Жанр: Наука
Антропогенез в масштабах эволюции биосферы и вселенной
...я
самим фактом существования нынешней Вселенной с ее галактиками, звездами,
планетами, возникшей на месте прежней, - бедной сложными и разнообразными
объектами . Именно это преобладание конструктивного начала является базой
системогенеза. Появление Разума (вероятно не только на Земле) - этап развития
Универсума и новое свойство последнего. Конструктивная линия развития нашла
закономерное воплощение в Человеке, который не только явился проявлением
созидательной тенденции, но и сам стал фактором созидания и творчества, начав
своего рода новое эволюционное направление совершенствования организации материи
- сознательное производство, имеющее свои законы и формы развития.
Иерархия факторов антропогенеза
Формулировка "труд создал Человека", передающая в искаженном и урезанном виде
мысль Ф.Энгельса, высказанную им на страницах "Диалектики природы", требует
многих существенных оговорок. Прежде всего, в оригинале работы Ф.Энгельса
рассматриваемая фраза сопровождается весьма важным дополнением - "в известном
смысле" , что придает всему высказыванию оттенок метафоры, введенной автором с
целью подчеркнуть значение трудового фактора в становлении Человека. Далее,
все последующее содержание статьи несовместимо с нередко приписываемой Энгельсу
догмой о единственности и полной гегемонии трудового фактора в антропогенезе. В
работе учтен большой комплекс факторов, таких как биологические предпосылки (
высокоразвитая порода человекообразных обезьян, освоение двуногой походки,
взаимная поддержка и совместная деятельность), экология, пища. Принимаются во
внимание космические факторы: общевселенский характер феномена Человека,
возникающего на определенных этапах развития мира, наконец делается важный вывод
о "железной необходимости", с которой материя порождает "Мыслящий дух" (Энгельс,
1948, с.21.). Кстати, сам термин Мыслящий дух, который Энгельс называет высшим
цветом материи , представляется очень удачным. Таким образом, можно заключить,
что в рассматриваемой работе проводится мысль о многофакторном характере
эволюции Человека.
Большую часть выделенных факторов можно объединить в две большие группы:
экологическую и биологическую (сумма биологических предпосылок). Особое место в
статье Энгельса занимает трудовая деятельность Человека, которой отводится
роль фактора, непосредственно формирующего мозг и весь комплекс черт,
свойственных Человеку. С точки зрения современного исследователя в таком подходе
сразу же бросается в глаза отсутствие главного действующего механизма ,
ответственного за становление наследуемых структур, а именно - естественного
отбора, без которого предложенная идея развития выглядит как ламаркистская.
Возможно, во времена Энгельса идеи Дарвина еще окончательно не утвердились, хотя
несомненно были хорошо известны, но не исключено, что здесь сыграло роль
нежелание вводить биологические понятия в трудовую теорию антропогенеза, в
котором, якобы, должны неограниченно господствовать исторические факторы. Во
всяком случае здесь выделен фактор, но не раскрыт механизм. Кстати, исходя из
современных взглядов, вряд ли стоило вырывать один фактор из неразрывно
взаимосвязанного комплекса, который мы определили выше как комплекс гоминизации
(система коммуникации, кооперация, активная манипуляционная деятельность,
наконец - "рассудочная деятельность" на базе достаточно высокоразвитого мозга).
Сумма этих характеристик достигла значительного развития у предков Человека -
древних антропоморфных обезьян и австралопитековых и стала важным средством
выживания в особых, сложных экологических условиях конца плиоцена, направивших
селективное давление на магистральный набор универсальных черт. Огромное
значение имело именно групповое поведение, как фактор качественно нового
системного уровня. В связи с этим, вероятно, усилилась роль группового отбора.
Если, как это обычно принято, проводить грань между обезьяной и Человеком на
основе показателей орудийной деятельности, то весь описываемый комплекс был
подготовлен эволюцией до Человека и, следовательно, не мог быть результатом
трудовой активности, возникшей позже. Впрочем, некоторые исследователи полагают,
что уже австралопитековые были способны делать каменные орудия (Coppens, 1988),
но тогда, используя стандартный принцип, эти гоминиды должны быть включены в род
Homo, на что сейчас не согласится ни один антрополог. Словом несовершенство
используемого обычно критерия Человека бросается в глаза. Грань между родом Homo
и предковыми формами очень условна и связана с уровнем рассудочной деятельности
и соответствующим состоянием мозга. Систематика гоминид особенно затруднена
вследствие сложности трактовки последовательных форм, характеризующихся
свойством магистральной непрерывности.
На стадии гоминид развитие рассудочной деятельности достигло уже настолько
высокой степени, что элементарный анализ причинно-следственных отношений стал
для этих существ постоянным, неотъемлемым свойством. Дальнейшая эволюция в этом
направлении должна была с необходимостью привести к изготовлению орудий труда
и охоты, так как основным условием (и стимулом) для этого была способность мозга
предвидеть результаты тех или иных действий, в частности - направленного удара
по камню с целью придания ему более эффективной формы, которая запечатлелась в
мозгу существа в процессе постоянной жизненной практики. Например: камень с
острым краем полезнее округлой гальки, но разбив последнюю, можно получить
желаемый острый край. Познание этих простейших закономерностей (по
Л.В.Крушинскому) несомненно было под силу уже гоминидам типа поздних
австралопитековых, уровень рассудочного поведения которых был гораздо выше
уровня современных человекообразных обезьян.
Ценные свойства развивающегося мозга, позволяющие расширить сферу ориентации
существа с элементами абстрагирования от пространственно-временных координат
данного момента (простейшее прогнозирование) бесспорно давали виду большие
селективные преимущества, и естественный отбор (в частности, межгрупповой)
неизбежно должен был выделить среди гоминид группу, обладающую в наибольшей
степени описанными способностями, которая и дала начало роду Homo. Таким образом
не труд создал высокоразвитый мозг первого человека, а высокоразвитый мозг
гоминид, как продукт длительной магистральной эволюции, положил начало
человеческой трудовой деятельности. Отношения со средой с тех времен стали
развиваться по типу адаптивной инверсии . Конечно, сказанное не означает, что
трудовая деятельность (предпочтительней было бы сказать конструктивная или
конструктивно-трудовая деятельность) не сыграла никакой роли в биологической
эволюции человека. Роль эта была велика, особенно на сравнительно поздних этапах
антропогенеза, но основой становления первого человека, точнее первых
человеческих популяций, были биологические предпосылки гоминизации,
развившиеся на эволюционной магистрали биосферы и, прежде всего -
совершенствование мозга и группового поведения. Конструктивно-трудовая
активность возникла как результат продолжения и усиления селективными силами
магистрального свойства рассудочной деятельности. После становления рода Homo
конструктивно-трудовой фактор гоминизации действовал по отношению к
энцефализации по принципу аутокатализа , а именно: результат процесса служит
стимулом продолжения этого процесса (в химии, откуда взято это сравнение, -
вещество, полученное в результате реакции, служит катализатором реакции,
продуцирующей это вещество). Первоначально, развивающийся мозг в составе
"комплекса гоминизации" явился фактором выживания, дальнейшей эволюции и
видообразования, затем конструктивно-трудовая деятельность и создаваемая
искусственная среда, бывшие результатом предшествующего развития, стали, в свою
очередь, направлять и усиливать селективное давление в ту же сторону. Таким
образом, мы можем констатировать две непосредственно действовавших системы
факторов антропогенеза. Это - сумма биологических особенностей семейства
гоминид на фоне конкретной экологической ситуации (до возникновения первого
Человека и конструктивно-трудовой деятельности) и искусственная среда вместе с
создавшей ее конструктивно-трудовой деятельностью (на более поздних этапах
антропогенеза), ставшие как бы частью экологической ниши, к которой должны были
адаптироваться физические параметры гоминид, - особенно мозг и рука.
Одновременно "новая среда" резко ускорила прогресс всего комплекса гоминизации в
целом. Иными словами, мы должны разделять факторы, приведшие к возникновению
рода Homo, и факторы дальнейшей внутриродовой эволюции, породившей Homo sapiens.
Однако, это не означает, что биологический механизм, создавший Человека
прекращают свое действие на поздних этапах эволюции. В течение всего
антропогенеза механизмом , формирующим все развивающиеся формы, остается
естественный отбор. Он продолжает действовать на всех этапах, так что давление
селективных сил в сторону усиления комплекса гоминизации не прекращается. Момент
становления Человека связан с резким усилением селективного давления в сторону
магистральных показателей. На палеоантропологическом материале уловить этот
момент можно лишь приблизительно, - исходя из констатации заметного увеличения
объема мозга ископаемых гоминид и наличия сопровождающего каменного инвентаря.
На деле первый вид рода Homo начинается несколько раньше - на определенном этапе
церебрализации, допускающем анализ закономерностей причинно-следственных
отношений, достаточный для создания абстрактной модели процесса преобразования
предмета и ее реализации. Фиксировать это событие по палеоантропологическим
данным, естественно, крайне трудно, тем более, что развитие функциональных
возможностей мозга имело определенную длительность в период своего эволюционного
"скачка". Следовательно, вряд ли можно говорить о какой-то четкой и проявившейся
на палеоантропологических материалах грани между Человеком и его
предшественниками.
Мы рассмотрели проблему факторов антропогенеза на уровне семейства гоминид,
которое обладало уже достаточным потенциалом для формирования рода Homo -
события необходимого и закономерного в сложившихся условиях. Однако, становление
самого семейства гоминид тоже не явилось случайным феноменом и было подготовлено
всем предшествующим развитием живого мира на линии абсолютного прогресса. В нем
воплотилась генетическая информация, отразившая все эпизоды геологической
истории Земли, когда исход борьбы моделей развития решался в пользу
универсальных, ароморфных тенденций. В этой конкурентной борьбе эволюционных
линий в биосфере выявлялись селективные преимущества магистрали, которая
"побеждала" за счет "очищающегося" арогенеза. Таким образом, мы имеем право
сделать заключение, что с емейство гоминид возникло в результате процессов
эволюции эволюции в биосфере. Таков следующий, более общий и масштабный фактор
антропогенеза . Он связан с "онтогенезом" всей биосферы Земли, с постепенным
раскрытием генеральных тенденций ее развития.
Наконец, самый общий фактор становления Человека, как проявления стадии
эволюции Вселенной есть универсальный системогенез, пришедший к возникновению
Разума , следуя присущей мирозданию тенденции, выразившейся в так называемом
"антропном принципе" . Бесспорные факты преобладания конструктивной модели
организации материи над деструктивной и существования во Вселенной восходящей
линии абсолютного прогресса - магистрали дают возможность обосновать идею
необходимости возникновения Разума как этапа развития Универсума. В этом
отношении антропогенез, являющийся частью и продолжением мировой магистрали,
имеет единую предпосылку - свойство развивающейся Вселенной . Можно, таким
образом, без преувеличения сказать, что антропогенез как направление столь же
древен как Вселенная и так же как она "рожден в пламени Великого Взрыва". К
известному афоризму "Человек есть процесс" можно добавить: "Человек есть
магистраль эволюции". Это - не попытка возвеличить Человека в духе эпохи
Возрождения. Напомним, что речь идет не о конкретном "земном" Человеке (точнее -
не только о нем), но о несомненно существующем "пласте Разума", составленном
рассеянными по Метагалактике островками разумной жизни, подобными нашей планете.
Будущее магистрального прогресса и Человека
Магистральный прогресс организации материи во Вселенной ориентирован на
бесконечность и вечность, но этот вектор имеет виртуальный характер. Это - лишь
возможность овладения пространством-временем, но гарантии успешной реализации
этой возможности магистраль не дает. Более того, в принципе каждая конкретная
система, даже если она удовлетворяет всем требованиям неограниченного прогресса,
в принципе имеет пространственно-временные ограничения в своем развитии. В этом
- парадокс магистрали, но не отрицание ее потенциала. Дело в том, что такая
система может пройти стадию диалектического отрицания , то есть перестать
существовать как таковая , но фактически сохраниться, выступая в другом
качестве. Так, вид Australopithecus afarensis дал начало роду Homo, перейдя в
новое качество, но материально как бы влившись в новый уровень организации
материи. В этом проявился принцип преемственности функциональных аналогий: две
качественно разных системы дают функционально непрерывную последовательность,
так как обе являются звеньями магистрального процесса. Одна отрицает другую, в
то же время воспроизводя ее в параметрах абсолютного прогресса. Принципиальная
возможность неограниченной цепи функциональной преемственности вселяет
определенный оптимизм в отношении реальности вечного существования одного
филума систем , который в определенном смысле может восприниматься как одна
система . В частности, феномен Человека (в частности - "земного") может
оказаться практически вечным в той мере, в какой вечна Вселенная. То есть, есть
основания предполагать, что Человечество, не будучи вечным в нынешнем его виде,
пройдя неизбежные моменты отрицания, будет пребывать в новой, высшей форме,
возникшей на основе предшествующих уровней и воспринявшей от них магистральные
закономерности прогресса (Зубов, 1982, с.80). Что касается нынешнего
Человечества как вида , то в отношении длительности его жизни на Земле также
имеются некоторые данные для оптимистических прогнозов, основанные на
"биологической истории" гоминид, Так, вид Australopithecus afarensis, от
которого берет начало род Homo, просуществовал около миллиона лет, что
соответствует примерно 50000 поколений. Если взять для сравнения вид Homo
sapiens, то срок его пребывания на Земле до настоящего момента составил "лишь"
приблизительно 100000 лет, то есть 5000 поколений, что примерно в десять раз
меньше "возраста" вида-предка. Таким образом, если исходить из прошлого
гоминид, то теоретически наш вид имеет "в запасе" около 900 тысяч лет жизни без
особых биологических перестроек (Johanson, Blake, 1996). Однако, этот расчет
слишком приблизителен, так как он не учитывает ускорения эволюционного процесса
и смены факторов эволюции в антропогенезе. Кроме того, - и это на данном
историческом этапе самое главное, - цивилизация, наряду с резким ускорением
прогресса, породила множество отрицательных явлений, принявших уже масштабы
кризисов (экологического, энергетического, демографического, генетического,
информационного). Особое беспокойство вызывают кризисы духовного мира
человеческой личности. Академик В.А.Энгельгардт в своих работах обращал внимание
на "кризис идентичности", состоящий в "утрате человеком представления о своем
месте в современном, непрестанно изменяющемся обществе, о самоценности
собственно личности" (Энгельгардт,1984, с. 251). Человеку, как личности, грозит
деперсонализация, "потеря самого себя в водовороте неисчислимых толп, которым
затерянный человек чужд.... Кризис идентичности направлен на личность как
таковую, затрагивает ее внутренний мир, систему ценностей. Поэтому ясно, что,
несмотря на свою кажущуюся эфемерной природу, он особенно жесток, его значимость
никак нельзя недооценивать, он заслуживает особого внимания" (Энгельгардт, там
же, с.261). К такого же рода кризисным явлениям современного и будущего общества
относится так называемый "футурошок", несколько десятилетий назад описанный
американским психологом Тоффлером и состоящий в своего рода "нервном срыве"
человеческой психики при как бы преждевременном столкновении с будущим,
наступающим раньше ожидаемого времени и приносящим большее число изменений в
единицу времени, чем то, на которое "запланипрован" человеческий организм.
Кризисы, касающиеся духовного мира человека особо опасны тем, что они
дезорганизуют и парализуют человеческую волю как раз в тот момент, когда она
должна быть максимально сконцентрирована для решения жизненно важных задач,
стоящих перед Человечеством. Можно только надеяться, что благополучный выход из
всех других описанных выше угрожающих ситуаций защитит и духовную сферу
человеческой личности. Детальное рассмотрение сущности упомянутых кризисов и
конкретных мер выхода из них не входит в рамки задач данной работы. Достаточно
будет сказать, что с одной стороны создавшиеся критические ситуации представляют
реальную угрозу для Человечества, с другой стороны история Человеческого Рода
показывает, что он не раз с честью выходил из тяжелейших кризисов, вполне
сравнимых с современными. Более того, в известном смысле , Человек сам является
порождением плио-плейстоценового "экологического кризиса", который ориентировал
селективное давление в сторону комплекса гоминизации. Такие доводы могут
привести и приводили некоторых ученых, в частности В.И.Вернадского и П.Тейяра-де
- Шардена, к идее неуничтожимости и полной защищенности земной цивилизации всем
ходом эволюции. В.И.Вернадский писал: "Цивилизация культурного человечества, -
поскольку она является формой организации новой геологической силы, создавшейся
в биосфере, - не может прерваться или уничтожиться , так как это есть большое
природное явление, отвечающее исторически, вернее геологически, сложившейся
организованности биосферы" (Вернадский, 1977, с.33). Здесь, конечно, необходимо
различать теоретическую и конкретно-практическую стороны проблемы. По нашему
мнению, ученые-оптимисты, к сожалению, правы лишь теоретически, в чем
проявляется их убежденность в направленности линии абсолютного прогресса на
вечность. Однако, не следует упускать из вида, что любой, даже сравнительно
небольшой астероид, прилетевший из безбрежного Космоса, может в очень короткое
время уничтожить жизнь на Земле, сделав планету "безвидной и пустой" (по
библейскому выражению из Книги Бытия, с.5) и что суммарное действие упомянутых
выше кризисов далеко еще не преодолено. Что касается защищенности цивилизации,
то говорить о ней можно только в принципе и притом в будущем времени.
Магистральный прогресс действительно характеризуется постепенным "накоплением"
защищенности систем, но до состояния абсолютной надежности пока еще очень
далеко. Реальная выживаемость нашей цивилизации зависит от скорости научнотехнического
прогресса: "успеем или не успеем" противопоставить грозящим
опасностям адекватную "предваряющую реакцию". Обнадеживает то, что раньше всегда
успевали: Человечество в целом, как и отдельные его представители, живет по
принципу "пока гром не грянет...", - оно быстрее мобилизует свои возможности в
экстремальных условиях. И сейчас, в сложное время, по всем кризисным ситуациям
имеется какой-то "свет в конце туннеля": трудно, но уверенно продвигаются дела у
медиков и биологов, борющихся с "болезнями века"; есть надежда, что выдающиеся
успехи генетиков в области расшифровки генома человека и животных, а также
клонирования тканей для пересадки органов, создадут невиданные доселе
возможности оздоровления человеческого организма; энергетический кризис в конце
концов, вероятно будет преодолен на пути использования термоядерной энергии,
прекратить загрязнение внешней среды можно посредством выведения вредных видов
произ водства и всей тяжелой промышленности в космос.
Мрачные прогнозы футурологов о гибели цивилизации к тридцатым годам ХХ1 века,
будем надеяться, не оправдаются, так как они не учитывают колоссального
ускорения научно-технического прогресса. Впрочем, роль последнего в жизни
Человечества оценивается по-разному. Еще Ламарк утверждал, что именно
технический прогресс погубит Человечество. Та же идея не раз повторялась
впоследствии, и в настоящее время имеет довольно много сторонников. "С горечью
приходится констатировать, что негативная форма воздействия техники на жизнь
современного человека в некоторых случаях достигает весьма ощутимых размеров, а
в одном из своих проявлений ставит под вопрос само продолжение существования
населения нашей планеты" (Энгельгардт, 1984, с.256). Однако, как это ни
парадоксально, именно ускоряющийся технологический прогресс является
единственным средством спасения от его же отрицательных последствий, порождаемых
не высоким уровнем развития техники, а, напротив, ее недостаточным совершенством
. Обратной дороги нет: Человечество не сможет отказаться от благ цивилизации -
теплого жилища, достаточного питания, медицинского обслуживания, - и нужно
помнить о том, что огромная часть населения Земли лишена этих элементарных благ,
которые сами не упадут с неба, а могут быть лишь плодом дальнейшего научнотехнического
прогресса.
В настоящее время много несчастий на Земле связано общим характером эпиморфной
эволюции Человечества. Таксономическая дифференциация в эпоху верхнего палеолита
(рассуждая с позиций моноцентризма), приведшая к образованию эпиморфных таксонов
- этносов, а в последствии - государств, сильно задержала процесс формирования
человеческого общества как системы . Фактически процесс этот замедлился на
уровне дефектной квази-системы , в которой части далеко не всегда работают в
направлении поддержания целого, а иногда даже против целого, что грозит
разрушением системы из-за высокого уровня внутренней энтропии и внутренней
свободной энергии. Ситуация резко обострилась с возникновением государств,
столкновение геополитических интересов которых уже на современном этапе может
привести к гибели цивилизации, особенно если учесть наличие ядерного оружия.
Здесь перед нами типичный пример демагистрализации , которая, как можно
надеяться, носит временный, преходящий характер. Нарушен магистральный закон
таксономической интеграции, которая в данном случае не смогла преодолеть
дифференцирующую тенденцию . Чтобы привести сложившуюся ситуацию в соответствие
с этим законом имеется лишь одно средство: постепенное отмирание института
государства во всех странах мира, создание единого планетарного правительства ,
которому подчинялись бы организованные и вооруженные интернациональные силы
общественного порядка, разоружение и роспуск всех национальных армий по взаимной
договоренности. Исходя из нынешнего положения вещей, подобные меры
представляются делом довольно далекого будущего. А ведь опять-таки, как всегда в
условиях магистрального прогресса, важно успеть...
Нужно сказать, что на биологическом уровне закон таксономической интеграции
соблюдался родом Homo гораздо лучше, чем на социальном. Образование государств,
границы которых прошли не по расовому принципу, не только не помешало, но даже
способствовало интеграционным процессам , выразившимся в массовой метисации .
Процесс этот продолжает усиливаться, так что можно себе уже сейчас представить
средний вариант физического типа Человека будущего: он, вероятно, не будет
сильно отличаться от внешнего вида современных жителей Латинской Америки, в
частности (в особенности) - Бразилии. Однако, этот предполагаемый средний
вариант долго будет сосуществовать с локальными группами типов, имеющих
повышенный удельный вес местных расовых компонентов. Можно думать даже, что
вариации концентрации тех или иных биологических особенностей в разных регионах
Земли сохранятся практически навсегда, причем это несомненно будет очень
полезным фактором постоянного оздоровления всей популяции нашей планеты в целом
за счет поддержания необходимого уровня генетического разнообразия. Полного
выравнивания биологических характеристик населения всей планеты, то есть
элиминации естественной политипии нашего вида вплоть до достижения условий
нормального распределения всех признаков можно было бы добиться только
искусственным путем, что полностью исключается. Важно отметить, что
существование очагов различной концентрации антропологических признаков не
мешает и никогда не помешает единству вида, так как эти очаги практически не
изолированы, и какие-либо "барьерообразующие факторы, способствующие изоляции,
быстро теряют силу в процессе эпиморфной эволюции, то есть сама динамика
развития человеческого общества в принципе является интегрирующим фактором
(Зубов, 1976). На биологическом уровне здесь перед нами типичная картина
таксономической интеграции, когда возрастает индивидуальное разнообразие и
постоянно снижается межгрупповое, то есть в целом уменьшается реальность
разнообразия внутривидовых субтаксонов. Рост индивидуальной вариабельности
дополняется некоторым ослаблением естественного отбора по ряду признаков, а
также т.н. "дестабилизирующим отбором" (Беляев, 1983), усиливающим
морфологическое разнообразие, делая акцент на поведение и связанные с ним морфофункциональные
особенности мозга. Таким образом, одно из прогнозируемых
изменений физического типа Человечества в будущем, а именно - рост
индивидуального полиморфизма и появление новых антропологических вариантов за
счет метисации и более полного раскрытия возможностей генома, тесно связано с
магистральными особенностями эволюции - таксономической интеграцией и смещением
акцентов отбора в сторону совершенствования мозга .
Действие описанных факторов особенно ярко проявилось на стадии Homo sapiens c
cамого начала его
...Поділитися у соцмережах
