Жанр: Политика
Запад. феномен западнизма
...вляющихся
собственностью семей, не имеют в семьях их владельцев подходящих
продолжателей дела, — наследники не хотят или не могут заниматься бизнесом.
По современным условиям для этого нужны профессиональные менеджеры. Многие
владельцы таких предприятий продают их своим менеджерам или менеджерам,
которых им могут предложить особые фирмы. Менеджеры, покупающие эти
предприятия, становятся их собственниками. Но деньги на такие покупки они
берут в особых финансовых учреждениях, специализирующихся на операциях
такого рода. Например, так называемая "3 — группа" в Германии в 1992 году
таким путем участвовала в 4 тысячах фирм. Упомянутые менеджеры-собственники
становятся должниками фирм, занятых особым бизнесом управления.
По другой линии эволюции феномена собственности произошло как бы его
растворение в массе населения. Слой собственников разросся настолько, что в
него теперь входит так или иначе большинство взрослого населения
страны
27. Миллионы людей стали владельцами акций, то есть
совладельцами каких-то предприятий. Они не имеют никакого влияния на
деятельность этих предприятий. Власть над этими предприятиями принадлежит
небольшой группе акционеров. Но в этом-то и состоит суть дела. Сама функция
собственности и состоит в том, что человек владеет чем-то, но не в том, что
он организует какое-то предприятие. Владелец акции волен продать ее по
своему усмотрению. Он имеет за эту собственность какой-то доход. И все! На
этом функция собственности и кончается. Остальное не есть функция
собственности как таковой.
Несколько иначе в пропаганде изображается участие наемных работников в
своих предприятиях в качестве совладельцев их. В последние годы эта
тенденция приняла настолько широкий размах
28, что некоторые футу-
91
рологи даже увидели в этом будущее экономики
29. Сама идея
такого участия сотрудников фирм во владении ими есть старая социалистическая
идея. Какой бы размах ни принимало это движение, у него, на мой взгляд, есть
два пути: либо превращение таких предприятий в "общественную" собственность,
либо превращение совладельцев их s фикцию, маскирующую нечто иное, а именно
— фактическое социальное структурирование участников дела.
В слой собственников попадают рентнеры, живущие на проценты,
пенсионеры, получающие пенсию через банки, и вообще все граждане,
пользующиеся услугами банков. Они так или иначе являются владельцами
каких-то средств, участвующих в каких-то предприятиях через банки. Пусть это
не приносит большинству из них прибыли. Но ведь социальную основу западного
общества образует не получение прибыли, а деловой аспект, лишь создающий
возможность для прибыли и поддающийся ее воздействию в качестве своего
следствия.
Миллионы собственников, о которых идет речь, являются уже не
собственниками в первоначальном смысле слова, но собственниками
потенциальными и фиктивными. Когда все суть собственники, понятие
собственности теряет смысл. Эти миллионы являются собственниками
вынужденными. Все общество в целом теперь превратилось в единый деловой
механизм, взяв на себя часть функций собственников и сделав само понятие
собственности бессмысленным.
Следующая линия эволюции собственности — развитие договорных и вообще
правовых отношений до такой степени, что о свободе отношений между
различными социальными категориями людей уже и речи быть не может. Люди
вольны или невольны заключать договоры. Но, заключив их, вынуждены
действовать в этих рамках, ограничивая тем самым свою свободу как
собственников.
Существенным образом ограничивает сферу частной собственности то, что
значительная часть предприятий является государственной собственностью.
Политика приватизации, усилившаяся в восьмидесятые и девяностые годы нашего
века, мало что изменила в этом отношении.
Отмечу, наконец, такую важнейшую линию эволюции западного общества, как
разрастание сферы го-
сударственности и образование класса государственных служащих,
охватывающего многие миллионы работоспособных граждан, порою — более 15%
работающего населения страны
30. Эта огромная армия служащих живет
уже не по законам собственности, а по законам коммунальных отношений лиц, не
имеющих собственности. Апологеты частной собственности зачисляют и их в
собственники, объявив собственностью тот факт, что люди имеют постоянное
место работы, а также их пенсионный фонд. Такое обращение с понятием
собственности есть просто словесное жульничество за счет неопределенности и
многосмысленности слов. В западном обществе обладатель рабочего места не
имеет права отдать его кому-то другому или продать за деньги, без чего
никакой частной собственности нет.
Сказанное не следует понимать так, будто на Западе исчез класс частных
собственников или он перестал играть важную роль. Такой класс существует и
обладает огромной властью. Но в него входят далеко не все те, кто имеет
какую-то собственность. В него входят те, кто использует свою собственность
в качестве капитала. В него входят также те, кто благодаря собственности
может занять более или менее высокое и выгодное положение в социальной
структуре или по крайней мере иметь условия для использования своих
способностей и своего труда для добывания средств существования. И эти люди
играют важную роль в обществе не в качестве собственников, а в качестве лиц,
занявших определенное положение в обществе и использующих собственность как
средство деятельности и карьеры.
¶ЧАСТНОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО§
Частное предпринимательство, как правило, связывают необходимым образом
с частной собственностью. Но это ошибочно. Предприниматель есть человек или
какое-то объединение людей, которые организуют производство ценностей или
услуг. Необходимым условием предпринимательской деятельности является
воз-можность и право распоряжаться какими-то ресурсами, их использованием и
реализацией результатов деятель-
ности. Частная собственность на средства производства может служить
одним из условий такого рода, возможно — решающим. Но не всякий частный
собственник есть предприниматель. В западных странах имеются значительные
слои населения, которые суть частные собственники, но не предприниматели.
Предприниматель не обязательно есть частный собственник ресурсов
предприятия. Он может арендовать эти ресурсы у их собственника (у частного
лица, у общины, у государства). Он может взять кредит в банке, может быть
посредником в какой-то фирме. Собственники ресурсов в этой их функции
собственников предпринимателями не являются.
Частным предпринимателем является предприниматель, который
характеризуется такими определяющими признаками. Во-первых, он есть
юридически признанный субъект дела, то есть он занимается
предпринимательской деятельностью по праву. Во-вторых, он организует и ведет
дело (предприятие) на свой страх и риск, не подчиняется в этой функции
государству, несет ответственность за результаты дела и за его судьбу.
Предприятие не является частным, если им распоряжаются учреждения
власти, начиная от местных властей и кончая центральной. Такие предприятия
включают в "общественный" сектор. Хотя деятельностью их распоряжаются
назначаемые или избираемые лица, юридическим их субъектом является тот или
иной уровень системы власти и управления. Частные предприятия включают в
"частный" сектор предпринимательства (экономики).
Общественный сектор принято отождествлять с коммунистической
экономикой. Плохую (сравнительно с частным сектором) работу его считают
свидетельством экономической несостоятельности коммунизма. Это ошибочно. Оба
сектора суть элементы западнизма. В общественный сектор попадают некоторые
предприятия в силу причин неэкономического характера, а также предприятия,
которые важны для общества, но не могут выжить как частные. Доминирующим в
западнизме является частный сектор, то есть частное предпринимательство. Оно
остается таковым, несмотря на изменения в структуре частной собственности, о
которых я говорил выше. Оно останется таковым, если даже в де-
ловой сфере не будет ни одного частного собственника, являющегося
юридическим субъектом предприятия. Коммунистическая экономика имеет сходство
с общественным сектором западнизма. Но не более того. Она имеет иные
основания. Это, как я уже говорил, суть отношения коммунальности, а не дела.
¶ЭКОНОМИКА§
Деловые клеточки объединяются в единое целое — в то, что называют
хозяйством или экономикой страны. Экономика, коротко говоря, есть
производство (включая добычу и сбор) и распределение предметов потребления
(вещественных благ) и услуг.
Экономика считается основой (базисом) западного общества. В этом нет
ничего страшного, если в слово "основа" не вкладывать никакого
социологического смысла, а иметь в виду просто тот факт, что экономика
поставляет социальному организму средства существования. Но обычно идут
дальше такого метафорического смысла слова "основа", а именно — имеют в
виду то, что организация экономики и отношения между людьми в ней определяют
собою характер (тип) всего общественного организма. Наиболее отчетливо эта
концепция была выражена в марксистской теории общественно-экономической
формации, которая так или иначе до сих пор оказывает какое-то влияние на
состояние умов в этой сфере познания и идеологии.
Экономику западного общества надо рассматривать с двух точек зрения,
если отвлечься на время от ее взаимоотношений с другими феноменами общества.
Первую из этих точек зрения я буду называть содержательной или вещественной,
имея в виду то, что связано с производством и доведением до потребителей
вещей и вещественных услуг. Вторую точку зрения я буду называть формальной
или денежной, имея в виду все то,
что связано с деньгами, прибылью, капиталом, банками, Ценами, рынком и
прочими элементами денежного хозяйства. Обычно под экономикой и имеют в виду
именно денежное хозяйство, принимая вещественное хозяйство лишь в качестве
сферы его функционирова-
ния. Я не отдаю предпочтения ни тому ни другому, считая их двумя
аспектами одного и того же явления. При рассмотрении каждого из них придется
отвлекаться от другого. Но это не будет означать их разделение и
рассмотрение как явлений, существующих наряду друг с другом.
¶СТРУКТУРА ЭКОНОМИКИ§
О клеточной и социальной структуре экономики я уже говорил выше.
Добавлю к сказанному еще следующее.
Большинство известных мне авторов разделяют экономику западных стран на
три сферы: сельское хозяйство, промышленность и обслуживание. Некоторые
авторы дают несколько иную классификацию
31. В первую сферу они
включают сельское хозяйство, добычу руд и лесоводство. Во вторую сферу
включают переработку сырых материалов в готовую продукцию. В третью сферу
включают услуги, в том числе медицинское обслуживание, обучение, управление,
церковь.
Я считаю, что классификации такого рода лишены социологического смысла.
Переработка сырого мяса в бифштексы и антрекоты есть переработка сырых
материалов в готовую продукцию, но вряд ли это отнесешь к сфере
промышленности. Понятие "сфера обслуживания (услуг)" вообще является
бессмысленным. В эту сферу не попадают те люди из промышленности и сельского
хозяйства, которые заняты не непосредственным производительным трудом, а
трудом по его обслуживанию. По некоторым данным
32, в
промышленности таких большинство. В одну категорию обслуживания (услуг)
объединяются разнокачественные предприятия и учреждения, одни из которых
обслуживают непосредственно людей (магазины, рестораны, парикмахерские и т.
п.), а другие — другие предприятия, в том числе промышленные и
сельскохозяйственные (транспортные фирмы, исследовательские и информационные
учреждения и т. п.). К тому же вообще нелепо включать в экономику больницы,
школы, университеты, церковь и административные учреждения. В таком случае с
не меньшими
основаниями в эту сферу можно включать органы власти, полицию и армию.
Короче говоря, рассматриваемые классификации не характеризуют экономику
адекватным образом и относятся скорее к сфере идеологии, чем науки.
Расчленяя экономику по "принципам мясника", теоретики игнорируют или
отодвигают на задний план другие ее важные аспекты. Например, экономика
разделяется на ведущие и второстепенные отрасли по степени важности для
страны, а также на прогрессирующие и консервативные с точки зрения
производительности труда. Первое разделение общеизвестно и очевидно, так что
нет надобности долго пояснять: производство угля и стали, например, важнее,
чем производство зубочисток и пепельниц. Во втором случае речь идет о том,
что не все отрасли производства развиваются равномерно. Некоторые в силу
общественных потребностей и благоприятных условий вырываются вперед, как это
произошло, например, с авиационной и автомобильной промышленностью, с
электроникой и компьютерами. Происходящие здесь социальные процессы еще не
изучены достаточно глубоко и полно. Я не специалист в этой сфере науки, но,
судя по той информации, которая попадалась мне на глаза, тут имеет место не
столько взаимное стимулирование, но и взаимное препятствование. Ресурсы
общества не безграничны, и процветание одних отраслей имеет следствием
тенденцию к упадку других. И как это ни странно на первый взгляд, больше
всего страдают ведущие отрасли экономики. Они нуждаются в помощи со стороны
государства, так что тенденция к их социализации не является случайностью
или следствием какой-то идеологии.
3 различных источниках приводятся различные величины, характеризующие
распределение работающих граждан западных стран по упомянутым трем сферам
экономики. Чаще приводятся такие величины: от 20 до 25% работающих заняты в
промышленности, от 3 до 6% _ в сельском хозяйстве, от 70 до 75% — в сфере
обслуживания. Эти данные истолковываются, само собой разумеется, как
показатель очень высокой производительности труда и эффективности экономики
За-пада. Я не оспариваю это утверждение. Однако я счи-
таю, что эти данные лишены социологического смысла, как и сама
классификация сфер экономики.
Согласно приведенным данным в сфере производства материальных ценностей
в странах Запада занято меньше одной трети работающих граждан. Причем
проценты занятых в материальном производстве имеют тенденцию к сокращению.
Есть основания предполагать, что лет через пятьдесят, если не произойдет
ничего из ряда вон выходящего, он упадет до десяти или даже до пяти.
Бесспорно, это говорит о росте производительности труда. Но какого? Труда
работающих людей. Назову такую производительность абстрактной.
Производительность труда общества в целом, однако, характеризуется также
многими другими факторами, в том числе — наличием массы трудоспособного
населения, не занятого в хозяйстве. Если его присоединить к той части
работающих, которая занята в сфере производства материальных ценностей, то
картина будет уже не такой радужной. А эта часть населения имеет тенденцию
увеличиваться. Я предполагаю, что через те же самые пятьдесят лет, если
опять-таки процесс не будет прерван из ряда вон выходящими событиями, она
вырастет до таких размеров, что пропадут выгоды от сокращения
производительной части населения, то есть выгоды от роста абстрактной
производительности труда. Думаю, что тут Запад достиг некоторого потолка,
преодолеть который невозможно.
Из тех 20--25% работающих, которые заняты в промышленности, отнюдь не
все заняты непосредственно производительным трудом. Большинство из них
занято в сфере обслуживания производительной части в собственном смысле
слова. Если их включить в сферу обслуживания, то, наоборот, суждения о
высоте производительности труда западных стран будут еще восторженнее. И еще
бессмысленнее, поскольку никаких вразумительных критериев различения
производительного и непроизводительного труда не существует. Да и вряд ли
они возможны в принципе. Если, например, считать производительным трудом
производство материальных ценностей, то как быть с производством вооружений,
предметов роскоши и вещей, которыми пользуются паразиты и преступники?
От 3 до 6% работающих занято в сельском хозяйстве. Но характеризует ли
это реальную социальную структуру западного общества существенным образом?
Почему бы, например, не подсчитать, сколько людей вообще занято в той сфере
экономики, в которой продукты сельского хозяйства производятся, хранятся,
транспортируются и вообще достигают потребителя, причем не только внутри
данной страны, а и во всем мире, кормящем эту страну? Думаю, что картина
получилась бы иная.
¶ПРОИЗВОДСТВО, РАСПРЕДЕЛЕНИЕ, ПОТРЕБЛЕНИЕ§
Самой простой и абстрактной схемой всякой экономики является такая:
производство готовой к потреблению продукции (включая услуги) --
приобретение этой продукции потребителем (включая использование услуг).
Более кратко эту схему можно изобразить так: производство — потребление. В
западной экономике эти два элемента схемы разделены и обособлены так, что
большую часть из того, что люди производят, они не потребляют сами, и
большую часть того, что они потребляют, они не производят сами.
Приведенная схема усложняется тем, что производство готовой к
потреблению продукции дифференцируется и возникает отношение между
производством материалов для окончательной продукции или частичной продукции
(деталей) для нее. Эта схема может усложняться еще более за счет того, что
производству готовой к окончательному потреблению продукции может
предшествовать два и более этапов производства. Важно здесь то, что
некоторые производители здесь вы-ступают также и в роли потребителей.
Например, в схеме "производство материалов — производство деталей --
производство более сложных частей — производство окончательной продукции"
второе, третье и четвертое звено являются и потребителями. Усложнение
отношений производства и потребления происходит также вследствие того, что
между производ-ством окончательной продукции и ее потребителем вкли-ниваются
посредники, задача которых — довести готовую
продукцию до потребителя. Это, например, магазины. Задача таких
посредников — распределять готовую продукцию по потребителям. Посредник в
свою очередь может дифференцироваться, то есть распределение будет
осуществляться в два и более этапов. Например, первым этапом распределения
может быть крупная фирма, а вторым -магазины, приобретающие у нее товары.
Все элементы этих схем атомизированы, то есть состоят из множества
отдельных предприятий производителей и множества отдельных потребителей.
Окончание одних цепочек движения вещей и услуг может стать началом других.
Цепочки перекрещиваются. Продукция от производителей может расходиться по
многим различным линиям (к разным посредникам и потребителям). К
потребителям продукция может сходиться по разным линиям (потребитель
приобретает различные вещи и пользуется различными услугами). Образуются
пункты распределения, в которые продукция стекается по разным линиям и
откуда она уходит точно так же по разным линиям.
В обществе складывается густая сеть производителей, распределителей и
потребителей. Отношения между ячейками этой сети находятся опытным путем и
строятся на основе договорных соглашений. Это индивидуальная сеть в данном
районе страны и в стране в целом. В стране складывается множество таких
более или менее обширных и до известной степени автономных сетей, которые
переплетаются в сети более сложные и в конечном счете в единую хозяйственную
сеть страны.
Я подчеркиваю, что сети такого рода на разных уровнях складываются
опытным путем, на основе личных контактов владельцев их ячеек или лиц,
каким-то путем получивших право вступать в переговоры, принимать решения и
заключать контракты, одним словом -предпринимателей. Это — живой процесс. В
нем имеют место пробы, ошибки и изменения, какие случаются в процессе жизни
всякого сложного организма. Люди, участвующие в этом процессе, являются
профессионалами в своем деле, а если включаются в него впервые, так или
иначе приобретают опыт и становятся профессионалами. Весь процесс есть дело
и подчиняется законам дела.
Я обращаю внимание на все эти общеизвестные, казалось бы, явления
потому, что они удивительным образом игнорируются или недооцениваются в
профессиональных исследованиях, и тем более в идеологии. А между тем именно
они образуют связную (я бы сказал — "плотную") хозяйственную среду или
ткань, имеющую свои законы и играющую гораздо более важную роль в
жизнедеятельности социального организма, чем вырванные из этой среды и
всемерно раздутые свобода предпринимательства и отношений "свободного"
рынка.
Понятие "распределение" имеет также другой смысл, чем тот, который
рассмотрен выше, а именно — распределение жизненных благ между гражданами
общества в зависимости от того, какое положение они занимают в обществе и
какими возможностями располагают. К этой проблеме я обращусь ниже.
¶СПРОС И ПРЕДЛОЖЕНИЕ§
Пункты распределения, о которых я говорил, это рынок, на котором
происходит встреча потребителей и производителей. Здесь имеет место взаимное
влияние потребителя и производителя. Потребитель воздействует на
производителя путем выбора из множества предлагаемых вещей и услуг то, что
ему хочется или что он может позволить себе. Производитель воздействует на
потребителя, предлагая и так или иначе навязывая ему то, что он хочет сбыть.
Чем детерминируется выбор, осуществляемый потребителем? Тут играют роль
привычки, вкусы, реклама, случай, покупательные возможности, отсутствие
времени на более тщательный выбор, отсутствие опыта, безразличие и другие
факторы. Вы-бор того, что сделано лучше при той же цене, и того, что дешевле
при том же качестве, образующий основу так называемой свободной конкуренции
производите-лей, представляет лишь один из принципов, которым
Руководствуется покупатель, причем невсеобъемлющий. К тому же разница в
предлагаемых вещах и услугах, ко-торые может себе позволить потребитель,
обычно не столько велика, чтобы вообще осуществлять какой-
то сознательный и расчетливый выбор. Да и разница в ценах вещей и
услуг, которыми себя ограничивает потребитель, обычно незначительна. Так что
фактически роль свободной конкурентной борьбы за покупателя на некоем
свободном рынке не является всеобъемлющей, как это изображают апологеты
свободного рынка и свободной конкуренции. Их роль ограничена прежде всего не
какими-то мерами государства, монополиями, картелями и другими внешними
факторами, а самим конкретным процессом жизни людей, пользующихся рынком.
Только в тех случаях, когда дело касается больших покупок, осуществляемых
профессионально занятыми этим делом людьми, действует коммерческий расчет в
чистом виде. Но каков объем таких покупок в общем объеме покупок?
Ассортимент производимой продукции и услуг детерминирован исторически
сложившимися потребностями потребителей, а последние, в свою очередь,
детерминированы привычно производимыми вещами и услугами. Тут исторически
складывается определенный жизненный стандарт, который, с одной стороны,
стимулирует производство (то есть предложение) товаров и услуг, а с другой
стороны, он же и ограничивает производство. Спрос не безграничен. Тут
складывается более или менее устойчивое и динамичное равновесие спроса и
предложения (потребления и производства), лишь время от времени и лишь
частично нарушаемое привходящими обстоятельствами и новаторством
производителей. Одним словом, в западной экономике в ее глубине существует
некий твердый "стержень" ("скелет"), вокруг которого становится возможной ее
динамика.
Сказанное также может служить примером, иллюстрирующим одну особенность
процессов в социальном организме: они являются не линейными, а циклическими
в том смысле, что в них причины и следствия меняются местами, взаимно
стимулируют друг друга, так что в них невозможно найти концы. Эти
циклические процессы, конечно, получают какой-то "толчок" (имеют начало) в
истории организма и постоянно поддерживаются какими-то внешними и
внутренними "толчками". Но в основном они приобретают некоторую ав-
тономию, подобную обмену веществ в живом организме.
Одним словом, хозяйство как процесс производства, распределения и
потребления вещей и услуг имеет свои собственные закономерности, независимые
от его денежного облачения. Оно образует определенный "обмен веществ" между
организмом общества и его средой, а также между частями организма довольно
высокой степени интенсивности уже само по себе, независимо от его денежной
формы. Последняя привносит в этот "обмен веществ" нечто такое,
...Закладка в соц.сетях
