Жанр: Политика
Манипуляция сознанием
...палате: один умер и уже холодный, а другой хрипит в лихорадке,
но средняя температура нормальная. Вот, в середине реформы и власти, и оппозиция
утверждали, будто потребление в стране упало на 30%. Это - на фоне нарастающего
недоедания у части населения. В 1995 г. по сравнению с 1991 г. потребление
(включая импорт) мясопродуктов в целом упало на 28, масла на 37, молока и сахара
на 25%. Но этот спад сосредоточился почти исключительно в той половине народа,
которую сбросили в крайнюю бедность. Значит, в этой половине потребление самых
необходимых для здоровья продуктов упало на 50-80%! А власти, оппозиция, да и
вся интеллигенция делали вид, что не понимают этой простой вещи.
Ложный образ возникает и вследствие недобросовестного употребления
относительныхчисел без указания абсолютных величин. Например, рост
относительного показателя от малых величин создает ложное впечатление. Допустим,
спад производства тракторов в 1990 г. был 10%, и рост их производства в 1999 г.
был 10%. Ура, идет "компенсация спада", на 10% упало, на 10% приросло. Но в 1990
г. мы имели потерю в 24 тыс. тракторов, а в 1999 г. прирост в 1 тыс. - в
абсолютномвыражении вещи несоизмеримые. Это видно на рис. 3 и 4.
Сейчас нас успокаивают: все налаживается. В 1999 г. ВВП вырос на 2%. Здорово,
реформы дают плоды! А что такое теперь ВВП, валовой внутренний продукт? Нам это
не объясняют, не хотят огорчать. А ведь у нас теперь монетаризм, и ВВП отражает
только движение денег. В советское время сделали мне глазную операцию (обжег
глаза в лаборатории). Пожал я руку хирургу, поцеловал врачиху и пошел домой -
никакого прироста ВВП. А сегодня мой незнакомый собрат наскреб денег, пошел к
Святославу Федорову, заплатил тысячу долларов и получил услугу. Не знаю, как
насчет поцелуя, но ВВП России подскочил на 28 тысяч рублей (согласно курсу
доллара). Если у нас у всех вдруг вырастет катаракта, то ВВП России взовьется до
небес - усилиями одного Святослава Федорова со скальпелем. И манипуляции числом
и мерой.
Учебная задача: купля-продажа земли. Разберем одну мягкую, не связанную с
кровью, но важнейшую по последствиям программу манипуляции сознанием в России,
которая обрушилась бы, если бы люди в уме произвели простейший расчет - имея на
руках все необходимые данные. Это - программа внушения мысли о благотворности
купли-продажи земли.
В России 130 млн. га пахотной земли. Сегодня, по оценкам экспертов, ее цена на
рынке была бы в среднем 500 долларов за 1 га. Значит, за всю нашу землю Россия
получила бы сегодня всего 65 миллиардов долларов. Это смехотвоpно мало.
Мы миллиаpдами доллаpов не пpивыкли опеpиpовать, поэтому давайте pассудим поиному.
С 1 га земли колхозы в сpеднем собиpали по 20 цпшеницы. Говоpят, феpмеp
будет намного эффективнее колхозов - иначе зачем и огоpод гоpодить. Допустим,
реформатоpы пpедполагают, что ноpмальный уpожай с нашей земли должен быть 3
тонны с гектаpа. И за такой гектаp жаждущие земли покупатели готовы отдать 500
доллаpов. Разумная ли это цена?
Пpедположим, кто-то (например, банк) купил землю, но сам ее не обpабатывает, а
сдает в аpенду. Так скоpее всего и будет, на то и частная собственность. Какова
ноpмальная аpендная плата пpи pыночной экономике? Мы ее знаем по "столыпинской"
России - половина уpожая. Аpендатоpы были в основном "испольщиками". Такое же
положение и в дpугих стpанах. Во всяком случае, ниже одной тpети уpожая pедко
где снижается.
Но что такое половина уpожая, сколько это стоит? Цена пшеницы на мировом pынке
колеблется около 200 долл. за тонну. Значит, уpожай с гектаpа за один год стоит
на pынке 600 доллаpов. А аpендная плата владельцу составит 300 доллаpов. За год!
А землю он купит навечно - за 500 доллаpов. Неужели не видно, что это не
"купля", а гpабеж, насильное изъятие земли и у крестьян, и у наpода в
целом[225.Испании каменистая, нуждающаяся в поливе земля стоит около 20 тысяч
долларов за гектар (оплата воды для полива - отдельно и очень дорого). А в
России лучшие черноземы, по оценкам экспертов, пойдут по цене 1 тыс. долл. за
гектар. В России сегодня вообще не должно стоять вопроса о продаже земли, ибо
страна разорена.].
Во времена столыпинской реформы земля продавалась через Поземельный банк по цене
125-150 руб. за десятину. Это около 6 годовых плат арендатора-испольщика. А
сегодня меньше платы за 2 года. Значит, цену земли сбили почти в четыре раза -
при том, что за годы советской власти вложены огромные средства в строительство
дорог, обустройство полей, известкование и мелиорацию, электрификацию всего
сельского пространства. То есть, реальная цена земли должна была вырасти в
несколько раз - а ее снизили. Искусственно! Так же, как "продали" Березовскому
"Сибнефть" за 100 млн. долларов, а она, оказывается, уже через год оценивается в
5 млрд. долл. - в 50 раз дороже! При том, что он в нее не вложил ни копейки, а
лишь получил с нее прибыль.
Перейдем к производству. Для начала устраним маленький примитивный обман, что
вбивают нам в мозги: якобы фермер под залог земли получит большой кредит в банке
и сразу воспрянет - накупит машин, удобрений, серьги жене (а сейчас залога земли
нет, поскольку продать ее нельзя). Каждый может взять карандаш и подсчитать,
какую сумму получит фермер под залог земли. Это настолько смехотворная величина,
что даже нелепо говорить о том, чтобы на такие деньги финансировать цикл
производства. За участок в 50 га (обычный для фермеров) он получит, как это было
в Поземельном банке до революции, кредит не более половины цены его земли.
Поскольку, по оценкам экспертов, в среднем по России земля будет идти по 500
долларов за гектар, то за весь свой заложенный участок фермер сможет получить
кредит в 12,5 тысяч долларов. Как он может на эти деньги вести рыночное
хозяйство, если его конкурент в Европе на такой же участок каждый год получает
безвозмездно и без процентов55 тысяч долларов бюджетных дотаций? Потому-то речь
идет именно о продаже земли - ни о чем другом реформаторы не думают.
Подойдем с другой стороны. Давайте на минуту встанем на позицию рыночников,
Кириенко с Немцовым. Ну хочется им видеть в России западного фермера! Помечтаем
вместе с ними.
Заметим, кстати, что они ругают большевиков, которые "обещали землю крестьянам,
да не отдали". Ну что ж, давайте считать, что вместо большевиков был Гайдарвнук,
и землю он крестьянам таки отдал. И у нас сейчас в России живут 20
миллионов маленьких "помещиков", родом из колхозников - у каждого "пай" в 6
гектаров. Это сразу упрощает дело, позволяет обойтись без революции, без
"экспроприация земли" и т.д. Чтобы наладить частные фермы, землю надо
арендоватьу нынешних хозяев, как крестьяне арендовали ее у помещика до 1917 г.
Аренда - чисто рыночный механизм, капитализму не мешает. Точно так же делают
фермеры на Западе - никто не отнимает там землю у собственника, а арендует. Так,
в Испании есть две очень большие агропромышленные корпорации, их фермы - по всей
стране. Практически вся земля арендована, своей очень мало. Прекрасно идет дело,
никаких проблем. В России крестьяне арендовали землю "исполу" - за половину
урожая. Это жестоко. Давайте положим нашему фермеру самые льготные условия: 10%
урожая - хозяину земли (нынешнему колхознику или пенсионеру), и 10% -
государству (местной власти и центру пополам). Итого 20% урожая - за землю. Это
неплохие условия аренды для фермера. Так что купля-продажа вообще не имеет
отношения к производству.
Но допустим, что земля продается. Скажем, некто решил устроить ферму разумных
размеров в 100 га пашни, арендовав у 15 колхозников их паи, и налаживает самое
выгодное и простое дело - производство озимой пшеницы. Он покупает 5 тракторов
(это - меньше половины западной нормы, но наши батраки люди не гордые), 1
грузовик, 1 комбайн и инвентарь, сооружает минимально необходимые постройки.
Нанимает пять рабочих. Это выгодный размер фермы, т.к. можно обойтись без
освобожденного начальника. "Единицу" в 100 га можно удвоить без существенного
изменения пропорций. Так что будем говорить об этой "единице".
Для справки: в Польше в частных хозяйствах на 100 га было в среднем 24 pаботника
и 6 тpактоpов. В СССР на 100 га пашни было 12 работников (много женщин было
занято на фермах, на огородах и т.д.). Мы делаем ферму пожестче, "новый русский"
шутить не любит, будет дубить шкуру пятерых работников, ему это выгоднее. Что
получится в лучшем случае(в лучшем для фермера) и какие еще будут расходы?
Посчитаем в долларах, а то запутаемся с миллионами.
Минимальные расходы на зарплату плюс обязательные отчисления на соцстрах
составят 30 тыс. долл. в год (не считая нанимаемых ремонтников, консультаций у
агронома и т.д.). Это - минимумдля рабочих с семьями. Надо подчеркнуть, что эта
зарплата по реальной покупательной способности ниже, чем была в колхозах в конце
80-х годов (442 руб. на двух работающих в 1989 г.). Держать пятерых с
интенсивной работой выгоднее, чем десятерых вполсилы. Но эти пятеро уже будут
рабочие, а не крестьяне, они с приусадебного участка жить не могут[226.Для тех,
кто думает, что при работе на такой ферме 300 долларов в месяц рабочему слишком
жирно, надо напомнить, что в среднем по России только на отопление дома надо 2030
кубометров дров - купить, распилить и наколоть. Цена на дрова тянется к
мировой рыночной, то есть к 56 долларам за кубометр (по такой цене Россия
продавала необработанную древесину в СНГ, а на Запад, конечно, подешевле - по
46,9 долларов).].
Каковы будут затраты на материально-техническое обеспечение? В колхозах зарплата
и материальные затраты соотносились как 4:5. Сейчас материалы резко подскочили в
цене (особенно горючее и удобрения, а без них никак нельзя), а зарплата упала.
Кроме того, в колхозах и совхозах эффективность использования техники была на
недосягаемом для фермера уровне - СССР обходился всего 1 трактором на 100 га
пашни. Так что соотношение "зарплата - материальные затраты" будет в лучшем
случае около 1:2 (если, конечно фермеры станут действительно работать, а не
грабить на шоссе). Значит, на материальные затраты уйдет в год около 60 тыс.
долл.
100 га пашни при трехпольной системе (пшеница, пар и клевер) дадут в год
эквивалент 150 тпшеницы (включая сюда и выручку за клевер). В декабре 1999 г.
цена реализации пшеницы на российском рынке была 1725 руб. (63,9 долл.) за
тонну. Значит, весь годовой урожай нашей фермы (при урожайности 30 цс га) будет
стоить 9585 долл. - так вот сбили цену в России.
Какие минимальные выплаты должен сделать хозяин, собрав урожай (предположив
даже, что у него есть бесплатный кредит, так что не надо платить проценты)? 30
тыс. зарплата плюс 60 тыс. материальные расходы. Итого он должен выплатить 90
тыс. долларов - без налогов! Заметим, что если бы фермер землю арендовал, то
аренда составляла бы в этих расходах несущественную величину, но зато он платил
бы налог на землю.
Отсюда видно, что при самых лучших (реально не достижимых) условиях расходы
почти в десять раз (!) превышают доход до вычета налогов, а уж ВЧК их как-нибудь
да вырвет. Никакой, даже самый безумный капиталист (а таковых не существует в
природе) сеять в России пшеницу на условиях рыночной экономикине станет. Пока
что ее сеют потому, что колхозникам жить надо и ничего не платят за ресурсы -
добивают то, что осталось от советского времени. И почву, и машины, и рабочую
силу.
Почему же сеют западные фермеры? Потому, что в ЕЭС в середине 80-х годов только
бюджетные дотации на 1 га пашни составляли в среднем 1099 долларов. На 100 га
это 110 тыс. долларов в год. Только дотации! Ясно, что никаких дотаций Чубайс
русским фермерам не даст. Не потому что жадный, а просто у него руки коротки
грабить мексиканских и бразильских рабочих, чтобы приплачивать своим фермерам. А
с русских рабочих уже и содрать нечего - кожа да кости.
Значит, должны мы зарубить себе на носу: купля-продажа земли никакого отношения
к выращиванию пшеницы и прочих злаков не имеет. Никакой дурак не будет
устраивать капиталистическую ферму себе в убыток. Есть несколько небольших пятен
земли с особо высокой урожайностью (там, кстати, и селились разумные немцыколонисты)
- Приазовье, Среднее Поволжье - но они погоды не делают. Другое дело
- купить землю и сдавать ее в аренду (уже не за 10, а за 50% урожая). И ведь ее
будут арендовать - вот в чем загадка России.
Когда А.В.Чаянов обнаружил это явление, он, похоже, понял, что это - открытие
очень важное. Сейчас я бы сказал, что это - открытие эпохальное. В нем - момент
истины, сравнение фермера и крестьянина. Чаянов пишет на основании огpомного
матеpиала: "Цены, котоpые малоземельные кpестьянские хозяйства платят за землю,
значительно пpевышают капиталистическую абсолютную ренту... Под давлением
потребительской нужды малоземельные крестьяне, избегая вынужденной безработицы,
платят за аренду земли не только ренту и весь чистый доход, но и значительную
часть своей заработной платы". В 1904 г. в среднем по Воронежской губернии
арендная плата за десятину составляла 16,8 руб., а чистая доходность одной
десятины была 5,3 руб. В некоторых уездах разница была еще больше. Так, в
Коротоякском уезде средняя арендная плата была 19,4 руб., а чистая доходность
десятины 2,7 руб. Иными словами, разницу в 16,6 руб. с десятины крестьянин
доплачивал из своего потребления.
Понимаете, как обстоит дело? Капиталистическое хозяйство вести невыгодно, а
крестьянское - выгодно! Поэтому буржуй, купив нашу землю, все равно сдаст ее в
аренду крестьянину. И жилы из него вытянет. Почему крестьянское хозяйство
выгоднее фермерского - особый вопрос, и мы его будем поднимать.
Расчет, который я привел, приблизительный и грубый. Его можно уточнить,
расписать все расходы (выплаты за кредит, найм сторонних работников, налоги,
рэкет и т.д.). Да и не получит фермер 30 цс гектара, землю уж семь лет не
удобряют. Расхождение между расходами и доходами при этом лишь увеличится.
Думаю, следовало бы нашим аграриям в Думе проделать эти расчеты и потребовать по
ним гласных дебатов. Пусть Черномырдин официально скажет, на что он
рассчитывает, агитируя за куплю-продажу земли. Уж он-то из деревни, как же ему
не стыдно? Можно, конечно, прислуживать захватчикам, но не до такой же степени.
Программы манипуляции такого типа проходят в России только потому, что у людей
сумели предварительно отключить ощущение меры.
Глава 18. Воздействие на мышление в акциях по манипуляции
§ 1. Перестройка и разрушение логического мышления
В гл. 6 мы говорили, что рациональное логическое мышление уязвимо, посредством
манипуляции в него можно внедрять "программы-вирусы", так что люди, отталкиваясь
от очевидных фактов, приходят к ложному, а иногда и абсурдному умозаключению.
Когда этот процесс захватывает значительную часть интеллигенции, весь народ в
целом становится беззащитным против манипуляции- его поводыри бросаются за любым
блуждающим огоньком.
Массированная программа по разрушению логического мышления началась в СССР сразу
после того, как новая интеллектуальная бригада Горбачева приступила к реализации
доктрины перестройки. Уже первые шаги делались под прикрытием дымовой завесы
новояза, эпитеты интеллигентный, компетентный, научныйстали высшей похвалой. Уж
как потешались над Брежневым и всей "геронтократией" за их примитивные
силлогизмы. На политической трибуне прочно утвердились академики - Примакова
сменял Велихов, Сахарова Лихачев, и так бесконечной вереницей. Тесный альянс
обществоведов (типа Г.Попова и Т.Заславской), партийных идеологов (типа
Г.Бурбулиса и А.Яковлева) и ученых-естественников (типа А.Мурашева и C.Ковалева)
выработал совершенно небывалый стиль политических дебатов. Благодаря мощным
средствам массовой информации он был навязан общественному сознанию и стал
инструментом для его шизофренизации.
Рассуждения стали настолько бессвязными и внутренне противоречивыми, что многие
всерьез поверили, будто жителей крупных городов кто-то облучал неведомыми
"психотропными" лучами. Вспомним, как бывший многолетний декан экономического
факультета МГУ Г.Попов убеждал народ, что приватизация торговли приведет к
изобилию товаров. И ладно бы только идеолог-экономист говорил такое. То же самое
повторял человек с явно научным образованием на одном митинге. Когда я спросил
его, на чем основана его убежденность - ведь продукты не производятся в магазине
- он без тени сомнения ответил: "На Западе магазины частные - и там все есть!".
Массовая утpата здpавого смысла, способности кpитически оценивать утвеpждения,
довеpие к самым абсуpдным обещаниям - все это подтвеpждается множеством фактов.
Вот видный деятель пишет в pеспектабельном жуpнале "Междунаpодная жизнь" о
необходимости "pеально оценить наш pубль, его покупательную способность на
сегодняшний день" (в начале 1991 г.). Пpедлагаемый им метод до пpедела пpост и
столь же абсуpден: "Если за него (pубль) дают 5 центов в Нью-Йоpке, значит он и
стоит 5 центов. Дpугого пути нет, ведь должен же быть какой-то pеальный
кpитеpий". Ясно, что сознание этого деятеля расщеплено. Почему "дpугого пути
нет", кpоме как попытаться пpодать pублевую бумажку в Нью-Йоpке? Кому нужен
pубль в Нью-Йоpке? А pеальная ценность pубля на той теppитоpии, где он выполняет
функции денег, была известна - 20 поездок на метpо. То есть, рубль был
эквивалентом количества стройматериалов, энергии, машин, рабочей силы и других
реальных средств, достаточного чтобы построить и содержать "частицу" московского
метро, "производящую" 20 поездок. В Нью-Йоpке потpебная для обеспечения такого
числа поездок сумма pесуpсов стоила 30 доллаpов[227.Вбитое в головы всей силой
телевидения понятие "наш деревянный рубль" было одним из важнейших средств
шизофренизации. Помню, как впервые резануло мне слух это слово лет пятнадцать
назад, на бензоколонке. Два молодых человека вылезли из машины и, продолжая
разговор, проклинали наши "деревянные". При этом один из них сунул в окошечко
три рубля и наполнил бак бензином (тогда он стоил 9,5 коп. за литр). И я
подумал: какая неведомая сила сделала этих интеллигентных людей идиотами и как
эта сила поведет себя дальше?].
А вспомним первые выборы народных депутатов СССР! Однажды целой группе
конкурентов был задан один вопрос: "Считаете ли вы, что гласность должна иметь
какие-то пределы?". И с телеэкрана все они до одного(а это были весьма почтенные
интеллигентные люди) заявили совершенно безумную вещь: гласность должна быть
абсолютной, никаких ее ограничений они, будучи депутатами, не допустят. И это -
вопреки здравому смыслу, вопреки всем антиутопиям Набокова, Замятина, Оруэлла,
которых они уже начитались. Ведь полная "прозрачность" (а слово гласность так и
переводится на западные языки) и означает тоталитаризм. О каких правах человека
может идти речь при "неограниченной гласности", когда не может укрыться ни одно
твое движение, ни одна мысль? Заметим, что эта болезнь демократической
интеллигенции - расщепление логики - вызревала довольно давно. Бациллы для
создания массовой эпидемии выращивались в идеологических лабораториях два
десятилетия[228.Вот известный фильм о декабристах. Их вешают, да неудачно,
веревка рвется. И говорит герой: "Бедная Россия, вешать - и то не умеют". Но
ведь это нелепо! Почему же страна, где не умеют вешать, достойна жалости? Разве
не наоборот? В те же годы в Англии вешали даже детей, если они в лавке украли
что-то на сумму более 5 фунтов - можно ли было представить такое в России?
Конечно, там палачи поднаторели. И за это уважать?].
Не лучше и мышление "прагматиков". Так получилось, что с 1990 г. меня
неоднократно привлекали к экспертизе важных законопроектов. Каждый раз
ознакомление с документом вызывало шок. Поражали даже не идеи с людоедским
оскалом. Шок вызывала странность утверждений, явная шизофреничность логики. И
когда видишь авторов этих документов - образованных людей в пиджаках и
галстуках, имеющих семьи, - охватывает ощущение чего-то нереального. В каком мы
театре находимся? Когда же такое бывало!
Вот проект Закона о предпринимательстве (1990 г.). Подготовлен научнопромышленной
группой депутатов, стоят подписи Владиславлева, Велихова, других
представителей интеллектуальной элиты. И совершенно несовместимые друг с другом
бредовые утверждения и заклинания. "В нашем обществе практически отсутствует
инновационная активность!". Ну подумали бы, может ли в принципе существовать
такое общество. Инновационная активность пронизывает жизнь буквально каждого
человека, это - его биологическое свойство. Да если говорить об экономике: сами
же утверждают, что она в основном работала на оборону, но в производстве
вооружений инновационный потенциал советской промышленности был безусловно и вне
всяких сомнений исключительно высок. То есть, наша экономика в основной своей
части была высоко инновационной.
Или еще тезис: "Государство не должно юридически запрещать никаких форм
собственности!" - и это после стольких веков борьбы за запрет рабства или
крепостного права (а ведь возрождение рабства - реальность конца ХХ века).
"Государство должно воздействовать на хозяйственных субъектов только
экономическими методами!" - во всем мире "хозяйственные субъекты" весьма часто
оказываются в тюрьме, а у нас, значит, бей их только рублем. "Основным критерием
и мерой общественного признания общественной полезности деятельности является
прибыль!" - но тогда да здравствует наркобизнес, норма прибыли у него наивысшая.
Ну не бред ли за подписью академиков?
В выступлениях идеологов, особенно из ученых, бросалось в глаза принципиальное
(как бы наивное) отрицание накопленного человечеством навыка логического
мышления. Сами став первой жертвой операции по расщеплению сознания, они
заражали этой искусственной шизофренией массу. В их выступлениях была чуть ли не
мистическая тяга сказать нечто прямо противоположное знанию и опыту - причем
сказать в связи с очень важным положением, на котором они и выстраивали свою
идеологию.
Вот передача "Момент истины". На экране Святослав Федоров требует "полной
свободы" предпринимателям и доказывает, что частная собственность - естественное
право человека. Что питекантроп превратился в человека именно тогда, когда
получил собственность, а без нее человек превращается обратно в питекантропа. И
при этом наш знаток "естественной истории" постоянно обращает внимание на то,
что он - профессор. А надо бы профессору вспомнить, что при общинном строе люди
(похожие на питекантропов не больше, чем самый цивилизованный предприниматель)
жили в 2 тысячи раз дольше, чем при частной собственности. Но кульминацией
рассуждений С.Федорова был убийственный аргумент против вмешательства
государства в хозяйственную деятельность. "Экономика, - говорит С.Федоров, - это
организм. А в организм вмешиваться нельзя - он сам знает, что ему лучше. Мы вот
сидим, разговариваем, а печень себе работает, как надо". От кого же мы это
слышим? От профессора медицины! Да не просто врача, а хирурга! Он всю свою жизнь
только и делает, что вмешивается в деятельность организма, да не с лекарствами
(хотя и это - очень сильное вмешательство), а со скальпелем, и прямо в глаз.
Каким же расщепленным должно быть сознание человека, чтобы выбрать именно ту
аналогию, которая действует прямо против его собственного тезиса.
Элементарный акт мышления всегда связан с диалогом, с оппозицией утверждений. Мы
же наблюдаем полный разрыв с диалогичностью, полный отказ демократической
интеллигенции от ответа оппонентам. Это делается с помощью самых тупых приемов -
молчания или идеологических штампов (вроде "мы это уже проходили"). Все помнят,
как писатель Юрий Бондарев задал Горбачеву вопрос: "Вы подняли в воздух самолет,
а куда садиться-то будете?". Что здесь обидного или реакционного? Вполне
естественный вопрос разумного человека. Об ответе и речи не было, но какую же
ненависть вызвал Ю.Бондарев у всей либеральной интеллигенции! И ведь эта
ненависть нисколько на утихла сегодня, когда мы все убедились, насколько
прозорлив был вопрошающий.
Отключение от рациональных критериев стало общим, массовым явлением прежде всего
в среде интеллигенции. Так, интеллигенция, в общем, поддержала удушение колхозов
как якобы неэффективной формы производства. И ей не показалось странным: в 1992
г. правительство Гайдара купило у российского села 21 млн. т зерна по 12 тыс.
руб. (около 10 долл.) за тонну, а у западных фермеров 24,3 млн. т по 100 долл.
за тонну. Почему же "неэффективен" хозяин, поставляющий тебе товар в десять раз
дешевле "эффективного"? То же с молоком. Себестоимость его в колхозах до реформы
была 330 руб. за тонну, а у фермеров США 331 долл. - при фантастических дотациях
на фуражное зерно, 8,8 млрд. долл. в год (136 долл. на каждую тонну молока)!
Как шел процесс иррационализации, навязанный службами "архитекторов
перестройки"? Не будем лезть в дебри логики и теории доказательства. Рассмотрим
структуру простых логических построений, которую используют политики и средства
массовой информации. Аристотель называл их энтимемами (риторическими
силлогизмами) - неполно выраженными рассуждениями, пропущенные элементы которых
подразумеваются. Вот схема разумного, хотя и упрощенного, рассуждения:
Данные (Д)- Квалификация (К) - Заключение (З)
¦ ¦
Поскольку (Г) - Оговорки (О)
¦
Ведь (П)
В популярной книге А.Моля читаем: "Аргументация определяется как движение мысли
от принятых исходных данных (Д) через посредство основания, гарантии (Г) к
некоторому тезису, составляющему заключение (З)". Подкрепление (П) служит для
усиления "гарантии" и содержит обычно хорошо известные факты или надежные
аналогии. Квалификация (К) служит количественной мерой заключения (типа "в 9
случаях из 10"). Оговорки (О) очерчивают условия, при которых справедливо
заключение ("если только не...").
В митинговых, крайне упрощенных рассуждениях обычно остаются лишь главные три
элемента: Д-Г-З. Но это - абсолютный минимум. Аргументация ответственных
политических деб
...Поділитися у соцмережах
