Жанр: Политика
Над пропастью во лжи
...ет резать на кусочки.
Так и мое дело, это кошмарный советский римейк сталинских ужасов. Слабая,
бледная копия, на ней лежит отблеск адского огня...
Казалось, главная аксиома "доказана": у нас нет политических процессов, одно
только политическое следствие. Но наступил январь, и Александр* Трофимов заявил
у себя на коллегии, что он не понимает, почему мое дело прекращено, когда есть
такие прекрасные основания его продолжить. Эта публика не могла вынести, что
кто-то сочувствует чеченцам, а не им, таким лощеным, таким бесчисленным, таким
бессовестным...
О реплике А.Трофимова мне немедленно донесли журналисты "Эха Москвы". И
спросили, что я об этом думаю. Ну, что я могла ответить? Во-первых, это
преднамеренная утечка информации: надо же ФСБ будущему красному монарху Зюганову
свой товар лицом показать? У нас - товар (технология политических репрессий); у
вас - купец (репрессивная власть, которой надо будет избавляться от демократов).
Во-вторых, А.Трофимов - профессиональный палач и V отдела ГБ; цветы опылять он
все равно не будет, он может только сажать. И не цветы, кстати. Орехова же
посадил. Дальше я выступаю по 1 каналу ОРТ у Любимова с Сажи Умалатовой, бросаю
ей вязанную варежку вместо перчатки, одновременно предлагаю во втором туре
голосовать за Ельцина, а после поставить свечу, первый тур сулю Явлинскому, да
еще предлагаю Любимову выпить сока за победу чеченского оружия. И дальше - по
нарастающей. Передача состоялась 7 марта, дело по "факту" было возбуждено
Прокуратурой г.Москвы, этим коммунистическим заповедником, 8 февраля (через 2
дня после ареста А.Никитина), сразу после мартовских праздников меня вызвали в
прокуратуру Северо-Восточного округа (единственный округ и единственная
прокуратура, куда еще можно было сдать меня на хранение, потому что по месту
моего жительства и по месту прописки "Нового взгляда" больше не оставалось
прокуратур).
На этот раз распоряжение вышестоящего начальства угодливо, хотя и с чувством
вины, клянясь в большом уважении ко мне, всяческой радости от встреч и заверяя,
что мне ничего не будет, кроме условного срока, а у них на плечах погоны, они
обязаны это делать, им хуже, чем мне ("...мы тебя совсем не больно убьем..."),
выполняли следователь (начальник следственного отдела Станислав Иванов, постарше
А.Кривченко. и его улыбчивый прокурор. Последний даже звонил мне и пытался
добиться согласия на допрос моей матери, опять-таки заверяя в дружелюбии. Зачем
им это было надо - Бог весть, ведь даже гэбульники от таких методов отказались
еще в 50-ые годы, после смерти Усатого. От этой парочки (Иванов - прокурор) у
меня осталось впечатление следующего рода: на краше газовой камеры двое
эсэсовцев опоражнивают в отдушину банку Циклона-Б, и слыша внизу отчаянные
крики, приговаривают: "Не надо так волноваться, все будет хорошо; на нас погоны,
мы не можем иначе; легко, вам штатским, говорить..."
Сначала нам с Резником показали якобы предлог для возобновления дела: фальшивые
распечатки моих разговоров по частному, личному телефону с Хаммадом Курбановым
(после его отъезда из Москвы мы не говорили по телефону ни разу). Текст был
примерно такой: берите, дорогие чеченские боевики, все русские города, в
частности, город Витебск (то, что это белорусский город, на Лубянке усвоить не
успели). Кассет не было (видно, они были настолько плохо сфальсифицированы, что
их нельзя было дать прослушать хотя бы один раз мне, Иванову и адвокату...
Когда мы потребовали кассеты, расшифровки быстренько исчезли из списка моих
улик. Предлог сделал свое дело, предлог может удалиться... А дальше все пошло в
русле той же колеи, что и с А.Кривченко.
Все- таки наши каратели -маньяки. Серийные убийства, серийные политические
процессы, серийные фальшивки, серийные дела по двум статьям, написанным три года
назад...
1. Ты - свидетель (по своему делу). Очень убедительно и не в первый раз
доказываешь, что ты не предавал Родину ни Биллу Клинтону, ни Шамилю Басаеву; что
не взрывал Чернобыль; что тебя не было в Буденовске; что не крал шапку Мономаха;
что не призывал лишить в РФ русских (а нас, вроде, как раз 80%) избирательных
прав и отправить в газовые камеры.
2. Ты - обвиняемый. Твои объяснения пошли псу под хвост; на выбор берут любое
обвинение (от кражи шапки Мономаха до антинародной деятельности) и предъявляют;
тут же кончают следствие и закрывают дело. Можешь читать всласть.
Мое обвинение выглядело в конечном итоге скромно и непритязательно:
ПОСТАНОВЛЕНИЕ о привлечении в качестве обвиняемого
10 апреля 1996 г.
Начальник следственного отдела прокуратуры Северо-Восточного административного
округа г.Москвы юрист 2 класса Иванов С.Г., рассмотрев материалы уголовного дела
№229120,
УСТАНОВИЛ:
Материалы настоящего уголовного дела дают основания для предъявления
Новодворской Валерии Ильиничне обвинения в том, что она совершила умышленные
действия, направленные на возбуждение национальной вражды и розни, на унижение
национальной чести и достоинства, пропаганду неполноценности граждан по признаку
отношения к национальной принадлежности.
Так, в период 1993 - 1994 г.г., в написанных и опубликованных ею газетных
статьях, а также в интервью представителям средств массовой информации, в устной
и письменной форме Новодворская В.И. систематически высказывала суждения и
пропагандировала идеи о неполноценности русской нации и её представителей, чем
подрывала уважение к ним, унижала национальное достоинство русского народа,
возбуждала чувство неприязни к русским, подстрекала к межнациональной вражде и
розни.
В опубликованной в г.Москве еженедельной газете "Новый взгляд" №46 от 28 августа
1993г., распространяемой среди массового читателя, в том числе и по подписке - в
качестве приложения к газете "Московская правда" в своей статье "Не отдадим наше
право налево!" Новодворская В.И. умышленно унижала национальные честь и
достоинство русского населения Латвии и Эстонии, пропагандировала идеи о его
неполноценности по национальному признаку путём утверждений о том, что русских
"нельзя с правами пускать в европейскую цивилизацию. Их положили у параши и
правильно сделали".
В статье "Россия №6", опубликованной также в г.Москве, в той же газете №1 от 15
января 1994 г., ею умышленно унижается честь и достоинство русских путём
утверждения о маниакально-депрессивном психозе, как неотъемлемой черте русского
характера, определяющей всю историю русского народа.
В интервью эстонским корреспондентам, показанном в публицистической передаче
Эстонского ТВ "Пиканяэварюхм" 6 апреля 1994 г. и опубликованном в газете
"Молодёжь Эстонии" №80 от 9 апреля 1994 г., русским приписываются такие черты
национального характера, как "леность, бедность, бесхребетность, рабство",
пропагандируется тем самым их неполноценность по национальному признаку.
Во всех материалах, подготовленных и подписанных ею, Новодворская В.И., опираясь
на тенденциозно подобранные факты и измышления об образе жизни, исторической
роли, культуре, нравах и обычаях лиц русской национальности, путём
необоснованных выводов и ложных логических посылок умышленно воздействовала на
познавательный компонент социальных установок широкой аудитории и на этой основе
влияя на её эмоционально-оценочные отношения к проблемам межнациональных
отношений, формировала негативное отношение к гражданам русской нации и её
представителям, пропагандируя их неполноценность по признаку отношения к
национальной принадлежности, унижая их национальные честь и достоинство,
целенаправленно возбуждая межнациональную вражду и рознь, способствуя ухудшению
межнациональных отношений на внутри и межгосударственных уровнях,
то есть Новодворская В.И. совершила преступление, предусмотренное ч.1 ст.74 УК
РСФСР.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.143, 144 УПК РСФСР,
ПОСТАНОВИЛ:
Привлечь Новодворскую В.И. в качестве обвиняемой по настоящему делу, предъявив
ей обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.74 УК РСФСР, о
чём ей объявить.
По закону читать дело можно сколько угодно, но прокуроры в погонах так
торопились сервировать меня к столу Зюганова-президента (пока там суд да дело, а
выборы уже 16 июня: эти поганцы-коммунисты собирались же с первого тура
победить!), что нас с Резником просто торопили самым неприличным образом, чуть
ли не до истерики. На чтение стряпни Станислава Иванова у нас ушла неделя.
Но победы не вышло, по крайней мере, на этот раз. И дело, испуская глубокие
вздохи, валялось в Мосгорсуде, пока не возник новый сюжет с операцией
Президента, новый всплеск розовых надежд красных сил, и, следовательно, какие-то
действия судейских чиновников. Дело было назначено к слушанию на конец сентября.
Реальный ущерб от всех этих плясок скелетов из шкафа:
1. Потеря времени (моего, времени Константина Борового и Генри Резника).
2. Ущерб для государственного престижа (Общее мнение от этого дела у иностранных
корров таково: Россия - страна непуганых идиотов из электората Зюганова,
непуганых бандитов (из ФСБ, прокуратуры и суда) и не пуганых Обломовых (все
остальные россияне, которые ничего не делают с первыми двумя группами).
3. А.В.Кривченко намекнул, что он имеет право запретить мне ездить на дачу:
(летом 1995 г.) 40 км от Кремля.
4. Станислав Иванов обещал изменить меру пресечения на содержание под стражей,
если я буду еще писать статьи, особенно о своем собственном деле.
5. А.Ильюшенко сорвал поездку в Италию в августе 1995 г.
6. Судья Татьяна Губанова немотивированно (нежелание огорчать А.Трофимова,
Г.Зюганова, А.Лукьянова и В.Илюхина - не мотив для суда) отказала в
восьмидневной поездке в Испанию в августе.
7. Вымотанные нервы, давление 190/120.
Это все сущие пустяки по сравнению с 40 млн. уничтоженных этими же органами (или
их предтечами) россиян - и не только россиян.
Я не знаю только, обнадеживало ли Александра Никитина то, что он своим примером
символизировал исторический прогресс: до Ельцина, до августа, при Советах его бы
расстреляли. И адвокатами у него были бы отнюдь не Резник и Шмидт. СМИ ничего о
нем не передавали бы, и никаких пресс-конференций! А так он просидел в недрах
ФСБ только 10 месяцев с хвостиком... Кому "спасибо" сказать? Ельцину, Чубайсу,
Кисилеву - с удовольствием. "Беллуне" и правозащитникам - от души. Но не ФСБ же!
И не за то, что руки не укоротили...
Идеологическая схема моего суда аналогична процессу Жанны д'Арк плюс коррекция
на конец XX века, а вместо коммунистов у нее были англичане. Замените ФСБ на
инквизицию, и вы получите искомый результат. Итак, дано, что меня обвиняют в
том, что я ведьма, еретичка и послушна Сатане.
Ведь суть моего обвинения по "Архипелагу" (время процессов над генетиками,
кибернетиками и космополитами) - это ВАД, ВАТ и ПЗ (Восхваление американской
техники и демократии и преклонение перед Западом) - вполне на уровне
Средневековья.
В конце костер, потому что прокурор Лыгин требует полутора лет заключения в
советском концлагере, где нет статуса политзаключенного. То есть сожжение на
медленном огне. Медленная смерть (больше 5-6 месяцев с моим здоровьем не
выдержать). А я предпочитаю сожжение на "быстром" огне - смертельную голодовку.
Всего два месяца, если с водой. 11 дней, если без воды. Обвинение и финал
тождественны, что в Средние века, что сейчас. Но атрибутика! Представьте себе,
что Жанна д ' Арк ходит на суд свободно, дав подписку о невыезде, что у нее есть
адвокаты, что она дает интервью, что в зале судилища - телевидение, что епископ
Кошон объясняется со СМИ...
Все меняется кроме сути. А суть все та же: тебе надо доказать, что у тебя нет
рогов и копыт, что ты не применяешь черную магию и не ездишь на шабаш на козле.
И это доказываешь ты, доказывают члены Пен-центра, Союз писателей, адвокат
Резник... Депутат Боровой доказывал другое: что рога и копыта у эксперта Рощина...
Судья Губанова была очень вежлива и мила. Я ее так и представляю теперь: в
эсэсовской форме, после трудового дня в Освенциме она вышивает бисером абажур из
человеческой кожи. В конечном итоге из меня сделали белку в колесе: та же
подписка о невыезде, то же дело, ушедшее на доследование или на новый процесс...
Вот здесь-то и оценишь чеченцев: они первыми вырвались из беличьих шубок и
беличьих колес. Шамиль Басаев не будет доказывать, что он не колдун и не
террорист.
На этой земле, в той России, которая есть географически, а не виртуально, в
мечтах, мне предоставлено на выбор два вида унижения:
1. Сесть в советскую тюрьму и до последней минуты жизни, даже если это будут
только 11 дней, подвергаться глумлению тюремщиков, гэбистов, прокуроров. Умереть
не свободной, умереть в неволе, после того, как твое достоинство будет
растоптано.
2. Всю жизнь доказывать, что ты не ведьма, не верблюд, не враг народа,
объясняясь со скамьи подсудимой с дураками и подонками. Это не свобода, конечно.
Это соучастие в грязных провокациях таких "расследований" и "судов". Это игра по
их правилам, за их столом.
А больше нет перспектив. Все остальные - еще хуже. Эмиграция - это бесчестье,
дезертирство, предательство. Измена слову, долгу, делу жизни.
Еще можно застрелиться. Новый вид капитуляции, абсолютное доказательство того,
что у страны нет шансов, что в ней нельзя бороться и жить.
А я выбрала вечный кафкианский процесс. Второй вариант. И если кто-нибудь видит
более достойный выход из этой ситуации, пусть первым бросит в меня камень...
Что же до "дела о трех миллионах", то то, что я о нем думаю, в моем последнем
слове. Приятно помечтать о виртуальной России, которую задавила Советская
республика, которую похоронил Иван Грозный. Наверное, Китеж был именно таким.
Виртуальная реальность...
И ВОТ ПОСЛЕСЛОВЬЕ, КОНЕЦ
От народных восторгов по поводу запрета КПСС со снятия памятника железному
Феликсу до нынешнего меркантильного равнодушия по поводу каждого потенциального
народного избранника, от депутата до губернатора или Президента ("Мама, а мама!
Несет ли он яйца?" - "Не знаю, душенька, должен бы несть") - всего 5 лет.
Может быть, это и есть норма при капитализме. Но с нами это случилось рано,
капитализма еще нет, а чтобы его построить, его надо чертовски полюбить.
Бескорыстно. Наверное, это бывает всегда именно так: пассионарный восторг -
забивание камнями, Голгофа - новая религия, вера, катакомбы, мученики, звери на
арене - рутина, равнодушие. Закон Божий, механическое отбывание религиозной
повинности. И хорошо, если фанатизм и инквизиция не продолжат этот ряд.
Когда на последней неделе Входил он в Иерусалим, Осанны навстречу гремели,
Бежали с ветвями за ним.
А дни все грозней и суровей, Любовью не тронуть сердец, Презрительно сдвинуты
брови, И вот послесловье, конец.
Пастернак знал толк в отчаянии, тем более что в его время за Зюганова не 30
миллионов голосовали. Все 100 процентов голосовали за кандидатов блока
коммунистов и беспартийных.
На выборах 1995 года в ГосДуму я провела эксперимент: выставила свою кандидатуру
от ПЭС. Только Константин Боровой оказался достаточно храбр, чтобы взять меня в
долю. И то не в первую тройку, иначе бы спонсоры не дали ему денег, а в
провинции отказались бы собирать подписи на подписных листах... 4 процента у ДВР,
меньше 1 процента у ПЭС - ну ладно, провинция, глубинка, Вандея. Борового
считают богатым (Жирик, кстати, богаче, но получает свои проценты) и поэтому не
любят на селе и в провинции, Гайдара считают представителем власти. Но я
выставилась в Москве. Здесь масса демократов. 23 соискателя на округ! Всякой
твари по паре, от любителей пива до баркашовки. Я не имела и не искала денег.
Только на подписи самую малость. Никакой агитации за себя. Хорошие
концептуальные листовки. Идеи, а не дешевые обещания. На улице меня узнает
каждый второй. По радио, по TV, в газетах я выступаю часто. Мне-то время не
нужно покупать. И никакой пропаганды своей персоны. У меня есть доказательства:
доперестроечный стаж борьбы, потом борьба при Горби, потом борьба за свободу
Чечни. Я думала, что другие кандидаты этого не предъявят, а главное было -
остановить войну в Чечне, убрать коммунистов и нацистов с дороги, уйти на Запад
без всяких разговоров о третьем пути. Я никогда не стала бы состязаться с
достойными людьми, которые много сделали для страны: с Егором Гайдаром, с
Константином Боровым, с Сергеем Ковалевым, с Глебом Якуниным, с Галиной
Старовойтовой. Но у меня в округе были кандидаты, которые мизинца не укололи за
эту страну, за ее свободу. Тельман Гдлян, например, лично объяснявший
избирателям, что для таких экстремистов, как я, нет места в ГосДуме. Он раздавал
визитки с обещанием оказывать бесплатную юридическую помощь до 2001 года... То
есть нес яйца. А я не обещала ничего, кроме борьбы с коммунистами и фашистами,
кроме сохранения чести страны, кроме помощи бедным чеченцам... Всем стало ясно,
что я отказываюсь нести яйца из принципа. Юлий Нисневич шел от "Выбора России".
Что ж, в мирное время он прекрасный депутат. Но время еще не мирное. Я не учла
одного: что место в ГосДуме - это не только право защитить честь страны и с чемто
бороться, это еще и теплое и сытное место. Я хотела отдавать; а соискатели
шли брать. В результате был избран популист Гдлян, голосующий с левыми. У
Нисневича оказалось второе место. Дальше был "яблочник". Потом - представитель
блока Панфиловой из МВД (!). Коммунист, лужковец из НДР. У меня оказалось 7-е
место. 11 тысяч человек с хвостиком. В других округах Москвы было бы то же
самое: демократы не способны уступить другому даже во имя общего блага, а
большинство требует от депутата мяса, шерсти и молока... Я больше никогда не буду
баллотироваться. Я живу для этих 11 тысяч человек - по московским и
петербургским округам, для задушенной горсточки демократов в провинции, для
угнетенных национальных меньшинств, которые дают мне продукты на рынке даром (уж
они-то все голосовали за меня), для 4 процентов гайдаровского электората, для
тех, кто отдал свой голос Боровому. Для своих.
Мой кубок за здравье немногих,
Немногих, но верных друзей,
Друзей неуступчиво строгих
В соблазнах изменчивых дней...
В стране создана протобуржуазная среда ("новые русские", банки, парвеню,
журналисты, клубы, "челноки", торговцы, фермеры). Надо выращивать ее, как
рассаду в ящике на окне. И никогда не быть на стороне левых. Нам не повезло: в
своих экономических чаяниях дээсовцы - правые консерваторы, правее ДВР и ПЭС. Но
в наших политических воззрениях (угнетенные народы и ихТ[рава) мы - почти
анархисты, потому что больше никто в Европе не готов признать право на
самоопределение. Россия возвращается, как Иов, на свое гноище: к традиционализму
черносотенцев и охотнорядцев, к Столыпину, а не к Джефферсону; к Манифесту 17
октября, а не к американской конституции. Мы были правыми в XIX веке (за
исключением эсеров, анархистов, меньшевиков, большевиков), но мы не были вполне
европейцами. А нам надо успеть и туда, и сюда: поддержать доброго
конституционного монарха Ельцина - и его же назвать военным преступником за
Чечню; запретить себе эмиграцию из России - и одновременно проповедовать
атлантизм; все отдать во имя чужой прибыли; лечь ковриком под чужие "мерседесы".
Я живу для того, чтобы все, кто работал и работает в КГБ (ФСБ), все, кто был
членом КПСС и стал членом РКП или КПРФ, не знали покоя. Моя роль - это быть
тенью отца Гамлета. Я буду появляться днем и ночью и напоминать тем, кто захочет
меня услышать, кого убили Клавдии, взявшие за себя наших Гертруд. Только в
отличие от тихой тени я буду кричать и требовать мести, как Электра, пока не
придут Оресты.
В отличие от интеллигентного героя Сэллинджера я никого не хочу ловить над
пропастью. Наоборот. Мы живем во лжи над пропастью правды, боясь в нее
заглянуть. Я хочу бросать людей в пропасть правды, потому что разобьются на ее
дне только слабые. У сильных вырастут крылья, они научатся летать. Они познают
истину, и истина сделает их свободными. Свобода там, в пропасти правды. Чтобы
полететь, надо броситься. Этот головокружительный полет - плата за освобождение
от лжи. Мне никогда не скажут спасибо. Моя помощь народу выразится в том, что я
извлеку его, отбивающегося, из зарослей лжи и швырну с обрыва в сияющую бездну
правды. Пусть летит, авось по дороге войдет во вкус. Каждый правозащитник должен
запомнить: народ имеет право на горькую правду. Народ не имеет права на
утешительную сладкую ложь.
ПРИЛОЖЕНИЯ
Валерия Новодворская
НЕ ОТДАДИМ НАШЕ ПРАВО НАЛЕВО!
Несть числа утратам человечества. Вера, надежда, любовь и невинность утрачены на
тернистых путях НТР. Но вклад России в мировые процессы всегда был несоизмерим
количеству ее пристойных дорог, компьютеров и джентльменов. За последние 7 лет
человечество утратило с нашей помощью такой золотой эталон, как фундаментальный
критерий "прав человека". Оказалось, что человек далеко не универсален и с что
права - не ваучер, их нельзя раздавать всем поголовно. Я лично никогда и тешила
себя такой погремушкой. Я взрослый человек. Я всегда знала, что приличные люди
должны иметь права, а неприличные (вроде Крючкова, Хомейни или Ким Ир Сена) - не
должны. Право - понятие элитарное. Так что или ты тварь дрожащая, или ты право
имеешь. Одно из двух.
Вон в Алжире мусульманские фанатики законно пришли к власти. Бывают такие
задушевные минуты у избирателей, когда хочется отрастить хвост и влезть обратно
на дерево. Имеют они на это право? Боюсь, что нет. Право на хвост в Алжире было
оспорено с военных позиций армией, оказавшейся почему-то более
европеизированной, чем гражданская часть страны. Какой скандал! Военный
переворот! Нарушение всех демократических норм! Однако я холодна, как кока-кола
из "Макдональдса", и на митинги протеста меня не приглашайте. Потому что мне
начхать на права мусульманских фанатиков. Невзоров, умница, первый додумался до
корня проблемы. Есть "наши" - и есть "не наши". И каждый по части прав человека
стоит за своих. Большего и требовать нельзя.
Невзоров для меня чужой. Так что пусть, в случае чего, не взыщет. После того,
как Приднестровье, над участью которого мы пролили столько горьких слез,
отвоевав свою законную территорию, оставило на ней коммунистическую символику и
стало развлекаться политическими процессами (дело И.Илашку), мне стало глубоко
безразлично, что сделает Молдова с этой частью своей территории, советской до
последнего садика. Если Румынии нужно такое приданое, пусть забирает. Я бы
завернула в бумажку.
Например, меня совершенно не волнует, сколько ракет выпустит демократическая
Америка по недемократическому Ираку. По мне, чем больше, тем лучше. Так же, как
меня совершенно не ужасает неприятность, приключившаяся с Хиросимой и Нагасаки.
Зато смотрите, какая из Японии получилась конфетка. Просто "сникерс". Семерка в
Токио заседает, парламент либеральный имеется. Игра стоила свеч. Я была бы
просто счастлива, если бы США сохранили все мыслимые и немыслимые приоритеты и
не забывали вовремя что-нибудь бросать на тех, кто уклоняется от либерального
пути и плохо себя ведет. Неотвратимость наказания - единственное, что может
удержать человечество от политического и нравственного регресса. И не надо про
совесть. Нет у человека никакой совести. У отдельных продвинутых экземпляров -
есть, а у большинства нет. Так что на Аллаха надейтесь, а верблюда привязывайте.
В следующий раз мне будет все равно, сколько снарядов придется в Бендерах на 1
кв. км. Для коммунистов нет самоопределения.
Вот свобода Чечни меня волнует. Чечня - это красиво, это смело, это благородно.
Здесь независимость завоевана, как олимпийская награда. А Татарстану на что? И
главное, за что? За поддержку ГКЧП? Когда я слышу о выходе Якутии из состава
России или о суверенитете Тувы, меня разбирает дикий смех. Для меня это не
вопрос права, а вопрос заслуг и достоинств. Чем эти ребята прославились? Чем
пожертвовали? Какими великими деяниями могут похвалиться? Шаймиев - не Дудаев,
он не достоин чеченскому вождю ботинки чистить. Обычная номенклатурная
птичканевеличка.
Почему это в Америке индейцы не заявляют о своем суверенитете? Видно, в свое
время белые поселенцы над ними хорошо поработали. А мы, наверное, в XVII-XVIII
вв. что-то со своими "ныне дикими тунгусами" не доделали. И если я отдам жизнь
за свободу Балтии, Украины, Грузии, то когда какая-нибудь цивилизованная страна
вздумает завоевывать Узбекистан, Таджикистан, Туркменистан, где установились
тоталитарнофеодальные режимы, я ее благословлю на дорогу. Жаль, что Россия не
может считаться цивилизованной страной. Трем вышеупомянутым государствам на роду
написано быть колониями, ибо они не воспользовались во благо дарованной им
свободой. Хорошо бы, Англия ими поживилась... Это спасло бы местную западническую
элиту от полного истребления.
Апартеид - нормальная вещь. ЮАР еще увидит, какой строй будет установлен
коренным большинством, развлекающимся поджогами, убийствами, насилием. Мало не
покажется... Гражданские права существуют для людей просвещенных, сытых,
благовоспитанных и уравновешенных. В зоне все откровеннее. Там есть права для
всех, кроме как для "опущенных", "для петухов". И дело здесь не в физиологии, а
в силе духа, в моральном уровне. Жалкие, несостоятельные в духовном плане,
трусливые спят у параши и никаких прав не имеют. Если таким давать права,
понизится общий уровень человечества. Так что апартеид - это правда, а какие-то
всеобщие права человека - ложь. Русские в Эстонии и Латвии доказали своим
нытьем, своей лингвистической бездарностью, своей тягой назад в СССР, своим
пристрастием к красным флагам, что их нельзя с правами пускать в европейскую
цивилизацию. Их положили у параши и правильно сделали. А когда Нарва требует
себе автономии, для меня это равносильно требованию лагерных "петухов" дать им
самоуправление. Представляете, что сказали бы воры в законе? Сейм Латвии и
парламент Эстонии ответят то же самое. Только мягче, как полагается в Европе.
Я лично правами человека накушалась досыта. Некогда
...Закладка в соц.сетях
