Жанр: Психология
Миссия Зигмунда Фрейда (анализ его личности и влияния)
...ами, с учениками, от которых он требовал столь
же безусловной любви, поддержки, восхищения
и защиты.
т. ОТНОШЕНИЕ ФРЕЙДА
К ЖЕНЩИНАМ.
ЛЮБОВЬ
Неудивительно, что зависимость Фрейда от ма
тери проявлялась и в его отношениях с женой.
Самым поразительным является контраст этих от
ношениях до женитьбы и после нее. В годы по
молвки Фрейд был пылким, страстным и предель
но ревнивым влюбленным. Характерным приме
ром его пылкой любви может служить следую
щее место из его письма Марте (2 июня 1 884 г.):
"О горе тебе, принцесса, когдэ я приду. Я заце
лую тебя до красноты, накормлю до полноты. И
ты увидишь, кто сильнее - маленькая милая де
вочка, которая недоедает, или большой дикий
мужчина с кокаином во плоти"*.
Сказанные в шутку слова "кто сильнее" име
ют достаточно серьезный подтекст. В годы по
молвки Фрейдом владело страстное желание
полностью контролировать Марту такое жела
ние, естественно, предполагало сильную ре
вность ко всякому, кто мог бы вызвать у нее
интерес, кроме него, например к ее кузену Мак
су Майору, к которому она была когда-то ис
пит, по Джойсу см.: Janes Е. Op-ell. Vol.l. Р.84.
равнодушна. "Настало время, когда Марте было
запрещено упоминать его как Макса, только как
господина Майора"*. По поводу другого моло
дого человека, влюбленного в Марту, Фрейд пи
сал: "Когда я вспоминаю о твоем письме Фрицу
и дне, проведенном нами на горе Кален, я теряю
над собой всякий контроль, готов уничтожить
весь мир, включая нас обоих, чтобы начать все
сначала - даже с тем риском, что в нем уже
не будет Марты и меня, - я сделал бы это без
всяких колебаний"*.
Но ревность Фрейда не ограничивалась други
ми молодыми людьми, она равным образом затра
гивала и чувства Марты к ее собственной семье.
Он требовал от нее, "чтобы она не просто обрела
способность подвергать мать и брата объективной
критике и оставить их "дурацкие предрассудки"
(что она и сделала -Э.Ф.), но чтобы она лишила
их вообще всех своих чувств - на том основании,
что они были его врагами, а она дцлжна разделять
его ненависть к ним"*.
Тот же дух обнаруживается в отношении
Фрейда к брату Марты, Эли. Марта доверила по
следнему свои деньги, которые она и ее жених
хотели потратить на покупку мебели для кварти
ры. Кажется, Эли вложил деньги в дело и коле
бался - отдать ли их все сразу. Поэтому он пред
ложил им купить мебель в рассрочку. В ответ на
это Фрейд послал Марте ультиматум, первым пун
ктом которого было требование написать брату
гневное письмо, в коем его следовало назвать
lbid. Р. I I 0.
aid. P. I 14-1 15.
aid. P.123.
"подлецом". Даже после того как Эли вернул
деньги, Фрейд требовал, чтобы "она более ему не
писала, пока не пообещает порвать всякие отно
шения с Эли"*.
Взгляды Фрейд" на мужское превосходство
включали признание естественного права мужа
контролировать жизнь своей жены. Типичным
примером может служить его критика Джона
Стюарта Милля. Фрейд хвалил Милля, как "того
человека, которому, вероятно, лучше всех в наш
век удэлось освободиться от господства обычных
предрассудков. Но, с другой стороны,.. во многих
вещах он утрачивает здравый смысл вплоть до аб
сурд?"R.
Что же он полагал "абсурдным" в идеях
Милля? Для Фрейд? это были взгляды на "жен
скую эмансипацию и на... женский вопрос во
обще". Тот факт, что Милль считал замужнюю
женщину способной зарабатывать столько же,
сколько и ее муж, вызывает у Фрейда следу
ющие слова:
"Вот пункт, где Милля не сочтешь человеч
ным... Поистине это мертворожденная идея -
погрузить женщину в борьбу за существование
так же, как мужчину. Если б я, например, пред
ставил мою нежную милую девушку борцомконкурентом,
это лишь заставило бы меня по
вторить сказанное ей семнадцать месяцев тому
назад, когд? я признался, что влюблен в нее, и
прошу ее оставить эту борьбу ради тихой дея
тельности в моем доме, где нет конкуренции...
Я думаю, что все реформы законов и системы
niid. Р.1 37.
Olid. P.176.
образования потерпят поражение перед лицом
факта, что задолго до того времени, как муж
чина должен был начать борьбу за достижение
положения в обществе, природз уже предопре
делила судьбу женщины, наделив ее красотой,
очарованием и нежностью. Закон и обычай дол
жны вернуть женщине многое из того, что они
у нее отняли, роль ее наверняка останется не
изменной: очаровательная возлюбленная в юно
сти, любимая жена в зрелые годы"*.
Воззрения Фрейде на эмансипацию женщин,
конечно, не отличались от взглядов среднеста
тистического мужчины-европейца 90-х годов
прошлого века. Но Фрейд ведь не был средне
статистическим индивидом, он сам восставал
против некоторых закоренелых предрассудков
своего времени, однако в этом вопросе держал
ся самой традиционной линии и называл "абсур
дным" и "бесчеловечным" Милля за взгляды, ко
торые через пятьдесят лет стали общеприняты
ми. Эта установка показывает, сколь сильна бы
ла необходимость ставить женщин в подчинен
ное положение и сколь значительную принуди
тельную силу имела она для Фрейда. Очевидно,
что его теоретические взгляды были зеркальным
отражением этой установки. Смотреть на жен
щин как на кастрированных мужчин, лишенных
собственной сексуальности, исполненных ревно
сти к мужчинам, обладающих слаборазвитым
Сверх-Я, пустых и ненадежных - все это лишь
слегка рационализированная версия традицион
ных предрассудков всех времен. Человек, подо
бный Фрейду, то есть наделенный способностью
Letter to Martha (November 5, 1883). Пит, по Джойсу,
см.: Janes Е. Op.cit. Vol.l. Р.177.
критического восприятия обыденных предрас
судков, должен был испытывать воздействие
сильных внутренних побуждений, чтобы не ви
деть рационализации в этих считающихся науч
ными утверждениях*.
Фрейд придерживался таких взглядов и полве
ка спустя. Когда он критиковал американскую
культуру за ее "матриархальный" характер, один
из его посетителей, доктор Уортис, спросил: "Раз
ве вы не думаете, что равенство партнеров было
бы наилучшим вариантом?" На что Фрейд отвечал:
"Это практически невозможно. Неравенство дол
жно существовать, а верховенство мужчины -
это меньшее из двух зол"R.
Если годы помолвки Фрейда были полны яро
стного ухаживания и ревнивой лести, то в его
супружеской жизни активная любовь и страсть
почти отсутствовали. Как и в столь многих тра
диционных браках, завоевание восхитительно,
но потом могущественный источник страстного
чувства засыхает. В ухаживании присутствует
мужская гордыня, после женитьбы для нее нет
места, остается лишь одна функция, которую
жена должна исполнять в браках такого рода -
функция матери. Она должна быть безусловно
предана мужу, заботиться о его материальном
преуспеянии, всегда подчиняться его нужд*м и
прихотям, вечно быть женщиной, которая для
себя уже ничего не желает, женщиной, которая
ждет - то есть матерью. Фрейд был пылким
влюбленным до женитьбы, поскольку он должен
' Ср.: Janes Е. Op.cit. Vol.2. Р.42 1 .
Worthis J.. Pmgment-of an Analysis with Freud. N. Y.,
1954. P.98 (курсив ной. - Э.Ф.1.
25
был доказать свои мужские качества, завоевы
вая свою избранницу. Стоило этому завоеванию
обрести печать супружества, и "очаровательная
возлюбленная" сделалась любящей матерью, на
заботу и любовь которой можно полагаться без
активной, страстной любви.
Отсутствие эротической страсти, рецептивность
фрейдовской любви к своей жене легко
продемонстрировать множеством важных дета
лей. Самыми впечатляющими являются письма
Флиссу. Жена в них практически не упомина
ется, если не считать чисто бытовых поводов.
Понятно, Фрейд пишет в них подробнейшим об
разом о своих идеях, о пациентах, профессио
нальных успехах и разочарованиях. Но кудэ
важнее то, что он часто описывает свои депрес
сивные состояния, пустоту своей жизни, кото
рая для него полна смысла и приносит удовлет
ворение лишь при успешности работы. Отноше
ния с женой вообще не упоминаются как важ
ный источник счастья. Ту же картину мы пол
учим, взглянув на то, как проводил Фрейд время
дома или во время отпусков. На протяжении
недели Фрейд принимал пациентов с восьми ут
ра до часу дня, затем полдничал, немного гулял
в одиночестве, работал в своей приемной с трех
до девяти или десяти вечера. Затем он выходил
на прогулку с женой, ее сестрой или со своей
дочерью, а потом до часу ночи писал письма,
если вечером не было гостей. Обеды не были
временем дружеского общения. Хорошим при
мером может служить привычка Фрейда "при
носить на обеденный стол последнюю из своих
антикварных покупок, как правило небольшую
статуэтку, и ставить ее перед собой - как сво
его родд собеседника. Затем статуэтка возвра26
щалась на рабочий стол, а через пару дней ока
зывалась на обеденном"*'*. По воскресеньям
Фрейд утром навещал мать, днем приходили
друзья и коллеги-аналитики, а к обеду - мать
и его сестры. Затем он работал над рукопися
ми**. Его жену воскресным утром посещали
друзья, и неплохим комментарием к тому, сколь
активным был интерес Фрейда к жизни собст
венной жены, могут служить слова Джойса о
том, что если среди посетителей его жены был
"кто-либо, кто вызывал у Фрейда интерес, то
он спускался в гостиную на несколько минут**.
Летом Фрейд немало путешествовал. Отпуск
ной период был поводом для того, чтобы ком
пенсировать время тяжелой и продолжительной
работы на протяжении года. Фрейд любил путе
шествовать, но не в одиночестве. Однако кани
кулы лишь в незначительной части предназнача
лись для того, чтобы возместить нехватку вре
мени на общение с женой дома. Как указыва
лось выше, он путешествовал за границу с
друзьями-психоаналитиками или даже с сестрой
жены, но только не с женой. Этому факту да
ются различные объяснения, одно из них было
предложено им самим, другое - Джойсом. По
следний пишет: "Его жена, занятая другими де
лами, редко могла позволить себе путешествия,
да она и не могла соревноваться с Фрейдом в
неустанной гонке и всепожирающей страсти к
осмотру достопримечательностей... Но чуть ли не
каждый день он посылал открытки или телеграмJanes
Е. Op.cit. Vol.2. Р.393.
lbid. Р.384.
Ibidem (курсив мой. - Э.Ф.).
мы жене, а раз в несколько днем писал ей длин
ные письма"**. Опять-таки примечательно, на
сколько традиционным и неаналитичным делает
ся мышление Джойса, как только речь заходит
о его герое. Любой муж, которому доставляет
удовольствие времяпрепровождение в обществе
жены, просто обуздал бы свою страсть к туриз
му - ровно настолько, чтобы она могла принять
в нем участие. То, что эти объяснения имеют
характер рационализаций, становится еще яснее,
если учесть, что Фрейд д*ет иное толкование
своим путешествиям без жены. В письме из Па
лермо, где он был с Ференчи, Фрейд писал
своей жене: "Ужасно жаль, что ты не можешь
увидеть все эти здешние красоты. Чтобы на
слаждаться ими в компании семи или девяти,
или хотя бы трех человек, я должен был бы
быть не психиатром и предполагаемым основа
телем нового направления в психологии, а про
изводителем чего-нибудь полезного, вроде туа
летной бумаги, спичек или пуговиц. Этим вещам
мне учиться уже поздно, так что я продолжаю
наслаждаться эгоистически, но с глубоким чув
ством сожаления"**.
Нет нужды говорить, что Фрейд занят тут ти
пичными рационализациями, практически неотли
чимыми от тех, к коим прибегают другие мужья,
наслаждающиеся отдыхом более в компании
своих приятелей, нежели жены. Примечательно
только то, насколько слеп был Фрейд, несмотря
на весь свой самоанализ, в вопросе собственноaid.
Vol.2. Р.15.
Letter of September 15, 1910. Пит, no Джойсу, сн.:
Janes E. Op.cit. Vol.2. P.394.
го брака, какие рационализации им выдвигаются
без малейшего их осознания. Он говорит о семи,
девяти или дэже трех лицах, которых ему при
шлось бы взять с собой, хотя речь идет об одной
жене, то есть о двоих. Затем он выставляет себя
бедным, хоть и известным ученым, а не богатым
промышленником, производящим туалетную бу
магу - и все это лишь для того, чтобы объяс
нить, почему он не берет свою жену в поездки
за границу.
Наверное, самое ясное выражение проблема
тичности фрейдовской любви содержится в сно
видении, вошедшем в "Толкование сновиде
ний"**. Оно таково: чЯ написал монографию о ка
ком-то растении. Книт лежит передо мною, и я
переворачиваю цветную вклейку. На каждой из
них находятся засушенные образцы дерева, слов
но взятые из гербария". Из сопутствующих ассо
циаций Фрейда я выделю следующую: "Этим ут
ром я бросил взгляд на новую книгу через витри
ну книжного магазина. Книга была озаглавлена
"Виды цикламен"; видимо, монография об этом
растении. Цикламены, отметил я, - любимые цве
ты моей жены, и я упрекнул себя за то, что так
редко проношу ей чвапы, которые она так лю
бит".
Другая цепь ассоциаций ведет Фрейда от
цветка к совершенно иному предмету, к своим
амбициям. "Однажды, вспоминаю я, мною дей
ствительно была написана монография о расте
нии, а именно трактат о растении кока, который
привлек внимание Карла Кеплера к анестетиче
ским свойствам кокаина". Фрейд размышляет заFieud
S. The laterpretatton of Dreams. P.169 ft.
тем о Festschrift*, издднном в честь Камера, од
ного из изддтелей которого он видел накануне.
Эту ассоциацию с кокаином можно отнести к
честолюбию Фрейд*. В иной связи он говорил
о том, как он был расстроен из-за того, что
оставил исследование проблемы кокаина и тем
самым утратил шанс совершить великое откры
тие. Это воспоминание также увязывалось с тем,
что чистую науку он должен был оставить из-за
женитьбы.
Смысл сновидения вполне понятен (хотя Фрей
ду с предложенной им интерпретацией он не ви
ден). Засушенные образцы деревьев - вот цент
ральный пункт, в нем выражается внутренний
конфликт Фрейдд. Цветок - это символ любви и
радости, в особенности же потому, что это люби
мый цветок его жены, который он так редко ей
дэрит. Растение кока выражает его научные инте
ресы и амбиции. Что делает он с цветами, с любо
вью? Он кладет их под пресс и помещает в герба
рий. Иначе говоря, любовь засыхает, она делается
предметом научного изучения. А именно этим и
занимался Фрейд, он сделал любовь объектом на
уки, но в его собственной жизни она оставалась
засушенной, стерильной. Научно-интеллектуаль
ные интересы были сильнее Эроса, они задушили
любовь и сделались для него замещением опылю
любви.
Оскудение любви, нашедшее выражение в
этом сновидении, явным образом относится к его
эротически-сексуальным желаниям и способно
стям. Сколь бы парадоксальным это ни показа
лось, Фрейд был наделен относительно слабым
Приветствие, поздравление (нем.). - Прчм.ред.
интересом к женщинам, его сексуальное влече
ние было незначительным. Констатация Джойса
тут совершенно верна: "Его жена была наверняка
единственной женщиной в любовной жизни
Фрейда" и "она была для него первой из всех
смертных"'R. Джоне замечает также, что "более
страстная сторона жизни, видимо, отошла у него
на второй план раньше, чем у многих других муж
чин"**. Правильность этого утверждения под
крепляется рядом фактов. В сорок один год
Фрейд писал Флиссу, жалуясь на свои настроения
и добавляя при этом: "Сексуальное возбуждение
для лиц, вроде меня, более не нужно"*R. Понятно,
что в этом возрасте сексуальная жизнь у него бо
лее или менее завершилась. Другой инцидент го
ворит о том же. Фрейд сообщает в "Толковании
сновидений", что однажды, когда ему было за со
рок, он почувствовал физическое влечение к мо
лодой женщине и непроизвольно коснулся ее. В
комментарии он пишет, что был удивлен тем, что
"все еще" способен на такое притяжение. В воз
расте пятьдесят шесть лет он писал Бинсвангеру:
"Естественно, ныне либидо старика исчерпывает
ся тратой денег". Даже в этом возрасте лишь тот
мужчина, сексуальная жизнь которого не была
интенсивной, мог считать чем-то само собой разу
меющимся, что его либидо давно оставило сексу
альные цели.
Если предаться умозрению, то я готов был бы
предположить, что иные теории Фрейда также
Janes Е. Op-clt. Vol.2. Р.386.
Ibidem.
Letter to Miss (October 31, 1897) if The Origins of
Psychoanalysis. P.227.
представляют собой доказательства его подавлен
ной сексуальности. Он постоянно подчеркивал,
что сексуальный акт доставляет лишь ограничен
ное наслаждение цивилизованному человеку, что
"сексуальная жизнь цивилизованного человека
серьезным образом искалечена", что "было бы
правильно предположить, что важность сексуаль
ности как источника наслаждения, т.е. как сред
ства для исполнения жизненных целей, заметно
уменьшилась"*R. В связи с этим фактом он выдви
гает гипотезу* полное удовлетворение возможно
только в том случае, если прегенитальные, обоня
тельные и прочие "извращенные" влечения не поддвляются,
и даже приходит к мысли о возмож
ности того, "что не только культурное подавле
ние, но нечто в природе самой сексуальной фун
кции лишает нас полноты удовлетворения и насто
ятельно толкает нас в ином направлении"**.
Более того, Фрейд был убежден, что "три, че
тыре или пять лет супружества перестают прино
сить обещанное им удовлетворение сексуальных
потребностей, ибо все имеющиеся в наличии
контрацептивы уменьшают радости сексуальной
жизни, препятствуют восприимчивости обоих
партнеров или даже служат прямой причиной за
болевания"* ' .
Эти замечания о сексуальной жизни свидетель
ствуют о том, что воззрения Фрейда на секс были
рационализацией его собственной заторможенFreud
S. Civilization and Its Discontents f Transl. by
Z-Rlviere. L., 1953. P.76.
lbid. P.76-77.
Civilized Sexual Moratory and Modem Nervousness f/
Collected Papers. Vol.2, 1889.
ной сексуальности. Несомненно, было множество
мужчин его социального класса, возраста и куль
туры, которые в сорок лет вовсе не чувствовали,
что время переживания счастья от сексуальных
отношений подошло к концу, и которые не разде
ляли его взгляд", будто несколько лет супружест
ва убивают наслаждение (даже с учетом исполь
зования противозачаточных средств).
Сделав еще один шаг, мы можем высказать до
гадку, что и другая теория Фрейда имела функ
цию рационализации: его тезис о том, что цивили
зация и культура - результат подавления инс
тинктов. Все сказанное им по поводу этой теории
можно выразить несколькими словами: поскольку
я так сосредоточен на мышлении и истине, то ме
ня по необходимости мало интересует секс. Как
и во многих других случаях, Фрейд обобщает
свой индивидуальный опыт. Он страдал от сексу
альной заторможенности, но по совсем иным при
чинам, не потому, что так углубился в творческое
мышление. Может показаться, что тезис о сексу
альной заторможенности Фрейда вступает в про
тиворечие с тем фактом, что в теории он поставил
сексуальное влечение в самый центр. Но это про
тиворечие скорее видимое, нежели реальное.
Многие мыслители писали о том, что у них отсут
ствовало, чего они стремились достичь для се
бя - или для других. Более того, Фрейд, человек
пуританского склада, едва ли смог бы писать о
сексе столь откровенно, не будь он уверен, что
сам в этом смысле "порядочен".
Отсутствие у Фрейда эмоциональной близости
с женщинами выражается в том, что он их очень
мало понимал. Его теории о женщинах представ
ляли собой наивные рационализации мужских
предрассудков - взлядов тех мужчин, которым
требуется господство для сокрытия своего страха
перед женщинами. Непонимание женщин не сле
дует выводить из одних лишь теорий Фрейда. Од
нажды он с поразительной откровенностью заме
тил в разговоре: "Величайший вопрос, на который
нет ответа и на который сам я не в силах ответить,
несмотря на 30 лет исследования женской души,
таков; чего хочет баба? (Was wm das Wen)?)"*.
Говоря о способности Фрейде к любви, мы не
должны ограничиваться проблемой любви эроти
ческой. Он вообще мало любил людей, даже в том
случае, когда никаких эротических компонентов
не было. Его отношение к жене (после того как
остыл пыл завоевания) - это, по-видимому, отно
шение верного, но несколько дистанциированного
мужа. Его отношение к друзьям мужского пола -
к Брейеру, Фл*ссу, Юнгу, к верным ученикам -
также было дистанциированным. Вопреки идоло
поклонническим писаниям Джойса и Закса, по
письмам к Флиссу, по его реакции на Юнга и дэже
на Ференчи можно убедиться в том, что силь
ного опыта любви Фрейду просто не было дано.
Его теоретические взгляды лишь подтверждают
это. По поводу возможности братской любви он
говорит:
"Мы можем найти разгадку в одном из так на
зываемых идеальных требований культурного об
щества. Оно гласит: возлюби ближнего твоего,
как самого себя. Это требование имеет всемир
ную известность, оно безусловно старше христи
анства, горделиво его предъявляющего как собст
венную максиму... Но оно все же не является понастоящему
древним: даже в исторические времеВ
разговоре с М. Бонапарт, Пит-то Джойсу, см.: Janes Е.
Op.cit. Vol.2. Р.421.
на человек еще и не слыхивал о нем. Попробуем
подойти к нему наивно, словно впервые о нем
слышим. Тогда нам не совладать с чувством недо
умения. Почему, собственно говоря, мы должны
ему следовать? Чем оно нам помажет? И глав
ное - как его осуществить? Способны ли мы на
это? Моя любовь есть для меня нечто безусловно
ценное, я не могу безответственно ею разбрасы
ваться. Она налагает на меня обязательства, я дол
жен идти на жертвы, чтобы выполнить их. Если я
люблю кого-то другого, он должен хоть как-то за
служивать моей любви. (Я отвлекаюсь здесь от
пользы, которую он может мне принести, от его
возможной ценности как сексуального объек
та - в предписание любви к ближнему оба эти
типа отношений не'входят.) Он заслуживает люб
ви, если в чем-то важном настолько на меня по
хож, что я могу в нем любить самого себя; он того
заслуживает, если он совершеннее меня и я могу
любить в нем идеал моей собственной личности.
Я должен его любить, если это сын моего друга,
и боль моего друга, если с ним случится несча
стье, будет и моей болью - я должен буду раз
делить ее с ним. Но если он мне чужд, если он не
привлекает меня никакими собственными досто
инствами и не имеет никакого значения для моих
чувств, то любить его мне трудно. Это было бы и
несправедливо, поскольку моими близкими моя
любовь расценивается как предпочтение, и приравнивание
к ним чужака было бы несправедливо
по отношению к ним. Если же я должен его лю
бить, причем этакой всемирной любовью, просто
потому, что он населяет землю - подобно насе
комому, дождевому червю или ужу, - то я бо
юсь, что мобаи на его долю выпадет немного. Во
всяком случае, меньше, чем я, по здравом раз35
мышлении, имею право сохранить для самого се
бя. Зачем же тогда торжественно выступать с по
добным требованием, коли его исполнение невоз
можно считать разумным?"**
Фрейд, великий защитник секса, был все же
типичным пуританином. Для него цель жизни ци
вилизованной личности - подавить эмоциональ
ные и сексуальные импульсы и этой ценой до
биться цивилизованной жизни. Нецивилизован
ная чернь не способна на такую жертву. Интел
лектуальная элита, в противоположность черни,
способна отложить удовлетворение своих влече
ний, сублимировать их ради высоких целей. Ци
вилизация в целом есть результат неудовлетво
ренности инстинктивных импульсов.
Примечательно, что эти идеи, изложенные в
поздних теориях Фрейда, были у него уже в мо
лодости, когда он еще не занимался проблемами
истории и сублимации. В письме невесте он опи
сывает поток мыслен, возникший у него во время
представления "Кармен". Он пишет:
"Чернь живет как хочет (sich ausleben), мы
сдерживаем себя. Мы делаем это для того, чтобы
сохранить нашу целостность. Мы экономим на на
шем здоровье, на нашей способности радоваться,
на нашей силе: мы сберегаем их для чего-то, сами
не зная, для чего именно. И это привычка посто
янного подавления природных инстинктов прида
ет утонченность нашему характеру. Мы чувствуем
глубже, а потому на многое не осмеливаемся. По
чему мы не напиваемся? Поскольку неудобство и
стыд похмелья (Katzenjammer) доставляют нам ку
да больше "неудовольствия", чем наслаждение,
Freud S. Civilization and Its Discontents. P.81-82.
получаемое от пьянства. Почему мы дружим не со
всяким? Поскольку утрата друга или всякое с ним
несчастье жесточайшим образом на нас воздейст
вует. Гак наши устремления направлены более на
то, чтобы избежать страдания, чем "а достиже
ние радости. Если это удается, те, что подвергают
себя лишениям, становятся такими, как мы, - те
ми, кто связывает себя на всю жизнь и *о самой
смерти, кто претерпевает нужду и тоскует друг по
другу, храня единожды данную клятву, кто не пе
реживет тяжкого удара судьбы, отнимающего у
нас любимое существо, - то есть людьми, кото
рые, подобно Эзре, могут любить лишь один раз.
Весь наш образ жизни предполагает, что мы дол
жны спастись от страшной бедности, что нам при
суще желание полностью отгородиться от зол на
шей социальной структуры. Бедные, обычные лю
ди - они не могли бы существовать без своей
толстой кожи и легкомыслия. Зачем им интенсив
но переживать, когда все беды природы и обще
ства направлены против тех, кого они любят? Ста
нут ли они презирать мгновенное наслаждение,
если иное их не ждет? Бедняки слишком бессиль
ны, беззащитны, чтобы действовать так, как мы.
И когда я вижу, что они делают все, что хотят,
оставив всякую серьезность, я думаю: это ком
пенсация за то, что они так беспомощны перед
всеми этими податями, эпидемиями, болезнями,
пороками нашей социальной организации. Не ста
ну развивать эти мысли, но можно было бы пока
зать, что das Volk* судит, верит, надеется совсем
иначе, нежели мы. Существует психология обыч
ного человека, отличная от нашей. Эти люди НадеНарод
(иен.). - Прим-ред.
Лены большим, чем мы, чувством общности, они
жизнелюбивы, ибо одна жизнь оказывается про
должением другой, тогда как для каждого из нас
мир кончается вместе с его смертью"**.
Это письмо молодого, двадцатисемилетнего
Фрейда интересно во многих отношениях. Пред
варяя свои будущие теории, он выражает в пись
ме те самые пуританско-аристократические на
клонности, о которых мы уже говорили: самоог
раничение, экономия на собственной способно
сти радоваться жизни как условие суб
...Закладка в соц.сетях
