Жанр: Наука
Принцип Питера
...еста покушения и от многих других
факторов. Для исполнителей акции необходимы транспортные средства подхода
и ухода с места ликвидации, квартиры до покушения и после, одежда
и грим, которые потом подлежат уничтожению...
Конечный эффект задуманной акции должен обязательно перекрыть затраты,
иначе она становится бессмысленной.
Чем известнее кандидат в жертвы, тем выше гонорар ликвидатора, хотя
это и не аксиома. Можно найти и очень дешевых исполнителей, которые
никакого отношения к профессионалам не имеют. Стоит ли еще раз повторять,
что дешевые услуги дилетанта - в любых областях человеческой деятельности
- обходятся порой очень дорого...
НЕСКОЛЬКО СОВЕТОВ ПОТЕНЦИАЛЬНОЙ ЖЕРТВЕ
По каким признакам можно отличить профессиональную ликвидацию от
простого убийства? Вопервых, по оставленному на месте преступления
оружию (без него легче уходить, как уже говорилось выше, хотя иногда
оружие забирают, чтобы использовать в дальнейшем для запутывания следов).
Во-вторых, по немаркированным патронам (в случае, если нет возможности
подобрать гильзы). В-третьих, по так называемым контрольным
выстрелам в голову жертвы... В этом смысле ликвидация, описанная в самом
начале главы, - классическая: киллер подобрал гильзы, но даже не
прикоснулся к деньгам. А сумма там была в несколько тысяч долларов.
Защититься от профессионала тяжело. Даже служба безопасности президента
Рейгана (а еще раньше Кеннеди) не смогла отвести от подопечного
пулю. Конечно, если бизнесмен ощущает некую опасность, можно нанять
телохранителей. Но беда в том, что телохранителей высокого класса в
России пока крайне мало. Средний телохранитель может защитить в основном
от хулиганов. К тому же бизнесмены, нанимающие телохранителей, зачастую
превращают их в своих слуг, шоферов и наперсников, отвлекая
разговорами или занимая их руки баранкой автомобиля или поклажей. На
самом деле потенциально опасающийся покушений лучше всего может защитить
себя от них сам. Для этого он должен постоянно тщательно анализировать
проходящую через него информацию, адекватно оценивать возникающие
вокруг него ситуации и немедленно консультироваться со специалистами
в случае развития ситуации в конфликтную сторону. Многие бизнесмены
ошибочно полагают, что гарантией их выживаемости в нынешнем жестоком
мире может стать их крыша. Между тем это абсолютно не так. Крыша
- полный или частичный протекторат, предоставляемый фирме бандитскими
структурами, дается, как правило, именно фирме, а не ее хозяину. Крыша
не может гарантированно защитить бизнесмена от ликвидации, точно так
же, как не может предотвратить, например, квартирную кражу - выставлять
постоянных охранников у дверей слишком накладно. Более того,
именно крыша может стать причиной самых разных неприятностей для бизнесмена,
а иногда и причиной его гибели.
Рассмотрим простую ситуацию. Две фирмы, обе под бандитскими крышами,
заключают договор. Одна из сторон не может по форс-мажорным обстоятельствам
выполнить свои контрактные обязательства. В дело вступает
крыша пострадавшей фирмы. Если эта крыша не договаривается с другой, -
начинается война, в которой обе стороны, по существу, бьются не за
своих бизнесменов, а за свои проценты. Удары же в первую очередь наносятся
именно по фирмам, по бизнесменам. Как уже говорилось, по мнению
одного чрезвычайно осведомленного эксперта, прокатившаяся по России
волна загадочных ликвидаций банкиров и предпринимателей - результат
ничего иного, как войны крыш,
К сожалению, в последнее время среди некоторых российских предпринимателей
возникла какаято истерическая мода решать любые конфликты
силовыми способами. Чуть какая-то спорная ситуация - обращаются к бандитам,
пытаясь через них нанять убийцу, чтобы разобраться с партнером
или контрагентом. Самое смешное заключается в том, что шансов нанять
убийцу у бизнесмена нет изначально. Бандиты, которым заказчик передает
деньги для ликвидатора, могут просто развести и этого бизнесмена -
забрать деньги себе и сказать, например, что исполнитель был задержан
милицией в момент покушения...
Если же заказ оказался реальным и ликвидация прошла успешно - стоит
помнить, что информация такого рода привяжет бизнесмена к его "партнерам"
навсегда. В бандитской среде есть любопытная поговорка: "Не убивай,
- и тебя не убьют".
Постоянно растущее количество профессионально выполненных ликвидаций
свидетельствует о том, что на рынке возрастает спрос на такой, еще
совсем недавно экзотический для России "товар", как заказное убийство.
Это не свидетельствует о силе организованной преступности. Скорее наоборот,
это показывает как раз ее недостаточную организованность. Это
свидетельство того, что и в преступной среде, и в бизнесе возникает
все больше и больше неразрешенных конфликтов, из которых можно выйти
только через убийство.
Изменить эту ситуацию кардинально можно будет после того, как в
России появится сбалансированная, работающая законодательная база, отвечающая
потребностям времени. Кроме того, необходимым условием перемен
является не укоренившееся еще в нашей стране понятие репутации,
чистоты "лица", забота о своем достойном имидже. И, конечно, необходима
экономическая и политическая стабилизация. Только тогда российские
бизнесмены смогут выйти из поглотившего их сегодня кровавого кошмара...
Август 1994 г.
ВРЕМЯ СТРЕЛКОВ (Тамбовский сезон-2)
"...Времена боксеров давно прошли. С изобретением кольта все физические
данные уравнялись.
А в Ленинграде - тем более. Если когда-то считались с боксерами, то
теперь каждый считается со стрелками..."
Осень 1992 г., фрагмент показаний Александра Малышева, третьего по
счету лидера бандитского Петербурга.
Первый день лета 1994 г. надолго запомнится представителям бандитских
и коммерческих кругов Петербурга.
В этот день в восемь утра на улице Ленсовета были расстреляны из
пистолета "ТТ" в упор два представителя среднего звена одного из самых
известных и сильных в Питере преступных сообществ - так называемых
"тамбовских". Четырьмя часами позже на улице Турку из автомата Калашникова
был расстрелян автомобиль "мерседес", в котором находился лидер
"тамбовских" Владимир Кумарин (Кум) с телохранителем...
Уровень покушения был чрезвычайно высоким. Человек, пол которого
официально установить так и не удалось (одни говорили, что это была
женщина, другие - мужчина, надевший длинный парик), буквально изрешетил
Кумарина и его телохранителя из автомата. Я насчитал позже в кумаринском
"мерседесе", раскуроченном и перепачканном засохшей кровью,
двадцать восемь пулевых отверстий калибра 5,45. Фактически Кумарина
спас его телохранитель Виктор Гольман, который прикрыл "принципала" в
последний момент своей жизни. (Любопытно, что Виктор Гольман, в прошлом
морской пехотинец, был легальным частным охранником из охранного
предприятия "Кобра", которая имела лицензию ГУВД за N 020003 от 8 апреля
1993 г. После скандального покушения на Кумарина в отношении
странного предприятия "Кобра" была возбуждена проверка ГУВД, которая,
конечно, сразу же выявила ряд недостатков в работе. Еще более любопытно,
что в ходе этой проверки выяснилось, что в мае 1994 г. в органах
милиции была информация о том, что "Кобра" охраняет одного из лидеров
"тамбовской" преступной группировки. С руководителями "Кобры" была
проведена неофициальная беседа, и они заявили, что их охранное предприятие
"расторгло договор с указанной фирмой".) Кумарин остался жив. С
ранениями в голову, живот, грудь и руку он был доставлен в больницу
имени Костюшко, где едва не скончался от потери крови. В бреду Владимир
Кумарин, как любой нормальный человек, постоянно повторял: "Мама,
больно как, мама!" В тот же день, когда Кума привезли в больницу, несколько
десятков "тамбовцев" оцепили это медицинское учреждение и практически
блокировали его. Братва опасалась, что их лидера придут добивать.
Все подступы к больнице были перекрыты. "Тамбовцы" мешали работать
врачам и медсестрам. В конце концов, питерский РУОП был вынужден
провести операцию по разблокированию больницы. В ходе этой операции
было задержано 60 человек "тамбовцев", у многих из которых было изъято
огнестрельное оружие. В последующие дни охрана Кумарина осуществлялась
менее драматично: "тамбовцы" на этаже, где находилась палата Кума,
мирно соседствовали с омоновцами, было чтото трогательное в том, как
они вместе смотрели мультфильмы в коридоре больницы по шикарному цветному
телевизору, немедленно доставленному братвой... Несколько раз
поступали известия о клинической смерти Владимира Кумарина, ему ампутировали
руку, около месяца он провел в коме. Но русские хирурги умеют
творить чудеса... По некоторым данным, их ювелирный труд не остался
неоцененным. В середине лета 1994 г. Владимир Кумарин был переправлен
для лечения сначала в Дюссельдорф, а потом в Швейцарию, где он намеревался
"выхаркивать из легких накопившуюся там кровь". Чудесное возвращение
Кумарина практически с того света подняло его авторитет среди
питерской братвы на небывалую высоту, особенно когда стало ясно, что с
головой у Кума все в порядке - несмотря на почти месячную кому.
Почти сразу после покушения на Кумарина заявили о попытках их ликвидации
еще несколько известных людей из бандитских кругов Петербурга
- в частности представители "малышевских" - Бройлер и небезызвестный
Кирпич (подробнее о Кирпиче в четвертой части "Бандитского Петербурга",
в главе "Бандитская империя"). Кирпич заявлял, в том числе и со
страниц газет, что на его жизнь дважды покушались снайперы, которые
промахивались каким-то странным образом, попадая то в стойку автомобиля,
то в стену дома. Кроме того, Кирпич выдвинул версию о том, что за
всеми шумными покушениями 1993-1994 гг. стоят менты, которые, будучи
не в силах справиться с братвой легальными методами, начали устраивать
беспредел. Однако многие другие лидеры бандитских кругов отнеслись к
заявлениям Кирпича крайне скептически, считая, что милиция никогда не
пойдет на несанкционированный отстрел бандитов хотя бы из страха перед
непременной утечкой информации.
Через пару месяцев после попытки покушения на Кумарина по Петербургу
поползли слухи, что непосредственный исполнитель акции уже покоится
на дне одного из озер Ленинградской области с тяжелой гирей на ноге и
что его якобы убрала та самая группировка, которая больше всех была
заинтересована в устранении Кумарина.
Конечно, у Кумарина были враги в бандитском мире Петербурга. Его не
любили воры и те питерские бандиты, которые были ориентированы на воров.
Сам же Кумарин был сторонником мирного пути разрешения всех конфликтов
между питерской братвой.
Против версии о том, что Кумарина пыталась убрать одна из конкурирующих
городских группировок, говорит следующее: планируемое убийство
на уровне группировки очень трудно скрыть, обязательно происходит
утечка информации. В этом случае бандитская ответка не заставляет себя
ждать. Удары наносятся прежде всего по экономическим объектам, идут
страшные финансовые потери, и все это прекрасно понимают. С другой
стороны, осенью 1993 г. "тамбовскими" был убит один из представителей
действительно серьезного бизнеса СанктПетербурга Сергей Бейнешев, который
руководил торговлей энергоносителями всего региона. По обвинению
в убийстве Бейнешева и причастности к совершению этого преступления
были арестованы крупнейшие авторитеты "тамбовского" сообщества Валерий
Ледовских, Александр Клименко, Андрей Сиваев и Игорь Черкасов. Милицией
был изъят пистолет иностранного производства с лазерным прицелом,
из которого Бейнешев получил от "тамбовцев" последний привет... Информированные
наблюдатели полагают, что именно это убийство переполнило
чашу терпения серьезных людей по отношению к "тамбовцам".
Впрочем, кто его знает, где заканчиваются бандиты и где начинается
мафия. И есть ли вообще эта граница...
"Тамбовские" всегда считались одной из самых жестоких группировок.
Этому способствовал имидж ее лидеров, например, г-н Ледовских в свое
время отличился тем, что бил собственную жену головой о трамвайные
рельсы. Именно "тамбовцам" приписывались погромы черных на различных
вещевых рынках Петербурга летом 1993 г. Никто из них, однако, так и не
был привлечен к уголовной ответственности. 1993 год стал годом настоящего
отстрела бандитов. Их убивали десятками - и в Москве, и в Петербурге.
Не только самой жестокой, но и самой жадной. Петербурге. Некоторые
информированные источники считают, что ликвидации крупнейших бандитских
и воровских авторитетов России - это не столько результат внутренних
разборок, сколько следствие стратегического решения, принятого
настоящей мафией. В данном случае под мафией понимаются мощнейшие теневые
и экономические структуры, оставшиеся еще с номенклатурных времен.
Тогда эти структуры контролировали промышленность и имели настоящие
деньги на государственном уровне.
Август 1994 г.
МЕНТОВСКИЙ СИНДРОМ
Они встречались часто - вор в законе и бывший мент, бывший офицер
уголовного розыска. Свои встречи они не афишировали, потому что вору
было западло говорить о делах пусть и с бывшим, но ментом. А мент привык
конспирировать почти все свои встречи. Свою бывшую работу он вспоминал
часто, и ему казалось, что все это было сном... Уже почти полтора
года он руководил преступной бандитской группировкой, в которую в
основном входили бывшие сотрудники правоохранительных органов.
Слово "мент" в современном разговорном русском языке утратило свой
уничижительный оценок и стало синонимом американского жаргонизма "коп"
(полицейский). Многие оперативники сами себя называют ментами, причем
с гордостью: "Мы - настоящие менты".
Они устраивали друг друга, делились полезной информацией и даже
вместе разрабатывали операции.
Их разговор был недолгим. Под конец вор посмотрел на мента и серьезно
сказал:
- А ведь вообще-то ты - мент, тебя бы, по понятиям, поиметь надо
было.
Мент облокотился на багажник своего "мерседеса", закурил сигарету и
ответил: - А ты попробуй!
Они посмотрели друг другу в глаза и после короткой паузы расхохотались...
Что такое ментовский синдром, нам объяснил один старый опер. Может
быть, и сам термин придумал он же. "Ментовский синдром имеет две фазы.
На первой сотрудник милиции начинает в каждом человеке видеть преступника
и злодея. Первая фаза может пройти быстро и безболезненно. При
второй меняются понятия. Бандиты и воры становятся понятнее, ближе и
роднее, чем обычный законопослушный человек. На второй фазе мент начинает
чувствовать себя своим в мире сыщиков и воров. А там, где чувствуешь
себя своим, всегда легко сменить роль. Или взять себе еще одну
роль "в нагрузку"...
Переболеть второй фазой очень тяжело. Лекарство, в принципе, одно -
надо менять работу... Вот только на какую? Тот, кто всю жизнь играл в
"полицейских и воров", умеет либо догонять, либо убегать..."
Часть материалов для этой главы собиралась вместе с Михаилом Ивановым,
ныне главным редактором газеты "Петербург-Экспресс".
ЗА ЧТО ВОЮЕМ?
Самое поразительное, что правоохранительная система все еще действует.
Тюрьмы переполнены, колонии не пустуют. При этом многие милиционеры
попросту не понимают, из-за чего они горбатятся. Зарплата - традиционно
низкая, льготы на поверку - минимальные, работы - больше, чем
предусмотрено любыми разумными нормативами. Один прославленный сыщик,
имя которого хорошо известно в преступных кругах, летом 1992 г. с горечью
подводил итоги своей службы:
- У меня иногда такое впечатление, что мы попросту не нужны государству.
Мы обращаемся со своими проблемами во все мыслимые и немыслимые
инстанции, выступаем в прессе - никакого толку. Иногда приходит
мысль: а не напрасно ли я угробил жизнь на это?
Объяснение тут одно: призвание. Известный факт: выходя на пенсию,
многие опера вскоре заканчивают свое земное существование. Организм
привык работать в предельном режиме, сердце не выдерживает безделья...
Можно, конечно, как и прежде, положиться на энтузиастов, но это то же
самое, что вообще закрыть глаза на проблемы.
Настоящий оперативник находчив и хитер, вынослив и живуч, как кошка.
Он знает, как угодить привередливому следователю и прокуратуре;
как ублажить своего начальника и обвести вокруг пальца чужого. На оперативника
жалуются все кому не лень. Терпилы, преступники, прокуроры...
Он всегда между двух огней и привык к самым невозможным и фантастическим
требованиям. В недалеком прошлом, например, от него требовали,
чтобы уровень преступности на его микроучастке строго соответствовал
научным, политически грамотным показателям. Чтобы раскрываемость
была не ниже, чем в прошлом году. Существовал также закон "Об
укрывательстве преступлений" - этот закон предусматривал суровое наказание
всякому оперу, осмелившемуся сокрыть преступление (не зарегистрировать
уголовное дело). Одним словом - клещи! С одной стороны, дай
статистику хорошую, с другой - не смей преступления укрывать! Слабые
не выдерживали, но сильные закалялись. Проработавшие благополучно не
один год превращались в таких бойцов, которых не удивишь никаким приказом.
Надо поймать снежного человека? Будет - со всеми официальными
показаниями, опознаниями, признаниями, очными ставками и прочим. Чтобы
опер не терял спортивно-боевую форму, начальство выдумывало ему все
новые и новые поручения и задания. Например, опер должен был раскрыть
определенное количество преступлений при помощи обратившихся в честную
веру преступников, то есть попросту говоря - агентов. Поскольку честных
преступников хронически не хватало, оперативник находил норой
простой выход: он сочинял их. Так в делах появлялись, скажем, некие
Федя или Кеша, которые благополучно кочевали из одной отчетности в
другую, выполняя благородную задачу в деле улучшения показателей.
Кто-то слишком лихо закрывал дела, не успев вникнуть в их суть. А
кто-то слишком рьяно за них брался, выколачивая сведения из упрямых
урок недозволенными методами. Сажая на скамью подсудимых других, опер
знал, что "никто не вечен под луной" и что все, грешные, под Богом ходят.
Злополучный кошелек, который Жеглов положил в карман вора, увы, -
атрибут розыскного искусства и по сей день. Кого винить в этом? Наивно
заблуждаются те, кто считает, будто между сыщиками и преступниками -
стена. Нет, всего лишь черта, условленная законом. Она может стать
стеной для одних, ее может не заметить в пылу работы другой; третий
переступает ее намеренно, хотя и не без сомнений. Интересный факт: в
застойные годы в тюрьму чаще садились офицеры. Теперь львиную долю
осужденных составляют сержанты и рядовые. Факт безотрадный, ибо свидетельствует
он скорее о падших нравах сержантского состава, чем о высоком
моральном духе офицерства. Переступить роковую черту можно действительно
незаметно. Во времена застоя, например, районное начальство
почти обязывало сотрудников ОБХСС заботиться о том, чтобы дефициты из
подведомственных им магазинов уходили не только "налево", но и "направо",
то есть к заслуженным работникам милиции.
Криминал? Вроде бы еще нет. Директор магазина рад услужить родной
власти, купля-продажа производится по закону: по номиналу и с чеками.
Отовариваются достойные люди, которые в знак благодарности просто исключают
данный магазин из сферы своих профессиональных интересов. Но
тот же злополучный опер мог незаметно переступить черту: склонить своего
агента к активной деятельности, не понимая, что агент сам уже давно
использует своего патрона в корыстных целях.
До поры до времени вое эти противоречия, проблемы, неразбериху в
той или иной мере сглаживала и облагораживала Большая Идея. Когда Хрущев
клялся на съезде, что через двадцать лет он пожмет руку последнему
преступнику, - это впечатляло. Это заставляло позабыть на время и о
нищенской зарплате, и о глупости инструкций. Правоохранительная машина
работала исправно. Нравственные приоритеты были достаточно ясно обозначены.
Преступник, попавшийся, скажем, на валютных операциях, мог нахамить
сыщику, предложить ему взятку, но он никогда бы не позволил себе
заявить вслух, на допросе, что сыщик выполняет глупую, никому не
нужную, да к тому же и малооплачиваемую работу...
Нынче же взятки воспринимаются как откупное: берите, но только не
мешайте делать деньги. Из перепродажи, из фальсифицированного спиртового
продукта, из меди, оружия, наркотиков... Закон? Ему не подчиняются
даже президенты. Власть? Это еще нужно посмотреть, какая из них победит.
Собственность? Была ваша, - завтра станет нашей, а послезавтра
хоть потоп. Бывшие деревенские парни, прошедшие армию и сменившие армейские
погоны на милицейские, теряются в этом мутном водовороте в
считанные месяцы: сегодня ты гоняешься за мафией, а завтра она вполне
официально нанимает тебя в качестве охранника - тут у кого угодно
"крыша поедет". Да что там говорить про рядовых, если и среди офицеров
бродят настроения, которые можно выразить фразой: "За что воюем?"
Один опер, подводя итоги своему печальному прогнозу относительно
будущности Российского государства, выразился так:
- Вопрос упирается в собственность. Пока не определятся собственники,
мы, строго говоря, не нужны ни мафии, ни властям. Идет грабеж и
дележ ничейного. Лишь тогда понадобится закон, когда, насосавшись,
собственники скажут: хватит! А теперь мы будем играть по правилам!
РОКИРОВКИ В РАЗНЫЕ СТОРОНЫ
Мальчик был самым обыкновенным ребенком, может быть, лишь чуть более
тихим и задумчивым, чем обычно бывают тинэйджеры. По вечерам любил
сидеть в своей комнатке у окна и смотреть на улицу, слушая плейер. Однажды
мальчик обратил внимание на то, что к магазину, который был как
раз напротив окон его комнатки, часто подъезжают одни и те же машины -
по вечерам, после закрытая... Из машин что-то выгружали и быстро заносили
в магазин. Мальчик пригляделся повнимательнев и понял, что это
"что-то" было не чем иным, как оружием. Он записал номер машины, понаблюдал
за магазином еще пару дней, фиксируя номера подъезжавших автомобилей.
Он был умным, начитанным ребенком и понимал, что тайно перевозить
оружие могут, скорее всего, бандиты... А потом мальчик пошел в свое
отделение милиции и рассказал все, что видел, офицеру - одному из руководителей
отделения.
Мальчик сделал все правильно. Он не мог знать, что этот офицер давно
уже был на долях с теми самыми бандитами, которые выгружали оружие...
Через пару дней мальчик пропал. Поиски были результативными - в
пригородном лесочке через некоторое время изуродованный труп ребенка
был все-таки найден... (Любопытный нюанс - в ходе расследования убийства
мальчика около шести человек брали на себя совершение преступления
и даже показывали в ходе следственных экспериментов, как именно убивали.
Во всех этих случаях розыскники сумели доказать самооговор.)
Настоящего убийцу - непосредственного исполнителя - нашли, хотя поиск
был чрезвычайно трудным. Однако медицинская экспертиза признала
убийцу больным человеком, в силу этого он не подлежал уголовной ответственности,
а показания, данные им, не имели юридической силы...
Поэтому и офицер, сгубивший мальчика, продолжал работать в милиции. Он
уволился из органов совсем недавно. Те офицеры-розыскники, кто знал,
на чьей совести маленький труп, ничего сделать не смогли. Знать - это
еще совсем не значит доказать...
Эту грустную историю мы услышали от оперативников в одном из кабинетов
известного всем дома на Литейном, где мы попытались поговорить о
таком явлении, как внутренняя милицейская коррупция и преступность.
Увы, страшная история убийства ребенка не слишком удивила нас. В ответ
мы предложили собеседникам историю, которую узнали, расследуя дело одного
крупного питерского бизнесмена, обратившегося к нам за помощью...
Он представился жертвой рэкета и коррумпированных правоохранительных
органов одновременно. Попросил провести объективное расследование.
Мы согласились. Мы смогли провести расследование до конца и, как нам
кажется, теперь знаем правду. Но результаты этого расследования реализации
не подлежали - установив фактуру, мы не смогли собрать доказательства.
Многочисленные свидетели согласились говорить только в приватном
порядке - для удовлетворения нашего любопытства, сразу же предупредив
нас, что в "случае чего" - они откажутся от своих слов. Мы не
возьмем на себя ответственность осуждать этих людей. Слишком уж крутые
завязки были в этом деле - и мэрия, и милиция, и КГБ, и прокуратура...
Да и сама жертва где-то в середине расследования предстала в совершенно
ином свете - пострадав от одних бандитов, этот бизнесмен нанимал
других, чтобы отплатить обидчикам... Коротко же суть дела такова.
Это было сугубо частное расследование, которое я с коллегами проводил
в свободное время.
Некая крупная петербургская фирма заключает контракт с серьезной
московской фирмой. Из Петербурга в Москву переводятся большие деньги.
Москвичи срывают контракт и не отдают деньги. Питерский бизнесмен едет
в столицу и безуспешно обивает пороги всех правоохранительных организаций,
каких только можно. Ему везде советуют обратиться в арбитраж,
где все вместе - жертвы и кидалы - умрут в бумажной могиле. Вернувшись
в Петербург, бизнесмен с отчаяния бросается за помощью к "чеченам".
"Чечены" оказываются более приветливыми. Они выделяют двух способных
решить вопросы представителей, с которыми бизнесмен вновь едет в Москву.
Если кто-то решил, что "чечены" в Москве стали стрелять и похищать
обидчиков, то этот кто-то жестоко ошибается. Горцы повели горемыку в
одно чрезвычайно солидное
...Закладка в соц.сетях
