Жанр: Психология
Книга для тех, кому нравится жить
Николай Козлов
Книга для тех, кому нравится жить, или
Психология личностного роста
Правда и искусство переживания
Мы строим отношения: как?
Светлые картины семейной жизни
Исповедь манипулятора
Аннотация
Новая книга Н.И. Козлова, как всегда, щедра мыслями, конкретикой и пронизана
богатым опытом практической работы.
Психолог-теоретик найдет здесь очень неожиданную, но предметную и
доброжелательную критику гуманистического подхода в психологии и сможет
познакомиться с "Синтон-программой" как новым подходом к организации и ведению
группового психологического тренинга.
Психолог-практик не пропустит подробные методики психологических игр и
упражнений, тем более - живые описания хода тренинговых заня-тий.
Психолог-преподаватель непременно воспользуется великолепными схе-мами и
картинками, помогающими в разборе конкретных житейских си-туаций, межличностных
и семейных взаимоотношений.
Психолог по жизни, скорее всего, заинтересуется методикой Дистанции как методом
самостоятельной работы по запланированному личностному росту.
Книга учит, книга будоражит, книга содержит огромное количество жи-вых
иллюстраций и примеров, а исключительно яркий и эмоциональный язык делает книгу
близкой и увлекательной для широкого читателя.
Второе предисловие
Когда в серии "Мастера психологии" (издательство "Питер") я издал "Формулу
личности", безмерно уважаемое издательство АСТ-ПРЕСС уст-роило мне скандал:
"Измена! Наш любимый автор продался чужим!" Ни-чего я не продался, а вот
поговорить с коллегами психологами - дейст-вительно, желание было.
• Вы знаете, мои коллеги-психологи - люди такие интересные! Они читают книги
только под серьезными обложками, с важными словами и чтобы серия была солидной.
Вот я и оделся прилично и издался в "Мастерах".
Однако за толстую обложку приходится платить: народу дополнитель-ными деньгами,
автору - правилами хорошего моветона, подбором только вежливых (то есть не
вполне живых) оборотов и обстоятельно-стью упорядоченного изложения,
детерминированного интенциями науч-но-ориентированной аудитории, референтной к
культурным универсали-ям и имплицитно требующей адекватной как манифестации, так
и репре-зентации антропологического контекста в рамках динамических соционормативных
структур.
• М-да.
Так вот, книга возвращается в народно-популярные издания, к самому широкому
читателю, ограниченному только глубоким интересом к пси-хологии.
Я не стал книгу переделывать радикально. Что сделал? Освободил текст от
методологии и методик, по настоящему важных только профессиона-лам, написал
новую главу "Любовь и Дружба" и переписал "По дороге к Солнечному дому".
• До встречи в пути!
Еще: эту книгу я писал в содружестве с Тимуром Гагиным. Тимур Влади-мирович
Гагин вполне достоин того, чтобы я представил его нашим чита-телям: человек
исключительной порядочности, психолог от Бога и класс-но пишет. Сделал себе
Синтон в Уфе, ведет кучу групп, всегда где-нибудь учится, тут же обучает
психологов, пишет великолепные методические разработки, взваливает на себя все,
что только можно взвалить - то есть такой же трудоголик, как и я. Вообще же он
гораздо лучше меня: я поры-вистый и увлекающийся, а он спокойный и
рассудительный; мне бывает не до людей, а он предельно тактичен, заботлив и
внимателен.
• Он до белого каления вас своей вежливостью доведет, спрашивая по любой
мелочи, не по-тревожит ли он вас и будет ли вам это удобно!
Он вообще такой правильный, что его укусить хочется.
Впрочем, бывает ехиден, но не зло, а поссориться с ним, похоже, вообще
невозможно. Не буду скрывать, я с ним с удовольствием дружу.
К сожалению, к работе над книгой он подключился в последний момент и успел
сделать гораздо меньше, чем мог бы. Где-то его мысли и иллюст-рации вписаны в
основной текст, но чаще вставки Тимура и его коммен-тарии вклиниваются,
выделенные так:
Тимур ============
Далее идет текст Тимура, например его ехидные комментарии.
============== (конец Тимура)
Однако скоро Тимур напишет свою толстую книгу, у нее уже название есть: "Работа
психолога: как это делается". Так вот, там буду вклинивать-ся в его текст я, вот
мы будем и квиты.
Да, кстати, а вот и он, уже появился:
Тимур ============
Ох и Ах, или что я делаю в этой книге
Откуда я взялся в этой книге? Изначально я был нормальным читателем Н.И., а не
соавтором. Я читал первую книгу, "Как относиться к себе и лю-дям", и радовался,
насколько она ясна и едва ли не бесспорна. Читая вто-рую книгу, "Философские
сказки", я был доволен тоже, потому что она затронула размышления и вопросы,
которые были и остаются для меня весьма интересными. "Сказки" предложили уже
небесспорную, но часто неожиданную и глубокую точку зрения на то, что лежало в
основе весе-лого подначивания первой книги. И чем на большей глубине обнаруживались
в "Сказках" отличия,
• Если обнаруживались,
тем более дорогим собеседником для меня становилась книга, не позво-ляя просто
пробросить случайный ответ, требуя четкости и ясности мыс-ли.
• Потому что чем больше ругаешься, тем ярче обычно обнаруживается бессилие
возразить.
Третья книга, "Истинная правда", читалась тоже с удовольствием, но больше
потому, что ее вопросы я уже не только успел к этому времени найти сам, но и
более или менее четко сформулировать свои ответы. И было приятно, что ответы эти
во многом с ответами Н.И. Совпадали - без предварительного согласования.
• Правда, признаюсь честно, были тогда, во время первого прочтения и такие
темы, кото-рые меня не очень интересовали, которые интересны стали уже потом.
А вот "Формула личности" была для меня трудна. Быть может потому, что ее душа,
ее внутренняя суть оказалась близка чему-то недавнему во мне, чему-то такому,
что еще только искало свои - даже не ответы, а нужные вопросы. И поэтому с
"Формулой" я разговаривал подолгу, читая и перечитывая, споря и соглашаясь,
уточняя и разыскивая те намеки на будущее, до которых не доросла еще и сама
книга.
• Ведь читатель со стажем давно уже понял: у книг Козлова души разные -
постольку, по-скольку разное тревожит собственную душу Николая Ивановича в
момент написания. Пер-вая книга яркая и жизнерадостная, вторая повзрослее и
пораздумчивее, третья одновре-менно деловая и неторопливая, четвертая... очень
разная эта четвертая. Недаром из нее по сути получилась пятая, которую вы и
держите в руках.
Кто подстелит соломки?
Итак, я был читателем. И читателем я был иногда озабоченным. Почему? Потому что
в книгах Н.И. мало техники безопасности. Он почему-то очень часто полагает, что
сами собой разумеются и его мысленные ого-ворки, и ироничные над собой усмешки
по ходу написания, и внутренние раздумья, и душевные противоречия.
• Они есть, и в тексте, если присматриваться, видны. Но - если
присматриваться. А чита-ют книги Козлова обычно взахлеб.
А еще Николай Иванович обладает уникальным даром прорезаться в ос-новную суть,
не слишком заботясь о дипломатии и нежных чувствах.
• Что иногда читателя пугает и отвращает от самой сути.
Вот тут мы и подходим к первому ответу на вопрос "зачем я здесь": для этой самой
техники безопасности.
Помните, был такой мультик про Оха и Аха - двух молодых людей, чье мировоззрение
очень хорошо укладывалось в междометия "Ох!" и "Ах!"? Первый практически не
отключался от бодрого "Ах, как здорово!" и во-обще был энергичным деятелем.
Второй всюду подозревал неладное и принимался стонать.
В каком-то смысле я буду в этой книге в роли Оха.
• Поскольку Н.И., конечно же, Ах.
Мое дело подчеркивать то, что хотя бы может показаться небесспорным и свои мысли
на эту тему в текст вплетать, чтобы стиль рассуждений Н.И. читатель не торопился
примерять на себя и свою жизнь прямо в лоб, ста-раясь влезть в кожу автора.
• То есть все-таки в кожу чужую.
И хотя этот Ох далеко не всегда близок мне душевно, но пусть он в книге будет.
Так и читать интереснее.
Эта роль первая. А есть и вторая.
Слишком умный психолог
Козлов мыслит быстро, логично и остро. Гораздо быстрее и острее мно-гих, кого я
встречал. Поэтому в словесной схватке он побеждает, легко перехватывая основные
моменты: определения (что понимать под слова-ми-названиями) и интерпретации
(какой из возможных выводов оценить как лучший или единственный). Все это
происходит молниеносно, и слушатель обычно не успевает понять, где всего лишь
возможное стано-вится уже единственно верным. Поэтому, потрясенный, соглашается:
"И как я раньше не догадался?!"
• Добавьте к этому хотя бы минимальное желание понравиться Николаю
Ивановичу. А это желание я часто наблюдаю.
А если еще учесть, что Козлов очень часто бывает удручающе прав, то результаты
очевидны: люди, занимающиеся у него в Синтоне, быстро привыкают: с Козловым
спорить не надо. Козлова надо слушать. И слу-шаться...
• Даже тогда, когда он учит, что надо учиться думать самому и думать
наилучшим обра-зом.
И тогда главный вопрос: как к этому относиться? Как относиться к тому, что
Козлов (или другой сильный психолог) может легко опрокинуть сис-тему верований
человека, что слишком умный психолог может стано-виться (и становится!) на место
Папы, Мамы и Универсального Справоч-ника Бытия?
• Подмена собою Высших Авторитетов как метод работы психолога... - любопытно!
Что получается в итоге? Психолог оказывается у источника, откуда чело-век
черпает свои верования. Психолог оказывается сам источником но-вых верований. А
если учесть, что в данном случае психолог - продви-нутый и достаточно
радикальный человек, изменивший по крайней мере в своей жизни очень многое, то в
душе человека появляется живой ис-точник весьма радикальных верований. Душа
стимулируется к радикаль-ному развитию. Простите, а она к этому готова? А кто
вообще к этому готов?
• Когда в хорошо отлаженную систему входит нечто существенно новое, технари
говорят о возмущающем факторе. Когда дело касается просто жизни, нормальные люди
тут просто возмущаются.
Действительно, хорошо или плохо, но человек жил по своему. И если но-вые
убеждения-верования органично встроятся в его жизнь и душу, то можно только
радоваться: жизнь этого человека окажется богаче, инте-реснее и добрее. Но если
душа к новым, радикальным изменениям не го-това, тогда комплекс прежних, пусть
не самых умных и не всегда добрых, но привычных, естественных, а, главное,
сильных убеждений схлестнется с сильным убеждением новым. Начнется - война!
• Все ли понимают, что такое - война?..
В войне может победить новое убеждение, постепенно подчиняя и пере-делывая
соседей. Хорошо это? Может быть и хорошо, если мы готовы платить длительными и
изнуряющими боевыми действиями. А еще - изменениями в личности, которые, чем они
радикальнее, тем сильнее скажутся на отношениях с окружающими и - особенно -
родными и близкими. Скажутся не всегда в лучшую сторону, ведь у близких тоже
есть убеждения.
• Если ваш сын вдруг начал вовсю отвергать дорогие вам ценности, называя их
глупыми, и настаивать на других ценностях, подцепленных у кого-то постороннего,
то... ваша реак-ция?
В войне нового со старым могут победить и убеждения старые: во-первых, их
больше, они на своем месте, а во-вторых, прежние ("нормаль-ные") убеждения
обычно поддерживаются теми самыми родными и близ-кими. Плюс - большинством
окружающих. Так или иначе, но тогда у человека другой стресс: из его души
вышвыривают нечто важное, автори-тетное и новое, с чем он сам так радостно
соглашался. Приходится либо срочно начинать считать дураком себя и снижать
самооценку, либо - записать в дураки Козлова: "Как я в нем ошибался!"
• А, значит, потерять, ради самоуважения и последовательности, многое из
того светлого и умного, что с Козловым и с Синтоном связано.
И именно поэтому радикализм и экспансия в работе Козлова мне пред-ставляются
лишними. Он работает слишком сильно, чтобы работать эф-фективно. Мне ближе
ситуация, когда человек получает не жесткую кон-струкцию извне (приживется - не
приживается), а обилие полезной ин-формации (и стимулы для самостоятельного ее
поиска). Это с высокой долей вероятности мягко и постепенно поменяет целое поле
собственных и родных человеку убеждений. И тогда умное и доброе убеждение будет
уже своим, исконным. Воевать не придется.
• Хотя провоцировать мелкие стычки можно: чтобы развалились те глупости,
которые раз-валиться уже готовы и которым нужен лишь толчок.
Вот такое-то отношение читателя к идеям Н.И., как к очень полезной ин-формации
для самостоятельного размышления я и хочу поддержать. И собираюсь притормаживать
время от времени стремительный бег козлов-ской мысли: то своими вопросами, то
рассуждениями давая возможность читателю обратить внимание на небольшие нюансы
только что прочи-танного.
• Ох...
Наконец, есть и третья роль. В этой роли читатель меня узнает не всегда, да это
и не важно. Суть в том, что свои мысли по многим темам книги есть и у меня, и
поэтому я их, с доброго согласия Николая Ивановича, могу предложить вам для
размышления тоже. Они просто разбросаны в тексте, и их совершенно не обязательно
из других выделять. Потому что, как бы я ни старался быть осторожным человеком
по имени "Ох" или придирчивым сторонником всеобщего права на собственные мысли,
сам я с Н.И. мыслю очень и очень сходно, делая подчас разницу лишь в тон-костях
расстановки акцентов.
• Может быть, потому что живу очень похоже.
Первое предисловие
- По глазам собравшихся читаю я многочисленные вопросы относительно себя. Готов
ответить! Не-утоленное любопытство страшнее голода.
- Ах, граф, как вы добры! - воскликнул Федяшев.
Эпиграф без подписи
То, что меня пригласили печататься в серии "Мастера психологии" - для меня, не
скрою, очень лестно. Думаю, что этим приглашением я обязан в первую очередь
большим тиражом своих книг и вытекающей отсюда из-вестности для читающей
публики, и поэтому считаю оказанное мне предпочтение не вполне справедливым. Я
знаю десятки практикующих психологов - великолепных мастеров, работающих
ничуть не менее профессионально, и при этом глубоких теоретиков. Но, к
сожалению, они не пишут, и ровно поэтому народ их не знает.
• Жаль, что они не пишут, и жаль, что народ их не знает.
Великое дело большие тиражи! Попал в тираж, вошел в обойму извест-ных - тебя уже
раскручивают дальше просто по законам торговли. А в результате, как мне
сообщили, наши первокурсники педагогических ву-зов знают трех главных
психологов: для них это Фрейд, Юнг и Козлов.
• Правда, иногда упоминалась другая троица: Кашпировский, Лазарев, Козлов.
Козлов уверенно входит в народный фольклор. Например, на всемосков-ской
толкучке, в газете бесплатных объявлений "Из рук в руки" в рубрике "Знакомства"
вместе с всем понятной формулой "без в/п" (если вы не знаете: "без вредных
привычек") нередко встречается и "Солнышко по Козлову".
• И всем все понятно.
Надеюсь, тем не менее, что к моим заслугам относится не только способ-ность
писать книги: хотя бы потому, что за письменным столом я скорее записывал,
нежели писал. Записывал то, что рождалось в процессе моей пятнадцатилетней (и,
как теперь я могу, оглядываясь назад, оценить, дос-таточно успешной)
практической работы.
• Причем рождалось и записывалось из года в год по-разному, и хлесткая и
яркая мысль из одного момента жизни не всегда на бумаге уживалась с соседкой, из
момента другого, но мирить их - это тоже игра. И играть в эту игру весьма
приятно. Особенно вместе с чи-тателем. Да, Читатель?
Думаю, что для развития психологической практики в России мною сде-лано немало:
самым плодотворным, на мой взгляд, оказалось создание методических пособий, в
которых удалось подробно прописать сценарии тренингов, разработанных и прошедших
практическую проверку в нашем Центре. Готовые к прикладному использованию, эти
методические посо-бия достаточно полно представили для психологов содержание
"Синтон-программы" , а вместе с регулярно проводимыми обучающими семина-рами
создали условия, благодаря которым в нескольких десятках городов России
организованы и успешно работают с молодежью психологические центры и клубы.
Наверное, сейчас можно уже сказать, что нами разрабо-тано собственное
направление в психологии и заложены основы для соз-дания своей школы.
Никоим образом не преувеличивая свои возможности как психолога (на-пример, моя
психотерапевтическая квалификация недостаточна), я, тем не менее, могу назвать
области психологической практики, в которых мне пришлось быть, по сути,
первооткрывателем и в которых, по-видимому, я до сих пор являюсь лидером. В
первую очередь это:
• организация клубной психологической работы ;
• методика групповой психологической работы с молодежью;
• методика Дистанции (управление самостоятельной работой по запланированному
личностному росту).
Как показывает сопоставление моей практики с работой и взглядами мо-их коллег, я
представляю достаточно оригинальный, не вполне традици-онный для классической (в
том смысле, в каком принято понимать этот термин в наши дни) психологии - как
науки, так и практики - свой подход. Тем не менее, собственный вклад в
психологическую науку я мо-гу оценить лишь как "очень небольшой". Главная
причина этого, скорее всего, - моя привычка работать самостоятельно, опираясь
только на свою голову и силы.
• Ну, может быть, еще и бунтарский дух, не очень совместимый с благообразием
научных тусовок и дисциплиной строгих научных статей. Вау!
Итого, по науке: не выступал, не участвовал, не привлекался. Статьи в научные
журналы не посылал, на научные конференции старался не ез-дить. Почему?
Уважаемые коллеги, ответьте мне на наивный вопрос: что люди ждут от научных
конференций? Итоговые документы разрабатыва-ются помимо всяких выступлений в
соседней комнате (сам не раз писал) и обычно из очень дипломатических
соображений.
• Ну, например, чтобы в министерстве денег все-таки дали.
Ваше выступление напечатают в сборнике материалов конференции.
• То есть вроде бы и напечатают, а вроде бы никто и читать не будет. Ну и
ладно, легче пи-сать.
А что вы услышите на научной конференции? Большой доклад обычно обозревает
ситуацию в целом, из мелких докладов ты поймешь только кто по какой тематике
решил засветиться в преддверии кандидатской.
• И все.
Перерыв, буфет, ну, книжки разные рядом продаются. И вы два дня сиди-те, глядя
на президиум. Вы на это потратите два дня своей жизни?
Ладно, каждая тусовка играет в свои игры, а что все-таки приобретете вы,
потратив время на чтение этой книги?
Как-то у Раневской спросили о том, как прошел спектакль. Она ответила, что
ужасно.
- Почему?
- Зритель был не талантливый.
Надеюсь, моя книга вам понравится
Тематика осталась прежней - личная жизнь: жизнь душевная, по необ-ходимости
телесная и по возможности духовная; взаимоотношения с близкими и теми, которые
куда подальше, а также что при всем этом де-лают и могут делать психологи. Да,
об я писал и раньше, теперь пишу то, как я это вижу сегодня. Я понимаю, что
многим эта тематика - личная жизнь, особенно в душевном варианте - кажется
слишком узкой, но по-ка меня беспокоит только то, что для меня она слишком
широка.
• Как жизнь.
Как обычно, меня допекали просьбами подробнее раскрыть следующие, более
интересующие современного человека темы, например:
Как зарабатывать деньги,
• Ну, имеется в виду - большие деньги
как разбираться в людях,
• Чтобы тебя не кинули, например. Или чтобы понять: это выгодный жених или
не очень? Будут у него деньги или нет?
и как добиваться успеха.
• В чем успеха - вопрос не стоит. Ну уж не в том, конечно, чтобы жизнь твоя
смысл при-обретала: имеется в виду успех в приобретении места в жизни. Ну денег,
короче.
Отвечаю: возможно, я уже которое десятилетие чего-то существенно не понимаю, но
я никогда не знал и не знаю отдельной отрасли жизни под названием "добыча
бабок". Я знаю, что если ты начинаешь жить как сле-дует, у тебя появляется все:
и друзья, и любовь, и деньги. По моему ощу-щению, мой подход к жизни предельно
коммерциализирован, я бизнес-мен всегда и во всем, я просчитываю эффективность
вложений и при за-ключении договора на следующую книгу, и когда даю согласие
(или, ча-ще, не даю согласие) придти вечером на чай поболтать с друзьями, и когда,
забыв обо всем, люблю ту женщину, которую не любить мне невоз-можно.
• В последнем случае норма прибыли зашкаливает по любым показателям.
Писать надо жрабельно!
Слушаюсь
Зная, насколько увлекающиеся и разбросанные люди психологи, многие темы я
пытался аккуратно систематизировать, разложив материал по по-лочкам и
табличкам. С другой стороны, мне было приятно доставить ра-дость и тем, кто
любит купаться в звуках, красках и образах великого и могучего. Словесный,
интонационный и звуковой строй нашей речи - это то, что держит мелодию жизни,
привносит в душу свет и легкость - или тяжесть и напряжение. Именно поэтому
использование живого, человеческого, разговорного языка является одним из
методов моей психологической работы: естественно, если я хочу из забитого
тоталитарной ма-мой и авторитарным образованием скованного невротика
• все прилагательные здесь можно без потери смысла поменять местами
воспитать полноценного и чувствующего вкус жизни человека, я обязан говорить с
ним не на научном воляпюке, а на языке живом и разном: языке прозрачной поэзии и
грохочущих трамваев, голых раздевалок и тихой нежности прощания.
• Поэтому тот, кто проглатывает мои книги, пропускает самое важное - их
вкус. Целое книги соткано из маленьких лоскутков, составлено из сотен лакомых
кусочков. А, как пишет Борис Агапов, "Маленький кусочек жрать невозможно. Его
можно или не заметить, или положить на язык и почувствовать его вкус".
Эта книга продолжает жанр научно-художественной литературы (НХЛ: "Шай-бу! Шайбу!"),
в котором я иду по стопам безмерно уважаемого мною В.Л.Леви. Приятно
отметить, что к нашей компании присоединя-ются уже многие, формируется целая
традиция, где общим является сво-бодный, на дыхании построенный стиль, внимание
к поэтике речи
• и даже оформление.
Надеюсь, что эта книга начнет еще одну традицию, а именно, использо-вание умных
картинок. Это не картинки-иллюстрации, обычно вставляе-мые для оживляжа сухого
текста, не таблицы и не логико-концептуальные схемы. У меня образное (в том
числе) мышление, и я попробовал непосредственно зарисовать то, что я вижу
внутренним взо-ром, когда рассказываю о чьей-то жизни или когда строю свое
собствен-ное поведение и свою жизнь. Как у любого строителя всегда есть план
будущего дома, так и за любым моим действием всегда присутствует та-кой же, то
есть достаточно четкий, план.
• И меня совершенно не напрягает, когда я вижу рисунок предстоящего поцелуя
или прочер-чиваю интригу планируемого скандала: был бы рисунок красив и скандал
продуктивен.
С одинаковой долей истины можно сказать и то, что я живу расслаблен-ноинтуитивно,
и то, что мое поведение всегда контролируется жесткими внутренними
схемами и правилами; просто в деловой беседе стратегия и схема одна, в жесткой
конфронтации композиция другая, а в потоке неж-ности структура мелодии третья -
но такая же видимая для меня и со-стоящая из вполне известных мне элементов,
кубиков, которыми я иг-раю.
• И создаю: в деловой беседе выигрыш нам, в конфронтации проигрыш им, в
потоке нежно-сти - полет и растворение.
Так вот, то, что можно передать без теплоты касания, без рисунка жеста, без
музыки интонации и приглашения взгляда, передать только оживаю-щими словами и
образным представлением через умные картинки, - это я и постарался в своей книге
передать. Совершенно не буду возражать, если вы, уважаемые коллеги-психологи,
будете использовать приведен-ные графические схемы - умные картинки - в своих
занятиях.
• Собственно, что многие давно уже с большой радостью и делают.
В названии книги присутствует "Солнечный город", а в тексте часто будет
упоминаться "Солнечный дом". Что это за архитектура? Сожалею, но подробный
рассказ об этом вы найдете только в конце книги. Потому что пока не разберешься,
что такое Синтон, нельзя ничего понять о Солнеч-ном доме, но без упоминания о
Солнечном доме не расскажешь о Синто-не.
• Вот так хитро и читайте.
Моя хозяйка, Жизнь, все то время, пока я писал эту книгу, щедро дарила мне
людей, которые подкидывали мне дивно сочные образы и вкусные мысли. Как
настоящий жадина, я все их подбирал и с удовольствием ле-пил из них свой текст.
К сожалению, полный список моих соавторов привести я затрудняюсь, тем более
памятуя классическое изречение:
Все, что сказано хорошо, - мое, кем бы оно ни было сказано.
Кажется, это говорил Сенека, но в меня это вошло настолько давно, что стало и
моим тоже. Обнимаю всех, кто меня любит, и приглашаю к весе-лому делу
антиципации единиц значения в контаминантном потоке ав-торского тезауруса,
ведущего к порождению адекватного динамического гештальта в едином
парадигматическом поле и, в конечном итоге, к тран-синдивидуальному
семантическому консонансу.
- Я не есть это мочь! - в отчаянии закричала Ло-ренца. - Моя голова ...ничт...
не мочь это запи-моинайт...
- Может! - спокойно сказал Калиостро. - Голо-ва все может...
- Особенно если это голова великого магистра, - добавил Жакоб.
Поехали!
УМНЫЕ КАРТИНКИ
Любовь и дружба навсегда...
- Помоги мне, Лоренца! - страстно заговорил Ка-лиостро. - Я на пороге
величайшего открытия. Все лучшие умы мира вычерчивали формулу любви, и никому
она не давалась. И только мне, кажется, суждено ее постичь... - Он достал
бумагу, испещ-ренную какими-то знаками и цифрами. - Смотри! Здесь все учтено...
Знакомство... Тайное влечение... Ревность... Отчаяние... Все это подлежит моделированию.
И если в конце вспыхивает огонь чувств, то, значит, не Бог его зажег,
а человек. И стало быть, мы равны.
- Вот ты с кем соревнуешься, - покачала голо-вой Лоренца.
Странные беседы
Чем дальше в лес, тем своя рубашка ближе к те-лу...
Очень, очень странно
Действие происходит на занятиях в Синтоне.
- Кого среди присутствующих ты хотела бы видеть своим другом - и поч
...Закладка в соц.сетях
