заметила первая
игуана.
- Да-а, чудная старушенция - Госпожа Жизнь, - поддакнула вторая.
- Это как ты сам с ней поладишь, - возразила первая, и их челюсти снова
сомкнулись. Они ожидали величайшего шоу во всей Вселенной.
- Эй, Зафод. - Форд попытался поймать друга за руку, но под влиянием
трех проглоченных в баре "Пангалактических грызлодеров" промахнулся.
- Это же мой старый браток, - проговорил Форд, тыча куда-то дрожащим
пальцем. - Хотблэк Дезиато! В-оо-н тот, в платиновом костюме за платиновым
столиком.
Зафод попытался проследить за движениями Форда, от чего у него
закружилась голова. И все же он узрел объект.
- А, ну да, - обронил он, и тут до него дошло, кого, собственно, он
видит. - Эгей-гей! - воскликнул он. - Ну этот парень и взлетел! Супершишка
среди супершишек! Не считая меня, конечно.
- А он в принципе кто? - спросила Триллиан.
- Ты не знаешь, кто такой Дезиато? Может быть, ты и о "Зоне бедствия"
не слышала?
- Нет, - честно сказала Триллиан.
- Ты не слышала о самой сногсшибательной, - сказал Форд, - самой
громкой...
- ...самой денежной... - подсказал Зафод.
- ...рок-группе в истории Элейн... э... - Форд стал подыскивать слово.
- ...в истории самой истории, - предложил Зафод.
- Нет, не слышала.
- Вот тебе и на, - сказал Зафод. - Мы добрались до конца Вселенной, а
ты, считай, и не жила еще. Ну ты и растяпа.
Он повел Триллиан под ручку к столику, где все это время терпеливо
ожидал официант. Артур побрел за ними, чувствуя себя одиноким и никому не
нужным.
Меж тем Форд стал проталкиваться сквозь толпу с целью возобновить
старое знакомство.
- Привет, э... Хотблэк, - окликнул он, - как жизнь? Страшно рад тебя
видеть, старина. Ну как, все грохочешь? И выглядишь ты классно, прямо
огурчик: такой же кругленький, зелененький и в пупырышках. Просто диво.
Форд похлопал приятеля по спине, слегка удивленный отсутствием реакции.
Однако "Пангалактические грызлодеры", что плескались в его мозгу,
посоветовали ему не робеть.
- Время молодое помнишь? - сказал он. - Мы ведь вместе тусовались,
верно? Бистро "Нелегалы" не забыл? А "Империю обжор", которую Глист
держал? А "Приют алконавтов"? Прекрасная эпоха нам выпала, верно я говорю?
Хотблэк Дезиато ни словом, ни жестом не выразил своего мнения о
"прекрасной эпохе". Форд не сдавался:
- А в рассуждении чего покушать мы прикидывались санитарными
инспекторами, верно? И конфисковывали себе еду и выпивку, верно? Пока не
отравились. Да, а помнишь, как мы пили и несли пургу ночи напролет? Ну, в
этих вонючих номерах над "Лу-кафе" в Гретхен-Тауне, на Новобетелье, а ты
вечно уединялся со своей фиксгармоникой и возился с песнями. У нас эти
песни просто в печенках сидели. А ты говорил, что ну и плевать, а мы
говорили, что нам не плевать, потому что печенок жалко. - Взгляд Форда
подернулся мглой воспоминаний. - А ты говорил, что звездой быть не хочешь,
- продолжал он, шалея от ностальгии, - потому что звездная система - это
лажа. А мы говорили - все трое: Хадра, Сулижу и я, - что сначала надо
звездой стать, а так твое мнение ничего не значит, потому что звездой тебе
не бывать. А теперь, погляди-ка! Ты сам эти звездные системы покупаешь
пачками! - Обернувшись, он потребовал внимания от окрестных столиков: -
Перед вами человек, который покупает звездные системы!
Хотблэк Дезиато ничем не подтвердил и не опровергнул этого заявления, и
публика быстро потеряла к нему интерес.
- Мне представляется, что кто-то опьянел, - пробормотало лиловое
кустообразное существо в свою рюмку.
Форд, зашатавшись, грузно опустился на стул напротив Хотблэка Дезиато.
- Что это за вещь такая, ну, ты ее все играешь? - сказал он,
неосмотрительно пытаясь опереться на бутылку, которая не замедлила
опрокинуться - к счастью, в стоявший тут же бокал.
В честь этого удачного совпадения Форд осушил данный сосуд.
- Эта роскошная штука, - продолжал он, - ну, как там она звучит?
Гры-ымм! Гры-ымм! Гхерммее-еррр! и еще чего-то, а в финале этот самый
корабль врезается в солнце, и все взаправду, без фанеры!
В качестве наглядной иллюстрации Форд жахнул своим кулаком по
собственной же ладони. Еще одна бутылка покатилась по столу.
- Корабль! Солнце! Бэмс - и нету! - кричал он. - Долой лазеры и прочую
фигню, у вас, ребята, все настоящее - и солнечные вспышки, и солнечные
ожоги. Ну а песни-то - настоящая бредятина.
Форд проводил взглядом ручеек жидкости, что с чавканьем выползал из
бутылки на скатерть. "Непорядок", - подумалось ему.
- Эй, а не выпить ли нам? - воскликнул он.
В его размокшем рассудке вдруг всплыла мысль, что свидание с другом
пошло как-то не так, чего-то не хватает... и это что-то как-то связано с
тем фактом, что обрюзгший человек в платиновом костюме и шляпе из
посеребренного фетра до сих пор не проронил ни "Привет, Форд", ни "Сколько
лет, сколько зим!"... Строго говоря, он вообще еще ни слова не сказал. И
даже не пошевелился.
- Хотблэк? - вымолвил Форд.
На плечо Форда опустилась огромная, мясистая рука. И пихнула его.
Неуклюже соскользнув со стула. Форд задрал голову, высматривая
владельца беспардонной руки. Это оказалось несложно - сей муж был
семифутового роста, да и сложением отличался недюжинным. Закрадывалось
подозрение, что его смастерили на фабрике, где делают кожаные диваны -
весь он был блестящий, увесистый и туго набитый чем-то - вероятно,
мускулами.
Костюм, в который было затиснуто тело доблестного мужа, казался сшитым
специально для него - чисто ради демонстрации, что подобное тело в костюм
не больно-то затиснешь. Лицо мужа цветом напоминало яблоко, а фактурой -
апельсин, но на этом сходство с нежными фруктами заканчивалось.
- Малыш... - произнес одышливый голос, выбравшийся из глотки великана,
точно из горящего порохового погреба.
- Э-э, да-да? - светским тоном проговорил Форд. Приняв вертикальное
положение, он был очень огорчен, что все равно кажется карликом
относительно фигуры великана.
- Проваливай, - заявил тот.
- Да? - переспросил Форд, сам дивясь собственному безрассудству. - А вы
кто?
Великан призадумался. Он нечасто слышал подобные вопросы. И все же
нашел ответ.
- Я человек, который тебе говорит, чтоб проваливал, - сообщил он, - а
не то я тебя сейчас сам провалю.
- Выслушайте меня, - сказал Форд нервно (досадуя, что его голова все
кружится вместо того, чтобы поработать мозгами). - Послушайте, - продолжал
он, - я принадлежу к числу самых старых друзей Хотблэка, а... - Он
покосился на Хотблэка Дезиато, который даже ухом не вел.
- ...а... - повторил Форд, соображая, что бы такое после этого "а"
ввернуть.
Великан придумал собственный вариант продолжения фразы.
- А я - телохранитель господина Дезиато, - заявил он, - и я отвечаю за
его тело, а за ваше не отвечаю, поэтому заберите ваше тело, пока его не
повредили.
- Подождите минутку, - взмолился Форд.
- Никаких минуток! - загремел телохранитель, - никаких поджиданий!
Господин Дезиато ни с кем не разговаривает!
- Ну, может быть, вы ему позволите самому высказаться по этому
поводу...
- Он ни с кем не разговаривает!
Форд умоляюще взглянул на Хотблэка и скрепя сердце признал, что факты
гласят в пользу телохранителя. Его приятель по-прежнему не думал даже
шевелиться, не говоря уже о выражении малейшей заботы о Форде.
- Почему же? - вопросил Форд. - Что с ним такое?
Телохранитель объяснил.
В "Путеводителе по Галактике" сообщается, что "Зона бедствия",
радиоактивная рок-группа из Гаграктраккской Зоны Духа, считается, по
общепринятому мнению, не просто самой громкой рок-группой в Галактике, но
вообще самым громким источником шумов во Вселенной. Фанаты считают, что
идеальное место для наиболее гармоничного восприятия саунда группы -
огромные концертные бункера в недрах земли, расположенные примерно в
тридцати семи милях от сцены. Сами музыканты управляют своими
инструментами по радио с борта надежно звукоизолированного звездолета,
находящегося аж на орбите - зачастую даже на орбите какой-нибудь совсем
посторонней планеты, вдали от той, где происходит сам концерт.
Их песни в массе своей просты для восприятия. Обычно в них
рассказывается старая как мир история о встрече существа-юноши с
существом-девушкой при серебряной луне, которая немедленно взрывается по
неизвестной причине.
На многих планетах выступления "Зоны бедствия" давно уже запрещены. В
меньшинстве случаев - по эстетическим соображениям, а в большинстве -
потому что стиль общения группы с залом противоречит местным договорам о
стратегическом вооружении.
Однако этот факт не мешает группе наращивать свое состояние путем
расширения горизонтов чистой гиперматематики. Ее главный
бухгалтер-исследователь недавно удостоился звания профессора неоматематики
в Мегагаллонском университете за создание "Общей и частной теории
налоговых выплат "Зоны бедствия", которой он доказал, что ткань целого
пространственно-временного континуума поддается не только искривлению, но
и надуванию.
К столику, где сидели в ожидании развлечений Зафод, Триллиан и Артур,
приковылял Форд.
- Ради всего святого, еды, - пробормотал он.
- Привет, Форд. Поговорил ты с этим мастером шума? - поинтересовался
Зафод.
Форд уклончиво помотал головой:
- С Хотблэком? Поговорил, в некотором роде...
- И что он сказал?
- Ничего особенного. Он... ну понимаешь... Он на год скончался. Из-за
налогов. Мне надо сесть.
С этими словами Форд сел.
Подошел официант:
- Что вы предпочитаете - посмотреть меню или познакомиться с Главным
Блюдом Дня?
- Чего-о? - вскричал Форд.
- В смысле? - вскричал Артур.
- Как? - вскричала Триллиан.
- Это круто, - заметил Зафод. - Давайте хором скажем: "Как мы рады вам,
госпожа Говядина!"
В маленькой каморке в одном из щупальцев ресторана тощий долговязый
мужчина отогнул занавеску, и в лицо ему заглянуло забвение. Лицо это не
было красивым. Глаза запали, щеки ввалились, тонкие губы чересчур крупного
рта, раздвигаясь, открывали взору длинные, так сказать, лошадиные зубы.
Он опустил занавеску, и жуткие отсветы, игравшие на его лбу, померкли.
Походив по своей каморке, он присел на шаткий стул перед низким столиком и
стал просматривать дежурные хохмы.
Прозвенел звонок.
Он отодвинул листки и встал. Поласкав пальцами несколько из
бесчисленных блесток и сверкающих пуговиц, украшавших его костюм, он
направился к двери. Свет в ресторанном зале померк, оркестр заиграл
энергичнее, луч прожектора выхватил из мрака лестницу, спускающуюся в
самую середину эстрады. На ступеньках появилась высокая сияющая фигура.
Плавным движением длинной, тонкой руки он снял со стойки микрофон и
раскланялся. Грянули аплодисменты.
- Дамы и господа, - начал он, когда шум затих, - известная нам
Вселенная существует более ста семидесяти тысяч миллионов миллиардов лет и
через полчаса подойдет к своему концу. Приветствуем вас в Тысячедорожье -
ресторане "У конца Вселенной"!
Лаконичным жестом он прервал новую вспышку оваций.
- Сегодня вы у меня в гостях. Я - Макс Квордлеплин. Я прибыл сюда из
другого отрезка времени, чтобы вместе с вами стать свидетелем
исторического события - конца самой Истории.
На всех столиках одновременно сами собой зажглись свечи, и миллионы
теней загуляли по залу. Дрожь возбуждения охватила ресторан. Огромный
золотой купол начал тускнеть, темнеть, растворяться во мраке. Макс
продолжал, понизив голос:
- Итак, леди и джентльмены, свечи еле теплятся, по залу струятся тихие
звуки скрипок, и силовой купол над нашими головами становится прозрачным,
открывая нам скорбящее небо, истекающее светом древних звезд. Близок
восхитительный, сладостный миг апокалипсиса!
Ужасный серо-буро-малиновый свет пролился на них сверху
- свет омерзительный,
- свет, кипящий, как варево ведьмы,
- свет, от которого в ужасе отшатнулось бы даже адское пламя.
Вселенная находилась при последнем издыхании.
Несколько бесконечных секунд онемелый ресторан качался посреди яростно
бушующей пустоты.
Затем вновь раздался голос Макса:
- К сведению тех из вас, кто мечтал узреть свет в конце туннеля, - это
он и есть.
Вновь грянула музыка.
- Благодарю за внимание! - кричал Макс. - Я вернусь к вам через
несколько минут, а сейчас оставляю вас на попечение неподражаемого Рэга
Нуллифая и его оркестра "Катаклизм". П-а-а-хлопаем!
Между тем к столику Зафода Библброкса подошло крупное мясистое
четвероногое с большими влажными глазами, маленькими рожками и
заискивающей улыбкой на губах.
- Добрый вечер. - Животное поклонилось и грузно присело на задние ноги
в реверансе. - Я - Главное Блюдо Дня. Позвольте предложить вам
какую-нибудь часть моего тела. - Оно хрюкнуло и повиляло задом. - Может
быть, лопатку? В белом вине, а?
- Вашу лопатку? - в ужасе спросил Артур.
- Естественно, мою, сэр, - промычало животное. - Чью же еще?
Зафод вскочил на ноги и стал оценивающе тыкать пальцем в мясистое
упругое плечо.
- Хорош и огузок, - пробормотало животное. - Мясо там очень сочное. -
Оно издало низкий мелодичный звук и занялось жвачкой.
- Ты думаешь, это животное и впрямь хочет, чтобы его съели? - спросила
Триллиан у Форда.
- Я? - Форд сидел с остекленелым взглядом. - Я ничего не думаю.
- Но это ужасно. В жизни не встречал ничего более отвратительного, -
сказал Артур.
- В чем дело, землянин, что тебя гложет? - Теперь Зафод сосредоточился
на обширной задней части животного.
- Я не хочу есть существо, которое само меня к этому призывает. Это
бессердечно.
- Но это лучше, чем есть существо, которое этого не хочет, - резонно
заметил Зафод.
- Пожалуй, я возьму овощной салат, - пробормотал Артур.
- Обратите внимание на мою печень, - настаивало животное. - Нежный вкус
и высокая калорийность. Вырастить такую печень стоило немалых трудов,
поверьте.
- Хочу овощной салат! - настойчиво повторил Артур. - Вы не можете
запретить мне съесть салат.
- Многие овощи занимают недвусмысленную позицию по этому вопросу. Чтобы
разрубить сложный узел многообразных проблем, и было решено вывести такое
животное, которое действительно желает быть съеденным и способно ясно и
определенно такое желание выразить. И вот я перед вами. - Животное слегка
поклонилось.
- Воды! - попросил Артур.
- Вот что, - сказал Зафод, - я голоден, а этими разговорами сыт не
будешь. Четыре бифштекса с кровью. И побыстрее! Последний раз мы ели
пятьсот семьдесят шесть миллиардов лет назад.
Животное издало короткое мычание:
- Прекрасный выбор, сэр. Сию минуту пойду и застрелюсь. - И оно
неторопливо направилось к кухне.
Через несколько минут официант принес четыре огромных дымящихся
бифштекса. Зафод и Форд вгрызлись в свои куски немедленно. Триллиан
последовала их примеру после короткой паузы. Артур взглянул на тарелку, и
ему стало дурно.
Оркестр играл мелодию за мелодией. Бросив взгляд на часы. Макс
Квордлеплин вернулся на сцену.
- Итак, дамы и господа, всем ли весело в эти последние минуты?
- Всем! - закричали те, кто обычно с энтузиазмом откликается на шутки
клоунов.
- Это прекрасно! - радостно продолжал Макс. - И пусть вокруг
безумствуют фотонные бури, готовясь разнести в клочья последнее солнце, -
вы тем временем откинетесь в удобных креслах и вместе со мной будете
наслаждаться этим восхитительным, щекочущим нервы финалом. - Он заговорил
тише, заставляя публику напрягать слух: - Это абсолютный конец. Величавый
ход мироздания замедляется, все сущее вот-вот канет в небытие. - Теперь
Макс говорил еле слышно: - Мы идем навстречу пустоте. Полному забвению.
Н-и-ч-е-г-о нет!
Его глаза сверкнули - или подмигнули?
- Ничего! За исключением, естественно, нежнейших трюфелей и
великолепного выбора альдебаранских ликеров.
Оркестр поддержал Макса музыкальной фразой. Но разве артист его
масштаба нуждается в этом? Для него сама аудитория - музыкальный
инструмент, и он блистательно им владеет.
- И не надо бояться, что утром заболит голова, - продолжал он. - Утро
никогда не наступит!
Макс придвинул к себе высокий табурет и сел.
- Я счастлив видеть всех вас. Я знаю, многие приходят сюда не раз и не
два, и это замечательно. Увидеть конец всего, а потом вернуться домой, в
свое время, растить детей, бороться за переустройство общества, сражаться
за свои убеждения - это вселяет надежду на будущее для всех форм жизни, на
будущее, которого, как мы знаем, нет...
Артур повернулся к Форду:
- Но если это конец Вселенной, то и нам конец, разве не так?
Форд остановил на нем взгляд человека, в котором разместилось три
"Пангалактических грызлодера".
- Нет, - ответил Форд. - На краю пропасти тебя удерживает силовое поле,
которое не дает тебе сгинуть в этой темпоральной катавасии. Понял?
- А? - сказал Артур. - Да-а. - И попробовал сосредоточиться на тарелке
супа, которую выторговал у официанта взамен бифштекса.
- Я тебе объясню, - сказал Форд. - Вообрази, что эта салфетка -
темпоральная Вселенная, а эта ложка - трансдукциональный модус искривления
материи...
- Это моя ложка. Я ею суп буду есть, - сказал Артур.
- Да? Ну ладно. Пусть эта ложка, - Форд отыскал на блюде с десертом
маленькую деревянную ложечку, - пусть эта ложка... - Ухватить ее Форду не
удалось, и он передумал. - Нет, возьмем вилку...
- Эй, не тронь мою вилку, - возмутился Зафод.
- Хорошо, хорошо, - сказал Форд. - Пусть этот бокал - темпоральная
Вселенная...
- Тот, что ты уронил? - спросил Артур.
- Я его уронил?
- Да.
- Отлично, - сказал Форд. - Забудь о нем. Ты знаешь, как возникла
Вселенная?
- Нет, - сказал Артур.
- Представь, у тебя есть ванна. Большая круглая ванна. Из черного
дерева. Конической формы.
- Почему конической? - спросил Артур.
- Тс-с-с, - сказал Форд. - Молчи. Коническая ванна. Ты наполняешь ее
мелким песком. Или сахаром. А потом вынимаешь пробку - ты меня слушаешь?
- Слушаю.
- Вынимаешь пробку, и все это дело уходит через слив.
- Понятно.
- Ни черта тебе не понятно. Я еще не добрался до сути. Ты хочешь
услышать суть?
- Хочу.
- Так слушай. Представь, что ты снимаешь фильм о том, как это
происходит. Как уходит сахар. У тебя камера, и ты снимаешь.
- Это и есть суть?
- Нет еще. А потом ты пускаешь пленку через проектор - назад. Вот в чем
суть.
- Назад?
- Да. Задний ход - именно в этом суть. А ты сидишь и наблюдаешь, как
песок втекает через слив и наполняет ванну. Понятно?
- Ты хочешь сказать, что так начиналась Вселенная?
- Нет. Я хочу сказать, что это прекрасный способ расслабиться.
С телефоном в руке к столику подошел зеленый официант.
- Мистер Зафод Библброкс? - спросил он.
Зафод поднял голову от своего третьего бифштекса.
- Сэр, вас к телефону.
- Меня? Кому известно, что я здесь? - забеспокоился Зафод.
- Может быть, кто-нибудь сообщил в галактическую полицию? -
предположила Триллиан.
- Думаешь, меня хотят арестовать по телефону? Допускаю - я жутко
опасен, если меня разозлить. Так кто же мне звонит?
- Я лично не знаком с этим железным джентльменом, - сказал официант.
- Железным?
- Да, сэр. Хотя я лично с ним не знаком, мне известно, что он ожидает
вашего возвращения уже не одну тысячу лет. Ведь вы ушли отсюда столь
поспешно...
- Ушли отсюда? Что за шутки? Да мы только пришли сюда.
- Совершенно справедливо, сэр. Но перед тем, как посетить ресторан, вы
покинули его.
Зафод напряг вначале один мозг, потом второй.
- Мой вам совет - смените психиатра, - сообщил он. - Ваш вам
...Закладка в соц.сетях
