Жанр: Религия
Труды
...одится в
пространстве, что выше было показано в N 7,8,9,10, то и можно уже несколько
усмотреть и понять, каким образом Бог может быть Вездесущ, Всезнающ и
Всепровидящ; и также - каким образом, как Человек, мог Он сотворить все, и
каким образом может Он, как Человек же, содержать все, сотворенное Им, на
веки в порядке.
22. Что Бесконечности в Боге-Человеке раздельно одно, это также можно
видеть, как в зеркале, на человеке. В человеке, как выше сказано,
заключается многое и бесчисленное,и несмотря на то, все оное ощущает в себе
человек как бы одно. По одному чувству, или ощущению своему, он не знает в
себе ничего ни о своем Мозге, ни о Сердце, ни о Легких, ни о Печени, ни о
Селезенке, ни о Поджелудочной Железе; не знает также ничего и о бесчисленных
частях, составляющих Глаза его, Уши, язык, Желудок, Члены Деторождения, и
все прочее; и потому именно, что по чувству он не знает их, он сам для себя
как бы нечто одно. Причина этому та, что все оное состоит в такой форме, что
в ней ни одной части отсутствовать не может; ибо она есть форма,
воспринимающая жизнь от Бога-Человека, как это выше было доказано в N 4,5,6;
и из распорядка и связи всех частей в такую форму происходит у человека то
ощущение, и из него та идея, как будто бы все это составляет не многое и
бесчисленное, а как бы одно. Из чего и можно заключить, что все то многое и
бесчисленное, которое составляет в человеке как бы одно, в Самом Человеке,
Который есть Бог, составляет раздельно, или точнее, раздельнейше-одно.
23. Один есть Бог Человек, от Которого все. В Рассудке (Ratio) у
человека все соединяется и как бы сосредотачивается на том, что Один Бог
Творец Вселенной; почему всякий человек-с-рассудком, не мыслит и не может
мыслить иначе по общему своему разуму. Скажите кому угодно, имеющему здравый
рассудок, что есть два Творца вселенной, и вы заметите несогласие его с
вами, и, быть может, почувствуете оное даже по самому звуку его голоса. Из
чего видно, что все в разуме у человека соединяется и сосредотачивается на
том, что Бог - один. Этому две причины. Первая - то, что самая способность
мыслить рассудливо, взятая сама в себе (inse), принадлежит не человеку, но
Богу у человека; а как от нее зависит весь человеческий рассудок в его
общем, то от этого общего в рассудке и видит человек эту истину как бы сам
собою. Вторая причина та, что человек через эту способность или находится во
свете неба, или заимствует общее в мышлении своем из Неба; всеобщее же во
свете неба, это - то, что Бог один. Иначе бывает только тогда, когда человек
превратит через эту способность низшее в своем разуме: в таком случае, хотя
и пользуется он этой способностью, но, от повреждения низшего (в разуме
своем), он обращает ее в противное, - в следствие чего и становится Рассудок
его нездоровым.
24. Всякий человек, - и сам не зная почему, - мыслит об обществе, как о
человеке, а потому тотчас же понимает, когда говорят ему, что Царь есть
глава, а подданные - Тело; или, когда говорят, что такой-то или такой-то
составляет собою то или другое в том общественном, т.е., в царстве. То же
бывает и в отношении тела духовного, как и гражданского: духовное тело есть
Церковь, Глава его - Бог Человек. Ясно, какою бы показалась Церковь, как
Человек, если бы, при таком понимании, помыслить не об одном Боге Творце и
Содержителе, но, вместо одного, о многих. Она показалась бы тогда, по этому
пониманию, как одно тело со многими головами, и потому показалась бы уже не
человеком, а чудовищем. Если же сказали бы, что Головы эти все одного
естества, а от того вместе составляют одну Главу, то из такого мнения
последовала бы только та идея, что или голова эта имеет много лиц, или что
много голов имеют одно лицо; и в таком случае Церковь, по сказанному
постижению, представилась бы опять безобразною. Действительно же - Один Бог
- Глава, а Церковь - Тело, действующее по изволению Главы, а не от себя, -
точно также как и в человеке. Так, в одном царстве также не бывает более
одного Царя: многие развлекли бы его на части, а один может содержать его в
целости.
25. То же должно сказать и о Церкви, распростирающейся по всему
пространству миров, и называемой Общением; ибо она составляет также как бы
одно Тело под одной Главой. Известно, что Глава управляет под собою Телом по
произволу, ибо в голове седалище (residet) разума и воли, и из разума и воли
имеет действование все Тело, так что оно составляет только повиновение.
Таким же точно образом, как тело не может действовать иначе, как лишь из
разума и воли, пребывающих в голове, - и Человек Церкви не может действовать
иначе, как только из Бога. И, хотя кажется, что тело действует как бы само
от себя, как-то, что руки и ноги в действовании движут как бы сами от себя;
что рот и язык в произношении слов приходят в движение также сами от себя;
однако, в подлинности, ничто в теле не действует сами от себя, а все
действует в нем от расположения воли (voluntatis) и от происходящего оттоле
мышления разума в голове. Подумайте же теперь, что одно тело имело бы много
голов, и что каждая голова была бы независима в действовании своем по своему
разуму и по своей воле: могло ли бы тогда остаться существовать тело?
Единодушие всего в нем, какое бывает при одной голове, было бы тогда
невозможно. То же самое, что сказано о Церкви, должно сказать и о Небесах,
составляющих собою мириады ангелов. Если бы все они, и каждый из них, не
обращались к одному только Богу, то отпали бы один от другого, и Небо
разрушилось бы; почему самому, если ангел Неба даже помыслит только о многих
богах, он тотчас же исчезает, ибо он извергается на край небес, и упадает.
26. Так как все Небо, и все в Небе относится к одному Богу, то и язык
(loquela) ангельский таков, что через некоторое согласование (concentum),
как последствие согласования в Небе, он имеет (в словах своих) окончания на
одно (desinat in unum); и это также знак того, что ангелам невозможно
мыслить иначе, как только об одном Боге, ибо язык происходит от мышления.
27. Какой человек с неповрежденным рассудком, не поймет, что
Божественное неделимо, и что многих Бесконечных, Несотворенных, Всемогущих и
Богов быть не может? Но если бы кто-либо, лишенный (здравого) смысла,
сказал, что может быть много Бесконечных, Несотворенных, Всемогущих и Богов,
лишь бы только все они имели одно и тоже (одинаковое) естество, и что через
него они могут быть одним Бесконечным, Несотворенным, Всемогущим и Богом: то
не будет ли следовать из сего, что такое естество должно быть в них
совершенное одно и то же, а такое одно и то же у многих быть не может. Если
же он сказал бы, что в таком случае одно может происходить от такого же
другого, то, в этом случае, то, что происходило бы от другого, не было бы
уже Богом Самим в Себе, тогда как лишь Бог Сам в Себе есть такой Бог, от
Которого происходит все (a Quo omnia), - о чем см. выше N 16.
28. Самое Естество Божественное есть Любовь и Мудрость. Если вы
соберете вместе все, что вы знаете, и подведете все оное под воззрение
вашего ума (mentis), и исследуете, при некотором возвышении духа, что такое
во всем всеобщее, то вы никак не заключите иначе, как лишь таким образом,
что всеобщее это - Любовь и Мудрость, ибо они две составляют все
существенное во всем в жизни у человека, от них обоих зависит все
Гражданственное его, все его Нравственное и все его Духовное, и без них все
это - ничто. Таково уже отношение их и ко всей жизни человека в сложности,
которого, как уже сказано, составляют общество большое и малое, Царство и
Империя, Церковь и Небо ангельское. Отнимите у них Любовь и Мудрость, и
подумайте - могут ли они тогда быть чем-либо, и вы найдете, что без них, как
без начал своих (at ex quibus), они - ничто.
29. Никто не может отрицать того, что в Боге Любовь и вместе Мудрость
пребывает в самом естестве своем, ибо Он любит всех из Самой Любви (Amor
inse), и руководит всех из самой Мудрости (Sapientia inse). Вся сотворенная
Вселенная, рассматриваемая в ее Порядке, преисполнена также Мудростью из
Любви до такой степени, что можно сказать, что все в ней, во всем общем ее,
есть эта Мудрость. Ибо все, беспредельное (indefinita) в ней, состоит в
таком порядке, как последовательно, так и совокупно (тождевременно), что все
оно, вместе взятое, составляет одно, вследствие чего именно, и не почему
либо другому, и может все быть содержимо и непрестанно сохраняемо.
30. Он того же, что Самое Ествество Божественное есть Любовь и
Мудрость, человек имеет две способности Жизни, из которых по одной он имеет
Разум, а по другой он имеет Волю. Та способность, по которой он имеет Разум,
заимствует все свое из влияния Мудрости от Бога, а другая способность, по
которой он имеет Волю, заимствует все свое из влияния Любви от Бога. Если
человек неправильно мудрствует (sapiat) и неправильно любит, это не отнимает
у него способностей разума и воли, а только закрывает их, и пока они бывают
закрыты, разум только называется у него разумом, и воля - волею, но
собственно они не составляют тогда ни разума, ни воли, однако же, если бы
эти способности вовсе были отняты у человека, то погибло бы у него все
человеческое, состоящее в том, чтобы мыслить, и из мышления говорить, и в
том, чтобы хотеть (velle, произволять), и из хотения (произволения)
действовать. Из чего видно, что Божественное имеет седалище (residet) у
человека в этих двух способностях, или в способности быть мудрым и в
способности любить, то есть, в том, что он может любить и быть мудрым. Что
человек может (быть мудрым и(+)) любить, хотя бывает не мудр, и не любит,
как бы мог, - это мне стало известным из многих опытов, которые в другом
месте будут приведены в достаточном количестве.
-----
(+) помещенного в скобках нет в подлиннике, кажется, по опечатке, ибо
по смыслу должно быть.
31. От того также, что Самое Естество Божественное есть Любовь и
Мудрость, все во Вселенной относится к доброму и к истинному, ибо все,
происходящее из Любви, называется добрым, а все, происходящее из мудрости,
называется истинным. Но об этом ниже сказано будет более.
32. От того же, что Самое Естество Божественное есть Любовь и Мудрость,
вся Вселенная, и все в ней, как живое, так и не живое, существует
(subsistunt) от Теплоты и Света, ибо Теплота соответствует Любви, а Свет
соответствует Мудрости, почему также Теплота духовная есть Любовь, а Свет
духовный есть Мудрость. Но об этом также сказано более будет ниже.
33. Из Божественной Любви и из Божественной Мудрости, составляющих
Самое Естество, Которое есть Бог, происходят все расположения и мысли у
человека: расположения от Божественной Любви, а мысли от Божественной
Мудрости, и все и каждое у человека состоит из расположения и мысли, они
составляют собою как бы два источника в его жизни, все приятности и
удовольствия жизни его происходят от них, приятности - от расположения любви
его, а удовольствия - от мышления, происходящего из этого расположения. А
как человек сотворен таким образом, дабы он был воспринимателем, а
воспринимателем бывает он по мере того, как он любит Бога, и из любви к Богу
бывает мудр, то есть, по мере того, как он приводится в расположение тем,
что происходит от Бога, и мыслит из этого расположение, то и следует, что
божественное естество, или Начало Творящее (Creatrix), есть Божественная
Любовь и Божественная Мудрость.
34. Божественная Любовь принадлежит Божественной Мудрости, а
Божественная Мудрость принадлежит Божественной Любви. Что Божественное Бытие
и Божественное Существование в Боге Человеке составляют раздельное одно, -
об этом см. выше, N 14 до 16. А как Божественное Бытие есть Божественная
Любовь, а Божественное Существование есть Божественная Мудрость, то сии
последние также - раздельно-одно. Раздельно-одним называются они потому, что
Любовь и Мудрость - два (предмета) раздельные, но соединенные так, что
Любовь принадлежит Мудрости, а Мудрость - Любви, ибо Любовь имеет Бытность в
Мудрости, а Мудрость имеет существование в Любви, и как Мудрость
взаимодействует существование свое из Любви, - о чем сказано выше в N 15, -
то и она (Божествен. Мудрость) есть также Бытие, из чего и следует, что
Любовь и Мудрость, взятые вместе, суть Божественное Бытие, а взятые
раздельно, называются: Любовь - Божественным Бытием, а Мудрость -
Божественные Существованием. Такова идея ангельская о Божественной Любви и
Божественной Мудрости.
35. Так как таково единение Любви с Мудростью и Мудрости с Любовью в
Боге-Человеке, то Божественное Естество и есть едино; ибо Естество
Божественное есть Божественная любовь, поелику Божественная Любовь
принадлежит Божественной Мудрости, и есть Божественная Мудрость, поелику
Божественная Мудрость принадлежит Божественной Любви, и как таково их
единение, то Божественная Жизнь также едина: Жизнь есть Божественное
Естество. Что Божественная Любовь и Божественная Мудрость суть одно, это
потому, что единение их взаимно, а взаимное единение производит единство. Но
об этом взаимном единении. Но об этом взаимном единении их более сказано
будет в другом месте.
36. Единение Любви и Мудрости присуще также в каждом Божественном Деле
(Opere), из чего и происходит, непрестанность, или, точнее, вечность каждого
Божественного Дела. Если бы в каком-либо произведении творчества было бы
более Божественной Любви, нежели Божественной Мудрости, или более
Божественной Мудрости, чем Божественной Любви, то он перестало бы
существовать, ибо ничто не может существовать иначе, как лишь когда
равномерно (поровну) они присущи: все лишнее с той или с другой стороны
против этого равенства в каком-либо предмете, преходит.
37. Божественное Провидение полагает в человеков, имеющих
преобразоваться и спастись, поровну из Божественной Любви и из Божественной
Мудрости; от перевеса Божественной Любви над Божественной Мудростью или
Божественной Мудрости над Божественной Любовью произошла бы для человека
невозможность преобразования, возрождения и спасения. Божественная Любовь
хочет всех спасти, но не иначе спасти может, как лишь через Божественную
Мудрость, ибо Божественной Мудрости принадлежат все законы, по которым
совершается спасение, Любовь не может преступить этих законов, ибо
Божественная Любовь и Божественная Мудрость составляют одно, и действуют в
единении.
38. Божественная Любовь и Божественная Мудрость в Слове разумеются под
Правдой и Судом: Божественная Любовь - под Правдой, а Божественная Мудрость
- под Судом; почему в Слове и говорится о Правде и о Суде в отношении Бога,
как например у Давида: "Правда и Суд опора престола Его", Пс. XCVII:2. "И
изведет, как свет Правду твою, и Суд твой, как полдень", Пс. XXXVII:6. У
Иосии(????): "Обручу Себя тебе навечно в Правде и Суде". Ил.II:18, у
Иеремии: "Возбужу Давиду росток праведный, и воцарится Царем, и даст Суд и
Правду на земле", XXIII:9, у Исайи: "Возведет на престол Давида, и на
Царстве его, к утверждению его в Суде и Правде", IX:7 у него же:
"Возвеличится Иегова, ибо исполнил землю Судом и Правдою", XXXIII:5 и у
Давида: "Когда научусь Судом Правды твоей: четырежды в день хвалю тебя за
Суды Правды твоей", Пс. CXIX:7.164 Тогда разумеется под Жизнью и Светом у
Иоанна: "В нем Жизнь была, и Жизнь была Свет человеков". I.4. Под Жизнью
разумеется здесь Божественная Любовь Господа, а под Светом Божественная
Мудрость Его. Они же разумеются под Жизнью и Духом у Иоанна: "и Иисус
сказал: глаголы, которые Я говорю вам, Дух суть и Жизнь суть" VI.63.
39. В человеке любовь и мудрость кажутся двумя раздельными (началами),
но сами по себе они раздельно-одно: потому что Мудрость у человека такова,
какова Любовь, а Любовь такова, какова Мудрость. Мудрость, не составляющая
одного со своей Любовью, кажется как бы Мудростью, но не есть Мудрость, и
Любовь, не составляющая одного со своей Мудростью, кажется как бы Любовью
Мудрости, но не есть Любовь Мудрости, ибо каждая из них заимствует естество
свое и жизнь свою от другой, и так - взаимно. Что Мудрость и Любовь у
человека кажутся как бы двумя раздельными (началами), - это от того что
способность разумевательная может возвышаться у него во свете неба, но
способность любви возвышаться по мере того только, как человек действует
согласно (возвышению) своего разумения, почему в казательной мудрости, то,
что не составляет одного с любовью мудрости, отпадает в ту любовь, которая
составляет одно с нею, и которая может не быть любовью мудрости, и может
быть даже любовью безумия: ибо человек может из мудрости знать, что то или
другое он должен делать, и однако ж не делает, чего не любит; поскольку же
из любви он делает то, что принадлежит мудрости, поскольку он есть образ
(imago) Божий.
40. Божественная Любовь и Божественная Мудрость есть Субстанция
(сущность) и есть Форма. Идея, какую простой народ имеет о Любви и Мудрости,
есть идея о чем-то летучем и текучем в тонком воздухе или эфире, или как бы
испарении от чего-то такого; и едва кто-либо думает, что они подлинно и
действительно Субстанция и Форма. Те, которые даже усматривают, что они -
Субстанция и Форма, все однако же понимают Любовь и Мудрость за находящиеся
вне субъекта, как истечения из оного, и потому, понимая их как истечения от
субъекта, существующие вне оного, понимают их также, как нечто летучее и
текучее, хотя и называют их Субстанцией и Формой; и не знают того, что
Любовь и Мудрость составляют самый субъект, а то, что понимают они за нечто
летучее и текучее вне его, есть только казательность того состояния
субъекта, каков он сам в себе (inse). Много причин, почему до сих пор не
было это усмотрено; и между этими причинами одна та, что казательности
составляют то самое первое из чего дух человеческий образует свой разум, и
что разыскать их он мог бы лишь через разыскание причин; но когда причина
глубоко сокрыта, то отыскать ее он не может без продолжительного содержания
разума в свете духовном; содержать же разум долго в этом свете он не может
вследствие того света натурального, который непрестанно отвлекает его взоры.
Истина здесь однако же та, что Любовь и Мудрость суть подлинные и
действительные субстанции и форма, составляющая самый субъект.
41. Но как истина эта противна казательности, то и не может она
получить веры, если не будет доказана; доказать же ее нельзя иначе, как лишь
чем-либо таким, что может человек понять по чувству своего тела; почему и
будет она доказана таким образом. Человек имеет пять внешних чувств, которые
называются: осязание, вкус, обоняние, слух и зрение. Субъект осязания есть
кожа, облекающая человека; самая субстанция и форма кожи производит то, что
она чувствует все, прилагаемое к ней; чувство осязания находится не в том,
что прилагается к коже, но в самой субстанции и форме кожи, которые суть
суьъект; чувство это есть только расположение или возбуждение кожи
производимое в ней прикасающимися предметами. То же должно сказать и о
вкусе; чувство это есть только известное расположение или возбуждение в
субстанции и форме языка, а язык есть субъект его. Тогда и в Обонянии:
известно, что запах располагает (возбуждает) ноздри известным образом, и что
он находится в ноздрях, и составляет собою возбуждение в них от
прикосновения к ним предметов душистых. То же и в Слухе, и хотя кажется, как
будто слух находится в том месте, где начинается звук, но подлинно он
находится в ухе, и есть возбуждение субстанции и формы его; отстояние же его
от уха - только казательность. Тогда и в Зрении, хотя также кажется, когда
человек видит объекты в расстоянии, что зрение находится как будто при этих
объектах, тогда как оно в Глазу, который есть субъект, и также оно есть
возбуждение глаза, в расстоянии же кажется оно только по суждению,
выводимому о пространстве из посредствующих предметов, или по уменьшени и
потемнению объекта, образ которого представляется внутренно в глазу,
согласно углу падения: из чего ясно, что не зрение исходит из глаза к
объекту, но что образ объекта входит в глаз и возбуждает его субстанцию и
форму; ибо зрение в этом случае таково же, как слух, который не сам исходит
из уха для схватывания звука, но звук входит в ухо и возбуждает оное. Из
чего можно видеть, что возбуждение субстанции и формы, в котором и состоит
чувство, не есть нечто отдельное от субъекта, не есть нечто отдельное от
субъекта, а производит только изменение в нем, субъект же остается тогда и
после таким же субъектом, как был и прежде; из чего и следует, что зрение,
слух, обоняние, вкус и осязание не суть что-либо летучее, истекающее из их
органов, но суть сами органы, взятые в их субстанции и форме, от возбуждения
которых происходит чувство.
42. То же должно сказать и в отношении Любви и Мудрости, с тем лишь
различием, что субстанции и формы, составляющие Любовь и Мудрость, не
представляются глазам, как органы чувств внешних, вследствие чего никто
однако же не может отрицать, будто бы то, что называется мыслями,
постижениями и расположениями, не составляет субстанций и форм любви и
мудрости, и (никто не усомнится) в том, что они отнюдь не испарения или
истечения из ничего, или отвлечения от подлинной и действительной субстанции
и формы, составляющих собой субъекты. Так в мозгу есть бесчисленные
субстанции и формы, в которых имеет седалище (residex) всякое внутреннее
чувство, относящееся к разуму и воле. Что все расположения, постижения и
мысли там не просто выдохновения из разума и воли, но действительно и
подлинно субъекты, которые ничего из себя не испускают, а только подлежат
изменениям, сообразно привлияниям, возбуждающим их, или приводящим их в
различные расположения, - это можно видеть по сказанному выше о чувствах
внешних. О привлияниях возбуждающих (de alluentibus quae afbuiunx(????))
более сказано будет ниже.
43. Из этого первоначально можно видеть, что Божественная Любовь и
Божественная Мудрость сами в себе суть Субстанция и Форма, ибо они суть
самое Бытие и Существование, а такое Бытие и Существование, если бы не было
оно Субстанцией и Формой, каково оно действительно есть, - было бы существом
только умственным, которое само в себе не есть что-либо.
44. Божественная Любовь и Божественная Мудрость суть Субстанция и Форма
сама в себе, и таким образом они суть Самое (Ipsum) и Единственное (Unicum).
Что Божественная Любовь и Божественная Мудрость есть субстанция и форма, это
было выше пред сим доказано; и что Божественное Бытие и Существование есть
Бытие и Существование само в себе, это также сказано выше. Нельзя сказать,
что они суть Бытие и Существование из себя (a se), потому что таким
выражением предполагается начало, и именно начало от чего-то такого в нем,
что есть Бытие и Существование само в себе, тогда как самое бытие и
Существование само в себе пребывает от вечности, оно также несотворенно, и
лишь от него, как от несотворенного, существует все сотворенное, которое
конечно, и, как конечное, существовать может также лишь от него, как от
Бесконечного.
45. Кто каким-либо мышлением может дознать и понять Бытие и
Существование само в себе, тот совершенно дознает и поймет, что оно есть
Самое и Единственое (Бытие и Существование): Самым называется то, что одно
(собственно) имеет Бытность (quod solum est), а Единственным называется то,
от чего все прочее (существует). А как это Самое и Единственное есть
Субстанция и Форма, то и следует, что оно есть самая и единственная
Субстанция и Форма; и поелику эта самая Субсстанция и Форма есть
Божественная Любовь и Божественная Мудрость, то и следует также, что она
есть самая и единственная Любовь, и самая и единственная Мудрость, а
следовательно - самое и единственное Естество, и также самая и единственная
Жизнь, ибо Любовь и Мудрость есть Жизнь.
46. Из этого можно видеть, как чувственно, то есть, лишь из чувств тела
и из чувственной тмы(???), мыслят в духовном те, которые говорят, что натура
существует сама от себя: все такие мыслят только по зрению, и не могут
мыслить по разуму, мышление же по зрению закрывает разум, а мышление по
разуму открывает зрение. Никто из них не может мыслить о Бытии и
Существовании самих в себе и о том, что Бытие и Существование Вечно,
Несотворенно и Бесконечно, они ничего не могут мыслить также и о Жизни
иначе, как лишь о чем-то летучем, переходящим в ничто; а также и о Любви и
Мудрости, и никак не могут мыслить, что бы от них существовало все в Натуре.
Ибо истину эту невозможно усмотреть иначе, как лишь из рассмотрения Натуры,
по ее служениям в их связи и порядке, а не из каких-либо форм ее, подлежащих
только глазу; поелику служения существуют лишь от Жизни, а связь и порядок
их существуют от Любви и Мудрости, формы же суть только содержащее служений,
почем
...Закладка в соц.сетях
