Жанр: Политика
Манипуляция сознанием
...оппозиции "почвенному большевизму". Главный их общий признак - евроцентризм,
отрицание самой российской цивилизации. Троцкий выступал под знаменем мировой
пролетарской революции, для которой крестьянская Россия была бы лишь дровами
глобального костра. Сегодня его внучата выступают под знаменем неолиберализма-
крайней, фанатичной буржуазной идеологии. И для них Россия - сырьевая площадка
Запада, а русские, мешающие ее расчистке - пеньки, которые надо выкорчевать. Это
пострашнее Троцкого, ибо дрова - все-таки некоторая ценность, и их зря не
уничтожают. Но разница с точки зрения судьбы России несущественна.
Но назвать Гайдара западником - мягкая ложь. Более жесткий обман в самом имени
был заложен в концепции приватизации. Приватизация - элемент целостного процесса
изменения отношений собственности, а именно, наделение каких-то лиц правом
частной собственности. Но государственные предприятия находятся в общественной
собственности - они национализированы. Государство выступает лишь как
распорядитель, управляющий этой собственностью, но вовсе не полноправный
собственник. Чтобы иметь возможность ее приватизировать, необходимо сначала
осуществить денационализацию.
Это - первый и важнейший этап, и он означает изъятие собственности у ее
владельца (нации). А это, совершенно очевидно, никак не сводится к экономическим
отношениям (так же, как грабеж не означает для жертвы просто утраты некоторой
части собственности). Однако и в законах о приватизации, и в прессе проблема
изъятия собственности абсолютно замалчивалась. Слово "денационализация" не
встречается ни разу ни в одном документе, оно стало табу и было заменено ложным
именем, неологизмом "разгосударствление". Нет никакого сомнения в том, что
именно изъятие собственности, т.е. экспроприация, чревато острыми социальными
конфликтами - даже если экономическая компенсация собственнику вполне
справедлива.
Это - отдельные примеры. В целом же вот уже более десяти лет на сознание граждан
России льется целый поток ложных имен. Ниже мы разберем одно из них, которое
принято и левой оппозицией и приобрело поэтому большую силу в манипуляции
сознанием. Это - обозначение ельцинского режима словом "либерализм".
Подмена предмета.Как правило, манипуляторы сознанием не допускают открытого
диалога с реальным оппонентом - при таком споре манипуляция в принципе
невозможна, она легко разоблачается. Но часто совсем избежать гласного "спора"
нельзя, это тоже бросается в глаза, и люди начинают задумываться. Тогда
используют "подсадных" оппонентов - или таких, которыми заведомо можно
манипулировать. И с ними ведется диалог-спектакль. В нем важно произвести
подмену предмета спора, что сразу лишает истинного смысла все аргументы и
выводы. Те, кто наблюдает за спором, теряют нить, и им навязывается нужное
манипуляторам умозаключение.
К депутату Госдумы, академику ВАСХНИЛ В.С.Шевелухе обратились с вопросом об
риске голода, который угрожал нам в 1999 г., а он отвечает: "Что касается хлеба,
то его на нынешнюю зиму нам хватит... Хватит зерна и на весеннюю посевную", - и
корреспондент отстал, вот что странно. Спрашивал ведь он о голоде, а не о хлебе.
Что значит "нам" хватит? Кому это "нам"? У нас что, хлеб выдают по карточкам,
как при Сталине? Этак можно сказать, что у нас и денег в стране хватит. И что
значит "хватит на зиму и на посевную"? А с мая по октябрь что жевать? Голод же
всегда бывает именно летом, когда не дотягивают до урожая. Маленькое рассуждение
депутата - и нестыковка всех частей.
Возьмем довольно мягкий, но важный спор. Уже десять лет как в сознание
нагнетается миф, будто Ленин опирался на "чернь", на отсталое мышление. Редкий
демократический политик или журналист не помянул Ленина, который, якобы, заявил,
что "кухарка может и должна управлять государством". Возникла даже привычная
метафора "ленинской кухарки".
При этом не обошлось без примитивного обмана (чему способствовало вопиющее
невежество политиков). В действительности В.И.Ленин писал в известной работе
"Удержат ли большевики государственную власть" (т. 34, с. 315): "Мы не утописты.
Мы знаем, что любой чернорабочий и любая кухарка не способны сейчас же вступить
в управление государством. В этом мы согласны и с кадетами, и с Брешковской, и с
Церетели".
Таким образом, Ленин говорит совершенно противоположное тому, что ему
приписывала буквально вся демократическая пресса - при поддакивании почти всей
интеллигенции. Более того, он специально заостряет проблему, чтобы показать,
насколько примитивно мышление демократов "февральского" помета. Для него кажется
очевидным, что любая кухарка не способна [находясь в состоянии кухарки]
управлять государством (верить в это было бы утопией). Нет речи и о том, что она
должнауправлять государством.
Стоило бы читателю задуматься: как же назвать поведение множества
респектабельных демократических политиков и журналистов, которые продолжали
вбивать людям в голову миф о "ленинской кухарке" - несмотря на то, что им
неоднократно пытались указать на их ошибку? И лично, и через печать. Тогда, в
1988-1990 гг., мы еще понять не могли: как же так можно? Ты ему тычешь под нос
книгу с точным текстом, а он моргает и через полчаса снова про Ленина и
кухарку[219.Кстати, наши демократы никогда не цитировали и продолжение мысли
Ленина, мысли именно демократической. Он продолжал после согласия с кадетами и
др.: "Но мы отличаемся от этих граждан тем, что требуем немедленного разрыва с
тем предрассудком, будто управлять государством, нести будничную, ежедневную
работу управления в состоянии только богатые или из богатых семей взятые
чиновники".].
Но все же разберем проблему по сути - кто может и должен управлять государством.
Уже забывшие о социальных антагонизмах люди доверились эффектной демагогии
демократов, и в Советы всех уровней в 1989 г. были избраны почти исключительно
интеллигенты. Люди поверили, что "государством должен управлять ученый". Для
доказательства проблема была перенесена в социальную плоскость и связана с уже
опороченным именем Ленина. На деле же проблема философская и касается самой
сущности власти, поставлена она была задолго до Ленина - философом IV века до
нашей эры Платоном, который и сформулировал принципы "грамматократии", то есть
власти образованных людей, ученых.
Дилемма "кухарка - ученый" формулирует проблему соответствия функций власти и
типов мышления. "Кухарка" символизирует обыденное мышление, а "ученый" -
специфическое научное рациональное мышление. Создание в общественном сознании
образа глупой неграмотной женщины в грязном переднике как альтернативы
элегантному и умному депутату-ученому - элементарный подлог, о нем даже не стоит
много говорить.
А проблема в том, что принимать политические решения должен человек, обладающий
именно обыденным сознанием, а не ученый. Обыденное сознание целостно, оно
воспринимает реальность со всеми ее неформализуемыми и неизмерямыми сторонами, в
том числе неприятными. Ученый же моделируетреальность, отвлекается от факторов,
второстепенных с точки зрения процесса познания, но важных с точки зрения
решения проблем. В процессе такого моделирования он часто "забывает про овраги"
- отщепляет от создаваемой в воображении модели неприятные стороны реальности
(впадает в аутизм, о котором говорилось в главе 8)[220.Можно даже сказать, что
чем более знаменит ученый в своей области (как Сахаров в ядерной физике), тем
меньше он пригоден быть политиком, тем менее он сведущ в вопросах жизни народа.
Ницше писал: "Когда человек становится мастером в каком-либо деле, то
обыкновенно именно в силу этого он остается полнейшим кропателем в большинстве
других дел; но он судит совершенно иначе, как это уже знал Сократ". То есть,
будучи примитивным кропателем в делах жизни людей, Сахаров мнил себя
проницательным политиком потому, что глубоко изучил поведение элементарных
частиц.].
Весь пафос "кухарки" - прокормить семью с имеющимися средствами, обеспечить
воспроизводство жизни. "Ученый" же нацелен на познание, на эксперимент. Тот
объект, который находится в его власти, сам по себе не представляет для него
самостоятельной ценности, а есть лишь носитель информации о целом классе
подобных объектов. И ученый ради эксперимента не останавливается перед тем,
чтобы вскрыть и сломать объект. Это свойство в ученом доведено до такой степени,
что совершенно нормальным в науке явлением была постановка эксперимента на себе
самом! Даже личность самого ученого в его глазах не представляет существенной
ценности по сравнению с той информацией, которая может быть получена при ее
разрушении.
Наконец, вся деятельность "кухарки" сопряжена с любовью, она вся пронизана
нравственными ценностями. "Ученый" же по определению должен быть беспристрастным
и объективным, его решения свободны от моральных ценностей. Потому-то в западной
социальной философии общепринято, что ученый по своему типу мышления не должен
быть политиком, его роль - быть экспертом. Все это - банальные, прекрасно
известные философам вещи. Архитекторы перестройки совершенно сознательно их
скрыли. В целом, эта акция по манипуляции сознанием удалась.
Ложные метафоры. Выработка метафор - главная работа идеологов. Поэтическая
метафора, создающая в воображении красочный образ, оказывает на сознание
чудодейственный эффект, надолго отшибая здравый смысл. Чем парадоксальнее
метафора (то есть чем она дальше отстоит от реальности), тем она лучше
действует. Мы говорили о том, какой разгром был учинен словам, понятиям и
способу их связывания в разумные умозаключения (логике). Но тот же ураган прошел
и по вспомогательным средствам, заменяющим в рассуждениях строгие понятия -
метафорам и аллегориям. Здесь тоже откат от здравого смысла был феноменален.
Переубедить людей, в головы которых вбита простая и привлекательная ложная
метафора, очень трудно. Достигнуть чего-нибудь логикой невозможно, а запустить
ложную контрметафору - совесть не позволяет.
Вспомним, как сторонники радикального перехода к капитализму взывали: "Нельзя
перепрыгнуть пропасть в два прыжка!". При этом все были уверены, и никто не
скрывал, что в один прыжок эту пропасть перепрыгнуть не удастся. Но предложения
"консерваторов" (в том числе западных) не прыгать вообще, а обойти или построить
мост - отвергались с возмущением. Людей звали просто прыгнуть в пропасть.
Поскольку все указания специалистов на постоянные искажения такого рода были
реформаторами проигнорированы, речь идет о сознательных подлогах.
Вспомним другую метафору рыночников: "нельзя быть немножко беременной". Мол,
надо полностью разрушить плановую систему и перейти к стихии рынка. Это
совершенно ложная метафора. Ведь никакого подобия между беременностью и
экономикой нет. Более того, реальная экономика и не признает "или - или", она,
если хотите, именно "немножко беременна" многими хозяйственными укладами.
Одна из разновидностей ложных метафор - знакомые афоризмы, выражающие какую-то
обыденную мудрость, приложенные к явлению совершенно иного рода. Вот, летом 1998
г. новый премьер-министр Кириенко свел суть его "антикризисной программы" к
афоризму: надо жить по средствам. Значит, мол, надо убавить расходы на науку,
образование, медицину и т.д. К кому он обращается с этими словами - к
Гусинскому? Нет, Гусинский не ходит в районную поликлинику, а внуки его учатся в
частном колледже или за границей. Кириенко обращается к трудящимся: зажрались
вы, господа, живете не по средствам, государство больше не может обеспечивать
вам врача, учителя, дешевое электричество.
Тут ложь простая, на поверхности. Ведь у нас отобрали наши средства к жизни - а
теперь требуют, чтобы мы прожили на жалкие остатки. И представляют
издевательство грабителя за мудрость, а мы должны кивать и соглашаться. Чудес не
бывает, и если Березовский получил от Чубайса доходный Омский
нефтеперерабатывающий завод за одну сотую его стоимости, то 99 сотых взялись не
из воздуха - их вынули из наших карманов. Вернее, из государственного
финансирования врача и учителя, которые обеспечивали достойную жизнь меня и моих
детей. Это азбука. В ней - одна из сторон реформы, один из маяков ее курса.
Второй слой подлога, который таится в афоризме Кириенко, мы рассмотрим ниже - он
не так очевиден.
§ 4. Пример ложного имени: либерализм
К концу 1998 г. стало хорошим тоном говорить о "завершении этапа либеральных
реформ" - конце либерализма. Был, мол, в России в 1992-1997 гг. либерализм, а
теперь он себя исчерпал и наступает период более активного вмешательства
государства в экономику. Так говорят и те, кто проклинает этот либерализм
("дикий и варварский капитализм свободного рынка"), и те, кто его очень уважает
(например, корифей экономической науки Лившиц), и прагматики неопределенной
окраски (например, Кириенко).
Что важный этап уничтожения России завершен и начинается новый, с новым
оснащением - было очевидно. Можно было бы, конечно, условно назвать предыдущий
этап либерализмом, как в свое время назвали Ельцина и Черномырдина демократами,
и не вникать в суть. Но если есть хоть немного времени, полезно разобраться.
Чтобы разобраться, надо ответить на вопрос, можно ли считать либеральным (по
социально-философским и экономическим взглядам) то политическое течение, которое
было у власти после 1990 г. (т.н. "демократы")? Сразу отставим в сторону вопрос
о нашей либеральной интеллигенции, которая млела при виде Сахарова. Ее
либерализм уже мало кого интересует и никакого влияния на политику Гайдара и
Чубайса он не оказал. А сейчас остатки этого пушечного мяса нашей "демократии"
отброшены, как грязная тряпка. Будем говорить о реальных заправилах политики и
экономики.
Что такое либерализм в общепринятом понимании? Он определен тремя
взаимосвязанными наборами признаков, лежащих в сфере философии, политики и
экономики. По ним и пройдем.
В философии дан ответ на вопрос "что есть человек?". Для либерализма (классика -
философы XVII века Гоббс и Локк, сейчас - Поппер) человек - свободный атом,
индивидуум с неотчуждаемыми правами. С другими людьми он входит в отношения
эквивалентного обмена, так возникает общество. Государство, как "ночной сторож",
смотрит лишь за тем, чтобы не было воровства при этом обмене. Поскольку "атом"
мал, в своих соударениях на жизненном рынке он не может прозреть истину. Это
"народ всегда прав", а для либерализма народа нет, есть граждане. Отсюда -
развитая в полной мере Поппером мысль, что общественные изменения могут делаться
только малыми шагами, методом проб и ошибок. Это - запрет на крупные социальноинженерные
проекты, которые неминуемо ведут к огромным избыточным страданиям
людей.
По своей философии ельцинизм (вся его бригада) принципиально и радикально
противостоит либерализму. В гораздо большей степени, нежели русский большевизм
(философская основа большевизма у нас заменена набором мифов, поэтому доказывать
этот тезис сейчас не буду). Не только практика, но даже и риторика ельцинистов
показывает, что самого понятия "права личности" для них не существует.
Незаметно, но прочно в обиход вошел термин - "правовой беспредел". Именно то,
что он прижился незаметно, говорит о его соответствии реальности. Никогда еще
простой человек, не относимый к политическим противникам ("просто личность") не
был так радикально лишен его естественных и социальных прав и не был так
беззащитен против произвола самых разных "сильных".
Очевидно, что советское общество не было либеральным (оно относилось к типу
традиционныхобществ). Общественный договор, которым оно было скреплено,
предполагал не эквивалентный обмен, а множество взаимозависимостей - долг,
любовь, служение и т.д. Режим Ельцина разрушил эти связи, но при этом вовсе не
произошел сдвиг к либерализму. Напротив, отношения резко сдвинулись от
равновесия, от эквивалентности обмена - к угнетению и силе страха.
Об этом говорит динамика распределения доходов. В течение всего этого периода
усиливается изъятие ресурсов, уже включая минимально необходимые, у большинства
населения меньшинством, которое опирается на политическую власть и криминальную
силу (пока что в основном на угрозу насилия). Так, невыплата зарплаты абсолютно
несовместима с философией либерализма, поскольку в акте купли-продажи рабочей
силы и рабочий, и работодатель выступают как равноправные партнеры-собственники.
Невыплата зарплаты - такое же воровство товара, как кража сюртука или сапог.
Поскольку воровство есть акт, разрушающий главную скрепляющую общество связь, в
период расцвета либерализма в Англии смертной казнью каралась кража в размере
более 5 фунтов стерлингов - даже если вором был ребенок.
Псевдо-государство Ельцина с самого начала открыто отказалось быть "ночным
сторожем", оно стало сообщником и защитником грабителей (у нас сегодня речь даже
не идет об эксплуатации, об изъятии прибавочной стоимости, налицо именно
угнетение). При этом государство совершенно не стало патерналистским, оно
отвергло принципы общества как семьи. Для России это - новое явление. Разговор о
его сути слишком отвлек бы нас от темы, главное - в "государстве Ельцина" нет и
следа либерализма.
А в общефилософском смысле либерализм означал расцвет гуманизма (возвеличения
человека), веру в свободу и прогресс, большое внимание к этике. Все это вытекало
из идеалов Просвещения. Многие постулаты и выводы либерализма чужды русской
культуре - не об этом сейчас речь. Речь о том, что философская база ельцинизма
несовместима с духом Просвещения, она ему органично враждебна.
Ранний капитализм неразрывно связан с рождением науки- совершенно нового способа
познания мира. И дело вовсе не в меценатстве буржуазии, а в новом типе мышления
и мировоззрения. Рождение науки и капитализма - две стороны одной медали. Режим
Ельцина принципиально антиинтеллектуален. Он уничтожил русскую науку без всякой
политической или экономической необходимости, со злорадством и даже
сладострастием. Он воплощает собой воинствующую тупость и обскурантизм. Ни о
какой генетической связи с либерализмом здесь не может быть и речи.
Наконец, искусство. Подавляющее большинство произведений, которые составляют
нашу культурную пищу сегодня, созданы в XIX веке под воздействием либерализма,
его общего оптимизма и тяги к совершенству. Режим Ельцина - уникальное явление в
истории культуры в том смысле, что крупное общественное потрясение оказалось
совершенно бесплодным в духовной сфере. Целое десятилетие "революции новых
русских" не дало буквально ни одной песни, ни одного стихотворения. Только
всплеск эстетики безобразного. Вот слова идеолога реформы А.Н.Яковлева: "Будет
очень жаль, если мы в своей очистительной, освободительной работе низведем
культуру до абсолютно примитивного уровня. Но я думаю, этим надо переболеть".
Таков их либерализм, их "освободительная" работа - низвести культуру до
абсолютно примитивного уровня.
Есть ли у режима Ельцина сходство с либерализмом в сфере политических взглядов?
Ни в коей мере. Вся политическая философия либерализма исходит из идеи
равновесия. Идеология либерализма, уподобившая все стороны жизни общества
свободному рынку, есть сложный и изощренный продукт культуры. Из нее выросли
представления о гражданском обществе, разделении властей и правовом
демократическом государстве. Все это - равновесная система, стабилизированная
противовесами. Здесь, например, немыслимо такое преобладание власти президента,
к которому с самого начала стремились наши "демократы". В либеральной
политической системе оппозиция должна быть почти столь же сильной, как власть,
ее партии и ее пресса финансируются государством, она по закону имеет на
телевидении в своем полном распоряжении долю экранного времени, пропорциональную
числу мест в парламенте. Когда на неолиберальной волне началась приватизация, то
комиссии по приватизации формировались, в основном, из оппозиции.
Видим ли мы что-нибудь подобное в России? Нет, совсем наоборот. Здесь построена
неустойчивая, крайне неравновесная политическая система по типу режимов Мобуту и
Батисты, ее весьма условно можно назвать даже президентской республикой. То, что
эта система не принимает зверские формы, определяется не ее конструкцией, а
исключительно культурой населения. Идея равновесия, положенная в основу
политической системы либерализма, предполагает обратимость процессов - здесь не
допускаются фатальные решения, сломы. Напротив, политическое мышление соратников
Ельцина катастрофично. Они не раз прямо заявляли, что их миссия - создание
необратимостей. С либерализмом это просто несовместимо.
В сфере политики либерализм - антипод тоталитаризма и даже авторитаризма.
Напротив, и мышление, и практика наших реформаторов предельно тоталитарны.
Прославление Пиночета и крики "Даешь стадион!" - не экстравагантные выходки
юмориста Иванова и придурковатого Нуйкина. Это - общая установка всего
разношерстного спектра реформаторов, их выстраданная философия. Уже в 1990 г.
"Литгазета" устами редактора заклинает: "В отличие от нынешней своей узкой
роли... военные власти должны по приказу Президента гарантировать действие
ключевых законов экономической реформы... Гражданская администрация, будь она
трижды демократически избрана, все равно ситуацией не владеет и не сумеет
противостоять классовой ненависти люмпенизированных толп. Армия, быть может, и
сумеет".
История последнего десятилетия оставила нам массу документов - от "научных"
рассуждений о пользе диктатуры Миграняна и Клямкина до поэтических заклинаний
Ахмадулиной и Чудаковой в октябре 1993 г. А послушайте Гайдара - главаря самой
"интеллигентной" клики в этом режиме. В предвыборной кампании он выражает
сожаление, что Корнилов с Красновым в 1917 году постеснялись залить кровью
Петроград. И хвастается: я, мол, в октябре 1993 года не сплоховал. Созвал в
центр Москвы толпу упакованных в импортное шматье парней и девок - бить
депутатов всех уровней.
В конце 1995 г. - новое кокетливое заявление: если народ на выборах проголосует
неправильно, то я, говорит Гайдар, соберу молодежь. И эта крутая молодежь, надо
понимать, повыкидывает из окон депутатов. Лидер радикальной партии заявляет, что
если он будет не удовлетворен итогами выборов, он организует изменение
конституционного порядка с помощью насилия.
Маска либералов сбрасывается демонстративно. Вот как это обосновывает министp
экономики Е.Ясин: "Я, оставаясь пpеданным стоpонником либеpальной демокpатии,
тем не менее убежден, что этап тpудных болезненных pефоpм Россия пpи либеpальной
демокpатии не пpойдет. В России не пpивыкли к послушанию. Поэтому давайте
смотpеть на вещи pеально. Между pефоpмами и демокpатией есть опpеделенные
пpотивоpечия. И мы должны пpедпочесть pефоpмы... Если будет создан автоpитаpный
pежим, то у нас есть еще шанс осуществить pефоpмы". Люди с таким мышлением в
принципе не могут быть либералами ни в какой сфере.
Перейдем к экономике. Вот тезис Ю.Белова (КПРФ), который является почти
общепринятым: "Когда в нашей стране победила контрреволюция, то не
государственный капитализм пришел на смену социализму, тоже государственному, а
капитализм свободного рынка". Капитализм свободного рынка - это и есть выражение
либерализма в сфере хозяйства.
Сделаю методологическое замечание: сегодня возврата к свободному рынку не может
быть в принципе. Свободный рынок, преобразовавшись в ходе своего развития в
глобальный рынок ТНК, регулируемый государственными соглашениями, просто не
может вновь возникнуть - его зародыши мгновенно "пожираются" современным рынком.
Здесь - прямая аналогия с явлением жизни. Мы пока что не имеем хорошей теории
зарождения жизни на Земле, и было бы очень важно увидеть этот процесс сегодня.
Ведь он же идет! Но увидеть его мы не можем - те комочки органической слизи,
которые появляются в водоемах и могли бы дать начало первым формам живой
материи, сразу же пожираются уже живущими бактериями, грибками и т.д.
Развившись, жизнь не может сосуществовать со своими первичными формами.
Но, может быть, наши ельцинисты хотя бы имели капитализм свободного рынка как
идеал, пусть недостижимый? Может быть, они следовали философии хозяйства,
свойственной либерализму? Практика показала, что нет, они и здесь противоречили
главным принципам либерализма. Главная категория либерализма - собственность.
Она вытекает из самой антропологии либерализма - представлении об индивидууме.
Он свободен и равен другим в самом фундаментальном смысле - потому что он
обладает неотчуждаемой частной собственностью в виде его тела. Его он может
продавать по контракту в форме рабочей силы. На это надстраивается все остальное
- имущество, недвижимость, капитал. Частная собственность в виде капитала уже
есть предмет общественного договора, но тело как собственность -
естественноеправо (повторим, кстати, что поэтому невыплата зарплаты - самое
кардинальное отрицание либерализма, более важное, нежели экспроприация
капитала).
Как же отнеслись к категории собственности ельцинисты? С нигилизмом, который
характерен только для уголовного мира. Неважно, что вся их рать от Селюнина до
Яковлева изрыгала ритуальные заклинания о священном праве собственности. Это -
маска. Еще М.Е.Салтыков-Щедрин сказал: "Горе - думается мне - тому граду, в
котором и улица, и кабаки безнужно скулят о том, что собственность священна!
наверное, в граде сем имеет произойти неслыханнейшее воровство!". Так оно и
получилось.
То изъятие личных сбережений целого народа, которое демократы предприняли в 1992
г., не имеет прецедента. Внимательный анализ той акции и всей сопровождавшей ее
риторики, по сути, снимает сам вопрос о принадлежности ельцинистов к
либерализму. А ведь была целая серия подобных акций. Например, изъятие и
присвоение огромной собственности ряда общественных организаций. Все это мы
вспоминаем как в тумане вследствие мощной кампании по манипуляции сознанием, а
вообще-то речь идет о чудовищных вещах.
Выше мы говорили о приватизации промышленных предприятий, которая проводилась
почти
...Поділитися у соцмережах
