Жанр: Наука
Принцип Питера
... меня арестовали, в ГУВД была "комната Алексеева", и
туда приводили коллекционеров, чтобы они там что-то опознали. А я краденых
вещей терпеть не могу!
А из Эрмитажа вещи уходили... Дочка главного реставратора Эрмитажа
это организовывала. Она уже выехала из страны, да и реставратор помер...
Нет, фамилии я тебе называть не буду, это не в моем стиле. Как
ты думаешь, мог я противостоять главному реставратору? Я уверен, что
половина полотен Эрмитажа сейчас - не подлинники... Нет, про историю с
"Данаей" я говорить не буду, еще живы люди... А вот эти 32 полотна -
громадной ценности, государственного значения - сейчас в Аргентине.
Полотна все подписанные. В Эрмитаже еще лет двадцать можно воровать...
Был такой Быстров Юра, по кличке Быструха, он сейчас живет в Германии,
часто приезжал к Пиотровскому. Много чего получил: вазу мою, например,
что от Гиля осталась. Гилю ее подарил Дзержинский, за находчивость.
Степан Казимирович вез Ленина с Крупской, увидел двух людей и
по выправке опознал в них офицеров. Предупредил Ленина и Крупскую,
чтобы они пригнулись. А эти двое действительно стали стрелять. Вот за
то, что Гиль по выправке офицеров опознал - теперь-то кого узнаешь по
этим сапогам гармошкой, - Дзержинский и подарил ему старинную вазу.
Она потом попала в Эрмитаж, а потом ее отдали Быстрову". И не только
вазу!
"Обидел" я как-то раз приятеля Пиотровского - академика. Жена у него
тоже академиком была, в Ботаническом саду работала. Этот академик
абсолютно бесчестным человеком был. Похищал в Нижнем Тагиле малахит и
от жадности своей продавал его вместе с породой. Отсюда у него все
неприятности и пошли... Мое-то дело против него так и осталось нераскрытым.
А вот потом его еще раз грабили, один человек тогда накинул его
жене шнурок на шею... Этот человек не так давно освободился - скоро он
умрет. Он мой враг. Приходил ко мне, я ему денег дал, хоть он и мой
враг. Так вот, когда у этих академиков брали сейф, там были некоторые
свидетельства против Пиотровского. Жулики они все, царствие им небесное...
Или взять начальников крупных заводов, объединений - таких, как ЛОМО,
например! Я побывал в их квартирах - ценности просто неимоверные.
В Эрмитаже такого нет!
Или вот мой приятель, Миша Монастырский... Умнейший, талантливейший
человек. Дело по "Фаберже" слышал, наверное? Мишу до того, как умер
Брежнев, никто арестовать не мог, потому что он жил с дочкой одного из
членов Политбюро, часы его даже носил - они около полумиллиона стоили,
этот папаша в Политбюро с такими часами показываться боялся...
Многие большие чины в ГУВД честностью тоже не отличаются. Правда, и
получают они до смешного мало. Старший следователь, проработавший 26
лет в милиции, занимает пятерку до зарплаты у "моего" следователя! По
ГУВД майоры бегают с буханками хлеба под мышкой! Это же смешно! Сотрудники
должны получать столько, сколько хватит хотя бы на житье!
Долгие годы я дружил с Олегом Васильевичем Карповым, бывшим заместителем
председателя городского суда. Знал и Ермакова - председателя
горсуда. Они не подозревали, что я уголовник, мы встречались, пили
вместе - я знал все - от и до. И однажды на похоронах сестры Карпова
мы с Ермаковым несли гроб, и он мне жаловался, что ему не дают законной
пенсии. И я помогал Ермакову пенсию эту получить - смех, да и
только! А Карпов этот 32 года работал на КГБ, будучи зампредседателя
городского суда. Так что можешь представить себе, как все связано...
Он дела-то вел в основном комитетовские. Однажды ему дали дело по
117-й статье, и он его провалил, пил потом неделю с расстройства, а я
с ним пьянку поддерживал - чуть не заболел, я ведь непьющий, и меня,
как ты понимаешь, интересовало совсем другое. У него орден Красного
Знамени - это все незаслуженно... По пьянке-то он много чего рассказывал...
И до сих пор у нас нормального суда нет.
Недавно вот судили Костю и Лену - показывали даже в "Пятом колесе".
Они пытались ограбить коллекционера Шустера - есть такой, "крыса кремлевская".
Очень богатый человек У него дед банкиром был, а известный
художник Константин Маковский портрет этого деда писал. Костя с Леной
попытались этого Шустера "опустить". Я-то был в стороне... Был бы я в
деле - Шустер остался бы в лаптях, а Костя с Леной - на свободе. Их
осудили по 146-й, а я до сих пор уверен, что 146-й там не было, пистолет-то
у них был мой. И лежал он в кармане, они-то шли коллекционера
связывать, а не убивать...
Но - советский суд и следствие - дело понятное. У них все - не как
было, а как "складывается". Разве можно вот так - "складывается"? У
меня после ареста обокрали квартиру. Я, грешным делом, на милицию подумал
- ключи-то у них! Тоже все "складывалось", пока в тюремной больнице
случайно Юрченко не встретил. А кто бы мог подумать, что мы когда-нибудь
встретимся! Он мне и открыл глаза на того, кто это сделал...
Человека я этого знаю лет тридцать. Он делал крупные работы, искусствоведа
Хомутовского, например, брал. Работал, кстати, в паре с Улановым,
племянником известной балерины... А порядка у нас, видно, еще
долго не будет...
РОЗОВАЯ ПЛЕСЕНЬ
- Сейчас уголовного мира нет. Посмотри, что творится, какой беспредел.
Раньше в лагерях ну, одного, ну, двух хулиганов встретить можно
было. А сейчас 1800 человек в лагере, из них 1200 сидят за хулиганство.
Развязность, наглость, какую свет не видел. Причины? Ты меня извини,
но это большевизм. Оттуда все пошло. Мне Гиль рассказывал, как
Ленин без колебаний подписывал приказы на расстрелы заложников, вот и
повыбили всех... Корня нет... Иной раз в метро едешь по делу, на машине-то
нельзя - на лица смотришь, и редко-редко хорошее лицо мелькнет.
Мое окно выходит в сквер, там гуляют дети из детского сада. Это же
просто ужас - матом ругаются, дерутся. Кем они вырастут? Рэкетирами,
дебилами, этими, у которых одна мечта - автомат достать?
Мы когда работали - всегда сначала сидели, думали: как выкинуть
что-нибудь такое, чего милиция не ждет. Сейчас так не работают. Сейчас
все преступники служили когда-то в Советской Армии и были там "отличниками
боевой и политической подготовки". Мы таких всегда называли
"розовая плесень". Сейчас они себя показали во всей красе: весь этот
рэкет - плесень, настоящая плесень. Украсть, и то не могут, разве что
у старух. Потому что у человека, у которого есть настоящие деньги, -
особенно не поворуешь. У него же - сигнализация, стальные двери, собаки...
Тут голова нужна.
Мы с женой называем всю эту молодежь "балкончиками". Это после того,
как один с интеллигентным лицом парень убил своих родителей, ограбил,
положил на балкон и пьянствовал себе спокойно на Новый год. И таких
"балкончиков" сейчас - миллионы. Финансовые-то дела в государстве
плохи, отсюда и рэкет, и преступность.
Раньше воровали только те, кому это по судьбе было положено. А сейчас
воруют все - за малым исключением. Я не хочу тебя обидеть, но не
воруют те, кому просто красть нечего. Не воруют - так наколки дают.
Воровством-то это не назовешь, по большому счету, у себя воруют-то. В
тюрьме сидит кто попало, сидят те, кто не сидеть должен, а работать. А
сейчас такой народ - сколько бы ни платили, работать не будут. По своим
детям сужу. Ктото должен работать, кто-то воровать, как в любой
нормальной стране.
У меня есть приятель, некто Туберман, я с ним не раз был в работах
- он сейчас в Нью-Йорке бани купил, рассказывал мне про тамошние дела.
Везде есть преступный мир. Но он должен быть маленьким, а не поголовным.
Это просто безобразие, настоящий хаос... И самое печальное - ничего
с этим не сделать. Никто хороших слов не понимает. Ни Малышев - я
не имею в виду Сашу... Нет, я имею в виду Сашу, но не того; ни Миша-Хохол
- никто не поймет. Какие бы управления ни создавали, что бы в
"600 секундах" ни показывали - ничего не поможет. Только жестокость.
Я пытался кое-что сделать. Вот и, когда Миша поехал на разборку с
чеченцами, - я заменил ему пистолет, вместо боевого положил свой, газовый.
Все равно нашлись ухари, которые открыли огонь из автомата...
В криминогенных и милицейских кругах Петербурга известны два Александра
Малышева - один начальник убойного отдела ГУВД, другой - авторитет
в бандитских кругах.
Алексеев имеет в виду Михаила Глущенко - известного питерского лидера
"тамбовской" группировки.
Сейчас нет уголовного мира, а следовательно, нет и никаких законов.
О чем говорить, если в лагере само начальство хорошо относится к убийцам
и очень плохо к мошенникам. Я за свою жизнь знал только двух умных
начальников лагеря. Остальные, несмотря на погоны, - дебилы, не читавшие
ни Толстого, ни Чехова, ни Достоевского. Они в театре ни разу не
бывали. Погоны-то им кто повесил? Родная партия. А думать не научила.
Мне-то всю жизнь приходилось - как тому крокодилу из мультфильма, который
хотел девочку съесть, повторять себе: "Думай, думай, думай", -
чтобы как-то следователей обхитрить. Они-то всю жизнь учились, а я -
всю жизнь по тюрьмам...
В Питер сейчас понаехали со всего Советского Союза бывшего - "казанские",
"тамбовские", "никольские" - кого только нет, кошмар какой-то.
И все хотят работу, причем безразлично какую - мокрую или не
мокрую. Они же любого убьют не задумываясь. Между собой-то разобраться
не могут. Если у Хохла вдруг появятся лишние ларьки, - Малышев их тут
же сожжет - пошлет.пацанов с факелами, лет по двенадцать-тринадцать...
Только силу и уважают, никак не мозги. Перед арестом вот приходили люди,
положили мне два пулемета под кровать. Я десять дней был весь на
нервах. Зачем мне это нужно? Потом еще один мешок соломы принес, только
забрал - у меня обыск. Вот смеху было бы, если бы я по наркоте пошел...
Я этого парня потом встречал в коридорах ГУВД, оказалось, что
он на милицию работает...
Я уж не знаю, что тебе обо мне наговорили в милиции, но я даже
иногда просто автоматически суюсь в разговоры, которые у меня дома
происходят, - общество у меня, ты же понимаешь, такое, что услышать
можно разнос. Слышу однажды разговор: "Надо забрать колье у старушки".
- "А если не отдаст?" - "А не отдаст - так ломиком ей по башке!". Я им
сразу сказал - вы что, с ума сошли? Разве так можно! Посоветовал валидол
с собой взять, телефон не обрезать - человек-то старый, вдруг плохо
станет. Даже порекомендовал чай пить с потерпевшей... И ни в коем
случае никакого насилия. Старушка-то их сразу спросила: "Вы меня что,
убивать будете?" Они ей: "Да нет, что вы, что вы!" Старушка попросилась
в туалет, подумала там, а потом и говорит: "А колье-то я племяннице
в Москву отдала". Обманула их старушка... Я не готовил это преступление
и не контролировал его - это мне уже сейчас просто нацепляют
внаглую за то, что я посоветовал бабку не убивать! Зато и эти люди не
совершили тяжкого преступления. За убийство 15 лет бы получили. А так
- пятерочку, отмучаются как-нибудь...
Или вот: приходил тут один урод - милиционеру голову отрезал, просил
посоветовать, что теперь делать. Ну, я посоветовал ему нож выкинуть.
Заложить - принципы не позволяют, но я просто ненавижу таких людей,
меня трясет от них.
Такие вот дела. Когда я смотрю на современный преступный мир, мне
кажется, что Запад вскоре сам поставит перед нами железный занавес -
от страха перед нами, чтобы наш беспредел туда не перешел.
СИЛЬНАЯ РОССИЯ НИКОМУ НЕ НУЖНА...
- Ты знаешь, я никогда не был националистом, но сейчас потихоньку в
него превратился. Это удивительно: я начинаю ненавидеть азербайджанцев,
молдаван. Смотрю телевизор, планирую, чтобы сделал я, как уничтожил
бы румын, сунувшихся к нам. Мне нравится новый командующий 14-й
Армией Лебедь - и по лицу, и по тому, что он говорит. Ну нельзя же все
отдавать, ведь вся Россия рассыпается... Это же для всех погибель.
Я-то все равно скоро умру, но вам жить так нельзя. Надо что-то делать.
Я голосовал за Ельцина, но сейчас я бы свой голос ему не отдал.
Тогда, правда, некого выбирать было, кроме него, да и сейчас-то некого...
Но ведь это Ельцин довел многих серьезных людей до того, что они
стали поддерживать человека, который сказал, что государства Казахстан
не было никогда, а Украина будет существовать до тех пор, пока до нее
не дойдут наши танки. Это - Жириновский. У него каждое слово - как
кинжал, как говорит мой приятель Миша Монастырский. Я Мише говорил,
что Жириновский - это страшно. Миша умнее в тысячу раз, а вот - за Жириновского.
Ельцин не проявляет жесткости. Как Николай II, который ничего хорошего
собой не представлял, если ты читал. Тоже жесткости не проявил,
когда Россия гибла, хотя обязан был офицерство возглавить. Поэтому,
конечно, зверство, что семью его расстреляли, но самого Николая не
жалко.
Ельцин - он временный... Горбачев - не отнимешь, толчок дал правильный.
Развалить такое государство - это, вообще, волшебником надо
быть. Я знавал людей, которые с ним еще на комбайне работали. Говорили,
неплохой мужик...
Не готовы мы оказались к демократии. Нельзя ее было всем сразу давать,
нужно было сначала людей подготовить. Вот поставь меня сейчас
королем Испании - не справлюсь, время нужно, чтобы подготовиться. Моего
сына вот только указом специальным можно заставить работать. Прессе,
может быть, и можно, и должно демократию дать, а остальным - рано.
Можешь смеяться надо мной, но я тебе скажу: Россия была сильной
страной, когда в ней был сильный уголовный мир. Сильный - это не значит
разнузданный и дико жестокий. Уголовный мир силен традициями, законами
и авторитетами, когда люди по понятиям живут. Тогда баланс в
обществе не нарушается. Но сильная Россия никому не нужна - ни Англии,
ни Америке, ни Франции...
Я НИКОГДА НЕ ПЕРЕСТУПАЛ ПОРОГОВ...
- Нравственные идеалы? Есть, конечно. Я никогда не переступал определенных
порогов... Жизнь превратила меня в человека, который постоянно,
надо - не надо, думает о разных делах. Я всегда вопрос ставил так:
можно ли забрать ценности без ущерба для потерпевшего? Я никогда не
шел на дело, если при этом могли быть жертвы, - мне никаких миллионов
не надо через кровь. Но и без дела сидеть не мог. Дураком я себя не
считаю, хотя ошибки совершал. Конечно, понимал, что и наказание может
последовать. Но я же не шел на улицы грабить... как эти - "отличники
политической подготовки". Дела подготавливал месяцами...
Я принес людям немало добра - защищал их и на Колыме, и на Урале, и
в Сибири. В Иркутске я возглавил восстание осужденных - после подавления
осудили меня одного, дали 8 лет, 8 месяцев и 8 дней по статье 73,
часть 1: "вооруженное сопротивление властям". Я всегда шел первым и
никогда не бросал никого в беде. Тогда, в зоне, мы захватили главного
судью областной выездной сессии - я с ним беседовал, и мне в тот день
сняли 10 лет срока. Но я не хотел от советской власти ничего и заставил
судью уничтожить определение по снятии срока. Дело принципа. Я от
этой власти и сейчас ничего не хочу.
Я люблю все красивое, любил и женщин, но мне не везло с ними. За
всю жизнь я не встретил такую, о которой мечтал, - ласковую, красивую,
разбирающуюся в живописи. Хорошая хозяйка? Это меня мало интересовало...
Моя жена - человек глубоко верующий, и я не могу сказать, что
нашел в ней все те качества, которые искал. Но она мне верна. Случались
в мой жизни, конечно, и встречи с красивыми женщинами. Я, естественно,
был не такой, как сейчас. Я ведь всю жизнь не пил, не курил, не
кололся...
Те, кто знал меня в молодости, смогли бы узнать сейчас только по
глазам...
На Колыме за восемь лет я ни разу спирта не выпил. Я был под Верхоянском
- Оймякон, мы там вольфрам добывали. Температура - минус 70
градусов, а нас все равно выводили на работы, хотя после 50 градусов
запрещено было. И всем давали по 100 граммов спирта. Я и его не выпивал.
Но и своим блатным собратьям не отдавал - делил по глоточку на 25
человек в бригаде.
Даже сейчас, когда я уже лежал бальной, ко мне приходили советоваться
- хотя бы вот по поводу приезда тех же чеченцев, которые хотели
отнять у нас биржу и качать миллионы к себе в Грозный. Когда их человек
сто приехало на разборки, в Шестом управлении четверо суток не
спали. А чего не спали? Их брать нужно было на вокзале прямо, с оружием
и с пулеметами, кстати говоря. Советовал я там кое-что... А ведь
могло их и не четверо раненых уехать... Стараемся как-то, чтобы крови
меньше лилось.
Ты знаешь, я обречен. Рак обоих легких - и врачи от меня не скрывают,
да я и сам по снимкам вижу. Мне осталось месяц-полтора от силы. Но
я готов - Бог дал. Бог взял. Я пропив такого, как с отцом - Бог дал, а
какой-то негодяй взял...
Жаль, конечно, что жизнь получилась такая, готовился-то я в своей
семье к другому. Если бы меня тогда, в 1947-м, за молоко не посадили -
может быть, и стал бы художником. Я живопись очень люблю, особенно
фламандцев... Ну а если бы сейчас предложили еще одну жизнь прожить -
наверное, в милиции бы работал. И был бы на месте Крамарова - не меньше.
Я ведь наш мир досконально знаю. Польза бы от меня была громадная...
ПРОЩАЛЬНОЕ ПИСЬМО
После нашей встречи Горбатый прожил месяцев девять. Месяца за четыре
до смерти он прислал мне письмо, которое я привожу почти полностью,
убрав из него лишь некоторые имена по причинам, которые, я надеюсь,
будут понятны читателям. "Добрый день!
Давно хотел написать Вам, но после Вашей публикации в газете статьи
обо мне стало очень трудно отправлять письма. Видно кто-то чего-то боится.
Обо мне Вы написали все правильно, за исключением того, что наговорили
Вам милиционеры. Я, например, никогда не вкладывал деньги в
конкурсы красоты и в фирму "Экобалт", это такая чуть, что и не придумать
специально. То есть я знал, конечно, что там есть эти девушки, но
даже никогда их в глаза не видел (все это придумано неким Самойловым,
заместителем начальника Пятого подотдела, с тем что он говорит вам,
надо быть очень осторожным, уж поверьте мне). Красавиц финансировал
некий Павел Григорьевич, бывший ученый секретарь Абалкина. Он хороший
финансист, но имел и имеет уйму врагов - то ли от большого ума, то ли
еще отчего. Недавно он вернулся из Англии, и вот вам результат - месяц
назад его арестовали, и сейчас он сидит в КГБ, там, где до больницы
сидел и я. Жаль Павла Григорьевича, очень жаль.
...Они Вам сказали, что из под меня посадили двадцать пять человек
- это полная ложь. Я знаю не более пяти человек, и то, никогда не совершал
с ними преступлений.
... А что касается тех ваз, то я купил их, не зная, что они краденые.
Но как только мне сказали об этом, я постарался, чтобы их вернули.
Остальное все придумывается за то, что я не согласился оговорить
двух заслуженных офицеров из ГУВД. Это не пустые слова. Я хорошо и
многих знаю в КГБ, и не я, а они искали со мной встречи. Телефоны и
адреса я сохраню в надежном месте...
...Несколько слов хотел добавить о бывшем шофере Ленина Гиле Степане
Казимировиче. До переезда правительства в Москву он жил в семье моих
родителей и был крестным отцом моей мамы.
Любя мою маму, он доверил ей свои дневники, которые после ее смерти
10 ноября 1979 г. достались мне. Я читал их весьма бегло, потому что в
те времена мало кто интересовался политикой, как сейчас. Дневники целы,
целы и письма тети Наташи, супруги Степана Казимировича. У них был
еще приемный сын, бывший беспризорник, которого привел им Ленин и которого
они воспитывали в память о Владимире Ильиче. Знаю, что он работал
в охране Кремля, пока у Гиля не начались неприятности со Сталиным.
Гиль отказался его возить после того, как Сталин без его ведома перередактировал
его книгу "Шесть лет с Лениным". Спас Гиля Вышинский - он
взял его к себе. Со слов Гиля я знаю очень много - от текста предсмертной
записки Орджоникидзе и до таких вещей, которые до сих пор никто
не знает. Да, честно говоря, нет желания и сил много писать. Мне
уже четыре раза отказали в изменении меры пресечения. Зам. прокурора
города Большаков давал слово меня освободить под подписку о невыезде.
И слова своего не сдержал. Диву даешься - и это прокурор... Я-то всегда
держу свои слова. Сейчас в Дзержинском суде врачи больницы ходатайствуют
об изменении меры пресечения. Все зависит от председателя
суда (если суд независим, в чем я лично сомневаюсь)...
...Если можете, помогите. Я ничего не обещаю, но останусь признательным.
С уважением Алексеев Юрий Васильевич".
Горбатого так и не освободили, и он умер в тюрьме, потому что сотрудники
милиции опасались, что он подкупил врачей и преувеличивал
серьезность своей болезни. Кроме того, по данным милиции. Горбатый
также грозил убить руководителя предварительного следствия. Этот факт
Горбатый косвенно признавал в моем присутствии, сказав: "Ну, погорячился
я с той малявой. Никто ее всерьез убивать не хотел. Я в тот же
день отправил письмо, чтобы ничего такого не случилось".
Похороны Горбатого прошли пышно. К его могиле съехались все "сливки"
преступного мира Петербурга и даже те, которых сам Горбатый глубоко
презирал...
Наверное, было бы просто нечестно не предупредить читателей о следующем:
не стоит воспринимать изложенную выше информацию о ворах как
полную и абсолютную истину в последней инстанции. Недавно мне довелось
беседовать с умнейшим специалистом из одного секретного подразделения
МВД. Он занимается исследованием мира воров более четырнадцати лет.
Так вот, он сказал следующее: "Дай Бог, если я хотя бы на одну треть
начал только сейчас понимать суть этого явления. Людей, которые хоть
что-то реально понимают в мире воров, - единицы..."
Я думаю, эти слова справедливы. Настоящие воры тщательно оберегают
свои секреты. В их мире люди и понятия - постоянные перевертыши, как в
детской игре: "да" и "нет" не говорить, "черное" и "белое" не называть.
Так что прочитанное вами, уважаемые читатели, - это лишь узкая
щелка в чуть приоткрытой двери в мир воровского "зазеркалья"...
Часть четвертая. ЗАГАДКА ПРИЗРАЧНОГО БАНДИТИЗМА
...Мы живем в интересное время, время стремительных перемен и метаморфоз.
Этому обстоятельству можно радоваться или огорчаться - ничего
не изменится от отношения обывателя к окружающей действительности.
"Интересное время" - это объективно сложившаяся реальность, в которой
с наименьшими потерями могут выжить лишь те, кто попытается понять
внутреннюю логику происходящих в нашем обществе процессов и явлений.
Одним из таких явлений, безусловно, стала российская организованная
преступность, прошедшая в сжатые сроки от начала перестройки длинный
кровавый путь становления и "мужания" внутри нашей страны и начавшая
уже всерьез присматриваться к нашим соседям - экономически более развитым
странам.
"Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними..." - почти вышло из
обращения еще несколько лет назад мелькавшее тут и там не совсем понятное
слово рэкетир, его заменило родное и угрюмое бандит. Между тем
хорошо известно, что все лексические изменения в разговорном языке отражают
прежде всего объективно происходящие в обществе процессы. В
данном конкретном случае это свидетельствует о том, что наши отечественные
"гангстеры" уже выросли из "рэкетирских пеленок" и, доживая
"бандитскую молодость", идут широкими шагами к "мафиозной зрелости"...
И совсем не удивляет никого из нас, живущих в "интересное время"
россиян, что Москва и Петербург, например, превратились в некие подобия
Чикаго 30-х годов - со взрывами, автоматными и пулеметными очередями
по ночам, с огромными взятками, которые берут государственные чиновники
белым днем, со страхом, который приходит на наши улицы вместе
с сиреневыми сумерками...
Почему мы должны этому удивляться, если с высоких трибун серьезные
политики говорят нам о том, что через подобное уже прошли и Соединенные
Штаты, и Италия с Францией, и еще Бог знает кто - и ничего, живут
же, притом живут неплохо.
Кстати говоря, уже набившие оскомину аналогии с Соединенными Штатами
30-х годов явно спекулятивны и не выдерживают никакой критики. В
США в то веселое время были уже давно решены вопросы собственности и
притом законодательно зафиксированы.
Удивляет скорее другое. Во всех цивилизованных странах в период
"интересного времени" разгула преступности происходило ужесточение
уголовного законодательства, принимались срочные экстренные и чрезвычайные
меры, а у нас - наоборот, мы становимся свидетелями либерализации
законодательства прежде всего по отношению к представителям организованной
преступности. Освобождение из-под ареста под огромные залоги?
Угадайте-ка с трех раз, кто такие залоги может внести быстрее
всех? Опротестование содержания под стражей до суда - кто может позволить
себе нанять адвокатов, способных выиграть такие процессы? Ах, и
это все понятно? Ну до чего ж догадливый народ российский - все понимает,
сказать только не хочет. Или не может? Или говорит, но его не
слышат? Или слышат, но культурно объясняют, что законы новые писать -
это не репу сажать и не на митингах орать.
Правильно. Писать законы и конституции - дело сложное, нервное и
неоднодневное, особенно если толкают под локоть и бубнят в уши свое
мнение. Но, может быть, попытаться тогда еще немного пожить по старым
законам? Раз уж они есть? Есть, например, в Уголовном кодексе РФ замечательная
статья за номером 77: бандитизм.
"Организация вооруженных банд с целью нападения на государственные
или общественные предприятия, учреждения, организации либо на отдельных
лиц, а равно участие в таких бандах и совершаемых ими нападениях -
наказываются лишением свободы на срок от трех до пятнадцати лет с конфискацией
имущества... или смертной к
...Закладка в соц.сетях
