Жанр: Политика
Запад. феномен западнизма
... что делает
его лихорадочным, причем непрерывно ускоряющимся.
¶ПРОИЗВОДИТЕЛЬНЫЕ СИЛЫ§
Очень часто капиталом называют не только деньги, но и материальные
предметы, необходимые для производства ценностей и услуг. При этом возникает
двусмысленность. Упомянутые материальные предметы сами по себе суть средства
производства вещей и услуг. Они оцениваются в деньгах, приобретаются на
деньги, — в них инвестируются деньги в качестве капитала. Если все то, во
что инвестируются деньги, считать капиталом, то и рабочая сила есть капитал.
На этом пути чисто словесной эквилибристики запутываются самые банальные
проблемы.
Я думаю, что введенное Марксом (а может быть, и раньше его) понятие
"производительные силы" тут вполне научно и уместно. Оно охватывает
материальные средства производства и рабочую силу, которая их использует для
производства вещей и услуг.
Западнизм возникал не только как новая форма социальной организации, но
и как более высокий уровень производительных сил. Маркс правильно обратил
внимание на этот факт, но он же и вульгаризировал его. Исторически дело
обстояло не так, будто прогресс производительных сил имел следствием новые
"производственные отношения" (новый тип социального устройства), а как раз
наоборот: развитие "произвол -ственных отношений" западнизма стимулировало
развитие производительных сил. Западнизм зародился с
103
теми производительными силами, какие достались от прошлой истории. Он
их развил и усовершенствовал. Но свои собственные, качественно новые
производительные силы он развил лишь как результат своего расширения и
усиления. И с точки зрения субординации различных феноменов в рамках
развитого общества западного типа приоритет принадлежит
социально-экономическим отношениям (и марксистской терминологии --
"производственным отношениям"), а не производительным силам.
На описание производительных сил, с которыми за-паднизм начал свою
историческую "карьеру", достаточно несколько десятков страниц. На описание
производительных сил современного западного общества нужны сотни томов.
Прогресс в этом отношении поистине поразителен. Десятки тысяч различных
профессий. Число всякого рода вещей, так или иначе используемых в
производстве предметов потребления и услуг, вряд ли можно сосчитать. А с
точки зрения сложности, совершенства и мощности современные средства
производства превзошли все то, что могла вообразить себе фантазия людей еще
недавнего прошлого. Этот баснословный прогресс принято ставить в заслугу
капитализму. Это справедливо лишь отчасти. Точнее будет видеть основу его в
западнизме, лишь частью которого является капитализм.
Прогресс средств производства сопровождался одновременным прогрессом
рабочей силы. Последняя должна была быть в состоянии использовать эти
средства производства и служить им, поддерживать их на должном уровне и
усовершенствовать их. А это образование и обучение миллионов людей в ряде
поколений. Рабочая сила должна быть адекватной средствам производства, это
есть объективный закон производительных сил. Эта адекватность колеблется в
более или менее широком диапазоне. Временами она нарушается, как это можно
наблюдать в последнее время. Появляется множество книг и статей о том, что
система образования и обучения переживает кризис, не отвечает требованиям
современности. Появляются и публичные опасения насчет человеческого
материала, неудовлетворяющего требованиям все усложняющейся технологии и
социальной организации.
¶НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС§
Формирование западнизма имело одним из условий и вместе с тем
следствием формирование особого социального феномена, который я называю
научно-техническим комплексом. В этот комплекс я включаю науку, технику,
научно-техническое просвещение и образование, внедрение научных открытий и
технических изобретений в производство.
Наука и техника (научные открытия и технические изобретения) задолго до
западнизма доказали свою полезность для жизни людей. Об этом писал еще
Аристотель. В эпоху Возрождения интерес к науке и технике достиг высочайшего
для тех времен уровня. Он продолжился и был возвышен до философского уровня
в сочинениях Френсиса Бэкона и Р. Декарта, а также их последователей.
Французские просветители (особенно Ж.А. Кондорсе), а вслед за ними
социалисты-утописты (К.А. Сен-Симон) рассматривали науку и технику как
важнейшее средство решения социальных проблем. Они явились предшественниками
современной технократической идеологии.
Наука, техника и научно-техническое просвещение (включая специальное
образование) сыграли роль одного из важнейших условий формирования
западнизма как в смысле влияния на производительные силы общества, так и в
смысле влияния на его идеологическое состояние. Не случайно Наполеон,
символическая фигура становления западнизма, был не только покровителем
буржуазной экономики и одним из родоначальников правового кодекса западнизма
и западной государственности, но и покровителем наук. Он сам был
математически и технически сравнительно образованным чело-зеком и являлся
членом Французской Академии. Тот факт, что он не сумел оценить выдающееся
изобретение Фултона, влило свою долю (пусть очень маленькую) в сумму причин
его личного поражения.
В XIX веке научно-технический комплекс достиг неслыханного до того
уровня развития и обнаружил свои
социальные свойства. Начался процесс превращения
творческого элемента производства по изобретению и усовершенствованию
средств труда в самостоятельную
сферу разделения труда, в профессиональную деятельность особой
категории людей. Этот процесс стал возможен и дал поразительные результаты
благодаря тому, что Запад сам породил достаточно большое число людей с
высочайшими творческими и интеллектуальными способностями, а также благодаря
тому, что Запад сумел привлечь для этого выдающиеся умы и таланты из других
стран и народов.
В XX веке, особенно в период после Второй мировой войны,
научно-технический комплекс превратился в фактор социальный. По той роли,
какую он стал играть в экономике западных стран, в деятельности государства
(в особенности в вооружении армий) и в повседневной жизни граждан, а также
по числу занятых в нем людей, по их профессиональной подготовке, по их
творческим и интеллектуальным качествам и по их месту в социальной структуре
населения он стал самостоятельной сферой жизни общества, вполне сопоставимой
с прочими основными сферами, бизнесом, политикой, правовыми отношениями,
средствами массовой информации. Высшие круги этого комплекса входят в
высшие, привилегированные слои общества и в правящий его класс наряду с
лидерами политики и бизнеса.
В годы после Первой мировой войны роль научно-технического комплекса
стала настолько огромной, что на Западе в двадцатые годы нашего века
возникло особое социологическое учение — технократия. Основателями его
явились американские экономисты Г. Скотт и Т. Веблен. Основная идея этого
учения — установление политической власти технических специалистов, которые
должны управлять обществом не на основе частных интересов каких-то
общественных групп (классов, слоев), а на основе научно-технических знаний и
в интересах всего общества.
В годы после Второй мировой войны технократическое направление западной
общественной мысли еще более усилилось, получив мощнейшую основу в виде
научных открытий и технических изобретений, о каких даже думать не смели
самые отважные исследователи, изобретатели и фантазеры еще недавнего
прошлого. Известными фигурами этого направления являются Дж.К. Гэл-брайт, Д.
Белл, Л. Штайнбух, Г. Краух
33 и другие. Пер-
вый из них ввел понятие "техноструктуры", то есть иерархии технических
специалистов, которая не только играет решающую роль в управлении
производством, но и принимает все более активное участие в принятии
политических решений. В том же направлении идет концепция "нового класса" Д.
Белла. Развитие компьютерной техники и робототехники нашло отражение в идеях
Штайн-буха, Крауха и многих других. По мысли этих авторов, современным
обществом должны руководить математики, инженеры, программисты, экономисты и
другие специалисты, которые в состоянии найти наилучшие решения различных
общественных проблем. Развитие и распространение современной информационной
технологии позволит, по их мнению, разрешить экономические и политические
противоречия в обществе, поднять демократию на более высокий уровень.
Я выше уже сказал, что научно-технический комплекс с самого начала был
условием развития западниз-ма, а в развитом состоянии последнего этот
комплекс является одним из важнейших его элементов и неотъемлемым атрибутом
западного общества. Но при всех обстоятельствах он не может занять место
деловой и политической (государственной) сфер общества. Всему свое место.
Бизнес и управление обществом имеют свои специфические правила, требуют
особой профессиональной подготовки людей, отличной от профессии математиков,
инженеров, программистов, экономистов и других представителей
научно-технического комплекса. Деловые, социальные, экономические и
политические проблемы не являются проблемами чисто академическими, для
решения которых нужен лишь "математический" интеллект, то есть интеллект,
ищущий научную истину и оптимальное техническое решение. Это — прежде всего
и главным образом проблемы ситуаций, в которых сталкиваются различные и
часто (если не чаще) несовместимые интересы людей, групп людей, предприятий,
классов, слоев, больших человеческих объединений и даже целых стран. В этих
ситуациях идет борьба, считающаяся прежде всего с силами участников их, а не
с интересами научно-технических задач как таковых. На-учно-технические
знания в таких ситуациях используется в их специфической роли, то есть как
подсобные
средства, а не в качестве инструкций поведения для конфликтующих или
кооперирующихся сил. Представители научно-технического комплекса участвуют в
таких ситуациях в качестве советников, а не ответственных лиц. Если же они
попадают в число последних, они действуют все равно по особым правилам
поведения деловой или политической сферы, лишь принимая во внимание то, что
им известно в качестве выходцев из научно-технического комплекса.
¶ДЕНЕЖНЫЙ ТОТАЛИТАРИЗМ§
Я рассмотрел экономику западнизма с точки зрения ее содержания. Перейду
к рассмотрению ее со стороны формы. Это разделение формы и содержания не
является абсолютным. В процессе эволюции тут происходят такие изменения, что
они меняются местами в их проявлениях. Тем не менее в исходном пункте
необходимо фиксировать их принципиальное различие.
Деньги являются одним из величайших изобретений человечества,
сопоставимым по своей важности с изобретением языка. Они являются также и
великим источником несчастий. Но в истории человечества не было ничего
значительного, что принесло бы только одно добро, и никогда не будет. Даже
изобретение языка не было абсолютным благом. Язык был, есть и будет одним из
мощнейших источников и орудий зла.
Возникли деньги задолго до капитализма и Запада. Возникли они как знаки
ценности вещей и услуг и как количественная мера (как средство измерения)
ценности, то есть как знаки величин ценностей. Они стали средством обмена и
торговли, средством накопления ценностей (богатств), средством осуществления
различного рода отношений между людьми, включая брачные, семейные, деловые,
политические отношения и действия. Их роль расширялась, упрочивалась и
разнообразилась, охватывая все сферы жизни людей. Это послужило одним из
важнейших условий формирования феномена Запада. А с победой западнизма
создались ничем не сдерживаемые условия для того, что я называю денежным
тоталитаризмом. Из формы (средства)
социальных отношении людей деньги превратились в самодовлеющую
сущность, сделав людей средством для своего бытия.
Испокон веков деньги выполняли функции знака и меры ценностей. Затем к
этим функциям присоединилась функция капитала. В современном западном
обществе, особенно после Второй мировой войны, в полную силу развилась еще
одна их функция, деньги стали универсальным и всеобъемлющим средством
измерения, учета и расчета деятельности людей, учреждений и предприятий,
средством управления экономикой и другими сферами общественной жизни,
средством управления людьми и контроля за их общественным поведением. В
экономической и социологической литературе иногда роль денежной системы
сравнивают с ролью кровеносной системы живых организмов. К этому с полным
правом можно добавить то, что денежная система выполняет значительную часть
и функций нервной системы организма.
Деньги стали (подчеркиваю, стали теперь, а не были такими изначально!)
главным регулятором всей основной жизнедеятельности людей западного
общества, основным побудительным мотивом, целью, страстью, заботой,
контролером, надсмотрщиком, короче говоря — их идолом и богом. Западные
люди одержимы деньгами
34 вовсе не потому, что они морально
испорчены (в моральном отношении они не хуже людей обществ иного типа), а
потому, что деньги стали абсолютно необходимым условием, средством и формой
их жизнедеятельности. В деньгах концентрируется и символизируется вся суть
жизни людей в этом обществе. Это есть та реальная социальная атмосфера,
которой они дышат, социальная пища, которой они питаются, социальная среда,
в которой они движутся в поисках средств существования. Деньги для западного
человека — это возможность иметь все то, что необходимо для жизни, и иметь
то, что сверх необходимого. Это — возможность иметь комфорт, образование,
культуру, здоровье, удовольствия. Это — уверенность в завтрашнем дне,
уверенность в будущем детей. Кто бы ни был западный человек, он так или
иначе, прямо или косвенно, сам или через других лю-
дей вынужден быть участником, объектом и субъектом денежного
тоталитаризма.
По вещной форме деньги разделяются на такие категории: 1) товарные
деньги, имеющие ценность как вещи, то есть сами по себе; 2) бумажные
денежные знаки и монеты; 3) ценные бумаги, чеки, кредитные карты,
юридические денежные документы. Определяющими для современного западного
общества являются денежные знаки, выпускаемые специальными банками и
охраняемые государством, — государственные денежные знаки. Так называемые
товарные деньги начинают играть роль денег в экстремальных ситуациях. В
нормальных условиях они суть вещные ценности, оцениваемые в государственных
деньгах и в принципе обмениваемые на них. Указанные в третьем пункте бумаги
предполагают в основе государственные деньги и возможность иметь с их
помощью денежные знаки. Так что деньги, без которых немыслим капитал и
капитализм, суть фактор государственности, то есть суть явление не только в
деловом аспекте общества, но и в коммунальности.
¶УСЛОВНЫЕ ДЕНЬГИ§
Лишь государственные деньги являются тем универсальным и всеобъемлющим
инструментом общества, о котором говорилось выше. В этой форме они
становятся основой для высшей стадии эволюции денежной системы — для
системы условных денег, то есть для учета, расчета и регулирования
деятельности и отношений людей в воображаемых деньгах, но без участия
реальных денежных знаков. Люди получают заработную плату, осуществляют
покупки, оплачивают бытовые услуги, платят налоги, получают кредиты, короче
говоря -осуществляют бесчисленные денежные операции, не прикасаясь руками к
деньгам. И все те, кто вовлечен в эти дела, по большей части тоже не
прикасаются к этим деньгам. Производятся банковские расчеты в неких
потенциальных деньгах, происходит передвижение воображаемых денег путем
манипуляций с числами на бумагах, относящихся к определенным людям,
учреждениям, организациям и предприятиям.
Как рядовые граждане, так и предприятия во многих случаях должны
расплачиваться наличными. Но это в
основном мелкие операции. Операции с участием значительных сумм денег и
в этих случаях совершаются посредством чеков и кредитных карточек
(пластиковых денег), которые делают эти операции безналичными
35.
Огромные денежные суммы циркулируют в сфере преступности и в незаконных
операциях в общем и целом непреступных граждан. Но это не умаляет
доминирующую роль условных денег.
Условные деньги не сводятся к реальным. Они суть новое качество в
социальных отношениях людей. Величина условных денег, циркулирующих в
обществе, во много десятков раз превосходит величину реальных денег, которых
было бы достаточно для нормальной жизни общества, если бы условных денег не
было. Но общество уже не может жить без последних.
Уровень условных денег как всеобъемлющий и доминирующий стал возможен
благодаря развитию определенной тонкой технологии и компьютерам.
Практические его удобства несомненны. Но власть денег над людьми от этого не
ослабла, а усилилась. Она приняла еще более принудительные формы, неимоверно
расширив при этом круг подвластных. Практически почти все занятые (имеющие
работу) люди оказались подданными тоталитарного денежного режима. Ослабить
власть этого режима можно только одним путем, а именно — усилением своей
деловой активности, стремлением любыми средствами увеличить свой счет в
банке или хотя бы свести концы с концами.
Банк, хотя в нем и работают люди, имеет дело с обезличенными числами.
Он беспощаден. Власть денежного тоталитаризма вынуждает людей на более
интенсивную жизнедеятельность, а все общество — на более интенсивный обмен
веществ, какого не знали и не знают общества иного типа. Уйти полностью
из-под власти этого режима можно только такими путями: быть от рождения или
стать очень богатым человеком, самому войти в касту диктаторов,
удовольствоваться каким-то постоянным источником дохода, уйти в сферу
преступности или опуститься на уровень полной нищеты.
Условные деньги (безналичный денежный расчет) не имеют ничего общего с
коммунистической идеей исчезновения денег в некоем будущем обществе
всеобщего изобилия. Согласно коммунистическому идеалу надоб-
ность в деньгах отпадет, поскольку все потребности людей будут
удовлетворяться. Нелепость этой идеи теперь очевидна всем, и нет надобности
ее критиковать. По изобилию материальных богатств современное западное
общество превосходит все то, что могли себе вообразить коммунисты прошлого.
Но роль денег от этого не уменьшилась, а, наоборот, всемерно возросла,
подобно тому, как не отмерло, а усилилось государство в коммунистическом
обществе, хотя отношения частной собственности были почти полностью
ликвидированы.
Высшим результатом развития денег явилось то, что они стали исчезать из
повседневной жизни людей как телесные феномены. Но при этом они сохранили и
усилили свое значение в бестелесных расчетах денежных учреждений. Они
скрылись в оболочку денежного механизма. Они спрятались за кулисы
повседневного жизненного спектакля, сохранив за собою функцию режиссера
этого спектакля.
¶ДЕНЕЖНЫЙ МЕХАНИЗМ§
Нет надобности доказывать то, каких космических величин достигает объем
денежных операций в современном многомиллионном западном обществе. И было бы
удивительно, если бы в этом обществе денежного тоталитаризма не сложился
механизм, осуществляющий и охраняющий этот тоталитаризм. Он сложился, достиг
огромных размеров и стал одной из важнейших опор общества. Описание его
можно найти в бесчисленных социологических, юридических и экономических
сочинениях, в учебных пособиях, в справочниках, в описаниях стран.
Механизм денежного тоталитаризма образует гигантская финансовая система
общества, которая теперь обусловлена прежде всего необъятным числом денежных
операций, охватывающих все аспекты жизни людей и общества в целом, в том
числе и все то, что связано с капитализмом. Этот механизм есть механизм
особого подразделения делового аспекта общества — денежного дела. Но в силу
особой роли этого подразделения общества он превратился в механизм общества
в целом. Он включает в себя два рода учреждений и предприятий:
1) банки и другие финансовые предприятия, которые называются другими
словами, но выполняют ту же роль или разделяют с банками отдельные функции
денежного дела (сберегательные кассы, страховые компании, кредитные
учреждения и т. д.), а также крупные фирмы и концерны, обладающие большими
суммами денег и выполняющие функции, аналогичные отдельным функциям банков;
2) государственные финансовые учреждения.
Число денежных предприятий огромно. Имеет место сложнейшее разделение
их функций (специализация), а также разделение ими территорий действия и
сфер общества. Есть банки частные и общественные, отдельные и объединенные в
группы, личные и акционерные, универсальные и отраслевые, кредитные,
ипотечные, коммерческие, национальные, международные. Сами они имеют сложную
структуру — иерархию подразделений, начинающуюся центральным отделением, и
доходящую до местных отделений, непосредственно имеющих дело с клиентами. В
их деятельности заняты миллионы людей. Используется самая современная
технология, без которой вообще уже невозможно функционирование денежного
механизма.
Не буду утомлять читателя скучными цифрами на этот счет. Приведу лишь
несколько примеров. Американская Банковская Ассоциация имела в 1988
году
36 250 тысяч банковских служащих. Она имела свою специальную
школу, которая ежегодно охватывала более 150 тысяч человек, выпускала свои
журналы ("Capital" и "Banking"). Баден-Вюртембергское Акционерное Общество
имело 132 отделения. Сицилийский банк имел 358 отделений в Италии, а также
филиалы и представительства во многих городах Европы и Америки. Национальный
Вестминстерский банк имел 82 тысячи служащих. Это лишь малая часть общей
сети денежных предприятий Запада.
Денежный механизм организован так, что в нем неразрывно соединяются
принципы дела и принципы коммунально сти. В нем принципы коммунальной
субординации и координации доведены до уровня точности часового механизма и
беспощадности бездушной машины, так что коммунистические и другие
диктаторские режимы выглядят в сравнении с ним как демократическая
расслабленность и распущенность.
¶РЕАЛЬНАЯ И СИМВОЛИЧЕСКАЯ ЭКОНОМИКА§
Сумма денег, циркулирующих в той или иной форме в современном мире,
достигает астрономических размеров. Это, конечно, отражает огромные
богатства человечества. Но вместе с тем денежная сфера превратилась в
автономную, в значительной мере независимую от реальной экономики. Среди
трех важнейших перемен в мировой экономике в последние десятилетия П.
Друкер
37 называет то, что двигателем ее стала не торговля
товарами и услугами, а движение капиталов, то есть денежных масс. Произошел
переход от "реальной" экономики к "символической".
В мировой экономике "реальная" и "символическая" экономики существуют в
значительной мере независимо друг от друга. Движение капиталов независимо от
торговли во много раз превосходит то, что необходимо для торговли. Например,
на лондонском долларовом рынке проходило в 25 раз больше долларов, чем общий
объем мировой торговли. Плюс к тому — валютные операции в 12 раз
превосходили объем мировой торговли. Таким образом, "символическая"
экономика в 1986 году почти в 40 раз превосходила "реальную".
Хочу заметить, что такого рода диспропорции явля-ются обычными и для
других социальных явлений, например — для соотношения сфер производства и
услуг, управленческого аппарата и управляемых объектов,
государственно-бюрократической системы и прочих сфер общества. В этой
избыточности надо различать необходимую часть и такую, без которой можно
было бы в принципе обойтись, но которая складывается по инерции и в силу
способности завоевывать место в обществе, не считаясь с интересами целого.
¶ГОСУДАРСТВО, ПРАВО, ДЕНЬГИ§
Вопрос о государстве и праве я буду специально рассматривать дальше.
Здесь же я коснусь их лишь как элементов денежного механизма западного
общества.
Общеизвестна марксистская схема, до сих пор оказывающая влияние на умы
мыслителей. Капитализм, соглас-
но этой схеме, есть базис западного общества, а западное государство
есть надстройка над ним. Капиталисты покупают государственную власть, и та
служит им. Западное государство есть государство буржуазное,
капиталистическое. Я отверг эту концепцию как научно несостоятельную еще в
довоенные годы, не зная тогда ничего о западной критике марксизма, опираясь
на очевидный факт разрастания и усиления советской государственности,
которая мне представлялась как прямое продолжение и развитие дореволюционной
русской государственности. Государство не есть надстройка над каким-то
базисом. Оно имеет свои корни, независимые от капитализма. Оно может
пр
...Закладка в соц.сетях
